# Новая профессия Ивана Васильевича

Юрий Анатольевич Губкин

1

Лето. Небольшой район города, где происходят события, еще спит. Лишь изредка зажигаются огни в окнах, да не умолкает ни на минуту болтовня ночных цикад. В одном окне свет горел со вчерашнего дня. Если внимательно присмотреться, то этот человек нам всем хорошо знаком. Внешность у него не запоминающаяся: он в очках, рост выше среднего, худощавый, седина еще не тронула его голову, сутулый, нос обыкновенный, бицепсы не видны, даже пригорка на них нет. Да, не забыть бы, упомянуть его белый халат, с которым он не расстается, даже когда работает в нерабочее время. Пачка сигарет в одном кармане и записная книжка с карандашом в другом. Ну и как его зовут, спросите вы? Конечно, я отвечу. Его зовут Александром. Александром Ивановичем. Это на работе его так теперь называют. А для нас он просто Шурик. Как вам это?

Он и сегодня в этот вечер занят своим любимым делом. Работой на своей машине, которую он изобрел сам, и которая принесла ему интереснейшую историю, кстати, эта история имеет свое продолжение, а какую - мы вам сейчас расскажем.

Шурик посмотрел на часы.

- Еще немного поработаю и пойду спать, - сказал он вполголоса и увидев еле ползущую по стеклу муху добавил:

- И тебе, Зинаида, пора.

Зинаида - это муха, которая не так давно поселилась у Шурика. Сначала она жила на кухне, но после того, как жена Шурика чуть было не прихлопнула ее, ей пришлось перебраться в его прокуренную мастерскую. Выбора почти не было. Либо сытая жизнь, но закончить под тапком на стене или на холодильнике, либо жить среди пыли, электрических разрядов, табачного дыма, но вечно голодной. Зинаида выбрала жизнь.

Бой настенных часов известил Шурика о начале нового рабочего дня. Но одна деталь в работе машины так заинтересовала Шурика - человека, влюблённого в своё дело, - что упускать такой шанс было нельзя. Большая колба времени неожиданно закипела, и пары, по вспомогательным трубкам быстро прошли к малым колбам и фильтру. Короткий звуковой сигнал сообщил о готовности системы. Стрелка маленького компаса на панели дёрнулась, описала полный круг и замерла на юго-западе. Шурик удивлённо поднял брови.

-Так, так, так, - проговорил он и достал из кармана пачку с сигаретами.

- Опять он за свои сигареты, - проворчала Зинаида и быстро перелетела с лампы на раму окна, поскольку там из небольшой щели просачивался свежий утренний уличный воздух.

- Странно? Как это могло произойти? - все еще недоумевал Шурик, - Опять ошибка в расчете? Возможно, - ответил он сам себе.

Неожиданно из трубки сброса давления засочился пар, стрелка ориентира развернулась на девяносто градусов и встала напротив стены, где висела картина работы местного художника, которую продали супруге Шурика, выдав ее за якобы подлинник современного французского авангардиста. В нижней части машины появилось белое газообразное вещество в виде плотного тумана. Он довольно быстро поглотил стену, и картину похожую больше на разукрашенный забор, нежели на писк последней моды. Поглощение заняло не более двух минут, а еще через минуту появились предметы, явно не принадлежавшие чете Шурика. Было ясно одно - машина попала в комнату, где на потолке, на длинном электрическом проводе болталась, и тускло горела засиженная мухами лампочка. Еще секунда и появились железная кровать, деревянный стол, стул и незнакомый силуэт человека.

Он, человек, сидел спиной к Шурику. Послышался звон посуды. Шурик снял очки, протер их краем своего рабочего халата, одел и прищурился, стараясь разглядеть сидящего за столом. Человек, покончив с едой, залпом выпил стакан с темной жидкостью и вытер рот рукавом. Отрыжка дала понять, что трапеза окончена и можно заняться другими делами. Человек вынул сигарету из пачки, зажег спичку, поднес ее и остановился. Секунда ожидания, и вот он резко повернул голову в сторону Шурика. Короткая стрижка, небритое недели две лицо, загорелая шея и усталые глаза говорили, что человек живет не в санатории или курорте на берегу Черного моря.

- Знакомое лицо, - подумал Шурик и еще раз внимательно посмотрел на человека, приподняв очки выше носа в надежде получить дополнительную диоптрию зрения.

- Да, я знаю его, вдруг промелькнуло в голове. Знаю! - чуть было не крикнул он. - Но где, где я мог видеть его?

- Так, так, так, - быстро пробормотал Шурик. И вот мысль, вихрем влетела в его мозг и он воскликнул:

- Милославский, это ты? - крикнул Шурик.

- Да, я. Чем могу быть вам полезен? - инстинктивно ответил человек.

- Вот это встреча, не узнаете, сударь? - уже смеясь, спросил изобретатель, подходя ближе.

- Позвольте, вы... . Спаситель вы на наш! - чуть было не закричал Милославский, но тут же прикрыл рот рукой от неожиданной радости, которая не слишком баловала Жоржа в последние годы. Ноги сами пустились в пляс, руки то опускались, то поднимались вверх, пытаясь достать до потолка. Шурик и сам был готов присоединиться, чтобы разделить радость с этим человеком, но в тот момент, они услышали звон ключей в замочной скважине. Они переглянулись.

- Жорж..., вы? - начал Шурик.

- Профессор, нас ждут великие дела, а если я здесь останусь, ни дел, ни будущего мене лично, ничего не светит. Пропаду. Всевышний дает мне шанс, и упускать его я не намерен. Вот только возьму пару вещей и в путь.

- Поторопитесь Жорж, время истекает, - Шурик поглядывал то на дверь, то на туман.

Дверь, громко скрипнула. На пороге появился человек огромного роста в армейской форме и посаженной низко до самых бровей фуражке.

- Заключенный Милославский, куда это вы собрались! - взревел надзиратель, а увидев Шурика, спросил:

-А это что еще за фрукт очкастый и что здесь, собственно говоря, происходит. Побег? Я с тебя шкуру сниму! - заорал он осипшим голосом.

- Это с тебя за меня шкуру снимут, дядя. А это, - он указал пальцем на Шурика, - это....

Туман усилился.

- Скорей, сейчас стена закроется! - прервал Шурик.

- Этот дядя, сам архангел Гавриил! - ответил Жорж и шагнул одной ногой в самую гущу вещества.

- Какой архангел Гавриил? Ты что мелешь? Он не носит очков. А ну стой! - не унимался надзиратель.

- Носит, дядя, носит, потому как умный он и положение занимает не последнее после Всевышнего, а стоять перед таким как ты..., короче, тьфу на тебя. Прощай! Архангел Гавриил я иду с тобой!

Надзиратель открыл рот, чтобы остановить арестанта, но туман внезапно исчез, и поглотил Милославского вместе с архангелом Гавриилом в белом халате и очках.

2

Вернувшись в свою комнату, Шурик облегченно вздохнул, достал сигареты - одну Жоржу, другую себе.

Жорж неспешно прикурил и сел в кресло рядом с машиной изобретателя. Шурик внимательно посмотрел на Жоржа.

- Плохо выгляжу? Ну, шашлык и кофе в моем меню отсутствовали.

Жорж осмотрел комнату, и коснулся рукой панели управления машины.

- Давненько я не заглядывал сюда на огонек. Давненько. А как у тебя дела с изобретением, профессор?

- Да, так. Балуемся. - Шурик стряхнул пепел с халата.

- Так может, и на этот раз побалуемся? А пароль все тот же? Нет ли у вас в продаже славянского шкафа? - спросил Милославский с ухмылкой.

- Нет, дело очень серьезное, по крайней мере, для меня и моего изобретения, - тут Шурик нахмурился, вспоминая недавнее событие:

- Не так давно ко мне наведалась комиссия. Один из ее членов, руководитель академик - востоковед с заячьей фамилией - самый прескверный и дотошный, я бы сказал тип, сидел вот тут на стуле рядом со мной и тыкал пальцами на мою машину. Потом он заявил, что если сейчас она не заработает, то он вызовет врачей и милицию и весь мой проект будет закрыт еще на начальном этапе. Остальные ушли, не поверили, а этот остался. Сидел, курил мои сигареты и ждал. Дальше, он мне заявил:

- Возможно, вы пытаетесь что-то сделать, но милейший согласитесь, все это игрушка и плод вашей фантазии. А может быть вам нужна помощь? У меня есть знакомый, главврач.

- Не надо, - ответил я тогда в ответ, не зная, что машина, каким-то чудом, уже работала. Внезапно окно широко раскрылось, и я увидел настоящую пустыню за окном, а не двор с детскими качелями. От радости результата работы моего изобретения, я перемахнул через балкон. Ты представляешь? Я стоял за окном своей квартиры на песке в одних домашних тапочках, а этот академишка даже не встал со стула, а все озирался по сторонам, с сигаретой в зубах повторяя как мантру слова:

- Не может быть. Я сплю. Ой, ой! Я сплю, разбудите меня.

Его разбудил оглушительный звук сигнала, проезжающей мимо нас фуры. Я помню, как огромная физиономия усатого шофера выглянуло из кабины, и работая челюстями прогремела:

- Вы кто такие!? - рявкнул он.

- Туристы мы, заблудились тут в лесу, - ответил моментально академик.

- Садитесь, довезу.

- А куда едите?

- Эр-Рияд.

С тех пор я его не видел. Хотя точно знаю, что он возвратился на родину через наше посольство.

А спустя четверть часа ко мне постучал, кто бы вы подумали? Кто? Иван Васильевич Грозный. Ой, нет, Иван Васильевич Бунша. Наш управдом со свое супругой. Кстати, ее выписали через месяц после тех исторических событий. Скажу больше. Как-то в лифте она все же призналась мне по секрету, что иметь два мужа не так уж и плохо и попросила отправить ее в эпоху матриархата, ну хоть на пару недель.

- И что же вы посоветовали даме? - улыбнулся Жорж.

- Не отказал.

- Логично, - ответил Милославский и добавил, - я думаю, теперь мы оба приложим усилия для решения вопроса по вашему изобретению. Вот тогда все поверят, ведь Фома тоже не сразу поверил в чудо. Ох уж эти ученые!

3

В дверь постучали. Шурик и Жорж переглянулись.

- Хвост? - заволновался Жорж.

- Какой хвост, опять пробки!

Жорж посмотрел в глазок. Иван Васильевич стоял перед дверью и поправив шляпу повторно постучал.

- Я схожу на кухню, а вы с этим типом, товарищ ученый, сами поговорите.

Шурик только открыл дверь, как управдом, размахивая над головой бумагой с десятью печатями, набросился на него без 'Доброго утра' или короткого 'Здрасти'!

- Вы что себе позволяете? Сколько можно говорить? - закричал Иван Васильевич.

- И писать, - добавил Шурик.

- Да, и писать в разные инстанции.

- Шурик, вы что не понимаете? Говоришь, говоришь, а вам все по этому, как его..., контрабасу!

- Вы хотели сказать по барабану.

- Не перебивайте, пожалуйста. Итак, наш дом скатился с показателей, меня в Управлении склоняют по падежам. А вам хоть бы хны. А это что?

Управдом указал пальцем на машину времени.

- Вы смеетесь, Иван Васильевич. Это мое изобретение.

- Я знаю, что это ваше изобретение, а под ней, что такое лежит?

- Не понимаю вас, о чем вы, Иван Васильевич? - Шурик посмотрел на свое детище.

Управдом подошел ближе к изобретению, присел, и указал пальцем на пол под шторой. Весь пол у стены был засыпан песком.

- Я же забыл убрать песок! - сам себе признался Шурик, но было уже поздно.

- Вы, вор, - еще сильнее накинулся управдом, - вы воруете имущество, вы таскаете песок для своих дурацких экспериментов с детской площадки. Вам не стыдно, товарищ ученый. Вот я сейчас на вас составлю бумагу, и отнесу ее куда следует. А там разберутся, что почем.

- Иван Васильевич, давайте я вам все объясню - попытался оправдаться Шурик. Это необычный песок, это песок... . Но Шурик не успел закончить.

- Не надо ничего объяснять, товарищ Нобелевский лауреат.

В дверях кухни появился Жорж:

- Ах, ты морда. Да ты...сам знаешь, кто ты такой? Не узнаешь...? Ааа! Узнал?

При виде Милославского, про существование которого, он почти уже забыл, рот управдома широко открылся, зрачки расширились от неожиданности и испуга, колени согнулись, и если бы он не уцепился за косяк дверного проема, можно считать, что индийская поза 'Вяленая вобла' удалась у него с первого раза.

Жорж подошел к управдому, пальцем приподнял его подбородок и нанес резкий удар снизу в живот. Управдом тут же присел и на время затих.

- Ох, и рожу отъел ваше царское величество. Вы только посмотрите на него. Шляпа маловата стала, зато брюхо выросло. От чего брюхо выросло?

- Как этот тип оказался здесь? - тихо простонал Иван Васильевич.

- Архангел Гавриил помог, - ответил Жорж и подмигнул Шурику.

- Какой еще Гаврилов, у нас такой работник не числится, - не унимался управдом.

- Закрой пасть, шляпа! - закричал Жорж.

- Все, тихо - Шурик подбежал к машине, - У нас сообщение.

- Какое сообщение, я вызову соответствующие органы, - оживился Иван Васильевич.

- Еще слово и твои органы сами вызовут скорую помощь, - Жорж поднес увесистый кулак к лицу управдома.

4

Машина издала звуковой сигнал. Колба основного блока закипела, а стрелка индикатора повернулась на максимум. Яркий короткий разряд выскочил зайцем из нижней части и вонзился, словно кинжал в стену. Она дрогнула. Следом появился уже знакомый газовый выброс в виде тумана. Он быстро подобрался к стене и пополз вверх, скрывая под своим покрывалом книжную полку с книгами и висевшей на ржавом гвозде фотографию известного иностранного актера на фоне сфинкса и пирамид.

Дойдя до потолка, туман остановился на доли секунды и тут же исчез вместе со стеной разделяющей квартиру Шурика и Шпака.

Перед нашими героями предстала квартира, а точнее советского типа зал с мебелью, импортным стереомагнитофоном и громоздким цветным телевизором, который охотно покупали наши граждане привыкшие стоять в длинных очередях часами. Не все. Существовали и иные очереди, которые были совершенно не для всех. По телефону, по записке от Иван Иваныча, от Людмилы Сергевны,.... Да мало ли от кого! У нас в то время вся страна была от Иван Иваныча, и от Людмилы Сергевны. Но мы отвлеклись.

На кресле спиной к героям сидел человек. В проеме двери стояла молодая женщина с подносом в руках и в длинном халате изумрудного цвета. На подносе дымились две чашки кофе, с маленькой хрустальной розеткой наполненной кусочками сахара, а на тарелочке лежали только что испеченные в духовке две булочки, покрытые хрустящей корочкой. Запах кофе и булочек был бы еще аппетитнее, если бы не дым сигареты на что, мужчина, сидящий спиной, сделал замечание своей спутнице и делал это он уже не первый раз.

- Инесса, дорогая, я же просил тебя не курить, когда я жду кофе и твои несравненные булочки. К тому же из-за своей близорукости ты неоднократно роняла пепел именно в мою чашку.

- Хм, - фыркнула Инесса, - почему именно в твою чашку?

- Ну и в свою тоже, - парировал мужчина.

- Леонсий, дорогой. Не будь слишком требовательным к моей слабости. Ты же знаешь, что если я надену очки, я буду похожа на ту секретаршу вашей стоматологии с первого этажа, в которую ты был влюблен и безрезультатно пытался покрутить с ней роман, но она оказалась тайной любовницей твоего начальника. Ха! У Дездемоны оказался ухажер.

- Ты же знаешь, это была скоротечное увлечение, - Леонсий перевернул страницу журнала.

- Ты потратил почти года на покупку подарков и особенно шоколада. И если бы она не потеряла несколько зубов из-за твоих ухаживаний, ты бы продолжил бегать за этой юбкой.

- А тут появилась ты с полным комплектом зубов, - монотонно ответил Леонсий, переворачивая еще одну страницу.

Диалог между двумя любящими друг друга людьми мог бы продлиться еще полчаса, а то и больше, если бы не метаморфозы со стеной.

- Ты меня совсем не любишь, - досадовала она в ожидании ласкового слова от Шпака, - совсем нисколечко. Ничего меня здесь не радует, даже стены стали чужими. Вон стена позади тебя вместе с картиной какой-то полуголой бабы и та кривая.

- Это не голая баба, сколько можно повторять. Это 'Итальянский полдень' Карла Брюллова.

- Она, тоже твоя бывшая пациентка? - не унималась Инесса, - у нее зубы похоже на протезы, как у нашего главного бухгалтера. Ну, я же говорю, что мне все здесь чуждо! Даже стена вместе с твоей барышней исчезла куда-то!

- Ты в своем уме? - настороженно спросил Шпак.

- Да ты сам посмотри, стены нет! - закричала Инесса и уронила поднос с давно остывшим кофе на пол.

Шпак боязливо повернул голову.

Три личности стояли там, где совсем недавно была стена. Дантист взглянул на одного из них и что-то знакомое мелькнуло в голове. Рука инстинктивно потянулась к телефону, а по спине пробежал холодок.

- Я тебе вызову. Врежу так, что мало не покажется. Уж поверь! - крикнул второй с короткой стрижкой и быстрым шагом, подойдя к стене, вырвал провод из сети.

- Милиция! - тихо, сдавленным голосом прошептал Шпак, - грабители в квартире, милиция!

- Послушайте товарищ Шпак, мы не грабители, неужели вы не узнаете. Это я, ваш сосед Шурик

- А..., это тот изобретатель, что был в сговоре с квартирным вором, который обчистил меня как липку. Посмотри на них, дорогая. Помнишь, я тебе рассказывал про горе изобретателя и его подельника. А тот в шляпе - управдом, а по его жене давно плачет дурдом. У нее, видите ли, два мужа. Один - этот в шляпе, а другой...сам Иоанн Грозный.

- Что вы себе позволяете! - не выдержал Иван Васильевич. - Я не потерплю разговаривать таким тоном о моей жене.

- А как я должен разговаривать с теми, кто обчистил мою квартиру. Все вынесли. Кинокамеры, куртки, магнитофоны и даже импортную туалетную бумагу с розочками, - перечислял по пальцам Шпак.

- Ну ладно, хватит болтать! - резко и грубо крикнул тот, что с короткой стрижкой.

Тем временем, в комнате, где находилась машина, послышался шум. Шурик покинул сцену разговора. Бросив быстрый взгляд, он заметил, что одна из колб, которая ранее, по его расчету, была бесцветной, вдруг стала коричневой.

- Необходимо поменять реактив, - Шурик осторожно снял колбу.

Неожиданно в комнате у Шпака послышалась возня и крики женщины. Сцепились Шпак и Жорж. Шпак хоть и был физически слабее Жоржа, но присутствие Инессы придало ему смелость и силу.

- Отдай трубку! - кричал Жорж.

- Не отдам, это ты отдай, негодяй! - кричал Шпак.

Оба сошлись в схватку за телефон; они сопели, кряхтели, лица покраснели, глаза расширились в размере, вены на шеи вздулись у одного и у второго.

- Негодяй! - Шпак Жоржу.

- Клоп вонючий! - отвечал Жорж. И когда все же Жорж уже был близок чтобы овладеть телефонным аппаратом, вмешался Шурик, держа колбу с коричневым веществом.

