# Ровно через век, 26. Заря

Юрий Ершов

Ровно через век


26. Заря


Здесь был только теплый, сухой и пыльный мрак, в котором попросту не мог существовать великолепный "Квазар". Сердце Летягина застучало резвее, когда порыв ветра принес запахи свежести и воды. Парень с жадностью втянул воздух в легкие. Пить захотелось еще сильнее, чем раньше. Напор мелких, колючих, совершенно невидимых в беспробудной ночи пылинок ощущался щеками.

- Веллурия, - позвала девочка.

- Ни места, - прозвучало из омута темноты. - Здесь, без вариантов, обрыв.

- Что-что? - переспросила Томушка, крепче обнимая Летягина.

- Без вариантов, какой-то провал! - раздраженно пояснила Веллурия.

- Ну, полезен коммуникатор, - шепнул парень.

Очередная гениальная идея Летягина прозвучала на редкость вовремя. За плечом девочки вспыхнул прямоугольник информатора. Странно переступая ногами, ребята обернулись к свету вместе, не отпуская друг друга.

Сделав несколько упрямых и до ужаса беспечных шагов в кромешном мраке, землянка оказалась на краю черной бездны. Бесстрашно стоя на ровной, прямой ступеньке, она вытягивалась в темноту, стремясь увидеть больше, чем мог позволить голубоватый свет наручного приборчика.

- Провал, - сердясь, но с необыкновенным трепетным воодушевлением в голосе повторила Веллурия.

Виртуальный информатор выхватывал из тьмы полуметровой высоты парапет и скрупулезно обработанные плиты из белого камня самой идеальной чистоты, каждая из которых обозначалась причудливым значком. Иногда перегибаясь через ограждение, неустрашимая землянка прошла дальше, свернула под прямым углом направо, снова изменила направление и, еще дважды повернув, теперь возвращаясь к ребятам.

- Верхушка четырехугольной башни? - робко, как-то даже заискивающе предположила Томушка, которая стыдилась собственной внезапной скованности и ждала справедливых обвинений в трусости.

- Оцениваю положительным образом, - бросила Веллурия.

- Ну, башня из камней, - в свою очередь заметил Летягин.

- Поддерживаю ваше начинание. Башня из крупных, обтесанных базальтовых блоков, - торопливо проговаривая слова, сообщила землянка. - Каждый верхний ряд заметно шире, чем нижний. Без вариантов, постройка сложена уступами, от узкого основания к вершине. Плиты под нашими ногами изготовлены из нефрита. Не имея подключения к корабельным базам, коммуникатор, без вариантов, отказывается идентифицировать нанесенные на плиты символы.

Предприимчивая, энергичная, она за какие-то несчастные три минуты сделала невероятно много! Выводы Веллурии совершенно не оскорбляли девочку. Землянка в который раз показала воистину недосягаемые пределы храбрости. Впопыхах не догадавшись воспользоваться коммуникатором, Веллурия провела вполне толковое исследование абсолютно незнакомого места. Томушка теперь даже испытывала чувство гордости от того, что накоротке знакома со знающей, инициативной, фантастически отважной землянкой.

- В моем детстве, без вариантов, было много сказок, - сказала Веллурия. - Конечно, я всегда оставалась взрослой, разумной, целеустремленной женщиной... хотя истории о чудесах и волшебниках меня увлекали. Мои исследования... мой результативный поиск, мои великие открытия, это тоже... как сбывшаяся сказочная история из детства. Только цельные личности способны достичь успеха в начинаниях.

Она здорово хорошо вторила мыслям девочки, однако чересчур сильно задрала нос.

- Что-что? - не без язвительности переспросила Томушка, хотя прекрасно разобрала каждое слово.

Землянка хмыкнула. Гордыня, независимость и полезная, великолепнейшая предприимчивость Веллурии постоянно наталкивались на излишнюю, разумеется, абсолютно младенческую непримиримость девочки. После каждой перепалки мелкие, скромные, неочевидные, робкие таланты Томушки все таяли, таяли, становясь для землянки вообще незаметными и бесполезными.

