# Приключения Маринки

Галина Владимировна Андреева

Сказку мама закончила в 2001 году незадолго до ее смерти

Андреева Галина Владимировна

Приключения Маринки

Origin: http://samlib.ru/g/galina_wladimirowna_andreewa/marinka-fairytale-russian.shtml

Создан: 18/09/2022, изменен: 18/09/2022, 218k

Новелла: Проза

Сказку мама закончила в 2001 году незадолго до ее смерти

____________________________________________________________

ПРИКЛЮЧЕНИЯ МАРИНКИ

Сказка Галины Андреевой-Джонсон

МАРИНКА

Маринке шесть лет. Это смешливое, болтливое и довольно легкомысленное существо с одной тонюсенькой белобрысой косичкой и парой любопытных голубых глаз. Женское кокетство уже пустило корни в этой юной душе, и мамино зеркало постоянно было покрыто отпечатками маленьких беспокойных пальцев -- первые поиски путей к самоусовершенствованию.

Впрочем, сама Маринка объясняет появление отпечатков своих пальцев на зеркале, равно как и на других неподходящих предметах, одной обезоруживающей фразой:

- А мне всё интересно.

И перед любопытством первооткрывателя, пионера, стоящего на пороге в неведомое, меркнут все разумные доводы.

Маринка -- дитя века машин, суеты и рационализма. Она твёрдо знает, что говорящие звери, злые волшебники, опасные приключения с превращениями и Баба Яга существуют только в сказках. Но где-то в глубине души она всё-таки надеется хоть одним глазком увидеть всё это, только так, чтобы было не очень страшно. А пока в ожидании этих будущих приключений, она разыгрывает со своими плюшевыми, пластмассовыми и резиновыми приятелями целые спектакли на старом деревянном кресле. Да ещё серия совершенно невероятных рисунков выдаёт её жгучую жажду приключений. Однако Маринка бережно охраняет свою тайну и на вопрос взрослых, что она больше всего любит, отвечает:

-- Есть и спать.

Когда Маринка остаётся дома одна, и никто не сторожит каждый её шаг, она вновь и вновь обходит оставленные ей владения в поисках таинственной дверцы, как в каморке папы Карло, или волшебного поющего котелка. Но все предметы оказываются только неодушевлёнными, не имеющими ничего общего с самым что ни на есть малюсеньким волшебством.

Один раз ей вдруг показалось, что старая деревянная солонка ей подмигнула с кухонной полки, но сколько она потом ни смотрела на неё, сколько ни тёрла глаза, солонка стояла как ни в чём ни бывало.

Если бы у неё была собака или хотя бы кошка, с которой можно было бы играть по настоящему! Разве можно сравнить живого пушистого зверя с глупой куклой или набитым паклей мишкой?

Но однажды у Маринки появилась надежда: в полу под окном она обнаружила маленькую дырочку, которая получилась то ли оттого, что покоробился старый паркет, то ли оттого, что её прогрызли мыши. Маринка даже подпрыгнула от радости при мысли о мышах. Она никому не рассказала о своём открытии, но теперь, оставаясь дома одна, она больше не бродила по комнате а забиралась с ногами на диван и блестящими круглыми глазами следила за дыркой в полу: а вдруг оттуда вылезет мышка, обманутая тишиной.

И однажды её терпение было вознаграждено. В дырке под окном что-то заскреблось, и оттуда показался маленький розовый носик. Он беспокойно понюхал воздух, исчез, и появился снова. За носом показалась голова. Но к удивлению Маринки, ожидавшей, что из дырки вылезет хорошенькая пушистая мышка, голова с двумя пронзительными красными глазками принадлежала не крохотной мышке, а существу более неприятному на вид и обладающему повидимому куда более скверным и злобным характером. Привстав на задних лапах и шевеля жёсткими усами, из дырки в полу глядела противная бурая крыса. Увидав Маринку, она не испугалась, а продолжала пристально смотреть на девочку.

- Кышь, - робко сказала Маринка, но на крысу это не произвело решительно никакого впечатления. Может быть эта крыса волшебная? Но всё-таки приятнее было бы столкнуться с волшебной книгой, волшебной палочкой или ещё чем нибудь, а не с большой нахальной крысой. Маринке было всего шесть лет, и она, конечно, испугалась. И скорее от испуга, чем по какой-нибудь другой причине, она быстро подобрала с пола свою тапку и что было силы швырнула её в крысу. Это решительное действие возымело успех, и крыса метнулась назад в дырку и исчезла.

Скоро домой из магазина вернулась бабушка, и Маринка уже с удовольствием вспоминала о своём приключении.

Эта крыса начала теперь играть главную роль в спектаклях, разыгрываемых на сиденьи старого кресла. Маринка даже имя ей придумала -- Матильда. Имя было загадочное, таинственное и злое, как и сама крыса.

Незаметно подошёл вечер, а за ним и ночь. Правда сама Маринка не была уверена, когда именно наступила ночь. Для неё она наступала с того момента, когда одетая в длинную жёлтую ночную рубашку или розовую пижаму, она укладывала голову на подушку и бабушка гасила свет.

В темноте комната менялась, становилась больше. Знакомые предметы приобретали новые очертания, а иногда даже будто-бы шевелились.

Но Маринка знала, что вот там, где сейчас стоит нечто большое и тёмное, утром появится книжный шкаф. А то что поблёскивает на стене это всего навсего бабушкина фотография под стеклом.

"И ничуть не страшно, - думала Маринка, одним глазом выглядывая из под одеяла. "Ну и что ж что темно! А я не боюсь!"

Неизвестно сколько времени она так лежала, уставясь глазами в относительно светлый прямоугольник окна. На улице давно перестали звенеть трамваи, а Маринка всё никак не могла уснуть. Наконец ей показалось что она засыпает, но в этот момент в комнате отчётливо раздался звук, будто кто-то заводит часы. Маринка прислушалась. Звук продолжался. Тогда она встала с кровати, одела тапки и на цыпочках подошла к письменному столу, на котором обычно мирно тикал будильник.

На столе возле будильника стояла крыса Матильда и будто колдовала над ним. Маринка схватила толстую книгу и занесла над крысой, но та неожиданно сказала резким скрипучим голосом:

- Не мешай.

- Что ты делаешь? - Маринка вытарашила глаза, медленно вернув книгу на место.

- Сейчас увидишь. - Ответила крыса.

Она кончила заводить будильник и теперь, сопя от напряжения, передвинула стрелки на цифру двенадцать.

- Залезай на стол, - скомандовала крыса. - Сейчас я тебе покажу что-то интересное.

Маринка влезла на стул и села на край стола.

- Раз, два, три, - сосчитала крыса, и Маринка с ужасом увидела, что крыса начала расти. Она быстро росла, росла и росла пока ни стала чуть больше Маринки. Хотя и будильник тоже вырос, и стол превратился в огромную площадь, и Маринка с ужасом поняла, что это она сама стала маленькой.

Крыса нажала на кнопку будильника, и стекло вместе с циферблатом и стрелками, заскрипев, открылось. Крыса схватила острыми когтями Маринку за руку и потянула за собой в тёмное, как чернила, отверстие. Стекло со звоном захлопнулось за ними.

- Ха, ха, ха, - захохотала крыса в ухо Маринке.

- Где мы? - шопотом спросила Маринка.

- Сейчас узнаешь. Свет! Дайте свет! - взвизгнула крыса, и вдруг стало светло.

Прежде всего Маринка увидела рядом с собой старуху с красными злыми глазками и крючковатым носом.

- Будем знакомы, - сказала старуха. - Тебя я знаю зовут Маринкой. А меня ты можешь звать бабушкой Матильдой. Ты меня вчера немного ушибла своей тапкой, но я на тебя не в обиде. Теперь ты моя внучка. Я давно хотела маленькую внучку, и ты мне как раз подходишь.

- У меня уже есть бабушка, - возразила Маринка.

Старуха беззвучно засмеялась.

- Уж не знаю как ты попадёшь назад к своей бабушке.

- А где мы? - Маринка была так ошеломлена всем, что только теперь начала оглядываться вокруг.

Они стояли перед большим столбом, к которому было прибито двенадцать стрелок, направленных в разные стороны. На каждой из стрелок было написано: "Город 1", "Город 2", "Город 3", и так далее, до последней - "Город 12". По направлению этих стрелок от столба разберались просёлочные дороги.

Вдруг наверху что-то щёлкнуло, и на столбе открылось маленькое окошко, откуда высунулась голова сороки.

- Сначала в Город 1, сначала в Город 1, и платите пошлину, - затрещала сорока.

Старуха порылась в кармане своего передника, вытащила потёртую пуговицу, раскусила её пополам и сунула обе половинки в окошко сороки.

- За меня и за внучку.

- Это Ваша внучка! Поздравляю, бабушка Матильда, поздравляю. А теперь поспешите -- скоро выключат свет.

Окошко захлопнулось.

Матильда схватила Маринку за руку и потащила за собой по дороге указанной стрелкой "Город 1".

## ГОРОД 1

Они шли очень долго. Старуха не разговаривала, и Маринка молча, безропотно плелась за ней. Вокруг, куда ни погляди, расстилалась плоская равнина, поросшая чахлой травой.

Дорога по которой они шли была совершенно прямая, без единого изгиба или поворота. А впереди всё ещё ничего не было видно. "Как же далеко этот город", - удивлялась Маринка, - "и сколько еще идти?" Она почуствовала, что ужасно проголодалась.

- Бабушка Матильда! - позвала она, но старуха, будто не слыша, молча шла вперед.

- Бабушка Матильда! - повторила Маринка.

Старуха остановилась и оглянулась.

- Что тебе?

- Я хочу есть.

- Ты слышала, что нам надо спешить. Вот прийдем в город и поедим.

- А долго еще идти? Я очень устала.

- До чего ты капризная! Чем меньше будешь хныкать, тем скорее мы дойдем. Вон, гляди, город уже видно.

Маринка посмотрела вперед и с удивлением увидела, что там, где только что ничего не было, высилась каменная стена.

Дорога вела к воротам, над которыми золотой краской была написана цифра "1". Около ворот к стене был прислонен большой деревянный молоток. Старуха подняла его и ударила им по воротам.

По обе стороны от ворот стояло по полосатой будке. Из окошка каждой из них одновременно высунулись два усатых стражника в медных касках и хором спросили:

- Пошлина уплачена?

- Уплачена, уплачена, - закивала головой старуха.

- Проходите! - гаркнули стражники, и Матильда с Маринкой вошли в город.

Они оказались на широкой улице, по обе стороны которой находились совершенно одинаковые двухэтажные дома. Только по одну сторону улицы они были выкрашены в красный цвет, а по другую -- в голубой. Посреди улицы по мостовой шла широкая белая полоса, а сама мостовая, как и дома, была выкрашена в те-же два цвета. Красная мостовая примыкала к красным домам, а голубая -- к голубым.

Старуха и Маринка шли по самой середине мостовой по белой полосе. Справа от них на голубом доме Маринка увидела вывеску: круглый сыр аппетитно разрезанный на большой голубой тарелке.

- Бабушка Матильда, здесь, наверно, можно поесть? - жалобно спросила Маринка.

Но старуха даже и не взглянула на вывеску.

- Сначала надо узнать, какой сегодня день, красный или голубой.

- А что это значит? - полюбопытствовала Маринка.

Старуха повернулась к девочке.

- В этом городе живут Красные и Голубые. Красные живут на красной стороне улицы а голубые на голубой. И те и другие совершенно не выносят друг друга, и поэтому королева по очереди назначает дни Красных и дни Голубых. В Голубой день на улицу могут выходить только Голубые, а Красные сидят дома, и в Красный день -- наоборот: Голубые запираются по домам, а Красные гуляют.

- А что будет, если кто-нибудь посторонний, вроде нас, зайдёт не на правильную половину?

- И не думай об этом если не хочешь быть избитой.

Маринка вздохнула -- ей что-то не очень нравился этот странный и опасный город.

Из красного дома вышли три маленьких человечка и, смешно подпрыгивая на ходу, двинулись навстречу старухе и Маринке.

- Видишь, - сказала Матильда. - Сегодня Красный день. Теперь можно будет поесть.

Старуха взяла девочку за руку и сошла с нейтральной полосы на красную мостовую.

Человечки подошли к старухе и Маринке и остановились перед ними. Толстяк в красном бархатном берете выступил вперёд и зделал реверанс, чуть не упав при этом.

- Здраствуйте Матильда. Давно Вы у нас не были. А это кто? - толстяк ткнул коротеньким пальчиком в Маринку.

- Моя внучка, - ответила Матильда. - Извините нас, мы очень спешим во дворец.

Три человечка почтительно поклонились, и старуха повела Маринку дальше.

Улица заканчивалась совершенно плоским домом в три этажа, одна половина которого была красной, а другая голубой. Каждая половина имела отдельный вход. Над окнами третьего этажа болшими золотыми буквами было выведено слово "ДВОРЕЦ". На крыше высился, раза в два выше самого дома, шпиль, на котором развивался красный флаг.

- Видишь флаг, - сказала старуха Маринке, - его цвет указывает какой сегодня день. Завтра тут будет висеть голубой флаг и будет Голубой день.

Они вошли во дворец с красной половины, поднялись по широкой лестице на второй этаж и очутились в длинном узком коридоре, по обе стороны которого находились двери с различными надписями.

Вдруг по всему дому прокатился переливчатый звон. Старуха дёрнула Маринку за руку.

- Бежим скорее, а то опоздаем к ужину!

Они побежали. Вместе в ними по коридору неслись неизвестно откуда появившееся какие-то человечки и зверьки. Мимо протопал здоровенный рыжий кот. Увидев старуху, он зашипел, но не останавливаясь помчался дальше.

Все бежали до двери с надписью "Ужин" и выстраивались в длинную очередь. Старуха с Маринкой оказались в самом конце очереди. Дверь открылась и все чинно двинулись внутрь.

За дверью был просторный зал, посреди которого стоял длинный стол. По обе стороны стола тянулись скамьи, которые уже были заполнены, и все сидевшие нетерпеливо стучали об стол ложками. Во главе стола на высоком стуле сидела Королева. Она улыбалась и ждала пока все рассядуться. Маринке и Матильде досталось место возле двери. За ними в зал вошли ещё чромоногий воробей и трое человечков, с которыми они встретились на улице. Человечки никак не могли отдышаться и примостились на самом краюшке скамьи.

Все перестали стучать дожками и уставились на Королеву. Она взмахнула платочком, и в дверь стали заходить человечки в белых передниках, бережно неся тарелки на вытянутых руках. От тарелок шёл пар. Королева пальцем показывала перед кем ставить тарелки. Получившие немедленно принимались за еду, а остальные пристально смотрели на Королеву, в надежде привлечь её взгляд.

Наконец все тарелки были розданы. Некоторые из них были направлены дважды в одни и те же руки. Может быть Королева была не слишком внимательна, а может быть она это сделала нарочно. Получившие по две тарелки ничуть этим не смущаясь, торопливо опустошали первую и сразу же принимались за вторую. Те, кому не повезло, печальными глазами смотрели на счастливцев.

Маринке с бабушкой досталась только одна тарелка, и обе начали черпать из неё ложками, да ещё с боку Хромой Воробей норовил тоже сунуться, но старуха так на него посмотрела, оскалив острые зубы, что Воробей задрожал и больше не повторял таких попыток.

Маринка была так голодна, что сначала не заметила, что ест. Но после нескольких ложек она распробовала гороховый суп, совершенно без соли. Суп был удивительно невкусный, но вокруг все торопливо ели и казались вполне довольными ужином.

Когда весь суп был съеден, снова появились человечки в передниках и унесли пустые тарелки. Маринка ожидала, что за супом последует что-нибудь ещё, хотя бы чай, но оказалось что ужин был окончен. Королева поднялась со своего стула и крикнула:

- Спать!

И тотчас все повскакали со своих мест и бросились к двери. За столом остались сидеть только рыжий кот, старуха и Маринка. Кот встал, подощёл к Королеве и галантно подал ей лапу. Королева опёрлась на неё, и они медленно покинули зал. На Маринку и старуху они даже и не взглянули.

Маринка спросила:

- Бабушка Матильда, а что теперь?

- Ты слышала, что Королева сказала -- спать.

- А где?

- Здесь.

Маринка беспокойно оглянулась по сторонам. Кроме стола, королевского стула и узких деревянных скамеек в зале ничего больше не было.

- А на чём мы будем спать? Ведь здесь нет ни кровати, ни дивана.

- Не будь такой привередливой, - оскалилась старуха, - можно отлично спать и на полу. Забирайся под стол, сейчас выключат свет.

Тут только Маринка вспомнила, что до сих пор не видела ни одной лампы или свечки, вообще ничего такого, откуда мог идти свет. Однако было светло, как днём, не смотря на то, что был вечер.

Глядя на старуху, Маринка тоже встала на четвереньки и полезла под стол. Пол был жёсткий, хотя не очень холодный. Девочка с удивлением смотрела на старуху, которая, улегнувшись, моментально заснула. Маринка же, не смотря на усталость, никак не могла устроиться на жёстком полу. Кроме того ей мешал свет. Внезапно стало темно, как будто действительно выключили свет. Маринка ещё немного поворочилась, и сама того не заметив, скоро уснула.

Маринка проснулась от толчков в бок. Она открыла глаза и увидела Матильду, которая уже начала сердиться.

- Вставай же скорее, а то мы опоздаем на завтрак.

Маринка вылезла из под стола. За ночь она очень замёрзла и теперь мечтала выпить и съесть что-нибудь горячее.

- Скорее, скорее! - торопила её старуха.

Как только они вышли в коридор, раздался звонок. Опять, как накануне вечером, началась беготня. Только на этот раз все бежали к двери с надписью "ЗАВТРАК". Маринка и старуха оказались почти первыми у двери. Сзади напирали, толкали в спину, давили. Наконец дверь открылась, и все хлынули внутрь. За дверью оказался точно такой же зал, как и тот где ужинали: тот же длинный стол, те же узкие скамейки. Даже на столе всё ещё валялись грязные ложки.

Королева уже сидела на своем высоком стуле и зевала, а Рыжий Кот стоял возле неё. Уж не ночевали ли они здесь, подумала Маринка, а иначе как они смогли сюда войти первыми?

На этот раз старуха с Маринкой сидели почти рядом с Королевой, и наверное поэтому, когда начали раздавать тарелки, им обеим досталось по две. Маринка попробовала содержимое и положила ложку -- это был тот же безвкусный гороховый суп.

- Девочка, почему ты не ешь? - услышала она.

Подняв глаза, Маринка увидела что Королева смотрит на неё.

- Спасибо, я уже сыта, - вежливо ответила Маринка.

- Может быть королевская еда кажется тебе недостаточно вкусной?

Но тут на помощь пришёл Рыжий Кот, всё ещё стоявший возле Королевы.

- Ваше Величество, девочка просто хочет сказать, что это такой питательный суп, что одной ложки вполне достаточно чтобы наесться.

Кот повернулся к Маринке.

- Но в знак признательности к нашей славной доброй Королеве, которая каждый день угощает нас такими чудесными обедами, завтраками и ужинами, я доем этот прекрасный суп.

Он выхватил тарелку из под носа Маринки и в одну секунду её вылакал.

Когда все кончили есть, Кот обратился с речью к присутствующим.

- Почтенные гости! Я, Первый Министр Королевы, хочу вас уведомить, что сегодня состоится торжественное вручение награды самому заслуженному гражданину нашего города. Кто более всего ее достоин, объявит сама Королева. Вручение награды состоится сейчас перед дворцом.

Все взволнованно загудели.

- Принести яйцо! - воскликнул Кот, и все сидевшие за столом, повторили, - Принести яйцо!

На большом деревянном блюде, которое торжественно внесли в зал три человечка в белых передниках, красовалось в подставке обыкновенное куриное яйцо. Рядом с ним стояла солонка и лежали чайная ложка и маленький кусочек чёрного хлеба без масла. Блюдо бережно поставили перед Королевой.

- Начинаем, - мяукнул Кот.

За столом воцарилось гробовое молчание. Королева взяла ложечку и под общее "Ах!" разбила верхушку яйца. Все присутствующие зааплодировали, и под эти аплодисменты Королева съела яйцо, сваренное, повидимому, в смятку. Кот осторожно вынул из подставки скорлупу и высоко поднял её над головой, чтобы все удостоверились, что скорлупа пустая.

- Пошли, - сказала Королева.

Все встали и кинулись из зала.

Когда Маринка и Матильда вышли из дворца, на улице уже собралась большая толпа, вернее, две, потому что одна часть человечков, одетых в красную одежду, стояли перед красной половиной дворца, а вторая группа одетых в голубое, столпились на голубой стороне.

Перед дворцом был поставлен обыкновенный табурет, на котором уже стояла Королева. Она подняла руку с раскрытой картонной коробочкой так, чтобы всем была видна положенная туда яичная скорлупа. Внизу, около табурета, вьюном ходил Рыжий Кот.

- Сегодня праздничный день, - зашептала старуха на ухо Маринке. - Видишь как все собрались, и Красные и Голубые. Сейчас кому-то из них вручат яйцо -- награду за особо выдаюшиеся заслуги, и начнётся драка.

- Почему? - спросила Маринка.

- Я же сказала тебе -- это награда, - раздражённо зашипела бабушка. - Получить её почетно. Если она достанется Красным, Голубые сочтут себя оскорблёнными и начнут драку, а если яйцо дадут Голубым, обидятся Красные. Так что в любом случае это всегда кончается дракой.

- Это глупо -- драться из за пустой скорлупы.

- Любую награду получить почётно, даже если чисто символически. Во всяком случае я её никогда не получала, а поэтому не могу тебе сказать насколько это приятно.

Марика решила изо всех сил постараться старуху ни о чём не спрашивать. Уж слишком быстро та начинала сердиться и тогда становилась похожа на крысу, что было очень страшно.

Раздался голос Королевы:

- Дорогие граждане! Сейчас я хочу вручить эту высокую, - она ещё выше подняла коробочку со скорлупой, - награду наиболее достойному из вас. Нелегко кому-то одному дать предпочтение, вы все без сомнения мне преданы и горячо меня любите. - Все поспешно захлопали. - Но я не могу не отметить удивительный подвиг, которым меня порадовал гражданин... гражданин...

Она замолкла, видимо пытаясь вспомнить имя совершившего подвиг, но так и не вспомнив, ткнула пальцем в толпу Голубых, откуда вытолкнули лупоглазого человечка.

- Кто как не он, срубил единственное дерево в нашем городе и сделал мне в подарок эту трибуну? - Королева топнула ногой по табурету, то ли проверяя его прочность, то ли привлекая внимание к подарку. - Разве это не достойный подарок? Разве он не заслуживает высочайшей награды?

С этими словами Королева закрыла коробочку со скорлупой и дала её Голубому человечку. Он низко поклонился Королеве и поспешно бросился в толпу Голубых, где его моментально скрыли. Королева зевнула и сказала:

- Торжественное вручение окончено.

Кот подал ей лапу, и она спрыгнула с табурета. Табурет унесли во дворец, и туда же пошли Кот и Королева. Уходя, Кот крикнул:

- Не забудьте, сегодня Голубой день.

Как только они скрылись во дворце, на улице поднялся невообразимый шум. Красные человечки, размахивая кулаками, бросились на толпу Голубых. Началась драка. Вокруг кричали, пищали, даже кудахтали. Кто-то орал: "Ой, больно!"

Маринка с бабушкой прижались к стене дворца и смотрели на дерущихся.

Маринка дёрнула Матильду за рукав.

- Бабушка, пойдём! Тут очень страшно.

Но старуха зашикала:

- Шшш, тише! Гляди внимательно, не выронит ли кто в драке коробочку с наградой.

- А зачем она нам? - спросила Маринка, но старухи возле неё уже не было.

Вдруг из толпы дерущихся выпрыгнул Хромой Воробей, подскачил к девочке и сунул ей в руку знакомую картонную коробочку.

- Подержи, - сказал он и снова нырнул в толпу дерущихся.

Маринка стояла, прижавшись к стене, и думала, что ей делать. Вдруг Матильда не вернётся. Даже если она и крыса, или ведьма, с ней не так страшно, как одной. И кроме того, Маринка не имела ни малейшего понятия куда ей надо идти, и если выпустят ли стражники её из этого города. Наверное они её арестуют.

На счастье к ней подбежала растрёпанная, взъерошенная Матильда, очень похожая на крысу.

