# Разговор с товарищем Блиннахером 2

Михаил Исаакович Гарцев

Гарцев Михаил ИсааковичРазговор с товарищем Блиннахером 2Origin: http://samlib.ru/g/garcew_m_i/razgovorstovarischemblinnaherom2.shtmlСоздан: 13/01/2004, изменен: 17/02/2009, 4kСтихотворение: Юмор============================================================        Блиннахер - Гарцеву- Mon Jan 12 15:44:26 2004 My dear, my Gartsev, при чем же тут cookies??

Зачем себя так обрекли вы на муки-с?

my Гарцев, my дир, ведь совсем не с того я

разыгрывал русско-народного гоя

чтоб Членского, Дашку и всю их компашку

ущучить за про-тараканью замашку.

Пускай хоть слюной изойдут, публикуя

поэмы любого еврейского хуя.

Оттуда и взятые, кстати. И кстати,

вы правильно определили их party.

Не зря же редактор так холит бородку

для схожести с Бродским... уж лучше бы водку

хлестал он почаще... Хоть впрочем и хлещет...

Так вот, Миша, как посмотрю я на вещи.

И Рудис и Жердев и все "гондоньеры"

для нас скажем с вами совсем не премьеры

но вы посмотрите, ведь это не глупо

что в их литжурналах не сыщешь залупы

хотя б на обложке. А этот Мудашка

когда в голове растуманилась бражка

взомнил, будто хуй - "гениальное просто"

и требует чести себе не по росту.

Такие, как Леха, к друг другу ревнуя,

всё изображают: побольше бы хуя!

Такие хуями кладут как в кумаре,

они проживают в дешевом кошмаре

не знают чего бы продать им за баксы,

хоть пенис свой - лишь не уменьшить бы таксы!

У них ничего-то другого и нету

дай волю - обложат хуями планету

и с каждого - слупят за хуй по-немножку.

Его завернув в дорогую обложку.

И хуй свой один за душой лишь имея.

Да я предпочту распоследнего гея

в поэты, чем этих залупо-продавцев,

Вот так-то, любезный товарищ my Гарцев...

&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&& Ну, знаешь, Блиннахер,

ты киллер и хакер,

хоть жизни моей не помеха.

Вот так, вот, без страха

как шумный Шумахер

по "Членскому" Лехи проехал.

В Москве, Амстердаме,

в Нью-Йорке, Майями -

скажу откровенно и смело -

рыгаться хуями,

блеваться хуями

не очень достойное дело.

Но знаешь, Блиннахер,

жизнь мерзкая сваха,

порой, обвенчает с подонком...

Душа от утраты

ругается матом

как в грязном борделе девчонка.

Ты дерзок, Блиннахер,

как тот парикмахер,

который похож на прокошку.

Пусть будет мне плохо

и жду я подвоха,

однако не сдам друга Лешку.

Даена новеллы

лиричны и смелы,

как будто тепло в злую стужу.

Стоит он над нами

и тихо без брани

кишки вынимает наружу.

Но что-то осталось,

а что-то сломалось

и жизнь покатилась вмиг прахом...

Прикрылся хуями

как будто друзьями.

Не надо сердиться, Блиннахер.

Прости мне, Блиннахер,

мой гнусный характер,

а помнишь как прошлой весною

я шел по Тенетам

с одним пулеметом

и почва дышала войною.

А этот Делицын

такая лисица

привел с собой полчища гоев.

Впихали те лица

мне все единицы.

Я стал на Тенетах изгоем.

Но храбро сражался,

на мат натыкался

и бил в перерывах посуду.

Ломал себе пальцы,

вдруг в группе засранцев

увидел Гуляеву Любу.

В горниле ристалищ

мы стойко держались.

Рвались на куски селезенки.

Ты помнишь, товарищ,

как нам улыбались

ее голубые глазенки.

Скажи мне, Блиннахер,

кого бы оттрахать?

Твоя меня греет палитра.

Мы мирные люди,

но если прибудешь -

найдется в запасе пол-литра.