# "Патриотизм" и "коллаборационизм" в средневековой Руси

Брячеслав Иванович Галимов

Были ли "патриотизм" и "коллаборационизм" в средневековой Руси? Для ответа на этот вопрос в очерке показывается историческая обстановка эпохи и деятельность таких известных личностей как Александр Невский, Иван Калита, Дмитрий Донской, Иван Грозный и других.

Патриотизм и коллаборационизм в средневековой Руси

Оба этих понятия часто связывают с Александром Невским, но прежде всего надо остановиться на исторической обстановке, в которой он жил.

1). Феодальная раздробленность.

На Руси при феодальной раздробленности была лествичная система престолонаследия (от слова лествица лестница). Суть её в том, что власть передавалась не от отца к сыну, а к старшему брату в роду, затем правили его младшие братья. То есть когда умирал великий князь, его место занимал следующий по старшинству брат, и все остальные князья тоже поднимались по лестнице, получая в правление более выгодные уделы.

Подобные смены происходили постоянно, так что патриотизм на Руси был чисто местническим: князь заботился о том уделе, в котором правил, иногда воевал против прежнего своего удела. Понятия Русь и русские неизменно отступали перед местным патриотизмом. Например, одна из самых кровавых битв в период феодальной раздробленности произошла между суздальцами и новгородцами, когда в начале 1170 года к Новгороду подошло объединённое войско, состоявшее из суздальских, муромских и рязанских полков. Решающее сражение состоялось 25 февраля 1170 года; новгородцы отбили штурм. В итоге, суздальцы и их союзники потерпели поражение: многие были перебиты, других взяли в плен. При этом, ни суздальцам, ни новгородцам не приходило в голову, что русские сражаются против русских каждый сражался за свою малую родину.

Можно вспомнить также о затяжной феодальной войне в начале XV века между московским князем Василием II и его ближайшими родственниками дядей и двоюродными братьями. В этой войне обе стороны разоряли земли друг друга, нисколько не заботясь об общерусских интересах. В фильме А. Тарковского Андрей Рублёв (Страсти по Андрею) есть эпизод, когда один из двоюродных братьев Василия II с помощью татар разоряет город, принадлежавший московскому князю. Местный монах упрекает брата Василия II: Что ты делаешь?!.. Ты же русский!, на что тот спокойно отвечает: Какой такой русский? Слыхали мы это.

Повторим, никакого русского патриотизма не существовало в то время; говорить о нём применительно к данной эпохе это анахронизм. Точно так же анахронизмом является обвинение князей периода феодальной раздробленности в коллаборационизме, о чём будет сказано далее, но прежде нужно обратиться к правлению Александра Невского.

2). Личность и правление Александра Невского.

Нет более легендарной личности в русской истории, чем Александр Невский. На формирование его героического образа оказал прямое влияние политический заказ. Возвеличивание этого князя началось в XV-XVI веках, когда потомки Александра создавали на заложенных им принципах управления централизованное государство. Именно тогда Александра стали впервые называть Невским, поскольку Россия боролась за те же земли, где сражался он. Позже, при Петре I здесь снова шла война с тем же противником, шведами, и по приказу Петра сюда были перевезены останки Александра Невского, что было глубоко символично.

Вторая волна возвеличивания шла при Сталине, когда накануне войны с немцами, Александр Невский окончательно превратился в национального героя (немалую роль сыграл в этом талантливый фильм С. Эйзенштейна). Изменился даже внешний облик князя Александр стал настоящим русским богатырём, высоким и голубоглазым, этот образ был запечатлён и на известном триптихе художника Корина. (На самом деле, Александр имел ярко выраженные тюркские черты, это видно на посмертном покрывале, которое изначально находилось в соборе Рождества Богородицы Рождественского монастыря во Владимире, где похоронили князя после его смерти. Феодосия, мать Александра, была половецкой княжной; дед Александра по отцу, Всеволод Большое Гнездо тоже был женат на половчанке. Не случайно, когда Александр приехал в Орду, его посчитали там своим, что относилось и к его внешности.)

Победы, одержанные Александром на Неве и Чудском озере, показывались на волне его возвеличивания как борьба за национальную независимость России, хотя в обоих случаях он был, в сущности, кондотьером, это распространённый тип наёмного полководца в Средние века. Кондотьеры заключали с нанимателем договор (кондотту), детально оговаривавший условия службы и размер оплаты, аналогичные договоры заключил Александр с пригласившими его новгородцами, а когда после победы на Неве стал требовать больше положенного, был изгнан за нарушение договора.