- Ничего не вышло, - она проговорила, запыхавшись. Но тут же её взгляд упал на коробочку у Маринке в руке. Матильда радостно взвизгнула, схватила коробочку и спрятала её в кармане своего передника.

- А теперь бежим! - скомандовала она, и схватив Маринку за руку, потащила её за собой по улице.

Все были так заняты дракой, что никто не обратил внимания на бегущих. Маринка и Матильда безпрепятственно достигли городских ворот, где оба стражника до пояса высунулись из своих будок и в бинокли следили за дракой возле дворца.

- Можешь даже подёргать их за усы, они все равно не заметят, - сказала старуха, но у Маринки не было ни малейшего желания проделать этот рискованный эксперимент.

Матильда отодвинула засов на воротах и, протолкнув Маринку вперед, закрыла ворота за собой. Вместо того чтобы возвращаться по той же дороге по которой они пришли в город, старуха быстро засеменила вдоль стены и остановились у узкой, едва видной в траве тропинке.

- Иди сюда, - она позвала девочку. - Ты пойдёшь по этой тропинке, она приведёт тебя в Город 2. А у меня есть ещё кое-какие дела.

Матильда отошла от Маринки и начала кружиться на одном месте, что-то бормоча себе под нос. Девочка, как заворожённая, следила за этим странным танцем. Старуха тем временем становилась все больше и больше похожей на крысу: изчез её передник, да и вся одежда, а вместо неё показалась бурая шерсть и длинный голый хвост. Лицо вытянулось и тоже покрылось шерстью. Крыса перестала вертеться и крикнула Маринке:

- Ты что стоишь рот разинув? В городе скоро обнаружат пропажу. Спеши отсюда!

Маринка, вздохнув, побрела по тропинке.

## ГОРОД 2

Маринка шла уже довольно долго, когда впереди она увидела что-то тёмное. Подойдя ближе, она рассмотрела, что это был обычный письменный стол, поставленный поперёк тропинки. За столом лицом к ней сидел лысый человечек и что-то писал. Перед ним на столе лежали вороха бумаг. Иногда ветер подхватывал какой-нибудь листок и уносил его. Тогда человечек вскакивал со стула и бросался в погоню за листком. Поймав его, он бережно укладывал листок на стол и снова принимался писать.

Человечек услышал Маринкины шаги, поднял голову и стал ждать пока она подойдёт к столу.

- Заполните анкету, - строго сказал он, протягивая ей лист бумаги и карандаш.

Маринка посмотрела на лист. Она уже умела читать, но то что было напечатано на листе можно было бы прочитать разве что только под микроскопом.

- Я ничего не могу разобрать, - сказала девочка, положив лист назад на стол.

Человечек посмотрел на неё поверх очков и взял лист.

- Хорошо, я буду читать вопросы и записывать Ваши ответы. Имя?

- Марина.

- Второе имя?

- У меня только одно имя.

Человечек снова посмотрел на неё поверх очков.

- Странно. Первый раз вижу человека с одним именем. Обычно я записываю четыре, даже пять имён. Ну ладно, я напишу Ваше имя четыре раза.

- Вообще-то меня чаще зовут Маринкой, - вдруг вспомнила девочка.

- Вот видите, - сказал человечек, - я же говорю, что у каждого имеется по нескольку имён. Так и запишем второе имя -- Маринкой.

- Не Маринкой а Маринка.

Человечек рассердился.

- Сначала Вы говорите, что у Вас только одно имя, а теперь называете уже третье! Предупреждаю: за дачу ложных сведений Вы понесёте наказание.

Человечек встал, вышел из-за стола и, прохаживаясь взад и вперёд перед Маринкой, начал поучительно объяснять:

- Вы понимаете, что означает давать ложные сведения? Прежде всего, это означает, что Вы умышленно хотите ввести в заблуждение городские власти, выдавая себя не за того, кем Вы являетесь на самом деле. Я, - тут человечек раздулся так, что у него отлетела пуговица с пиджака, - особо уполномоченное лицо от властей Города 2. В мои обязанности входит выявление и задержание всех подозрительных, пытающихся проникнуть в наш город. Я оберегаю наших мирных граждан от коварных происков наших соседей.

Маринка устала стоять, обошла письменный стол и села на стул, покинутый человечком. Слушать сидя было намного удобнее. А человечек всё говорил и говорил, и с каждым словом раздувался всё больше и больше. Маринка уже не могла разобрать, где у него кончалась голова и начиналось туловище. Скоро человечка вообще больше не стало. Перед Маринкой на тоненьких ножках раскачивался огромный мыльный пузырь, переливающийся всеми цветами радуги, и всё продолжал расти. Раздался лёгкий хлопок, и пузырь лопнул.

- Ой! - воскликнула Маринка.

Налетел ветер и сдул все бумаги со стола. Мелькнуло слово "Анкета" в воздухе в последний раз, и бумаги исчезли.

Маринка встала и пошла по тропинке.

Маринка прошла ещё немного, и перед ней выросло десятиэтажное здание. По форме оно напоминало огромный спичечный коробок поставленный на торец. Ни одно украшение не нарушало унылого однообразия скучной, серой стены. Здание имело только один вход -- массивную деревянную дверь, поднятую на три ступеньки от земли. На двери висела небольшая металлическая дощечка с надписью "Город 2". Маринка оглянулась по сторонам -- если это город, то где же остальные дома? Она бы никогда не подумала, что город может состоять из одного единственного, хоть и десятиэтажного, дома.

Девочка поднялась по ступенькам и подошла вплотную к двери. Она разглядела малюсенькую кнопку звонка, под которой была приклеена бумажка на которой было напечатано: "Звонок не работает. Просьба стучать."

Маринка осторожно постучала. Стук получился робкий и неубедительный. Подождав немного, она постучала погромче. Дверь по прежнему не открывали. Тогда Маринка повернулась к двери спиной и стала изо всех сил колотить по ней ногой. Когда она уже совсем потеряла надежду, за дверью раздались шаркающие шаги. Кто-то долго гремел засовами и щеколдами, и, наконец, дверь открылась.

Перед Маринкой со свечой в руке стоял маленький старичок в пижаме, шлёпанцах и ночном колпаке. Пропустив девочку внуть, он опять тщательно запер дверь и после того повернулся к ней.

- Очень невежливо будить людей в такую рань, - сказал он.

- Что Вы! Сейчас поздно а не рано, - удивилась Маринка. - Уже вечер и пора ужинать. Где здесь комната с надписью "Ужин"?

Старичок замахал на неё руками, отчего пламя свечи заколебалось, и по стенам запрыгали длинные тени.

- Какой ужин! Ты хотела сказать завтрак? Он будет когда все встанут.

- Вы так рано ложитесь спать? - спросила Маринка. - Я не выдержу до утра, я ужасно хочу есть!

Старичок видимо терял терпение.

- Кто тебе сказал, что завтрак утром? Скоро все встанут и будут завтракать. А утром будет ужин. Ведь перед тем как лечь спать ты ужинаешь, а не завтракаешь.

Маринка ровным счётом ничего не понимала.

- Вы спите днём?

- Конечно.

- А ночью что делаете?

- У нас так много работы, что мы работаем ночью.

- А почему же вы не работаете днём? - Маринка с любопытством разглядывала старичка, который нетерпеливо ответил.

- Должны же мы когда-нибудь спать!

Старичок поднял свечку повыше и внимательно осмотрел Маринку.

- По-моему, ты ещё ребёнок, а ребёнок не может расхаживать один, когда взрослые спят. Я, наверно, ещё не проснулся, и ты мне просто снишься. А сны лучше смотреть лежа...

Он повернулся к Маринке спиной и быстро зашлепал в темноту, унося свечу. Маринка осталась одна в полной темноте.

Было очень страшно, быть одной в абсолютной темноте, в совершенно незнакомом месте. Маринка стояла и усиленно думала, что ей теперь делать. Если старичок говорил правду, то скоро все проснутся, встанут, зажгут свет, и все будет хорошо. Но неизвестно, как отнесутся к ней. Может быть ее выгонят. Нет, чем стоять и ждать лучше попробовать уйти от двери подальше.

Маринка стала медленно идти, ощупывая пол ногой и выставив в перед руки. Пол был гладкий, ровный, и никаких предметов ей навстречу не попадалось. Вдруг нога уперлась в какое-то препятствие. Маринка подняла ногу чуть повыше и поняла, что это всего навсего ступенька лестницы. Она вытянула руки, и медленно шагнула вдоль ступеньки, пока руки не нащупали перила. Теперь было легче. Держась за перила, Маринка пошла вверх по леснице.

Девочка поднималась очень долго. Она шла медленно, осторожно, часто останавливаясь отдохнуть. За это время она, при свете, пожалуй, могла бы забраться на двадцатый этаж, а не на десятый. И вот, наконец, лестница кончилась. Маринка пошарила ногой, но ступенек больше не было. Куда теперь?

Трудно сказать, что решила бы Маринка, если бы в этот момент не зажегся свет. Сначала девочка зажмурилась -- настолько ярким после темноты он показался. Но когда она опять открыла глаза, она обнаружила что свет был совсем не яркий, он еле освещал лесничную площадку. Прямо перед Маринкой находилась дверь, обитая железом. На двери большими буквами было выведено: "Кладовая". На полу возле двери, свернувшись клубком, спал здоровенный черный кот. Маринка, затаив дыхание, присела рядом с котом. Он был уж слишком большой, этот кот, но в общем именно такой, какого она давно хотела иметь. У него, наверняка, желтые глаза и длинные усы, только их не видно, пока он спит.

Маринка легонько почесала у кота за ухом -- все коты любят, когда у них чешут за ухом. В ответ раздалось такое громкое гудение, что девочка в страхе отпрыгнула, но тут же поняла, что это кот мурлыкал от удовольствия. Но подойти опять к коту она все еще не решалась и стояла поодаль и ждала, что будет дальше.

Кот поднял голову и уставился на Маринку сонными желтыми глазами.

- Ты кончила?

- Кончила, - ответила девочка.

- А зря, - мурлыкнул Кот. - Ложись рядом со мной. Я еще посплю, а ты мне за ухом почешешь.

Маринка с опаской подошла к Коту.

- Я спать не хочу. Я бы лучше чего-нибудь поела.

- Я бы тоже, - согласился Кот.

Он встал и, выгнул спину, потянулся. Какой же он был огромный! Он зевнул и встал на задние лапы, и в таком положении он был ростом выше Маринки. На поясе у Кота был одет широкий кожаный ремень, на котором болталась связка ключей. Кот снял ключи с пояса, выбрал один и вставил его в замочную скважину. Щёлк.

- Прошу! - Кот распахнул дверь перед Маринкой.

Кладовая оказалась огромнейшим залом, сверху донизу заставленным ящиками, мешками, бумажными кулями. Выстроившись в ряд, стояли огромные сахарные головы, весело выглядывая из бумажных воротничков. Бочки с вином, пивом и квасом, высокие бидоны с надписями: простокваша, сливки, сок. Чего только тут не было! Кот подкатил два больших красных сыра, сел на один и, махнув лапой на другой, сказал:

- Садись. С чего начнем?

Маринка села и вздохнула -- здесь было столько вкусных вещей!

- Дайте мне пожалуйста кусочек колбасы.

Кот вскочил со своего сыра, подпрыгнул и сорвал целую связку колбас. Оторвав одну, он сунул ее Маринке, а сам, урча, принялся за другую. Голодная Маринка тоже бросилась кусать с конца колбасы.

- Как тебе нравится есть чужое? - спросил Кот с забитым ртом, глядя на девочку желтыми глазищами.

- А разве это не Ваше? - смутилась Маринка.

- Как сказать, - мурлыкнул Кот. - Это городские запасы. Их тут держат на всякий случай, если вдруг что произойдет. Они здесь стоят пока не испортятся, и тогда их заменяют свежими. А я -- Хранитель Городских Запасов, и мне приятнее еду съесть, чем выбросить. И чтобы не портить себе аппетит, считай это все моим.

Кот, видимо, уже наелся, и с удовольствием смотрел как ест Маринка.

- Что еще хочешь попробовать?

Маринка обвела глазами клодовую и указала пальцем на бидон с надписью "сливки". Кот пошарил в углу и извлёк оттуда ковш размером с ведро.

- Вот, зачерпни.

Сливки были холодными и вкусными. Кот и Маринка по очереди пили. Но в ковше осталось еще много.

- Уф! Больше не могу, - Маринка отстранила ковш.

- Как хочешь, - и перед тем как Маринка могла опомниться, Кот вылил сливки на пол, где растеклась огромная лужа. Кот сунул обе лапы себе в рот и пронзительно свистнул. Раздался легкий шорох, и со всех сторон появились мыши. Сколько их здесь не было!

- Ешьте, - Кот указал на лужу. Мыши с радостным писком бросились на сливки. Маринка поджала ноги и с отвращением смотрела на колышущую серую массу. Кот наблюдал, шевеля усами.

- Брысь! - вдруг взвизгнул он. Мыши запищали и разбежались. Пол был сухой и чистый, будто его только что вымыли и даже вытерли.

Маринка опустила ноги вниз. Кот принялся умываться -- большим розовым языком он старательно лизал себе лапы, бока, и хвост, блаженно жмурив глаза.

- Откуда ты сюда пришла? - спросил Кот.

Он продолжал мыться, а Маринка подробно рассказала, как она с крысой Матильдой влезла в будильник, как побывала в Городе 1, как человечек превратился в мыльный пузырь и лопнул, и, наконец, как она оказалась в Городе 2.

- Очень печальная история, - задумчиво сказал Кот. - Похоже что ты не сможешь вернуться домой, пока не обойдешь все 12 городов. И знаешь, я бы не прочь пойти с тобой. И тебе будет веселее, и мне здесь сидеть порядком надоело. - Он наподдал связку колбас, валявшуюся на полу.

- А Вас с работы отпустят? - предусмотрительно спросила Маринка.

- Я оформлю командировку, - ответил Кот.

Кот и Маринка вышли из кладовой в тот момент, когда по всему зданию задребезжал хриплый, прерывистый звонок. Кот запер кладовую и повесил связку ключей на пояс. Они спустились всего лишь на один этаж, как изумленному взгляду Маринки представилась совершенно непостижимая картина: прямо на ступеньках лестницы сидели маленькие человечки. Один громко стучал костяшками счёт, лежащих у него на коленях; другой что-то печатал на пишущей машинке, стоящей прямо на ступеньке; третий, в ночной пижаме, из кармана которой торчал мятый ночной колпак, быстро-быстро писал в тетради, разложенной на коленях.

- Что они делают? - Маринка с недоумением повернулась к Коту.

- Работают, - спокойно ответил он.

- Но почему на лестнице?

- Видишь ли, - зевнул Кот, - идти куда-то, это тратить драгоценное время. Так проще: прозвенел звонок, садись и начинай работать.

- А вот тот почему в пижаме? - девочка показала пальцем.

- Проспал и не успел одеться, - охотно объяснил Кот.

Маринка с сомнением смотрела на человечков, которые были настолько поглащены работой, что ничего не замечали вокруг.

- А откуда взялись счёты, тетради, пишущие машинки?

- Свои рабочие инструменты они носят с собой, чтобы начать работать сразу же когда зазвенит звонок. Где бы он их не застал, хоть на горшке.

Беседуя, Маринка и Кот спускались по лестнице все ниже и ниже. Они осторожно обходили человечков, рассевшихся на ступенях. Ни один из них не поднял голову полюбопитствовать, кто идет.

- Теперь мне надо оформить командировку, - сказал Кот, остановившись на одной из лесничных площадок, - Ты пойдешь со мной или подождешь меня здесь?

- С тобой, - Маринке теперь ни за что не хотелось опять остаться одной, и ей очень нравился Кот -- такой добродушный великан.

Кот толкнул огромную резную дверь с блестящей медной табличкой со словом "Бургомистр". Они оказались в крохотной комнатушке, посреди которой стоял один единственный стул. На нем сидел тот самый старичок, который открыл Маринке дверь. Поверх своей пижамы он успел надеть пестрый фланелевый халат, из кармана которого выглядывали клубки разноцветной шерсти. Старичок быстро перебирал спицами, довязывая необыкновенно длинный чулок.

- Здравствуйте, - робко сказала Маринка.

Старичок сначала довязал ряд, положил спицы с вязаньем на колени и поднял голову.

Кот почтительно шаркнул лапой:

- Здравствуйте, господин Первый Секретарь. Прошу доложить о нас Второму Секретарю.

Старичок сунул вязание в карман и засеменил к двери, ведущей в соседнюю комнату. Через некоторое время он появился снова, держа в руках толстую книгу и карандаш.

- Запишитесь в Книгу Посетителей.

Кот взял книгу и, открыв ее наугад, поставил карандашом большй крест. Он передал карандаш Маринке, и она под крестом вывела "Марина". Старичок, удостоверившись что посетители расписались, понес книгу в соседнюю комнату. Он долго не возвращался. Кот, от нечего делать, свернулся на полу в большой клибок и гудел, в то время как Маринка чесала у него за ухом.

- Проходите, - сказал вернувшийся наконец старичок и, не обращая больше внимания на Кота и девочку, сел на стул и снова принялся вязать.

Вторая комната отличалась от первой только чуть большими размерами. На стуле сидел маленький лысый человечек и спал. Кот потряс его за плечо. Человечек проснулся и сразу поплелся в соседнюю комнату докладывать о посетителях.

Маринке казалось, что они никогда не выйдут из этих комнат. Она насчитала уже двадцать пять, когда в последней комнате она увидела диван вместо стула, перед которым на полу стояло множество разноцветных телефонов. На диване еле помещался толстый рыжий бульдог, одетый в черную жилетку.

- Это сам Бургомистр, - шепнул Кот Маринке.

Иногда телефоны принимались звонить и тогда бульдог хватал сразу несколько трубок и громко рявкал одновременно во все.

Увидев вошедших, бульдог, то есть Бургомистр, развил еще более бурную деятельность. Он уже не ждал телефонных звонков, а просто по очереди снимал одну трубку за другой и грозно рычал в каждую из них. Окончив возню с трубками, он снова уселся на диван.

Вошедший в комнату Двадцать Пятый Секретарь указал Коту на лежащие на полу трубки:

- Положи их на место.

Кот, придерживая бренчащую связку ключей на поясе, долго елозал по полу, собирая трубки и раскладывая их по местам. Потом он почтительно приблизился к Бургомистру и сказал ласковым голосом:

- Мне бы командировочку.

Бургомистр скосил глаза на Двадцать Пятого Секретаря и засопел.

- Командировочку бы, - еще нежнее протянул Кот.

- Куда? - строго спросил Секретарь. - В какой город?

- С третьего по двенадцатый, - мурлыкнул Кот.

Бургомистр от удивления открыл рот, а Секретарь недовольно спросил:

- Не много ли?

- Я узнаю кое-какие секреты в этих городах, - пел Кот. - Украду государственные тайны.

- Шпионом, значит, хочешь быть? - Секретарь вытянул шею.

- Разведчиком, - зажмурил глаза Кот.

Секретарь нажал кнопку, вделанную в ручку дивана. Моментально в комнату ворвались остальные двадцать четыре секретаря, причем, прибежавший последним старичок в халате выронил свои клубки из кармана, и они раскатились по все комнате. Пока секретари ловили эти клубки, главный Двадцать Пятый Секретарь нетерпеливо топал ногой. Наконец поядок был восстановлен, и секретари выстроились в две шеренги. Главный секретарь прошелся перед ними:

- Направо равняйсь! Смиррно! Принести чернила!

Секретари бросились из комнаты. Через минуту несколько рук просунули в дверь огромную чернильницу. Главный секретарь поставил её на пол перед Бургомистром. Затем он достал из кармана лист бумаги, на котором большими буквами было напечатано "Командировочное удостоверение", и положил его рядом с чернильницей. Бургомистр обмакнул переднюю лапу в чернила и приложил ее к удостоверению. Подняв бумагу, секретарь вручил ее Коту.

- Очень признателен, - шаркнул лапой Кот.

Главный секретарь повернулся к Маринке:

- А ты кто?

- Моя племянница, - шепнул Кот. - Она пойдет со мной. Можно?

- Ладно. Удостоверение годится на двоих.

Секретарь повернулся выходить из комнаты, когда в дверь заглянул один из секретарей и доложил:

- Кавалер Выеденного Яйца из Города 1.

- Кавалер чего? - переспросил Главный Секретарь.

- Это самая почетная награда в Городе 1, - не утерпела Маринка.

- Пусть войдет тогда, - согласился Главный Секретарь.

В комнату вошла бабушка Матильда, разодетая в пух и прах: в голубой шляпе с розовым бантом, в голубом платье, из кармана которого выглядывала знакомая Маринке коробочка, и в красных сапожках на каблуках. Маринка громко ахнула. Матильда взглянула на нее и прищурилась:

- Дорогая внучка!

Но Кот заслонил собой Маринку и помахал перед старухой удостоверением:

- Вы ошибаетесь, это моя племянница и государственное лицо.

Старуха возмущённо шагнула к Главному Секретарю, кто развел руками:

- Никак не могу Вам помочь -- на удостоверении стоит печать Бургомистра. А где же Кавалер? - он спросил строго.

- Это я он, то есть, она, - старуха сделала еще один шаг вперед.

- Вы Кавалер? - переспросил Секретарь.

- Кавалерка, - мяукнул Кот, усмехаясь.

- Гав! Гав! - рявкнул Бургомистр.

- Кавалер чего? - опять спросил Секретарь.

- Вот этого, - старуха торжественно достала из кармана заветную коробочку и осторожно ее раскрыла.

Бургомистр тупо уставился на скорлупу. Секретарь взял у Марильды коробочку и стал ее внимательно разглядывать.

- Хм, - сказал он. - И это все?

- Разве этого мало? - отозвалась старуха.

- А где содержимое яйца? - спросил Секретарь.

- Его вчера съела Королева Города 1, - объяснила Маринка.

Секретарь повернулся к Коту:

- Твоя племянница делает успехи. Боюсь она тебя скоро опередит по службе.

- Ничего, - мурлыкнул Кот, - вдвоем у нас получится еще лучше.

Матильда злобно глянула на Кота но тут же перевела взгляд на Секретаря. Маринка с удивлением увидела что старуха начала молодеть -- она перестала горбиться, морщины у нее на лице разгладились, острые зубы засверкали в ослепительной улыбке.

- О-о! - сказал Секретарь.

- Гав! Гав! - рявкнул Бургомистр, встал с дивана и, подойдя к Матильде, понюхал ее.

Кот, воспользовавшись общим замешательством, взял Маринку за руку, и они выскользнули из комнаты. Быстро пройдя все двадцать пять секретарских комнат, они вышли на лесницу.

- Пока твоя бабушка нам не напортила, в путь, - шепнул Кот. - Только надо кое-чем запастись на дорогу.

Они бегом поднялись в кладовую. Кот повесил на плечо большую дорожную сумку, битком набитую всякой снедью. Подумав немного, он взял еще карманный фонарик, спички, и протянул Маринке большой шерстяной плед. Заперев кладовую, Кот задумчиво посмотрел на связку ключей.

- Хотя меня никто не увольнял с работы, - пробормотал он и сунул ключи в сумку.

Командировочное удостоверение Кот заботливо пришпилил большой булавкой к Маринкиной пижаме.

- Все, - сказал он, - пошли.

Они быстро спуснились по леснице в вестибюль. Кот долго возился с замками и щеколдами и, наконец, открыл дверь. Маринка весело выскочила наружу, и Кот последовал за ней, потряхивая набитой сумкой.

## ГОРОД 3

Потоптавшись по тропинке совсем недолго, Кот остановился.

- Что ты предпочитаешь, - он повернулся к Маринке, - идти или ехать?

- А на чем ехать? - Маринка поглядела по сторонам. Вокруг было пусто, за исключением одного единственного здания, того из которого они вышли.

Кот свистнул, и снова, как и в кладовой, со всех сторон возникли мыши.

- Носилки на двоих! - приказал Кот.

И Маринка уведела, как к ним, прямо по спинам мышей движутся носилки, увешанные бубеньчиками.

- Стоп! - Кот поднял лапу, и носилки остановились. Маринка уселась первая, и за ней вскочил Кот, сначала бросив туда сумку.

- Поехали! - прикрикнул Кот.

И носилки помчались по тропинке на спинах целого полчища мышей, весело позванивая бубенчиками.

- Эге-гей! - покрикивал Кот.