Отважно вскочив на парапет и перегнувшись в темноту, Веллурия как могла низко опустила руку с источником света.

- Даже такая женщина как я, не спрыгнет. Слишком высоко, - посетовала она, прислушиваясь.

Друзья последовали примеру землянки, настораживаясь. Жужжащий механический звук тревожил глубокую теплую ночь. Окончательно перебивая тишину, один за другим запищали коммуникаторы. Девочка подскочила на месте, едва не уронив друга. Парень схватился за живот. Дернувшись от неожиданных резких трелей, Веллурия отступила от края пропасти, передвигая за собой и границу тьмы. Выводя на информаторы строки сводок, приборы радостно возвещали, что связь с корабельной сетью установлена.

- Здорово хорошо. "Квазар" жив, - выдавила Томушка.

- Без вариантов, корабль где-то близко. Может, скрывается прямо над нами, - в тон произнесла землянка, трогая миниатюрную вводную панель коммуникатора.

Девочка задрала голову, вглядываясь в беспредельную тьму. Тяжелый, шумный, могучий, щедро раскрашенный стробоскопами и навигационными огнями великанский звездолет над каменной башней явно не прятался.

- Начинаем. Ну, прыгать вниз никому не понадобится... Ну, действуем по плану, - загадочно произнес Летягин, в свою очередь лихорадочно набирая команды на устройстве.

- Готово! Поддержка, без вариантов, будет. Большой шестиместный глайдер для нас уже перемещается в шлюз. Дети, вскоре мы вернемся на "Квазар", - сообщила Веллурия, опуская руку с личным прибором.

Придержав яд, Томушка смолчала. С вызовом глайдера справился бы любой двадцатипятилетний карапузик. Впрочем, в глубине души девочка и сейчас признавала, как стремительно, здорово хорошо соображает, легко принимает решения и берет на себя ответственность землянка. Вообще-то она сама связаться с поддержкой пока не догадалась.

Парень лучше обеих спутниц умел обращаться с корабельной техникой. Машины "Квазара" щедро делились с ним любой информацией, только осознать полученные данные у Летягина сразу не получилось. Так основные рентгераторы звездолета работали в полную силу, а уровень топлива в хранилищах оставался максимальным. Двигательные установки практически бездействовали. Хотя скорость корабля действительно оказалась несущественной, температура на корпусе была повышенной даже при солидно, даже при очень солидно загруженных работой охлаждающих контурах. Основные траты энергии приходились на специфическое оборудование, предназначенное для разрезания ткани пространства.

Засунув палец в нос, парень задумался. Курс "Квазара" с легкостью поддерживался автоматикой, из чего выходило, что руководство звездолета перестало поддерживать идею оставить фальшивый космос реликта, совершив рывок, не предусмотренный правилами судовождения. Твердо уяснив только это, Летягин принялся обмахиваться подолом рубахи, оголяя возмутительный живот. Парню отчаянно хотелось пить и утоление жажды отнимало добрую половину его мыслительных мощностей.

Сначала тонкий, еле отмеченный в ночи, звук нарастал, становясь известным, нормальным гулом обычнейших двигателей. Глайдеры так скоро не летали. Истребитель серии "Эпицентр" мчал с огромным ускорением и навигационные огни стремительно промерили мрачные высоты. Другая, третья, а за ней сразу пять аналогичных машин поспешили расчертить темноту в разных направлениях. Знакомо рокоча, далеко-далеко в ночи пробирался нейтролот.

- Ну, разведка... ну, с корабля, - произнес Летягин, озвучивая очевидное.

- Если над нами небо, то беззвездное, - выговорила Веллурия, опоздав с догадкой.

- В детстве мама рассказывала истории о искусственно созданной планете, над которой не горели звезды, - отозвалась Томушка. - Существа, похожие на кротов, рыли норы в горах, прячась от непереносимо плохих врагов на равнинах. Здорово хорошие люди боролись со стаями хищных тварей в лесах. Все равно. На планете, построенной чародеями, жило настоящее волшебство и искренняя любовь.

