# Как мы шли

Татьяна Флеровская

- Шепчемся? - спросил четвероклассник Паша.


Он остановился на пригорке, увидев знакомую компанию. Ученики первого класса: Марина, Оля, Слава, Петя.


Петя ответил:

- Будем волшебничать.


- Мы не просто так у нас план есть!

- сказала Оля и показала рукой справа от себя.


"Планом" была спиленная кем-то, зачем-то небольшая осина, но так и оставленная на земле.


- Буратино начитались, - вздохнул разочарованно Паша.


Слава диковинным образом перевернулся на скамейке и за пару прыжков очутился рядом с поваленным деревом. Похлопал обеими руками ствол осины.


- Хороша осинка.


- Осина в воде не тонет, в огне не горит и... - начал Петя рассказ.


- И коня на скаку останавливает, - продолжил Паша.


- При чём тут лошадь? Лошади сено ложками не едят, - сказал Петя.


- Петя хотел сказать, что изделия из осины прочные, - объяснила серьёзная Марина. - Мы решили делать только ложки, ложки всем нужны.


- Какие ложки! Двадцать первый век на дворе. Вы в лесу живете? Первый класс вас сильно пошатнул? Ложки сейчас серебряные, железные - прочнее всех ваших подберёзовиков! - сказал Паша.


- Подберёзовик это гриб, а не дерево. Деревянной ложкой вкусно грибной суп есть, - сказала Оля.


Школа состоит из двух зданий.


То ли по недосмотру, то ли по злому умыслу (нераскрытому вовремя) было спроектировано и построено двухэтажное здание школы. Проект этой половины школы напоминал нечто среднее между замком и сооружением инопланетян: витиеватые карнизы и разнокалиберные башенки, шпили и круги, непонятно для чего предназначенные выступы украшали здание.

Некоторые считали, что здесь зашифровано послание архитектора потомкам, но большинство склонялось к более прозаической версии: картина писалась от несварения желудка гения.


Второе здание школы пристроили рядом с первым и насколько первое было необычно, настолько второе шаблонно. Серая приземистая трёхэтажка, меланхоличная до каждого отдельно взятого кирпичика, становилась ярче только от внутренней школьной жизни.


- Я знаю к кому обратиться. Раньше в старом здании проводились уроки труда по столярному искусству, - рассказал Паша. - Отправимся на разведку.


- Осину здесь оставим? - спросил Слава.


- Нет! Здесь её оставлять нельзя! Придём и нет, - резко ответила Марина, как будто со всех сторон толпились конкуренты только и ждущие, когда они уйдут.


Конечно, все с этим согласились.


Команда стартапа подошла к входу старой школы.


Всё им благоприятствовало:

зашли быстро и поднялись на этаж.


Внутри здание старой школы представляет собой не меньший раритет, чем снаружи: стены без всякой видимой системы декорированы.


- Что такое? - Слава обратил внимание на открытый высокий ящик, стоящий в углу, из него торчали какие-то блестящие и тёмные разноформенные предметы.


- Это рыцарские доспехи, мечи, трофеи лёгкой конницы, - предположил Петя.


При ближайшем рассмотрении рыцарскими снаряжениями оказались: запчасти, металлический чайник, шнуры, зонтики и прочие обитатели кладовых.


Столярную мастерскую нашли неожиданно быстро. Петя и Слава затеяли поединок на старых зонтиках. Слава с боевым кличем: "отхожу на нейтральную полосу, приготовься к рукопашному бою", открыл дверь мастерской.


- Баклуши. Ложек вроде нет, ложки только у нас будут, - заметил Петя.


Все разбрелись по мастерской, подпрыгивали, рассматривали инструменты. На этот шум к ним и пришли.


Григорий Романович, перешагнув определённый возрастной рубеж, перешагивать порог школы собирался.


Новый учитель всё не находился, а дети желающие учиться столярному искусству - находились и Григорий Романович взял на себя кружок.


О Григории Романовиче ходили в школе разные слухи, что он участвовал чуть ли не в наполеоновских битвах,

был вроде за белых, потом за красных и прошёл всю войну на танке.

Сам он эти слухи не развеивал.

Родился он во время войны в небольшом северном городке и первый танк увидел в 18 лет. Трехгодичным отбытием в роте связистов его отношения с армией и завершились.


Григорий Романович зашёл в мастерскую.


- У нас есть свой первоначальный капитал

- осина, - заявил Петя.

Дети принесли осину.


- Мы ходим в лес и дерево нам дарит, - сказал Григорий Романович


Дома Марина поделилась новостью.


- Мама мы записались на кружок искусства, и сказку придумали: жила-была Досада...


- Досада? Раздражение, неудовольствие в смысле?


- Да. Была она девушкой раздражительной, всё ей не так.

Приходит в магазин платье купить: "мне, пожалуйста, изумительного зелёного цвета".


- Досада Ивановна у нас самое прелестное платье, изумрудный оттенок, - предложила продавщица.


- Ой ой, изумрудное это не то, не то...


- Уважаемая Досада Ивановна расскажите, какое вы хотите?


Досада не хотела всем досаждать, но так уж получается.


- Такую яркость я увидела во сне: ночь полнолунная, на небе жёлтое сияние, на земле отражается зелёным. И так мне этот цвет понравился, но мне не совсем такой нужен. Если к этому прибавить оттенки авокадо и васильков, расцветающих ранним утром, то получится именно тот зелёненький, который я так полюбила.


Досада девушка ещё и романтичная.


А у продавщицы имя - Выгода, но Досада об этом не знала.


Выгода Петровна отвечает: - Ой, конечно, я вас так понимаю, вам нужно платьишко на заказ. У нас есть дизайнер по имени Время. И сон ваш станет явью.