# Путь На Капитанский Мостик

Валентин Изосимович Герасимов

Из устава Петра Первого опытным матросом должен считаться матрос проработавший на море пять лет, а путь до капитана и капитанского мостика очень долгий.

Герасимов Валентин Изосимович

Путь На Капитанский Мостик

Origin: http://samlib.ru/g/gerasimow_w_i/putxnakapitanskijmostik.shtml

Создан: 09/01/2008, изменен: 17/02/2009, 81k

Повесть: Проза

Из устава Петра Первого опытным матросом должен считаться матрос проработавший на море пять лет, а путь до капитана и капитанского мостика очень долгий.

____________________________________________________________

ПУТЬ НА КАПИТАНСКИЙ МОСТИК  Из устава Петра Первого : `Штурмана звания подлого,/ простого/, их на ассамблею не пускать, ибо ничего путного не придумают, а драку учинить не замедлят. Но в науках навигатских зелы, а по сему прибавить им жалование на полтину и разрешить вход во все кабаки'. Шкипер потерявший свой корабль в пожаре или посадкой на мель по его недосмотру подлежит лишению живота ,или спусканию с раин--смерти, или каторге, как морская комиссия решит. 1. Мореходное училище Мы с моим приятелем Валеркой Кашиным соседом по дому после окончания школы решили поступать в ленинградскую мореходку, которая выпускала штурманов, механиков, радистов для кораблей дальнего плавания. После седьмого класса начитавшись морских писателей: Джека Лондона, Станюкевича, Соболева, Лухманова , Конрада ,книжки которых выдавались из школьной библиотеки в очередь для юношей старших классов, мы и приняли обоюдное решение идти только в моряки дальнего плавания, чтобы увидеть порты и города всего мира. Я закончил школу No 60 Ждановского района города Ленинграда с отличными оценками по точным наукам и хорошими по гуманитарным, а у Валерки дела были похуже, точные науки он осилил с трудом. . Но мы приняли решение сдать вступительные экзамены в мореходку на отлично и сели за учебники. Меня тянуло в штурмана, а Валерку в механики, так как он свой старый велосипед разбирал, собирал уже несколько раз, чинил дверные замки, понял принцип работы примитивной, ножной машины велосипеда и имел прозвище механика в нашем доме. Я собирался на штурманский факультет, а Валерка на судомеханический.

Кроме того, моя мать приболела с высоким давлением из-за блокады Ленинграда и вышла на пенсию, а у Валерки семья была большая , а отец пришел с войны инвалидом с одной правой рукой. То есть сидеть на шее у родителей, у нас с ним никакого резона не было. В училище будет одежда, питание, интересная специальность--- все, о чем мы c ним мечтали. Только бы поступить, а уж стараться мы будем, рассуждали мы между собой.

Кроме того, для знакомства с механизмами Валерка помогал в обслуживании автомашины ` Опель' подполковнику Сидоренко Сергею Николаевичу с третьего этажа нашего дома. Он привез ее в качестве трофея из поверженной Германии. Он, видимо, был большой начальник, так как наш участковый милиционер Хасан Ибрагимович всегда отдавал ему честь, и спрашивал,---- есть ли у товарища подполковника к нему вопросы или указания. Валерка мыл ему машину, помогал качать ручным насосом колеса, получал разрешение заглянуть под капот на мотор, отгонял от нее любопытных пацанов , когда машина была вне гаража и ожидала своего хозяина. Наконец, наступили дни вступительных экзаменов, и мы начали сдавать свои знания преподавателям мореходного училища. Каждый раз, идя на экзамен, чувствуешь робость и неуверенность, но получив билет, и увидев знакомые вопросы, все встает на свои места и решение задачки происходит, самое главное не торопиться. В общем, я сдал все экзамены на пятерки, Валерка на две четверки две тройки. Мы поняли, что я поступил, а у Валерки шансов было мало. Мы приехали домой, и Валерка совсем загрустил. Мы сели на скамейку у дома и думали ,что же ему делать. В это время вышел из дома подполковник Сергей Николаевич. Он все знал о нашем поступлении в мореходку, мы ему об этом как-то рассказали.

------Ну, что моряки, что-то Вы сегодня невеселые ?

------Да, вот Сергей Николаевич, не повезло Валерке. До проходного бала он недобрал две единицы. Не возьмут его в курсанты. Нужно будет поступать в следующем году снова.

------А, ты Серега, как ?

-------Я сдал все удачно на одни пятерки, надеюсь, меня зачислят.

--------Да, как же так, два друга и вот такая незадача ! Одного берут, а другого нет !

Ну, я попробую Вам помочь. Ваше училище нам известное и набирает курсантов

для работы на судах заграничного плавания, а это немножко, и наша `эпархия'.

Он сел в свою машину, шофер нажал на газ, и машина выехала со двора. Чем мог нам помочь Сергей Николаевич, мы не представляли. Может быть, так сказал, чтобы Валерка не расстраивался.

Через два дня приемная комиссия училища должна была вывесить списки будущих курсантов, принятых в училище. Валерка даже не хотел ехать, так как надежды попасть в списки у него не было, но я его уговорил. И вот мы стоим в толпе претендентов перед списками и ищем свои фамилии. И вот я нашел свою фамилию, Валерка молча стоял за моей спиной, чтобы услышать, что его фамилии нет. Но я нашел его фамилию, с его инициалами и, прочитав вслух, толкнул его вперед.

---------Смотри, 'абалдуй', вот и твоя фамилия с твоими инициалами под номером 157. Валерка танцуй, ты принят !! Валерка пробился из-за моей спины и несколько раз прочитал свою фамилию под номером 157. Мы выбрались из толпы ребят и довольные пошли на трамвайную остановку. Ура ! Мы оба стали курсантами Ленинградского Мореходного училища.

Завтра, в 10.00, нужно явиться в училище на собрание всех вновь принятых курсантов.

---------- Спасибо, Сергею Николаевичу ! Да, здравствует новая курсантская жизнь !

Мы потом поблагодарили Сергея Николаевича и узнали от Хасана Ибрагимовича, что он большой начальник и работает в НКВД. А это не шуточки---, как сказал наш участковый..

----------Ну, смотрите, моряки. Не подведите, я за Вас поручился перед начальством. Кроме того, у тебя батька на фронте погиб, а у Валерки с войны вернулся инвалидом.

Мы обязаны помогать таким семьям.

Какое это счастье, чего-то очень хотеть, мечтать и этого добиться. Жизнь для молодого, здорового юноши и так кажется хорошей, но когда твоя большая мечта сбывается, она кажется еще прекрасней, и ты готов обнять весь мир.

Получение морской формы, распределение по взводам и ротам, знакомство с командирами рот-- действующими офицерами, все это было вновь. Распорядок учебы и жизни в училище, наряды на камбуз, на уборку помещений и туалетов, все это приходилось осваивать и хорошо выполнять. За плохое исполнение следовало наказание в виде внеочередного наряда на кухню, мойку полов училища и пропуск уроков, которые ты все равно должен знать и еще вести конспект. Военная кафедра также требовала своего внимания ,и не выполнение заполнения конспекта также наказывалось внеочередным нарядом. В общем, курсант был так загружен, что деться ему было некуда, как только выполнять распорядок дня и не нарушать дисциплину. Все поступали в училище для того, чтобы стать моряками, и старались во всем, чтобы не отчислили на первом году учебы. Мы с Валеркой были распределены в разные роты. Он в роту механиков, а я в роту штурманов. Мы занимали весь третий этаж здания, механики были на втором, а радисты на четвертом . В среднем было принято на этот год всего триста курсантов.

Многие не выдержат напряженной учебы и будут отчислены или по учебе , или из-за плохой дисциплины. Но мы с Валеркой даже в мыслях не допускали себе расслабляться,

и наш курс был только вперед до заветного диплома после окончания училища. Бывало очень тяжело после ночного наряда на камбузе, который заканчивался в три часа ночи после чистки картошки, утром сидеть на лекциях по математике и решать интегралы

Но молодой организм все претерпевал и желание учиться лучше чем другие, так присуще юношам курсантам, помогал в учебе. Через два месяца нам разрешили увольнение в воскресенье до 24.00 . Мы с Валеркой, конечно, поехали к себе домой, на Крестовский остров Ленинграда покрасоваться перед друзьями в морской форме, а особенно перед девчонками нашего двора. Как только мы приехали домой, все соседи по коммунальной квартире пришли посмотреть на нас, расспросить о трудностях морской службы, как кормят нынче на флоте, как строги ли командиры? После расспросов мы вышли во двор и встретились с друзьями и девчонками. Успех у девчонок был несомненный, а друзья завидовали, но виду не подавали. Но Нинка и Варька специально прогулялись с нами по Приморскому проспекту Крестовского острова, рядом с нашей школой , чтобы наши девчонки завидовали, и те явно были очарованы нашим видом ,и после приветствия на встречных курсах `здрасте', затем несколько раз хихикали и оглядывались. . В 1955 году прошло только 10 лет после победы над Германией, и мужчины и юноши в военной форме были напоминанием о нашей великой победе над Германией. Мир раскололся, союзники по антигитлеровской коалиции разделились на два лагеря капиталистический мир во главе с Америкой и социалистический во главе с СССР. Вопросы о железном занавесе, испытаниям атомного оружия обеими лидерами сторон будоражили мир. Как бы войны не было, думал простой обыватель, помня голод и ужасы войны. Так что каждый человек в форме считался защитником отечества в России.  2. Морская практика. 0x01 graphic

Учебное парусное судно'Кодор' - деревянная шхуна с бермудским вооружением парусов в Балтийском море под парусами. Построена в г. Турку ,Финляндия в 1947 году. Для сбора рыбы и снабжения рыбаков в море. Переделана под учебное судно в 1950 году . Длина 60 метров ,ширина 9,5 м., осадка 3,5 м. высота фок-мачты 28 м., водоизмещение 500 б.р.т. могла брать на борт 50 курсантов, экипаж 15 чел. Двигатель "Болиндер" -300л.c.