Носилки мчались все быстрее и быстрее. Звон бубенчиков оглашал равнину диковинной музыкой, и Маринка видела, как то там, то здесь тушканчики застывали возле своих норок удивленными столбиками. Мерное покачивание носилок убаюкивало девочку, и не в силах бороться с неодолимой дремотой, Маринка уткнулась лицом в теплый пушистый мех Кота и заснула.

Она проснулась от сильного толчка,

- Приехали, - сказал Кот.

Их окружала сплошная темнота, в которой созвездиями вспыхивали глаза мышей.

Кот мягко соскочил с носилок, и многочисленные светящиеся точки качнулись, отодвигаясь. Кот галантно подал Маринке лапу, помогая ей слезть на землю, взял сумку и вдруг взвыл диким хриплым голосом:

- Брысь!

Удаляющимся хороводом мелькнули звездочки глаз, где-то в отдалении звякнули бубенчики, и больше ничего не было ни слышно, ни видно.

- Вот и пригодился фонарик, - сказал Кот.

Маринка в темноте видела только два больших желтых кружка пляшущих вокруг нее. Она слышала шуршание пакетов и, наконец, яркий лучик прорезал темноту.

- Видишь теперь? - спросил Кот.

- Что? - Маринка водила глазами за движущимся лучом фонарика, но вокруг по прежнему была все та же бесконечная голая равнина.

Но вот луч света выхватил из темноты что-то, отдаленно напоминающее развалины городской стены. Луч скользнул дальше и остановился на покосившемся железном кресте. За ним стоял еще один и еще.

- Похоже на кладбище, - задумчиво сказал Кот.

Маринкина косичка аж встала дыбом, и глаза округлились от ужаса.

- Как страшно, - прошептала она, подвигаясь поближе к Коту. - А приведения здесь есть?

- Не думаю, - отозвался Кот. - Но все равно нам лучше подождать пока не станет светло.

При свете фонарика Кот расстелил на траве плед и положил рядом с ним вытащенные из сумки припасы.

- Садись, - он пригласил Маринку.

Они принялись за еду.

- Послушай, - Маринка взглянула на урчащего от удовольствия Кота, - а откуда здесь берется свет? Кто его включает и выключает?

- Хм, - хмыкнул Кот, - а какая тебе разница? Лишь бы давали свет, а кто и как -- неважно.

- Мне интересно. Когда мы с крысой вошли в будильник, было так же темно, как сейчас. Потом Матильда крикнула: "Дайте свет", и сразу стало светло.

Кот задумчиво жевал колбасу.

- Ты говоришь, в будильник вошли?

- Ну да, - закивала головой Маринка. - Крыса завела будильник, потом перевела обе стрелки на 12. Я сразу стала маленькой, и она затащила меня в будильник.

- А почему она говорила, что ты ее внучка?

- Как же крыса может быть моей бабушкой! - возмутилась Маринка. - Она просто это придумала!

- Ладно, не сердись, - замурлыкал Кот. - Я думаю, нам надо поймать твою ба... Матильду и заставить ее рассказать все, что она знает про будильник и про свет. Мне здесь порядком надоело, и я бы не прочь посмотреть, что делается в других местах.

- У нас тебе, наверное, не понравится, потому что коты у нас очень маленкие и не умеют разговаривать.

- Это плохо. А теперь давай спать.

Маринка легла на плед и сразу заснула, а Кот еще долго сидел, уставившись в темноту то желтыми, то зелеными глазами.

Маринка проснулась первой, как только включился свет. Кот спокойно храпел, свернувшись клубком. Девочка с любопытством стала оглядываться. Они ночевали около развалившейся каменной стены. Из за нее весело выглядывали разноцветные железные кресты, выкрашенные красной, голубой и зеленой краской. Под крестами в густой траве синели огромные колокольчики, которые тихонько позванивали.

- Вот так кладбище! - громко воскликнула Маринка.

- Что ты шумишь? - зевнул Кот, приподняв голову.

- Ты посмотри как тут красиво! - продолжала восхищаться Маринка.

- Ты лучше скажи, где наша сумка? - спросил уже совсем проснувшийся Кот.

Маринка оглянулась -- сумки не было. Она исчезла вместе с остатками припасов. Девочка печально посмотрела на веселое пестрое кладбище и вдруг воскрикнула:

- Вон смотри! Что это там?

Кот поглядел в ту сторону, куда указывала Маринка. Из за кладбищенской стены поднимался легкий дымок. Кот принюхался, повел носом, и взял Маринку за руку.

- Пошли. Только тихо.

Они на цыпочках подошли к стене и осторожно пролезли в большую брешь. Нелепо приткнувшись к стене, стояла крохотная избушка с одним окошком. Из трубы поднимался тоненький дымок. Кот, подкравшись к окну, заглянул внутрь. Маринка тоже вытянула шею из за его спины. На столе перед окном лежала пропавшая сумка, а рядом с ней в беспорядке валялись остатки колбасы, связка ключей, спички и прочие исчезнувшие вещи. За столом сидел бородатый человечек в одетой набекрень блестящей короне и торопливо ел жареную курицу.

- Бандит! - ахнул Кот и, обежав избушку, ворвался в дверь. Маринка, несколько помедленнее, последовала за ним.

- Руки вверх! - гаркнул Кот, направив на человечка фонарик.

Тот, уронив курицу, испуганно смотрел на них, подняв руки.

- Не сердитесь на меня, - наконец выговорил он, - я пошутил.

- Хороши шутки! - буркнул Кот, и не дожидаясь приглашения, сел за стол. - Садись, - кивнул он Маринке. - Ты тоже можешь сесть и руки опустить, - Кот брезгливо подтолкнул недоеденную курицу бородачу, разломил пополам колбасу и сунул половину девочке.

Человечек взял остатки курицы боязливо, но тут же принялся ее жадно обгладывать. Корона то и дело съезжала ему на глаза, и он нетерпеливо ее поправлял.

- Вы король? - не вытерпела Маринка.

- Король, - кивнул бородач.

Кот с сомнением взглянул на его засаленный изношенный пиджачишко.

- Король чего?

- Трех городов, - торжественно ответил наконец насытившийся человечек и вытер руки о свою бороду.

Кот прищурился, - Каких трех городов?

Человечек выставил вперед грязную ладонь и принялся загибать пальцы:

- Третьего, четвертого, пятого.

- Но здесь же нет никаких городов, а только кладбище! - воскликнула Маринка.

- Правильно, - кивнул Король, - кладбище трех городов.

Кот протяжно свистнул. Человечек снял корону, поставил ее перед собой на стол и рукавом пиджака начал заботливо протирать потускневшие камешки.

- Да, - вздохнул он, - сколько времени мне пришлось добиваться этой короны! Мы долго воевали сначала с Четвертым, потом с Пятым городом, пока из всех жителей трех городов в живых остался только я. Таким образом я стал королем. Правда мне еще приходится присматривать за кладбищем, красить кресты, подметать дорожки, но мне это даже нравится. За этой работой я отдыхаю от государственных дел.

- А у Вас еще остались государственные дела? - ехидно осведомился Кот.

Король обиделся:

- А как Вы думаете? Я ведь король трех городов. Все дела лежат на моих плечах.

Тут он перегнулся через стол и зашептал:

- А международное положение сейчас -- сами знаете...

- Н-нда... - Кот встал и потянул со стула Маринку.

- Мы, пожалуй, больше не будем Вас отвлекать от государственных дел. Очень благодарим за гостеприимство. Да, между прочим, - Кот нежно погладил лапой лежащую на столе корону, - а у Вас есть какие-нибудь государственные тайны?

- Конечно есть, - моментально ответил Король. - И все очень важные.

- Дорогие? - спросил Кот.

- Н-не очень, - Король с волнением, бегающими глазами следил, как Кот укладывает в сумку остатки колбасы.

- Нам, пожалуйста, одну тайну, - поднял глаза от сумки Кот. - Только без обмана! - И он подвинул Королю кусок колбасы.

Король накрыл колбасу рукой.

- Видите мою корону? Так вот, все камни в ней фальшивые. Сколько их не три, все равно блеск не тот.

- А где настоящие? - поинтересовался Кот.

- У прежнего короля было столько расходов, что ему пришлось продать настоящие камни в соседний город. Я был его Старшим Советником, и он мне часто жаловался на это.

- Спасибо. - Кот повесил сумку через плечо и взял Маринку за руку.

- Как нам поближе пройти к Городу 6?

- Идите прямо через кладбище и вы выйдете как раз к Городу 6, - посоветовал Король.

Выйдя из избушки, Кот и Маринка пошли по посыпанной песком дорожке, которая пятляла между разноцветными крестами.

- Как красиво! - восторгалась Маринка, подпрыгивая то на одной, то на другой ноге.

Над огромными колокольчиками летали большие мохнатые пчелы. В лапах одной пчелы Маринка разглядела ведерко величиной с наперсток, полное прозрачного желтого нектара. В воздухе сладко пахло медом. Гудение пчел и звон колокольчиков сливались в неумолкаемый гул, сквозь который едва можно было расслышать свои голоса.

- Веселенькое местечко, - ворчал Кот, видимо не разделяющий Маринкиного восторга. - Страшная безвкусица. От этой пестроты у меня болят глаза. Вы люди, - Кот повернулся к Маринке и нагнул голову так, чтобы говорить в её ухо, - не знаете чувства меры.

- Ой! - воскликнула девочка, глядя куда-то поверх головы Кота. Он оглянулся. Между крестами стояло нечто совершенно невразумительное, что-то, отдаленно напоминающее громадный вопросительный знак, закутанный в простыню, выпачканную синей и зеленой краской.

Внезапно сверху простыня раздвинулась, и из за нее показались пустые глазницы черепа. Маринка спряталась за Кота, а он выгнул спину и зашипел.

- Уууу... кхе-кхе, - раздалось из простыни, - я приведение.

Маринка снова ойкнула. Кот перестал шипеть и выпрямился.

- Вижу, - буркнул он.

- Так пугайся же! - Приведение стало качаться их стороны в сторону и выть.

- Чего тебе надо? - спросил Кот.

- Ничего. Это я работаю.

Маринка осмелела и выглянула из за Кота. Если бы не отвратительный голый череп, было бы уже совсем не страшно. Ведь простыня как простыня, ничего сверхестественного. Её глаза скользнули вниз и остановились на рваных шлепанцах, сваливающихся с босых ног, на которых болтались подозрительно знакомые, обтрепанные снизу брюки.

Приведение снова завыло. Оно противно тянуло одну и ту же ноту старческим дребезжащим голосом. Потом, видимо решив выкинуть некое замысловатое коленце, приведение резко взяло ноту вверх, но голос сорвался, и оно закашлялось.

- Может постучать по спине? - участливо предложил Кот.

- Не надо, - донеслось сквозь кашель.

Простыня полетела на землю, по ней покатился череп, затем длинная палка, и перед путешественниками предстал полузадохнувшийся Король.

- Отвратительная работа, - наконец выговорил он. - Я на ней совершенно потерял голос.

- А я и не знала, что бывает такая работа, - Маринка решила принять участие в разговоре.

- И хорошо платят? - спросил Кот.

- Какое там, - махнул рукой Король, - но моя государственная казна так опустела, что пришлось поступить на службу в Город 6. Когда оттуда бегут недовольные, я, видите-ли, должен их пугать. И представьте себе, некоторые действительно пугались и возвращались назад. Платят мне сдельно, за каждого вернувшегося, так что сами понимаете, много на этом не заработаешь. А в последнее время, то ли мои методы устарели, то ли люди стали смелее, вообще никто не пугается. Хотел я на вас попробовать новую идею, да вот голос подвел.

Кот с любопытством посмотрел на бедного Короля:

- Я бы с удовольствием научил Вас кое-каким фокусам, но мне сейчас недосуг. Пожалуй, я лучше Вам передам свою старую должность. Бросайте свое королевство и идите в Город 2. Вот Вам ключи от кладовой -- будете вместо меня Хранителем Городских Запасов.

Король от радости подпрыгнул.

- А меня возьмут? - его лицо приняло озабоченное выражение.

Кот усмехнулся.

- Вам и спрашивать никого не надо. Повесьте ключи на пояс и мяукайте время от времени, никто разницы и не заметит. Там каждый слишком занят своим делом, чтобы обращать внимание на других. Надеюсь, теперь мы спокойно дойдем до Города 6?

- Да, да, конечно, - закивал головой Король, завороженно глядя на ключи в своей руке. Затем он поднес их к уху и принялся тихонько позванивать связкой. Это занятие, видимо, доставило ему огромное наслаждение, потому что он совершенно забыл о Коте и Маринке. Повернувшись к ним спиной, он медленно побрел к своей избушке, все еще звеня ключами на ходу.

## ГОРОД 6

Путешественники неожиданно быстро миновали кладбище. Дорожка, пятлявшая между пестрыми крестами и цветочными клумбами, вывела их на широкую мостовую, мощеную булыжником. Впереди они сразу же увидели городские ворота, над которыми висел большой герб, настолько блестевший, что не было никакой возможности рассмотреть, что он изображал.

- Похоже на жирного голубя, - мечтательно сказал Кот и облизнулся.

- Что ты! - запротестовала Маринка. - Это же лягушка!

Но очень скоро их внимание было отвлечено отрядом солдат, направляющихся в их сторону. Впереди отряда шагал офицер, надменно задрав подбородок. Поравнявшись с путешественниками, офицер остановился и крикнул тонким, петушиным голосом:

- Отряд, стой!

- Оловянные солдатики! - не удержавшись, воскликнула Маринка. И как тут было удержаться, когда подошедшие солдатики были точной, только увеличенной копией игрушечных оловянных солдатиков. Они крепко прижимали к плечу ружья, и их оловянные лица выражали готовность тут же, не сходя с места, умереть во имя долга. Офицер подошел вплотную к Коту и Маринке.

- Ваши документы!

Кот осторожно отцепил от Маринкиной пижамы Командировочное Удостоверение и протянул его офицеру. Тот, едва взглянув на бумагу, сунул ее в карман и, повернувшись к отряду, ткнул указательным пальцем на путешественников.

- Взять!

Солдаты, моментально разбившись на две шеренги, плотным кольцом окружили Кота и Маринку.

- А дипломатическая непрекосновенность?! - потребовал Кот.

Офицер, не обращая на Кота никакого внимания, сделал поворот по всем правилам воинской науки и крикнул:

- Отряд, шагом марш!

Коту и Маринке поневоле пришлось двинуться вместе с отрядом, настолько плотно солдатики их обступили.

Около городских ворот их остановил военный патруль:

- Стой, кто идет?

Офицер щелкнул каблуками.

- Младший лейтенант полка Его Королевского Высочества. Задержаны двое подозрительных.

Солдаты на мгновение расступились, чтобы показать патрулю Кота и Маринку.

- Проходите.

Солдаты еще плотнее обступили пленников и, отбивая шаг, двинулись за офицером.

Они шли довольно долго. Как это было тяжело! Бедная Маринка, зажатая со всех сторон, тянула шею, вставала на цыпочки, пытаясь хоть что-нибудь увидеть, но все ее попытки были напрасны. Солдаты вокруг нее шли плечом к плечу, и между ними не оставалось ни одной щелочки, в которую можно было бы увидеть где они идут и куда.

Наконец отряд остановился. Маринка услышала команду офицера:

- Пропустить пленных!

Солдаты расступились, и пленники оказались перед маленькой грязной дверью с надписью "Посторонним вход воспрещен".

- Мы ведь посторонние, - шепнула Маринка Коту, но офицер заметил и закричал:

- Молчать!

Дверь открылась, и Маринку с Котом втолкнули в маленькую, тускло освещенную комнату. Дверь сзади них захлопнулась, и они услышали поворот ключа.

- Кажется мы попали в тюрьму, - довольно спокойно заметил Кот.

- В тюрьму! - Маринка повторила ужасное слово, - А за что?!

- Посмотрим. Наверное нам это скоро скажут. Зато нам теперь не нужно искать места для ночлега, - и Кот широко зевнул.

В этот момент в стене открылась дверь, которую они сначала не заметили. Громкий голос по другую сторону двери отчетливо произнес:

- Обвиняемых просят пройте в зал суда.

Кот и Маринка шагнули в крошечный узкий коридор и почти сразу оказались в огромном круглом зале с высоким сводчатым потолком. Маленькие окна под потолком были наглухо закрыты толстыми решетками. По стенам в несколько ярусов распологались непрерывные балконы, которые, судя по шуму, доносившемуся оттуда, были заполнены публикой. Внизу же, вдоль стены, тянулся длинный стол, скорее напоминавший барьер цырковой арены, чем стол, за которым сидели надутые краснощекие человечки в черных судейских мантиях. В середине зала стояла длинная, узкая черная скамейка, на которой сидели сгорбленный жалкий человечек, от волнения непрерывно потиравший руки, и большой розовый попугай.

- Какой красивый! - восхитилась Маринка, глядя на попугая.

- Тише! - человечек, сидевший в центре стола, так громко ударил молотком по столу что девочка вздрогнула. - Подсудимые, на скамью.

Маринка села рядом с Попугаем и осторожно потрогала его пальцем. Попугай что-то пробормотал и принялся брезгливо чистить перья.

Еще один удар молотка отвлек внимание Маринки от птицы. Она придвинулась поближе к Коту и приготовилась слушать.

Человечек, стучавший молотком, торжественно провозгласил:

- Суд начинается!

Он раскрыл обыкновенную школьную тетрадь.

- Первым слушается дело почмейстера. Подсудимый, встаньте.

Сгорбленный человечек поднялся со скамьи и нервно стал дергать пуговицы на своем пиджаке.

- Вы обвиняетесь в государственной измене. Вчера, наклеивая марку с изображением Его Величества Короля, Вы лизнули ее языком, тем самым нанеся оскорбление Его Величеству. Признаете ли вы себя виновным?

Почмейстер, заикаясь, залепетал:

- Да... то есть, нет.

Судья перегнулся через стол.

- Вы произвели вышеуказанное действие?

- Да, но мы всегда лижем марки.

- Кто это "мы"? - грозно спросил судья.

- Мы -- Почмейстеры.

- Значит, Вы признаетесь в том, что состоите в организации, которая поощряет преступные действия?

- Вы меня неверно поняли! Прошу Вас...

Судья ударил молотком по столу.

- Довольно! - он повернулся к человечам по обе стороны его, - Я думаю дело ясное.

Все сидевшие с ним за столом зашушукались и закивали головами. Судья снова обратился к Почмейстеру:

- За государственную измену и за причастность к тайной преступной организации Вы приговорены к смертной казни через повешание.

Два человечка выскочили из-за стола и с обейх сторон крепко ухватились за Почмейстера. Усадив его на скамейку, они, не ослабляя хватки, уселись рядом с ним.

Судья начал, по тетради, зачитывать следующее дело: Попугай обвинялся в уклонении от воинской повинности. Судья обратился к обвеняемому:

- Знаете ли Вы, что все лица достигшие совершеннолетия обязаны проходить службу в армии Его Королевского Величества?

Попугай почистил перья и громко крикнул:

- Дур-р-рак!

Человечки за столом пальцами заткнули себе уши. Попугай, видимо довольный произведенним эффектом, выкрикнул:

- Кар-р-рамба!

Судья поспешно прочитал приговор:

- За уклонение от воинской повинности и за оскорбление высшего судебного лица при исполнении им служебных обязанностей, подсудимый приговаривается к смертной казни через повешение.

Попугай, к тому времени вычистивший все перья, вдруг взмахнул крыльями и, сделав несколько кругов по залу, уселся на люстру со множеством стеклянных подвесок. Свесив вниз голову, попугай одним глазом поглядел на высшее судебное лицо и снова крикнул:

- Дур-р-рак!

Судья, закатив глаза и задыхаясь от ярости, повторял:

- Поймать! Поймать немедленно!

Поднялась суматоха. Человечки, путаясь в своих мантиях, бегали взад и вперед по залу. Один из них, схватив судейский молоток, бросил его в люстру. Звякнули подвески, посыпались осколки битого стекла, и свет погас.

- Кар-р-рамба! - закричал невидимый в темноте попугай.

- Мя-я-у-у! - истошно подхватил Кот и, схватив Маринку за руку, поволок ее к выходу.

Они быстро миновали маленький коридор и снова оказались в уже знакомой пустой комнате. Сзади послышалось торопливое топанье, и в комнату вбежал запыхавшийся Почмейстер.

- Скорее, скорее! - закричал он Коту и Маринке, бросаясь к двери, ведущей на улицу.

- Заперто, - угрюмо сказал Кот.

Почмейстер сел на полу возле двери и обхватил голову руками.

- Что же делать? Что делать? - повторял он.

Кот придирчиво обошел комнату.

- Слишком грязно, чтобы тут ночевать, - фыркнул он. - Сейчас я вам покажу фокус. Отойдите подальше.

Кот встал посреди комнаты, глубоко вздохнул и стал расти. Почмейстер, все еще сидевший на полу, с возрастающим беспокойством следил за Котом.

- Не бойтесь, - попыталась его успокоить Маринка, - он очень хороший кот, только он немножко волшебный.

- Я не кот. Я черная пантера, - сказал Кот, продолжая расти. Его глаза зажглись, словно два фонаря. Жесткие усы топорщились от одной стены до другой. Хвост нетерпеливо стучал по полу. Пантера оглянулась на Маринку.

- Ну как? - спросила она низким гудящим голосом.

- Очень страшно, - прошептала девочка.

- Это хорошо, - пантера подняла лапу и посмотрела на свои огромные когти. - Теперь мы вооружены до зубов.

Из коридора донеслись голоса:

- Сюда, сюда, они убежали сюда!

Маринка и Почмейстер подошли поближе к пантере, которая растянулась на полу, устремив желтые горящие глаза на дверь, ведущую в коридор.

Дверь открылась, и на пороге показался первый человечек в судейской мантии. Увидев пантеру, он испуганно прижался к стене, пропуская остальных. Человечки хлынули в комнату с победными криками. Но крики моментально смолкли, когда перед толпой предстала огромная черная пантера.

- Добро пожаловать, - сказала она и обнажила острые белые клыки.

В комнате наступила зловещая тишина, но через секунду по толпе судей прокатился вопль ужаса, и человечки, давя друг друга, бросились назад в коридор.

Пантера оглянулась на Маринку и Почмейстера.

- Идите за мной.

Маринка подобрала с пола дорожную сумку Кота и вынула оттуда фонарик.

Пантера еле протиснулась в маленький коридор. Девочка и Почмейстер шли за ней по пятам, освещая путь фонариком. В зале было по прежнему темно. Луч фонаря осветил опрокинутую скамейку посреди зала, груду битого стекла на полу и открытую настежь дверь, через которую с криками выбегали последние человечки.

Пантера зевнула и огляделась вокруг.

- Пожалуй, на ночь можно остаться и здесь. До утра сюда никто не сунется, а сейчас в городе погаснет свет.

Пантера тяжело вспрыгнула на стол и вытянулась во всю длину на толстой бархатной скатерти. Маринка и Почтмейстер уютно расположились в судейских креслах. И скоро тишину в комнате нарушало лишь ровное дыхание спящих.

Маринка проснулась оттого, что кто-то над самым ее ухом громко сказал:

- Пр-р-ривет!

Она открыла глаза. Прямо перед ней на столе сидел розовый попугай и клювом рвал скатерть. Девочка оглянулась по сторонам. Через окна под потолком проникал слабый свет, едва освещая середину зала. Ни Кота, ни Почтмейстера не было видно. Маринка вскочила с кресла и обежала зал. Кроме нее и попугая в зале никого не было.

- Куда они ушли? - Маринка спросила Попугая.

- В двер-рь! - закричал Попугай и, сорвавшись с места, принялся летать кругами, повторяя, - В двер-рь! В двер-рь!

- Глупая птица! - рассердилась Маринка.

Она подошла к двери, ведущей на улицу, и приоткрыв ее, высунула голову наружу. Убедившись что поблизости никого нет, она решила выйти на улицу. Попугай, увидев, что девочка уходит, пулей ринулся в открытую дверь и исчез с вида.

Маринка вздохнула -- она опять оказалась одна. Может быть, вернуться в зал и там подождать Кота? Девочка дернула дверь, но та не открывалась. Очевидно замок защелкнулся. Маринка оглянулась вокруг.

По обе стороны улицы тянулись совершенно одинаковые низенькие одноэтажные домики. Девочка долго смотрела на них прежде чем поняла, что придавало им такой нелепый вид -- дома не имели окон. Их слепые фасады, украшенные лишь большими медными бляхами с номерами, уныло глядели на булыжную мостовую.

