# Пастораль

Юрий Викторович Гаврилов

Под сенью старых ив, где тихий ручеёк

Скользил меж берегов серебряною лентой,

Сидел пастух Дамон, и вечер был далёк

От шумных городов с их суетой надменной.


Стада его овец белели на лугу,

Клонился день к закату в золотом сиянье,

И лёгкий ветерок качал и баюкал

Высокие цветы, рождая их шептание.


Там, у прозрачных вод, являлась каждый день

Прекрасная Хлоя с корзиною плетёной;

За нею по траве скользила вяза тень,

И мир казался ей навеки сотворённым.


Она несла венки из лилий полевых,

И песни напевала звонко и беспечно;

Казалось, что сама весна в чертах живых

Улыбкой молодой сияет бесконечно.


Дамон её любил. Но робок был пастух:

Он лишь следил тайком за поступью любимой

И доверял свои мечты дыханью лугов,

Да облакам, плывущим в выси обозримой.


Однажды в час, когда заря зажгла восток,

И жаворонок взмыл над нивою росистой,

Хлоя пришла туда, где вился ручеёк

Под сенью тополей над заводью тенистой.


Она сказала: 'Друг, зачем твой взор печаль

Скрывает от меня за тихими речами?

Неужто между нами легла такая даль,

Которую нельзя преодолеть сердцам?'


Тогда Дамон открыл своей любви секрет,

И дрогнул голос его в сладостном волнении.

А солнце молодое разливало свет

На воду, на цветы и на их примирение.


С тех пор они вдвоём встречали каждый май,

Стада пасли в полях и песни распевали.

И был для них весь мир - благословенный рай,

Где птицы и ручьи их счастье прославляли.


Так жизнь течёт светло среди лугов и рощ,

Где нет ни войн, ни зла, ни тщетного стремления,

И только звёздный свод да благодатный дождь

Хранят любовь простую как благословенье.