Морской практикой считается время после теоретической учебы зимой, летняя служба в море на парусных судах и грузовых торговых судах в должности матросов. Привыкание к морю и к морской работе. Жизнь курсантская закрутила нас так, что времени на девчонок совсем не оставалось.

Наконец наступила весна, мы сдали экзамены за второе полугодие и собиралcя на морскую практику только штурманский факультет , где нас будут учить морскому делу. Механиков и радистов ждали училищные мастерские, где они будут проходить токарное, слесарное дело и нести службу по училищу. Настоящие моряки - это штурмана, и они должны учиться в море. Бороться со штормами и ураганами, управлять судном, обходить мели и рифы, просаливаться на морском воздухе. Нас ждали парусные учебные суда ` Кодор' и `Альфа' готовые взять молодых курсантов для `оморячивания'. Оба деревянных парусных судна брали на борт по пятьдесят курсантов. Условия жизни весьма суровые на каждом судне, бывший трюм переоборудован под двухъярусные койки, в середине его стоят закрепленные наглухо столы со скамейками ,/ банками /, туалет на носовой части левого борта ,/ гальюн/, типа солдатского сортира,. баня на правом борту. Капитан, помощники и преподаватели жили в кормовой части судна, камбуз был общий по середине, а кубрики для матросов в носу. Суда были построены финскими кораблестроителями в 1946 году , как парусно--моторные суда для перевозки триста тонн груза, но были переоборудованы под учебные суда. Они могли плавать под парусами и также под двигателем типа ` Болиндер' для входа в порты, для чего на судне был механик. Обогрев в виде комелька был в кубрике матросов, у капитана и штурманов. Курсантам обогрев не полагался, так как практика плавания была с мая по сентябрь и считалась летней, кроме того курсантов было в трюме много, а вход в трюм был один. Следовательно, проникновение холодного воздуха в их жилое помещение будет минимальным, и никакой обогрев им не нужен. Курсанты молодые, горячие, как надышат во сне после сытного ужина в ночное время и накурят , так не то что обогревать, а вентилятор нужно ставить для обмена воздуха. Май в этом году был какой-то холодный, очень часто шел дождь, и дул северный ветер. Все курсанты, сдавшие экзамены, были распределены по взводно на эти два судна. Не сдавшие экзамены,-десять человек со слезами на глазах остались в училище, умоляя не ушедших еще преподавателе в отпуск, принять экзамены. Мы прибыли на учебное судно `Кодор', пришвартованному у набережной моста Лейтенанта Шмидта, рядом с памятником известному мореплавателю Крузенштерну. Мы наблюдали проделки курсантов Училища ВМФ имени Фрунзе, которые, говорят, выполняли ежегодно традицию бывших морских кадетов царского флота. После сдачи последнего весеннего экзамена и перед отправкой на морскую практику на корабли военно-морского флота в Кронштадт или Калининград, курсанты ночью надевали тельняшку на верхнюю часть памятника Крузенштерну, а иногда одевали ему на голову бескозырку. Хоть уже и большие дяди, но с детством расставаться не хотелось. Дежурные офицеры училища не торопились снимать тельняшку c памятника, так как они сами были курсантами когда-то. Лишь, только к вечеру, когда все курсанты и гуляющие по набережной имени лейтенанта Шмидта девушки увидят эти проделки, тельняшка снималась. Курсанты военного училища приходили к нам в гости и завидовали нам курсантам полувоенного морского училища, коими мы считались. Нас ждала практика плавания на большом парусном судне по морям с выходом в Атлантический океан, а их ждали военные стальные корабли на военно-морских базах с выходом в Финский залив- Маркизову лужу и выход в Балтийское море из Балтийска, ,бывшего немецкого Пилау. У нас была романтика, у них суровые, военные будни в железных кубриках на кораблях ВМФ.

На нашем судне, кроме вахты, началась учебная тренировка с парусами. Прежде всего, их вытащили из парусной кладовой просушить, подшить суровой парусной ниткой, где разошлись швы, обтянуть стоячий такелаж, который держит мачты. Деревянную палубу положено отдраить- отмыть до чистого дерева после зимней стоянки судна у причала.

Утро c 07.30 начиналось с лазания по мачтам вместо физзарядким, затем пробежка по набережной, сангигиена, завтрак. После этого курсанты распределялись в помощь матросам и боцману для выполнения всех работ. Все пять матросов и шкипер- опытный матрос по ремонту парусов, боцман любили свое парусное дело и гоняли нас до седьмого пота с суворовской поговоркой---тяжело в ученье--будет легко во время шторма. Дежурные по камбузу с поваром судна готовили обед, который дежурные-бачковые разносили на столы в курсантский кубрик. В 12.00 курсанты, голодные как `волки' после работы на свежем воздухе бросались обедать. После приема пищи до 14.00 святое время на флоте, еще с петровских времен время отдыха моряков. Даже в это время прохода по матросским кубрикам капитана корабля или адмирала на военном судне, команда смирно

не подавалась. Морякам полагалось приспнуть после тяжелой работы и сытного обеда с чаркой водки в те далекие времена. На парусном корабле все время дул ветер, ноги и одежда были сырые, сушилок не было, поэтому чарка водки была лекарством от простуды за счет царя батюшки. В доброе советское время чарка водки была отменена, как царское спаивание русских моряков, да и парусных судов уже не было. Но на этом парусном судне во время шторма в Атлантическом океане мы, все- таки, почувствовали, как раньше жили и работали моряки на таких судах, и чарка водки тогда бы нам не помешала от простуды.

Палубу отдраивали водой, песком, специальным камнем из песчаника,/ Ноle stone-Святой камень, как называли его анлийские матросы/ , его таскали по палубе двое курсантов, щетками и швабрами. Мойка деревянной палубы мылом не допускалась. Военные курсанты приходили смотреть, как мы занимались настоящей морской работой, которую делали моряки в те старые времена и завидовали. Ведь об этом мы читали в рассказах Станюкевича, Джека Лондона, английского писателя польского моряка Конрада, Лухманова - нашего лучшего писателя о последних парусных судах на границе с появление железного, парового, океанского флота. Капитан нашего парусника был старый парусник Аристов Александр Александрович, поджарый, среднего роста мужчина, который иногда с нами утром лазил на мачты в качестве физзарядки.

Под стать ему был такой же старпом Чабан Александр , который не спускал нам ни одной курсантской ошибки. Плохо сделал работу -переделаешь в свободное время после ужина.

Постепенно парусник освобождался от зимней копоти и грязи во время отстоя в ленинградском морском порту. Корпус судна и все помещения были покрашены свежей белой краской, мачты покрыты лаком. Через две недели было назначено время выхода в рейс, воскресенье в 12.00

На причал проводить судно в рейс пришли родственники и девушки.

В 11.00 на судно прибыл начальник училища в сопровождении своего заместителя начальника учебной части и других лиц из Москвы Министерства Специального образования. Они обошли судно, проверили, как мы управлялись с парусами, и всех построили на левом борту. Выступил начальник училища:

-------Товарищи курсанты и экипаж учебного судна `Кодор', Вам доверено совершить первое для учебного судна заграничное плавание по маршруту Таллин, Росток / ГДР/, Копенгаген,/Дания/, Тромсе и Тронхейм, /Норвегия/, Архангельск. За этот период Вы должны будете посетить несколько стран. До Таллина будет проведена полная проверка готовности судна к заграничному плаванию. Командование училища надеется, что каждый курсант и моряк выполнит свой долг перед родиной.

От имени всех выступил капитан Аристов :

-------Дорогие товарищи, разрешите Вам доложить, что снабжение, продукты, топливо, навигационные карты получены, экипаж и курсанты натренированы для работы с парусами. С поставленной задачей справимся.

-------Ну, что же товарищи, семь футов Вам под килем и будем ждать Вас в Архангельске.

Мы сейчас покидаем Вас. Вы выходите в рейс. 3. Ленинград-Таллин

Раздалась экипажу и курсантам стоять по местам для отхода судна в рейс. Лоцман был на борту, начальство сошло на берег, отдали носовые концы. Носовой буксир оттащил нос от причала, отдали кормовые концы , Нева помогла развернуть судно носом вверх по реке, то есть против течения реки Невы, на выход в море.

Дали негромкие три длинных, прощальных гудка тифоном. Буксир ответил тоже тремя. Затем короткий гудок, и буксир дал короткий и отдал буксир. C причала все провожающие махали руками, желая нам счастливого пути. Мы выходили в свой первый рейс, и я думал, а сколько еще их будет в моей жизни. Каждый выход в рейс приносит, все-таки, какую-то грусть, ты прощаешься со своими родственниками, что ждет тебя в этом рейсе?? Заработала машина,и судно пошло под действием винта. А ведь при Петре

Первом Великом от этой же набережной отходили парусные корабли только под парусами. Каким же парусным , морским опытом обладали наша прадеды !!.

Все стояли на палубе, вышло солнышко, и стало как-то веселей. Судно проходило лениградским, морским каналом, построенным еще Путиловым, на выход в Финский залив. До свидания мой любимый город Ленинград, ты особенно красив с водной поверхности реки Невы, видны оба берега Васильевского острова, Зимний дворец и Английской набережной , красиво и величаво тебя построили итальянские архитекторы и Петр Первый, нет другого такого красивого города во всем мире. Да, красив , наверно, Париж, и о нем писал поэт Маяковский--я хотел бы жить и умереть в Париже, если не было бы тебя Москва, -- но Ленинград с широкой полноводной рекой, с набережными и дворцами еще краше.