И как можно жить в таких домах, думала Маринка, все больше и больше удивляясь странному виду улицы. А может быть в них никто не живет?

Ее размышления были внезапно прерваны. В конце улицы появился отряд солдат, перед которым шагал офицер. Маринка быстро перебежала на другую сторону улицы и попробовала открыть дверь ближайшего дома. Но та не поддавалась. Девочка перебежала к следующей двери, тоже заперта. Маринка оглянулась на приближающийся отряд. Зеление мундиры, золотые пуговицы, поблескивающие ружья. Шагающий впереди офицер сверкнул на девочку желтыми глазищами. Его жесткие усы нахально топорщились в разные стороны.

- Кот! - Маринка кинулась навстречу офицеру.

Тот предостерегающе поднял лапу в белой перчатке.

- Прошу не забывать, что я при исполнении служебных обязанностей.

И повернувшись к отряду он крикнул:

- Отряд, стой! Крругом!

Солдаты ловко развернулись и застыли на месте, вытянув по мостовой длинные хвосты.

- Как тебе нравятся мои молодцы? - спросил Кот девочку.

- Слишком хвостатые.

- Не вижу в этом недостатка, - несколько обиженно заметил Кот.

- А куда вы идете? - спросила Маринка, нерешительно переступая с ноги на ногу.

- Вставай в строй и не задавай лишних вопросов, - приказал Кот.

Маринка торопливо пристроилась к передней шеренге. Кот, выпятив живот, скомандовал:

- Отряд, шагом марш!

Все двинулись вперед. Мыши, каким-то образом ростом с Маринку, невозмутимо шагали вслед за Котом, будто они в жизни не знали другого занятия как ходить в строю. Девочка едва поспевала за ними.

Навстречу показался другой отряд. Маринка затаила дыхание, ожидая, что сейчас произойдет нечто ужасное. Но ровным счетом ничего не случилось. Офицер, идущий впереди отряда, щелкнул каблуками и отдал честь Коту. Оловянные солдатики невозмутимо прошагали мимо.

Пройдя немного вдоль унылой безлюдной улицы, отряд под предводительством Кота подошел к такому же одноэтажному, как и все остальные, дому, на котором не было медной бляхи с номером, но зато было большое окно, а над ним -- блестящий герб, похожий на тот, который висел над городскими воротами.

На крыльце дома стоял коротенький человечек в зеленом военном мундире, сверху донизу увешанном орденами, и смотрел в бинокль.

Подойдя почти к самому крыльцу, Кот скомандовал своему отряду:

- Стой!

Человечек отнял от глаз бинокль и посмотрел на Кота.

- Это какой отряд?

Кот щелкнул каблуками.

- Его Королевского Величества.

Человечек приложил руку к уху:

- Громче! Величества или Высочества?

- Высочества, - неуверенно проговорил Кот.

- Раз Высочества, значит не мой, - сказал человечек, равнодушно отворачиваясь от Кота.

Дверь, ведущая в дом, открылась, и на крыльцо вышел еще один человек: длинная тощая фигура, которая почти сложилась пополам, чтобы пролезть в дверь. Этот человек был одет в синий военный мундир, на котором ордена висели не только спереди, но и сзади.

Увидев стоящего на крыльце человечка в зеленом мундире, он нахмурился и, сойдя с крыльца, встал так, чтобы заслонить собой вид на улицу. Человечек в зеленом мундире нетерпеливо топнул ногой, но на пришедшего это действие не произвело никакого впечатления, потому что, заложив руки за спину, он принялся раскачиваться из стороны в сторону, насвистывая какой-то веселенький мотивчик. Окончательно потеряв терпение, человечек в зеленом рассерженно хмыкнул и ушел в дом, громко хлопнув дверью. Оставшийся перестал свистеть и строго взглянул на Кота.

- Чей отряд?

- Его Королевского Вчества.

- Кого?

- Вчества.

Человек в синем мундире подозрительно прищурил глаза, но, видимо, приняв какое-то решение, пальцем поманил Кота. Кот осторожно сделал два шага вперед.

- Вот что, - сказал тот, кто по всей видимости являлся Его Высочеством, - ты со своим отрядом пойдешь с особым заданием в Город 7. Объявишь ему войну. Ясно?

- Так точно! - гаркнул Кот.

- Крругом! - вдруг раздалось сверху. Розовый Попугай вылетел из единственного окна дворца и теперь кругами носился над отрядом.

К ногам Маринки упала какая-то бумага. Мелькнули слова "Командировочное удостоверение". Девочка быстро нагнулась, схватила бумагу и сунула в карман пижамы.

- Шагом марш! - скомандовал Кот, и отряд, поднимая пыль, весело зашагал к воротам.

- Пароль у ворот: "не всё коту масленица", - крикнул им вдогонку Его Высочество.

Отряд благополучно миновал городские ворота, но Маринка только тогда окончательно успокоилась, когда ворота совершенно скрылись из глаз.

Кот внезапно остановился и, повернувшись к отряду, объявил:

- Всеобщая демобилизация!

С радостным писком мыши, быстро уменьшаясь до нормальных мышиных размеров, бросились в рассыпную, оставив на дороге слишком большие теперь для них мундиры и ружья.

## ГОРОД 7

Оставшись одни, Маринка и Кот едва успели сделать несколько шагов, как пришли к перекрестку. Они остановились подумать, в какую сторону повернуть, но вдруг слева на пустынной дороге показалось облачко пыли, которое быстро росло и вскоре превратилось в небольшую карету, запряженную парой лошадей. Карета, поравнявшись со странниками, резко остановилась.

- Милейший, могли бы Вы... - обратился Кот к разодетому в пух и прах кучеру, но тот сделал вид что не слышит.

Занавеска на окошечке кареты откинулась, и из окна высунулись две розовощекие кукольные головы в локонах. Обе куклы затрещали, перебивая друг друга:

- Ах, какой офицер!

- Какой красавец!

При этих возгласах Кот одернул свой мундир, щелкнул каблуками и лапой погладил усы.

- Сударыни!

Девушки захихикали и одновременно скрылись. Но тотчас дверцы кареты распахнулись, и пассажирки, одна за другой, выскочили на дорогу. Жеманно подобрав пышные юбки, они мелкими шажками приблизились к Коту.

- Сударыни! - Кот почтительно поклонился.

- Мы королевские фрейлины! Фрейлины Королевы! - защебетали обе куклы разом. - Наша Королева будет так рада познакомиться к таким красивым офицером и его... - куклы вопросительно посмотрели на Маринку.

- Племянницей, - подсказал Кот.

- Просим в карету! - фрейлины впорхнули внутрь, и за ними влезли Кот и Маринка.

Внутри кареты было тесно и душно. Когда карета тронулась, то оказалось, что ехать в ней было сплошное мучение. Пассажиров трясло, будто они ехали по листу гофрированного железа. Разговаривать было совершенно невозможно, поэтому даже болтливые фрейлины молчали, лишь время от времени восклицая вроде "Ах!" и "Ох!" когда их особенно сильно подбрасывало на очередной ухабе.

Маринка подумала, что если сейчас же карета не остановится, то она... Но она не успела придумать, что ей надлежит сделать, потому что злополучная карета вдруг остановилась.

Обе фрейлины одновременно с облегчением выдохнули "Уф!" и бросились вон из кареты. Вконец обессилевшая Маринка и Кот последовали за ними.

Карета стояла посредине небольшой круглой площади, вымощенной квадратными деревянными шашками. Кот и Маринка двинулись вслед за фрейлинами, которые уверенно шли между двумя шеренгами полотеров, натиравших мостовую, будто это был паркетный зал.

На резном крыльце тоже деревянного дворца стояла Королева и отдавала приказы полотерам:

- Правее. Теперь левее. Сзади осталось пятно!

Увидев фрейлин, она грозно сделала шаг им навстречу.

- Где же это вы, мои милые, пропадали?

Смущенные фрейлины расступились и пропустили вперед Кота и Маринку. Кот бесстрашно подошел к Королеве и галантно склонился над рукой, которую она ему протянула.

- Ай! - вскрикнула Королева. - Вы меня щекочите своими усами. Ай!

Отдернув руку, она спрятала ее за спину, чему Маринка была очень рада, так как ей до сих пор ни разу в жизни не приходилось целовать ничьих рук.

- С иностранцами одни хлопоты, - бормотала Королева, поворачиваясь спиной к гостям. Фрейлины, бросившись вперед, открыли ей дверь. Кот храбро двинулся вслед за Королевой, шепнув Маринке, - Не отставай.

Они вошли во дворец. И в нем, к удивлению Маринки, все было так, как и полагается быть во дворце. Ее глаза перебегали с мягких ковров на тоненько позванивающие хрустальные люстры, и с люстр на обтянутые шелком кресла. Маринка никогда еще не видела такого великолепия. Даже Кот несколько оробел.

Королева была очень довольна произведенным эффектом. Ее настроение улучшилось и уже более благосклонным тоном она предложила фрейлинам проводить иностранцев в тронный зал. Сама Королева остановилась на месте, провожая взглядом уходящих гостей.

Оставшись одни, фрейлины заметно приободрились. Весело стуча каблуками, они провели Кота и Маринку через несколько комнат в большой зал, разделенный деревянным барьером на две части. В той половине зала, где оказались путники, стояло несколько деревянных стульев, выстроившихся в ряд, а во второй половине на пушистом голубом ковре стояло тоже голубое шелковое кресло. Фрейлины почтительно присели перед креслом и ушли, оставив Кота и Маринку одних.

- Интересно, пригласят ли нас к обеду или нет? - задумчиво произнес Кот.

- Опять есть гороховый суп? - поморщилась Маринка, вспомнив угощение Королевы Города 1.

Вдруг в зале раздалась музыка, и в ту половину зала, по другую сторону барьера, вошла Королева в сопровождении десяти фрейлин. Она уселась в шелковое кресло, а фрейлины расселись у ее ног на ковре. На Королеве было красивое синее платье, расшитое золотыми птицами. На ее голове блестела золотая корона. Королева сидела, подняв глаза к потолку, и будто не замечала Кота и Маринку, стоящих перед ней у самого барьера.

В это время в часть зала, где стояли путешественники, стали поспешно, один за другим, входить люди. Они быстро заполнили помещение, и вскоре стало так тесно, что Кот и Маринка, прижатые к барьеру, едва могли дышать.

Королева тяжело вздохнула и перевела глаза с потолка на посетителей.

- Мы вас слушаем, - произнесла она томным голосом и опять вздохнула.

Что тут поднялось! Маринке пришлось заткнуть уши пальцами, чтобы не слышать того гама, криков, воплей, которые издавали посетители. Кое-кто подпрыгивал и махал руками, чтобы привлечь внимание Королевы. В общем шуме с трудом можно было разобрать лишь отдельные слова: "прошу", "помогите", "умоляю". Королева, которой, видимо, сильно наскучил этот прием, зевнула. Тотчас одна из фрейлин встала и объявила:

- Аудиенция окончена.

Несколько просителей было закричали "нечестно!" и "несправедливо!", но Королева жестом руки приказала им замолчать и поднялась с кресла.

- Всё, - недовольно произнесла она и уже повернулась к выходу, как случилось нечто совершенно невероятное.

Птицы, вытканные на платье Королевы, подняли страшный писк. Они заметались по платью и, вдруг, одна за другой начали слетать с ткани, оставляя на платье зияющие дыры. Золотым облаком они поднялись к потолку, описали круг по залу, оглашая его криками, и вылетели в открытое окно.

Посетители за барьером, придя в себя от изумления, начали хохотать. Разгневанная Королева, тщетно прикрывая руками дырки на платье, бросилась, под прикрытием фрейлин, к двери, но дверь почему-то оказалась запертой. Королева оглянулась на хохочущую толпу, среди которой выделялось испуганное лицо Маринки и безмятежно спокойная морда Кота.

- Измена! - воскликнула Королева и стала медленно падать в обморок. Но сколько она не наклонялась назад, упасть ей не удавалось, как будто какая-то невидимая сила упорно возвращала ее в исходное положение. Убедившись, что упасть у нее не получится, Королева обернулась к фрейлинам, повелительно махнув рукой в сторону барьера:

- Арестовать!

Но арестовывать было уже некого, так как просители, увидев, что дело принимает серьезный оборот, поспешили исчезнуть. У барьера остались лишь Кот и Маринка.

- Вы..., - устало произнесла Королева, - что нужно?

- Город 6 объявляет вам войну, - медленно отчеканил Кот.

При этих словах Королева моментально обрекла силы.

- Через пол часа всем быть на сборном пункте! - она приказала фрейлинам. - И вы тоже, - бросила она Коту и Маринке. - Мы должны опередить врага. Через час выступаем.

Когда Кот и Маринка вышли из дворца, на круглой площади полотеры, уже прикрепившие к своим плечам военные погоны, спешно разучивали строевой шаг.

Знакомые путешественникам две фрейлины, переодетые в тесные мундирчики, наждачной бумагой до блеска начищали медную пушечку, стоявшую возле крыльца. Остальные фрейлины, тоже в мундирчиках, изящно гарцовали на палочках с лошадиними головами.

Вдруг поднялась страшная кутерьма. Полотеры перестали маршировать и выстроились в длинную шеренгу. Фрейлины на своих палочках-лошадках встали перед ними. В толпе горожан, стоявшей поодаль, послышались возгласы: "Шшш!", "Тсс!", и все стихло.

Тут же появилась и причина суматохи: дворцовые ворота распахнулись, и оттуда показалась знакомая Маринке и Коту карета, запряженная все теми же лошадьми. Несмотря на разноцветные перья, украшавшие теперь их головы, они выглядели усталыми и понуро глядели в землю. Одна из лошадей подняла голову, увидела впереди себя лошадиную морду на палочке и взволнованно заржала. Из окна кареты махала вышитым платочком Королева, тоже затянутая в военный мундир.

Кот дернул раскрывшую рот от изумления Маринку за рукав.

- Пойдем скорее, здесь становится слишком жарко.

Боком, за спинами вытянувшихся в строй фрейлин и полотеров, Маринка и Кот прокрались к покосившимся домам, окружающим площадь, и, миновав две, примыкающие к площади улочки, оказались за пределами города на той же дороге, по которой они ехали в карете с фрейлинами.

Дорога оставалась пустынной недолго. Вдали показалось облако пыли, которое скоро выросло в темную тучу, быстро двигающуюся в направлении города.

Маринке стало страшно.

- Что это такое большое? - прошептала она.

Кот отозвался тоже шопотом:

- Если мы срочно куда-нибудь не спрячемся, мы окажемся в самом центре исторической битвы.

В воздухе показалась летящая точка, которая превратилась в старого знакомого -- Розового Попугая.

- Урраа! - истошно закричал Попугай, делая круги над Котом и Маринкой.

- Кыш! - робко сказала девочка. Кот зашипел и сделал движение, будто собирался прыгнуть.

- Карра-у-ул! - еще истошнее крикнул Попугай и скрылся в направлении города.

Кот огляделся по сторонам. Место было пустынным, только в отдалении виднелось полузасохшее дерево с корнями вывороченными наружу.

- Бежим! - Кот схватил Маринку за руку и почти поволок за собой. Спотыкаясь о неровную бугристую землю и задыхаясь от быстрого бега, они, наконец, достигли дерева.

Под длинными перевитыми корнями в земле была довольно глубокая яма, куда Кот столкнул Маринку и поспешно прыгнул сам. Оказавшись в яме, он принялся расцеплять корни и сцеплять их по новому, закрывая яму сверху и с боков.

- Маскировка, - он пояснил девочке.

- Ну все, теперь можно и отдохнуть. - Кот отряхнул лапы и развалился на мягкой земле. Маринка села рядом.

Сквозь корни, стеной нависшие перед ними, им хорошо была видна дорога.

- Во-время успели спрятаться, - заметил Кот.

И действительно, по только что пустой дороге, поднимая страшную пыль, двигались отряды оловянных солдатиков.

- Ать-два! Ать-два! - доносилось до Кота и Маринки. Грянула музыка -- это маршировал военный оркестр. За оркестром на белой лошади ехал всадник.

- Его Величество, - шепнул Кот, - хотя....

За всадником следовал второй оркестр, который играл что-то совершенно другое, отчего воздух наполнила невообразимая какафония звуков. Процессию замыкал всадник на черной лошади.

- Их вчества. - Кот, казалось, получал огромное наслаждение, комментируя происходящее.

Но вот со стороны Города 7 тоже показалось облачко. Навстречу оловянным солдатикам на палочках-лошадках скакали фрейлины и шагали полотеры. За ними двигалась сверкающая на солнце медная пушечка, которую тащили лошади с разноцветными перьями на голове. За пушкой, каким-то образом присоединенная к ней, катилась карета, украшенная большой короной. А сзади довольно неровным строем шли отряды горожан, одетых во что попало.

- Пропала Королева, - вздохнул Кот.

Две армии двигались все ближе и ближе навстречу друг другу и, наконец, остановились. Оркестры замолкли. Из окна кареты Королева взмахнула платочком. Две фрейлины подбежали к пушечке, повозились возле нее, и раздался залп. Над дорогой взвились разноцветные ракеты. Пушечка начала непрерывно извергать фейрверк -- все ниже и ниже над дорогой, пока, пристрелявшись, она не направила его прямо на отряд оловянных солдатиков, невозмутимо, как будто ничего не происходило, марширующих вперед. Потоки разноцветных ракет с шипением разбивались об оловянные груди и искрами сыпались на дорогу.

- Ать-д... - начал офицер и каплей расплавленного олова застыл в пыли. Оловянная армия начала плавиться.

Шеренга за шеренгой грудью встречала огонь до тех пор, пока на дороге не выросла оловянная гряда, встав защитным валом на пути фейерверочного огня. Теперь ракеты ударялись о гряду, никому не причиняя вреда. Фейрверк еще продолжался какое-то время и скоро затих.

Оба вражеских оркестра подошли вплотную к образовавшемуся валу и что есть силы грянули в медные трубы, причем каждый оркестр по-прежнему играл свое. Поднялся такой невообразимый шум, что Кот и Маринка зажали уши. Но даже сквозь зажатые уши они все уще могли слышать визг, скрежет, и вопли, издаваемые оркестрами.

Бедняжки фрейлины одна за другой начали падать в обморок. Королева билась в истерике в карете, вставив пальцы в уши. Вышитый платочек беспомощно опустился в дорожную пыль.

- Пропала Королева, - опять вздохнул Кот.

Но тут начались события, непредвиденные стратегией. Лошади, впряженные в пушку и карету, испуганные диким воем и скрежетом, производимым оркестрами, заволновались, заметались, и рванувшись с места, понеслись на оловянный вал, волоча за собой пушку. Карета как-то отцепилась и осталась позади. Пушка кашлянула и выплеснула еще один фейрверочный заряд. Лошади, заржав, свернули с дороги и помчались по равнине. Кони Их Величества и Высочества, поддавшись настроению, как были с седоками, рванулись вслед. Они пронеслись так близко от дерева, под которым укрывались Кот и Маринка, что было слышно их разгоряченное дыхание и вскрикивания Его Величества: "Ой, батюшки!" Его Высочество проскакал мимо с каменным лицом. Скоро и лошади, и пушка, и всадники исчезли в поднявшейся пыли.

Когда первый испуг, причиненный происшедшим, прошел, растерянные остатки армии Города 6 повернули вспять. Первыми пощли назад музыканты, прижимая к себе свои трубы.

- Назад! - крикнула им в след Королева, высунувшись из кареты.

- Догнать! Вернуть! - приказала она фрейлинам, очнувшимся от обморока. Но не надеясь на их достаточное проворство, Королева выскочила из кареты и, подобрав из пыли грязный платочек, усиленно им замахала.

- Вер-ни-тесь! Вер-ни-тесь! - скандировали фрейлины, сложив руки рупором.

Музыканты приостановили свое отступление и нерешительно замерли в отдалении. Делегация фрейлин направилась к музыкантам. Обе стороны подошли к валу и начались переговоры, которые, повидимому, завершились успешно. Музыканты со своими трубами начали перелезать через вал и оба оркестра почти в полном составе, и впервые играя в унисон, двинулись в сторону Королевы. Через некоторое время несколько музыкантов, впрягшись в оставшуюся без тяговой силы карету, потащили ее по направлению к городу. Теперь объединившийся оркестр играл что-то, напомнившее Маринку песню "Король с войны возвращался домой..."

Историческая битва была закончена.

- Что будем делать дальше? - поинтересовалась Маринка, вставая, чтобы вылезти наружу.

- Подожди, - остановил ее Кот, - уже поздно и скоро станет темно. Лучше переночуем здесь. Выспимся, - он сладко зевнул.

- Ладно, - согласилась девочка, хотя ей не очень нравилась перспектива ночевать в яме под деревом. - Только есть очень хочется, - вздохнула она.

- Да, прием у Королевы был суховатым, - заметил Кот. - Ну, ничего. Сейчас организуем ужин.

Он свистнул, и в углу ямы появились мышиные головы. Маринка, хотя уже привыкнувшая к их появлениям и исчезновениям, все-таки подвинулась ближе к Коту.

- Ступайте в город и раздобудьте чего-нибудь поесть во дворце. И не вздумайте обгрызать края по дороге!

Мыши исчезли. Маринка, должно быть, задремала, потому что когда она открыла глаза, было темно, только рядом светились глаза Кота и пахло чем-то вкусным.

- Ужин готов, - сказал Кот, доставая из сумки фонарик и направляя луч света перед собой.

На серебряном блюде лежала жареная курица, сыр, пирожные, и в графине белело молоко.

- Обгрызли-таки, - поморщился Кот, брезгливо отодвигая сыр.

Они быстро поели при свете карманного фонарика, который Кот зажег для Маринки, так как он отлично видел в темноте. Покончив с курицей, Кот принялся лизать себе лапы, громко урча от удовольствия.

- Почему бы тебе не умыться тоже? - спросил он Маринку, щуря глаза.

- Я не умею без воды и мыла, - грустно сказала девочка.

- Я бы умыл тебя, да больно много работы, - Кот лизнул руку Маринки.

- Спасибо, не надо, - вежливо поблагодарила она, в душе радуясь, что Кот не собирался исполнять это предложение. Глаза у нее стали сами собой закрываться, и она заснула.

Утро было ярким, и солнечные лучи, пробиваясь сквозь коричневую завесу, разбудили Маринку. Кот тоже открыл глаза и потянулся. Снаружи чей-то голос уныло пел:

- Король с войны возвращался домой...

- Тсс! - шепнул Кот и, раздвинув корни, выглянул наружу.

Под деревом сидел Его Величество, а возле щипала чахлую траву лошадь. Кот показал Маринке жестом, что можно вылезать.

- Ой! - испуганно воскликнул Его Величество, когда прямо из-под земли возле его ног показались Кот и девочка.

- Доброе утро, - Маринка поприветствовала короля.

- Не то, чтобы доброе.., - грустно ответил он.

- А где Его Высочество? - поинтересовался Кот.

- Их Высочество поскакало в город, опередив меня и прихватив заодно и лошадей Королевы, а меня стража в город не пустила, по его приказу! - король рассерженно фыркнул.

- Ай-яй-яй, - сочувственно кивал головой Кот.

Маринке стало почти до слез жалко Его Величество.

- Послушайте, - прервал Кот рассказ, - у меня есть план.

Маринка и король взглянули на него.

- Как бы Вам понравилось жениться на Королеве Города 7? - предложил Кот, глядя на Его Величество.

- Н-не очень... Не знаю... Да и она вряд ли согласится.

- Согласится, - заверил его Кот. - Предоставьте это мне.

Втроем они вернулись на дорогу и через пол часа они и лошадь, которая не отставала ни на шаг, достигли круглой площади.

По случаю вчерашней победы в городе намечалось большое празднование, о чем сообщала афиша, прикнопленная к стене дворца.

- Мы сейчас пойдем во дворец, так что примите величественный вид, - посоветовал Кот Его Величеству.

Король поправил покосившиеся ордена на своем мундире и задрал вверх подбородок.

- Ну как? - спросил он.

- Великолепно, - ответил Кот лицемер.

Привязав лошадь к крыльцу, путники вошли в уже хорошо знакомый дворец. Величество, казалось, был подавлен роскошью внутреннего убранства.

- Если бы не Высочество, я бы... я бы.., - бормотал он.