- Несказанно смешно. Уютная сказка для столетних корабельных несмышленышей, - отвесила землянка.

Злясь, девочка стукнула зубами.

- Планету надежно закрыли, спрятали от Вселенной, и все равно, у кое-кого получалось на нее попасть, чтобы встретиться с тайнами вершителей судеб, умеющих здорово хорошо создавать недоступные миры, кроить пространства, играть с тысячелетиями, - упрямо продолжила Томушка. - Шансы выведать секреты у недоверчивых, некоммуникабельных хозяев были ничтожны, и все смирно ожидали, пока они однажды не согласятся встретится с любопытными. То сражаясь, то терпя лишения, на секретной планете жили и растили детей самые разные существа, достигшие своей цели разными способами. Пусть будет жизнь, пусть прилетит корабль.

- Без вариантов, оригинальная выдумка вашей мамы. Потаенная планета, обиталище богов? Понятно, в кого вы такая безудержная фантазерка, - сказала Веллурия.

- Боюсь своей смелости, я сразу растолковала, что это история, а не отчет путешественников, составленный по правилам бюрократов нашего "Квазара", - резко ответила девочка.

Наклонившись к Томушке, землянка бросила взгляд в сторону сверхзанятого Летягина и заговорщицки прошептала:

- Ребенок, перестаньте так бойко ревновать, пока наша беседа окончательно не заблудилась в тупике. Поддерживаю ваше начинание. Альперт перспективный специалист, но... Но Альперт не сокровище, за которое следует держаться такой женщине, как я.

- Что-что?

- Вы слышали, - сказала Веллурия.

Девочка вспыхнула в ожесточенном гордом негодовании, подавляя пламенное желание немедленно рассказать, как здорово хорош теперь и насколько изменится Летягин ради нее в будущем. Радуясь темноте, скрывшей злой румянец, Томушка прикрыла горячие щеки ладонями. Воистину, беседа спутниц заплутала в окончательном, в безнадежном тупике. Точки соприкосновения не уцелели. Конечно, землянка нарочно называла благословенное чучело по имени, и девочка поклялась больше никогда, никогда в жизни не разговаривать с высокомерной, пренеприятной Веллурией.


Мрак дал слабину, разбудив и раззадорив ветер. Совсем-совсем коротко обозначая линию горизонта, плотные облачные слои и просторы высоченного небесного купола, конфузливая полоска света проникла в царство тьмы, прежде кажущееся вечным. Медленно расцветая во мраке, дерзновенная заря приоткрыла сумерками растрескавшиеся от жара камни, океанский залив или очень крупное озеро, на дальнем берегу которого возвышалась вереница ровно, прилежно курящих вулканов.

Жадно облизав сухие губы, Летягин громко засопел, втягивая воздух как механический насос. Парень, сделавший открытие по отчетам примитивных датчиков коммуникатора и сухим таблицам с данными из корабельной базы, оказался прав. Теперь никаких сомнений не осталось. Это была дикая, настоящая, честная планета. Это был мир без фальшивых развалин мегаполисов, без трепещущих в углах призраков, без поддельных механизмов враждебных стиксов, готовых распасться на мириады мириадов мелких существ.

Хмурая, угрюмая, болезненно-знойная планета охотно просыпалась вместе с солнцем. Грустные небеса повеселели. Увертюра раннего, еще совсем младенческого утра состоялась. С каждой новой минутой незнакомый, наполненный драматической тишиной мир становился только больше и только понятнее.

Широчайшие водные раздолья океана могли запросто посрамить любой из шедевральных бассейнов великанского "Квазара". Континент уходил в бесконечные дали. Мощнейшие горные массивы вонзали утесы в грязно-серые облака, пряча острия в беззвездной космической черноте. Засыпанные вулканическим пеплом холмы, равнины прорезали прихотливые, овражистые извивы могучих рек, вытягивающихся к выверенной линии грозного океанского прибоя.