Наконец, мы вышли в Финский залив, лоцман покинул борт судна, закончив проводку по каналу, и прозвучала команда капитана паруса ставить. Все разбежались по мачтам. За каждой мачтой, а их было три, была закреплена по пятнадцать человек курсантов и один матрос. Подъемом парусов командовали капитан или его помощники, общее руководство осуществлял боцман, матросы были командирами на каждой мачте, а исполнителями их команд бригады курсантов. Вот остановлен двигатель. Наступила тишина. Паруса наполнились ветром, у носа судна появился маленький бурун, и судно пошло только под парусами. Это было чудо, это испытывали и мореплаватели с давних времен, подняв первые паруса на мачты судов. Плавание на парусном судне, это постоянная работа с парусами, которые должны ловить ветер, так как судно идет разными курсами относительно ветра. Пятнадцать человек курсантов составляют вахту, которая работает с 08-12 , с 12-16 заступает другая бригада, и с 16-20 третья. Каждая вахта вместе с матросом в сутки 8 часов работает , и 16 отдыхает. В случае авралов, работают все вахты. Вахтенные штурмана- помощники капитана несут вахту точно также, но занимаются безопасным движением судна по курсу указанному на карте капитаном. Помощников трое: старший, второй,и третий. Каждый имеет свои обязанности и свое заведование на судне. Капитан вахты не несет, но контролирует работу всего экипажа и прежде всего своих помощников ведущих безопасно судно. На судне был первый помощник капитана- помполит. Его обязанности расплывчаты, как на каждом военном корабле. Помогать капитану в воспитании своих подчиненных и следить за их благонадежностью. Механик был в единственном количестве и имел трех курсантов помощников для профилактики и ремонта главного двигателя мощностью 150 лошадиных сил. Повар Петрович - фигура заметная после капитана для матросов и курсантов ежедневно получал для помощи двух-трех курсантов для работы на камбузе. Начальник радиостанции подчинялся только капитану и вел радиосвязь. Начальник учебной частью один из работников училища следил за выполнением учебной программы и работой двух- трех курсантов, как помощников вахтенного штурмана, которые периодически менялись в учебной штурманской рубке.

Судовой доктор был назначен из медперсонала училища и занимался своими делами. То есть все были при деле. Погода была весенняя, днем, если солнышко на небе - потеплее, а ночью без солнышка в кубрике курсантов температура выше 10 градусов тепла не поднималась, не смотря на горячие, молодые тела. Многие курсанты спали, не раздеваясь до нижнего белья , сверху тонкого, курсантского одеяла накрывались еще своим бушлатом.

До Таллина шли под парусами двое суток, ветер был слабый, и скорость была небольшая.

Наконец появился известный маяк Талинамадал, и нужно было входить на якорную стоянку порта Талина. Для этого включили двигатель, убрали паруса, взяли местного лоцмана и ошвартовались в торговом порту. Здесь планировалась двух дневная стоянка перед заграничным плаванием. Капитан должен был доложить в Москву в Министерство Морского Флота и начальству Ленинградского мореходного училища о готовности судна к плаванию. Ведь планировался первый учебный поход советского судна с курсантами за границу в капиталистические страны. Нужно было пополнить запасы пресной воды, взять свежие продукты и топливо для нашего судового двигателя. Кроме того, в Талин из Кронштадтадской единственной в СССР парусной пошивочной мастерской должны были привезти запасные паруса, которые не успели сшить к отходу из Ленинграда. Эта мастерская со старыми мастерами, которые шили паруса для парусных судов еще в начале 19 века, когда парусные суда делали свои последние рейсы по морям и океанам, уступая дорогу паровым судам. Было несколько учебных парусных судов в СССР: Ленинграде, Одессе, Владивостоке, Риге, Клайпеде, Калининграде, а мастеров осталось совсем мало, и суда стояли в очередь на получение новых парусов взамен старых. Нам сшили все паруса вне очереди, в связи с ответственным учебным рейсом за границу. Вечером было увольнение курсантов и все свободные от вахт высыпали знакомиться со старым городом Таллином или Ревелем, который был завоеван Петром Первым у шведов еще в 18 веке. Старенькие, узкие, камнем мощеные улицы города, от которых веяло стариной, по которым может быть ходил Петр Первый, , невысокие в два и три этажа дома с красной черепицей на крышах, парк Кадриорг с яхтенным клубом, с памятником, погибшим русским морякам в 1893 году с броненосца `Русалка' и с деревянной танцплощадкой, c неторопливой жизнью жителей города, иногда не понимающих русского языка, когда им это хотелось, все это как-то умиляло и говорило, что мы почти за границей. 4. Таллин- Росток На следующий день пришла автомашина из Ленинграда с нашими новыми парусами, мы получили необходимое снабжение из портовых складов порта и вечером вышли в Росток, первый порт Германской Демократической Республики. У нас, многих детей войны, наши 0x01 graphic Старый лютеранский костел в Ростоке. отцы погибли в Великой Отечественной Войне и , как ненавидели мы их, так и они нас. Майские, весенние дни прекрасны на Балтийском море, это последний месяц весны, природа давно проснулась от зимней спячки, деревья наряжаются в свой новый, зеленый наряд, птицы прилетели и снуют везде, строя себе квартиры-гнезда, солнышко теплое, ласковое и по вечерам от земли, нагретой за день солнцем, идет пар. Ночи еще прохладные и приходится ночью на вахте впередсмотрящим на баке надевать свитер и морской бушлат.

Утром старпом и боцман распределяют курсантов по работам. Плох тот боцман, который не может на судне найти работу, хоть сотне матросов. Утро начиналось с мойки деревянной палубы, большим камнем из песчаника, называемый английскими моряками HOLE STONE,/ святой камень/, который таскали по ней два курсанта по очереди взад и вперед, голяки- веники без листьев из березы помогали драить деревянные доски палубы. После мойки забортной водой, начиналась уборка палубы на сухо специальными щетками, после которой доски становились белыми. Весна на Балтике всегда прекрасное время года. Воздух какой-то голубой, резкий, волнующий, бодрящий. Ветер почти `упал', как говорят на парусниках моряки, и капитан был вынужден дать команду включить наш механический двигатель, `Болиндер', который бодро застучал, и мы через двое суток подошли к Ростоку и взяли лоцмана. Это была первая заграница для нас, неведомый мир, где говорят и живут не по нашему, люди которые хотели нас завоевать, поубивали наших отцов, здесь когда-то жили немецкие фашисты. Теперь здесь живут добропорядочные немецкие граждане, которые вместе с нашей страной строят социализм на земном шарике, и мы должны жить с ними в мире, любви и дружбе, как учил нас на политбеседе первый помощник капитана Игорь Иванович Перебелко перед посещением Ростока, бывший партинструктор Кировского района города Ленинграда. Судно и жилые помещения блистали чистотой, курсанты надели новую форму одежды, выданной для этого рейса.

Мэр Ростока пригласил на следующий день весь экипаж нашего парусника на банкет в зал мэрии. Первый день мы посвятили знакомству с городом, получив по двадцать марок на городские сувениры. Росток не подвергался серьезным бомбардировкам с воздуха, но он получил повреждения от обстрела его главным калибром в 250 мм от пушек советского крейсера `Сергей Киров', командиром которого в то время был капитан второго ранга Иванов Иван Максимович, в дальнейшем контр-адмирал, награжденный многими высокими орденами за победы. Во-время войны через Росток шла эвакуация немецких войск из Кенигсберга и Пилау, а в порту прятались военные корабли `Кригсмарины' Гитлера. Немецкий народ пожинал тогда все то, что желал советскому, русскому народу, за обстрел города Ленинграда крупнокалиберной пушкой `Берта' в 500 мм. После войны

город строился и поражал своей чистотой, большим лютеранским собором, красивым зданием мэрии, в магазинах было много товаров и не было очередей.

На следующий день строем мы прошли по главным улицам до мэрии. Взрослые немцы и молодежь смотрели на нас, как на завоевателей и не особенно нас приветствовали. Росток был построен на реке Варне и входил в Ганзейский Союз немецких городов вместе с Бременом и Гамбургом, которые организовали этот союз для беспошлинной торговли. Внутреннее здание мэрии поражало своей стариной, огромными, потолочными, деревянными балками из красного дерева. После экскурсии по зданию нас пригласили в ресторан мэрии. Нам предложили холодные закуски, водку `Корн' и выступления мэра и одного немецкого комсомольца и комсомолки. Тосты за благодарность советским людям, освободившим их от фашизма и за дружбу на века. От нашей делегации выступил первый помощник, который вспомнил немецких коммунистов Тельмана, Розу Люксембург, погибших от рук гитлеровцев и предложил тост за мир во всем мире. Некоторые курсанты немного перебрали водки за столом, и их отправили с сопровождающими на судно . Заиграл небольшой джаз, входивший в моду и у нас, в СССР.

Наши курсанты стеснялись приглашать немецких комсомолок на танец, тогда кто-то дал им команду приглашать курсантов, и танцы уже продолжились в должном порядке. У нас были открытки с видами Ленинграда, выданные нам первым помощником. Мы с удовольствием подарили девушкам открытки и даже с адресами родного училища. Домашний адрес давать иностранцам не рекомендовалось, а вдруг пришлют какую-нибудь провокационную литературу, и Ваша виза на плавание за границу надолго закроется. Кто-то из курсантов просил девушек провести еще раз экскурсию по зданию, и парочки начали разбредаться от бдительного ока первого помощника Ивана Ивановича Перебелко. Заметив это, тот объявил дружественное мероприятие законченным, поблагодарил за гостеприимство, собрал всех курсантов и уже не строем, а отдельными группами по несколько человек отправил курсантов на судно. Все весело, громко разговаривая, шли по улицам, кое-кого уже `развезло' и его вели под руки товарищи. В общем, это напоминало возвращение матросов парусного флота после трехмесячного рейса в море из публичного дома. Немцы смотрели на нас, как на пьяниц, показывали пальцами, смотрели с первых этажей домов, махали руками и обсуждали на своем языке.

