# Ты слышишь, Русь?

Николай Алексеевич Горденков

Посвящается нашей любимой и неповторимой святой Родине, Руси - нашей матушки России.

Ты слышишь, Русь? В твоих лесах гудит

Не ветер — голос предков из былин.

Там каждый ствол, как свечка, ровно спит,

Храня тепло отеческих седин.

Я выйду в поле — кровью и стеклом

Звенит ковыль под копьями веков,

Где пахнет хлебом, порохом и льном,

И мёдом диких северных лугов.


Здесь Русь не слово — это позвонок

В хребте земли, где Волга-мать течёт.

Там, где закат багрян и одинок,

Славянский дух из озера встаёт.

Смотри: леса черны, как монастырь,

Снега белы, как саван, но живут.

Здесь каждый куст — воинственный псалтырь,

Здесь даже камни тихо гимн поют.


О, музыка славянская, где плач

Сплетён с мажором пляски удало́й,

Где за туманом — колокольный плащ,

А за снегами — посвист верховой.

Ты не страна, ты — огненная мысль,

Что дремлет в соснах, в гуле тетивы,

Где, словно нефть, густа и золотиста,

Струится свет из вечной синевы.


Твои дожди целуют купола,

Как раны мира, что не заживут.

Здесь даже ночь, бездонна и бела,

Ведёт с зарёй неспешный, вечный суд.

И я стою, припав к твоей груди,

Вдыхая запах хвои и полы́нь.

И пусть гремят неведомо дожди,

Я верую в твою святую стынь.


Но Русь растёт не вширь, а в глубину,

В ту чернозёмную, густую дрожь,

Где пахарь, поклоняясь ремеслу,

Врезает в землю дождь, судьбу и рожь.

И скифский конь, прищурив дикий глаз,

Ещё храпит у дремлющих границ,

Пока над нами, в самый тихий час,

Проносится станица вольных птиц.


Ты прячешь лик за частокол ресниц,

Скрываешь стать в рогожные платки,

Но узнаю по взмаху лёгких спиц

Твой царственный узор поверх тоски.

Здесь каждый вздох — крещенская вода,

Смывающая чёрствость и хулу,

Здесь бабы в поле, словно города,

Вздымают к небу алую золу.


Глянь, Русь моя: по горло в ковыле,

По грудь в снегу, по пояс в бытии,

Ты — рана на взволнованном челе,

След от копья на мировом копье.

Но в этой боли кроется зерно,

Невыносимой нежности янтарь.

Ты — горькое, густое, как вино,

Причастие. Твой воздух — мой алтарь.


Так плюнь в ладонь и посох свой возьми,

Иди сквозь ветер, пыль и пустыри.

Россия, Русь — мы были не людьми,

Мы были сгустком утренней зари.

Веди ж меня, бездонная тропа,

Сквозь гул былин, сквозь посвист ковыля,

Туда, где спит небесная крупа

И плачет, просыпаясь, мать-земля.