Находясь на грани войны с самого момента знакомства, Томушка и землянка сейчас стояли рядом, с немым восхищением встречая храбреющий рассвет. Обеим хотелось заплакать от восторга, и они обе держались, опасаясь едких насмешек от непримиримой соседки. Летягина заря совершенно не тронула. Стыдливая, первобытная краса пыльной планеты тоже его не заинтересовала. Согнув руку в локте, парень опять вперил напряженный взгляд в информатор, заполненный графиками и отдельными рядами изменчивых, постоянно пополняющихся сводок. Цифры и диаграммы однозначно предназначались для посвященных, однако для чтения уведомлений специфические познания не требовались.

На виртуальном прямоугольнике то и дело вспыхивали сообщения. Данные от разведывательных отрядов поступали в единый информационный банк "Квазара" и становились доступными каждому члену экипажа великанского корабля. Яростная и покорная, милосердная и жестокая, юная планета оказалась абсолютно стерильна. Однако континенты, небеса, океаны не были пустынны. Сконары вертких истребителей фиксировали движение в воздухе, на воде и на суше, отмечая полнейшую схожесть собственных выверенных операций с организованными действиями чужаков. Похоже, специалисты "Квазара" работали при абсолютно правдивых, равных, одинаковых условиях с исследовательскими группами, которые не принадлежали человеческой цивилизации, представленной двадцатимиллионным экипажем звездолета.

Взяв в союзники по-разбойнически свистящий ветер, утро уверенно атаковало, загоняя остатки армии тьмы далеко за горы. Жизнь вскипала деятельностью. Звено "Эпицентров" проскочило над башней, обгоняя пару крупных клыкастых ящеров с дырчатыми кожистыми крыльями. Явно перегруженный нейтролот проскочил под самыми облаками, бросая переломанную тень на несущихся к побережью кентавров, вооруженных огромнейшими грубыми булавами. Ощетинившись антеннами и передающими плоскостями, автоматическая станция координации двигалась в компании раздутых, страшно тяжелых на вид лазорево-серых шаров, насмехающихся над планетарной силой тяжести.

Ярчайшие, словно бы горящие полосатые гроздья появились над океанскими волнами, рассыпая лепестки на воду. Невероятный десант цветов в два счета справился с нешуточным прибоем, высадился у устья реки и захватил значительный участок суши. Даже отсюда, с верхушки постройки, были заметны усилия тощеньких огненных лепестков, споро выворачивающих прибрежные камни для закладки извилистой стены. Перемигивающиеся тусклыми вспышками побеги обозначали линии срочно отведенных каналов от реки.

Парень вытер лицо подолом рубахи. Сконструированная неведомыми инженерами планета, так долго оставающаяся запретной, вдруг одновременно распахнулась перед множеством существ, имеющих цели взять и укрепиться на забранных территориях. К счастью, в огромнейшем незнакомом мире с избытком хватало места и пока стычек между разведчиками не возникало. На "Квазаре" отлично понимали и приняли гонку за лучшими кусками планеты. Нейтролоты, станции слежения, истребители покидали звездолет десятками, спеша в разные концы щедро отворившихся просторов. Раздел сфер свободного мира начался еще до полного вступления в права утра и дивная заря не помешала грамотной экспансии.

Измученный жаждой парень перелистывал страницы информационных докладов, млея от мысли, что они с Томушкой и Веллурией причастны к величайшему открытию за всю-всю долгую историю корабля. "Квазар", отправленный в долгий путь сквозь сложную путаницу переплетенных как кедровые ветви пространств, нашел исключительную секретную пристань. Продолжая лихорадочно впитывать информацию, Летягин готовился к вопросам спутниц, разумея, что миссия маститого ученого, увы, совершенно не для него. Фразы в голове парня никак не складывались. Правильные слова для объяснений отыскивались трудно.

Без затруднений представляя себе искусственно созданную из ничего планету, Летягин подбирался к граням человеческой фантазии, стараясь вообразить астрофизический артефакт, невидимый с Земли, но содержащий внутри самого себя часть Галактики, среди массы звезд хранящей и саму Солнечную систему. Такой просчитанный, такой устойчивый во времени, пространственный сдвиг, разумеется, не смог бы возникнуть по прихоти случая. Воля, разум, знания создали удивительный реликт.

