# Алмазный пепел Эдема

Яков Ефимович Есепкин

Алмазный пепел Эдема


Едва появившись в Интернете, готический "Космополис архаики" стал заноситься литературными гурманами в музейное пространство духовных раритетов. Между тем автор делающегося культовым произведения мало кому известен. Он - абсолютно закрытая персона. Из потока газетно-журнальных публикаций, взахлеб повествовавших о появлении гениального художника в 2000-2002 годах, явствует, что великий поэт некоторое время тому выходил из андеграунда, покидал башню из слоновой кости. Его самиздатовский сборник "Готика в подземке" восторженно приветствовал полумифический Арсений Тарковский. Представители современной литературной элиты воспринимали автора, введшего в мировую литературу новое жанровое определение, с неизменным пиететом. Однако певец постмодернизма и реаниматор Серебряного века был вытеснен из современной художественной агностики, его культовость определилась в социумном подпольном тупике. Когда на рубеже столетий редакторы литературных журналов в буквальном смысле выпросили у родоначальника готической поэтики несколько текстов и опубликовали их, творческая среда взорвалась: иначе как гением масштаба корифеев антики и ренессанса "архивиста" не называли. Сегодня исполинская фигура мистика-минималиста и магистра горней литературы вызывает бурный интерес в связи с давно ожидаемой знатоками публикацией его главного творения - "Космополиса архаики". Поэта-невидимку сравнивают то с Гомером, то с Данте. Естественно, любое сравнение весьма условно. Формальная очевидность: книга подобного уровня реабилитирует наше время протолитературного глянца. С момента обнародования "Космополиса архаики" можно говорить о брутальном демонтаже современных гламурных конструкций на литературном поле. "Космополис архаики" обретает статусность духовного символа эпохи, его конический пылающий призрак возносится над пейзажами художественного упадничества на манер дантовского чудесного собора и открывает перед потрясенным читателем девять кругов нового ада.

Юлия ТАУБЕРГ