Мы дошли до родного судна, и половина курсантов оказалась в непотребном состоянии.

Всех раздели и положили в кровати, но что происходит с пьяным человеком в лежачем состоянии, у него кружится голова и, желудок выбрасывает все, что в нем находилось.

Мы, все жили в одном кубрике на двухъярусных койках, и можно только представить, что случилось, и какой запах в нем был. Но что было осуждать молодых курсантов, которые впервые были за границей , впервые попробовали иностранную водку, да еще бесплатно, они в какой-то мере чувствовали себя детьми победителей, которым все здесь, в Германии, можно. Может быть немцы, понимая все это, решили немного посмеяться над русскими мальчишками, потому, что на столах все время полупустые бутылки водки сразу же замещалась полными бутылками. И они, конечно, этого добились по нашей русской доверчивости. Капитан был в бешенстве от такого поведения курсантов и приказал не увольнять в город пьяниц, которых сосчитали очень просто, прямо в кубрике по лежачему состоянию и испачканному белью. Вечером состоялось общее собрание курсантского коллектива, на котором уже капитан выступил с позорной речью в сторону пьяниц, приказал им убрать и вымыть курсантский кубрик до `блеска'.

На следующий день все наказанные курсанты занимались работами по починке старых парусов и покраске корпуса. За остальными курсантами пришел автобус для посещения мореходного училища в городе Вустрове, около 50 километров от Ростока. Мы

0x01 graphic

Росток. Памятник известному немецкому поэту 18 века Фрицу Рейтеру , воспевавшему в своих стихах природу Германии, идиалистическую, платоническую любовь, любовь пастуха и пастушки. познакомились с курсантской жизнью немецких моряков. Училище было значительно меньше нашего, около 100 курсантов, и готовило только судоводителей и радистов, но тренировочная -учебная база была получше нашей. Курсанты не носили форму. Жили в комнатах по два, три человека. Комнаты и туалеты не убирали.

Мы обменялись сувенирами, и уехали на свое судно, пригласив их посетить наш учебный корабль. На следующий день мы покидали гостеприимный Росток , курсанты с Вустрова к нам не приехали. В 19.00 прекрасный майский вечер мы отдали все швартовы и двинулись по реке Варне вниз по течению на выход в Балтийское море. Все берега были уже в зелени деревьев и кустарников. Немецкий лоцман, который выводил нас в море рассказал, что в

устье реки в городке Варнемюнде строится новая судостроительная верфь, где будут строить торговые корабли для ГДР и России. У причала стоял большой корпус пассажирского парохода, поднятый со дна реки, который рабочие переделывали в китобойную базу `Юрий Долгорукий' для Советского Союза. Мы благополучно вышли из порта, лоцман пожелал нам счастливого плавания и сошел на катер. 5. Росток--Копенгаген  Мы подняли паруса в помощь нашей машине и пошли в Копенгаген. Плавание Датскими проливами на выход из Балтийского моря в Атлантический океан всегда представлял трудности для мореплавателя. Перед входом в пролив Зунд мы убрали паруса. Большим парусным судам вход только под парусами в пролив запрещен. Все суда должны следовать определенными курсами, не мешая встречным. Все капитаны, которые редко посещали порты Балтики, брали датского морского лоцмана на проход этих опасных мест, но наш капитан Аристов бы опытный капитан, и мы прошли Дрогденский канал самое узкое место пролива Зунд . Навстречу нам шли грузовые пароходы с грузом и без него, и расстояние между нами было двадцать метров. Ошибка одного или другого капитана и рулевого могла бы привести к столкновению, но мы прошли благополучно до рейда Копенгагена, где взяли лоцмана для следования к причалу. Любой вход учебного парусного судна в порт является праздником для курсантов. Нас поставили в почетное место, где швартуются только пассажирские суда, на набережную города в 12.00. Мы стояли прямо в городе, по набережной гуляли датчане, любуясь своим городом. На следующий день с 12.00 до 17.00 местного времени наше судно будет открыто для посещения датчан по просьбе Мэра города и по согласованию с нашим посольством СССР в Копенгагене. После обеда все курсанты были уволены в город и пошли знакомиться со страной великого сказочника Андерсена, которого с детства все знали : Дюймовочка, Путешествия оловянного солдатика, Как лягушка летала и другие - сказки, прославившего Датское королевство.

Рядом с набережной, напротив известного ресторана, в воде сидит русалочка, выплывшая из воды и в задумчивости, севшая на камень. В парке стоит большой памятник Посейдону , который на тройке лошадей пашет землю и оттуда бьют фонтаны воды. Небольшая, чистая, уютная страна Нильса Бора , которого во время Второй Мировой войны англичане вывезли в бомбовом люке бомбардировщика из Дании в Англию, лишь бы ученый атомщик не достался немцам. C тех пор с 1945 года, ничто не сотрясало датское королевство, ни забастовки, ни революции. Нас на автобусах свезли на экскурсию в замок принца Датского Гамлета, героя, cозданного великим английским писателем Вильямом Шекспиром, хотя экскурсовод сказал, что среди датских королей и принцев такого принца Гамлета никогда не было, а эта трагедия плод создания великого писателя, что было очень жаль. Лучше ходить по таким музеям одному и представлять, что Гамлет ходил по этим залам, страдал, дрался на шпагах и умер, как боец.

На судно приходили группы датчан смотреть наш учебный корабль, смотрели наше жилье и были не очень довольны. Конечно, хотелось бы иметь кубрики на двоих или троих курсантов, хорошую столовую и учебные классы, но это все будет на других учебных судах, которые собирались строить в Польше. Мы вышли из Копенгагена вечером, и направились через проливы Каттегат и Скагеррак в Северное море. 6. Копенгаген--Тромсе. Колька -- Санизатор На каждом корабле имеется своя система канализации, которая сбрасывает все, что переработали матросские желудки за борт, хотя это и не гигиенично, но практично, так было с давних времен, а на парусных кораблях подавно. Мужской туалет или,/ по морскому/, гальюн для курсантов располагался в носовой части судна с левого борта и имел пять посадочных мест, хотя садится то и было не на что. И вдруг он забился в трубе и перестал работать. Утром, когда курсанты встали в очередь для выполнения своих естественных потребностей, канализационная система забилась. Всем курсантам пришлось пользоваться туалетами офицеров в кормовой надстройке.

После завтрака старпом и боцман построили рабочую бригаду и дали задачу прочистить трубу и наладить работу гальюна. Первым вышел из строя Колька Лазаренко :

-------Боцман, так это раз плюнуть. Канализационная труба идет в кубрике по потолку над койками. Нужно немного отдать болты на соединениях, подставить ведра под ними, дать напор из судовой магистрали в горшки туалетов, и все пробьется. Я так на теплоходе Волжского Пароходства, когда матросом ,там работал, пробивал. Это из-за того забивается труба, что используются слишком большие куски газеты, нужно, чтобы вахтенная служба каждой вахты за этим следила и наутро готовила нарезные небольшие куски газеты.

--------А, ведь правильно курсант Лазаренко говорит, мы каждый год с этим мучаемся. Дадим ему в помощь троих человек, ведра и ключи для отвинчивания гаек.

Всех остальных развели по работам, а эти трое под руководством Лазаренко пошли на ответственную работу. В это время ночная вахта с 04.00 до 08.00 сменилась и ,позавтракав, легла спать до обеда. Колька в начале пробовал с горшков пробить систему струей воды, но у него ничего не получилось. Тогда он со своими помощниками расставил ведра под соединениями труб длиной порядка десяти метров и стал отворачивать болты соединений. Болты шли с трудом, и Колька использовал трубу, как рычаг, тогда боты пошли веселее. Боцман был занят на палубе, в трюме-кубрике, кроме спящих под трубой курсантов с ночной вахты и четырех санизаторов никого не было. Труба никак не пробивалась и Колька решил еще ослабить болты крепления, в эту щель вставить длинную проволоку и ею `пошурудить'. После исполнения этого рацпредложения, труба пробилась, и все потекло в кубрик на постели спящей ночной вахты. Колька и его три санизатора почувствовали, что их сейчас будут бить и бросились вон из кубрика. Спящие курсанты просыпались от нечистот, падающих на них сверху, вскакивали с постелей с криками и бросились вдогонку за убегающими мастерами канализационного дела.

Колька залез на мачту и отказывался слезать с высоты в двадцать метров. На судне никуда не убежишь , кругом вода. Его троих помощников поймали, затащили в кубрик, отдубасили по полной программе, измазали в говне, но те плакали и валили все на Кольку.

Колька сидел на мачте и отказывался слезать. На шум вахтенный помощник вызвал старпома и тот, разобравшись, в чем дело, велел Кольке Лазаренко и трем его помощникам, топить баню, выстирать всю запачканную ими одежду и постельное белье, вымыть кубрик и не ложиться спать пока это все не выполнят. Всем курсантам был объявлен банный день. А Кольку все- таки тихонько побили, когда он спустился с мачты. После этого случая он получил кличку - говночист и обязан был на нее откликаться.

Погода начала ухудшаться, мы вышли в Северное море, и бортовая качка увеличилась.