- Остановитесь, мы сейчас все уладим! - обратился он к двоим.

А дальше все произошло, то, что никто из присутствующих не ждал. Шпак и Жорж, словно танцующая пара борцов сумо, сделали резкий поворот вокруг оси. Телефонный провод натянулся и зацепил ногу Шурика. Шурик не удержался и размахивая руками, упал на персидский ковер. Колба, вылетела из рук, ударилась об стену, и разлетелась на мелкие части.

- Ложись, сейчас рванет! - крикнул громко Шурик и накрыл голову руками. Раздался резкий хлопок. Комната наполнилась едким коричневым дымом. Первым кто пришел в себя был Шпак. Лицо его и руки покрылись чем-то коричневым. Жорж и управдом, увидев напуганный вид дантиста, не смогли удержаться от смеха; управдом тихо захихикал, прислонившись к стене, а Жорж громко загоготал, показывая еще не тронутыми возрастом белые зубы. Улыбка Жоржа исчезла первой.

- Ты что ржешь, мой конь ретивый. Ты себя видел шляпа без ушек?- не выдержал Жорж.

Иван Васильевич замолк. Через несколько секунд выражение его лица изменилось на лицо страдальца. Он поднял голову и глядя на потолок произнес:

- Зачем мне это все? Ну, зачем? Надо было выселить этого баламута в другой микрорайон и дело с концом. Ведь документы уже были на руках.

С этими мыслями он достал платок из кармана брюк и еще сильней размазал краску по лицу.

Меньше всего пострадала Инесса. При взрыве, она успела только прикрыть рот рукой. Получилось что-то вроде окраса зебры. Верхняя часть коричневая, нижняя светлая.

- Вы понимаете чудовищность преступления? - не унимался Шпак.

- Сейчас будет другое преступление - ответил Жорж.

А в это время, плотный белый 'туман' продолжал вытекать из комнаты, где находилась машина Шурика. Его становилось все больше и больше. Вот он поглотил еще одну стену вместе с окном. И как только исчез последний сантиметр еще незанятого пространства, повторная яркая вспышка ослепила всех, включая Зинаиду, которая сгорая от любопытства, залетела в квартиру Шпака и села на край вазы, чтобы не пропустить самое интересное.


5

- Я ничего не вижу! - закричал голос в квартире.

- И я тоже! - закричал другой.

Через несколько минут все стихло, и воцарилась тишина, но ненадолго.

Первым прозрел Шурик. Он протер очки дрожащими руками и осмотрелся. Вместо стены с окном перед ним расстилалась без края и конца пустыня. Квартира Шпака и пустыня.

- Бред, какой - то, - прошептал изобретатель, улыбаясь неизвестно чему.

Он закрыл глаза, помотал головой, как бы встряхивая всевозможные наваждения, но вид пустыни не исчез, и в подтверждении реальности, он почувствовал горячее дыхание раскаленного от дневного солнца песка.

- Она работает! - уже улыбаясь, громко обратился он к остальным.

-Ты, алхимик, с ума сошел! - заорал Шпак. - Верни все обратно на место. Что твориться, что творится! Один залезает в мою квартиру и крадет заработанные моим непосильным трудом вещи, другой устраивает химические опыты как у себя дома, третий с глупым видом управдома ходит в грязной обуви по коврам.

- Ваше поведение, товарищ Шурик вызывает озабоченность. Вам необходима врачебная помощь. Ранее вы избежали, а вместо вас забрали мою драгоценнейшую супругу ,- вмешался управдом. - Какая пустыня, верните нас на Родину. А вас товарищ Шпак я попросил бы не выражаться в мой адрес всякими там гадкими словами. Жили бы скромнее, и тогда никто к вам не лез и не устраивал опыты.

- А супругу, по какой причине забрали? - поинтересовался Жорж. - Если у мужика, к примеру, больше, чем одна жена - это статья за многоженство, а если у женщины более двух мужиков - как это статья называется? То и оно, не стыковка получается, я так полагаю. Никто не забрал бы вашу драгоценнейшую, если бы она не брякнула ментам, что у нее два мужа. Один муж - Иоанн Грозный, - тут Жорж поднял указательный палец вверх, а затем добавил , - а другой...

э-э... придурок в шляпе.

- Вот оно, настоящее чудо! - восторженно воскликнул Жорж, подставляя лицо палящим лучам солнца. И в этот момент он ощутил предвкушение начала приключения, которого он так долго ждал. В его памяти всплыли страницы книги Стивенсона 'Остров сокровищ', которую он нашел на чердаке в доме его деда. Изодранная и без обложек книга-калека завладела умом юного мальчишки и зажгла в нем такую жажду к путешествиям, что стоя сейчас в неизвестном месте, Жорж почувствовал себя самым счастливым человеком на земле. Он нагнулся и зачерпнул горсть горячего песка.

- Настоящий! Как золото! - и его глаза вновь загорелись тем блеском, как когда-то он впервые увидел орден из чистого золота с брильянтами на тонкой сморщенной шее шведского посла.

- Вы посмотрите, какая красота, мать честная! Как называется пустыня, профессор? - спросил Жорж Шурика.

- По моим подсчетам, мы находимся в египетской пустыне...- но его прервал Шпак.

- Да вы посмотрите на себя! - Законченные негодяи, вы на цивилизованных людей перестали быть похожими!

- Тьфу на тебя, Шпак - огрызнулся Жорж - а тебя управдом в угол, шельмец поставлю. Поняли, говорю. Тем лучше, за местных выйдем и проблем будет меньше.

Иван Васильевич молча кивнул головой и прищурив глаза, посмотрел на горизонт.

- Я сейчас все улажу. Протерпите немного.

Шурик быстрыми шагами поспешил к машине времени в комнату через квартиру Шпака.

- Не торопись, академик! - крикнул Жорж. - Комиссия по делам несовершеннолетних только начала свою работу.

- Вы только потерпите немного, я скоро! - не поворачиваясь, бросил он громко остальным.

На пути, ему встретилась лежащая на диване без сознания Инесса.

- Потом с ней разберемся, ничего страшного.

Повернув рычаг на пульте, и сделав несколько манипуляций, Шурик потер руки, достал из кармана пачку сигарет 'Столичные', сделал глубокую затяжку и с улыбкой на лице кинул беглый взгляд на стену.

- А что здесь делает картина? - задал он себе вопрос. - Не может быть?

И тревожный холодок пробежал по спине. Проход в комнату Шпака исчез. Стена вернулась на свое прежнее место.

6

- Ну что, господа хорошие, - обратился ко всем остальным Жорж, - вот мы и остались одни. Я надеюсь, на ум, честь и совесть нашего изобретателя. Скоро он починит свою машину, и мы сможем вернуться к нормальной жизни, хотя жуть как интересно, что на этот раз преподнесла нам судьба!

Иван Васильевич закрыл лицо руками, и по вздрагивающим плечам было видно, что он плачет.

- Что это за люди, что-то не разберу! - Жорж прикрыл ладонью глаза от солнца.

- Археологи, наверно - ответил, не поворачиваясь управдом и несмотря на тяжесть своего состояния тоже присоединился к наблюдению.

- Точно, археологи. Если так, то мы спасены.

- Шпак, вы рады? - задал вопрос Жорж.

Шпак не ответил.

- Шпак, ты где, щучий сын, - повторил Иван Васильевич, подражая Жоржу, - А не Шпак ли это?

- Он, зараза, он! - подтвердил Жорж.

Маленькая фигурка Шпака металась из стороны в сторону, словно заяц, удиравший от охотника. Она быстро карабкалась то вверх по песчаным гребням, то вниз, исчезала, и вновь появлялась, но уже все дальше и дальше от управдома и Жоржа до тех пор, пока не слилась с 'археологами'.

Что там дальше произошло, мы не знаем, но через некоторое время, от группы так называемых археологов отделилось несколько человек. Они двигались быстро и, приближаясь, становилось ясно, что это были явно не археологи.

- Вы мне скажите, уважаемый, - обратился с вопросом Иван Васильевич, - у нас в стране все археологи сдают нормы ГТО?

- Все, - ответил Жорж, внимательно вглядываясь на бегущих к ним людей, - А эти которые бегут наверняка имеют золотые значки.

- Что-то у меня живот схватило, можно я ненадолго отлучусь. Тут рядом, за углом.

Управдом, в предчувствии неприятной ситуации, сделал несколько шагов в сторону от Жоржа. Но там оказался край гребня и Иван Васильевич кубарем скатился вниз.

- У, какие загорелые археологи, - вполголоса произнес Жорж и сделал несколько шагов вперед им навстречу.

- Приветствуем нашу науку и ее доблестных работников! - в животе неприятно заурчало и ему тоже захотелось за угол. Но было поздно.


7

Несколько темнокожих полуголых людей вскарабкались наверх, но увидев одного, совершенно не похожих на них типа резко остановились. Сбившись в кучу, они подталкивали друг друга, не зная, что делать дальше. Он человек, который и был вроде бы похож на них по цвету кожи, а с другой стороны, они никогда еще не видели подобного сородича, одетого непонятно во что. А для удивленного Жоржа было совершенно непонятно, почему эти чересчур загорелые археологи имели только передники да чудаковатые парики на голове, и зачем им оружие древних людей? Пока обе стороны стояли и соображали, что делать, сзади раздался громкий окрик и все пришедшие археологи встали как пружины в шеренгу.

- Вольно, мужики, - неожиданно для самого себя скомандовал Жорж и, к его удивлению, солдаты подчинились ему. Где-то снизу у подножья вновь кто-то закричал, и солдаты вновь встали по стойке, словно оловянные солдатики.

- Отставить, - скомандовал Жорж и, не дожидаясь ответа, подошел к краю. Человек, который находился в нижней части песчаного гребня, никак не мог подняться на песчаный холм. Он отчаянно работал руками и ногами, но по причине лишних килограммов, скатывался и бормоча что-то себе под нос вновь шел на приступ высоты.

- Кто по званию этот бедолага, что карабкается внизу? - обратился Жорж к вооружённым археологам. - Ефрейтор что ли?

Солдаты отрицательно замотали головами.

- Сержант? - опять отрицательный ответ. - Неужели старшина? - и опять все замотали головами.

- Как пить дать лейтенант, - заулыбался Жорж.

- Так точно, лейтенант! - ответили ему хором. На этот раз археологи кивнули в знак согласия, и потрясли оружием над головами.

- Угадал, - громко произнес Жорж и протянул руку.

- Давай брат руку, а занятиями по физической подготовке офицерского состава беру на себя. Солдаты засмеялись в ответ и стали о чем-то перешептываться.

- Отставить разговорчики в строю! - вдруг строго рявкнул Жорж. Воцарилась тишина. С большим трудом, обливаясь потом и тяжело дыша, лейтенант, поднялся наверх и одарив своих солдат свирепым взглядом пригрозил пальцем.

- Каждому по двадцать пять бамбуковых палок по пяткам.

- За что? - кто-то осмелился выкрикнуть.

- А тому, кто сейчас что-то вякнул тридцать палок по пяткам и пятьдесят по заднице хвостом быка с рогами!

-А почему с рогами? - поинтересовался Жорж.

- Для поднятия настроения, - был ответ.

- Кстати, ты кто и откуда? - Вдруг спросил он глядя в глаза Жоржа. - Как ты здесь оказался? Один в пустыне. Уж не разведчик ли ты вражеский?

И тут египтянин понял, что разговаривает с человеком не похожего на него самого и на всех остальных. Видел он, например рабов с юга как уголь черных, с запада и с востока раскосых и даже приезжих торговцев со светлой кожей из далеких земель, где как они говорили под ногами алмазы лежат, а стоит их только взять в руки, как они исчезают на глазах и превращаться в воду. Тубук, так звали египтянина, вновь стал пристально разглядывать незнакомца.

- Я агент 3. 62, - ответил, улыбаясь, Жорж, но следя глазами за реакцией незнакомца. - И здесь я по заданию сам знаешь кого? Его самого. Выполняю секретное поручение. А ты кто такой?

Египтянин встал перед Жоржем, расправил плечи и важно выдал:

- Я Тубук, начальник охраны фараона, который пропал неожиданно... - тут он замолчал, повел носом в разные стороны.

- Чем это от тебя пахнет?

- Цивилизацией, - парировал Жорж.

- Цивилизацией? - Тубук еще раз внимательно посмотрел на незнакомца.

- Постой. Уж не сын ли ты Аменемхета старшего, нашего жреца, который исчез несколько лет тому назад. Говорили, что его боги забрали в царство Аида, - Тубук прищурил глаза и не отводя глаз от Жоржа стал о чем-то размышлять.

- И что этот сын натворил?

- Много чего и вполне достаточно чтобы отправить его к Аиду, - резко ответил Тубук.

- Тогда не я. У того есть какие либо приметы? Вот, например, у меня остался шрам от аппендицита, а у сына Аменемхета есть такой?

- Что такое аппендицит? - ты странные слова говоришь, незнакомец.

- Дядя, я был в далекой стране, обстоятельства так сложились и там были такие учителя, что не забудешь никогда. Но ты мне так и не ответил, что же такого натворил сын, что чуть не отправили к праотцам.

- Домогался до жены самого фараона, а за это полагается суровое наказание, независимо от ранга и положения.

- Ну, это мелочи жизни, молодой, кровь кипит. Ты себя вспомни, небось, тоже за девчонками бегал..., а?

- Если ты молод и у тебя кровь кипит, так покажи себя на поле брани, а не бегай за каждой юбкой, тем более женой нашего Лучезарного. А казну обкрадывать, золотишком баловаться...! Только за три месяца несколько мешков исчезло.

Не успел Тубук упомянуть про золото, как глаза Жоржа округлились, а улыбка сделалась еще шире. Он прикрыл рот рукой и полушёпотом спросил:

- А много ли золота было?

- С десяток ослов, навьюченных по самые уши, - ответил лейтенант.

- Не может быть! И в каждом мешке золото? - переспросил Жорж. - Не может быть!

- Может, может! - раздался, чей-то голос позади всех. - Еще как может!

Все повернулись. Полтора десятка человек, одетые во все черное и с прикрытыми лицами стояли неподвижно рядом со строем солдат.

- Кто эти люди? - спросил тихо Жорж.

8

- Это люди Манганы. Соперники Аменемхета, а следовательно, и твои враги если ты действительно его сын, а не проходимец. Они имеют огромное влияние на фараона, чем все остальные вместе взятые. А тот, кто за его спиной стоит, совсем новая фигура. Новый фаворит. Ему и кличку уже дали, Дупель два, что означает вторая голова, а по-нашему Шпаатак.

- Как, как? - удивленно, подняв брови, спросил Жорж.

- Шпаатак, - спокойно ответил Тубук, следя за движением в стане Манганы.

- Очень похож на нашего старого знакомого, дантиста по профессии, товарища Шпака.

- Незнакомец, ты подобно лисе говоришь непонятные для моего уха слова. Дантист это кто?

- Зубодер, по-народному, по египетскому народному. Как говорят у нас в народе - все ок, не бойся.

- Мне ли боятся, незнакомец, - ответил гордо военный.

- Эй, Шпаатак! - крикнул громко Жорж. - У тебя предки зубодерами были?

- Да как ты смеешь ко мне так обращаться! - лицо Мангана потемнело от злости, и он так сжал руку, что скрип суставов раздался в тишине по всей пустыни.

Неожиданно, с правой стороны от его плеча появилась вторая голова. И это лицо было копией оригинала. Она тихонько нашептывала первой голове. Теперь Жоржу стало ясно, и он обратился ко второй голове.

- Шпак, это ты негодяй, а мы думали, что тебя крокодил съел, а ты живой. Видать крокодил такое не ест и как говориться, подобное тянется к подобному.

Мангана подошел поближе, пальцы правой руки нервно постукивали по рукоятке серповидного хопеша украшенного жемчугом. Левая рука тоже не отставала. Золотые кольца и драгоценные камни переливались всеми красками радуги с одного пальца на другие. Тут глаза Жоржа сверкнули калейдоскопом красок.

Он подошел к вельможе:

- Ваше высочество, позвольте вашу руку в знак моего почтения перед вами. Это высокая для меня честь. Вы просто представить себе не можете... . Теперь другую руку. Зачем другую? Чтобы эта честь была еще больше и почтеннее чем первая.

Закончив дело, Жорж поклонился и сделал шаг назад.

- Дело, как говориться в шляпе, если эта шляпа действительно шляпа.

- Какая шляпа? Ты кто такой? - сверкая белками и подняв подбородок, обратился он к Жоржу. Кого ты мне напоминаешь? Тут он поднял руку с похудевшим комплектом колец на пальцах и слегка потрепал свою жиденькую бородку.

- Кого?

- Да это вор, не верьте ему! - вмешалась вторая голова, - Обыкновенный квартирный вор. Ворюга. Он у меня вещи украл.

- Вор! И много? - спросила первая голова.

- Много ваше высочество, то есть величество. Три. Нет. Пять верблюдов с замшевыми куртками, пять верблюдов с видеомагнитофонами и столько же с золотыми портсигарами и ..., - но его прервал хозяин первой головы.

- Ничего не понял, о чем речь, потом объяснишь, а сейчас, коль тебя прилюдно обвинили в воровстве, тебя арестуют. Для начала получишь свои пятьдесят палок и расскажешь кто ты и откуда. Арестовать вора! - приказала первая голова.

- Арестовать его и немедленно! - повторила с усмешкой вторая голова.

Люди Манганы бегом бросились к Жоржу, но на их пути встал Тубук. Хопеш в боевом положении и щит сказали о многом.

- Ты что Тубук забыл, кто стоит перед тобой. А ну прочь с дороги! - заорал вельможа, брызжа слюной. Стоявшие воины не оставили своего командира и дружно встали рядом ощетинившись копьями.

- Это что, бунт? - теперь уже прошипел от ярости Мангана.

- Всех схватить, всех до одного!

Откуда не возьмись, появился еще десяток воинов в черном. Тубук, Жорж и солдаты были окружены плотным кольцом.

- Всем сложить оружие! - закричала визгливым голосом вторая голова, - Руки за голову и к стене!

- Шпак, ты что мелешь, какая стена? Фильмов в детстве насмотрелся?

У Жоржа внутри все клокотало от ярости.

- Ты смотри, добалуешься и, не ровен час, останешься здесь навсегда.

- О чем он говорит? - повернув голову, спросил Мангана свою копию, - Впрочем, скоро он все расскажет.

Он повернулся. В нескольких метрах от происходящего, стояла колесница. Двое воинов вяло прохаживались рядом, но увидев идущего к ним своего хозяина, засуетились.

- Стойте! - раздался крик позади. Все обернулись. Солнце, светившее прямо в глаза, мешало разглядеть фигуры людей. Одна возвышалась в полный рост, а рядом двое стояли на коленьях и простирая руки в сторону стоявшего жалобно о чем-то причитали. Вот один из двоих встал и склонив голову бегом побежал к Мангане. Упав на колени, он с ужасом в глазах сообщил:

- Там, он!


9

- Кто он? - раздраженно произнес вельможа. - Ну, не тяни крокодила за хвост.

Вторая голова соображала быстрее и догадавшись о ком идет речь хотела что-то сказать, но слуга опередил ход событий.

- Там наш сын бога Ра на земле! Наш повелитель двух земель, - промолвил слуга и головой уткнулся в песок. Потом он повернул голову к нам читателям и вполголоса произнес:

- Сейчас мой повелитель опять скажет, что ты Мандрук опять пьян и, если бы не твоя мать, служить тебе на границе с Намибией.