Пункт контроля, спрятанный среди кедровых веток; наваждения Томушки; фальшивая пластина с именем корабля в парке "Квазара" и упрямства рвущейся в походы девочки; массивная каменная постройка на материке ясно утверждала чей-то долгосрочный продуманный план, нужнейшей частью которого стало пленение великанского звездолета на целых пятьдесят тысячелетий. Голова парня кружилась от нечеловеческой масштабности чужих замыслов.

К счастью для Летягина, пасующего перед двойственностью материальной, осязаемой и, кажется, не имеющей прав на существование планеты, Томушка с землянкой не о чем не спрашивали парня. Не взглянув на соседку, девочка и Веллурия молча разошлись по крыше башни, двигаясь ровно в противоположные стороны.


Цепь, выкованная из металла золотого цвета, оказалась преступно короткой, состоя всего из нескольких десятков одинаковых звеньев. Кружа на изрисованной значками крыше так, чтобы не встретиться с ведущей собственные поиски Томушкой, землянка не отыскала ни одной иголки от всего богатства пахучих кедровых веток. Как спутники покинули треугольную камеру с ледяным монолитом и угодили на верхушку сооружения, Веллурия представляла слабо и обращаться к богатым на нежданные фантазии друзьям принципиально не собиралась.

Всеми забытая, цепь беспомощно покачивалась на краю крыши и издевательски позвякивала, трогая камень. Тьма и тишь передали загадку слабым порывам ветра, скрывая от настойчивой, неутомимой Веллурии хотя бы самые туманные намеки на ответы. Солнце храбрело, истончая последние клочья ночной тьмы, а землянка в сердитом нетерпении спешила продолжить исследования фантастического сооружения.

Опасно перевешиваясь через парапет, Веллурия выяснила, что основание черной башни было втрое уже, чем широкая, плоская вершина, выложенная отшлифованными белыми плитами. Страшно изуродованные земные кипарисы остались на острове, окруженном сумасшедшими потоками. Высокоствольные кедры по-прежнему сторожили поляну в парке "Квазара". Ни веточки, ни лепестка, ни былинки не пробивалось из слоя вулканического пепла, засыпавшего целую планету. Наверняка, в этом суровом первозданном мире не нашлось бы даже простейшей бактерии, приветствующей приход теплого дня.

- Такая женщина как я достойна раньше других ступить на открытую планету. Не стану скромничать. Мои долголетние исследования дали феноменальный результат, - на подъеме, с чувством глубочайшего самодовольства произнесла землянка так громко, чтобы спутники могли ее услышать.

- Убеждены? Летягин шел раньше вас, - заметила Томушка, в негодовании нарушая собственную клятву.

- Дети, на корабле не забудут великую минуту открытия, - упоенно продолжила Веллурия. - Мы, без вариантов, три былинных богатыря. В силу сложившихся обстоятельств, вам посчастливилось встретить возглавляющую, направляющую силу.

- Летягин шел раньше вас, - настойчиво повторила девочка.

- Вы, кажется, намеревались жениться, совершив в жизни что-нибудь... достойное? - поинтересовалась землянка у Летягина, игнорируя вопрос Томушки и, изумительно подчеркнуто, ее саму.

- Ну, - потупившись, отозвался парень.

- Гонка началась, Альперт. Победитель получает планету! Тают последние минуты безделья. Когда вы начнете работу под моим руководством, станет некогда вздыхать, прогуливаться по корабельным паркам, стоить семью... Без вариантов, пока с семьей спешить не нужно. Альперт, вы мне нужны как вдохновитель, как генератор идей, как специалист технического профиля. Согласны на работу без выходных и праздничных дней? - предложила землянка.

- Он Летягин, - вставила девочка. - Боюсь своей смелости, благословенные чучела сами здорово хорошо способны разобраться, когда им гулять, а когда вздыхать.

