# Монах-гончий 26

Полина Евгеньевна Гуркало

## Глава 26. Жертвоприношение.


В начале февраля Лука устроил ученику экзамен за второй год обучения. Результаты радовали, поэтому наставник решил закрепить успех.

- Кроме стандартных дам тебе ещё одно заклинание. Называется "Расчёска". Используется для расчёсывания волос. Выполняется в два этапа: сначала волосы приподнимаются потоком ветра, потом формируется каркас собственно расчёски, которая идёт по течению ветра, выполняя свою работу.

Почему я заговорил об этом заклинании? Есть две причины. Во-первых, оно бытовое. Девушки используют его по несколько раз в день, достигая истинного мастерства. Во-вторых, заклинание многовариантное. Новички часто формируют два-три зубца с огромными зазорами между ними. Понятно, что много таким гребнем не начешешь. Однако по мере роста контроля зубцов становится всё больше, а их размер и просветы между ними всё уже. У верховных получается просто волосок к волоску.

Отдельно хочу выделить усложнённую версию типа каскад, когда расчёски располагаются одна за другой от менее зубастых к более. Обычно используется в сложных случаях, когда на голове реальный беспорядок. Впрочем, этот уровень тебе ещё долго будет не по зубам.


Через несколько дней Лука явился на ужин с сияющей улыбкой на устах и книгой под мышкой.

- Наконец-то получил его! - возвестил он брату Иакову, пришедшему на обед парой минут раньше.

- Кого? - уточнил тот.

- Его, - выставил перед собой книгу юный гончий, - "Житие инока Феофана Чудотворца". Редкое издание.

- Поздравляю, - флегматично отозвался куратор. Он уже успел разочароваться в религии и поддерживал эту тему лишь потому, что выбор у гончих откровенно невелик. А вот у младшего коллеги признаки фанатизма были налицо. Хорошо ему в монастыре Святой Воли мозги прополоскали. Хотя, судя по присланной информации, подцепил он эту заразу ещё раньше...

Разговор прервал протяжный звон. Оба гончих тут же устремили взгляды на пряжки. Один из камней мигал красным, сообщая, что на подотчётной территории произведено колдовство.

- Козло, - выругался брат Иаков, бегом устремляясь к кельям.

Лука, бежавший на шаг впереди, вскинул руку, коротким заклинанием успокаивая артефакт. Однако спустя секунду звук раздался снова вместе с алой вспышкой камня.

Взлетая по лестнице, молодой монах сглотнул. Два заклинания подряд - это не новичок или простофиля-демонолог, это полноценный колдун.

А пряжка засияла снова. И снова. И снова.

Пять раз подряд.

Ворвавшись в свою комнату, юный гончий быстро завершил экипировку и выскочил в коридор. Старший коллега немного задержался, зато сразу устремился к конюшне.

- Деревня Осинки, - на ходу пояснил он, - полдня пути.

Лука кивнул. Четыре часа пешком или сорок минут быстрой езды. Вот только за окном уже давно стемнело, а скорость передвижения по плохой дороге ночью можно смело умножать на бесконечность.

Быстро оседлав сонных лошадей, молодой монах предложил:

- Могу сделать им ночное зрение. И нам тоже.

- Что ж ты раньше-то молчал? - обрадовался напарник. - Действуй.

Светлячок освещает лишь небольшой участок дороги, а дальше мрак становится совсем непроглядным. Быстро так можно только ноги переломать. А вот ночное зрение позволяет видеть от горизонта до горизонта. В их ситуации - лучшее решение.

Закончив подготовку, гончие выехали в снежную ночь.

- Начнём медленно, - пустил коня шагом Лука. - К ночному зрению нужно привыкнуть. Тут нет цвета как такового, серая палитра с акцентом на границах предметов. Поначалу странно и дико, теряется чувство расстояния.

- Лучше потерять десять минут сейчас, чем плестись в непроглядной мгле, - согласился старший коллега. У него был немалый опыт таких поездок в ночь. Игра светотени, пугающие своей неожиданностью звуки, тусклое пятно света, вокруг которого сгущается непроглядный мрак. И непонятно откуда ждать удара. Пока до места доедешь - поседеешь.

Спустя пару минут, когда лошади пошли увереннее, гончие повысили скорость до рыси. А потом и до галопа.

Через полчаса камни на поясах путешественников синхронно мигнули и зазвенели. На скаку вытащив металлическую тарелку, Иаков выругался: фиолетовым сияли всё те же злосчастные Осинки.

- Колдуны-демонологи, - процедил сквозь зубы Лука. Хуже была только команда опытных боевых магов.

- Мы едва половину не проехали, - окинул сузившимися глазами окрестности напарник, убирая поисковый артефакт обратно. Тряхнул вожжами, подгоняя лошадь, но скорость и так была на пределе.

- Я могу снять усталость и увеличить скорость коней, - предложил юный гончий. - Но это скажется на продолжительности их жизни.