- Ты Мандрук опять пьян. Если бы не твоя мать, служить тебе на границе с Намибией - произнес вельможа.

- Я же говорил, - ухмыльнулся Мандрук и уткнулся лицом в песок.

- Неужели он жив? - подумал Мангана, - Не может быть!

- Послушайте, ваше высочество, - произнесла вторая голова, - Вам не о чем беспокоится. Я вам все объясню. Все очень просто. Вас просто водят за нос.

- Как тебя понимать и что значит водить за нос? Я выслушаю тебя, моя тень, но не сейчас.

Обе головы взобрались на гребень. В нескольких метрах стоял человек высокого роста с короткой бородкой, коричневый с ног до головы и с жалким изможденным видом, совсем не похожий на статуи фараонов с их величественным видом и порой неземным завораживающим взглядом. Мангана прикрыл рукой глаза от слепящего солнца. Он должен быть уверен в том, что перед ним стоит именно тот, кто по понятным ему причинам исчез из политической сцены страны. Как только они приблизились, полный в растерянности управдом принял еще более страдальческое лицо и первым вежливо обратился к подошедшим к нему людям.

- Вы, граждане, из какого района?- прищурился он. Вы случайно не из комиссии по жалобам?

- Ох и дурень, - вздохнул глубоко Жорж и несмотря на охрану прошел мимо двухголового и подойдя к управдому встал на одно колено.

- О, этот, ну как его? - начал Жорж, - О великий наш фараон, свет в глазах наших!

Тут он прикрыл рот ладонью и тихо сквозь зубы сказал ему:

- Слышь, шляпа, выручай, не то головы лишишься.

- А что сказать, я не совсем владею ситуацией, - жалобно простонал Иван Васильевич.

- Так возьми и владей, - ответил Жорж.

Все встали на колени и протянули руки к сыну Ра. Жорж, зорко следя за движениями египтян и чтобы не выдать ни себя, ни управдома плюхнулся на колени и что есть силы заорал:

- О преподобный небу и солнцу, властелин и фараон наш, хозяин земель египетских... .

- Я не понял, - вполголоса ответил Иван Васильевич.

- Слышишь, Склифосовский, если ты будешь валять дурака как это было в палатах царских у Иоанна Грозного, ни тебе, ни мене не поздоровится. Притом что здесь находится твой дружок товарищ Шпак. А он, уж точно, сдаст нас Мангане.

- А кто такой Мангана? - спросил управдом

- Это их органы госбезопасности, понял? А теперь не стой как истукан и скажи свое фараонское слово.

На лбу управдома появилась глубокая извилина. Видно было, что он напряг весь свой умственный потенциал что остался у него после школы, желваки ходили ходуном, губы затряслись. Все подумали, что фараон потерял дар речи от переполненной радости увидеть свой народ и вот, вот обратится к ним со словами искренности и добросердия.

Но фараон молчал.

- Укройте фараона чем-нибудь! - скомандовал Жорж ,- Вы что не видите, он от радости онемел.

Пока принесли плащ и стали его заворачивать, Жорж умудрился дать пинка под зад новоиспеченному фараону.

- Скажи им, дети мои, я вернулся. Да говори, не молчи, а то евнухом будешь.

Упоминание про евнуха так тронули управдома, что он, заплакав вдруг выдавил:

- Дети мои, я вернулся.

Крики радости и бряцанье оружием сотрясли сцену второго пришествия фараона. Воины ликовали, но не все были рады, и мы знаем кто это. Вы угадали, ими были Мангана и его вторая голова стоматолог Шпак.

- Ваше высочество, - не унимался стоматолог, - я вас уверяю, что это самозванец, это наш управдом Иван Бунша, а не ваш фараон.

- Ты мне не лги, незнакомец, если правду говоришь, столько золота дам, что не унесешь.

- Ваше высочество, ей-ей не вру, зуб свой золотой отдам.

- Ха-ха, а что зубы бывают золотыми. Ладно, отведу тебя к своему лекарю, посмотрим какой ты, этот, стоматолог. Ну и чудное это слово, стоматолог.

Мангана похлопал Шпака по плечу, и они, вдвоем сев в колесницу, не дожидаясь остальных, отправились во дворец.


10


Где-то далеко-далеко как по расстоянию, так и по времени, согнувшись над тетрадкой с записями, сидел наш ученый Александр Тимофеев. Уже прошло несколько часов с момента, когда машина закрыла врата времени и поглотила троих жильцов его дома.

Докурив сигарету, Шурик скомкал пустую пачку, глубоко вздохнул и нажал на рычаг. Машина вздрогнула и медленно стала набирать обороты.

- Давай, ну, давай, - подбадривал Шурик машину, - вот молодец. Ну, еще чуть-чуть.

Машина послушно выполняла все приказы изобретателя. Ни единого сбоя.


В нижней ее части, из трубок повалил насыщенный белым веществом дым. Он быстро дошел до потолка и скрыл под собой целую стену. Машина подала звуковой сигнал, указывая на окончание процесса.


Шурик взял с полки новую пачку болгарских сигарет 'Opal'. Пока вещество таяло у него на глазах вместе со стеной, он терпеливо ждал до тех пор, пока перед ним не предстала огромная пещера, выше человеческого роста. Инстинктивно он зажег спичку. Справа и слева горели с десяток факелов, закрепленных на стенах. Они ярко освещали небольшую, размером с трехкомнатную советскую квартиру начала 70-х годов, каменную комнату. Она была чиста, сосуды разных форм и расцветок располагались по ее периметру. Две колонны, которые Шурик видел только в учебниках истории, соединялись с потолком. Пол был украшен разноцветной мозаикой с изображением экзотических птиц и животных. Стены, удивительно ровные, отличались не меньшей красотой. Фигурки и иероглифы с легкостью заменяли картины и так сочетались с окружающей обстановкой, что квартира Шпака, которая считалась вполне приличной и современной по советским меркам, была убогой пародией на красоту, созданную мастерами, а не подрядными организациями и шабашниками ХХ столетия. Где еще можно увидеть подобное, не спустя тысячи лет, не в журналах и не в музеях, а как говорят, вживую. Посредине стоял стол, за которым сидели два человек в белых одеяниях и о чем-то разговаривали. Причем головы у обоих были гладко выбриты. Фигурки белого и черного цвета на столе указывали на то, что они играли в шахматы.


Шурик остановился на пороге времени. Его расчеты оказались верными, и он попал туда, куда нужно. Ему очень не хотелось нарушать мирную идиллию, но спичка, которую он держал, вдруг на мгновение ярко вспыхнула и обожгла два пальца.

- Ой, - крикнул от боли Шурик, и потряс в воздухе руку.

Двое обернулись. Один из них уронил фигурку, которая глухо упала на пол и закатилась под стол.

- Кто это? - спросил от удивления второй и указал пальцем на Шурика.

На несколько секунд воцарилась тишина. Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, Шурик улыбнулся, сделал шаг вперед и произнёс свою знаменитую речь, состоявшую из одного слова:

- Здрасти.

Но двое продолжали упорно молчать.

Шурик поправил очки, что еще больше внес сумятицы в головы двоих.

- Вы меня не понимаете? Может быть 'Шпрехен зи доичь' или 'Ду ю спик инглиш'?

- Да говори ты на человеческом языке, - ответил первый, который выронил фигурку.

- Это слуга Анубиса! - вдруг заорал второй. - У него в глазах огонь!

Неудивительно, что он заметил огонь. Очки Шурика действительно отражали пламя факелов.

- Нет, вы меня не поняли. Я не слуга Анубиса, я изобретатель. Я вам все объясню. Я ... - Шурик не успел закончить предложение, как где-то рядом послышались чьи-то голоса.

- Не может быть, они там, они совсем близко. Мы окружены. Мы погибли! - не унимался второй. Он вскочил на ноги и подбежал к колонне, где скорее всего находился вход.

- Еще немного, и они окажутся скоро здесь. Что делать!


Началась суматоха.

По мнению Шурика, положение у этих двоих бедолаг с каждой секундой становилось все хуже и хуже. Они забегали вокруг стола, поочередно поднимая вверх руки и обращаясь громко к стоящей на высоком пьедестале фигурке. Во время одного из кругов, один, бежавший впереди, ударился пальцем ноги об угол шахматного стола. От боли он схватился за палец, сандалий отлетела в сторону, но видя, что второй обогнал его, попытался ухватиться его за набедренную повязку. Не получилось. Хромая, он продолжал бегать вокруг стола в надежде догнать второго. Второй же обогнал первого еще несколько раз.

Неожиданно чей-то грубый голос загремел так, что оба бегуна тут же остановились. Тела их обмякли, и они, тяжело дыша, присели на каменную скамейку, обхватив бритые головы руками.

- На все воля Осириса, - сказал, тяжело дыша первый, - Сядь, друг мой Аменемхет рядом со мной и раздели участь со своим господином. Но сначала принеси мне мой урей, пусть эти отступники видят, что я не боюсь смерти и готов пройти любые испытания, как подобает настоящему фараону и мужчине. Аменемхет, поглядывая на вход, принес урей, встал на колени и дрожащими руками протянул золотой обруч.

Голоса и шаги у входа донеслись совсем близко.

Опасность приближалась. Смотреть развязку и быть безучастным к судьбе этих двух обреченных, пусть даже один из этих несчастных, сам фараон, попавший в водоворот придворных интриг, Шурик просто не мог. К тому же он советский человек, а как может советский человек смотреть на все это безобразие запада, то есть востока. Пока Шурик искал ответ на вопрос что делать, чей-то голос четко произнес:

- Они здесь и никуда не денутся, выхода отсюда нет. Разве что слуги бога Ра не отнесут их на крыльях!

Фараон выпрямил спину, положил руки на колени, приподнял подбородок и замер в ожидании неизбежности. Слуга же встал на колени, сложил руки у подбородка и низко склонил голову.

- Послушайте, у вас есть выход!- крикнул неожиданно Шурик. Теперь двое вновь обратили внимание на гостя, и это внимание было не удивлением, а соломинкой для двух утопающих.

- Быстрее, идите сюда, здесь вы будете в безопасности! - Шурик рукой указал на проход, отделяющий два времени и несколько эпох.

Не прошло и секунды, как двое оказались в квартире у Шурика.

- Свитки, возьми свитки! - крикнул фараон. Аменемхет подбежал к столу, схватил свитки и вещи, лежащие на резном из слоновой кости столе и в это время в зал ворвались несколько человек с копьями и луками наперевес. Видя, что добыча ускользает от них, они выпустили несколько стрел, но к их несчастью, стена закрылась. Шурик вздохнул облегченно и вытер пот со лба, но каково было его удивление, когда он увидел стрелу, торчащую среди нетронутых колб с реактивами. Она пробила одну из схем контроля перекачки реактивов.

- Опять двадцать пять! - Шурик с досады хлопнул себя по бокам, но увидев двоих в целости и сохранности, улыбнулся и добавил,- ну, хоть все живы.

- Где мы? - спросил фараон, осматривая комнату ученого. Слуга же все еще стоял на коленях и уткнувшись лбом в пол бормотал себе под нос неизвестно что, неизвестно кому, и не известно на кого.


11


А в это самое время по пыльной дороге, которая шла вдоль реки, медленно двигались два паланкина; в одном из них в полном смятении чувств сидел наш управдом Иван Васильевич. Еще недавно он спокойно и мирно сидел в своей советской кухне, пил чай с лимоном и читал газету 'Советский спорт'. Ульяна Андреевна болтала с подружкой по телефону и перемалывали косточки своих соседей по дому. Тема про 'актрису Зину' была одной из самых популярных тем последнего месяца. Другая же тема была не менее волнующей: сколько мужей - в самый раз. Строчки из знаменитой песни, с небольшим изменением, как раз подходили к разговору, где сама Ульяна Андреевна проболталась, что ей приснился сон, где у нее якобы двое мужей, причем один из них сам царь Иван Васильевич Грозный. Но про последнего она решила не говорить, положение не позволяло.


- Сейчас я опять царь, а точнее фараон. Правда, не настоящий, а всего лишь И.О. Эх доля моя несчастная! Плюнуть бы на все, вылезть из этих носилок и крикнуть что есть мочи - Прочь! Все вон! Я не ваш царь! Я этот ...как его... - тут управдом осекся. - А вдруг повяжут, будут бить бычьим хвостом с двумя рогами, а потом бамбуком по голове и в реку?

От этой мысли по спине прошелся легкий холодок. Он отворил занавеску и высунул голову. За ним следовал другой паланкин, в котором, чуть развалившись на тростниковой подстилке и торчащими наружу грязными носками, находился Жорж. Он хотел было позвать Милославского, но шедший впереди 'оркестр', увидев фараона, дружно ударил в барабаны, следом заиграли трубы, и вся кавалькада затянула египетскую народную песню. В этой песне говорилось о бедном юноше, который всю свою бедняцкую жизнь работал шабашником на строительстве пирамиды. Зарплата была маленькой, и поэтому он решил влюбиться в дочку наместника. Она была не против. И когда влюбленные убегали от ее родителей, дочка застряла в подкопе, который он проделал в заборе. Их поймали. Ее заперли в комнате и запретили служанкам давать конфеты три дня и три ночи, а с него сняли последнюю набедренную повязку в счет уплаты налогов. Отец был в гневе, и не находил себе места в поиске подходящей меры наказания, но его любимая жена уговорила своего мужа не брать грех на душу. Конечно, он не стал наказывать юношу по местным законам, а открыв ворота, дал ему такого пинка, что тот тут же присоединился к проходящему мимо его дома войску фараона, уходившего на защиту самого дальнего рубежа государства.

- М-да - грустная песня, - в полголоса произнес управдом и осмотрел кабину паланкина. Тростник, тряпка и мешочки для запаха. Ничего лишнего. Ни света, ни воды, никаких удобств. Надо издать указ о такси. Нарисовать шашечки и снизить цены, чтобы все люди могли пользоваться услугами такси. А то, опаздывают на строительство пирамиды, а кто платит за час простоя? Государство, фараон. А фараон - это я.

Он улыбнулся и прислонился спиной к стенке. Рука легла на что-то холодное.

- Что это? - задал себе вопрос управдом. - Сосуд, и булькает что-то внутри. Наверное, вода - обрадовался он. Он сделал два небольших глотка для пробы.

- Ничего подобного я еще не пробовал! - обрадовался И.О и сделал еще несколько глотков.

Внутри потеплело и на душе стало как то спокойнее. Управдом сделал еще несколько глотков, потом еще.

- А неплохо быть фараоном, а...? Надо Милославскому сказать про сосуд. Я фараон, а поговорить не с кем. Позор!

Жорж не был бы Жоржем, если бы не знал о существовании сосуда. Ему так понравилось содержимое, что он отправил шедшего рядом слугу принести еще несколько таких сосудов.

- Надо бы управдому сообщить о находке в паланкине. А вдруг он не знает? - подумал Жорж и обратился к двум носильщикам, которые шли спереди.

- Любезнейшие. Прибавьте скорость, мне нужно поговорить с фараоном.

- Скорость! - громко ответил один из них, и паланкин ускорил движение.

Поравнявшись, Жорж отворил занавеску и высунул голову.

- Ваше величество, не желаете выпить за свое здравие? - спросил Жорж.

- У нас не обращаются так к фараонам, - ответил полушепотом шедший рядом с ним воин.

Жорж, сделал глоток и завертел головой в поиске говорящего.

- Ааа, это ты Тубук, рад тебя видеть, ты куда пропал? Мы думали, что ты заодно с теми двумя, на корабле плывешь. А как обращаться к нему? - он указал на улыбающееся лицо управдома.

- Повелитель всех земель, - ответил Тубук. А мы - воины нашего повелителя и наша обязанность охранять его покой. Шпаатак и его вторая голова, - не хозяева нам.

Тубук посмотрел на Жоржа искоса, как бы спрашивая о странности вопроса.

Жорж, поняв, куда клонит служивый, вынул сосуд и протянул ему.

- Утоли жажду, это приказ нашего повелителя и мой. Ты пойми, нам пришлось долго бродить по пустыне, прежде чем мы встретили тебя, а от жары сам понимаешь, иногда может произойти сдвиг по фазе. У меня корешь был... .

- Это имя?- перебил Тубук.

- Да, такой же визирь, как и я..., так вот, - Жорж не успел договорить потому, как улыбающийся повелитель всех земель поднял руку в знак внимания.

- Мы очень медленно идем. Вы не заметили, любезнейшие? Приказываю раздать каждому по сосуду и с веселой песней обогнать ту посудину, которая преследует нас и имеет наглость быть впереди своего повелителя.


Мангана и его вторая голова сидели на мягких сиденьях, наслаждаясь пением птиц и легкой монотонной работой весел. Плотный обед и выпитый глиняный сосуд клонило обоих ко сну. Шпак вытер рукой рот, прислонился удобнее к борту и зевнул.

Вдруг с берега послышались удары барабанов, сначала тихие, потом громче и громче. Завыли трубы. Кто-то из шедших затянул песню, пропев несколько строчек, ее подхватили остальные.

Шпаатак и Шпак вскочили на ноги и подбежали к противоположному борту, чтобы разглядеть происходящее.

- Ну а теперь посмотрим, чья команда быстрее доберется до того одинокого дуба, - скомандовал управдом и поднял сосуд над головой.

- Это пальма, наш повелитель, - ответил за всех Тубук и дал команду старта.

- Давай ребятки! - крикнул Жорж тем, кто нес его. - Даю золотой каждому, если первыми добежите до той пальмы.

- А я дам пару золотых монет, если будете первыми! - крикнул управдом своей команде.

- Кстати, а кто платить будет? - обратился он к Жоржу.

- Тот, кто затеял все это, - ответил Милославский.

Началась гонка.

- Эгэ-гэ! - кричал управдом.

- Ого-го! - не отставал Жорж. Носильщики то ускоряли бег, то чуть замедляли, чтобы сменить друг друга и немного передохнуть. В очередной раз управдом раздвинул занавески, ухватился одной рукой за верхнюю перекладину чтобы не вывалится из кабинки паланкина, а другой стал размахивать кувшином над головой и скандировать:

- Спартак чемпион, Спартак чемпион!

- Господин наш, - обратился Тубук, - кто такой Спартак, что уста твои упоминают незнакомое нам имя?

- Все н....ормально, - чуть запинаясь ответил управдом. - А ну, не перечить своему господину, всем повторять Спартак - чемпион! - рассердился управдом.

- Спартак - чемпион! Спартак - чемпион! - загремело по всей округе. Паланкин с управдомом стал заметно опережать Жоржа.

Жорж вытер нос и сплюнул.

- Это что же получается? Значит, Спартак - чемпион, а мы?

- А кто мы? - обратился к нему Тубук. Он уже был здесь. Этот вояка видя, что можно получить двойную выгоду, кричал Спартак - чемпион, находясь рядом с управдомом, а видя решительные действия Жоржа, его молодость и сообразительность, быстро перебегал к его группе и громко кричал в поддержку новоиспеченного визиря.

- А ну-ка, парни, дайте им жару! - крикнул Жорж и отпил глоток из кувшина.

- Все равно они быстрее нас, - пожаловался один из носильщиков. Недавно наш повелитель заменил весь состав паланкина на молодых.