На подходе к залу, где накануне проходила аудиенция, группу остановили две фрейлины, охранявшие вход в зал.

- Кто такие?

- Разве вы не видете? - Его Величество выпятил грудь, увешанную орденами.

- Правительственная делегация Города 6, - Кот выступил вперед, заслонив собою короля.

Фрейлины присели и распахнули дверь.

- Мы доложим о вас Королеве.

В зале все было по-прежнему: ряд казенных стульев по одну сторону барьера и шелковое голубое кресло -- по другую. В кресле сидел Розовый Попугай и клювом чистил перья.

- Изменник! - возмутился Его Величество.

Попугай повернулся к делегации спиной.

Двери зала распахнулись, и появилась Королева, окруженная свитой фрейлин. На всех, видимо в честь победы, были розовые платья.

Увидев Кота и Маринку Королева протянула:

- Ааа.., - но переведя взгляд на Его Величество, воскликнула: - О-о! - и, подойдя к барьеру, протянула руку.

- Не вам, - бросила она Коту и Маринке.

Величество браво подошел к руке и с силой ее тряхнул так, что на нем звякнули ордена.

- О-о! - еще раз сказала Королева, причем ее интонация скорее выражала удивление, чем одобрение.

Кот выступил вперед:

- От лица Его Величества, представляющего королевскую власть Города 6, я имею честь предложить Вашему Величеству его руку, сердце и пол королевства. Второй половиной незаконно завладел Его Высочество, представляющий парламент, - скороговоркой пояснил он.

- Отобрать! - сказала Королева.

- Что отобрать? - не понял Кот.

- Вторую половину королевства. У Высочества. - Королева вскинула голову.

- Да-да, конечно, - согласился Кот. - А пока Его Величество преподносит Вам в дар коня.

Оттолкнув было запротестовавшего короля, Кот продолжил:

- Ведь Вы, кажется, лишились своих лошадей?

Напоминание собрало грозные складки на лбу Королевы.

- А между прочим, Ваших лошадок тоже присвоил Его Высочество.

- Негодяй! - возмутилась Королева и стала взволнованно обмахиваться костяным веером.

- Вдвоем с Его Величеством Вы бы смогли многое сделать...

Движения руки с веером стали медленнее, мечтательнее.

- ... Не говоря уж о том, что лишние пол королевства...

Королева подошла к своему креслу и, увидев Попугая, замахнулась на него веером - "Кыш!"

- Карррамба! - гаркнул Попугай и с неохотой взлетел.

Королева опустилась в кресло, а фрейлины расселись вокруг на ковре.

- А где подарок? - нежным голосом спросила Королева.

Фигура Кота приняла форму вопросительного знака.

- Конь, - мечтательно напомнила ему Королева.

- Возле крыльца.

Королева встала.

- Все присутствующие приглашаются на свадебный обед, - объявила она.

- Отвести Его Величество в мои покои. Умыть! Переодеть! Причесать!

Величество с недоумением потрогал лысину.

- Начистить ордена! - приказала Королева фрейлинам, направляясь к выходу. Обрадованный король тоже заспешил к двери, где его почтительно встретили фрейлины.

- Вот она, человеческая благодарность! - фыркнул Кот, когда они с Маринкой остались одни.

- Благодарность.., - повторил Розовый Попугай, снова оказавшийся в королевском кресле.

Свадебный обед состоялся через час. О приготовлениях к обеду Кот и Маринка узнали по шуму, доносившемуся из окон зала, где они находились. Выглянув в окно, они увидели, что на круглой площади установили длинный стол, по обеим концам которого стояло по креслу с изображениями корон на спинках. Изображение на одном кресле выглядело подозрительно свежим.

Лошадь куда-то исчезла. Вся площадь была оцеплена веревками с развевающимися на них разноцветными флажками. За натянутыми веревками уже начинала собираться толпа зрителей.

- А где же места для гостей? - спросила Маринка.

- Посмотрим, посмотрим, - Кот задумчиво дергал себя за усы.

Кроме стола и двух кресел на площади так ничего больше и не появилось, хотя вокруг стола хлопотали фрейлины в белых поварских колпаках, устанавливая на столе все новые и новые блюда.

По одну сторону стола вдоль веревок с флажками выстроились музыканты, по другую разряженные фрейлины. Остальное пространство вдоль веревок заполнили стоящие на равном расстоянии друг от друга полотеры, переодетые в полицейские мундиры и вооруженные красными огнетушетилями. В общем, было очень весело.

Но вот музыканты заиграли, и на площади появилась Королева, вся в белом, с длинной вуалью, спускающейся из-под короны, под руку с Его Величеством в голубом завитом парике и в голубом камзоле, на который переселились все ордена с его старого мундира. Он был ниже Королевы и шел на цыпочках, чтобы казаться выше. Пара подошла к столу. Королева села в одно кресло, а Его Величество в другое. Свадебный пир начался.

Под музыку фрейлины в белых колпаках продолжали загружать стол бесконечными блюдами. Как только Его Величество и Королева кончали с блюдом, фрейлины отодвигали блюдо с остатками еды на середину стола и приносили что-нибудь новое.

Наконец, наевшись, Королева встала и кивнула жениху. Тот послушно поднялся и подошел к ней. Она взяла его под руку, и они под звуки музыки удалились с площади. Тогда к столу приблизились фрейлины и начали подъедать то, что оставалось после молодожен. Однако никто не решился сесть в пустующие кресла. Кончив, фрейлины ушли, унеся с собой во дворец оба кресла.

Теперь к столу подошли музыканты и набросились на оставшееся после фрейлин. Но они не рискнули остаться возле стола слишком долго, так как полотеры-полицейские в нетерпении бегали взад-вперед вдоль веревок, угрожающе нацеливая свои огнетушители на музыкантов.

Наконец настала очередь и полотеров, которые атаковали стол, прижимая к себе свои огнетушители. И не напрасно, так как нетерпение толпы росло с каждой минутой. Послышались возгласы, поторапливающие полотеров, но переступить веревку никто не осмеливался.

Насытившись, полотеры демонстративно медленно принялись отвязывать веревки. Толпа переминалась с ноги на ногу. Когда веревки, наконец, были убраны, толпа с криками ринулась к столу, на котором к этому времени почти ничего не осталось. Некоторых сбили с ног, но остальные продолжали бежать по упавшим.

- Бррр, - сказал Кот и отвернулся от окна.

Он заложил лапы в рот и свистнул так громко, что свист услышали на площади, задрали головы и оглянулись, но ничего не увидев, продолжили шарить по столу в поисках чего-нибудь, оставшегося не съеденным.

Паркет на полу затрещал, и из щелей полезли мыши.

- Карраул! - завопил Попугай, взлетая к потолку.

- Телячьи котлеты, сметану, сливки, - заказал Кот.

- Пирожные, - робко попросила Маринка.

- Пирожные, - согласился Кот.

- Кррупу! - крикнул неожиданно подлетевший Попугай в самое ухо Коту.

- Еще чего! - ехидно усмехнулся Кот, потирая ухо.

- Пожалуйста, - Маринка заглянула в глаза Кота.

- Ладно, - проворчал тот, - и крупу.

Стола в зале не было, поэтому пришлось пировать на полу.

- Прремного благодарю, - сказал Попугай, стуча клювом по паркету, ловя рассыпанную крупу.

- Не хочешь пойти с нами? - предложил ему Кот, подобревший после еды.

- Куд-куда, куд-куда? - курицей закудахтал Попугай.

- В Город 8.

- Опасно, - шопотом и совершенно чисто сказал он.

- Опасно? - переспросил Кот.

- Черрресчурр! - снова закривлялся Поругай.

- Значит не хочешь?

Попугай не успел ответить, так как дверь открылась, пропуская в зал Королеву, Его Величество и толпу фрейлин.

- Это что такое?! - побледнела от злости Королева, увидев потрескавшийся испорченный паркет и группу, устроившую пикник в ее тронном зале.

- Безобразие! - эхом поддержал Его Величество.

- Срррамота! - отозвался Попугай, продолжая стучать клювом по полу.

- Нахальство, - согласился Кот, размахивая недоеденной котлетой.

- Бандиты! - ахнула Королева. - Арестовать!

Кот размахнулся и швырнул котлету, угодив Королеве в лицо. Не давая ей опомниться, он схватил стакан со сметаной и запустил им в короля. Удар опять попал в цель.

- Брраво! - оценил его меткость Попугай.

Маринка, решив, что долг обязывает ее поддержать Кота, кинула в правительскую группу пирожное, затем другое. Результат оказался совсем неожиданным: сладкоежки-фрейлины стали ловить пирожные и их есть. Маринка бросала одно пирожное за другим, пока тарелка не опустела. Даже Его Величество не утерпел и схватил одно, но под гневным взглядом жены с сожалением бросил его на пол, откуда его моментально подобрала одна из фрейлин.

- Прриятного аппетита! - пожелал девушкам Попугай.

Разгневанная Королева, фыркая, покинула зал. Король засеменил за ней.

- Теперь бежим! - Кот взял Маринку за руку, и они бросились из зала.

Попугай вылетел в окно.

Королева еще не успела мобилизовать полотеров-полицейских, и беглецы благополучно достигли дворцового крыльца. На площади было все-еще многолюдно, поэтому добраться до боковых улочек незамеченными не составило никакого труда. Когда они окончательно покинули пределы города, что-то тяжело плюхнулось на Маринкино плечо.

- Здрррассте! - сказал Попугай. - Поехали!

## Город 8

Теперь они шли втроем, то есть, Маринка и Кот шли, а Попугай с удобством ехал на плече Маринки. Дорога была пустынной, и вокруг не было ничего, кроме однообразной скучной равнины.

До сих пор Маринка не замечала погоды. Но теперь все вокруг как-то потемнело, хотя до вечера еще оставалось много времени, и никаких туч не было видно. Все заволокло какой-то странной пеленой густого сизого тумана.

- Хм, - Кот недовольно оглянулся, - что бы это могло быть?

- Подходим к Единому Союзу Четырех Городов, - отозвался Попугай, который сидел, нахохлившись, и из розового зделался голубым.

- А откуда туман? - спросила Маринка.

- Это не туман, а дым. Разве вы не чувствуете?

Кот и Маринка одновременно потянули носами. И верно, теперь в воздухе заметно пахло гарью. Вскоре они увидели и источники дыма -- трубы, черным лесом поднимавшиеся прямо из земли. На самой большой и высокой трубе красовалась огромная закопченая цифра "8".

- Тпрру-у! Приехали! - сказал Голубой Попугай.

- А где же город? - Маринка с недоумением оглядывалась по сторонам, но ничего кроме труб не видела.

- Под землей. Видите трубу с цыфрой? - Попугай слетел с плеча девочки и облетел трубу кругом, временами почти теряясь в дыму.

- В трубе есть дверь, а за ней лесница, которая ведет вниз, в город, - объявил он, вернувшись.

- А как насчет стражи? - спросил осторожный Кот.

Голубой Попугай засмеялся.

- Это счастливая республика счастливых людей. Кто хочет, тот и входит. Зачем же стража?

Кот, а за ним и Маринка недоверчиво подошли к двери, о которой говорил Попугай. Дверь была маленькая -- только-только пройти, обитая железом и свеже покрашенная коричневой краской. На свеже выкрашенной поверхности было уже что-то нацарапано. Маринка хотела было прочитать, но Попугай растопырил крылья и заслонил надпись.

- Не читай, - сказал он. - Это нехорошее слово. В этом городе лучше его не знать.

- А кто это написал? - поинтересовался Кот.

- Того, кто это написал, тоже лучше не знать, - загадочно ответил Попугай.

Кот толкнул дверь, которая оказалась не такой уж тяжелой, как выглядела, и, пропустив Маринку и Попугая, вошел следом. Дверь захлопнулась. Они обернулись и заметили, что со внутренней стороны не было ручки, а закрылась она так плотно, что без ручки ее открыть было невозможно. На внутренней стороне двери белой краской, как на пиратском флаге, был изображен череп со скрещенными костями, а под рисунком было написано: "Опасно для жизни".

- Что опасно? - спросила Маринка.

- А разве мир снаружи не полон опасностей? - вопросом на вопрос ответил Голубой Попугай.

Поскольку им не оставалось ничего другого, они стали спускаться вниз по узкой лестнице. Попугай снова ехал на плече девочки. Пройдя один пролет, они увидели железную клетку лифта. Но их радость была преждевременной -- на двери лифта висела картонка с надписью: "Лифт не работает".

Спуск продолжался очень долго и окончился маленькой площадкой с единственной дверью, на которой большими красными буквами было выведено: "Добро пожаловать!"

Путники вошли в дверь и оказались в довольно узком коридоре с кирпичными стенами, за которыми раздавались непрерывный рокот и гудение каких-то машин. На обоих стенах на равном расстоянии друг от друга были нарисованы деревья с одинаковыми зелеными шарами вместо крон, среди которых затерялась табличка с именем "Бульвар Труда".

- Кррасота! - съехидничал Попугай.

Бульвар закончился аркой с названием "Площадь Индустрии".

Пройдя под аркой, они вышли на площадь, в центре которой на высоком постаменте стояла статуя человека с рукой, поднятой в приветственном жесте. Из раскрытого рта человека валил сизый дым. Вокруг постамента на мостовой по зеленому фону были густо изображены красные цветы с весьма таинственной ботанической родословной. На стенах, окружающих площадь, были по-прежнему нарисованные деревья.

Путники сначала не заметили маленькую фанерную будочку, примостившуюся возле стены, и поэтому не сразу поняли, откуда вдруг возникла женщина в голубом брючном костюме. Она бросилась к ним, махая руками.

- Иностранцы? - выдохнула она взволнованно.

- Делегация из Города 2, - важно представился Кот.

- А разве есть такой? - удивилась женщина. - Ну да все равно, - продолжила она, не дожидаясь ответа. - Я ваш гид. Сначала мы проведем небольшую экскурсию, а потом будет обед.

- Прекррасно! - одобрил программу Попугай.

- Меня зовут Да.

- Да-а? - удивился Кот.

- Да, - ответила Да.

- Это имя легко запомнить, - наконец и Маринка осмелилась что-то сказать.

- Экскурсию начнем с площади, - Да жестом показала, что группе надлежит встать лицом к памятнику.

Когда группа встала, как хотелось Да, она вытянула руку по направлению к монументу, почти копируя жест статуи.

- В центре площади вы видите памятник основателю нашего Единого Союза -- Великому Уху. Он был первым, кто заговорил о необходимости индустриализации. Дым, выходящий изо рта Великого Уха, символизирует тяжелую промышленность. Поэтому площадь и называется Площадью Индустрии. Деревья вокруг были посажены...

- Посажены? А мне показалось, они нарисованы, - Кот сощурил зеленые глаза.

- Конечно посажены! - возмутилась Да. - Пару лет назад у нас появился некто по имени Нет, который начал распостранять слухи, что деревья нарисованы. И, представьте себе, у него даже появились последователи. Хотя они скоро поняли свое заблуждение.

- А что случилось с Нет? - проявил дальше свой нездоровый интерес Кот.

- Выгнали. Но я не знала, что его учение получило такую широкую известность за рубежом. Ну, известное дело, там всегда подхватывают всякую клевету.

Ее глаза метнули молнии в сторону растленного Кота.

- А какие это цветы? - Маринка тоже решилась задать вопрос.

- То есть как это -- какие? - не поняла Да.

Маринка растерялась.

- Я хотела спросить, как они называются.

- Как могут называться цветы?! - почему-то рассердилась Да. - Просто цветы!

- А сорвать один можно? - глаза Кота превратились в узкие щелки.

Да молча указала на табличку, прикрепленную к основанию памятника, извящающую, что "рвать цветы и ходить по газону строго запрещается".

- Правильно! - согласился с табличкой Голубой Попугай.

В этот момент Великий Ух выдохнул особенно густую и едкую струю дыма, так что у путников защипало глаза.

- Все ясно. Пошли дальше, - Кот двинулся с площади, не слушая Да, которая пыталась еще что-то рассказать про Площадь Индустрии.

Улица за площадью была таким же коридором, как и Бульвар Труда, только без нарисованных деревьев на стенах. Улица называлась Индустриальной.

- А где же все люди? - Маринка с недоумением пыталась найти хотя бы одну дверь в стенах по обе стороны улицы.

- Все работают, - строго ответила Да.

- Где? - Кот, как и Маринка, вертел головой направо и налево.

- На заводах вокруг нас, - последовал ответ.

- А как же они туда попадают? - не унимались "иностранцы".

- Их привозят специальными автобусами и через бункеры на крыше выгружают в цеха, - объяснила Да.

- Очень изобррретательно, - поощрил Попугай.

- А они могут уйти домой сами? - спросил по-иностранному распущенный Кот.

- Зачем им это делать? - Да смотрела на Кота с явным неодобрением.

- Ну пообедать, например, - Кот облизнулся.

- Обедать их возят в столовую, - отрезала Да.

Поглощенные этой поучительной беседой, они дошли до второй площади, посредине которой тоже стоял Великий Ух с поднятой рукой. Он был точная копия первого памятника, только на каждом плече этого, как воробьи на заборе, сидели два ребенка неопределенного пола, занеся над головой Уха молотки.

- Памятник детскому труду, - провозгласила Да, останавливаясь перед монументом.

- Восхитительно! - решил загладить свои промахи Кот.

Но Да даже не взглянула на него. Она подошла к стене и нажала какую-то невидимую кнопку, в результате чего в стене открылось четырехугольное отверстие.

- Прошу.

Несмотря на приглашающий жест гида, гости с недоумением смотрели в открывшуюся перед ними темноту. Тогда, чтобы подать пример, Да первой шагнула в отверстие. За ней последовал Попугай, слетевший с плеча девочки, потом Кот и Маринка. Отверстие закрылось, и пол под ними двинулся вверх. Они стали подниматься.

- Кррасота! - раздался голос невидимого во тьме Попугая.

Лифт остановился и стена снова раздвинулась. Они оказались в помещении без окон и дверей, заполненном людьми в одинаковых голубых комбинезонах. Увидев прибывшую компанию, люди уставились на гостей в упор. Что-то зашумело, и раздвинулась противоположная стена.

- Минуту! - крикнула Да, хотя перекрикивать было некого, так как все либо молчали, либо разговаривали еле слышным шопотом. - Первыми пусть войдут наши гости.

Опять группа последовала в том же порядке: Попугай, за ним - Кот, и последней - Маринка.

Внутри нового помещения при тусклом свете лампочки под потолком они увидели скамьи, тянувшиеся от одной стены до другой.

- Вон туда, - Да указала на самую дальнюю скамейку.

Когда гости уселись, Да кивнула оставшимся снаружи, что можно заходить.

После того, как все вошли и уселись вплотную друг к другу, отверстие закрылось, и помещение, оказавшись чем-то вроде поезда в метро, тронулось. Так как окон не было, ехать было на редкость скучно. Наша компания сидела, притихнув, под молчаливыми взглядами пассажиров.

- Городчане! - обратилась к пассажирам Да. - Почему бы нам не спеть хором для наших гостей?

- Прросим, прросим! - крикнул Попугай.

Да встала и, повернувшись спиной к "иностранцам", взмахнула руками.

"С именем Уха ложимся,

С именем Уха встаем,

Уха во сне призываем,

Ухом мы счастье зовем."

Грянул хор.

Маринка и Кот вежливо зааплодировали.

- Прревосходно! Пррревосходно! - надрывался Голубой Попугай.

Поезд дернулся и остановился. Стена раздвинулась, и пассажиры молчаливым потоком стали вытекать наружу. "Иностранцы" под предводительством Да вышли за ними.

Они оказались в большом обеденном зале со столами, покрытыми зеленой клеенкой, которые как и скамьи в поезде, тянулись от одной стены до другой. Зал был уже полон. Перед каждым стояла оловянная тарелка, из которой шел легкий пар, и лежала ложка. Однако никто не ел. Все сидели, положив руки на колени, и чего-то ждали. У дальней стены зала на возвышении, сделанном наподобие сцены, за чугунным столом сидел чугунный Великий Ух и смотрел в зал поверх тарелки с чугунным супом.

Да указала нашей компании на стол, предназначенный для почетных гостей, и под молчаливыми взглядами переполненного зала они расселись.

Из-за стола, стоящего рядом со сценой, поднялся человек и сразу, как по команде, весь зал встал на ноги. Вскочившая вместе с ними Да, отчаянно жестикулируя, показала гостям, что им тоже надлежит подняться. Кот и Маринка встали. Попугай, для коророго не было разницы между сидением и стоянием, приподнялся на цыпочки, изображая вставание.

Человек у сцены взмахнул рукой, и зал хором запел:

"Великий Ух, благодарим

Тебя за то, что мы едим,

За то, что мы вообще живем,

Тебе мы славу пропоем."

Кот, было, зааплодировал, но под укоризненным взглядом Да, сопроваждаемым громким "Тсс!", зделал вид, что разглядывает свои когти.

Покончив с изъявлением благодарности Великому Уху, все снова сели и взялись за ложки. Маринка подняла свою и опустила ее в тарелку, где все еще слегка дымилась полужидкая мешанина хлеба, картофеля и какой-то крупы. Маринка потрогала смесь ложкой, подцепила немного и сунула в рот. При всем своем голоде она не могла себя заставить повторить эту операцию. Подняв глаза, девочка увидела, что Кот с интересом наблюдает за движениями ее ложки, которая в настоящий момент царапала клеенку. Его ложка лежала сухая и тарелка стояла нетронутой. Попугай брезгливо ковырял клювом в куске картошки. Вокруг все торопливо ели, не глядя по сторонам.

Да покончила со своей тарелкой и посмотрела на гостей.

- Почему вы не едите? - удивилась она.

- Невкусно, - фыркнул Кот.

- Все что полезно и питательно -- невкусно, а все что вкусно -- вредно, - наставительно заметила Да.

- Тогда, может, хотите наши порции? - предложил Кот.

- Я взяток не беру, - с видом оскорбленного достоинства ответила Да, глазами взвешивая содержимое тарелок.

- Это не взятка. Это выражение дружеских чувств и признательности иностранной делегации. - Кот неуловимым движением подвинул свою тарелку к Да.

- Ну разве что выражение признательности...

Да взялась за ложку. Признательность оказалась очень кстати. После второй тарелки Да заметно порозовела, а после третей ее голубой костюм определенно стал сидеть лучше.

- Обеды Вам к лицу, - заметил Кот.

Да оствила это замечание без ответа.

Вскоре люди, сидевшие за столом возле сцены, поднялись и таинственно исчезли, растворившись в дальнем углу зала. Тогда зашевелился, поднимаясь из-за столов и весь зал.

- А что мы теперь будем делать? - поинтересовалась Маринка.

- Сейчас мы посетим Город 9, и вы увидите наши сельскохозяйственные достижения.

- Молоко... Мясо..., - мечтательно полусказал-полумурлыкнул Кот.

## Город 9

Сидя за своим столом, они подождали, пока последняя группа людей исчезла в раздвинувшейся стене. Убедившись, что в зале никого не осталось, Да, бросив гостям: "Следуйте за мной", пересекла зал. Шагнув на сцену и обойдя Великого Уха, она пошарила по стене и что-то нажала.

- Прошу.

В стене открылась маленькая дверца, за которой виднелась лестница, ведущая наверх.

Они поднимались не очень долго. Лесница привела их к другой двери, на которой было написано: "Город 9" и пониже: "Служебный вход".

- А где главный вход? - спросил неугомонный Кот.

- С другой стороны, - ответила Да.

- С другой стороны чего?

- Города, конечно! - Да толкнула дверь, и к изумлению путников они оказались на поверхности. Над ними раскинулось голубое небо, по которому весело бежали белые облака.

- Уррр-а-а! - закричал Попугай и, сорвавшись с Маринкиного плеча, взлетел вверх, но ударившись о невидимую преграду, упал на землю. Маринка и Кот кинулись к нему.

- Проклятое стекло, - бормотал теперь опять Розовый Попугай, поднимаясь, пошатываясь.

- Ушибся? - участливо спросила девочка.

- Ничего страшного.

Попугай неуклюже вскарабкался по протянутой ему руке и снова уселся на Маринкином плече.

- Что это такое? - Кот угрожающе двинулся на Да.

- Что? - невинно спросила та.

- Член нашей делегации чуть не расшибся! Предупреждать надо!

- Откуда же я знала, что он полетит.

Негодующе поведя плечами, Да, не оглядываясь, быстро двинулась вперед.