Сами битвы не были срывом попытки Запада завоевать Русь, как это нередко показывается в различных популярных изданиях. Численность шведского и немецкого отрядов была явно недостаточной для такого грандиозного предприятия, к тому же, в это время русские князья после похода Батыя на Русь уже признали зависимость от монголов: первым был Ярослав, отец Александра. Признал такую зависимость и Новгород, так что крестовый поход против Новгорода и Руси обернулся бы для Запада войной с мощной монгольской империей. Не надо забывать, что в годы битв на Неве и Чудском озере (1240, 1242) Батый разорял Европу, которая должна была приложить все силы для защиты от монголов. В 1241 году римский папа Григорий IX призвал рыцарские Ордена прекратить местные войны и сплотиться в едином крестовом походе против монголов, посланников ада.

(В истории шведского и немецкого походов, отражённых Александром в 1240 и 1242 году, есть немало спорного и неясного, к тому же, новгородцы сами не раз ходили походами на шведские и немецкие земли, но мы не будем останавливаться на этом, чтобы не уйти от нашей темы.)

Заслугой Александра нередко объявляют ещё отказ от союза с католической церковью, которого не смогли добиться от него послы римского папы. Утверждается, что такой союз привёл бы к потере национальной независимости Руси, но подобное утверждение противоречит фактам. Католические славянские государства Польша и Чехия много веков оставались независимыми, более того, одними из самых развитых и сильных в Европе. В XIV веке католичество приняла Литва, что помогло ей отстоять свою независимость, отбив как набеги татар, так и немецкий натиск.

Исходя из всей политики Александра, причиной отказа от союза с католической церковью было нежелание принять принцип папоцезаризма, то есть подчинения светской власти духовной, ведь римский папа был выше по своему положению, чем короли и императоры. Александр же, напротив, придерживался принятого в православии принципа цезаропапизма, когда светский правитель стоит над церковью. Этот принцип восприняли его потомки, а сама система власти на Руси (потом в Московском царстве) была во многом заимствована у монголов.

В предыдущем очерке (Почему Батый не завоевал Европу) мы говорили, что Александр неоднократно ездил в Орду, побратался с сыном Батыя и получил ярлык на великое княжение. Став великим князем, он неукоснительно соблюдал монгольские интересы на Руси, организовывал карательные экспедиции против непокорных Орде князей (в частности, в 1252 году против своих младших братьев Андрея и Ярослава, пытавшихся бороться с монголами), подавлял народные выступления против Орды. (В 1257 году в Новгороде он, действуя совместно с монгольскими баскаками (сборщиками дани), беспощадно подавил бунт. Летописи сообщают, что князь подверг жестокому наказанию новгородцев (резал носы, выкалывал глаза), что было беспрецедентным для Руси того времени. В 1262 году с такой же жестокостью Александром были подавлены антимонгольские восстания в Ростове, Суздале, Ярославле и других городах.)

Всё это дало основание ряду историков обвинить его в коллаборационизме. Напомним, что коллаборационизм это добровольное сотрудничество с противником. Коллаборационизм может принимать различные формы, включая политическое и военное сотрудничество; его причинами часто являются стремление политических лидеров удержать свои позиции, а также принятие идеологических убеждений и политической системы противника.

По мнению Ю. Н. Афанасьева, Александр Невский фактически является первым русским коллаборационистом, предавшим интересы Руси ради удовлетворения собственных политических амбиций. Согласно точке зрения Дж. Феннелла и российского исследователя И. Н. Данилевского, именно коллаборационизм Александра по отношению к монголам, предательство им братьев Андрея и Ярослава в 1252 г. стали причиной установления на Руси ига Золотой Орды.

Сами по себе эти факты сомнения не вызывают, но можно ли говорить о коллаборационизме Александра в связи с ними? Выше мы показали, что в это время не существовало понятия общерусского патриотизма, поэтому Александр никого не предавал. Восточная система власти была намного привлекательнее для него, чем западная. Восточная система строилась на жёсткой иерархии (вертикали власти), авторитарности, на строгом подчинении общества, традиционализме. В западной системе значительное место занимают самоуправление, элементы демократии, динамизм социально-политических и экономических структур. На Западе даже абсолютная власть правителя была, по сути, ограниченной законами, альтернативными органами управления и т.д. На Востоке властная система имела форму азиатской деспотии, когда власть правителя не была ограничена ничем и принимала божественный характер (Иван Грозный, прямой потомок Александра Невского, писал, что как бог волен казнить или миловать людей, рабов божьих, так и царь, представитель бога на земле, волен казнить или миловать их).

Тесный союз с Ордой, её помощь в борьбе с непокорными князьями, заимствование у монголов методов управления чрезвычайно укрепляли власть Александра, можно согласиться с Ю. Н. Афанасьевым, что это удовлетворяло политические амбиции князя. Но он не был коллаборационистом, как не был и патриотом, он просто действовал так, как ему было выгодно.