- Говоришь, на молодых? - спросил задумчиво Жорж. - У него молодые носильщики, а у нас - молодые головы. Эй, Тубук, подойди сюда и слушай мою команду.

Он что-то шепнул Тубуку. Тот сделал сначала удивленное лицо, потом рассмеялся и шлепнув ладонью по колену скрылся в зарослях. Тем временем паланкин фараона оторвался от паланкина Жоржа наполовину. Пыль от ног забивала глаза и ноздри соперников, затрудняя им дышать и видеть. Несколько раз Жоржу самому приходилось принимать командование на себя.

- Куда, шельма, прешь? Левее бери, левее, а то не ровен час свалитесь в болото с сюрпризом. - Ну, а ты что глазки закатил, кто этому дохлому наливал? Узнаю, двадцать ударов по пяткам получит.

- Что это я разошелся? - спросил Жорж самого себя. - Жара.

Тут появился Тубук с помощником и небольшой ношей в руках.

- Ну что, фазан в шляпе, сейчас посмотрим, - Жорж прищурил глаза и дал команду Тубуку.

От бега двух десятков голых ног пыль такая поднялась над головами двух соперничающих команд, что ничего не было видно на расстоянии локтя. Двое с закутанными тряпками лицами, приблизились к последнему ряду носильщиков паланкина лжефараона и быстрым движением, оттопырив их набедренные повязки, вложили принесенные из зарослей насекомых. Ту же операцию они проделали и с другими - тихо и незаметно.


Иван Васильевич посмотрел на отстающий паланкин Жоржа и улыбнувшись, помахал рукой.

Закрыв занавеску, он постучал пальцем по сосуду.

- Опять пустой, неужели не могут принести канистру. Зачем мелочится, я же царь. Египетский. Ох, не попалиться бы мне из-за этого дела. А что я скажу Ульяне Андреевне? Справочку мне надо, справочку. Ведь никто не поверит. Опять скажут, что зеленый змий обуял меня. Завернут в серенький халатик и в комнатку к Иоанну Грозному и Сашке Македонскому.

Он приподнял занавеску с другой стороны. Рядом бежал, слегка прихрамывая на правую ногу, мужчина лет сорока пяти, с морщинистым лицом и большими губами. На голове поношенная шапочка с двумя потрепанными временем перьями неизвестной местной птицы.

- Ты кто, братец? - спросил Управдом.

- Скороход, мой повелитель, - был ответ.

- Скороход, это хорошо. Итак, братец, первое задание. Быстренько принеси своему повелителю пару сосудов. А что у тебя с глазами, братец скороход? А ну взгляни не меня!

Служивый взглянул косым взглядом на фараона и предчувствуя вопрос, ответил:

- Это с рождения у меня такие глаза. Родители с осла уронили.

Иван Васильевич показал два пальца.

- Сколько у меня пальцев?

- Не обучен арифметике, - ответил скороход.

- Ну а сколько у меня кулаков?

- Три, - прозвучал ответ.

- Правильно, - ответил Иван Васильевич и вытащил пустой сосуд

- Сколько сосудов у меня в руке?

- Три, мой повелитель.

Опять верно, ну вот и принеси-ка мне три сосуда. А тому дяде, что сидит в другом паланкине столько же. Ты понял?

- Понял, - ответил скороход и после поклона медленно направился в противоположную сторону.

- Послушай милейший,- обратился Иван Васильевич к рядом идущему слуге:

- Он, этот скороход к следующему месяцу вернется?

- О, мой владыка! - слуга, встал на колени, сложил руку в ладони на груди, уткнулся носом в землю. Пока он бормотал, процессия ушла дальше на десяток метров.

- Я не слышу! - крикнул Иван Васильевич.

Слуга снова подбежал к окошку паланкина.

- Я говорю, скороход, к какому году вернется?

- О, мой повелитель, - ответил слуга, встал на колени, сложил ладони на груди и проделал те же действия что и в первый раз. Пока он бормотал, Иван Васильевич и несшие его слуги ушли еще дальше.

- Ты что, сопляк, шутки шутить вздумал со своим повелителем? - разгневался Иван Васильевич и топнул ногой так, что проломил тростниковое покрытие и туфель изготовленный на местной советской обувной фабрике упал на пыльную дорогу. Управдом с ужасом посмотрел на дыру в полу, а дырка на большом пальце носка добавила холодок в спине. Все бы ничего, но из дырки торчал белый палец европейца.

- Я пропал, я пропал! - прошептал управдом, и ему захотелось закрыть лицо руками, заскулить что есть мочи на весь белый свет и проснуться от этого ужасного сна. Но в эту минуту слуга просунул туфлю через пролом в полу и торжественно объявил:

- Мой повелитель, а вот и скороход.

И действительно, скороход уже был на месте. Он стоял и улыбался, показывая белые зубы на зависть управдому, который корил себя за то, что позволил Шпаку лечить кариес по просьбе его жены Ульяны Андреевны, а в итоге потерял так называемый зуб мудрости что естественно, сказалось, как заметили все соседи, и на мыслительный процесс управдома.

- Не может быть?! Как он, кривой, еле волочит ноги, а уже успел принести сосуды и Жоржу и мне?- недоумевал управдом.

- Ну, раз так, надо отметить это событие! - Иван Васильевич, открыл сосуд и сделал несколько глубоких глотков.

- Хорошо быть фараоном. Икккк! - икнул лжефараон.

За окном, кто-то смеялся. Управдом выглянул из окошка и осмотрелся. Самый ближний к окошку слуга несший паланкин, одной рукой держался за жердь паланкина, а другой почесывал нижнюю часть спины. Его сосед, почувствовав то же что и первый, засмеялся так звонко, что все остальные не выдержали и присоединились к всеобщему смеху. Кто- то смеялся, кто- то визжал, кто-то гоготал, но все они остановили движение паланкина. Легкий воздушный поцелуй Милославского, который он послал из окна после удачного обгона, был встречен легким движением пальца вверх.

- Это что такое? - возмутился Иван Васильевич, как вы смеете смеяться в присутствии своего владыки. Он топнул ногой и не успел топнуть еще раз, как появилась другая команда носильщиков.

- Вот это другое дело! - хвалю за работу. Эти слова он адресовал Тубуку, который и здесь проявил все свои способности, дабы вновь оказаться перед очами самого главного из всех главных.

- Все, хватит, мы выиграли и пусть кто-то скажет, что это не так! - вынес свой вердикт управдом

На этом соревнование закончилось. Управдом вновь залез в паланкин, где его ожидал вновь принесенный горшочек прохладного вина.


Отряд, несший двух подвыпивших правителей в двух паланкинах, а именно лже-фараона и его лже-заместителя, шел вдоль пальмовой аллеи, растянувшейся на несколько километров вдоль реки. Пустыня с ее ослепительным блеском песка осталась позади и лишь изредка местами напоминала о своем присутствии. Вот стая экзотических птичек пролетела над головой и, усевшись на ветки кустов, устроила настоящий птичий базар. Чуть дальше другая стая, освоившись на новом месте, запела так, как не

поют иные известные певцы, о которых мы знаем, но называть не будем.

Открыв створку для свежего воздуха, Иван Васильевич улыбнулся и прикрыл глаза. Слуга, который отвечал за порядок, увидев, что фараон уснул, тут же дал команду идти как можно тише и медленнее. Паланкин Жоржа тоже замедлил скорость, хотя зам. фараона уже спал и похрапывал целых полчаса.


11


(сон)

Иван Васильевич открыл глаза. Он лежал на диване дома, прикрывшись пледом, в углу работал телевизор. Сегодня в программе Творчество народов мира, показывали выступление музыкантов из Египта. В роли ведущего выступил Жорж собственной персоной. Он вышел вперед и улыбаясь нам произнес:

- А сейчас перед вами, вернее перед нашим горячо любимым управдомом Иван Васильевичем, выступит музыкальный коллектив из далекого Египта в сопровождении очаровательных египетских девчонок. Давайте поаплодируем.

Иван Васильевич похлопал в ладоши и еще больше укутался в плед. Заиграла музыка, дверь открылась и под аккомпанемент арф, цимбал и флейт в комнату одна за другой вошли танцовщицы. Поклонившись лежащему управдому, они начали танец.

Сначала танец был медленным подобно легкому колыханию цветка. Руки и ноги плавно перемещались, танцовщицы то опускались до пола, то поднимались высоко на носочки. Их тела описывали круговое движение, а руки вращались над головой. Иван Васильевич улыбался так, как улыбается ребенок, когда его щекочут по носику или водят пальцем по щекам или ушкам. Но несколько ударов в барабан известили о смене ритма и танец ускорился. В какой-то момент, девушки приблизились к управдому и легкими движениями подхватили управдома под руки и увлекли его в центр круга. Они-то обнимали, то прижимались, а одна с сильно накрашенными губами даже подмигнула. Руки Ивана Васильевича невольно тянулись вперед и пытались ухватить за талии молодых танцовщиц, но они выскальзывали словно пойманные рыбки из рук неумелого рыболова. В конечном счете, после нескольких тщетных попыток, ему удалось это сделать. Он обхватил тонкий девичий стан и уже был готов насладиться поцелуем, как вдруг ее лицо преобразилось, черты стали старше и знакомыми, а в нос ударил запах духов Красная Москва. Большие губы заговорили, но не так ласково, как хотелось бы:

- Хватит дрыхнуть. Иди в магазин.

- Я сейчас, еще пять минут, птенчик мой! - взмолился управдом.

- Ты кому улыбался только что? - потребовала Ульяна Андреевна.

Иван Васильевич указал пальцем на телевизор.

Она быстрыми шагами подошла к телевизору и силой выдернула шнур из розетки.

- Нечего пялится на голых женщин, когда есть я.

- Ну, ты же одета, - вздохнул управдом, - то есть я хотел сказать.

- Бесстыдник! - ответила за него жена и ушла к себе в комнату. Дверь громко захлопнулась.

- И здесь, нам фараонам, не дают покоя, - он тяжело вздохнул и проснулся.


12


Любое похмелье тяжело переносится человеком, если, он не молод. На протяжении всего пути до столицы древних египтян, Иван Васильевич и Жорж жадно пили воду с добавлением здешних трав от недуга излишнего пития и поеданием экзотический плодов. Если результаты борьбы с зеленым змием были очевидными на лицо, то проблемы с животом из-за отсутствия самых простых гигиенических средств были явно ниже лица. К концу путешествия, они оба пребывали в лежачем положении. Ближе к полудню, когда заиграл рог, извещающий о приближении к столице, Жорж заметил небольшой отряд, который двигался в столицу с другой стороны.

- Это кто? - спросил он Тубука.

- Мангана и его тень, - ответил он спокойно.

- А в столице знают о приезде повелителя? - поинтересовался Жорж.

- Да, мой господин, - ответил Тубук, склонив голову. После небольшую паузу, он посмотрел на Жоржа и сказал:

- Прибыл один из ваших близких вельмож, дабы удостоверится, что наш повелитель жив и в полном здравии. Он ждет вашей аудиенции.

- Так, - ответил Жорж, - Не думал, что мы попадем в такое положение. Что же делать? Что-то я запамятовал Тубук, кто этот вельможа? Уж такое пережить с нашим повелителем, шутка ли на волоске от смерти были.

- Господин мой, этого вельможу зовут Мухатреп.

- Он что, какое-то отношение к мухам имеет?

- Почему? Абсолютно никакого. Он же ваш родственник!- с недоумением ответил Тубук.

- Да ты что? - наигранно воскликнул Жорж, - А я и сам подумал, не родственник ли он мне? Больно имя знакомое. Оказывается и вправду родственник.

Жорж почесал затылок и спросил:

- Он за наших или против.

- За них.

- Вот оно что, - тут Жорж выпрямился, расправил плечи, подошел к входу и слегка приоткрыл полог в шатер.


В нескольких шагах от него стоял молодой еще мужчина, очень тучный, с париком на голове, сползшим набок. Он держал руки за спину и раскачивался, выпячивая живот то вперед, то назад. На руках и запястьях блестели золотые украшения. На волосатой груди, висел массивный золотой медальон. Рядом с колесницей возился его слуга. Вельможа широко зевнул и неожиданно для Жоржа, сделал стойку боксера. Несколькими быстрыми движениями он нанес удар по невидимому врагу, а в конце сделал круговой разворот и ногой ударил в бок свой лошади. Та подпрыгнула и рванула с места. Слуга, не ожидав такого выпада, потерял равновесие и высоко взлетел в воздух. Прежде чем вернуться на землю он только успел крикнуть 'Еж твою лошадь'! - что привел в восторг своего хозяина.

- Вот это да! Я балдею, когда ты летаешь как петух. Сегодня ты взлетел выше, чем три дня назад ,- вельможа с неописуемой радостью пальцем показал траекторию полета слуги. Он бы и дальше показывал разные траектории, пока его палец не остановился на человеке, стоящего у входа в шатер. Неизвестный с полузакрытым лицом пальцем поманил его к себе. Мухатреп хотел было возразить на нахальство и непочтение со стороны незнакомца, но блеснувшие на груди и на голове символы высшего жреца остудили пыл, и он, опустив голову, медленно побрел к шатру.

- Ты слишком медленно идешь. Телега с навозом и то быстрее едет. - первым начал разговор Жорж.

- То телега, а то я. Мне можно. Я Мухатреп. У меня важное поручение от царицы. Мы все переполнены радостью, что наш повелитель жив и в полном здравии. - Начал свою речь Мухатреп.

- Наша мать всего Египта и верная жена царица Бахуда ждет своего ненаглядного и потерянного мужа и фараона во дворце у дельты Нила. Долгожданная встреча назначена на послезавтра. Гости радостного воссоединения двух сердец уже в пути. Пресса с папирусами и емкостями для красок уже заняли часть соседних лачуг из тростника, ну а более известные писцы обосновались в домах из необожженного кирпича.

- Ну не только наш повелитель жив и в полном здравии, - ответил Жорж. - Не узнаешь, кто стоит перед тобою?

Мухатреп посмотрел на Жоржа, его брови задвигались одновременно с глазами. Иногда к этому мыслительному процессу подключались уши и пальцы, которые щипали поочередно кисти рук в надежде, что от боли он вспомнит этого человека.

- Я говорю, не узнаешь, родственник родственника? - повторил вопрос Жорж и, открыв лицо, полностью добавил: - Дальнего.

Тут Мухатреп изменился в лице. Он съежился, все его тело выразило и страх и ужас. Одной рукой он ухватился за стойку, которая служила опорой для шатра, а другой прикрыл рот, чтобы не закричать. Вдруг он упал на колени и громко воскликнул:

- Это не я, это не я! Меня заставили!

- Что заставили!? - крикнул Жорж, а ну говори, не то позову стражу, смерд.

- Я скажу, но не здесь! - со слезами в голосе ответил Мухатреп. Жорж сунул руку в щель входа в шатер, где его ждал Тубук и вытащил кувшин с вином.

- Выпей это! - повелительно потребовал Жорж. Водки нет, да и жалко на тебя переводить добро.

- Ты хочешь отравить меня? - жалобно простонал вельможа. - А что такое водка? Орудие смерти?

- Для одних - это дружба народов, а для таких так ты - орудие смерти. Отвечай, что со мной сделали и кто, а то прикажу принести водку и хана тебе?

- А ты что, не помнишь? - удивился вельможа.

- Нет, вы посмотрите только на него. Я должен сесть за стол и записать. Двое отравили меня, четыре человека резали ножами, четверо сбросили со скалы, а двое напоследок послали меня на три буквы. Так что ли? Короче пей, а иначе, клянусь нашим правителем, после водки ты точно ляжешь, где стоишь!

Вельможа сделал несколько глотков. Посмотрел на Жоржа и спросил про глаза:

- У тебя глаза не такие как у того которого мы ...., - тут он остановился и отпил еще немного.

- Какие глаза? - не понял вопроса Жорж.

- У нас, египтян нормальные, темно-карие глаза, а у тебя светлые как у рыбы из Нила.

- Пей до дна, офтальмолог. Куда вы мое тело бросили, собаки? - и подтолкнул кувшин, заставляя вельможу, тем самым пить быстрее.

Не успел Мухатреп допить первый кувшин, как перед его глазами возник еще один.

- Дай отдышаться, - он отбросил пустой кувшин в сторону и принялся за второй. После второго кувшина, он выпил еще два, что вызвал удивление у Жоржа.

- Оказывается, алкаши и в древнем Египте уже существовали. Так можно диссертацию написать: 'Первые алкоголики древнего Египта. Жизнь и смерть Мухатрепа'.

- Почему смерть? - испугался Мухатреп и пролил часть вина на грудь.

- Если не скажешь, что со мной делали, - Жорж схватил Мухатрепа за золотой медальон, который висел на груди и остановился.

- Интересная вещица, какая проба?

- Последняя

- Ну, я жду.

- Еще кувшин, - уже с явным опьянением попросил посланник.

- Позже, алкаш, рассказывай! - Жорж сложил руки на груди и внимательно стал выслушивать Мухатрепа.

Пока вельможа рассказывал, Жорж переменил несколько поз, десять раз плюнул в сторону, произнес два десятка непонятных для египтянина иностранных слов, три раза ударил по стойкам шатра и только один раз свистнул.

- Это все? - спросил Жорж.

- Ну, разве может быть после этого еще какое-нибудь продолжение? - ответил тихо вельможа.

- Это сколько статей на вас подлецов можно повесить, а? Отравить, бить по голове дубинами, разрезать, взять и съесть печень, забрать сердце и выбросить тело в реку. Зачем печень мою съели, я у вас просил это делать? А я все думал, почему у меня живот болит после нескольких кувшинов? Оказывается, у меня печени нет и тело, какое-то холодное, вечером морозит, суставы крутит. И почему кровь не поступает, не циркулирует по телу? Потому что сердца нет. Я мертвый. Ха-ха! - засмеялся Жорж и сделав страшную гримасу чуть не отправил вельможу в царство Аида.

Вельможа закатил глаза, обмяк и медленно сполз на землю.

- Забери тело, - приказал он Тубуку, который стоял за ширмой и все слышал. - И не давайте ему просохнуть, пока я не прикажу.

Вид у бравого и энергичного Тубука не отличался от вида, лежащего на песке Мухатрепа.

- Что с тобой, дружище? - спросил Жорж. Ааа... ясно, Запомни, для врагов я мертвый и не только здесь, а для друзей я всегда живой! - он подмигнул Тубуку и спрятал в карман золотую цепь с медальоном. Напевая припев известной песни из кинофильма про султана, он прошел в покои фараона, чтобы вместе с ним обсудить план действий. Жорж прекрасно понимал, что он и только он с его умом, энергией и талантом актера способен оценить ситуацию и действовать. Жизнь - это опыт, ты приобретаешь опыт, а значит и жизнь.


13


А теперь, давайте вернемся в наше время и заглянем, что же происходит в квартире у изобретателя Шурика.

- Где мы и кто ты такой? - повторил свой вопрос один из спасенных.

- Вы в безопасности, - ответил Шурик, - мне 32 года, я изобретатель, зовут меня Шуриком, то есть Александром. Это моя квартира, и мы живем вместе с женой. Она сейчас на гастролях. Вот и все. А вы?

Второй, который стоял на коленях, вдруг поднял голову, встал с колен и произнес:

-Мы не знаем, кто ты и чья кровь течет в твоем сердце. Если ты принадлежишь к высшему сословию своей страны, тогда скажи, сколько у тебя рабов, сколько земли и чем владеешь. Если твое положение среднее, мы готовы выслушать и это, но если у тебя нет ни рабов, ни земли, ни имущества, ни положения и ты простолюдин, тогда встань на колени, ибо перед тобой бог на земле, небтауи - повелитель всех земель! Я же визирь, Аменемхет, возможно ты не знаешь меня иностранец, но не знать моего повелителя!