Небо стало пасмурным, солнышко днем не было видно, и ветер перешел на северное направление, и cтало холодно. Из-за свежего ветра нам приходилось чаще менять курс судна, а курсантам и матросам чаще работать с парусами. Паруса намокли от мелкого дождя, парусина стала, как дубовая. У камелька в середине кубрика было тепло, но там сушилась мокрая одежда курсантов и обувь. За четырехчасовую вахту бригаде курсантов вместе с матросами приходилось переносить паруса с одного борта на другой до восьми раз. Парусное судно под парусами все время идет с постоянным креном на правый или левый борт, его валит ветер, и естественно один борт все время захлестывает волна, так уж устроено плавание под парусом. Суда на вахте встречалось все реже и реже, мы уходили на север вдоль Скандинавского полустрова, на котором находилось королевство Норвегия , и наша цель была северная точка этого полустрова, мыс Нордкап, где мы должны будем лечь на курсом на восток, к нашим берегам. В морском коллективе закончились шутки, игра на гитаре, все как-то приуныли. Кроме того, у курсанта Селезнева начались боли в нижней правой части живота уже второй день, постоянная температура держится 38 градусов, что говорило о предварительном диагнозе - аппендицит. Доктор немедленно доложил об этом капитану :

--------Александр Сергеевич, у курсанта Селезнева ` острый живот' , такой бывает только при аппендиците, держится температура, значит нужна операция.

--------Да, только этого и нам не хватало получить в штормовую погоду. Запросим по радио порт, пусть нас принимают. Кое - кто из курсантов не переносил качки, вообще упали духом, и только лежали в койке. Судовой врач давал им снотворное, которое не очень помогало. Плавание вдоль Норвегии в Норвежском море, которое входит уже в Атлантический океан для нашего деревянного, парусного, учебного суденышка было большим испытанием. Северные ветры с Гренландии и Фарерских островов разгоняли морскую волну, а как в дальнейшем оказалось, и в майские месяцы здесь бывают хорошие штормы. Через двое суток мы подошли на траверз порта Тронхейма, и капитан запросил по радио у портовых властей Норвегии разрешения на заход в порт для медицинской помощи и отдыха экиапажа. Разрешение было получено, и все воспрянули духом. Вход в порт находится между двумя скалами, и в такой шторм лоцман отказался выходить нас встречать на входе, где была крупная волна, а предложил входить капитану самостоятельно, а он уже встретит нас в закрытой части от штормовых волн. Ошибка капитана при входе в порт в такую погоду могла стоить нам крупной аварии и гибели судна, наверное, и всего экипажа. Капитан Аристов Александр Сергеевич вызвал на мостик старпома и боцмана:

-------Ну, что, товарищи моряки ? Лоцман отказывается выходить нас встречать в открытую часть моря. Лоцманский катер маленький, и он правильно боится, его может перевернуть волна. Входить нам все равно нужно, топлива для нашего двигателя мало, а с парусами нам `труба', погода ухудшается, стрелка барометра падает и радио прогноз не утешительный. В порт входить надо.!!

-------Что думаешь старпом ? Думаю Александр Сергеевич, что входить в порт нужно.

--------Раз, я, тоже такого же мнения вместе со старпомом. Сделаем так и Вам нужно объяснить все курсантам, чтобы все знали что делать. Ошибки не может быть !!

Нужно, пока не убирая парусов, лечь курсом судна на вход в порт и разогнаться вместе с двигателем. Не доходя входа между скал, убрать быстро паруса, поставив у каждой мачты готовые команды курсантов под Вашим руководством, второго и третьего помощников.

По моей команде -`Паруса долой'--мы убираем паруса и судно, имея хороший ход под одним нашим слабым двигателем вскакивает в проливчик между скал, боцман будет на руле и по моей команде--'Лево на борт' мы повернем влево и вскочим под прикрытие

cкал внутри фьорда. Якорь отдавать здесь бессмысленно глубины на входе 300 метров, самое главное проскочить буруны на входе. Раз решено, объясните все курсантам и расставьте людей. Как, все будет готово доложите мне на мостик . Боцман заступайте на руль. Я помню, мы с Вами входили как-то в Хельсинки в подобной ситуации, а чем эта хуже.

Через пятнадцать минут весь экипаж стоял на местах. Все были в напряжении и готовы выполнить приказание капитана. Ничто так не сплачивает коллектив моряков, как опасность в море и твердая капитанская `рука', которая принимает правильное и единственное решение.

------Всем стоять по местам.! Начинаем заход в порт!. Проверить, чтобы концы не заело в блоках!. Еще раз осмотреться с парусами!. Полный вперед!.

Наш `Кодор' как-то присел на попутной волне, под носом вырос бурун. Скорость выросла, и судно `полетело' по волнам. Не дойдя двести метров до входа, последовала команда капитана - `Паруса долой'. В несколько секунд паруса были убраны, и судно неслось под одним двигателем. Нос судна вошел в пролив, по бортам стояли буруны от волн, разбивающихся о скалы. По бортам стояли курсанты и смотрели на это буйство стихии. Как мало было их маленькое судно по сравнению с этими скалами, которые были выше судовых мачт. Каков должен быть расчет опытного капитана, чтобы не разбить свое судно с экипажем о скалы. По команде капитана - `Лево на борт'-cудно повернуло влево на девяносто градусов и вошло под защиту скал. Ветер затих, волна уменьшилась, и лоцманский катер `подбежал' к правому борту. Лоцман в штормовой одежде поднялся на борт и прежде всего поздравил капитана за прекрасное управление своим судном.

------Господин капитан, я поздравляю Вас с точным морским расчетом при управлении своим судном. Только давно в период моей молодости, мой отец входил почти на такой же шхуне в такую погоду в этот пролив , а я был у него рулевым. В порту все готово снять больного с судна в госпиталь. Даем малый ход и двинемся к причалу.

Постановка судна к причалу не заняла много времени, больной курсант Селезнев с `острым' животом был взят скорой помощью в госпиталь. Портовые власти осмотрели судно, нашли других членов экипажа вполне здоровыми, выпили в каюте капитана по рюмке русской водки и чашечке кофе и разрешили экипажу посетить небольшой городок Тронхейм.

Прежде всего нужно было привести судно в порядок после шторма, постираться, помыться всем в судовой бане, заказать свежих продуктов для питания экипажа. На следующий день агент, обслуживающий судно, принес свежие норвежские газеты, в которых был снимок учебного судна `Кодор' во время входа в пролив в пене и брызгах волн, снятый лоцманом, встречавшим судно. Там же было краткое описание парусного,

0x01 graphic

Норвежские фьорды представляют из себя высокие скалы, между которыми большой ,океанский, пассажирский пароход смотрится, как маленький катер. Поражают силы природы, которые создали все это в ледниковый период сотни миллионов лет тому назад.

Летом водопады пресной воды падают c вершин гор от тающих ледников во фьорды. Горы достигают высоты до 2850 метров. Водопады очень живописны и носят красивые названия, так в Андальснес фьорде есть `Семь сестер'. Другой красивейший фьорд Гейрангер, в котором есть `Плачущая Невеста'. Вода в фьордах прозрачна на большую глубину и можно наблюдать в ней рыбу. Фьорды делятся почти по середине полуострова на северные и южные.

Плавание в них разрешается только под руководством норвежского лоцмана. Когда очень штормит в зимнее время года , в них прячутся суда, продолжая в них путь вдоль Скандинавского полуострова на север или на юг. Иностранные туристы очень любят туристические рейсы по норвежским фьордам летом на океанских, пассажирских судах..

0x01 graphic

Норвежский порт Тронхейм. , учебного судна и цель посещения города и отмечена смелость и опытность русского капитана господина Аристова, а норвежцы прирожденные моряки умеют ценить исскуство капитанов . В небольшом городке не столь и много развлечений для молодежи, и молодежь потянулась на причал для посещения и знакомства с столь редкими гостями. Всем показали парусное судно, суровые, спартанские условия корабельной жизни моряков, подарили открытки с видами города Ленинграда, взятые в достаточном количестве первым помощником капитана из училища специально для этого рейса. Молодежь быстро находит общий язык с помощью английского языка, который является для моряков международным. Норвегия морская, капиталистическая, индустриальная, страна с развитой металлургической и машиностроительной и судостроительной промышленностью, посевных земель для злаковых культур не очень много. Основным продуктом торговли и питания населения являются издавна морские продукты, которые добываются из моря. Норвегия королевская монархия с парламентом, который выбирается народом. Кроме того, Норвегия занимает четвертое место в мире по количеству и тоннажу торгового флота, особенно танкеров. Сейчас еще нашли нефть и газ на морском шельфе, которые они продают европейским странам. Население Норвегии около пяти миллионов человек.

Молодежь предложила сыграть в футбол, баскетбол , волейбол с местным колледжем, на что курсанты с удовольствием согласились. Прогулка по городу , снимки на память, покупка открыток, посещение колледжа Тронхейма вместе с молодежью городка окончательно сдружила русских кадетов- моряков и норвежскую молодежь. На следующий день, утром, была сделана удачная операция аппендицита курсанту Селезневу, его посетили друзья и судовой врач, он просился на судно и говорил, что в госпитале скучно. По рекомендации врачей его решили оставить до заживания швов на животе в госпитале. Судно через десять дней зайдет еще в порт Тромсе на севере Норвегии, туда и доставят Селезнева. Он немного расстроился, но понял, что это необходимо. Ему оставили несколько книг для чтения из судовой библиотеки и сообщили, что сегодня в 19.00 судно выйдет в рейс. Прощание было не долгим, так как всех ждали соревнования.

Спортивный комплекс колледжа был в прекрасном состоянии. Занятия в колледже закончились неделю назад, и все студенты вместе с родственниками пришли `поболеть' за своих детей и друзей. Два репортера местной газеты, Мэр города были почетными гостями и сидели на самых лучших местах. За курсантов пришли `болеть' все офицеры с капитаном и свободные от вахты курсанты и члены экипажа. В начале обменялись вымпелами и сувенирами капитаны команд. Футбол привлекал больше всех болельщиков с обеих сторон. Игра началась с атак норвежцев, которые особенно хорошо играли по левому краю, что не замедлило дать результат 1: 0 в их пользу после первого тайма.