3). Патриотизм и коллаборационизм в средневековой России после Александра Невского.

Как уже было сказано, потомки Александра Невского продолжали его политику, во многом превзойдя своего предка. В первую очередь это относится к московским князьям, в частности, к братьям Юрию и Ивану Даниловичам, внукам Александра.

Оба они постоянно ездили в Орду за помощью в борьбе с другими русскими князьями (Иван однажды провёл там около двух лет) и обзавелись связями среди высокопоставленных ордынцев. Юрий женился на Кончаке, сестре хана Узбека, которая принесла Юрию огромное приданное и татарское войско, которое нужно было ему для борьбы с Тверью. Тверской князь Михаил Ярославич наголову разбил, однако, москвичей и татарский отряд, после чего был вызван в Орду (другой виной Михаила считалась смерть Кончаки, которая попала в плен к тверичам и там умерла). Не дожидаясь окончания разбирательства, Юрий вместе со своим другом татарским князем Кавгадыем убили Михаила.

Тем не менее, Орда вновь передала ярлык на великое княжение тверским князьям, поскольку татарам было выгодно русское соперничество, кроме того, существовали небезосновательные подозрения, что Юрий утаивает часть положенной Орде дани. Тогда Юрий стал доносить на нового великого князя Дмитрия, сына убитого Михаила; в конце концов, оба были вызваны в Орду, и там Дмитрий, недаром имевший прозвище Грозные очи, зарубил Юрия прямо на глазах хана.

Но ярлык опять достался тверским князьям, и теперь за него боролся уже Иван Данилович. Ему помогло восстание в Твери в 1327 году, когда тверичи перебили отряд баскака Чолхана; князь Иван сам возглавил карательный поход на Тверскую землю, учинив здесь страшный погром (как пишут летописи: Людей множество погубиша, а иныа в плен поведоша, а Тверь и вся гради огнём пожгоша). Карательная армия разграбила также окрестности Торжка и взяла откуп с Новгорода Великого.

Сразу после этого похода Иван поехал в Орду и там получил заветный ярлык на великое княжение, а также право самостоятельного сбора дани с русских земель. Помня печальный урок своего старшего брата, Иван аккуратно отсылал положенную дань Орде, однако собирал с русских княжеств больше, чем нужно, оставляя остаток себе. Москва быстро богатела, а Иван получил прозвище Калита (денежный мешок) (московские летописцы утверждали, что это прозвище ему дали за щедрость: он всегда выходил к народу с мешком, полным денег, и раздавал милостыню нуждающимся; впрочем, одно другое не исключает Иван мог и собирать большие деньги с русских княжеств и раздавать мелочь нищим).

Исходя из современных понятий, Юрий и Иван типичные коллаборационисты: чего стоит один только поход Ивана во главе татарского карательного отряда. Но с таким же успехом этих князей можно было бы назвать патриотами Москвы, ведь общерусского патриотизма всё так же не было, и князья по-прежнему действовали исключительно в собственных интересах.

Принято считать, что первое серьёзное проявление общерусского патриотизма произошло при Дмитрии Донском, разгромившем совместно с другими русскими князьями ордынское войско на Куликовом поле в 1380 году. Однако и тут не всё однозначно: во-первых, не все русские князья вышли на битву с Мамаем, а рязанский князь вообще выступил на стороне Орды. Во-вторых, как показал в своих исследованиях Лев Гумилёв, у Дмитрия не было задачи разгромить Орду: он действовал как союзник законной ордынской власти, ведь Мамай был узурпатором, не принадлежавшим к роду Чингизидов. После поражения на Куликовом поле Мамай был убит, и законным ханом стал Тохтамыш.

Дмитрий признал его верховенство, но не сразу возобновил выплату дани. Это привело к походу Тохтамыша в 1382 году, во время которого была разорена Москва. После этого Дмитрий вернулся к выплате дани и даже начал чеканить монету, на реверсе которой были размещены хвалебные надписи в адрес Тохтамыша (например, Султан Токтамыш хан да живёт долго).

4). Патриотизм в Московском царстве.

Начиная с XIV века начинается распад и ослабление Орды; московское княжество, напротив, всё больше усиливается. Во второй половине XV века московский князь Иван III окончательно отказался от выплаты дани Золотой Орде, а карательный поход хана Ахмата в 1480 году окончился ничем. Иван III называл себя теперь не только великим князем всея Руси, но и царём (этот титул позже официально закрепил за собой Иван IV Грозный, внук Ивана III).