Тут Аменемхет поднял руки над головой.

- Горе тебе, горе тебе, разве ты не боишься смерти?

- Мне вам трудно объяснить, - начал Шурик. - Рабы, земля, имения и все прочее, это неважно здесь и сейчас. Дело в том....

- Ты простолюдин? - прервал его визирь.

- Я инженер и у меня есть диплом об окончании университета, - продолжил Шурик.

- Что такое диплом? - теперь спросил тихо фараон Ментухотеп.

- Это, такая специальная бумага, по-вашему, папирус, где я могу работать с техникой и руководить людьми, но в данный момент я работаю над очень важным изобретением и весьма успешно. Вот эта машина, мое изобретение, она может перенести человека в разные эпохи и разгадать многие тайны прошлого. По нелепому стечению обстоятельств, в ваше время и в вашу страну отправились трое наших граждан. Связь с ними потеряна, но я думаю, что скоро решу эту небольшую техническую проблему, тем более что опыт ремонта подобного оборудования у меня есть.

- Ты хочешь сказать, что трое ваших граждан сейчас находятся у нас? - удивился фараон. А ты знаешь, какая судьба их ждет? - усмехнулся визирь.

- Постойте, постойте! - я не сразу понял кто передо мной. Вернее, я понял, но внешность. Тут Шурик прикрыл рот, чтобы не вскрикнуть от неожиданного открытия. Да вы представить себе не можете, как же я раньше не догадался. Подождите меня!

Шурик исчез в другой комнате и пока двое переглядывались и строили догадки, вернулся с большой фотографией, которую подарила ему супруга в день его рождения.

- Вы только посмотрите, кто это? - спросил он, и встал чуть поодаль от них.

- Кто это? - удивленно произнесли оба египтянина.

- Это наш царь, точнее Иван Васильевич Бунша. Моя супруга все-таки уговорила его сфотографироваться в одеянии царя Иоанна Васильевича Грозного. Ай да молодец!

- Вроде похож? - усомнился визирь.

- Хорошо, а если я сделаю вот так. Шурик взял пачку цветных карандашей и быстрыми движениями заретушировал лицо царя. Получился смуглый, как будто недавно приехавший с южного курорта Иоанн Васильевич.

- О, мой повелитель, теперь вас двое!

- Да, двое, - ответил тихо фараон, - только один из нас живой и настоящий, а этот что смотрит, скорей похож на крестьянина, кому продали больную овцу в три дорога, да и то ворованную.

- Ваше высочество, - Шурик улыбнулся, - у вас прекрасное чувство юмора. Может быть желаете что-нибудь закусить и погреться. Ваш визирь, да и вы сами выглядите очень усталыми. Как говориться, с дороги, по чуть-чуть! У меня бутылка с анисовой до сих пор стоит в холодильнике.

Тут Шурик усмехнулся. Я обязательно расскажу вам эту удивительную историю, которая произошла с нашим управдомом. Невероятно!

Он открыл холодильник.

- Что это? - крикнул визирь, указывая пальцем на него. И почему там холодно?

- Это называется холодильник. Здесь можно хранить продукты, чтобы они не испортились.

- Очень полезная вещь, а ты можешь подарить это чудо нашему Повелителю? - визирь внимательно разглядывал содержимое, при этом поглаживая рукой гладкие стенки и трогая один продукт за другим. Наконец он пальцем указал на бутылку с анисовой водкой, потом аккуратно открыл пробку и понюхал.

- Фу, какая гадость! - лицо у визиря сморщилось, он закрыл нос рукой и спросил:

- А она крепкая?

Шурик достал из шкафчика три рюмки. Колбаса, хлеб, банка кильки, банка с кабачками и несколько ломтиков лимона это было все, что хранилось у инженера в закромах. Больше предложить высоким гостям ему было нечего.

- Ну что за встречу! - Шурик поднял рюмку и первый залпом выпил ее до дна. За ним последовали остальные.


Спустя час после так называемой вступительной части и знакомства, разговор принял более дружеский характер. Ментухотеп и Аменемхет живо интересовались обстановкой квартиры, особенно назначением бытовой техники. Оба, по очереди открывали холодильник и засунув руки в морозильную камеру, улыбались и визжали, как дети, которым родители разрешили немного побаловаться в виду занятости за столом своими взрослыми делами.

- Что это? - спрашивал один.

- Это лед, - отвечал Шурик и попытался объяснить принцип работы холодильника, но безуспешно.

Гости в ответ улыбались и честно говорили, что вообще ничего не понимают.

- А у нас, между прочим, снег зимой лежит на улицах, как в холодильнике.

- А что такое зима и для чего она нужна? - спросил Ментухотеп.

- А шут его знает, - Шурик почесал затылок и достал из холодильника припрятанную им для особых случаев бутылку советского коньяка. - Прошу к столу еще раз.

Приглашение повторилось еще несколько раз и после каждого раза сдержанность гостей снижалось на ступень ниже.

В комнате, по телевизору показывали мужчину, который с подчеркнутой важностью говорил о последних новостях, но ни слова о появлении правителя обеих земель Египта.

- О, недостойный! - вознегодовал жрец, - не упомянуть священное имя - это оскорбление всему нашему народу. Ты зачем усадил за соседний стол, каких-то стариков во главе с человеком, у которого брови больше ушей, а на одежде блестят женские украшения? И вообще, ты кто такой? И почему у тебя нет парика, а твои волосы на голове прилизаны верблюдом?

От слов, визирь чуть было не перешел от угроз к делу и если бы не Шурик, никто не знает что стало бы с ведущим и человеком с большими бровями.

Между тем, Ментухотеп сидел за столом и любовался маленьким солнцем на потолке. Пока Шурик убеждал приемника не приставать уже к женщине-дикторше, правитель успел выпить за здравие Осириса и спасение, дарованное им свыше.


Наступил вечер. На улицах, перекрестках и аллеях города зажглись уличные фонари. Потянуло свежим воздухом и оба гостя решили, что нужно немножко прогуляться перед сном и осмотреть окрестности города.

Еле стоявший на ногах Шурик одной рукой держался за стену, а второй пытался объяснить им, что прогулка по улицам города небезопасна: у них есть все шансы лишиться последней одежды вместе с импортными сандалиями, изготовленными из натуральной кожи. Но как говориться, славным сынам Осириса и Ра даже река Нил по колено, что уж говорить об улицах неизвестного города.

Они вышли из дома. В кустах сирени их встретили, скрытые от глаз прохожих, трое любителей воблы и пива, которые в этот момент вели разговор на светские темы. При виде двух улыбающихся привидений с бритыми головами, пиво и вобла остались аккуратно лежать на картонной коробке - что не скажешь о владельцах, убежавших в неизвестном направлении. Подкрепившись и здесь, по их мнению, подарком посланного сверху то ли Тотом, то ли Мином, фараон и его приемник вышли на широкую, но уже пустынную городскую улицу. Подул легкий летний ветерок, а поскольку он подул с юга, то и наши два героя уступив потоку воздуха свои бренные тела, поплыли в том же направлении, не меняя курса.

На перекрёстке они увидели ее. Это была птица Ибис. Она раскрыла два крыла, и два небесных помощника помогли принять в ее объятие две души. Ровно на пятнадцать суток.


На следующее утро, отсутствие двух египтян, встревожило Шурика. Приняв, боле - менее нормальный человеческий вид он обратился в ближайшее отделение милиции в надежде, что начавшаяся неделя дружбы советского народа с народом Египта поможет в поисках пропавших.


14


Когда крик охраны известил о прибытии гонца, Иван Васильевич вспомнил, как нужно вести себя в данной ситуации излишне нахмурил брови. За это он получил в ответ одобрительный кивок от Жоржа. В шатер вошел высокий молодой человек в некогда белом, но изрядно ободранном парике. У него были очень длинные ноги и короткое тело, но больше всего бросалась в глаза его худоба. Такой худой, что хотелось бы спросить его родителей, а чем вообще они его кормили. Он шел тихо, большие глаза заворожено смотрели на фараона. В нескольких метрах он остановился, упал на пол и не отрывая голову от земли пробормотал длинное приветствие.

- Как-то странно этот гонец смотрит на управдома. Неужели догадался, что фараон не настоящий. Надо бы проверить его. Встань гонец? - начал Жорж, - я буду говорить, ибо наш фараон всех земель нижнего и верхнего Египта немного захворал. Ясно? Я что-то не припомню, из какого ты почтового отделения?

- Я потомственный гонец, - склонив голову, ответил он, - и весь наш род потомственные гонцы из деревни 'Датыпотушонтхама...' - он бы и дальше произносил длинное название своей деревни, где он родился и вырос, если бы Жорж не прервал его.

- Знаем, знаем вашу деревню. У меня брат недалеко от вас жил.

Глаза гонца сузились.

- О, великий визирь! - обратился гонец к Жоржу, - не вели казнить, а молвить. Уж больно ты похож на того...

- Вы только посмотрите на него. И это туда же. Так с чем ты пожаловал?

- Я привез послание от супруги

- Давай его, наш повелитель с нетерпением ждет встречи со своей возлюбленной.

- Это послание в устной форме, - гонец, выставил правую ногу вперед, поднял левую руку и, закрыв глаза, протяжно запел.

- Ох, мой потерянный повелитель и любовь всей моей жизни. Солнце и радость моя....

Потоки сладких слов из уст гонца потекли мимо Жоржа, от которых он покраснел до самых кончиков волос. Повелитель же всех земель опустил голову в смущении и улыбался как школьник, которого впервые похвалили за хорошую оценку за четверть.

- Я возносила мольбы богу солнцу и плач мой и слезы слышали горы и реки...,- продолжал вздыхать и охать гонец, а под самый конец послания, чтобы выразить, что нет жизни без любви, он мастерски упал на пол и замер. Прошла минута, другая, а гонец все лежал. Иван Васильевич и Жорж заволновались. Уж не помер ли от избытка чувств и эмоций первый древний заслуженный артист!

Тубук подошел к лежащему актеру и приподнял сползший на лицо парик.

- Спит, - тихо сообщил он.

- Бедняга, - сказал Иван Васильевич.

- Дайте ему пинка под зад и отправьте его обратно к царице, - ответил визирь и добавил, - пусть готовит банкет.

- Тубук, - обратился Жорж к нему, - Оставь нас вдвоем с повелителем, и чтобы ни одна муха не залетела в шатер, пока мы будем обсуждать важные государственные дела.

Слуга поклонился фараону и визирю до земли и исчез за импровизированными дверями.

- Послушай, управдом, - начал Жорж. Ты понимаешь, что, если мы появимся на улицах столицы, нас тут же заметут и отправят на съедение животным. Не нравиться мне этот гонец, уж больно подозрительно себя вел. Что он там про тебя говорил?

- Любовь моя и все такое, - улыбнулся смущенно управдом.

- Да, да. Любовь моя, я видела тебя в моих снах в гробу и белых тапочках. Вот, что он хотел сказать, - ответил Жорж.

- И что все это значит?

- А это значит, что она в союзе с Манганой и хочет устранить тебя. Меня они уже ликвидировали. Мы европейцы и это вызовет подозрение о подлинности фараона, и прибавь присутствие Шпака. Он уж точно не упустит возможности сообщить ей кто мы на самом деле, если уже не сообщил.

- Так что делать? - заволновался управдом.

- Вместо нас поедет Мухатреп, а мы поедем другой дорогой. Тубук! - крикнул Жорж.

- Да, мой повелитель.

- Послушай, Тубук. Есть иная дорога во дворец фараона?

- Да, есть! - он кивнул головой и рассказал о тоннеле прорытого еще во времена деда нынешнего фараона. Этот скрытый в песках подземный ход ведет во внутренние покои дворца. С помощью механизма спрятанного на уровне пола, человек мог спокойно войти и подняться по каменной винтовой лестнице в зал, где фараон советовался со своими подчиненными.

- Ты можешь нас провести? - спросил Жорж.

После утвердительного ответа, Милославский вздохнул и ответил:

- Мы тут с фараоном посовещались и пришли к выводу, Мухатреп поедет в город с одним отрядом, а мы с нашим премудрым, мною и тобой и еще несколькими воинами постараемся пробраться в зал через секретный подземный ход. Задача ясна, товарищ генерал?

Тубук поклонился и вышел.


15


Отряд лжефараона разделился на две части. Одна группа со спящим и ничего не соображающим Мухатрепом тронулась в сторону столицы по основной дороге, где их должна встретить жена фараона. Вторая группа, во главе с Жоржем и управдомом потратив целый день, наконец, дошла до пирамиды, откуда можно увидеть очертания Мемфиса, столицы древнего Египта.

- Тпру, стоп машина! - Жорж слез с уютного паланкина, потянулся, прищурил глаза и осматривая горизонт заметил одиноко стоявшую колонну вместе с обломками стены вероятно некогда служившей частью фортификационного сооружения на подступах к столице.

- Что скажешь Тубук? - крикнул Жорж.

- Да, мой повелитель. Это там.

К концу дня, когда солнце коснулось горизонта, оно дало понять людям, что день закончился и пора готовиться ко сну. Отряд расположился небольшим лагерем у высокой колонны. Воины быстро организовали костер и пищу. Запах жареного мяса вызвал не только массу воспоминаний у Жоржа и управдома, но и небывалую работу желудка. Они стояли рядом и с трудом, глотая слюни, боролись и с голодом и желанием наброситься на еду. В тишине кроме потрескивания горящих сухих веток, желудки полтора десятка человек поочередно дуэтом и квартетом исполняли нотную грамоту, включая диезы и бемоли. Жорж отвел в сторону Тубука.

- Послушай, Тубук, я смотрю, ты крутой воин, ну прям Геракл.

- А кто такой Геракл?

Жорж пожал плечами.

- Да, один мужик, здоровенный.

Затем немного подумал и добавил:

- Не наш. Вот и ты, я вижу, любознательный как я в детстве. Мне все было интересно, помню, когда мне стукнуло пять лет, я уже знал что у деда в кармане и сколько денег в кошельке у бабушки. Короче во мне проснулась тяга к любознательности. Я к одному залезу в карман, узнать, что у него там, ко второму, к третьему. Вот скажи, к примеру, если человек хочет знать место, где фараон хранит золото - это, как ты думаешь, любознательность или нет? Конечно любознательность. Или вот другой пример. Сколько можно взять золота, если у тебя только четыре кармана в пиджаке и два кармана в брюках? Это любознательность? Конечно, любознательность.

- Что такое карман?

- Вот видишь, тебе любопытно знать, что такое карман. Карман это место на одежде для хранения золота, можно камушки разноцветные положить, жемчужины не помешают, бумажки всякие с цифрами.

- Но в ваши карманы много не положишь?

- Ой, как ты прав! А позволь узнать, чем можно заменить наши карманы на ваши?

- Мешки,- коротко ответил воин.

- И опять ты прав. Вот видишь, и в тебе проснулась любознательность!

Тут Жорж остановился. Не во время начал он разговор про мешки, и золото. Завтра предстоял тяжелый день. Ходить по египетским туннелям - это не прогулка по лесной аллее с цветочками и ягодками вдоль дороги. Из школьного учебника по истории он, где то прочитал, что фараоны и цари всякими способами старались подальше запрятать свои сокровища от глаз завидовавшим их богатству всяким злодеям и любителям легкой наживы.

- Тубук, а это правда, что фараоны очень любят подкладывать свинью.

- Какую свинью? - удивился сказанному Тубук.

- Ну, в переносном смысле. Ловушки, ямы, мины.

- Насчет мин не знаю, а ямы, это точно.

- Ладно, пойдем спать Тубук, нам надо хорошо выспаться перед серьезным марш-броском - заключил Жорж, и глубоко зевнув, побрел в свою палатку.

Управдом, вытер рукавом рот и, вернув глиняный горшочек слуге, подошел к сидящим у костра воинам.

Те, заметив приближение своего повелителя, уткнулись головами в остывший от зноя песок и замерли.

- Ну, что ребята, завтра увижу свою суженую. Честно говоря, соскучился по Ульяне Андреевне, а костер у вас ничего! Молодцы! Когда я в пионерском лагере был, мы с пацанами картошку в столовой свистнули и на берег убежали без спроса. Огонь развели, картошечку в углях запекли. Потом всю ночь болтали о всякой чепухе. А когда вернулись в лагерь, нас уже искали. Хм, ох и попало нам тогда! Ну, ничего. У вас случайно картошка не найдется? Чего молчите, как будто в рот воды набрали. Я вас спрашиваю, почему молчите? Отвечайте своему государю императору!

- Мы не можем говорить в присутствии нашего повелителя, - ответил один из воинов.

- Хвалю за это, так и надо, а то, что это за такое, если каждый своему повелителю перечить будет? Устав есть устав.

Прошел еще один час и отряд ,выставив охрану, затих до утра.


16


Вход в каменный туннель оказался завален грудой камней, но к всеобщему удивлению после начала работ по разбору завала, появился вход; не широкий и не узкий, вполне достаточным, чтобы пронести паланкин с еще сонным фараоном. Огонь от факелов освещал каменный свод и стены с иероглифами, нарисованными в разные годы правления фараонов.

Тубук был единственным, кто мог передать смысл непонятных древних 'мультиков'.

Как только на стене появлялись иероглифы, Жорж останавливал кортеж и пальцем требовал от Тубука их перевода на устный человеческий язык.

- Тубук, вот очередной мультик! О чем он говорит?

- Ничего интересного, один вельможа шлет привет другому вельможе и просит его приехать в гости на праздник разлива Нила.

Пройдя еще несколько метров, отряд вновь остановился перед стеной разрисованной разными человечками, животными, и закорючками.

- А это переписка двух писцов. Один из них по имени Томух требует возместить нанесенный другим писцом ущерб в виде зерновой расписки и двух слитков золота.

- Два слитка золота! - крикнул Жорж во все горло, - за что два куска золота, за что?

- За то, что первый избил Томуха и порвал ему одежду, - спокойно ответил Тубук.

- А за что один писец побил другого писца? - донесся голос управдом из паланкина.

- Здесь написано, что причиной конфликта стало оскорбление. Обидчик сказал, что его осел красивее потерпевшего и об этом знают все, кто работает в офисе писцов.

- Тубук, у вас, то есть, у нас есть иероглиф, когда один вельможа посылает другого вельможу далеко за Нил? - Жорж прикусил нижнюю губу в ожидании ответа.

- Как он его может послать? На лодке или на верблюде?

- Нет, ты не понял. Я имею в виду словесно. Вот, например я подхожу к другому визирю, который мне не нравится и говорю:

- А не поехать ли тебе на Нил половить немного рыбки!

Тубук не понял бы, если бы Жорж не схватил от отчаяния с земли кусочек камня и не нарисовал то, что хотел нарисовать.

Стоявшие рядом воины вместе с Тубуком от стыда открыли рот, но при этом дружно закрыли глаза.

- Уважаемый, - обратился управдом к Жоржу, - вот точно такой иероглиф некий негодяй нарисовал на углу нашего дома, когда ограбили Шпака.