Они шли за ней по узкой немощеной дороге, по обе стороны которой ровными желтыми квадратами лежали пшеничные поля. За ними, отделенные от пшеничных полей узкими ровными канавами, шли квадраты, засаженные капустой или картошкой.

- Это уже город? - спросила Маринка.

- Пригород, - высказал предположение Кот.

До них донеслось пение:

"Взгляни на нас, Великий Ух,

Один работает за двух.

Трудом твою мы память чтим

И отдыхать мы не хотим..."

Да, услышав пение, ускорила шаг. Кот с сомнением посмотрел ей в след и остановился. Маринка, глядя на него, остановилась тоже.

- В чем дело? - спросил оправившийся после аварии Попугай.

- Привал, - объявил Кот. - Отдохнем. Обсудим положение.

- Пррравильно!

Попугай слетел с Маринкиного плеча и, пролетев некоторое расстояние назад, нырнул в высокую пшеницу. Через секунду он появился снова.

- Сюда! - позвал он.

Маринка и Кот последовали за Попугаем в пшеничную чащу.

- Хорошо! - воскликнул Кот, повалившись на землю.

Маринка села рядом.

- И обед тут-же! - Попугай принялся клевать колосья.

Кот и Маринка печально посмотрели на него. Девочка попробовала по его примеру пожевать колос, но он был невкусным и колючим.

- Шшшш! - зашипел вдруг Кот и, схватив Маринку за плечи, пригнул ее вниз к земле.

Сквозь пшеничные колосья они увидели Да, растерянно оглядывающуюся по сторонам. Постояв, Да достала что-то из кармана, приложила предмет ко рту, и над полем пронесся пронзительный требовательный свист. Моментально, неизвестно откуда возле Да появились люди в голубых комбинезонах. Да, размахивая руками, принялась торопливо рассказывать. Когда она кончила говорить, люди, разбившись на три группы по четыре человека в каждой, сошли с дороги и двинулись в разные стороны, вытянув перед собой какие-то приборы на длинных палках, напоминающие миноискатели.

- Нда-а.., - протянул Кот, наблюдая, как одна из групп уверенно двигалась в их направлении. Прибор в руке у ведущего пискнул.

Но тут на дороге, на которой осталась только Да, показалась группа людей. Они что-то кричали, и над их головами раскачивалось длинное полотно. Группа быстро приближалась, и над полем зазвенели крики.

- Нет! Нет! Нет! - выкрикивали люди, над головами которых, как теперь было хорошо видно, раскачивался плакат с единственным словом "Нет".

Аппарат в руках группы, двигающейся в сторону залегших в пшенице "иностранцев", отчаянно запищал и бешенно завращался на палке. Поисковая группа остановилась и, бросив вышедший из строя прибор, кинулась назад на дорогу. К этой группе присоединились и другие, тоже вернувшиеся из пшеницы.

- Да-а-а! - закричали они хором и врезались в кучку демонстрантов. Еще какое-то время слышались однинокие выкрики "Нет!", и схватка закончилась тем, что демонстранты, связанные вместе и окруженные со всех сторон голубыми комбинезонами, двинулись по дороге. Да гордо шагала впереди. Конвоиры и Да пели:

"Не забывай о деле чести,

Руби, круши врага на месте,

Исполни Уховский завет

Искоренить из жизни "нет"."

Испуганная Маринка взглянула на Кота. Тот задумчиво дергал себя за усы.

- Нам придется временно перекраситься в голубой цвет, - наконец изрек он.

- Прравильно! - истошно заорал Попугай и моментально из розового стал голубым.

- Тьфу! - плюнул Кот. - А нам как это сделать?

- Нет ничего прроще! Прроще! - прыгал Попугай. - Повторите слово "да" тридцать раз и поголубеете.

- Ладно, попробуем, - Кот посмотрел на Маринку.

- Я боюсь, - прошептала она.

- Ничего страшного, - утешил ее Кот. - Давай вместе.

Они начали, и во-время, так как на тропинке опять появилась поисковая партия, возглавляемая Да. Пленников с ними уже не было. Группа, вооруженная "нет-искателями", уверенно вошла в пшеницу и двинулась в сторону путешественников.

Кот стиснул руку Маринки.

- Да, да, да, да...

- Двадцать пять, двадцать шесть, - считал Попугай.

Маринка с удивлением увидела, что Кот начал светлеть и голубеть. Даже его желтые глаза стали невинными голубыми незабудками.

Когда поисковая группа достигла места укрытия, им навстречу вылетел Голубой Попугай.

- Да здравствует Великий Ух! - выкрикнул он.

- Один работает за двух, - неожиданно для себя сказала Маринка, глядя на Да и застенчиво теребя край голубой пижамы.

- И в нас поет голодный дух! - завершил Голубой Кот, сверкая сапфирами глаз.

- Отважный, - поправила его Да.

- Да, да, - поспешно согласился Кот, - я оговорился.

Да улыбнулась.

- Ну что ж, продолжим экскурсию.

В животе у Кота громко заурчало.

- Что? - не поняла Да.

- Это я спросил про ужин, - пояснил Кот.

- Вы слишком много думаете о еде. Сначала пища духовная...

- У меня очень консервативный желудок, - оправдывался Кот, прикладывая голубую лапу к непослушному животу.

- Вечером мы приглашены на прием. После торжественной части будет ужин в честь гостящей у нас почетной делегации, - неохотно сказала Да.

- Это мы почетная делегация? - спросил Кот, выпячивая живот.

- Нет! - отрезала она.

Миноискатели в руках у поисковой группы отчаянно запищали. Да побледнела.

- Каррраул! - совершенно дурным голосом завопил Попугай.

- Невероятно! - поддержал его Кот.

В момент руки Да были связаны у нее за спиной, а рот заткнут большой голубой пробкой.

- Руби, круши врага на месте, - подала голос голубая Маринка.

Все двинулись по тропинке. Вокруг заметно потемнело.

- А мы успеем к торжественному ужи... приему? - беспокойно спросил Кот.

- Успеем, - не оборачиваясь отозвался один из конвоиров.

В квадратных полях, в сгущающейся темноте все еще копошились люди. Тропа уперлась в огромный монумент -- глыбообразную человеческую фигуру, стоящую с готовым упасть и никогда не падающим кочном бетонной капусты над застывшим по стойке "смирно" бетонным мешком.

- Сюда.

Один из конвоиров, оттолкнув Да в сторону, открыл маленькую дверь, заплаткой сидящую в стене бетонного мешка. За дверью путников встретил тускло освещенный эскалатор, который, подрагивая, понес их вниз. Да тоже ехала с ними, поддерживаемая конвоем и безуспешно пытающаяся выплюнуть голубую пробку.

## Город 10

Эскалатор внезапно разветвился. Прежде чем путешественники успели подумать в какую сторону им ехать, конвоиры подтолкнули их сзади, направив на нужный эскалатор, а сами вместе с Да поехали на другом.

- А куда мы едем? - спросила Маринка.

- Поживем -- увидим, - решил Кот.

Ждать пришлось недолго. Эскалатор вынес их на тускло освещенную дорогу, мощеную кирпичом. Навстречу им шагнула фигура в голубом комбинезоне.

- Я ваш новый гид. Меня зовут Да.

- Да-а-а? - удивились все хором.

- А где прежняя Да? - поинтересовалась Маринка.

- Проходит курс переподготовки, - последовал маловразумительный ответ.

Девочка вздохнула. Ей почему-то стало грустно. Но новая Да уже торопила их вперед. Над их головами, окруженная кромешной тьмой, вспыхнула, переливаясь разноцветными огнями, надпись "Город 10". Позади надписи в воздухе появилось, потом исчезло и снова появилось, как морда Чеширского Кота, улыбающееся, светящееся лицо Великого Уха. Появлялось и таяло в темноте, причем, что окончательно довершило сходство, последними исчезали обнаженные в люминисцирующей улыбке зубы.

Да остановилась, что-то нажала, и темнота впереди расступилась, обнажив огромную площадь, заполненную людьми. Посредине площади возвышался самый большой монумент Великого Уха, который путешественникам довелось увидеть. Огромное улыбающееся лицо -- его-то они и видели при подходе к городу -- время от времени вспыхивало. Весь монумент был сделан не то из стекла, не то из прозрачной пластмассы, в глубине которой загорались и гасли разноцветные огни. Ух стоял на широком постаменте в позе дирижера, причем его светящиеся руки двигались как у заводной куклы -- немного вверх, немного вниз. Вокруг Уха, достигая высоты его колен, несся бетонный детский хоровод.

- Кошмарр! - осипшим голосом закричал Попугай.

Да оглянулась.

- У него наверное сотрясение мозгов от удара в стеклянный потолок, - успокоил ее Кот, замахиваясь на Попугая, который поспешно втянул голову в плечи.

- Бандит, - буркнул Попугай.

- Не.., - глаза Кота блеснули нехорошей желтизной.

- Вам тоже нездоровится? - участливо спросила Да, заметив подозрительный цвет.

- Ты чернеешь, - шепнула Коту Маринка, с ужасом наблюдая черное пятно, разрастающееся у Кота на морде.

- Да, да, да, да.., - скороговоркой протарабанил Кот. - Это я от голода всегда чернею, - объяснил он Да, улыбаясь шире Великого Уха.

- Как? Вы разве не обедали?! - воскликнула Да.

- Не...

Попугай на плече Маринки громко закудахтал.

- Немного, - облизнулся Кот.

- Придется потерпеть, - строго сказала новая Да. Кот и Маринка вздохнули.

Вдруг Великий Ух протяжно загудел. Кот зашипел. Голубая шерсть на его спине встала дыбом. Попугай камнем упал на землю, закатив глаза и открыв клюв. Маринка в ужасе стала трясти Кота.

- Что с ним? Неужели умер!

- Мне дурно, - сказал Попугай, на секунду возвратив глаза в нормальное положение, и снова застыл с открытым клювом.

Толпа по обе стороны от них теперь гудела вместе с Ухом, устремив на статую тысячеглазое лицо.

Да суетилась над лежащим Попугаем.

- Может побрызгать его водой? Или сделать искусственное дыхание?

- Благодарю, не надо.

Попугай вскарабкался по протянутой лапе и, немного потоптавшись на месте, устроился у Кота на голове. Да растерянно посмотрела на него.

- Оттуда ему будет виднее и наверху больше воздуха, - заметил Кот.

- Лучше и больше, - согласился Попугай.

Тем временем Ух перестал гудеть. Вместе с ним замолкла и толпа. Раздалась музыка, и многоголосый хор запел:

"Самоотверженным трудом

Всю жизнь мы Родине даем.

Отчизна платит нам заботой,

Снабжает пищей и работой

И материнскою рукой

Благославляет нас на бой."

Да встала на цыпочки, по гусиному вытянула шею и с закрытыми глазами, в экстазе взвилась над хором высоким дребезжащим сопрано:

"Славься Город наш великий,

Славься с ним Великий Ух.

Пронесем через столетья

Боевой Ухарский дух."

Рядом с Маринкой раздался какой-то странный звук. Она обернулась и увидела рыдающего Кота, который голубыми лапами вытирал голубые слезы. Попугай мирно копошился в голове Кота, выискивая блох.

- Немного расчувствовался, - сказал Кот, довольный, что на него обратили внимание.

Хор умолк. Да повернула свое, тоже залитое слезами, лицо к путешественникам и нахмурилась, увидев занятие Попугая.

- Голубая, - радостно сообщил тот, разглядывая что-то, зажатое между пальцами поднятой ноги.

- Сейчас пойдем во Дворец Встреч приветствовать почетную делегацию, а потом будет ужин, - изложила дальнейшую программу Да.

Они медленно двинулись вслед за толпой, которая, бурля, водоворотом засасывалась в какую-то щель в дальнем углу площади. Подойдя ближе, путешественники увидели бетонную стену, выгнутую в виде воронки. Шум многих шагов, отражаясь от стен и потолка воронки, почти оглушил их.

- Ого! - сказал Кот.

- Го-го-го.., - покатилось эхо куда-то вглубь и снова вернулось, - Го-го-го...

- Я боюсь, - шепнула Маринка.

- Юсь-юсь-юсь, - отозвалось со всех сторон.

- Пошли, пошли, - заторопила их Да.

- Шли-шли-шшш, - угрожающе зашипело из глубины.

- Гостей сюда! - вдруг раздался грохочущий голос.

Да ускорила шаги и по ставшему совершенно пустым коридору вывела группу в аудиторию, такую же большую, как и площадь, и видом напоминающую цирк или стадион. Скамьи, заполненные людьми, бежали вверх и исчезали где-то в темной вышине. Весь стадион гудел, как огромный пчелиный рой.

При входе путешественников остановили три человека, стоявшие облокотясь на закрытый шлагбаум.

- Иностранная делегация, - объяснила им Да.

- Тогда вам на сцену, - сказал один из трех.

- Не почетная.

Кот фыркнул.

- Тогда идите туда, - человек махнул рукой в непонятном направлении, хотя Да, видимо, его поняла, так как она уверенно двинулась под поднятый для них шлагбаум. По пути им всем были сунуты голубые бумажные пакеты, с которых глядело улыбающееся лицо Великого Уха.

- Что это? - спросила Маринка.

- Торжественный ужин, - ответила Да, увлекая их на отведенные им места.

- Как?! - возмутился Кот. - Это -- торжественный ужин?!

- А что? - Да вонзила в Кота стальной взгляд. - После приветствия делегации мы все останемся на своих местах и вместе поужинаем.

- Пакет пахнет картошкой! - мяукнул Кот.

- Он пахнет праздником, - категорично заявила Да.

На арене, между тем, было оживленно. Сначала там появился стол, покрытый зеленой скатертью. За столом прибыли кресла, приготовившие свои деревянные объятия таинственной почетной делегации. И за креслами на арену под музыку вышли несколько человек в ярко-синих костюмах. Но, как выяснелось, это еще не была почетная делегация. Люди в синем расселись, оставив три кресла в середине пустыми.

Снова зазвучала музыка. Люди в креслах захлопали. Стадион воспринял хлопки как сигнал, и все тоже захлопали. На арену вышли еще двое, которые уселись в пустующие кресла, опять оставив пустым кресло посредине.

Маринка недоверчиво открыла рот.

- Грррандиозно! - сказал вместо нее Попугай.

Кот, нарушая все биологические и зоологические законы, захохотал.

На арене за почетным столом сидели Его Высочество, ставший еще тоньше и мрачнее, чем раньше, и, конечно, Матильда, которая на этот раз выглядела востроносой дамой не совсем понятного возраста с совсем непонятным украшением, которое покоилось на ее груди на голубой ленте. Приглядевшись внимательнее, Маринка узнала в украшении сломанную яичную скорлупу. Орден Выеденного Яйца оказался очень непрочным.

С крайнего кресла поднялся человек в синем и сказал:

- Представляю вам почетных иностранных гостей: главу Города 6 -- Его Высочество (Высочество встал и поклонился) и Министра Иностранных Дел, Кавалера Ордена Выеденного Яйца...

- А что такое яйцо? - растерянно спросила Да Кота.

- Это куриное дитё.

- А что такое куриное?

Кот безнадежно махнул лапой и шикнул на Да, чтобы она не мешала слушать.

Матильда, шурша голубым шелком, встала.

- Городчане!

Стадион зашевелился и снова затих.

- Я в восторге от ваших великих достижений, вашей жизни... Идеи Великого Уха глубоко проникли мне в сердце.., - Матильда пошарила у себя на груди, отыскивая сердце.

- Мысленно я навсегда останусь с вами, и во мне вечно будет жить незабываемый образ Великого Уха. В память о нашей встрече я хочу сделать вам подарок.., - она махнула рукой, и двое людей в голубых комбинезонах вывели на арену на поводке Бульдога.

Увидев переполненный стадион и стоящую на арене Матильду, Бульдог рявкнул и, вырвавшись из рук ведущих, волоча за собой поводок, бросился к Матильде. Его освобождение привело ее в явное смущение. Она сделала движение, будто хотела избежать предстоящего дружеского приветствия, но Бульдог, оттолкнув ее в сторону, вскочил на свободное кресло, в котором, как предполагалось, восседал дух Великого Уха. Не совсем удовлетворенный своим завоеванием, Бульдог, встав в кресле на задние лапы, передние водрузил на зеленую скатерть и, подняв слюнявую морду, зарычал. По стадиону пронеслось что-то среднее между "А-ах!" и глубоким вздохом. Затем раздался гортанный вопль:

- Потрррясающе!

- Тсс! - шепнула Маринка Попугаю.

Люди в голубом, приведшие Бульдога, подбежали к креслу и, ухватившись за поводок, попытались стащить Бульдога с кресла, но это оказалось непростым делом. Бульдог тряс головой, разбрызгивая слюну, упирался всеми четырьмя лапами и угрожающе рычал. Его не удавалось сдвинуть даже на сантиметр.

К людям, тащившим Бульдога, подоспела помощь. Но как только тот почувствовал, что силы неравные, он мертвой хваткой вцепился в скатерть. Когда упирающегося воющего Бульдога вместе со скатертью утащили с арены, на стадионе наступило натянутое молчание. Из-за обнаженного, со шрамами старых царапин стола, растерянно глядел президиум. Даже порозовевшая Матильда выглядела непривычно смущенной.

Из-за стола поднялся Его Высочество.

- Городчане!

Все облегченно вздохнули и стали слушать.

- Поздравляю вас с основанием зоопарка. Вы только что видели первый экспонат, причем, ха-ха, обошлось и не бес курьеза.

- Ха-ха! - послушно отозвалось в нескольких местах.

- Укрррал корролевство! Укррал корролевство! - перекрыл одинокие "ха-ха" скрипучий голос Попугая.

Высочество улыбнулся.

- А сейчас вы слышите голос второго экспоната. Я дарю вам говорящего попугая.

- Каррраул! - завопил говорящий попугай.

Матильда поднялась со своего кресла и что-то торопливо зашептала Высочеству на ухо, указывая пальцем на скамью, где сидели Маринка, Кот и на голове у Кота -- Попугай.

- И третий экспонат.., - начал Его Высочество, но тут, вдруг, погас свет.

В темноте раздался голос:

- Граждане, не волнуйтесь. Временная неполадка со светом. Откройте ваши пакеты и давайте вместе поужинаем.

В темноте зашелестели открываемые пакеты. Но тут же, перекрывая шелест бумаги, раздалось шипение, затем какой-то вой. Над головами зрителей появилось огромное сияющее лицо Великого Уха. Лицо закачалось, черты расплылись, потом снова собрались воедино, и на всех с высоты теперь глядела улыбающаяся морда Кота, подмигивающая голубым глазом. Рот, растянутый в улыбке, открылся, обнажив два ряда сверкающих зубов. В темноте где-то раздалось кудахтанье, и в разинутую пасть Кота ринулся сверкающий розовый попугай. Рот замкнулся за попугаем, морда сморщилась, зашипела.

- Повернуться негде, - раздался ворчливый сиплый голос откуда-то снизу, где по правилам анатомии должен был находиться живот невидимого Кота.

Морда расплылась в улыбке и пропала. И тут зажегся свет.

- Исчезли! - ахнула Да рядом с Маринкой.

Девочка оглянулась. Ни Кота, ни Попугая рядом с ней не было.

- Исчезли! - хором повторили Его Высочество и Матильда, глядя на испуганную Маринку.

- Бабушка Матильда, - робко начала та.

Матильда в негодовании повернулась к Высочеству.

- Бабушка! Нет, Вы только подумайте! - и она стала быстро молодеть. - Бабушка! - повторила она, качая голубыми локонами.

Его Высочество, потрясенный, зачарованно следил за метаморфозой, и когда Матильда поднялась из кресла и направилась к выходу, он подскочил к ней, галантно предложив ей руку. Рука была принята, и пара удалилась. Маринка посмотрела на Да, Да посмотрела на Маринку.

- Ну? - спросила Да.

Девочка вздохнула. Она просто была не в состоянии поверить, что можно так внезапно исчезнуть, позабыв о друзьях.

- Ну ничего, они далеко не уйдут, - попыталась утешить Маринку Да.

- Кто?

- Ни те, ни другие, - загадочно ответила Да. - А мы продолжим нашу экскурсию и после окончания торжественного вечера отправимся в Город 11. А ты не хочешь выступить с приветственным словом? - внезапно спохватилась Да.

- Н-не знаю, - ответила Маринка.

- Можно и с места, - сказала Да и вдруг так больно ущипнула Маринку, что та вскочила на ноги. Да что есть силы захлопала, и моментально ей на помощь пришел весь стадион.

Маринка беспомощно переминалась с ноги на ногу.

- Да здравствует Великий Ух, - робко, почти шепотом сказала она.

- Ух! Ух! - отозвалось со всех сторон.

- Один работает за двух, - вспомнила Маринка.

- Да! Да! Да! - заскандировал стадион.

Маринка села.

- Очень хорошо, - Да выдохнула в лицо девочке волну кисло-хлебного запаха.

В это время в проходе между рядами показался детский отряд.

- Ухарики, - шепнула Да на ухо Маринке.

Дети в небесно-голубых комбинезончиках пели:

"Счастливые дети

Счастливой страны

Единой семьею

Мы все взращены.

В труде и в учебе

Мы все заодно,

И жарко пылает

В нас сердце одно."

- Очень похвально! - раздался рядом с Маринкой знакомый голос.

- Кот!!!

И верно. Рядом с ней сидел Кот и с хрустом обгладывал жареную куриную ногу. На голове у него мирно спал Голубой Попугай.

- Голодная? - Кот протянул девочке недоеденную куриную ногу. Маринка брезгливо покачала головой.

- Как хочешь, - равнодушно сказал Кот и бросил кость на пол.

- Сорить запрещено! - зашипела Да.

- А я что -- сорю? - совершенно базарным голосом отозвался Кот.

- А вот это что? - Да ткнула пальцем в брошенную куриную ногу, но она тут же превратилась в целую жареную курицу, да еще к тому же с вилкой в боку. Курица вскочила на ноги и побежала, покачивая вилкой.

Попугай открыл глаза и взглянул на курицу.

- Кошмаррр! - сказал он и снова закрыл глаза.

Курица уверенно маршировала навстречу ухарикам, по пути успев снести два яйца, из которых моментально с громким треском вылупились голубые цыплята и разбежались в разные стороны. Ухарики, увидев курицу, перестали петь и, вдруг, нарушив строй, с криками кинулись на нее.

- Куда? Куда? - закричала курица и, вывернувшись из-под протянутых к ней рук, упала и снова стала обглоданной жареной ногой, которой тут же завладел один ухарик. Зажав ногу в кулаке, он стремглав понесся по проходу, все увеличивая расстояние между своей добычей и толпой преследователей, с воплями бегущих за ним по пятам.

- Нам пора, - рассерженная Да поднялась со своего места.

- А как же торжественный вечер? - спросил Кот, невинно глядя на Да глазами-незабудками.

- Окончен, - отрезала Да.

## Город 11

- Окончен так окончен, - согласился Кот.

Они все встали и двинулись за Да. Моментально их окружили поющие ухарики.

"Мы все родные братья,

Где я, не разобрать мне..."

Надрывался над ухом Маринки тонкий пронзительный голос, обладатель которого размахивал в такт песне теперь уже до блеска обглоданной куриной ногой.

Так они проследовали под поднятым шлагбаумом.

Один из идущих впереди ухариков топнул, и пол под ними стал опускаться.

- Где я, не разобрать мне, - мяукнул Кот.

Пол перестал снижаться, и ухарики, как ни в чем ни бывало, двинулись вперед под новым шлагбаум, вставший у них на пути. Надпись на нем сообщала: "Здесь кончается ваше невежество".

- Да ну! - удивился Кот.

- Ну да! - отозвался Попугай.

За шлагбаумом их встретил узкий длинный коридор с глухими стенами, на которых опять зазеленели нарисованные шарообразные кроны фантастических деревьев.

- Бульвар Просвещения! - гордо объявила Да.

Вдали длинного коридора-бульвара показалась марширующая колонна, которая скоро превратилась в отряд совсем маленьких ухариков, среди которых нелепо возвышалась неуклюжая тощая фигура, в которой путники с удивлением узнали своего пропавшего первого гида.

- Это же Да! - воскликнула Маринка. - А что она здесь делает?