Во втором тайме наш тренер старпом поменял защиту и усилил нападение на нового игрока. Второй тайм проходил под крики болельщиков и обоих тренеров на разных языках. Наконец, нападение курсантов сравняло счет и на последней минуте встрече Яковлев - новый нападающий головой забил второй гол.2 : 1 победили курсанты. В баскетболе победили норвежцы, а в волейболе опять курсанты. Игрокам достались аплодисменты болельщиков, памятные значки колледжа Тронхейма, но победила дружба. Так решили Мэр города мистер Нильсон и капитан Аристов на общем снимке для норвежских газет. Здесь капитан поблагодарил от имени экипажа за гостеприимство и медицинскую помощь больному курсанту жителей города и Мэра и простился так, как сразу же после матчей намечается отход в рейс. Все болельщики пошли провожать моряков в порт. Курсанты поднялись на борт судна, документы на отход уже были приготовлены агентом, лоцман был на борту. Раздалась команда капитана :

-------Команде на отшвартовку стоять по местам!. Отходим в рейс!

Рабочие порта отдали швартовые концы, винт судна заработал на передний ход, и судно стало медленно отходить от причала. Раздались аплодисменты провожающих норвежцев и крики девушек колледжа на английском языке : " COME BACK , BOYS ", /приходите еще мальчики/. Судно дало три прощальных длинных гудка и двинулось к проливу, в который так тяжело входило, но теперь погода была прекрасная майский, теплый вечер, солнце светило во всю мощь своей энергии и кажется, не собиралось заходить за горизонт, что бывает на Севере. Прошли выход из фьорда, лоцман простился с капитаном и спрыгнул на свой лоцманский катер и, `Кодор' вышел в Норвежское море.

Погода радовала курсантов, легкая зыбь мерно покачивала судно, легкий бриз позволил поднять паруса, которые помогали двигателю двигаться вперед. Все вспоминали прошлую стоянку и гостеприимство жителей небольшого городка. Морские вахты даже стало нести легче после прекрасного питания из свежих продуктов, которые получили в Тронхейме.

0x01 graphic

Вахта впередсмотрящим на баке, означает наблюдение за морем и встречными судами. Да, в длительном рейсе настроение моряков много зависит от вкусного и горячего супчика из свежего мяса, котлетки со свежей картошкой и лучком, компотика из сухофруктов. Свободного времени на судне не так и много, нужно писать отчет о практике, немного почитать любимую книгу, нести вахту в учебной штурманской рубке и заполнять судовой журнал, в который по старым штурманским правилам - `пишем все, что наблюдаем на море, а что не наблюдаем -- то не пишем. Погода в Северной Атлантике меняется очень быстро. Она нас побаловала два дня, а на третий день плавания на подходе к Тромсе начала портиться. Небо занесло тяжелыми облаками, циклон, который сорвался с Гренландии и вместо того, чтобы идти на юг к Азорским островам , прошел остров Ян-Майнен и стал нас прижимать к скалам Норвегии, а это для нас было очень опасно. Барометр cтал падать, ветер уже свистел на 10 баллов, что для нашего судна было уже пределом. Мы уменьшили площадь парусов, взяв их на штормовые рифы, но скорость судна и так совсем уменьшилась, и нас стало трепать, как щепку. В койке невозможно было спать, никак было нельзя расклиниться, тебя все время катало с одного бока на другой. Все легли, не раздеваясь, в кубрике на палубу и как-то держались на одном месте. Волны заливали всю палубу и на мостике, казалось, что судно из под волны не вынырнет. Вахта, пришедшая в кубрик на смену, доложила, что крен по кренометру на мостике показал предельный -- 40 градусов. Готовить пищу на камбузе было невозможно, и кок раздавал бутерброды с сыром и колбасой, которые запивали простой водой. Затем не выдержал парус первой мачты - фок-мачты и треснул на куски, а в дальнейшем ветер дорвал его остатки. На палубу выходить запрещалось, чтобы не быть смытыми за борт, что означало верную смерть. Спасти этого человека будет невозможно. Каждый, конечно, боялся, но каждый не показывал виду, и это помогало всем. Если бы только, кто-то запаниковал, паника мгновенно передалась бы всем. Неба не было видно, на палубе хозяйничали волны. Это был водяной ад. В кубрик пробрались первый помощник Побелко и старпом Чабан :

-------Ну, что моряки приуныли! Держи хвост морковкой ! Сейчас циклон через нас проходит, потерпим, а потом ход будет и легче будет, валять меньше будет с борта на борт. Кок кофейку организует с бутербродами, а там в фьорды залезем и до Тромсе рукой подать. Наш Сазонов , наверное, уже нас дожидается. Рядом два лесовоза с досками на борту из Архангельска идут на Англию тоже сражаются со штормом. Наш начальник радиостанции с их начальником обменялся информацией. Тоже их `валяет' будь здоров, но деться некуда, только терпеть. Куда `гитаренку', то дели ? Якименко, сыграй-ка нашу курсантскую `Браздя форштевнем воду'. Якименко, который хорошо играл на ней и пел начал:---- Браздя Форштевнем воду, до порта путь далек. Но в грусть и в непогоду манит нас порта огонек. Вот ударил первый шквал. Я на руле, а брат у топки поднимает пар. Держись моряк, крепись моряк. От бед не унывай, и если нужно жизнь отдай, всегда друзей спасай. Погоду одолеем. В родной свой порт придем и выпьем за победу, да еще нальем. Вспомним наши рейсы за грогом огневым. Давай держаться вместе, как морской закон велит. Держись моряк, крепись моряк и помощь уж близка, Ты победил моряк, и слава ждет тебя. Сначала пели трое, а потом все дружно и еще разок спели на бис. Побелко Игорь Иванович даже прослезился:

--------Да, ребятки мои дорогие, как бывало на фронте, голодно, холодно, но есть только один выход выполнить приказ -- вперед взять высотку, занятую немцами. Вы сейчас тоже в своем роде в бою, но только со штормом. Мы его с Вами одолеем. Это точно. Вы же настоящие моряки.

Они ушли на мостик к капитану, где был центральный штаб по борьбе со штормом. Двигатель судна пока работал и не давал судну становиться лагом к волне, то есть вдоль волны, когда бортовая качка максимальная. Так продолжалось часа три, ветер поменял направление, судно получило ход вперед и стало веселее в курсантском кубрике. Наступило утро, кок сумел приготовить кофе с бутербродами к завтраку, появилось солнышко. Значит, мы перетерпели циклон, который прошел через нас. Лесовозы тоже сообщили, что у них погода тоже улучшается, и барометр медленно, но уверенно пошел вверх. Все в кубрике вздохнули с облегчением, появились курсантские шутки по поводу того, что за ночь никто в туалет на палубу не выходил, под себя, как в детстве писали.

А к обеду осталась от шторма только зыбь, / пологие волны / , ветер сменился на южный, вытащили запасной парус для носовой мачты и поставили на место. Капитан и старший помощник начали смотреть, что натворил шторм на палубе. Ванты мачт, / тросы, чем крепятся мачты к бортам судна, и по которым матросы залезают на мачты/, вытянулись и нуждались в обтяжке. C обеих спасательных шлюпок были сорваны защитные брезенты, повреждена разъездная шлюпка, сорвало дверь камбуза, который заполнен водой, но имущество камбуза кок успел до шторма вынести вниз в свою каюту, этим спас работу камбуза и питание экипажа. Боцман с матросами и курсанты принялись ликвидировать и исправлять все повреждения под руководством старпома Чебана Александра Александровича. К ужину порадовал всех наш кок. Он все-таки сумел сварить супчик, нажарить котлет с картофельным пюре и кофе в качестве десерта.

Раз камбуз работает и радует экипаж вкусными запахами, а затем и едой, что означает судовая жизнь входит в норму. Из досок сделали новую дверь для камбуза и установили на место.

Боцманом, после приема пищи и работы камбуза, были оставлены на вечернюю работу один матрос и двое курсантов для покраски ее олифой, а затем и краской. Через четыре дня мы подходили уже к порту Тромсе, где экипаж ждал трехдневный отдых. Самое главное в морском плавании это ожидание прихода в порт назначения, затем из этого порта в следующий. Хуже всего переносятся рейсы на судах, которые не имеют порта назначения, а выполняют научно-исследовательские работы, после их выполнения и дается какой-то порт назначения с неопределенной датой захода. У нас был порт назначения, где планировалась баня для всего экипажа, пополнения свежими продуктами и знакомство с еще неизвестным нам городом.