- Когда вернемся, если действительно вернемся, на дверях у Шпака обязательно будет красоваться именно вот этот иероглиф и никакая коммунальная служба не сотрет его. А теперь, вперед. Ну, что встали как истуканы? - громко на весь туннель раздался голос главного визиря, отчего вся вереница тотчас пришла в движение, а факельщики продолжили освещать путь.

В темноте даже если есть какое-то освещение трудно определить время, а тем более если современный цивилизованный человек забыл или потерял часы при определенных жизненных обстоятельствах. В отличие от древнего человека, который был вечно занят поиском еды, и время зависело от сна и бодрствования животного, то современник нынешней эпохи чувствовал себя ущемленным и даже несчастным, если у него не было с собой атрибута его века.

- Повелитель, - обратился Тубук к Жоржу. - Почему ты всегда вскидываешь и смотришь на левую руку? Если нужна помощь, у нас есть в отряде лекарь.

- Нет, Тубук, часы дома забыл на столе.

- О мой повелитель! Как же их можно забыть? Они же каменные.

- Я потом тебе покажу, - ответил Жорж, но тут кортеж внезапно остановился. Один из факельщиков указал рукой на несколько иероглифов. Тубук подошел к стене, присел, повернулся и сообщил следующее:

'Ждите повелителя у развилки. Его сопровождает визирь и личная охрана'.

- Ясно, приказ поступил сверху. И если учесть, что тоннель соединяется с покоями фараона, то напрашивается только один вывод. Это дело рук Манганы и жены фараона!

- Негодяи! - воскликнул Иван Васильевич.

- Замешана ваша жена, между прочим,- ответил Жорж.

- Вы что себе позволяете! - вдруг заорал управдом, - Ульяна Андреевна чистый ангел. Она не способна на такое гнусное преступление. Я не позволю порочить имя моей супруги. Кто вы такой? Мелкий воришка и неудачник.

- Что, что? - вскипел Жорж. Тут он схватил за рукав управдома и силой завел его за угол паланкина, чтобы никто не видел.

- Ты опять за старое, фараонская твоя морда. Ты забыл, где и в каком веке ты находишься?

- Но, но, но... - вставил управдом.

- Чего нокаешь? Пень ты старый. Здесь ради власти и золота люди готовы перегрызть друг другу горло. И неважно, кто ты, брат или сват. Здесь не сюсюкаются с такими как ты. Пару раз дубиной по башке, а потом еще кишки вытащат и в саркофаг уложат аккуратненько.

- Как это кишки вытащат? - захлопал глазами от непонимания управдом.

- Как, как. Руками. Могут и к хвосту коня привязать, чтобы быстрее разматывать, - тут Жорж отвел взгляд в сторону и сам себе с улыбкой добавил, - это же надо так придумать! Талант.

Как бы длинной дорога ни была, она все равно заканчивается. Также и тоннель, каким бы длинным он не был, сколько бы поворотов отряд не делал, а он закончился внезапно. Небольшая винтовая лестница вела вверх и обрывалась перед глухой стеной. Нарушитель, если он не знал хитрости древних, скорей всего пришел бы в отчаяние и возможно погиб, если конечно не идти назад, но Тубук, подойдя к боковой стене, нажал на небольшое углубление, которое с первого взгляда можно было принять просто за неровность. Послышался скрип движения невидимого механизма. Массивные каменные двери медленно раскрылись. Перед Тубуком, Жоржем и испуганным управдомом предстала комната, освещенная одним единственным факелом. Она была пуста, если не считать глиняных кувшинов разной формы и объёма. На стенах яркими красками была изображена богиня Нехбет. На одной из стен она кормила грудью маленького фараона, а на остальных, где подросший правитель охотился на диких животных, приняв облик коршуна, стояла за его спиной и своими могучими крыльями защищала от вражьих атак.

Жорж и управдом открыли рот. Один, от увиденной красоты, потому как ничего подобного он раньше не видел, а другой возможно и разбирался что-то в искусстве, но в большей степени его интересовала ее стоимость.

- Это представить себе невозможно, какие деньги выложат за все четыре стены! - воскликнул один.

- Ну, красиво, и что? У нас на первое мая художник забор точно также разрисовал. Не хуже. Постоит немного, потом замажем.

- У вас все просто! - воскликнул Жорж, - Это, - он провел рукой вокруг,- если вот такие как ты не замажут и не разрушат, то потомки увидят, а на ваше творчество собаки будут ходить.

- Но, но, ты опять забыл перед кем стоишь! - управдом нахмурил нарочито брови.

- ИО, ты несчастный! - ухмыльнулся Жорж и повернулся к Тубуку.

Тубук приложил палец к губам в знак внимания, и наступила гробовая тишина.

- Что случилось? - поинтересовался лже-фараон, - почему не докладываете?

- Тихо, - прошипел Жорж.

- Дальше приемная фараона, и я слышу голоса. Один из них принадлежит супруге нашего повелителя, второй Мангане, а вот третий... - тут Тубук остановился, но стоящий рядом Жорж добавил:

- А третий голос принадлежит товарищу Шпаку. Что делать будем братцы кролики? Я думаю, пора выпускать наживку.

- Какую наживку? - заволновался управдом.

- Ваш выход, ваше высочество. Надо прекратить всякие противоправные штучки. Тем более что там находится Шпак. От него можно ожидать что хочешь. Ну, а вы ребятки готовы? - обратился он к воинам. - Как говорится за фараона и отечество!

Воины, уставшие от безделья и утомительного похода, бесшумно, по команде своего командира выстроились в боевой порядок.

- Тубук, твоя задача окружить помещение, где сейчас находятся заговорщики, - приказал Жорж. - Любое сопротивление ликвидировать. А вы, Ваше величество, сейчас увидите, наконец-то свою супругу. Не падайте в обморок. Я буду рядом!

Управдом сделал страдальческое выражение лица и попросил таблетку валидола.

Жорж покрутил пальцем вокруг виска, а потом показал кулак, полный драгоценных камней. Заметив удивленное выражение управдома, он тут же спрятал кулак за спину, а другой рукой махнул Тубуку, чтобы тот подошел к двери.


17


- Это же надо, дорогой племянничек так опозориться! - кричала Бахуда, заламывая руки от бессилия.

- Ну как можно было втоптать в навоз мое имя перед всем народом! Нализаться до поросячьего визга и посметь проехать на паланкине в пьяном виде по главной улице столицы. Откуда у тебя слова, на котором разговаривают строители пирамид и их подрядчики. Ты учился в самом престижном заведении страны, пять лет ослу под хвост. Кстати, ты на кого учился? - царица подошла вплотную к Мухатрепу.

- Фу, от тебя воняет, как от ишака с расстроенным желудком. Я спрашиваю тебя, паршивую овцу, на кого ты учился?

- Овца, - это животное женского рода, - перебил ее племянник, переминаясь с ноги на ногу.

- Как ты смеешь мне перечить? Овца - это существительное женского рода. Понимаешь, женского рода, а ты баран мужского рода. Чуешь разницу? - продолжала буйствовать Бахуда.

- Ну, чую, - мямлил племянник, опустив голову.

- Слышала я про твои проделки, только закрывала на все это глаза. Кто напоил алкоголем осла директора начальника департамента по науке. А драки на почве пития? Даже на выпускном и то сумел напоить весь преподавательский состав и отправить их купаться в голом виде в фонтане перед дворцом самой царицы. А самый вопиющий твой подвиг? Помнишь? Стыд и позор! Только ты мог додуматься до такого!

Мангана и его тень тихо вошли в комнату и встали возле колонны, внимательно следя за происходящим.

- Сходить по ветру с вершины самой высокой пирамиды Египта. Да твой прадед Хеопс плюется, наверное, сейчас там далеко, видя, как его внучок в дупель пьяный стоит на вершине и кроет всех ненормативной лексикой! Последний раз спрашиваю на кого ты учился?

Мухатреп продолжал молчать и вытирать рукой слезы и носовые выделения.

- Ваше величество, - вмешался Мангана, - пощадите вашего родственника и отправьте его в свою комнату, пусть попробует вспомнить, на кого он учился. У нас с вами есть другая, более серьёзная, тема разговора.

Царица указала молодому человеку на дверь, а сама, повернувшись лицом к Мангане, села на принесенное слугами мягкое кресло.

- Мангана, как ты можешь доверять своей тени, ты посмотри на его внешность. Типичный мошенник и авантюрист.

- О, моя повелительница. Я считаю это неплохим качеством для тени.

Слова повелительницы так задели Шпака, что он чуть не крикнул в ответ, - Да я на вас в суд подам, - но тут же прикрыл рот. Он знал, что любой неосторожный шаг ни к чему хорошему не приведет.

- Если то, что ты тень рассказала нам, является правдой, я считаю, что эти двое и особенно тот, кто выдает себя за моего мужа, должны быть наказаны. Но я до сих пор не могу понять, как мой муженёк смог убежать из твоих лап, Мангана?

- Мистика, моя повелительница, если верить словам моих слуг, в тот момент, когда они были уже в моих руках, внезапно появился человек в белом с глазами как у черепахи. Вот он то и помог им уйти, а куда неизвестно.

- Как куда? В мою квартиру. Сначала вся эта свора ворвалась в мой дом, устроила драку, оскорбили и унизили меня перед сотрудницей нашего учреждения, а главное забрали золото очень много золота, в слитках, по наследству от бабушки и дедушки ... , я уже не говорю про облигации, - тут он махнул рукой, - кожаные куртки, магнитофоны, слоновая кость...три штуки, две бочки с благовониями.

Тут Шпак остановился. Он понял, что сейчас не время говорить об этом.

- Хочу, ваше высочество признаться, что человек в белом - это ученый. Это он так себя называет. На деле обычный шарлатан. Создал машину времени, жильцам покоя не дает и стены между квартирами раздвигает. Кстати, дружок у него появился, ворюга из ворюг. Он здесь вместе с управдомом, который замещает нашего достопочтенного повелителя всех земель. Так вот этот мерзавец обчистил меня как липу. А в прошлый раз он вызвал самого Иоанна Грозного!

- Какого Грозного? - вмешался Мангана.

- Вы уж простите меня ваше благородие, но историю нужно знать.

- Ты что мелишь, смерд! - на этот раз вскрикнула Бахуда.

- Никаких грозных нету, кроме меня! Я и грозная, и милосердная.

- Ваше высочество, какой же я смерд. У меня диплом об образовании есть. Я потомственный стоматолог. У меня в роду все стоматологами были.

- Мангана, разве тень может разговаривать, да еще подобным тоном? - подняла брови Бахуда.

- Простите его, - вмешался Мангана, - мы не должны пренебрегать его словам. Ведь вы прекрасно знаете, что произошло с вашим мужем и мы до сих пор не получили никакой информации о его местонахождении. Мои люди донесут мне, как только он появится.

- А что делать с теми двумя?

- То же что и с остальными заговорщиками - рассматривая свои ногти, ответил Мангана.

Сначала мы покажем их народу как доказательство спокойствия и мира в семье, а потом...

Мангана не договорил. Дверь, соединяющая внутренние покои открылась, и десяток вооруженных воинов ворвались во внутрь. Часть воинов по приказу Тубука заняли все подходы в зал, остальные направили копья на Мангану и Шпака.


- Что это такое? - вскрикнула Бахуда от неожиданности. Стража? Где стража, Мангана?

Мангана хлопнул себя по лбу.

- Как же я не подумал, что они могут проникнуть через туннель? Какой же я болван!

- А ты действительно болван, - заговорил первым Жорж, - Ваше высочество, - обратился он к Бахуде, - разрешите представить вам вашего мужа!

Она встала и повернулась. Каково же было удивление управдома, когда он увидел в лице супруги фараона свою супругу Ульяну Андреевну Бунша!

- Не может быть! - прошептал управдом, прикрыв рот от неожиданной встречи.

- Не может быть! - присвистнул Жорж, рассматривая Бахуду с интересом сыщика.

- Ульяна Андреевна, как ты оказалась здесь? - произнес управдом со слезами, блеснувшими на глазах от радости неожиданной встречи со своей супругой. - Ты уже вернулась от подружки, моя радость?

- Какой подружке? Мангана, кто они такие? - в голосе Бахуды прозвучали нотки женской истерики.


- Похоже, это ваш муж и его визирь, - спокойно ответил Мангана, поскольку такому искусному в деле интриг вельможе, достаточно было одного взгляда, чтобы сложить картинку и понять настоящий это фараон или нет.

- А ведь ты моя тень права, - обратился он вполголоса Шпаку, - ловко они провернули это дельце - усмехнулся Мангана и почесал бритый затылок.

- Успокойтесь ваше высочество, - вмешался Жорж, - Это ваш муж, - тут он незаметно ткнул в спину управдома.

- Жена, я твой муж. Ты что, не узнаешь меня? - сконфуженно прошептал Иван Васильевич.

Еще один боксерский удар и зверское выражение лица Жоржа привели в чувство управдома.

- Сколько зим, сколько лет, - улыбнулся натянуто управдом и распростер руки в попытке обнять свою египетскую супругу, но она в ужасе отскочила в сторону.

- У моего мужа ниже пояснице есть два родимых пятна!

- Стоп. Стоп, - опять вмешался Жорж, - все у него есть и два пятна на заднем месте и справка о прививках. Похоже, супруга нашего почтенного правителя верхних и нижних земель не признает своего возлюбленного, а если это так, то придется арестовать всех троих и отправить в СИЗО. Тубук, надень наручники на арестованных, а в случае сопротивления ты имеешь право применить табельное оружие.

- Ты о чем говоришь, иностранец? - процедил сквозь зубы Мангана.

- Я же говорил вам ваше превосходительство, что эти люди обманщики и жулики, - прошептал Шпак из-за спины Манганы.

- Уведите этих двух арестованных под домашний арест и выставите охрану, чтобы не убежали - приказал Жорж и несколько воинов под командованием Тубука вывели их из зала.

- Ну, мы еще встретимся, - Мангана и Жорж обменялись между собой взглядами гладиаторов, которые сморят друг на друга перед поединком.

- Обязательно, а сейчас придет народ, чтобы удостовериться, что наш повелитель цел и невредим. У меня мадам к вам небольшая просьба. Не валяйте дурака.

Жорж со всей своей галантностью к слабой половине, деликатно взял руку Бахуды и подвел ее к управдому.

- Садитесь на трон, а я открою дверь для приема гостей.

Он махнул рукой солдатам открыть огромные двери. Два десятка человек вбежали в зал, но увидев сидящего правителя и его супруги, остановились и пали ниц.

Настало время царицы дать ответ своим подданным. Несмотря на клокочущий внутри нее вулкан гнева, ледяной страх и женское бессилие заставили ее встать, сделать шаг вперед и сказать:

- Я, Бахуда, возлюбленная жена нашего правителя, заявляю, что фараон верхних и нижних земель Египта, сын Ра и мой муж жив и восседает перед вами на троне, как и положено по закону нашего государства. Отныне между нами царит любовь и согласие, а посему требую очистить зал и не мешать отдыху моего мужа и сына Ра от тяжелого путешествия и долгого отсутствия в виду обстоятельств посланных нам богиней истины Маат.

- Кстати, в честь возвращения нашего любимого фараона официальные лица двора приглашаются завтра на банкет! - крикнул Жорж.

В ответ все присутствующие подняли правую руку в знак согласия и шумно разошлись в предвкушении праздника.


18


Наступила ночь. После бурных событий предыдущего дня сон одолел на время и своих и врагов. Иван Васильевич расположился на широкой кровати, как полагается старшему по званию, рядом же на прохладном мраморном полу, лежал Тубук, завернувшись в походное одеяло, как полагается младшему по возрасту и по званию. Даже Мангана, у которого ум, казалось бы, работал все двадцать четыре часа, тихонько похрапывал и по-детски улыбался во сне, вспоминая, как еще в детском возрасте отец усаживал его в колесницу и они вдвоем мчались по пыльной дороге, обгоняя испуганных птиц и зверей.


Но все ли спали в эту ночь? Конечно, нет. Две пары глаз одновременно смотрели в потолок и о чем-то размышляли. Одна пара глаз в соседней комнате рядом с фараоном, а другая пара глаз недалеко от Манганы. Мысли их совпадали.

- Или сейчас, или никогда!

Одна мысль, не зависимо от расстояния, пол и возраст одновременно вошли в две головы с парой глаз. Они медленно встали и убедившись, что все тихо и все спят, вышли в длинный коридор. Каждый шел своим путем, но объект цели был общим для них обоих. Сам же объект находился в царском дворце, где доступ к нему бережно охранялся всевозможными сюрпризами от опрометчивых воров и грабителей. Сокровища фараонов считалось священным, а нарушение закона каралось страшной смертью.


Длинный коридор, по обе стороны от Жоржа частично освещался горящими факелами источающие запах смолы и еще невесть чего. То ли египтяне экономили на смоле, то ли чиновники занимались темными делами и смешивали смолу с непонятными ингредиентами, но пока Жорж медленно продвигался дальше вглубь по извилистому коридору, запах поменялся не в лучшую сторону. Глаза слезились, а дышать становилось труднее и труднее. Иногда он прислонялся к стене у горящего факела и зажав нос смотрел на папирус, которую ему нарисовал Тубук, еще в туннеле. Поворот, еще один поворот и кромешная темнота впереди предстала подобно черной стене. Ему пришлось подойти к последнему горящему факелу и взять его в руку. Рукоятка факела оказалась липкой и покрытой темным веществом с неприятным запахом туалета.

- Это где то здесь, - вполголоса произнес Жорж и поднял факел над головой. Еще один поворот и ..., тут холод страха внезапно пронзил его от самой макушки головы до кончиков ног.

- Что это, хвост за мной? - мелькнуло в голове.


С противоположной стороны ярко блеснул свет от другого факела. Некто поднимался по ступеням, медленно, осторожно, как будто, боялся провалиться в яму или секрет ведь древние считались мастерами в искусстве избавления от ненужного сородича. Вот и он! Свет от факела освещал пространство так, что сам человек оставался в темноте, и при каждом изменении направления огня его тень то растягивалась, то сужалась. Неизвестный повернул направо, а за ним, внимательно наблюдая за каждым его движением, крался Жорж. Вскоре они дошли до огромной деревянной двери, возле которой стояла каменная фигура египетского бога хранителя сокровищ фараона. Некто привел в действие секретный механизм. Вход похожий на пасть дракона открылся и как только свет факела осветил комнату, лицо Жоржа изменилось, и он чуть было не выдал себя, увидев множество аккуратно размещенных на каменных полках сундуков разной формы и размеров. Человек открыл один из них.

Таинственный блеск золота мгновенно озарил склонившегося над ним человека. Золото слева, золото справа, драгоценные камни, жемчуг и все это рядом, перед самым носом. Незнакомец повернул голову. Старик с искаженным лицом от чар золотого тельца и глазами полного адского огня смотрел в темноту, где стоял Жорж. Черты лица показались ему знакомыми, и только стон, который вдруг вырвался из глубины человеческой души, подсказал Милославскому, что перед ним был ни кто иной, как Шпак собственной персоной.

- Ах, ты шельма! Ай да Шпак! Как это я сразу не понял!

Жорж хотел похлопать в ладоши, но передумал. Между тем Шпак наклонился, взял горстку золотых предметов и поднес их к лицу. Его руки дрожали, а золото подобно каплям дождя падало сквозь пальцы на поверхность, издавая особый звук. Вот он поднял ожерелье усыпанное жемчугом и рубинами, поднес его к губам и издал тихий дикий вопль охватившего его золотого безумия.