Словно отвечая ему, вновь вспыхнули пряжки, оглушая тревожным звоном.

- Снова она, - рыкнул куратор, глянув в мешок. - Похоже, будет массовое жертвоприношение.

- Сколько людей в Осинках?

- Десяток семей. С детьми около ста человек. Ускоряй лошадей.

Подгоняемые поминутно вспыхивающими пряжками, всадники понеслись по ночной дороге, притормозив лишь у самой деревни.

- Осинки за тем холмом, - сбавил шаг скакуна Иаков.

- Переходим в режим маскировки, - кивнул Лука. - Приоритет?

- Прерывание ритуала и спасение жителей, - чуть поколебавшись, ответил куратор. За поимку колдунов давали больше, но этот гончий не был бесчувственным карьеристом.

- Внезапная атака? - уточнил младший напарник, последовательно активируя необходимые артефакты.

- Да. Сейчас приоритет время, - согласился старший коллега, переводя пряжку в тихий режим, - явимся на полчаса раньше и всех удивим.

- На час, - тряхнул поводьями Лука. - Какие у тебя заклинания?..


Зимняя ночь. Деревня. Несколько десятков факелов освещают сбившихся в кучу крестьян, удерживающих их на месте мужчин опасного вида и созданную из красных лент гексаграмму, посреди которой стоит чурбан, исполняющий роль алтаря. Двое дюжих детин удерживают на нём жертву, а человек в чёрных одеждах заносит кинжал. По углам звезды стоят шестеро обладателей балахонов цвета мрака, читающих заунывный речитатив, в который вплетается тихий плач крестьянских детей.

Сверкнув в пламени факела, кинжал устремляется вниз.

Предсмертный крик ужаса резко обрывается зловещей тишиной.

Колдун пинком откидывает от импровизированного алтаря тело и требует:

- Следующего.

Помощник, звероватого вида мужик, вытаскивает из толпы крестьян молодую деваху с младенцем и подтаскивает к чурбану, от которого только что оттащили труп, чтобы кинуть на груду предшественников.

Колдун прошелся сальным взглядам по формам молодухи, которую укладывали на алтарь: широкие бёдра, узкая талия, пышная грудь. Хороша деваха, жаль времени нет. Зачитав ритуальную формулу, демонолог поднял кинжал.

А миг спустя из темноты ударил тонкий луч. Легко взрезав возникшую вокруг колдуна плёнку защиты, он пронзил запястье занесённой руки. Демонолог вскрикнул от неожиданной боли. Словно это послужило сигналом, темнота ударила порывом ветра, сбившим с ног обычных людей. Часть колдунов успели защититься, другие повалились на землю вместе со всеми. Почти одновременно с ветром ударила ветвистая молния, поразив охранявших крестьян воинов.

- Враги! - Взвизгнул бывший владелец кинжала.

Мгновение спустя его слова подтвердились: из темноты вынырнули два всадника в чёрных одеждах и на тёмных лошадях. Левый ударил огненным шаром в лидера демонологов, а правый послал в колдунов десяток лезвий ветра.

Жертвоприноситель вскинул здоровую руку, встречая сгусток пламени широкой струёй воды. Его помощники тоже защищались, кто как умел.

Тем временем атакующие разделились. Левый, при ближайшем рассмотрении оказавшийся мужчиной средней упитанности, направил свою лошадь на демонолога. Достав из-за спины копьё, он устремил наконечник в грудь противника. Алые всполохи на лезвии сообщили, что атака не ограничивается физической составляющей. В ответ колдун вскинул руку с выхваченным медальоном. Острие копья скрежетнуло по возникшему щиту и ушло в сторону. Этот раунд мучитель выиграл.

Впрочем, всадник не растерялся. Соскочив с лошади в центр пентаграммы, он усилил своё падение заклинанием Удар Тверди. Стоило его ногам соприкоснуться с землёй, как последняя встала на дыбы и волной ринулась в стороны, сбивая с ног едва начавших приходить в себя колдунов. Мужчина же крутанул своё оружие и вновь нацелился на лидера ритуалистов.

Правый всадник, совсем молодой парнишка со светлыми волосами, направил коня в гущу пленников, вернее на охранявших их воинов. Приблизившись, он махнул рукой. Четыре лезвия скользнули по нитям ветра и поразили четырёх мужчин в правый глаз.

Второй взмах. Ещё четыре заклинания устремились к людям. Три левых глаза и одно ухо. Последний объект успел дёрнуться и тем спас себе жизнь. Итого минус семь из двенадцати наёмников, плюс один временно выведен из строя.

Между тем конь доскакал до ближайшего человека и банально затоптал его. Всадник спрыгнул, в полёте оглушив ещё одного. Осталось двое ошеломлённых, но уже поднявших оружие противников.