На следующий день стали готовиться к приходу в порт. Убрали все в матроском и курсантском кубриках, вымыли переборки и палубу, заправили койки по училищным

требованиям. Cудно готовилось для предъявления чистоты и санитарии судна для норвежского санитарного инспектора, который по международным правилам первым, после морского лоцмана, должен подняться на судно и разрешить гражданам другого государства посетить его страну. Бывали случаи, когда иностранное судно не допускалось в порт , если на данном судне были случаи заболевания дизентирией, холерой или другими заразными болезнями. Оно ставилось на карантийную якорную стоянку подальше от города. Его могли посещать только врачи, и в случае нахождения больных моряков холерой или чумой, судну давалась вода и свежая провизия, и его изгоняли из порта. Чаще всего, это относилось к государствам Африки и Дальнего Востока, где эпидемии холеры, чумы возникали довольно таки часто. Капитан судна по радио запрашивает разрешение на вход в порт и сообщает о больных моряках на судне. Но все равно санитарный инспектор дает последним разрешение на вход судна в порт , и только после этого заходят таможенные и эмиграционные портовые власти. На пассажирских и учебных судах имеется по штату судовой врач, который встречает и сопровождает иностранного врача по судну. На нашем судне все было в порядке. К 17.00 мы подошли к месту, где нас уже ждал морской лоцман. Проводка судна лоцманом в хорошую погоду по фьордам с голубой, чистейшей, морской водой и прозрачным голубым воздухом производит неизгладимое впечатление чистоты и девственности природы еще не испорченной выбросами заводов, как великие реки: Эльба, Шельда, Темза, Маас в больших портах- столицах Европы. Лоцман из Тромсе поднялся на борт судна и сообщил: ---------Господин капитан, в норвежских газетах было несколько статей о посещении Вашего учебного судна города Тронхейма. Мэр города и общественность надеются на интересную встречу с советскими людьми. Это первый заход советского судна в наш город за много лет. Мы очень беспокоились за Вас, Вы попали в циклон, где сила ветра была 10 баллов. Этот шторм был необычен для этого времени года, но погода бывает непредсказуема. Мы очень рады, что для Вашего экипажа все трудности позади. Мэр с супругой будут Вас встречать вместе с чиновниками нашего города и репортерами местной газеты. Вашего выздоровевшего курсанта везут на машине из Тронхейма, они будут к подходу к причалу

Проводка судна лоцманом до причала заняла около часа. Капитан немедленно дал команду старпому приготовить в его каюте небольшой прием для встречи гостей c легкой закуской и спиртным. Старпом сразу бросился с коком выполнять приказ. К приходу к причалу все было готово. `Кодору' дали лучший причал, прямо в центре города. Портовые власти быстро оформили документы на приход и разрешили экипажу судна посещение города. На судно поднялся Мэр города Тромсе господин Харальд с супругой и чиновниками Мэрии и был встречен капитаном судна Александром Аристовым. Все курсанты были построены в две шеренги в полной форме и бодрым криком -`Гип Гип УРА ТРОМСЕ' приветствовали местное начальство, что тем очень понравилось. Гостям показали судно, капитанский мостик, учебную штурманскую рубку, курсантский кубрик, супруге Мэра по ее просьбе камбуз и кока Петровича. Капитан объяснил гостям, что тесный матросский кубрик, это дань традиции парусному флоту, который есть только на учебных парусных судах. Это подтвердил и Мэр. Как выяснилось, мистер Харальд отставной капитан королевского военно-морского флота Норвегии, а Капитан Аристов командовал торпедным катером во-время войны в должности старшего лейтенанта, и они быстро нашли общий язык. ------- Александр Сергеевич, все готово, можно приглашать гостей в салон. Наш кок Петрович не ударил лицом в `грязь'.

. Гостей проводили в салон капитана, где был накрыт стол для встречи. Легкая закуска из сыра, копченой рыбы, колбасы, русская водка и вино, черная икра и кофе с печеньем.

Гости не ожидали такого гостеприимства и были весьма удивлены таким приемом.

Капитан предложил поднять первый тост за дружбу всех народов, которые победили в недавней войне против фашизма. И особенно за норвежский и советский народы. Все с удовольствие выпили, и за второй тост, предложенный Мэром---за моряков всех стран. Затем гостям предложили кофе, все закурили, и Мэр предложил завтра капитану и его офицерам посетить мэрию в 14.00. На что, капитану нельзя было не согласиться. Гости поблагодарили за прием и покинули борт судна, которым на память подарили открытки с видами города Ленинграда . Среди гостей был и директор местного колледжа, который предложил организовать соревнования меду курсантами и учащимися, такие же как и в Тронхейме. Первому помощнику и старпому была дана команда организовать курсантов

для соревнований. К борту подошла машина, из которой появился улыбающийся курсант Сазонов, которого тут же окружили друзья и потащили на судно.

-------Ну, молодцы курсанты, благодарю кока и старпома за оперативность. Прием прошел на высоком уровне. Жаль, что у нас нет фотографий судна в море на ходу, что было бы к месту. Ну ладно, в следующем походе за границу, попросим училище это сделать. Но, у меня есть своя фотография судна в каюте, но нужно боцману заказать хорошую, лакированную рамку и с надписью подарим Мэру города.

------Александр Александрович, займись этой рамочкой c боцманом, но чтобы завтра была готова. Фотографию я сейчас подпишу и Вам вручу. Вы ее вставите в рамочку.

Назавтра всем офицерам судна в форме в 13.00 быть готовыми к приему в Мэрию. У Первого помощника еще остался сувенир-альбом `Государственный Эрмитаж'. Вот его и фотографию судна и подарим в музей Мэрии. Я знаю у них, как в наших парткомах при заводах, есть книга почетных гостей, которыми нас по праву признали, и музей. Пусть память о нашем судне останется в этом городе надолго.

К вечеру на судно неожиданно прибыл наш второй секретарь посольства СССР товарищ Крамоторин из столицы Норвегии, Осло, откуда он прилетел самолетом, и которого никто на судне не ждал. Капитан вышел встретить `высокого' гостя и предложил ему пройти в его салон .

-------- Здравствуйте Александр Сергеевич, разрешите представиться, второй советник посольства СССР в Осло, Крамоторин Николай Николаевич. Много, много о Вас наслышаны из норвежских газет после Вашего захода в Тронхейм. Наш Морской Торговый Флот в Москве мог бы сообщить о Вашем посещении Норвегии Министерству Иностранных дел, тоже в Москве, ведь работают со всем рядом. Мы бы из Осло приехали к Вам в Тронхейм, помогли бы с устройством больного курсанта и с решением любых Ваших вопросов.

----------Спасибо за помощь, но норвежцы оказали нам помощь в устройстве больного, в снабжении нас водой, продуктами.

----------Александр Сергеевич, мы получили нахлобучку из Москвы, которые читают там норвежские свежие газеты, за не знание обстановке в Норвегии от одного из замов Министра Иностранных Дел. Посол немедленно вызвал меня , и я прилетел сюда, чтобы узнать, как у Вас дела и помочь всем, что Вам будет нужно.

-----------Передайте нашему послу в Осло, что рейс проходит по плану. Нас с приходом в порт встретил Мэр города господин Харальд с супругой и общественность Тромсе. Завтра нас в 14.00 приглашают на прием в Мэрию, затем запланированы соревнования с учащимися колледжа и курсантами по трем видам спорта: футбол, волейбол и баскетбол.

Больной курсант Сазонов прибыл на борт судна после операции и выйдет в рейс. Топливо. Питьевая вода и свежие продукты доставят к отходу завтра.

----------Александр Сергеевич, Ваше учебное судно, курсанты и экипаж проделали столь большую работу по знакомству норвежцев с жизнью советских граждан, как ни одно мероприятие посольства, выполненное в Осло с помощью рекламы. Наш посол товарищ ,Исайченко Иван Николаевич, просил передать Вам и экипажу большое спасибо за проделанное знакомство с жителями Норвегии. Мы будем просить Министерство Торгового Флота в Москве запланировать на следующий год посещение Вашим судном других портов и столицы Осло. Наши люди очень редко выезжают за границу, и иностранцы знакомятся с жизнью и советскими людьми в основном по нашим газетам на английском языке. Я остановился в гостинице, разрешите мне завтра в 14.00 присутствовать на приеме в Мэрии вместе с Вашими офицерами. Я сделаю несколько снимков для посольства и наших газет в Союзе.

-----------Конечно, Николай Николаевич, а сейчас приглашаю Вас у меня в каюте отужинать и отведать украинского, наваристого борща под рюмку русской водки.

---------Александр Сергеевич, кто откажется от такого предложения. Я сам родом из- -под Киева и настоящий борщ не пробовал уже три года.

Ужин удался, и Второй советник посольства отбыл в гостиницу доложить, полученную информацию в Осло.

На следующий день в 14.00 все офицеры судна вместе с капитаном и вторым советником нашего посольства были в приемном салоне Мэрии города Тромсе, где были встречены мистером Харальдом и чиновниками.

После осмотра старинного здания Мэрии и записи в книге гостей, капитан подарил в музей фотографию учебного судна `Кодор' c надписью, в полном парусном вооружении, в прекрасной ,деревянной рамке и под стеклом, и большой сувенир- альбом с лучшими фотографиями картин Государственного Музея Эрмитажа . Все подарки были приняты Мэром с благодарностью, и в ответ капитану был подарен, выполненный в дереве резной символ города с названием и датой посещения судном города Тромсе.

Затем состоялся прием в зале для гостей, где прозвучали тосты за гостей- моряков ` Кодора', за дружбу норвежского и советского народов, за моряков всего мира, за капитана Аристова, Мэра мистера Харальда тоже бывшего капитана, и прием закончился.

Второй советник и первый помощник Побелко сделали по последнему прощальному фотоснимку всех участников приема, и все пошли смотреть спортивные соревнования.