- Смотри не утони, а то ватрушки твоя Инесса будет готовить для другого!

Тело Шпака внезапно сжалось от неожиданности, и он с лицом полного страха повернулся к незнакомцу.

- Аааа. Опять ты здесь, ворюга, - процедил сквозь зубы Шпак опомнившись.

- Да ты на себя посмотри! Залез в сокровищницу без спроса и загребает себе народное золото как свое собственное!

- Ты посмотри вокруг, - прошипел Шпак, - сколько здесь золота, а ты пожалел для бедного советского дантиста какой-то сундук. Ну, два, нет три. Да, возьми, забери их, а впрочем, с какой стати я должен тебе их отдавать? Здесь хватит на всех!

- Спасибо, благодетель ты наш. Вот это по-деловому, - ответил Жорж и подошел к близстоящему сундуку. В тот момент, когда он открывал его, где-то наверху, на потолке послышался шум.

- Что это? -удивился Жорж, бросая беспокойный взгляд на Шпака.

Поток свежего воздуха, с шумом начал проникать со всех углов сокровищницы. Во рту чувствовался привкус мяты и корицы.

Шпак не обращая внимания на происходящее, продолжал примерять кольца, браслеты, ожерелья с дорогими камнями разной формы и цвета. Он, то улыбался, то внимательно разглядывал ту или иную золотую вещицу и искоса поглядывал на Жоржа в ожидании, как бы тот не вытворил эдакое воровское. Жорж открыл сундук, взглянул на лежащие перед ним сокровища, которых он никогда не видел и не мечтал увидеть даже в самых сладких своих снах. Но почему-то золото в эту минуту его не волновало. Подозрительный свежий воздух и непонятный привкус травы во рту - вот что, прежде всего, тревожило его.

- Что это, кто включил вентиляцию, и с какой целью? Шпак, да погоди ты ковыряться в сундуке. Ты чувствуешь вкус во рту? У меня язык как будто немеет.

- Я чувствую золото. Тебе вор, не понять этого чувства.

- Мне ли не понять. Ха! Ты сейчас сам то, кто? Да, ты хуже вора.

- Потому что ты не умеешь жить в этом мире, а я могу крутиться и получать то, что я хочу. Что ты умеешь делать кроме воровства?

- Я могу делать то, что ты не можешь. Вот сейчас ты набиваешь карманы золотом и не знаешь, что будет с тобой через несколько часов, а может быть и минут.

Тут Шпак внимательно посмотрел на Жоржа.

- Ты что, хочешь меня убить?

- Я не убийца, но кто захочет, тот и сделает. Тебе кто дал план нахождения сокровищницы? Уж не хозяин твой Мангана? Шпак, что у тебя с пальцами? Они растут как ботва картофеля на навозе! Что с тобой?

- Ты на себя посмотри. У тебя вместо ног деревянные ходули, а шея выросла как у жирафа. Ха-ха! Смешно на тебя смотреть!- лицо дантиста изменилось до страшной гримасы.

- Что вы говорите! А ты похож на клоуна на арене цирка. Губы накрашены, нос длинный, дурацкий колпак на голове. Гармошки еще не хватает для выступления перед публикой!

Подожди, Шпак, у меня сундуки шевелятся, как будто изнутри их кто-то трясет. Уж не покойники вокруг ожили, чтобы пугать таких как мы?

- Ха-ха! Я готов сейчас взлететь! У меня за спиной крылья и стоит мне махнуть ими, как я взлечу, захватив с собой несколько сундуков, и тогда прощайте!

- Шпак, а тебе не кажется, что у нас обоих галлюцинация! - хотел крикнуть Жорж, но язык и губы застыли и не подчинялись его контролю.

Стены меняли цвета перед глазами Жоржа, сундуки уже прыгали и танцевали. Золото, драгоценные камни, жемчуг падали на пол подобно проливному дождю в летний день.

- Шпак, собирай золотишко, пока оно не пропало! - кричал во всю глотку Жорж, ползая по полу и собирая воображаемые драгоценности.

- Они везде, они всюду! Золото, золото! На, ворюга получи! Шпак бросил горсть жемчуга в лицо Жоржа. Милославский же, щуря глаза от иллюзорной радости, закрыл их и расплылся в умилительной улыбке.

- Шпак, я никогда так себя не чувствовал. Ты не представляешь, я самый счастливый человек на свете!

- Хм, когда вокруг тебя такие несметные сокровища, ты вряд ли станешь плакаться в платочек и просить взаймы у соседа денег до следующей зарплаты! Да плевать мне на мою работу. Хочу пожить как настоящий фараон! Хочу и точка! Сейчас бы что нибудь эдакое. Хочется незабываемых ощущений, - произнес Шпак и услышал мурлыканье за дверью.

- Откуда здесь котята? - удивился Жорж.

В дверях появился маленький, черный как смоль котенок. Он посмотрел на двоих и мурлыча направился к Жоржу.

- Иди ко мне. Дай мне тебя погладить. Ты откуда такой красивый?

Котенок подошел к Жоржу и облизал ему руку. Потом он улегся на спину, потянулся и мяукнул в ожидании, что его погладят по животу.

- Откуда они? - спросил Жорж и увидел в пролете еще одного котенка. Тот был чуть крупнее того, что лежал у его ног и немного лохмаче.

- Иди к Шпаку, мне и этого хватит, - Жорж махнул рукой в сторону дантиста и потрепал за шею чернявого.

От такой щедрости от человека, котенок оскалился как взрослый.

- Ого, какие большие и острые! Если встретить такого в дикой природе, не поздоровиться. Честное слово!

Они оба на время забыли про сокровища и занялись играть с котятами. Шпак не похожий на себя, то убегал от лохматого, то догонял его. Он теребил его за гриву, гладил густую шерсть, а в конце достал золотой медальон и повесил ему на шею в знак небывалой шпаковской щедрости. Жорж, видя блеск золота на шее у котенка не смог не добавить:

- Шпак, постарайся не брать медальон, когда этот котик вырастет.

- Кому хочу, тому дарю. Не твое это дело считать мое золото! - огрызнулся Шпак.

Сколько это продолжалось теперь это никто не помнит. Откуда не возьмись в дверях появился маленький ребенок, мальчик лет четырех, пухленький, загорелый и с маленькой дудочкой. Он громко по-детски позвал котят и они, быстро вскочив, исчезли за дверями вместе с ним.

- Шпак, пора возвращаться! - сказал Жорж. - Теперь это наше сокровище, и никто не посмеет его взять, а управдома я беру на себя.

После этих слов, они словно ангелы на крыльях полетели через тоннель мимо пылающих на стенах факелов назад - каждый на свое место.


19


На следующий день Жорж проснулся с головной болью. Он и раньше испытывал подобное, например, удачный заход в гости, празднование Нового года или разошлись во мнении с приятелем, но такой как сейчас он раньше никогда не испытывал. Тем временем рядовые сотрудники, менеджеры и средний руководящий состав дворца фараона уже сновали в разных направлениях, готовясь к грандиозному банкету. Никто не знал, откуда появилось незнакомое, режущее слух египтянина новомодное слово 'банкет'. Встречаются два крестьянина на улице. Один спрашивает:

- Ну как урожай?

- Не волнуйся, все у меня банкет, - отвечает другой. Или вот еще. На пыльной дороге попадается торговому человеку разбойник и тот вежливо спрашивает: - Жизнь или банкет тебе? Или, один рассказывает:

- Еду я, значит, на своем осле, никому не мешаю, проезжаю нерегулируемый перекресток. Помехи справа нет, поворачиваю и еду по главной, а тут лихач слева мне в бочину как забанкетит! У моего осла аж в глазах потемнело. Вот какой у меня банкет произошел на прошлой неделе. Вот как хотите, так и понимайте это заморское слово!

Зайдя в комнату к лже-фараону, он нашел его еще спящим. Управдом похрапывал также как и все фараоны Египта до и после Хеопса на широкой кровати заваленной всякими мягкими предметами для услады правителя всех земель.

- Тоже мне Тутанхамон нашелся! - Жорж плюнул в сторону и вышел в коридор.

Он шел по просторному коридору. Еще не совсем нагретый на солнце африканский воздух едва колыхал листья экзотических деревьев. По левую сторону располагались кирпичные здания разных геометрических форм под склады, столовые, ванные и прочие нужды.

- Это же надо, трапеции, квадраты, треугольники. Еще гипотенузы не хватает, - ухмыльнулся Жорж и перевел взгляд на стены коридора.

Иероглифы, красочные росписи с разными сюжетами в основном, из жизни фараона.

- Не пойму я этих египтян: у них в голове только один фараон. Вот он вышел на крыльцо - раз! - и нарисовали красавца. Почесал затылок - опять нарисовали. Захотел выпить с друзьями - и тут изобразили, да так, что весь народ понял, что владыка всех земель склонен к алкоголизму. А вот сейчас почему не нарисовать того типа, что дрыхнет один на кровати фараона, я бы тогда такой бы иероглиф завернул, что ни один криминалист не разгадал бы. Наверное, чуют, что он не настоящий. Пока он удивлялся, и задавал вопросы самому себе, впереди мелькнуло знакомое лицо и стоящий рядом с ним Тубук.

- Кто это? - нарочно задал вопрос Жорж.

- Арестованный Шпак идет под моим личным конвоем по нужде.

- Молодец, Тубук! - пойдем вместе. - Мне тоже туда. Надо проверить, как идет подготовка к банкету. Жорж и Шпак не проронили ни слова и только тогда, когда рядом раздался рык животного, все трое остановились у клетки с двумя огромными леопардами.

- Ничего себе кошечки, зачем они здесь, Тубук? - Жорж показал пальцем на черного леопарда.

- Как зачем? Сокровища охраняют.

Жорж посмотрел на Шпака. Дубль два стоял рядом с клеткой белый как мел.

- Что с тобой, Шпак? - спросил Милославский.

Заикаясь, Шпак трясущей рукой показал на медальон, который он отдал маленькому лохматому котенку прошлой ночью.

- Послушай Милославский. Как на шее этого зверюги оказался мой медальон? - заикаясь, пролепетала тень Манганы. Жорж и сам не знал что ответить. Он помнил с трудом как играл с черным котенком, но, а когда у клетки появился маленький человек похожий на ребенка с черным, огромного роста леопардом, коленки Жоржа подогнулись, и он тихо присел на пол. Черный леопард, при виде Жоржа виляя хвостом, подошел к клетке, лег на спину и повернул клыкастую морду в его сторону.

- Быстро же ты вырос приятель, - сдавленным голосом пролепетал Жорж. Но леопард повел себя иначе. Видя, что человек не реагирует, он ударил несколько раз хвостом, вскочил на лапы и яростно, брызжа слюной, ринулся на решетку. Железные прутья еле выдержали напор и тяжесть тела леопарда.

- Эй, эй! - закричали все трое разом и в страхе отскочили в сторону.

Маленький человек ловко схватил за ошейники двух хищников и, боясь быть наказанным за действие своих питомцев, быстро поклонился и исчез в темноте.

Жорж отряхнул пыль с одежды и, чтобы разрядить обстановку небрежно бросил:

- Тубук, я все хотел спросить. Вот как насчет кабинок в дворцовых сортирах? Соблюдается ли гигиена в них или все пущено на самотек, а?

Тубук заморгал глазами и пожал плечами.


20


Банкетный зал. Вместо электрических лампочек, пылают факелы. Пол устлан цветами и ветками пальм. По правую и левую руку стоят столы покрытые белыми скатертями и заграничными яствами. Глиняные кувшины, разных размеров и форм соседствуют с сосудами из серебра и золота ручной работы мастеров невольников. Приглашенные гости и придворные одеты в яркие одежды с преобладанием голубого и красного цвета. Парики, благовония... Женщины разного роста - худые и полные, молодые и в возрасте, с макияжем и через чур накрашенные как будто перед выходом им забыли показать зеркало, - их мужья и сыновья, с животами и без живота, атлетически сложенные и хлюпики, красавцы и прыщавые - мелькали и плыли мимо двоих, которым судьба подарила как никому другому шанс увидеть людей живших, страшно сказать как давно.


Блеск золота, драгоценных камней и жемчуга на голове, на ушах, шее, руках и даже ногах доводили до безумия одного, а тонкие, льняные прозрачные платья облегающие тела древних красавиц и бывших красавиц с вырезом спереди и сзади и запахами лотоса, розмарина, и ладана сводили с ума второго, который стоял, упиваясь ролью великого фараона, рядом с самой царицей Египта, но другим полушарием своего мозга чувствовал себя как будто стоит в очереди в магазине за колбасой с Ульяной Андреевной.

Очнувшись от воздействия чар золотого тельца и прилично проголодавшись, Жорж поднялся со своего ложа, постучал массивным золотым браслетом, заимствованным у одного проходившего мимо гостя, по золотому кубку и громко обратился ко всем присутствующим соблюдать тишину и приступить к основной части праздника, а именно - чествование возвращение сына Ра в родные пенаты.


Он умел говорить речи, умел переливать из пустого в порожнее. Обилие незнакомых слов сбивало с толку гостей, но все как один, кроме одного, удивлялись и видели в нем воплощение дара Осириса, Анубиса и Тота. А писцы из местных газет в отчаянии плевали в песок и рвали папирусы, потому что большая часть его выступления не поддавалась переводу. И все же, благодаря находчивости некоторых, на папирусах того времени появился иероглиф с изображением кулака и посоха под разъярённой головой богини Сехмет. Всем все понятно. Усатый знатный жрец жестко критиковал заговорщиков и грозил им наказанием призвав на помощь еще не одну мать, которые имелись у египтян того времени.


Под конец своей речи он поднял кубок и приказал всем пьющим и не пьющим от имени фараона осушить, по его словам, посуду до конца и повторить, поскольку между первой и второй не должно быть абсолютно никакого перерыва. Отсутствие перерыва распространилось и на последующие тосты, а точнее за здравие фараона, за счастье супругов, за жрецов - молодцов, за доблестных воинов и под конец за отца всех фараонов, их матерей, братьев, сестер и бесчисленного количества жен с детьми.


Не отставал и управдом. Набравшись храбрости, а надо сказать на столах было достаточное количество зелья для храбрости, он несколько раз назвал царицу Бахуду Ульяной Андреевной, но убедившись, что это не та жена, которую он оставил в стенах многоэтажного дома, принялся было ухаживать за ней, но у царицы были совсем иные планы. Оставив мужа, она, улыбаясь, якобы от счастья встречи с потерянным мужем, незаметно для всех покинула торжество, приказав служанке развлекать управдома.

- Как тебя величать, красавица расписанная. Ой, я хотел сказать неписанная. Нам царям, то есть фараонам можно ошибаться, но только немного. Подумаешь, ошибся в имени, а как не ошибаться, всех не упомнишь. Вон сидит Тубук, отличный парень, я скажу, а левее моя правая и левая рука, товарищ Милославский, он же главный жрец Жорж.

- О, мой повелитель? - отвечала служанка, - какие странные слова ты говоришь? Многие люди говорят, что долгое отсутствие очень сильно повлияло на твой мозг?

- Ну, с мозгами у нашего повелителя действительно не того, - вмешался Жорж и тут же спросил:

- А где супруга?

- Да где-то здесь, - ответил управдом, прижимая руку девушки к своей груди. - Так как тебя зовут красавица?

- Мое имя - Самдая, мой повелитель - ответила кокетливо девушка.

- Так, так, кажется, кто-то решил закончить эту комедию. 'Финита ля комедия', - мелькнуло в голове у Жоржа, и он, не раздумывая, дал команду.

- Тубук, за мной! Жорж и несколько воинов выбежали из зала и помчались в комнату, где содержались Мангана и Шпак. Пробежав один зал и длинный коридор, отряд остановился перед открытой дверью и пустой комнатой. Ни охраны, ни пленников с царицей.

- Тубук, куда они могли убежать?

- В лагерь, за войском.

- А где наше войско?

- О, достойный, не гневайся, скорей наше войско уже не наше.

- Это почему?

- Тот, кто сейчас сидит и празднует со служанкой не настоящий повелитель всех земель. Вы достойно сыграли свою часть, но мне предстоит найти настоящего нашего сына Солнца. Забирайте своего друга, иначе будет поздно, а я постараюсь отвести вас туда, где мы встретились в первый раз.


- Как же ты узнал? - и тут сам ответил на него, - опять этот Шпак, - так и он может погибнуть?

- Я сделаю все, чтобы он остался жив, - ответил Тубук.

Они вернулись во дворец в разгар самого веселья. Играла музыка, музыканты, набравшись храбрости, изо всех сил старались угодить управдому.

- Следующая песня! - кричал управдом, слегка покачиваясь, называется 'Калинка - малинка'! Эта песня о маленькой ягодке, которую растили, растили, а кто-то залез в огород и съел ее. Берегите народное добро! В прошлом году у меня на даче крыжовник весь обобрали. Зачем это сделали? Какая польза от кислой ягоды, а сколько денег на навоз ушло? Ну, это так к слову. Эй, человек, еще кувшин. Не стесняйся, лей! Где музыка, Маэстро?


Грянула Калинка - Малинка на египетский манер. От раскаленной атмосферы зала, и действия зелья радости, у многих гостей от пота поплыл макияж, в результате чего чествование своего правителя превратился в детский сказочный маскарад встречи Нового года и праздника Нептуна с ограничением по возрасту. Кто-то снял и подбросил вверх свой парик, его подхватил другой, третий, а в середине песни гости метали парики в музыкантов, уже игравших невпопад и гостей, спящих у колонн и вдоль фонтана.

Жорж и Тубук зашли в зал в тот момент, когда прыжки сменились неуверенными движениями, громким разговором и желанием поговорить и посплетничать.

Управдом громко похрапывал. Жорж схватил его за плечо, наклонился к уху и тихо прошептал:

- Слышь, шляпа без кисточки. Нам хана. Если хочешь жить, бери ноги в руки и бежим.

Тело управдома встрепенулось, стеклянный взгляд на несколько секунд задержался на бедрах танцовщиц танцующих на столах. Сознание, блуждавшее до этого времени невесть где, медленно, как будто пробиралось пешком через Тибет, наконец-то возвратилось в родную гавань.

- Повтори, что ты сказал?

- Нам скоро каюк! Тубук говорит, что египтяне учуяли, что фараон не настоящий.

- Как они могли учуять?

- У тебя повадки как у советского управдома, а не фараона.

- Какие еще повадки? - брови Иван Васильевича нахмурились.

- Видать благородства тебе не хватает. Как был ты Бунша, так Буншей и помрешь, если, конечно, раньше времени не прибьют. А теперь быстро вставай, пока охрана и гости не очухались.

С этими словами, все трое в спешном порядке вышли из зала, прошли пару полутемных коридоров и вышли на свежий воздух с множеством ярких африканских звезд, усыпавших огромный ночной небосвод. Впереди у небольшой пристройки, покрытой широкими пальмовыми листьями, стояли, похрапывая несколько лошадей с десятком всадников.

- Я не умею ездить! - заскулил управдом.

- Скорее! - крикнул Тубук, - во дворце переполох!

Через несколько минут небольшой отряд с привязанным на спине у лошади управдомом мчался во весь опор по дороге, петляющей среди пальм, к притоку реки Нил, находившемуся в нескольких часах езды.