Два коротких изогнутых лезвия покинули наспинные ножны. Младший из напарников отдавал предпочтение честной стали, по которой скользнули холодные молнии ошеломляющего заклинания. Едва его ноги коснулись земли, нападающий пошел в атаку, целиком и полностью забирая себе инициативу.

Короткий обмен яростными ударами завершился полной победой незваного гостя. Убив одного врага и оглушив второго, он обратил внимание на ситуацию вокруг. Напарник завяз в бою с опытным колдуном, а младшие демонологии тем временем готовили свой удар.

Недолго думая, молодой человек выпустил рукоять оружия, и выпустил из ладони десяток лезвий ветра, кои тут же устремились к шести помощникам главаря, заставив тех пересмотреть планы. Кто-то шустро перекинул собранную энергию в щит, кто-то перенаправил заклинание в сторону новой угрозы... только один довёл дело до конца ударил плетью воды в спину старшего из мешающих ритуалу. Чтобы тут же захлебнуться кровью, так как пропущенное лезвие перерезало ему горло.

Пять взглядов, чьи эмоции варьировались от злости до испуга, скрестились на светловолосом убийце. Молодой человек улыбнулся. В тот же миг улетевшие было в ночь лезвия ветра плавно развернулись и устремились обратно. Одновременно боец дёрнул себя за край рукава, словно доставая что-то мелкое. Вытянув ладонь, сделал подкидывающий жест. В отблесках факелов блеснули крупицы размером с песчинку, на глазах превратившиеся в ледяные иглы. Один десяток, второй, третий. По движению пальцев все они устремились вперёд.

Однако начинающие колдуны успели прийти в себя достаточно, чтобы оценить угрозу. Четверо вскинули перед собой щиты, один ответил огненным вихрем, спалившим отправленные к нему льдинки. Остальным повезло меньше. Иглы вонзились в щиты и намертво прилипли к ним. После чего пролетевшие было мимо снаряды вышли на круговую траекторию и ударили в тыл не ожидавших такой подлянки демонологов. Миг спустя до их спин добрались и подзабытые лезвия ветра. Брызнула кровь, раздались крики.

Молодой боец выставил щит, отразивший остатки огненного вихря, а затем крутанулся. Неизвестно когда возникший в его руке нож мелькнул в воздухе, замерев в глазнице безухого воина, решившего прикрыться заложником.

Снова вернув внимание колдунам, светловолосый парень оценил ситуацию. Огневик левой ладонью зажимал плечо правой висящей плетью руки. Двое корчились от боли, но в неверном свете факелов разглядеть повреждения не удавалось. Оставшиеся матерились, но оставались вполне боеспособны.

Подцепив ногой выпущенный ранее клинок, молодой человек подкинул его и схватил в воздухе за рукоять, после чего устремился к противникам. Увидев хищно поблескивающие лезвия, те отреагировали по-разному. Ближней парой оказались огневик и один из уцелевших демонологов. Первый стиснув зубы начал создавать новое заклинание, предпочитая умереть в бою. Второй вытащил оружие - серп - и стал пятиться. Средняя пара уже потеряла одного безвозвратно, а второй был слишком занят своими ощущениями, чтобы обращать внимание на что-либо ещё. Дальняя пара представляла собой комплект из пострадавшего и условно целого колдунов. Первый дёргал рукой, пытаясь обезболить спину, а второй, пользуясь всеобщей занятостью, бросился к алтарю, от которого главная пара поединщиков уже отодвинулась довольно далеко.

Светловолосый начал с огневика: правым лезвием пронзил начавший оформляться огненный шар и ладонь, а левым сердце противника. Сбросив тело, метнулся к колдуну с серпом. Тот бой не принял и рванул наутёк, подкрепив свои ноги заклинанием ускорения. Атакующий сложил пальцы особым образом, активируя артефакт. Нежно-голубая стрела устремилась в спину беглеца. Вокруг последнего вспыхнул слой защиты, однако стрела играючи пробила и его и голову невезучего демонолога.

Повернувшись к последнему боеспособному противнику, молодой человек понял, что опоздал. Пользуясь выигранным соратниками временем, тот вытащил из чурбана-алтаря нечто, в свете факелов блеснувшее кроваво-красным, и кинул его в темноту дальней части деревни. Шустрый пацанёнок лет двенадцати выскочил из-за угла, подхватил объект и скрылся среди домов с другой стороны улицы. Спешно выпущенное заклинание разнесло угол дома, но мальчишку не остановило.

Стоило светловолосому вернуть внимание к метателю, тот злобно ухмыльнулся и вскрыл себе горло. Поняв, что противники кончились, младший из напарников объявил крестьянам, что они гончие, после чего занялся пленниками. Поединок старшего товарища ещё продолжался, поэтому куда-либо бежать, когда вокруг бродит неизвестное число сторонников колдунов, было плохой идеей, способной свести на нет все усилия по спасению этих людей.