Футбол самая азартная игра среди мужчин во всем мире, так как большинство в детстве играли во дворе своего дома со сверстниками и понимали в футболе все. Игра началось с гола забитого с пенальти в наши ворота за снос нападающего. Затем противники во втором тайме обменялись голами. И в конце последнего тайма на последних минутах наш вратарь выбил далеко мяч, его подхватил нас нападающий по правому краю, и выйдя один на один с вратарем, забил гол. Cчет стал 2:2. В Волейболе курсанты были сильнее, в их рядах было трое игроков разрядников из сборной училища, а в баскетболе проиграли 45: 65. Все были довольны, и выигравшие и проигравшие. Последние снимки на память, и все пошли провожать моряков и курсантов в рейс. На судне уже все было готово, старпом принял воду, продукты, получил от агента отходные документы, механик принял топливо. Экипаж поднялся на борт вместе с курсантами. Старпом доложил капитану, что судно к отходу в рейс готово, лоцман на борту и раздалась команда капитанам - " Экипажу на отшвартовку стоять по местам---, отходим в рейс.' Курсант Якименко вынес гитару и несколько курсантов запели курсантскую песню -`Браздя форштевнем воду' для девушек, стоящих на причале. Хотя они не понимали слов песни, но ясно что моряки пели про море, про любовь. Девушки, все провожающие , Мэр, чиновники, наш второй советник захлопали в ладоши и раздалось "COME BACK BOYS , TROMCE WELCOME YOU ",/ приходите снова мальчики, Тромсе приглашает Вас /. Провожающие отдали швартовы, на самом малом вперед судно медленно скользило вдоль причала. Затем дали три прощальных гудка, добавили ход до полного вперед, парусник вышел на середину фьорда, где лоцман спрыгнул на свой катер и. капитан повел свой парусный корабль на выход в Норвежское море, Северной Атлантики. Прощай гостеприимный Тромсе, нас ждет следующий порт назначения Архангельск. 7. Тромсе---Архангельск. Путь домой. Было уже середина июля солнышко на Севере в этих широтах не заходит за горизонт и заснуть в связи со сдвигом биологических часов человека очень трудно. Все писали отчеты за плавание и готовились домой в отпуск, который обычно был месяц и начинался с 01 августа. По нашим расчетам мы должны были прийти в Архангельск 25 июля, оттуда поездом в Ленинград, сдать и защитить отчеты за морскую практику и в отпуск на месяц.

Впечатлений от этого рейса было `хоть отбавляй,' всего насмотрелись, всего натерпелись и ,конечно, повзрослели. За вахту неоднократно встречали наши суда, идущие с досками из Архангельска в Англию и суда мурманского пароходства с апатитом в Германию. Вахта на мостике разговаривала с ними, желали друг другу счастливого плавания или удачи и расходились на встречных курсах. У нас была небольшая скорость и нас трижды обогнали советские суда, идущие без груза в Мурманск или в Архангельск. Это была большая дорога для океанских судов на выход в Атлантический океан. Мы пару раз останавливались в прекрасную погоду, море было, как `шелковое', ложились в дрейф, спускали наши шлюпки и тренировались ходить под парусом, подходить к борту судна, соревновались в гребле. Все это было предусмотрено программой учебы. Самое сложное было выполнить старое парусное упражнение. Получить благодарность капитана за маневр. Он состоял в следующем : с борта судна выставлялась бамбуковая удочка, на конце лески которой был привязан колокольчик. Нужно было пройти на шлюпке под парусом вдоль борта судна, так близко, чтобы парусом только задеть колокольчик гиком, / брусом, за что крепится нижняя часть паруса шлюпки /, который прозвенит. Это будет благодарность капитана рулевому в шлюпке. Навалить и сломать удочку была грубая ошибка. Пройти далеко от борта и не задеть леску с колокольчиком тоже считалось ошибкой. Эта тренировка еще до революции использовалась на учебных парусных шлюпках в морском корпусе в Санкт-Петербурге во времена царя- батюшки.

Она вырабатывала глазомер и опыт управления парусной шлюпкой. Неделя проскочила очень быстро. Мы прошли самую северную точку Скандинавского полуострова мыс Нордкап, который так и переводится с английского,Северный мыс, и на котором стоит морской маяк с рестораном, куда возят на экскурсию туристов. Это точка поворота в наше Баренцово море, и далее в Северные моря. Через несколько дней прошли мимо Кольского залива, ведущего в порт Мурманск и вошли в Белое море, где расположен порт и город Архангельск, в устье реки Северная Двина.

Город, где Петр Первый продолжил строительство русского парусного флота, где сейчас множество пиловочных заводов, около 40, поставляющих доски на экспорт за границу.

Лоцман встретил нас в устье реки и повел в морской порт. В порту стояло несколько судов-лесовозов под погрузкой досками, основным экспортом Архангельска. Архангельск еще называют деревянным городом, где основным строительным материалом домов являлся лес, поблизости нет ни каменных карьеров, ни цементного сырья. На главной улице города имени Павлина Виноградова , который устанавливал советскую власть в Архангельске, долго даже пешеходные тротуары были из деревянных досок. По главной улице ходили трамваи, там были центральные магазины, почта, исполком- советская власть и милиция. Заканчивался наш почти двух месячный рейс, и настроение у всех было приподнятое, стирались, гладились и готовились к отъезду поездом в Ленинград.

Портовые власти встретили нас приветливо, дали лучший причал. Было воскресенье, в конце июля, а это значит в парке `Динамо` , выходящим на главную улицу города, работает во всю танцплощадка и нас точно ожидают архангельские девушки, желающие познакомиться с бравыми, ленинградскими курсантами. Группой порядка тридцати человек мы пришли к 19.00 на танцплощадку. Оркестр в небольшом составе веселил молодежь. Народ начинал подходить и занимать свои любимые углы. Что интересно, на танцах не было ни одного курсанта с архангельского мореходного училища, а только мы одни. Через часок мы нашли партнерш по танцам и немного познакомились. Девчонки очень удивились, что мы из Ленинграда, а не из Архангельска. К девяти часам на площадке было не протолкнуться от большого количества юношей, которые прибывали как-то группами, и все друг друга знали. Девушка с которой я танцевал сказала:

-------Вам морячкам, `нужно сматывать удочки', видите сколько `соломбальцев' пришло.

--------А мы им не мешаем, за что нам сматывать удочки ? Кто такие соломбальцы?

--------В прошлое воскресенье моряки с архангельской мореходки-- курсанты здорово побили соломбальцев. Это парни из района Соломбалы. Как бы они Вас за архангельцев не приняли. Им теперь все равно с кем драться. Мы с подружкой уходим, вон девчонки начинают разбегаться. Уходите ребята пока драка не началась.

Я срочно подскочил в наш угол. Еще двое из нашей группы подошли с такой же информацией. Нужно было уходить, и мы бросились к выходу.

Видя, что мы уходим, нам дорогу преградили человек десять с какими-то криками и угрозами, но мы их смяли и бросились на главную улицу.

Мы бежали всей группой, а за нами толпа обиженных не нами хулиганов неслась с криками держи их. Никто из встречных прохожих не пытался остановить нашу группу, вооруженную морскими ремнями с морской бляхой на конце. У некоторых курсантов вес

металлической бляхи был увеличен за счет припаянного изнутри куска свинца. Удар такой бляхи противнику мог нанести серьезное ранение особенно по голове. Толпа не отставала, но и не догоняла. Впереди нас по главной улице имени Павлина Виноградова шел красненький трамвайчик, из которого за нашим бегом наблюдали любопытные пассажиры. Видимо, спорили, мы догоним трамвайчик или нас догонят хулиганы.

Вожатый нажимал на контроллер, стараясь убежать от толпы, но мы его догоняли.

Но, нас не даром заставляли делать ежедневную физзарядку, многие из нас занимались в спортивных секциях училища и , вообще, спорт приветствуется в морских учебных заведениях. Наши первые бегуны догнали трамвай и заставили водителя сбавить ход, чтобы все наши смогли влезть и затем резко увеличить ход. Толпа хулиганов, видя бесцельность бега за трамваем, остановилась и, угрожая своим оружием в виде палок,

повернула обратно. Только после этого прошел испуг, и удалось перевести дыхание. Никто из нас так быстро не бегал на стометровку, а мы бежали метров триста. Что интересно, что на всем пути по главной улице не встретилось ни одного милиционера.

Давно замечена медвежья болезнь у местной милиции, как подобрать пьяного, они тут как тут, а как такая большая драка их никого нет, они где-то на другой ответственной работе.

Мы доехали до порта и поспешили на судно. Всем ребятам рассказали о событиях на танцплощадке и рекомендовали в город пока не ходить. У капитана уже был в гостях заместитель начальника училища, который уже получил в банке для нас деньги на железнодорожные билеты и стипендии для курсантов за два месяца плавания. Он же заказал для нас билеты до Ленинграда на поезд на завтра, 12.00. Мы оформили все документы по учебному судна `Кодор', простились с экипажем. Капитан Аристов Александр Сергеевич поблагодарил всех курсантов в строю за морскую выдержку во время шторма, за службу на судне и сказал, что с каждым из нас вышел бы в самый ответственный и опасный рейс. На следующий день, после завтрака, мы сели в автобус, экипаж вышел нас провожать, и поезд Архангельск - Ленинград благополучно через два дня довез нас до родного города. Прошла наша морская практика, видимо, не всем понравилось наше нелегкое плавание, потому что на следующий год пятнадцать курсантов из нашего судоводительского факультета расстались с морской специальностью и уволились из училища. Путь на капитанский мостик показался им опасным и очень долгим. Остальные курсанты остались верны выбранной специальности и, закончив училище, работают на судах торгового флота под разными флагами мира. После развала и продажи торгового флота СССР иностранным судовладельцам , все моряки вынуждены искать работу , чтобы заработать себе на жизнь в разных странах под разными флагами. Я работаю капитаном на греческом теплоходе. Мой друг детства Валерка Кашин стал старшим механиком и работает на большом, океанском контейнеровозе под флагом Мальты и каждый рейс его судна -- это виток вокруг земного шарика за 90 суток. Мы с ним давно переехали из нашего старого дома на Крестовском острове в новые разные районы Санкт-Петербурга и встречаемся очень редко. Автор: Герасимов Валентин Изосимович капитан дальнего плавания

Окончил Ленинградское Высшее Мореходное училище. C 1959 по1972 гг.

работал в Балтийском Морском пароходстве штурманом, 1972 года по 1996

капитаном. C 1996 по 2001 работал капитаном на судах под разными

флагами. Е-mail valger38@mail.ru 23

____________________________________________________________

© Герасимов Валентин Изосимович. Путь На Капитанский Мостик

Origin: http://samlib.ru/g/gerasimow_w_i/putxnakapitanskijmostik.shtml

Создан: 09/01/2008, изменен: 17/02/2009, 81k

Повесть: Проза