21


Впереди забрезжил рассвет. Подъехав к берегу, всадники спешились и собрались в месте, где как говорил проводник, существовал брод. Первым шел проводник, за ним несколько воинов и ишак с вещами. Тубук, Жорж и управдом замыкали процессию. Кругом было тихо, лишь изредка на поверхности воды появлялись круги, да всплеск проснувшейся рыбы. Египтяне, не снимая набедренных повязок, вошли в воду. Жорж остался в семейных трусах, а управдом, отказавшись раздеваться с гордым видом показал удивленному Тубуку дырявые носки. Вода оказалась теплой, местами горячей. При каждом шаге ноги то и дело утопали в вязкой глинистой массе, которая выделяла пузыри, начиненные особым веществом. При всплытии на поверхность, они лопались, и сильный запах гниения витал на расстоянии нескольких метров.

- Тубук, что это за вонючее место такое. Уж не канализация ли?

- Нет, крокодилы в канализациях не живут.

- А что, здесь есть крокодилы?

- Конечно, вон один лежит на берегу, а другой уже в воде недалеко от берега.

- А пресмыкающиеся?

- Что пресмыкающиеся? Ааа, понял. Еще больше, чем птиц.

Услышав это, Жорж и управдом стали энергично толкать тех, кто шел впереди. В результате отряд вдвое сократил время перехода.

А в это время один из крокодилов, что лежал спокойно на песке, приоткрыл один глаз и заметив добычу, медленно подполз к воде.

- Не желаете ли позавтракать, сэр? - спросил первый крокодил второго.

- С большим удовольствием. А что у нас в меню?

- Могу предложить стейк и ребрышки!

- Великолепно!

Как только люди заметили двух крокодилов, плывущих им навстречу, шедшие за проводником от страха столкнули проводника в сторону и ринулись к берегу.

- Спасайся, кто может! - кричали одни.

- Полундра! - вторили в страхе другие.

- Ишак или как тебя там, иди быстрей, а то сожрут тебя и ушей не оставят! - орал Жорж и пинал его ногой, но тот опустив голову медленно пил воду.

- Помогите, у меня нога застряла! - управдом стоял на месте и жалобно смотрел на остальных.

Жорж смерил расстояние, отделяющее их от прожорливых хищников, и со все силы ударил несчастного ишака по спине. От неожиданного удара, животное встало на задние ноги, опрокинуло поклажу в воду и издавая душераздирающие звуки побежало вслед за людьми.

- Ты что сделал мерзкое животное? Наши мешки утопил! - Жорж всматривался в темную покрытую илом воду в надежде увидеть, хотя бы один из них.

- Милославский, - продолжал скулить управдом, - помогите ради Бога! Они же сожрут меня.

- И правильно сделают! - крикнул Жорж в ответ.

Но медлить было уже нельзя. Оба крокодила плыли по прямой линии к своим жертвам.

- Ребрышки худого и высокого мои, - обрадовался первый крокодил.

- Хорошо, коллега, стейк тогда мой, - глаза второго устремились на Жоржа и на тень, которая появилась неизвестно откуда и заслонила солнце.

- Туча? Откуда она взялись, еще не сезон половодья.

Тень от появившегося предмета быстро увеличивалась, и это спасло управдома и Жоржа.

Пока крокодилы водили ноздрями по ветру пытаясь уловить незнакомый им запах, Жорж схватил управдома за рукав и потащил его к берегу. Всему виной оказалась здешняя коряга. Она зацепилась за штанину управдома и мешала ему идти. А когда до берега оставалось совсем немного, она провалилась в яму и увлекла бедного фараона в том месте, где исчезли мешки Жоржа. Управдом на мгновение скрылся под водой, но рука Жоржа крепко вцепилась в воротник и они вдвоем с Тубуком вытащили беднягу с того света. Штаны правителя всех земель остались на десерт крокодилам.

- Мешки Тубук, мешки! - заорал Жорж, пытаясь найти их.

- Что за мешки. Что в мешках?

- Подарки, сувениры на память!

- Золото было в мешках! - крикнул резкий голос. Все обернулись.

Мангана, Шпак и несколько воинов с обнаженными серповидными мечами стояли на вершине пригорка.

- Ну, что попались, голубчики. Вы в меньшинстве. Так что сопротивление бесполезно, - добавил Шпак из-за плеча.

- Почему же бесполезно? - Жорж и Тубук выступили вперед. - Посмотрите наверх!

Предмет приобрел форму квадрата и по мере его приближения к земле количество песка, выбрасываемое этим объектом, возросло. После контакта с землёй раздался громкий скрежет, сопровождаемый сильным порывом горячего воздуха и песка. Все присели и закрыли глаза руками. Первым открыл лицо Тубук. Он тронул Жоржа за плечо.

То, что он увидел, вызвало в нем бурю радости такой степени, что набрав как можно больше воздуха в легкие он закричал не жалея своих голосовых связок:

- Да здравствует советская наука! Слава ученому изобретателю Шурику!

И действительно, недалеко от отряда в том месте, где приземлился объект, стоял Шурик в белом халате и улыбался им, сверкая очками от солнца. А за его спиной часть квартиры Шпака.

- Я нашел вас! Вы представляете, мои расчеты по путешествию во времени оказались правильными. Теперь вы можете вернуться назад, в наш век!

- Да если все рассказывать, дня не хватит! - ответил Жорж и обнял ученого.

- Забирай нас скорей, а то нам всем хана!

Пока Жорж и Шурик выражали свои персональные чувства, в дверях появилась Инесса. Растрепанная, в халате и домашних тапочках она выбежала из квартиры на горячий африканский песок и не найдя своего Леонсия, встала перед Жоржем и Тубуком.

- Где мой Леонсий, где он!

- Я тут, Инесса! - донесся голос Шпака по ту сторону брода.

- Ты что там делаешь? Кофе давно остыл. Ты же знаешь, что я не люблю пить холодный кофе одна!

- Это кто тут Леонсий? - Мангана посмотрел на Шпака.

- Ну, я ваше высочество.

- Леонсий - это кличка собаки или толстого ленивого кота?

- Попрошу ваше высочество не оскорблять меня и мою сотрудницу перед людьми.

- А то, что будет? Ха-Ха! - дико засмеялся Мангана.

Желваки Шпака заходили ходуном, его лицо потемнело от ярости.

- Я, я...!

- Что я, Леонсий? - грубо передразнил его Мангана.

Тут Шпак наклонился как бы в поиске потерянной вещи и не найдя ничего подходящего на дороге, схватил свежий навоз любимого коня Манганы и размазал его по лицу хозяина.

Наступила тишина. Все, кто был свидетелем этой шекспировской сцены, оцепенели. Опомнились люди Манганы слишком поздно, и только тогда, когда Шпак уже стремительно бежал в сторону своей Инессы.

- Хозяин, что делать? - спросил командир отряда Манганы, но в ответ изо рта Манганы появился лишь воздушный пузырь, который, лопнув, брызнул в глаза командира.

- Живьем всех брать, а Леонсия доставить мне лично, - выдавил, морщась Мангана и, десяток воинов бросились вдогонку за 'тенью' своего хозяина.

Шпак бежал так быстро, что не заметил двух подплывших к тому времени крокодилов. Не успев позавтракать ребрышками и стейком, оба друга повернулись в сторону Леонсия.

- Как ты думаешь, нам удастся перехватить этот бегущий бифштекс? - спросил первый второго.

- Возможно, но я ... - ответил второй, но так и не закончил свою мысль, потому что в этот момент ступня сверху придавила ему пасть на доли секунды и прищемила язык.

- Тьфу ты, - плюнул второй крокодил - и перестань болтать, когда мы ждем доставку пищи.

- Не отчаивайся. Вон бегут цыплята табака. Правда запечённый картофель и брокколи не обещаю, а вот крылышки вполне подойдут!

Недовольный сложившейся ситуацией, Мангана отправил на лодках еще десяток воинов. Положение наших героев становилось критическим.

- Как только наш повелитель подойдет, - тяжело дыша прохрипел командир отряда Манганы, -тогда вам всем крышка от саркофага!

Видя победу, Мангана не торопился привести в исполнение свой приговор, так как упавший объект вызвал в нем интерес больше, чем пленники, а особенно бледнолицый человек в белой одежде с таинственным предметом на глазах.

- А что, если предмет что у него на глазах и есть тот самый волшебный инструмент, который помогает перемещаться во времени. И если я получу его, то смогу изменить события и самому стать фараоном всех земель - так думал он.

- Ты кто? - спросил Мангана, глядя скорей на очки чем в глаза Шурика.

- Я изобретатель. Зовут меня Шуриком, очень приятно. Рад познакомиться. А вы кто?

- Я Мангана, советник и правая рука нашей царицы Бахуды, кстати, а вот и она.

И действительно, паланкин, ярко разукрашенный всеми цветами радуги, быстро приближался к месту событий.

Носильщики тяжело дышали, но продолжали рефлекторно бормотать иссохшими губами свою профессиональную песнь. На последнем издыхании, они осторожно, словно легкую пушинку опустили паланкин на песок. Невольница положила тростниковую циновку под ноги государыни, чтобы та не обожгла свои нежные пальчики, а носильщики не получили по шее.

Бахуда, с помощью своих служанок и наложниц, медленно покинула свое мягкое место и встала на циновку. Однако она не была рассчитана на вес жены фараона. Как подводная лодка уходит под воду, так и Бахуда в считанные секунды ушла в песок выше пояса, оставив ей возможность только размахивать руками. Смех с одной стороны лагеря вызвал возмущение в стане другого лагеря. Пока перепуганные слуги вытаскивали тело жены фараона, Мангана подошел к Жоржу и ткнув в грудь пальцем, спросил его:

- Уж не ты ли тот мошенник, что так ловко играл роль чати, высшей должности после фараона?

- А не ты ли тот мошенник, что так ловко облапошил честного фараона не забыв привлечь на свою сторону его супругу для своих темных дел? - ответил в ответ Жорж.

- Негодяй! - взревел Мангана.

- От наигоднейшего и слышим! - вступился Иван Васильевич.

- Вы сейчас заплатите за все! - крикнул Мангана и погрозил кулаком, где на указательном пальце уже отсутствовало кольцо с бриллиантом.

В тот момент, когда судьба наших героев клонилась не в лучшую сторону, всевышний распорядился совсем иначе.

Появление фараона в дверном проеме квартиры Шпака, вызвало трепет и ужас среди воинов. Они в панике бросили оружие на песок, встали на колени и прикрыли лица ладонями. Лишь двое, а точнее Бахуда и Мангана, сохранили спокойствие, хотя внутри в области желудка похолодало у обоих.

- Я, Ментухотеп, фараон Верхнего и Нижнего Египта, (далее шел длинный перечень его званий, заслуг, список богов каких он знал и кто ему потворствовал), после чего объявил о своем расторжении брака с Бахудой и призывом разобраться с врагами государства, которые имели наглость поднять руку на руководство страны и ввергнуть народ в гражданскую войну. А в конце своей пламенной речи он трижды прокричал услышанное им по телевизору в международных новостях слово 'Венсеремос!'.

Ментухотеп поднял руку длинную худощавую руку в знак воли фараона, а другой удерживал полы белой простыни, выданной ему в вытрезвителе по причине крайнего алкогольного опьянения. На ногах вместо сандалий худые ноги повелителя утопали в резиновых галошах самого последнего размера. Несмотря на мелкие атрибуты современного мира, сторонники Манганы все же признали в нем своего фараона и не желая идти против его воли, искоса поглядывая на своих теперь уже бывших предводителей, встали на одно колено склонив головы. Власть фараона была восстановлена.


Милиционер, который оформлял протоколы на задержание участников дней Египта в Советском Союзе при виде Шурика пришел в замешательство. Чувство внутри подсказывало ему, что после встречи с Иоанном Грозным в квартире Шпака, этот чудаковатый ученый пришел неспроста и вновь готов впутать его в очередную интрижку с царями.

- Что на этот раз товарищ ученый? - обратился он к Шурику

- Хи-хи, - захихикал Шурик, - Товарищ лейтенант, да дело то пустяшное. Отпустите фараона и его помощника.

- Это что, очередная кличка уголовника?

- Нет, вы не поняли. На этот раз фараон Верхнего и Нижнего Египта.

- Он участник дней дружбы Египта у нас?

- Своего рода, да. Они участники танцевального ансамбля.

- Назовите, имя, год и место рождения, паспорта имеются?

- Да, конечно, правда с собой их нет. Одного звать Ментухотеп, а другого Аменемхет.

- Почти Белка и Стрелка, товарищи старший лейтенант - ответил молодой сержант.

- Место рождения?

- Фивы, - спокойно ответил Шурик.

- Год рождения?

- 2056 год до нашей эры.

- Так и запишем 2056, - начал милиционер записывать, но тут же остановился и со страхом посмотрел на Шурика.

- Как так? Товарищ ученый, вы меня чуть в психушку не упекли из-за вашего Ивана Васильевича. Кстати, где он сейчас?

- В данный момент он замещает фараона, - Шурик протер очки грязным носовым платком.

- Товарищ ученый, - в словах милиционера появились нотки мольбы, - прошу вас, не впутывайте вы меня в эти темные дела с покойниками тех времен.

- Да вы поймите, какую научную ценность они представляют!

- Фу, товарищ ученый. У вас что, вчера симпозиум был?

- Да вы представить себе не можете, они меня угощали вином, сделанным еще полторы тысяч лет до рождества Христова.

Лейтенант встал со стула, взял чистый листок бумаги и наскоро написав, передал его сержанту со словами' Беги, срочное дело'.


Дело в том, что в посольство Египта пришло неофициальное обращение о временном задержании двух ее граждан по причине незаконного посещения ими квартиры одного советского гражданина, который нарушил закон пребывания иностранных граждан на территории Советского Союза. Во избежание недоразумений на государственном и политическом уровне, власти дружественной нам страны в лице представителей посольства убедительно попросили освободить данных граждан из вытрезвителя, куда они были доставлены прошлым вечером нарядом милиции выполнявшего свои обязанности на вверенном им участке. В свою очередь, руководство вытрезвителя с облегчением заменила подметающих внутреннюю площадь двух египтян на соответствующий контингент из числа своих граждан, подобранных вышеуказанным нарядом с целью повышения показателей социалистического соревнования среди медицинских учреждений специального назначения.


После небольших формальностей, данных гостей привезли в скором времени на 'бобике' и отдали Шурику. Радость встречи оказалась безмерной и поспешной, поскольку наш ученый-изобретатель знал, что эти двое, не были теми, на кого пришла официальная бумага в посольство. Настоящие же виновники находились в детском лагере по приглашению юных интернационалистов на празднике прощального костра сезона, а Шурик случайно стал свидетелем отъезда двух египетских товарищей с детьми.


В то время, как только тройка прибыла на квартиру Шурика, из посольства пришла бумага что произошло недоразумение по поводу вытрезвителя двух египтян. Данные граждане находятся в пионерском лагере в полном здравии, что не скажешь про Ментухотепа и Аменемхета, умершие полторы тысячи лет назад.

- Заводи свое изобретение! - спешил Ментухотеп. - Иначе загребут нас за нарушение миграционного режима.

- Возвращай мне Ивана Васильевича! - кричала с другой стороны Ульяна Андреевна.

- Верните моего бедного Леонсия! - вопила Инесса.

Окруженный со всех сторон Шурик изо всех сил старался пробить время с помощью своего изобретения. Машина, хлюпнув колбами с реактивами, пропустила электрический ток, и голубая змейка времени вновь спустя несколько дней бездействия, поползла к стене.


Заключение


Вот и пришло время расставания наших героев. Если бы не технические причины, прощание продлилось бы несколько дней. Несмотря на свою строгость решения Ментухотеп при содействии Ульяны Андреевны и Инессы простил свою жену. В отношении же Манганы, фараон остался непреклонным, хотя за него никто и не просил, но обещал подумать и при лучшем исходе его ожидал запрет на коммерцию и изъятие служебного паланкина, а в худшем ссылка на необитаемый остров в сопровождении охранников Понедельника, Вторника и Четверга, без Пятницы на несколько лет. Боясь, что конденсатор не выдержит длительной нагрузки, Милославский предложил отпраздновать это грандиозное событие прямо сейчас в квартире Шпака, на что сам хозяин квартиры отреагировал протестом и ходатайством перед фараоном отклонить бредовую идею Жоржа. В свою очередь Аменемхет, прямой наследник Ментухотепа, всегда молчаливый, когда рядом нет кувшина, горячо поддержал своего двойника и они оба обсудили свои личные проблемы на брудершафт самым дорогим подарком из Франции который хранился у Шпака. Ульяна Андреевна как слезинка похожая на Бахуду в конце концов подружились и договорились время от времени созваниваться и посплетничать по телефону, хотя ни одна ни вторая никак не могли понять, как же можно проложить связь между прошлым и будущим даже при наличии телефонов. Инесса, ни приседая, хлопотала вокруг своего Леонсия, не забывая напоминать ему о якобы его тайных связях с наложницами Манганы, на что тот только отмахивался руками приговаривая: - Какие женщины? О чем ты говоришь. Тут золото уплыло мимо пальцев! Золото!

Тубук тоже не остался без внимания и наград. По совету управдома и Жоржа, Ментухотеп назначил его командующим над всем войском, какое только было тогда в Египте. От Жоржа он лично получил солнцезащитные очки, зажигалку и блок болгарских сигарет 'Opal', а от лжефараона блокнот с телефонами милиции и скорой помощи да одеколон, который тот, не брезгуя, стащил в ванной Шпака. Не свое же.

Когда же церемония расставания шла еще полным ходом, внезапно сработал звуковой сигнал аварийной системы. Наступило молчание. Все переглянулись.

- Пора! - вдруг крикнул Шурик, - иначе будет поздно и Ментухотеп с Аменемхетом никогда не будут фараонами и их имена исчезнут навсегда из истории человечества!

Испугавшись вердикта ученого, египтян схватили подаренные им вещи и выбежали к ждущим их согражданам. Они повернулись в последний раз. Легкая дымка времени исказила лица египтян. Ульяна Андреевна и Инесса достали платки, и они вместе с Жоржем и Иваном Васильевичем махали уходящим в прошлое теперь уже друзьям из древнего Египта.

- Приезжайте к нам в гости! - крикнула напоследок Ульяна Андреевна и прижалась к своему мужу.

- Не забывайте нас! - ответила Бахуда и по примеру Ульяны Андреевны нежно обняла за талию своего фараона. Новый главнокомандующий всем египетским войском Тубук поднял свой боевой щит в прощальном жесте, и все исчезло. Исчезла пустыня, люди, африканское солнце, а их место заняла стена панельного дома с окном и балконом, которая вернула наших героев в настоящее время, а их друзей в далекое прошлое.

- Послушай, ученый, - спросил Жорж чуть сиплым голосом,- какие у нас шансы вновь встретится с ними?

- Никаких, - ответил Шурик и, скомкав пустую пачку сигарет, бросил ее за балкон.

- Так это вот кто мусорит во дворе! - заметил управдом, - Кстати, моя милиция к нам пожаловала. Небось, опять Милославского ищут, а он тут у Шпака с древними египтянами тили-тили, трали-вали разводит!

- Схожу, прогуляюсь, а то накурили, дышать нечем, заодно и мусор подберу, - моментально отреагировал Жорж.

- Жорж! - крикнул напоследок Шурик, - где тебя искать?

- Хм, пусть милиция меня ищет, а я сам дорогу знаю. Прощевайте и честь имею! - улыбнулся Жорж своей очаровательной улыбкой и закрыл за собой дверь.