# Когда б вы знали

Алексей Иванович Дьяченко

На творческом вечере литератора Малюткина, к микрофону в зале подошла юная девушка, почти подросток. Волнуясь, срывающимся голосом, она стала задавать свой вопрос.

- Олег Онуфриевич, ведь вы же очень рано начали писать, - глядя на литератора влюблёнными глазами, говорила девушка. - И первые рассказы у вас были такие светлые, можно сказать, все в розовой дымке. Они полны надежд, веры в человечество. Наполнены какими-то хрустальными, почти-что нереальными образами. Видимо, вам повезло и с молодых лет, родителями для вас были созданы самые благоприятные условия для творчества. Расскажите об этом периоде своей жизни.

Литератор усмехнулся и окинул взглядом юное создание, как бы решая, говорить ему правду или промолчать. Неспешно налил себе из графина воды в стакан, медленно выпил её и только после этого решился ответить.

- В двадцать лет, сразу после службы в армии, я перебрался из Тюмени в Москву, - нехотя начал он. - Скитался по чердакам и подвалам, говоря современным языком, бомжевал. Питался исключительно чёрным хлебом и сырой водой из-под крана. Очень быстро спился, общаясь с подобными себе. В прямом смысле слова валялся под забором. Подобрала меня неравнодушная женщина, Нина Фёдоровна Бубырь. В молодости должно быть, была привлекательная, но к шестидесяти годам уже уставшая от жизни и поблекшая. Привела к себе домой, отмыла, накормила, дала стол и кров. Я-то, по наивности и неопытности решил, что она это делала из христианского милосердия, по доброте душевной. Но оказалось, ей нужен был помощник, а точнее сказать, прислужник, чтобы ухаживать за её сумасшедшей старухой-матерью, которой было на тот момент восемьдесят семь лет.

Так что все свои молодые годы я прожил в их квартире. Ухаживал за Василисой Никитичной, так звали старушку. Давал поесть её многочисленным кошкам, расчёсывал их, убирался за ними. Выслушивал бесконечные, изо дня в день повторяющиеся бабушкины воспоминания. Кормил Василису Никитичну, подтирал за ней пол, подмывал её. Дочь напоит мать, без моего ведома, соком квашеной капусты, протухшим, забродившим и спокойно ложится спать. А старушка обгадится, вымажется вся своими испражнениями. Я подмываю бабушку, стираю простыни вручную. И таких подстав со стороны Нины Фёдоровны было не счесть. Да ещё с этой женщиной, я имею в виду, Бубырь, мне приходилось сожительствовать, то есть делить постель. Это в мои-то молодые годы. Влюбился было в соседку-сверстницу Машу Забродину, очень похожую на вас. Она работала в сберкассе кассиром. Мечтали мы с ней вырваться из этого ада, убежать. Но не случилось. Она жила вдвоём с мачехой, та выдала её замуж за обеспеченного старика-армянина. Так что мои возвышенные, воздушные рассказы, в начале творческого пути - это всего-навсего мечты о несбыточном человеческом счастье.

Удовлетворил вас мой ответ, прекрасная барышня?

Девушка, задавшая вопрос, пунцовая от услышанного, судорожно закивала головой и, заплакав, выбежала из зала.


23.06.2026 год