- Ну... у нас с Томушкой план, ну, сотрудничества... ну, объединение рас... мирное сосуществование... - промямлил парень.

- Именно об этом я и говорю, Альперт. Такая женщина как я оценивает положительным образом вашу гениальную мысль мирного раздела территорий и сфер влияний между теми, кто разыскал путь на запретную планету. Для начала, приступим к созданию единой научной базы для общего, скорейшего изучения феномена реликта. Затем... Затем послушаем вас, Альперт, - со странным выражением на лице закончила Веллурия.

- Главное, не повторять военных ошибок, допущенных на фальшивой Земле, - неожиданно гладко выговорил Летягин, не поднимая глаз.

- Стиксы подглядели секреты сооружения планет, только их миры грубы и не рациональны, - поддержала друга девочка. - Строительные отряды разбредаются по планете. Все спешат. Все хотят перекроить мир по-своему. Дел предстоит много! Очищать атмосферу, поднимать леса, прокладывать дороги, закладывать фундамент городов, возведенных по корабельным чертежам. Ровно через век мы уже не узнаем планету!

- Альперт, вы мне не ответили, - хитро улыбаясь, поторопила землянка.

Переминаясь на месте, парень взял паузу.

Крепостная стена на побережье надежно охватила устье реки, на стремнине которой появлялся каменный гребень с копошащимися огненными ростками. Над вершинами гор метались искры, образовывая рисунки в манере камешков калейдоскопа, складывающих уникальные, геометрически верные узоры. Что-то загадочное происходило в жерлах самих вулканов, выбрасывающих пламенеющие сгустки к тающим сумеркам. У подножия башни разгуливали карликовые, так полюбившиеся злокозненным стиксам магниты и сгорбленные плоскоголовые твари, размахивающие крючьями.

- Увлекательное, ну... будущее. Лучшие открытия. Работа.... Стать специалистами... Ну... мы с Томушкой хотели... мечтали бы... Специалисты... Ну, начнем... действовать по нашим... ну, планам, - наконец вытянул парень.

Девочка обняла Летягина, даже не пытаясь обхватить выдающийся живот парня. Трудно сказать, каких именно слов, побед добивалась Веллурия, однако попытка разлучить верных друзей посулами, потерпела грандиозное поражение.

- Пусть военные и разные внештатные сотрудники по коммуникациям здорово хорошо отдохнут после сражений на планетах поддельной Солнечной системы. Этот мир настоящий, для по-настоящему живых людей. Лишь вулканы, камни, мутное облачное небо и вода раньше встречали наступающие рассветы... Боюсь своей смелости, теперь здесь есть мирные обитатели и есть зловредные враги. Началась новейшая история огромной планеты, где, наверное, возможно любое волшебство, - прибавила Томушка, не без злорадства посматривая на землянку.

- Ну, рассвет самый первый, - сказал парень.

- Что-что, благословенное чучело? - с преувеличенной отрадой откликнулась девочка.

- Оцениваю положительным образом. Летягин, без вариантов, говорит правду, - нервно играя пальцами по ладони, заметила Веллурия. - Долгий путь звездолета окончен, хотя жизнь корабля продолжится на эпохи. Сейчас на двадцать миллионов человек одному вашему Летягину известно, как установить на планетарную орбиту "Квазар".

- Как в маминой истории. Пусть прилетит корабль! - воскликнула Томушка.

- Ну, действовали по плану... Ментальное управление с плавающими координатами отзыва... Ну... там линии... ну, совместить, - с гордостью в голосе произнес парень.

- Без вариантов, мое руководство заслуживает уважения. В силу сложившихся обстоятельств, я предлагаю вернуться на "Квазар" как устойчивая группа, специалистов, подготовленных для ведения дел, - предложила землянка.

- Здорово хорошо. Спрошу разрешения у мамы, - отрезала Томушка, предупреждая другие попытки Веллурии.

