# Пубертатка

Аноним Фу

Строго по секрету, однажды московский врач-травматолог, кстати, она симпатичная, молодая и упрямая до очарования (примечание автора), случайно попадает в роман Война и мир в тельце подростка, в Наташу Ростову, напомню, не очень симпатичную. Стараясь вернуться в свой 21 век, она пытается переписать и изменить роман Льва Толстого, первой издать новую версию с помощью Александра Пушкина, чтобы у Льва Николаевича не возникло желания создать свой поздний вариант. В ходе ее творческих усилий, она понимает, что изменить роман не так-то просто. Она решается соблазнить и переспать с русским императором Александром, чтобы в кровати что-то нашептать ему на ухо, и подтолкнуть его первым напасть на французских фашистов. Впрочем, Россия и оба этих великих романа (мой и Льва) все равно скатываются к Бородинскому полю...

Как же это происходит?

Бац, бух, шмяк, или как там еще?

Я в теле Наташки Ростовой.

Я в первом ее танце с Андреем Болконским!

Два масляных глаза уперлись в мою новую, едва определившуюся грудь.

А где моя уже определившаяся?

Я сейчас щуплая девочка подросток танцую со зрелым педофилом.

Одно название, что князь.

Я могла бы попасть, куда-нибудь, рядом с Брэт Питтом.

Этот Пьер Безухов вообще урод.

Я в четвертом томе выйду за него замуж.

Я хочу назад к маме.


- Андрей, вы не знаете, как пройти в 21 век?

- Я вас не понимаю.

- Ну, мне пи-пи нужно, как отсюда убежать?


У него челюсть в пол, он, видимо, потому и навеки мой.

Как в этих тряпках можно быть счастливой?

Все жмет и чешется.

Эта большая дверь, еще одна дверь, еще одна дверь.

Золушка вообще в одной туфле убежала.

Я хочу назад в РФ!

А сейчас я где? В Москве или Питере?

Вспоминай, двоечница.

Я этот роман читала по диагонали.


Я сбежала со своего первого бала, выбежала из дома 10 по Английской набережной. Этот дом в 31 декабря 1809 еще не существовал, его строительство начнется только в 1836 году для сенатора Александра Львовича Нарышкина. Все врет этот зазнайка Лев Толстой.

Чувствую себя тринадцатилетней девочкой вырвавшейся из лап взрослого князя. Он меня возжелал, я видела, как не стыдно! Я уперлась несуразным Наташкиным лицом прямо в Неву. Я здесь не дома! Холодно, ветрено, промозгло, бр-р-р, чахоточное место!


- Извозчик, в Москву, на Поварскую, даю пять тысяч рублей.

- Пресвятая Богородица, пять тысяч рублей, вы барышня Ростовых?

О Боже, я угловатый урод с детским лицом.

- Ну да ладно, знаешь, где в Санкт-Петербурге остановились графы Ростовы.

Как не знать, барышня, я вас сюда привез.


- Мамам, я больше на бал не пойду!

- Доченька, что с тобой? Слуги рядом, не ори по-русски.

- Отстань, maman, я в пубертатном обмороке.

- Дочь, ты выражаешься, как ломовой извозчик.

- Маменька, ты бы слышала, как говорят покемоны.

- У тебя хромает французский.

- У нас на пороге СВО с Наполеоном, а ты заладила жеву при. -

Это по секрету тебе сказал князь Болконский? Он всем это говорит по секрету.

- Это в меня вдолбила учительница по русскому языку и граф Лев Толстой.

- Как граф, какой граф, не знаю?

- Не парься, он еще не родился, а потом напишет о том, чего сам толком не знает. Где мой брат Коля?

- Он помогает Соне перемотать нитки.

- Ботаник. Второй год девку динамит. - Динамит? -

Стоп, не полошись, это не то, он просто нитки перематывает. -

Я тебя сегодня не узнаю.

- Я себя тоже, ах, Наташа, как ты хороша, бр-р-р.


Вот те раз, я попаданка в еще ненаписанную книгу.

А вчера я была молодой женщиной, с работой и ипотекой.

У меня дома кот не кормлен, но он еще не родился.

Как это делают писатели фэнтези?

Чтобы обратно.

Они находят какой-то портал?

Я даже туалет здесь не знаю, где находятся.

Они тут пудрятся мелом!

Как у них все устроено.

Строго по книге.

Я сбегу и пересплю с красавцем Курагиным.

Это плюс.

Я похороню князя Болконского в Мытищах.

Это минус, все-таки не Москва.

Выйду замуж за папика Безухова.

Стану толстой бабой и матерью-героиней.

Французы сожгут мою Москву.

Я не позволю!

Я не смогу жить по этой книге.


- Николас, у тебя есть ствол?

- Что такое, Наташа?

- У тебя есть пистолет?

- У папеньки в кабинете, на ковре, много.

- А сабля?

- Зачем тебе, моя маленькая сестренка.

- Какая я тебе сестренка, сопляк, я хирург в травме.

- Маменька, она опять заговаривается.

- Доктора!

- Опять Дуремар с пиявками.


- Она здорова, просто переутомление.

- Я увезу ее на воды.

- Я бы рекомендовал Германию.

- Какая беда, а еще неделю назад была милой девочкой.

- Она у вас прекрасно знает анатомию, мне поставила диагноз почечные колики, и права.

- Натали часто повторяет, что она взрослая девушка, лекарь.

- Они так быстро теперь взрослеют. Замуж, замуж, видимо, пора.

- Она и на веревке до 18 замуж не пойдет. Втемяшила себе в голову, ранние браки вредны.


Я знаю, что нужно сделать.

Я напишу роман Война и мир до Льва Толстого.

Он не посмеет написать второй, такой же.

Ну, и тогда не будет его книги, и этот гороховый мир развалиться.

Я окажусь на дежурстве в Травме.

Или в постели с Брэд Питтом.

Если повезет.


- Мамам, у нас есть гуси?

- Доченька, это жесткое мясо.

- Я хочу живого гуся!

- Сейчас, сейчас, принесут из деревни.

- Хочу жирного.

- Боже, что делается, пойду, поставлю свечку Богородице.

- У нас в доме нет чернильницы и чернил!

- Маман, в нее опять вселился кучер.

- Хочу гуся, чернильницу, чернила, бумагу, и чтобы все на время сдохли.


ВОЙНА И МИР

Так говорила в июле 1805 года известная Анна Павловна Шерер, фрейлина и приближенная императрицы Марии Федоровны, встречая важного и чиновного князя Василия, первого приехавшего на ее вечер. Анна Павловна кашляла несколько дней, у нее был грипп, как она говорила (грипп был тогда новое слово, употреблявшееся только редкими). В записочках, разосланных утром с красным лакеем, было написано без различия во всех: 'Si vous n'avez rien de mieux à faire, Monsieur le comt.


Это никуда не годится!

Это будет так.


Анна Павловна Шерер кашляла несколько дней, у нее был ковид, встречая депутата Единой России олигарха Василия, она утром разослала всем SMS-ки: 'Si vous n'avez rien de mieux à faire, Monsieur le com'.


Я издам этот роман с помощью Александра Пушкина.

Мы же теперь с ним ровесники.

Сашка. Конечно, будет за мною волочиться.

Черный, маленький, кудрявый, тьфу.

Один раз не считается!


- Маман, заберите первого гуся.

- Она его живого ободрала.

- В нее снова вселился этот, как его, травматолог.


Дальше пока еще ничего не придумала.