- Ее гражданская сознательность так низка, что она проходит курс всеобщего обязательного обучения второй раз, - объяснила новая Да, презрительно глядя на старую, которая, подлаживаясь под мелкие шаги малышей, пела вместе с ними:

"Ростом мал,

Лицом неважен,

Сердцем чист,

Душой отважен,

Хоть ружья не удержать,

Я могу врага кусать."

И в подтверждение спетого, старая Да, марширующая с высоко поднятой головой, выразительно лягнула ногой в сторону "иностранцев".

- Восхитительно! Какой дух! - раздались возгласы, и повернувшись назад, "иностранцы" увидели почетную делегацию, то есть, Его Высочество и Матильду, оба в клетчатых брюках с фотоаппаратами и кинокамерами. Матильда, присев, запечатлела фотоаппаратом ногу Да, повисшую мостом взаимопонимания между двумя столь разными культурами.

Новая Да недовольно взглянула на камеры и фотоаппараты.

- А это что такое?

- Это помогает обмену идей, - улыбнулась Матильда. Ответной улыбки не последовало.

Почетная делегация присоединилась к не-почетной туристической группе и они пошли дальше -- насколько позволял бульвар-коридор. Он внезапно уперся в трехэтажное здание или нечто, напоминавшее здание, с окнами в три этажа и крышей, уходящей за пределы потолка коридора.

- Дворец Знаний! - провозгласила сияющая Да. - Самый последний этаж занимает правительство.

- Почему? - спросил Кот.

Да взглянула на него так, будто глупее вопроса она в жизни не слыхала.

- Почему?! - возмущенно повторила она. - Правительство всегда состоит из самых знающих людей.

- Осведомленных, - поправил Кот.

- Это одно и то же.

- Ну как сказать...

Дискуссия на этом оборвалась, так как они уже входили во Дворец Знаний.

В маленьком, тускло освещенном холле первое, что им бросилось в глаза, был бетонный барельеф Великого Уха, задумчиво уставившегося на противоположную стену.

- На первом этаже находятся классы первой ступени всеобщего обучения и Музей Великого Уха, где учащиеся имеют практические занятия.

- Практические занятия? - удивленно поднял брови Его Величество.

- Да. Вы сами увидите.

Да подвела их к двери, которая скромно поместилась под мышкой у Великого Уха. Из за двери дружно пыхтело: "Ух! Ух! Ух!"

Да взялась за ручку двери, но Матильда с улыбкой ее остановила:

- Не будем мешать занятиям. И к тому же мы хотим встретиться на высшем уровне.

- Но другие.., - начала Да.

- Другие тоже предпочитают высший уровень, - вмешался Кот, расправляя усы.

На второй этаж они поднялись по самой обыкновенной лестнице. Над входом на этаж со стороны лестничной площадки красовалась надпись "Академия".

- Как Вы называете окончивших второй курс всеобщего обучения? - спросил Его Высочество.

- Академики! - выкрикнул видимо только что проснувшийся Попугай.

- Да, академики, и еще -- ухари, - подтвердила Да. - А теперь, - продолжила она, - если вы настаиваете на высшем уровне...

- Настаиваем! - поспешно вставил Кот.

- Настаиваем, - вторила ему Матильда.

- Тогда вы меня подождите здесь, а я извещу Правительство о вашем желании.

Под "здесь" подразумевался тесный холл второго этажа, на котором обучались академики. Все неловко застыли посредине, глядя на очередного бетонного Уха, чья голова на манер греческой кариатиды подпирала потолок.

- А это что такое? - воскликнул Кот, указывая на бетонные глаза Уха, сквозь зрачки-дырки которых на группу смотрела пара других, явно живых глаз.

- Сррам! - крикнул Попугай и, подлетев к барельефу, попытался втиснуть толстый клюв в одну из дырок.

- Ай! - сказал Великий Ух то ли женским, то ли детским голосом, и дырки моментально закрылись изнутри.

Они постояли еще немного. Маринка зевнула.

- Скучновато, - согласился Кот. - Может сыграем в кошки-мышки?

- Чур я кошка! Кошка! - надрывался Попугай.

Но игре не суждено было состояться, так как в холле показалась Да. Все повернулись к ней.

- Правительство оказывает нам честь, - начала та.

- Ну что ж, тогда и мы окажем честь правительству, - сказала Матильда, и ее клетчатые брюки соскользнули на пол.

- Ах! - воскликнул Кот и прикрыл лапой глаза.

- Сррам! Сррам! - прыгал Попугай у него на голове.

Но срама не было, так как Матильда была уже затянута в длинное серое вечернее платье. Его Высочество тем временем снимал с неизвестно каким образом появившегося на нем фрака розовое перышко.

- Подумаешь! - обиженно сказал Кот и в одно мгновение оказался выряженным в черный фрак. Его белая манишка была вышита крошечными голубыми мышками.

- А мы? - в один голос сказали Попугай и Маринка.

- Сойдете и так, - глаза Матильды сверкнули красными рубинами.

Попугай перекочевал с головы Кота на плечо Маринки и застыл там.

- Готовы? - спросила Да, наблюдавшая за метаморфозой с раскрытым ртом.

Она опять повела их вверх по лестнице -- к явному неудовольствию Матильды, длинное платье которой затрудняло восхождение.

Площадка третьего этажа была украшена зеленым ковром, а над входом на этаж вспыхивало разноцветными лампочками слово "Правительство". Да нажала три раза на кнопку звонка, и дверь распахнулась. Прямо перед гостями раскинулся длинный стол, за которым сидело пять человек в масках из папье-маше, которые несмотря на грубость обработки, имели сильное сходство с Великим Ухом. Таким образом, из-за длинного стола на посетителей смотрели пять улыбающихся Великих Ухов, одинаково одетых, в одинаковых позах и, как выяснилось через минуту, с одинаковыми голосами.

Правительство заговорило.

- Приветствуем, - сказала одна маска.

- Иностранную, - продолжила вторая.

- Делегацию, - закончила третья.

- Просим, - сказала четвертая, выкинув руку над столом, указывая на скамью.

- Сесть! - выкрикнула пятая маска.

- Брррависсимо! - восхитился Попугай, хлопая голубыми крыльями.

- Тссс! - зашипела Да.

- Как поживаете? - спросили третья и четвертая маски одновременно.

- Поживаем, - блеснул зелеными глазами Кот.

- Неплохо! Неплохо! - запрыгал Попугай на плече у Маринки.

Да выступила вперед.

- Почетная иностранная делегация, - объявила она, и Его Высочество и Матильда вытянулись во фронт по обе стороны Да. - И иностранные туристы.

Кот сухо поклонился. Попугай перескочил на голову Кота и сделал реверанс, а Маринка смущенно спряталась за них.

- Мы можем вам уделить пятнадцать минут, - сказали маски, продолжая говорить все в той же замечательной манере.

- У нас есть только одиннадцать минут и тридцать секунд, - заявил Кот.

- Только, - подтвердил Попугай, закатывая глаза.

- Начинаем конференцию. Каждый может задать только один вопрос, - Да обвела всех строгим взглядом.

- Почему вы носите маски? - спросил Его Высочество.

- Благодаря маскам все члены правительства равны. Никто не получает предпочтения, потому что невозможно узнать, кто -- кто.

- А как вы сами узнаете друг друга? - последовал вопрос Матильды.

- Мы не узнаем.

- А вы спите в масках или без масок? - краснея, выступила Маринка.

- Это государственная тайна.

- Почём? - выкрикнул свой вопрос Попугай.

- Это тоже государственная тайна.

- Хм, - сказал Кот.

- Повторите Ваш вопрос.

- У меня нет вопросов.

Да почти задохнулась от возмущения.

- То есть как это нет вопросов?! Каждый, кому оказана такая честь, должен спрашивать.

- Хорошо, хорошо, - примирительным тоном сказал Кот. - Что правительство будет иметь на ужин?

Маски над столом закачались, наклонились друг г другу. Над столом появилась рука с указательным пальцем, делающим движение "поди сюда". Да склонилась к маскам, затем выпрямилась.

- Нам оказана огромная честь: мы приглашены на ужин.

Палец над столом повторил свое "поди сюда". Пошептавшись с масками, Да сообщила:

- Но из пяти гостей на ужин приглашаются только четверо. Вам предоставлено право решать, кто пойдет. А теперь конференция закончена. Ужин состоится через час в этой комнате.

Да решительно направилась к двери. Гости медленно двинулись следом.

Оказавшись за дверью, Да устремилась вниз по лестнице. Видимо усомнившись, что гости следуют за ней, она оглянулась и бросила через плечо:

- Пошли, пошли!

Они спустились на второй этаж, и Да открыла дверь под надписью "Академия". Великий Ух снова блеснул на них живыми зрачками из бетонных глазниц. Попугай, было, забеспокоился на голове у Кота, но тот бросил:

- Некогда.

И Попугай затих.

Комната, куда их привела Да, выглядела как миниатюрная и упрощенная копия судебного зала: стол судьи и перед ним -- три ряда деревянных скамеек. Да заняла место за судейским столом, и гостям ничего не осталось как сесть на деревянные скамейки. Его Высочество и Матильда с недовольным видом расположились в первом ряду, Кот и Маринка -- во втором. Попугай предпочел остаться на голове у Кота.

- Нам предстоит решить, кто пойдет на ужин, - сказала Да.

- Поскольку мы официальная делегация и к тому же представленная в меньшем составе, я считаю, что мы оба должны присутствовать, - торжественно произнес Его Высочество под одобрительные кивки Матильды.

- Конечно, - с энтузиазмом отозвалась Да.

- Значит решать предстоит нам, - промолвил Кот. - Сколько представителей нашей делегации может пойти на ужин?

- Двое.

- Тогда в чем дело?

Да взглянула на Кота, Маринку и... Но Попугая больше не было. На голове у Кота набекрень сидел голубой берет, украшенный пучком голубых перьев.

- В головных уборах вход в Правительственный отдел запрещен, - изрекла Да.

- Я могу снять и нести свой убор в руке, - Кот снял берет и показал, как он его может нести.

- В лапе, - сказал берет.

- Чего? - не понял Кот.

- Не в руке а в лапе, - ехидно пояснил берет.

- В Правительственный отдел с говорящими беретами нельзя, - почему-то обрадовалась Да.

- Где говорящий берет? Где? - засуетился Кот.

- Где? Где? - хрипло вторил ему Попугай, летая по комнате.

Да покраснела.

- Нам пора. Если вы не можете решить...

- Я решил! Ррешил! Я остаюсь! - шумел Попугай.

- Ждите здесь, - скомандовала Да.

Попугай послушно опустился на скамейку, нахохлился и закрыл глаза. Выходя последней, Маринка оглянулась на него -- тот не шевелился. Да заперла дверь на ключ, который она заботливо вернула в нагрудный карман своего костюма.

- А зачем Вы заперли дверь? - спросила вконец расстроившаяся Маринка.

- Мы всегда заботимся о том, чтобы с нашими гостями ничего не случилось.

Да застегнула карман на пуговицу и довольно похлопала по нему.

- А что может случиться с гостями? - голубые глаза Кота блеснули нехорошей иностранной желтизной.

- Мало ли... Пошли, пошли, - заторопилась Да.

По обе стороны надписи "Правительство" теперь навытяжку стояли -- с одной стороны крошка-ухарик и с другой старая Да. При появлении группы старая Да нажала кнопку, расположенную слишком высоко для ухарика. Дверь открылась.

За столом, сияющим голубой скатертью, на которой выстроились до блеска начищенные алюминевые миски, сидело шесть масок.

- Шесть! - удивилась Маринка.

- Считать правительство не разрешается, - зашипела сзади Да.

- Просим к столу, - сказали маски хором.

- Гав-гав, - добавила маска, сидевшая с краю.

- Агаа.., - протянул Кот.

Матильда отвернулась от Его Высочества и, сев напротив маски, заулыбалась. Маска засопела. В комнате раздался щелчок, потом треск, и послышалась песня.

- Тебя мы, Ух, благодарим

За все, что пьем и что едим.., -

пел невидимый хор. Под музыку в комнату вошла шеренга маленьких ухариков, впереди которой вышагивала старая Да с большой дымящейся кастрюлей.

Кот потянул носом. Что это могло быть?

- Каша! Каша! - завопило, закричало изо всех углов, сверху и снизу.

Маринка от испуга выронила ложку, Матильда взвизгнула, а крайняя маска свалилась в тарелку, обнажив разинувшую рот морду Бульдога.

- А-а-а! - закричали остальные маски. Бульдог вторил им громким воем.

Виновник переполоха -- Попугай, неизвестно каким образом появившийся в комнате, кинулся к Маринке и, залетев в карман ее пижамы, притих рядом с забытым Командировочным удостоверением.

- Измена! - закричала опомнившаяся от испуга новая Да. Крик подхватила старая Да и ухарики.

Матильда проворно выхватила маску из тарелки и надела ее на себя. В одно мгновение ее серое платье исчезло, уступив место типовому правительственному костюму.

- Подумаешь, - фыркнул Кот, и на его морде тоже появилась маска, а голубой фрак повторил превращение платья Матильды.

- Кррасота! - орал Попугай, покинувший карман Маринки и устроившийся вниз головой на лампе под потолком.

Маринка почувствовала на своем лице что-то постороннее. Она пощупала его рукой, но вместо лица ее руку встретил твердый картон. А прямо перед ней качалась на высокой тощей фигуре Его Высочества еще одна маска.

- Где кто? Кто где? - кричали обе Да вместе. Бульдог, брызгая слюной, остервенело лаял на Попугая.

- Да здравствует Прравительство! Пррравительство! - не унимался тот.

А члены Правительства тем временем, сорвавшись со своих мест и размахивая ложками, как оружием, бросились на нахальных гостей. И это была тактическая ошибка, так как теперь окончательно нельзя было понять где кто и кто где.

- Нет! Нет! Нет! - в истерике выкрикивала новая Да.

В комнату влетели голубые комбинезоны -- по всей видимости, ухари, и поволокли кричащую Да прочь. Старая Да, в воспитательных целях, лягнула ее по пути ногой.

Хоть ружья не удержать,

Я могу врага кусать.., -

запела она и наглядно лязгнула зубами.

В комнату вошла новая шеренга ухарей.

- Государрственный переворрот! - радостно сообщил им Попугай.

Изумленно раскрыв рты, ухари смотрели на бегающих друг за другом и машущих ложками масок.

- Не робей, рребята! - подзадорил масок Попугай.

Одна из масок схватила Маринку за руку.

- Скорее, - шепнула маска голосом Кота и потянула девочку к креслам, прежде занимаемыми Правительством. Сейчас в креслах сидели две маски, спокойно наблюдая за происходящим.

Ухари, увидев, что кресла Правительства заняты, приступили к наведению порядка. Окружив дерущиеся маски, они стали теснить их из комнаты, и скоро за столом остались только маски в Правительственных креслах. Они повернулись друг к другу.

- Так не пойдет, - сказал голос Его Высочества,

- Помолчите, - фальцетом оборвала его Матильда.

- Ба! Да тут все знакомые! - мурлыкнул Кот.

Маринка чихнула. Оставшийся без маски Бульдог подошел к ней и уселся на ее ногу.

- Что будем делать? - потребовала от всех Матильда.

- Прравить! Прравить! - раздалось с лампы.

- Кыш! Тебя не спрашивают! - замахнулась на Попугая Матильда.

- Имею прраво!

- Нам всем здесь будет тесновато, - сладким голоском протянула Матильда.

- В тесноте -- не в обиде, - возразил Кот.

- Вы, кажется, намеревались продолжить путешествие, - заметил Его Высочество.

- Да как сказать...

- Девочка хочет к бабушке, - указала пальцем на Маринку Матильда.

- Хочу, - вздохнула та.

- Мы дадим вам на дорогу сухой паёк, - пообещал Высочество.

- Уррра-а! - приветствовал обещание Попугай.

Кот задумался.

- Ну ладно, давайте пайки, - согласился он.

- Сначала верните маски, - потребовала Матильда.

- Покажете пайки, будут маски.

- Снимете маски, будут пайки.

Дверь распахнулась, и в комнату вбежала, размахивая руками, старая Да, а за ней ухари. Увидев сидящие за столом маски, она нерешительно остановилась.

- Где Правительство?

- Здесь, - ответил Кот, и в один момент на Да и на ухарях появились маски и одинаковые костюмы.

- А-а-а! - закричали они разом и, вдруг, с кулаками кинулись друг на друга.

- Я Правительство!

- Нет я -- Правительство!

- Рреволюция! Рреволюция! - орал Попугай, перекрывая все голоса.

Кот встал и потянул за собой Маринку.

- Раз тут революция, нам пора. Счастливо оставаться! - Бросил он Матильде и Высочеству.

Дерущиеся маски ни обратили на уходящих никакого внимания. При выходе Маринка хотела было здернуть с себя маску, но Кот, заметив ее намерение, остановил ее.

- Еще рано.

- Прравильно! - подтвердил Попугай, снова усевшись на плече Маринки.

За дверью оказалась группа ухарей и тоже в масках. Они кинулись на появившихся и, заложив им руки за спину, куда-то поволокли.

- Карра-у-ул! - вопил Попугай, летя следом.

Ухари, протащив Кота и Маринку в конец коридора, остановились перед дверью, на которой нарисованный нахмурившийся Ух указывал пальцем на надпись: "Назад! Опасно для жизни!"

- Назад! Читать не умеете! - стал вырываться из их рук Кот. Но конец его протеста Маринка уже слышала сквозь шипение и вой за открытой дверью.

- Ой, - сказала она, и это было последнее, что она могла сказать, так как она почувствовала сильный толчок в спину. Ее подхватил и понес какой-то шипящий, свистящий горячий водоворот. Ей было нечем дышать, и она не могла открыть глаз, так как их разъедало дымом.

- Умираю! - подумала она и закричала от страха и отчаяния "А-а-а!", и вдруг, упала на что-то твердое, и воздух внезапно стал прохладным и чистым.

Она открыла глаза. Перед ослепленными светом глазами поплыли желтые круги, между которыми расплылось огромное черное пятно. Она зажмурилась.

- Можешь открывать, - сказал знакомый голос.

Рядом с ней на густой летней траве сидел Кот без маски, в обычной черной шерсти. Маринка взглянула на свои руки и ноги -- на ней была ее старая розовая пижама.

- А где Попугай? - вспомнила она.

Холмик с самой густой травой недалеко от них выдохнул столб серо-желтого дыма, от которого отделилась точка и с криком понеслась в голубое небо.

- Уррра-а! - раздалось над головами.

Точка сделала двойное сальто, потом развернувшись, камнем полетела вниз.

- Пррривет! - сказал Розовый Попугай. - Совсем охрип. Урра-а-а! - закричал он снова. Кот и Маринка зажали уши.

- Ну ты! Потише! - возмущенно фыркнул Кот, стуча по оглохшему уху.

Травяной холм снова ожил, и новый столб дыма выкинул какой-то пакет, который тяжело упал рядом. С разорванного грязно-серого пакета, улыбаясь, глядела половина Великого Уха. Другая половина отвалилась вбок наподобие собачьего уха. Вместо воротника, параллельно улыбке затейливо вилась надпись "Сухой паёк". Кот подхватил пакет.

- Пошли отсюда.

Они отошли всего несколько шагов, когда сзади раздалось шипение, и, оглянувшись, они увидели в дыму огромную фигуру Великого Уха, которая, покачавшись в воздухе, расползлась по небу серыми ватными клочьями.

## Город 12

- Что в пайке? - спросил Попугай.

- Сейчас увидим.

Они прошли еще немного, и вдали показалось дерево. Не нарисованное на стене, а свободно качающее ветвями на ветру, ползущее по земле корнями.

- Дерево... - потрясенная Маринка остановилась.

- Вот сядем под ним и поедим, - решил Кот.

Дерево оказалось огромным раскидистым дубом, тень которого широко лежала на густой траве. Кот и Маринка уселись на траве, а Попугай пристроился на ближайшей ветке. Кот запустил лапу в пакет. Его морда сморщилась.

- Картошка!

Маринка вздохнула, а Попугай разочарованно повернулся к ним спиной.

- Здесь должны быть мыши вокруг.., - начала Маринка.

- Я такой голодный, что даже свистнуть не могу. Можешь свистнуть за меня? - спросил Кот девочку.

- Я не умею.

- Свистнуть? Пожалуйста!

Попугай свистнул, не дожидаясь согласия. Маринка втянула голову в плечи, Кот прижал уши к голове, а дуб закачался, зашумел, и прямо перед путниками на землю упал какой-то весь обросший волосами человек. Правда, присмотревшись, они поняли, что волосатое впечатление создавали его изорванные одежды, длинными лохмотьями висящие вперемежку с волосами и бородой.

- Нет! - сказал человек.

- Извините, мы не хотели, - сказала Маринка.

- Непррризвольно, - сказал Попугай, рассматривая пришельца.

- Нет! - снова повторил тот.

- Что нет? - спросил Кот.

- Я -- Нет, - оборванец постучал себя грязным кулаком в грудь.

- А-а-а, - Кот взглянул на человека с интересом. - Хотите картошки? - предложил он, протягивая пакет.

Нет неуверенно протянул было руку, но увидев пакет, истошно закричал: "Нет! Нет! Нет!" и подскочив к Коту, вырвал пакет и тут же изорвал его в клочья. Картофелины весело покатились в разные стороны. Нет, не удовлетворившись содеянным, поднял самый большой обрывок, с которого, прищурясь, лукаво смотрел глаз Великого Уха, плюнул на него, норовя попасть в глаз, и снова бросив обрывок на землю, принялся остервенело его топтать.

- Все, - в изнеможении выдохнул он и ничком кинулся на землю.

- Хм, - сказал Кот.

Маринка подобрала ближайшую картофелину, которая оказалась сваренной в "мундире", и вздохнув, стала ее чистить.

Нет сел.

- Ревизионисты, - презрительно сказал он, наблюдая за Маринкой и Попугаем, ковыряющихся в картошке.

- Не все, - заметил Кот.

Нет сердито тряхнул волосами и лохмотьями.

- Все! - и подобрав картофелину, он стал жадно ее есть прямо с шелухой.

- Где Вы живете? - спросил его Кот.

Не переставая есть, Нет снова тряхнул головой, закатя глаза кверху.

- На небе?! - обрадовался Попугай.

Маринка подняла голову, пытаясь представить, где там можно жить. На развилке двух толстых веток она увидела огромное гнездо.

- Мой дом, - гордо сказал Нет, проследя за взглядом девочки.

- Как высоко, - только и нашлась сказать она.

- И как? Удобно? - поинтересовался Кот.

- Я не ищу удобств. Я отказался от земной жизни, - объяснил Нет, доедая вторую картофелину.

- Банановое дерево подошло бы вам больше, - заметил Попугай.

- Я ем желуди, - угрюмо сообщил Нет.

- Очень питательно, - Кот скользнул желтыми глазами по лохмотьям нового знакомого.

- Мы слышали о Вас, - вставила Маринка.

- Где?

- Там, - она постучала пяткой по земле.

- А-а.., - на какое-то мгновение Нет погрузился в воспоминания. Его голова гордо поднялась, глаза заблестели.

- Нет! Нет! - выкрикнул он.

- Нет так нет, - согласился Кот.

- А Вы знали живого Великого Уха? - спросила Маринка.

- Он вездесущ и многолик. Нет Великому Уху! - кулак Нет с приставшей к нему картожельной шелухой взлетел вверх.

Кот зевнул. Нет гневно взглянул на Кота и тоже зевнул.

- Я пошел спать. До свиданья, - он ухватился за нижнюю ветку.

- Постойте, - остановил его Кот, - как пройти в Город 12?

Нет, не выпуская ветки, остановился.

- Это и есть Город 12.

- Что?! Где?! - закричали Кот, Попугай и Маринка одновременно.

- Город счастливцев, - загадочно сказал Нет и, не слушая пытающегося его остановить Кота, как обезьяна, запрыгал по ветвям вверх. Достигнув гнезда, он свесил голову вниз между ветвями.

- Нет Великому Уху! - донеслось до путников. И Нет исчез в гнезде.

- Город счастливцев, - Кот пожал плечами.

- Где же город? - Маринка в нетерпении стала оглядываться.

- Сейчас узнаем.

Попугай сорвался с ветки и взмыл в небо.

- Летает, - завистливо сказал Кот.

- Мне иногда кажется, что я тоже могу. Только я не знаю, как начать, - Маринка следила глазами за маленькой точкой, в которую превратился Попугай.

- А ты попробуй, - посоветовал Кот.

- А ты?