К крыше постройки осторожно, едва-едва жужжа двигателями, подбирался крупный пассажирский глайдер, готовый вернуть спутников на корабль. В распахнутом люке торчала высокая фигура Распорядителя, за спиной которого маячил угловатый вооруженный биофозер. Машина подкралась ближе. Сквозь прозрачную вставку на носу стал виден приветливо машущий пилот.

- Дядя, - то ли предполагая, то ли утверждая выдохнула землянка.


Летательный аппарат сбивали порывы ветра. Вспрыгнув на парапет, девочка показала, в каком углу будет удобнее совершить посадку. Подчиняясь совету, глайдер закачался, сделал совершенно лишнюю попытку отвернуть от здания. Знакомо засвистели синхронизаторы гравитации. Чувствительная автоматика споро вернула летательному аппарату устойчивость, но уже в следующую секунду глайдер опять круто наклонился, выбрасывая из люка зазевавшегося биофозера.

- Добрейший ожидается денечек, мои милые пушистые зайчики, - выговорил разумный механизм, приподнимаясь от плит.

Тормозя распахнутыми крыльями, над поверженным Распорядителем скользнуло ловкое, иссиня-черное существо. Блеснул недобрым огнем ряд выпученных зенок. Подхватив кривыми когтями тяжеленного биофозера, чудище заспешило к облакам, однако резко сменило курс, уклоняясь от встречи с налетевшей эскадрильей "Эпицентров". Машина с борта глайдера выстрелила, промахнувшись на метр. После непродолжительных попыток обмануть преследователей, крылатый зверь набрал сумасшедшую скорость, вместе с добычей устремляясь к вулканической гряде.

Зрелище было стремительным и жутким. Томушка отступила под защиту друга. Пожевав губами, Летягин засопел и, оголив огромное, вопиющее пузо, принялся громко сморкаться в подол безнадежно грязной рубахи.

- Стиксы. Без вариантов, тоже борются за территории и продолжают воровать наши технологии, - сказала землянка, глядя вслед чудовищу.

Посадка летательному аппарату все-таки не удавалась. Стараясь выровнять раскачивающийся на ветру глайдер, пилот слишком грубо повернул машину, заставляя отреагировать бортовую автоматику. Хвост аппарата легко и как-то незаметно сшиб с крыши Веллурию.

Секунда вытянулась на целый час. Вообще не чувствуя ног, девочка прыгнула вперед, легла на камень, перебрасывая локти через парапет башни. Забывая о собственной безопасности, Томушка искала землянку за краем, в отчаянии чертя руками воздух.

- Цепь! - заорала девочка.

Сделав гигантские шаги, достойные корабельного чемпиона, парень выполнил приказ. Звенья загремели, падая в пропасть. Рискуя промахнуться, из люка глайдера с металлическим грохотом выскочил вооруженный биофозер. Не замечая ползущих снизу ветвей, Томушка укололась и только тогда отдернула руку. Длинные смолянистые иголки как будто нарочно липли, цеплялись к ее пальцам. Не ветви нормального дерева, а пахучие, богатейшие кедровые лапы без какого-либо намека на стволы уверенно переползли через парапет и ходко полезли по плитам, густой темной зеленью накрывая загадочные значки. Сплющенный, бесцветный силуэт висел у угла постройки и, зябко кутаясь в складки широкого одеяния, уворачивался от чересчур резких движений глайдера, отчаянно борющегося с обнаглевшим ветром.

Цепь сильно дернулась. Летательный аппарат угрожающе повел хвостом, заставляя друзей пригнуться.

Дико озираясь, Летягин потащил звенья. Девочка поспешила поддержать усилия друга. Густо облепленная лапами, Веллурия крепко держалась за цепь до тех пор, пока подоспевший неуклюжий биофозер не помог ей перевалиться через край парапета. Ветки нехотя отпустили растрепанную землянку. Иголки рассыпались от Веллурии в разные стороны. Поцарапанная при падении, щека землянки обильно кровоточила.