Московское царство во многом переняло от Орды иерархическую систему власти, основанную на жёстком подчинении (как уже говорилось, Александр Невский заложил её основы на Руси). Все остатки демократического управления (в средневековом варианте) последовательно уничтожались, особенно сильные удары наносились московскими князьями по Новгороду, где существовала своеобразная феодальная республика с вече (народным собранием). Ещё Иван Калита пытался подчинить Новгород, но успеха в этом деле достиг Иван III: в 1478 году он захватил Новгород, повелев колокол вечевой спустить и вече разорить. Вечевой строй был упразднён.

В Новгороде продолжали, однако, довольно долго сохраняться оппозиционные настроения по отношения к Москве. В конце концов, в 1570 году Иван IV совершил поход на Новгород и разорил его, пытая и убивая новгородцев. По сообщениям летописей, людей обливали зажигательной смесью, волочили за санями, связывали матерей с младенцами и бросали в реку Волхов. Священников и монахов после издевательств забивали дубинами и тоже сбрасывали в Волхов. Царские отряды, разосланные на 200300 вёрст, производили грабежи и убийства по всей округе.

Апологеты Ивана Грозного говорят о всего 2-3 тысячах замученных и убитых новгородцах, объективные историки пишут о 15 тысячах жертв этого погрома (при общей численности населения Новгорода около 30 тысяч человек).

Новгород превратился в рядовой город, полностью подчинённый московской администрации.

Ужесточение власти, ликвидация последних свобод шло во всей системе Московского царства. Так, Судебники (своды законов) XV и XVI веков всё более ограничивали свободу передвижения московских подданных, причём, это касалось не только низших слоёв населения (полностью закрепощённых в XVII веке), но и высших. Ранее удельные князья и бояре имели право выбирать, какому правителю им служить: кто-то приезжал в Москву (предки многих русских дворянских родов были выходцами из Орды Тургеневы, Карамзины, Апраксины, Ермоловы, Булгаковы, или из Литвы Голицыны, Трубецкие, Толстые, Романовы), кто-то, наоборот, отъезжал из Москвы в иные владения.

Иван III существенно ограничил право отъезда, а Иван Грозный вовсе отменил его и объявил отъезжающих изменниками. В этой связи характерна переписка Ивана Грозного с князем Курбским, одним из изменников, по определению царя. Курбский писал, что на отъезд решился в том числе из-за несправедливости и лютости Ивана и ставил ему в вину деспотический (тиранский) характер правления. Царь возражал, что государство дано ему от бога вместе с правом карать своих людишек, а если кто-то из них и подвергся гонениям несправедливо и принял мученическую смерть, то это им же во благо, поскольку открыло дорогу в царствие небесное. По мнению царя, истинная добродетель подданных состоит в полном подчинении государю и беспрекословной службе ему.

Таким образом, патриотизм стал пониматься как безусловная готовность к жертвам ради государства, которое олицетворялось государем. В этом была принципиальная разница с западным патриотизмом, напрямую зависящим от прав, предоставляемых гражданам и защищаемых государством. Наиболее последовательно этот принцип развил позже Руссо в своей теории общественного договора, а Дидро говорил, что нельзя любить свою Родину, если она тебя не любит; тогда же в американской Декларации независимости было записано, что каждый народ имеет право на восстание против антинародного правления, тирании.

В Московском царстве граждан не было: все подданные царя звались и, по существу, были его холопами или рабами (выражение холоп твой (или раб) челом бьёт было строго обязательным во всех прошениях к царям вплоть до второй половины XVIII века). Подобное положение вызывало неприятие у западных путешественников в Московское царство. Для них царь предстает в роли деспота ещё и в XVIII веке они писали, что власть правителя настолько деспотична, что жизнь, поместья и земли подданного не могут перейти от отца к сыну без его согласия. Русские знают, что самый важный вельможа империи является не меньшим рабом, чем его конюх, и что только от государя зависит не перепутать хозяина с его слугой (см. Т. Флиши Новая монгольская империя).

Ранее были и такие отзывы: Московиты злы по своей природе, и угодливость, в которой они вскормлены, соединяется с порабощением, для которого они, кажется, родились. Русский родился с чувствами рабства; он повинуется только потому, что он вынужден, он походит на тигра, который лижет руки своему хозяину, пока он на цепи, но как только он оказывается на свободе, разрывает его на части.

Всё это нередко называют проявлением русофобии, подразумевая под русофобией ненависть к русским. На самом деле, русофобия буквально означает боязнь русских, и действительно на Западе боялись огромного русского государства с деспотическим правлением и массами бессловесных подданных, готовых на неисчислимые жертвы по прихоти своего правителя.

Насчёт же тигра, который оказывается на свободе, в русской истории есть много примеров того, что из этого выходило, однако эта уже другая тема.