- Да я как-то никогда не думал. Ну хорошо, давай вместе, - Кот взял ее за руку. - Держись.

И они полетели. Нет удивленно высунул лохматую голову из гнезда.

- Нет Великому Уху! - крикнул он им вслед.

А они его уже не слышали. Рассекая прозрачный воздух, их невесомые вытянутые тела плыли, подчиняясь желанию, взгляду. Навстречу им поднялось из-за рощи большое красное солнце и запрыгало меж стволов. Стайка птиц, натолкнувшись на них, испуганно шарахнулась в сторону. Потом откуда-то появился ослепительно Розовый Попугай.

- Поздравляю! - крикнул он. - Ну и как?

- Потррясающе! - ответил Кот, и они стали снижаться. Быстрее, быстрее...

- Падаем! - Маринка судорожно задергала ногами, попробовала махать свободной рукой как крылом. Ничего не помогло. Они действительно падали.

Маринка закрыла глаза. Трах! И одновременно раздался всплеск. Открывшая глаза Маринка увидела, что они приземлились в центре большой лужи, где, однако, они сидели не одни. Рядом с собой она увидела замызганного и почти такого же рваного человека, как Нет.

- Летали что ли? - равнодушно спросил он, будто речь шла не о полете, а о чем-нибудь обыденном, вроде сбора ягод в лесу.

- Летали, - ответил Кот, растирая ушибленный хвост.

- Все летают, - спокойно заметил человек.

- Кто все? - Маринка и Кот в изумлении уставились на незнакомца.

- И я когда-то летал. Потом бросил это бесполезное занятие. Теперь живу, как и где хочу. Свободно живу. Хочу -- стою, хочу -- сижу в луже.

- Ну что ж, сидите, а мы, пожалуй, пойдем.

Кот поднялся и потянул за собой Маринку.

Перед ними расступилась незатейливая деревенская улица, разве что дома были более покосившиеся, чем в обычной деревне. Плетни, там где они были, залегли на бок, будто поваленные ураганным ветром. Возле одной совсем разваливающейся избушки стояла рыжая корова и жевала солому, которую она выдергивала из соломенной крыши.

- Идиллия! - сказал Кот, разглядывая корову.

Корова повернула к ним большую рогатую голову, выплюнула клок недоеденной соломы и замычала:

- Кому-у молока-а-а?

- А во что? - обрадовался Кот.

- Прямо в рот. Один лежит с открытым ртом, а другой доит.

Маринка с опасением взглянула на Кота -- а вдруг он согласится.

- Где это видано, чтобы коты коров доили? - возмутился Кот.

- Как хотите, - вздохнула корова и, повернувшись к крыше, опять принялась за солому.

Маринка и Кот растерянно двинулись дальше.

- Смотри! - Маринка легонько толкнула Кота.

На подоконнике открытого окна крохотного домика лежала необычайно толстая женщина и ела семечки прямо из огромного подсолнуха, который качался на толстом стебле перед ее носом. В противоположность рту, который быстро двигался то вытягиваясь навстречу очередной семечке, то выплевывая шелуху, малюсенькие глазки, безучастно уставившись на забор противоположного дома, не выказывали никаких признаков жизни.

- Мое почтение, хозяйка, - поприветствовал ее Кот.

В ответ хозяйка стрельнула семечной шелухой Коту в ухо. Кот гневно сверкнул желтыми глазами, и Маринке показалось, что он даже стал расти, но его глаза снова стали невинно-зелеными, как весенняя трава, и он захохотал.

Рот хозяйки открылся, показывая остатки шелухи, прилипшей к толстому языку, а глазки. Покинув забор, после некоторого блуждания, остановились на усатой морде Кота.

- Котам смеяться не положено, - сказала она глухим басом.

- Кто сказал? - спросил Кот.

- Это все знают. Коты не смеются.

- А я вот смеюсь.

Толстушка пошевелила губами, будто собираясь что-то сказать.

- Коты не смеются, - упрямо повторила она.

- Подумаешь -- смеяться! Я и плясать могу.

И с этими словами Кот лихо прошелся по кругу вприсядку.

Женщина сначала наблюдала за представлением с разинутым ртом, а потом, вдруг, сама захохотала.

- Ой не могу! - вторил ей хохочущий Кот а вместе с ним и Маринка.

Услышав хохот, корова оставила в покое соломенную крышу и подошла к смеющимся. Через минуту она уже хохотала вместе со всеми.

- Ой не могу! - вскрикивали Хозяйка и Кот.

Старый домишко тресся вместе с толстушкой, все больше треща и разваливаясь по швам.

- До-о-ом! - хохоча, всплескивал лапами Кот.

- До-о-ом! - мычала Корова, повалившись в изнеможении на землю и маша копытами в воздухе.

А дома, как такового, уже не было. Трухлявые стены горой мусора окружили одну уцелевшую стену с окном, на подоконнике которого тряслась от смеха Хозяйка, тыча толстым пальцем в катающуюся по земле Корову.

- Ваш дом упал, - уже серьезно сказал Кот Хозяйке.

Та равнодушно пожала плечами.

- Окно есть, подоконник есть...

Настала очередь Кота пожать плечами.

Корова встала с земли и подошла к Хозяйке.

- Кому-у молока-а-а?

- Ах ты моя хорошая, - умилилась толстушка.

Уходя, Кот и Маринка вежливо попрощались, но Хозяйка, потчующая Корову листьями подсолнуха, уже забыла об их существовании.

По мере того, как они шли дальше, улица становилась шире, а дома -- богаче.

- Ой! - Маринка, как вкопанная, остановилась перед открытым окном одного из домов. Подвешенная на крюк, вбитый в оконную раму, между двумя горшками цветущей герани покачивалась большая золотая клетка, в которой на жердочке сидел розовый попугай.

- Попугай! - позвала девочка.

Птица взглянула не Маринку одним глазом и стала переступать по жердочке -- направо, потом налево.

- Не может быть! - ахнул Кот, разглядывая клетку.

- Дуррак! - гортанно сказал попугай.

- Это ты что -- мне? - не поверил Кот.

Попугай свистнул. Кот внимательно посмотрел на птицу.

- Никак не пойму, это наш Попугай или нет, - сказал он.

- Ку-ку! - раздалось из клетки.

- Нет, не наш, - с сомнением покачал головой Кот.

- Ну ладно, - сказал Розовый Попугай, - в чем дело?

- Это ты? - спросила Маринка.

- А кто ж еще?

- Кто тебя посадил в клетку?

- Сам вошел.

- Зачем? - разом спросили Кот и Маринка.

- Доставляю себе удовольствие.

- Экое удовольствие -- сидеть в клетке! - фыркнул Кот.

- В золотой!

- Какая разница? Я бы ни в какую не сел, - Кот брезгливо поморщился.

- Меня здесь любят, - гордо сказал Попугай.

- Кто?

Из глубины комнаты раздался голос:

- Лулу! Лулу!

Из темноты вынырнула маленькая сухонькая старушка. Она приблизилась к клетке и, близоруко щурясь, взглянула в окно.

- Что это там чернеет? Никак тучи? - заговорила она, указывая пальцем на черную морду Кота.

- Тучи, тучи. Скоро пройдут, - заверил ее Попугай.

- Как поживаешь, Лулу? - спросила его старушка.

- Лулу! - презрительно фыркнул Кот.

Старушка приложила руку к уху.

- Кто это там?

- Эхо, - объяснил Попугай.

- Лулу, значит, - сощурил желтые глаза Кот.

- Чем хочу, тем и буду! - сердито отозвался Попугай, повернув к окну спину и тем самым показывая, что разговор окончен.

- Пошли, - раздраженно бросил Кот Маринке, и девочка, печально вздохнув, побрела за ним.

Кот быстро шагал по улице, не обращая внимания ни на уток, плавающих в большой луже, ни на поросенка, чешущего спину об угол дома.

- Подумаешь! - бурчал он. - Золотая клетка!

Но вот там, где улица делала резкий поворот, из-за угла послышалась музыка. Они вышли на небольшую площадь, посредине которой на карусели весело кружились звери, люди, птицы.

- Прокатимся? - предложил Кот.

Они подбежали к карусели. Кот на ходу вскочил на гривастого деревянного льва.

- Давай скорее! - крикнул он Маринке.

- Я боюсь.

- Скорее! - командовал Кот, протягивая ей лапу.

Маринка еле успела вскарабкаться на деревянного филина, у которого на спине примостилось крошечное сиденье, как карусель завертелась быстрее и быстрее.

- Эге-гей! - кричал рядом Кот, забыв предателя Попугая.

- Ха-ха-ха! - заливалась Маринка.

Со всех сторон раздавались смех, возгласы и даже повизгивания. А карусель все еще набирала скорость.

Смех прекратился, а вместо него все чаще кто-нибудь испуганно вскрикивал. Все мысли Маринки были теперь заняты только одним -- как бы не упасть.

- Кот, - позвала она, не поворачивая головы. Ответа не последовало.

Пересилив страх, Маринка повернулась и увидела Кота, судорожно вцепившегося в гриву льва, который, оторвавшись от карусели, несся по воздуху.

- Ой! - вскрикнула Маринка, так как в этот момент ее филин стрелой помчался прочь от карусели. В лицо Маринки ударил холодный сырой ветер.

- Угу-гу! - заухал филин и нырнул в облако.

Маринка летела закрыв от ужаса глаза. Ее руки, впившиеся в ручки сиденья, онемели от напряжения и холода. Намокшая от сырости пижама прилипла к телу. Филин опять заухал и ринулся вниз. Открывшая глаза девочка сначала увидела прямо перед собой огромный смеющийся месяц, который умчался в вышину, а потом -- быстро приближающуюся трубу дома, из которой в черное небо фейерверком летели огненные искры. Каким-то чудом избежав столкновения с трубой, филин нырнул в открытое окно.

- Кыш! - закричал кто-то.

Филин захохотал и, сбросив Маринку со спины, снова исчез в окне, заслонив собой на мгновение далекий холодный месяц.

В доме было темно. Девочка почувствовала возле себя легкое шевеление, а под ее спиной неудобно перекатывалось что-то круглое.

- Кто здесь? - шопотом спросила она.

- Сейчас увидишь, - зашептал рядом непонятный голос. - Опять мне все нитки пообрывали. Не держи клубки...

И тут зажегся свет. Маринка увидела рядом с собой старушку, ползающую по полу и собирающую раскиданные разноцветные клубки шерсти. В углу почти пустой комнаты в большой печи уютно трещали дрова, а на стенах тикало множество разнообразных часов. На большом деревянном столе лежал огромный хлебный каравай, разрезанный на двенадцать частей, а вокруг стояло двенадцать кружек с молоком.

Старушка собрала клубки в корзину, подняла с пола вязание и, соединив оборванные нитки, стала вязать. С удивлением Маринка заметила, что у старушки не было ни спиц, ни крючка, и она вязала прямо на пальцах.

- Я -- Маринка, - робко представилась девочка, чтобы как-то начать разговор.

- Знаю, знаю, - закивала головой старушка.

- Откуда?

- Я все знаю, про всех знаю.

- И про Кота?

- И про Кота.

- И про Попугая.

- И про него.

- А про Матильду знаете?

- Как не знать! Вечно мне нитки перекусывает, вязать мешает.

- А где сейчас Кот? - с опаской спросила Маринка, заранее страшась ответа.

- Летит, летит. Высоко, далеко...

- А вернуть его можно? - дрожащим голосом спросила девочка.

- Все можно, все можно, - бормотала старушка.

Тем временем она уже успела связать большое полотно и продолжала вязать все быстрее и быстрее. В руках у нее теперь двигались разноцветные длинные спицы. Связанное полотно само собой поднялось и пестрой переливающейся рекой полетело за окно. А старушка теперь принялась вывязывать разнообразные узоры, которые все больше и больше становились знакомыми. Вот появилось дерево, а на нем, в гнезде, протирал сонные глаза проснувшийся Нет. Под деревом сидела, улыбаясь, Хозяйка, а рядом стояла Корова с васильковым венком на рогах. Потом показалась неподвижная безжизненная карусель. Блеснул невидящим желтым глазом деревянный филин.

- Мое сиденье! - ахнула Маринка.

Рядом с филином, как ни в чем ни бывало, покачивался желтый деревянный лев с веревочной гривой.

- Сейчас поглядим, - бормотала старушка.

Она подцепила одну нитку, и карусель качнулась и начала медленно поворачиваться. На сиденьях замелькали неопределенные расплывчатые тени седоков. Опять проплыла мимо веревочная грива льва, а над ней чернела знакомая морда Кота. Маринка затаила дыхание. Старушка подцепила спицей еще одну нитку, оборвала ее и, вытянув конец, протянула его Маринке.

- Тащи! Только осторожно - не упусти и не оборви.

Маринка взялась за нитку, которая зашевелилась в ее пальцах, как живая, норовя выскользнуть.

- Крепче держи! - крикнула старушка.

Деревянный лев рванулся в небо и повис там наподобие бумажного змея. Он беспокойно задергался, пытаясь освободиться. Маринка стала накручивать нитку на палец. Лев повернул разъяренную ожившую морду к девочке и, раскрыв красную пасть, зарычал. Теперь над ним хорошо были видны круглые желтые глаза Кота и прижатые к голове уши.

- Не смотри на них, не смотри, - шептала старушка Маринке в ухо. Та же упорно продолжала накручивать непослушную нитку на палец.

- То что было -- стань опять,

повернися, время, вспять

и, мгновенье, задержись,

все по новому свершись,

- приговаривала старушка, вглядываясь в связанное полотно.

Рычание раздалось совсем рядом. Маринка, стиснув веки, повторяла про себя:

- Не смотреть, не смотреть!

- Ну как, жив? - раздался голос старушки.

Первое, что увидела открывшая глаза Маринка, был сидящий на полу Кот.

- Отдай нитку, - старушка сняла с пальца девочки нитку, оторвала ее от полотна и бросила в печь, шепча:

- То, что не было,

то стало,

то, что было,

то пропало,

и из памяти ушло,

все по новому пошло.

Нитка обуглилась, закрутилась и, вдруг, вспыхнула синим пламенем, выбросив в трубу сноп огненных искр.

- Где ты был? - спросила Маринка Кота.

- Как где? Мы же вместе прилетели сюда, - ворчливо отозвался Кот, завороженно глядя на огонь в печи.

- Как вместе?! - ахнула Маринка.

- Все из памяти ушло и по новому пошло, - громко предостерегающе повторила старушка, глядя на девочку таким тяжелым взглядом, что той стало не по себе.

- А можно увидеть Попугая? - совсем робко попросила она.

- Зачем?

- Я хочу знать, счастлив ли он.

- Он счастлив. Те, кто живут на свете триста лет, умеют ценить уют.

Маринка не совсем поняла, что имела в виду старушка, но переспросить ей почему-то было страшно.

- А хотелось бы взглянуть на него еще раз, - заметил Кот, к этому времени переключивший свое внимание с печи на молоко на столе.

- Ну ладно, раз вы мои гости, так и быть, покажу, - старушка расправила вязанье на коленях, провела по нему рукой. - Глядите.

По полотну бежала залитая солнцем деревенская улица. Показался знакомый домик, окошко, полыхнула красным герань на подоконнике. В золотой клетке на жердочке сидел нахохлившийся Попугай. Возле подоконника появилась давешняя бабушка.

- Лулу! Лулу!

Попугай едва взглянул на нее и отвернулся.

- А я тебе семечек принесла. Вку-усные! - бабушка показала Попугаю семечки на маленькой сморщенной ладони.

- Не перревариваю.

- Тогда, может, крошек хочешь?

- От них в горле перршит.

- Так чего же ты хочешь?

- Пиррожных.

- Ишь чего захотел! - рассердилась старушка. - Ну и сиди голодный! День не поешь, два не поешь...

Попугай замертво упал на пол клетки.

- Ой, что же это я натворила! - заголосила бабушка. Она открыла дверцу клетки и взяла Попугая. Но как только ее рука вынырнула из клетки, обманщик-Попугай ожил и, клюнув держащую его руку в палец, вырвался на волю.

- Благодаррю за гостепрриимство! - крикнул он, вылетая из окна.

Он радостно взмыл вверх и растворился в синем небе.

Окошко стало удаляться, заволакиваться дымкой, и последнее, что увидели Кот и Маринка, была рука бабушки, машущая вслед Попугаю.

- Насмотрелись? - спросила старушка.

- А куда он полетел? - все же спросила Маринка.

- А разве это важно? Вы трое ведь не собирались всегда жить вместе.

Кот стал внимательно разглядывать когти на лапах.

- Допустим, - наконец сказал он. - А как насчет нас двоих?

Старушка улыбнулась.

- Так ведь больше всего на свете ты бы хотел снова стать Хранителем Городских Запасов. Верно?

- Допустим, - опять сказал Кот.

- А ей, - старушка покачала головой, глядя на Маринку, - пора домой.

- Хорошо, ну а как мне попасть в мою кладовую? - нетерпеливо спросил Кот.

- Не спеши. Сначала посмотрим, как там.

Все уставились на вязанье. Но там виднелись одни лишь непонятные пестрые узоры. У Маринки даже глаза заслезились от напряжения. Но вот узоры потускнели, раздвинулись, и появился толстяк, храпящий в кресле. Рядом в луже молока на круглом сыре с обгрызанным боком набекрень сидела корона.

- Король! - воскликнули одновременно Кот и Маринка.

- Но каков беспорядок! - возмутился Кот.

И как бы в ответ на его слова из короны высунулась остроносая мышиная морда. Мышь посмотрела на Короля и, схватившись за бока, затряслась от смеха. Из дырки в сыре, как из окошка, показалась вторая мышиная голова.

- Ну это уже слишком! Обнаглели! Вот я им покажу! - волновался Кот.

- Покажешь, покажешь, - ворковала старушка, - А что с Королем сделаешь?

- Да пусть себе живет.

- Так ведь он не захочет место тебе отдать назад. Ну да ладно...

Склонившись над вязанием, старушка принялась растягивать полотно.

- Ни о чем не думай, кроме кладовой, - бросила она Коту.

Мышь на сыре, смеясь, влезла на зубец короны и, развалясь, как в кресле, стала изображать, как храпит Король.

- Ах! - не выдержал Кот и прыгнул на мышь.

Кладовая стала удаляться, предметы расплываться, но Маринка все еще успела увидеть мышей, кинувшихся в рассыпную от появившегося в кладовой Кота.

- Он вернулся, - грустно сказала Маринка старушке, - и даже "до свиданья" не сказал.

Старушка встряхнула полотно.

- Ему место там. Он не мог пойти с тобой.

- Почему нет?

- Он бы стал обычным бессловесным толстым скучным котом. Разве ему не лучше здесь?

- Лучше, - вздохнула Маринка.

- И тебе пора назад на свое место, к людям.

- А как?

- С тобой будет посложнее. Я тебе помочь не смогу, но скоро часовщики соберутся на завтрак. Их и проси.

- Какие часовщики?

В комнате раздался хрип, шипение, и все часы на стенах одновременно ожили. Большие старинные деревянные часы в углу отбивали басом "бим-бом, бим-бом". Со стены им затейливо вторили какие-то странные фарфоровые часы. Над ними из деревянных окошечек повыскакивало несколько кукушек, которые довольно слаженным хором выговаривали свое "ку-ку". На другой стене на деревянной сцене кружились одна за другой темные мрачные фигуры с желтыми костяными лицами, а одна, с лицом, закрытым капюшоном, страшно махала косой. И на всех часах витиеватые и простые стрелки показывали двенадцать часов.

Из-за пустого стола послышалось покашливание и кряхтение. Кружки с молоком сами по себе поднялись со стола и, наклонившись к невидимым ртам, опустились на стол. Затем тем же путем проследовали ломти хлеба, которые возвратились на свои места, поубавившись в размере.

- Кто там? - шопотом спросила Маринка старушку.

- Тсс! Часовщики. Внимательно следи: как только они закончат есть, проси их помочь тебе. Но только, когда они закончат. Ни секундой раньше, ни секундой позже.

- А как же я узнаю, когда они кончат? Ведь я их не вижу!

- Наблюдай за хлебом.

Маринка со страхом следила за тем, как быстро уменьшались ломти хлеба. Вот уже последние крохотные кусочки поднялись в воздух и исчезли.

- Постойте! - крикнула Маринка, бросившись к столу.

В комнате наступила удивительная тишина. Сначала Маринка не поняла, что произошло, но взглянув на стены, она увидела, что все часы остановились. Ни один маятник не двигался.

- Послушайте! - взмолилась она, переводя взгляд с часов на пустой стол.

- Мы слушаем, слушаем, - раздался тихий, еще тише, чем у старушки, голос.

- Где вы? - шопотом спросила девочка.

- Здесь.

- Но я вас не вижу.

- Нас никто не видит и почти никто никогда не слышит.

Голос был как-будто один, но в то же время Маринке казалось, что говорят разные голоса.

- Ну так что? Мы остановили время, чтобы тебя выслушать. Но мы не можем удерживать время долго. Что ты хочешь?

- Помогите мне вернуться домой! - сквозь слезы воскрикнула Маринка.

В комнате воцарилось молчание.

- Где вы? - спросила Маринка, с ужасом ожидая, что ей никто не ответит.

- Здесь. Скажи нам, почему ты хочешь вернуться?

- Я хочу домой.

- А разве тебе не нравится путешествовать с веселыми друзьями: Котом и Попугаем?

- Нравится, - ответила девочка так тихо, что едва сама себя услышала, но тут же упрямо повторила, уже громче, уверенней: - Но я все равно хочу домой.

- А что такое твой дом?

- Это, где я живу.

- Но сегодня ты живешь в одном месте, завтра -- в другом, а послезавтра -- в третьем. Так куда же ты хочешь?

- К маме и к бабушке.

- Это уже более определенно, хотя... Пряха, ты помнишь свою маму? Бабушку?

- Едва ли, - ответила старушка.

- Вот видишь, в вечности мам и бабушек не бывает. Но ты этого сейчас все равно не поймешь. Кто знает, может когда-нибудь ты вернешься сюда с другими просьбами. Вот тогда с тобой будет интересно поговорить. Ну а сейчас... Скажи, ты согласна все забыть, как только окажешься дома?

- Что -- все? Я ничего не хочу забывать, - неуверенно сказала Маринка.

- Но иначе ты не сможешь вернуться. Впрочем, хочешь ты того или нет, ты все равно забудешь.

- Не забуду! - убежденно возразила Маринка.

- Ха-ха-ха! - засмеялись со всех сторон разные голоса. - Посмотрим, посмотрим. Ну а теперь ты готова?

Маринка вздохнула.

- Готова.

- Закрой глаза. Крепче. Дыши ровнее, глубже... глубже...

- Марина! Ну сколько тебя можно будить! У меня завтрак стынет.

Ничего не понимая, Маринка открыла глаза и увидела над собой бабушку с ложкой в руке. Появление бабушки утром, у Маринкиной постели было делом естественным, и все-таки... Девочка наморщила лоб, припоминая.

- Погоди, бабушка, мне такой интересный сон снился, а ты меня разбудила. Я летала вместе с Котом... Попугаем...

- Когда я была молодая, я часто летала во сне, - мечтательно сказала бабушка, и рука с ложкой неподвижно повисла в воздухе.

- А потом... Я забыла! Я все забыла! - в отчаянии закричала Маринка.

- Вот позавтракаешь и вспомнишь. Вставай скорее! - бабушка шутливо набросила на голову девочки ее любимое голубое платье.

- Оставь меня в покое! - рассердившись, Маринка скинула с себя свежее наглаженное платье.

- Ну раз та-ак.., - бабушка обиженно вышла из комнаты, хлопнув дверью.

Маринка лежала неподвижно, уставившись в потолок. Вдруг, резко повернувшись, она уткнулась лицом в подушку. Она бы не могла сказать, отчего она плакала. Ей было грустно и ей казалось, что она потеряла что-то важное. Постепенно всхлипывания делались все реже. Маринка, не отрывая щеки от мокрой подушки, взглянула на голубой кусок неба, обрамленный старой оконной рамой. На стене, рядом с окном двигался солнечный зайчик. Девочка улыбнулась. Впереди был длинный солнечный день.

____________________________________________________________

© Андреева Галина Владимировна. Приключения Маринки

Origin: http://samlib.ru/g/galina_wladimirowna_andreewa/marinka-fairytale-russian.shtml

Создан: 18/09/2022, изменен: 18/09/2022, 218k

Новелла: Проза