Опоры глайдера стукнули по камню, будто обожглись и вновь отпрянули от крыши. Налетевший порыв едва не стряхнул вниз машину, болтающуюся у парапета. Энергично семафоря за прозрачной вставкой корпуса, пилот показывал, что нужно торопиться. Спутникам ничего объяснить не требовалось.

Опираясь на боевого биофозера, друзья протянули по плитам и очень слаженно сунули хромающую Веллурию в удачно расположившийся над крышей люк. Глайдер дергало, мотало. Колошматя в спину парня кулаками, Томушка заставила Летягина сигануть в салон. Исполняя решительное приказание девочки, следующей покинула верхушку башни неуклюжая разумная машина. Сама Томушка прыгнула к люку, когда порыв опять отдернул аппарат от сооружения. Каменный парапет сменился пустотой. Кратчайшее птичье чувство полета напомнило девочке страшную картину рассыпавшегося в космосе нейтролота и сумасшедшие скачки над черной-черной бездной.

Вцепляясь в протянутые ей руки, Томушка плохо понимала, где пухлая ладонь друга, а где тонкие, хваткие пальцы землянки. Пользуясь первым же удачным мгновением, боевой биофозер шумно задвинул люк.

- Без вариантов, молодцы, - тяжело дыша, выговорила Веллурия.

- Здорово хорошая команда, - согласилась девочка.

- Ну, действуем по плану, - признал Летягин.

- В силу сложившихся обстоятельств нашей группе специалистов жизненно необходим бывалый руководитель, - произнесла землянка.

- Что-что? - нервно рассмеялась Томушка.

Больше не противодействуя разгулявшемуся ветру, глайдер рванул вбок и подскочил, стартуя к "Квазару" над крышей сооружения. Ковер из свитых кедровых ветвей уже полностью накрыл плиты. Стоя среди живой темной зелени, бесцветный силуэт вытянулся, подрос, воедино сплетаясь с лапами. Порывы растормошили складки свободного одеяния, открыв костистое тело с выпирающими дугами плоских ребер ржавого цвета. Испуская холодное электрическое сияние, маленькие крылатые тварюшки кружили над существом и ветер, сшибающий глайдер с опытным пилотом на борту, не мог помешать их восторженным танцам.

Тощие, плоские конечности поднялись к облакам, словно подхватывая, помогая выбраться из-за горизонта слишком медлительному, слишком ленивому местному солнцу. Существо встречало рассвет без трепета фанатика, но с тем пристальными трепетным вниманием, которое оказывает изрядно потрудившийся конструктор своему детищу, рожденному в неистовых творческих муках и чувствительных материальных заботах.

Унылые серые облака заметно повеселели. Лишь за покрытыми вулканическим пеплом камнями еще прятались отдельные тени, вечная ночная жизнь которых должна была вот-вот оборваться. "Квазар" по-прежнему не спешил. Звездолет, формой напоминающий перстень невообразимых размеров, сначала выставил над горизонтом массивную корму, выполняющую роль вставки в этом исключительном, немыслимо-сложном космическом украшении.

Искрясь в водоемах, ослепляющие лучи разбежались по планете, когда корабль бережно приоткрыл середину, в которой полыхал прирученный огонь. Поставленная на орбиту звезда зажигала первый рассвет над запретным миром, где до сих пор царствовали мрак и буйный жар недр. Разнообразные создания воодушевленно мчали по поверхности, выдергивали из пепла глыбы, резали крыльями воздух, городили запруды в реках, купались в жерлах вулканов, расшибали в брызги океанские валы. Нейтролоты, разведывательные катера, истребители, исследовательские зонды включились в гонку за территориями и ресурсами. Ошибки и находки, тренировки на насквозь фальшивой Земле стиксов не прошли бесследно для команды звездолета.

Заря правдивой свободы была свежа и безудержна, подчеркивая важность пятидесяти тысяч лет трагического ожидания экипажа. Вытягивая к небесам блестящую дугу объемистого корпуса, из-за горизонта постепенно выбирался весь послушный, прирученный, сверкающий пламенем, удачно поставленный на планетарную орбиту великолепнейший, великанский, гордый "Квазар".