# Псарня Плохой Человек глава 10

Данила Николаевич Хныкин

Глава 10: Кадавр

Глаза открылись, потому что кто-то начал мне активно шлепать по щеке ладонью. Отмахнувшись, послышался смех Сала, который сразу же отошел от меня, чтобы не нарваться на случайный удар. Резко вскочил, тело сильно напряглось, такие внезапные вещи могут легко напугать, когда находишься не в своей тарелке. Сразу вспоминается первая встреча с Кроликом, которая решила меня разбудить не самым приятным действием: ткнув ногой, да так, что пришлось вскочить прямо на кровать. Здесь же все не так серьезно, скорее вылилось в обычную шутку, но ему точно нужно быть аккуратнее. Не стоит забывать, что оба пистолета до сих пор находятся у меня, а значит и использовать их не очень сложно. Точно не стану про это упоминать, не хочется из шутки переходить в настоящую бойню. Потерев глаза, я глянул на близнецов, которые уже были полностью одеты в что-то подобие около военной формы цвета хаки, как и сам Сал. На его поясе висел мачете, которым он вчера пытался меня припугнуть, а также какой-то старый автомат. Чаще всего его видел в фильмах, где показывали какую-то слаборазвитую страну и местных вояк, пользующих этим русским оружием. По одному виду можно осознать, передо мной стоят не какие-то уличные хулиганчики, а самые настоящие воины. Они готовы отдать свою жизнь за какую-то идею, многие из них даже не знают ее смысл, но умереть все равно не против.

Давай, собирайся. Нам еще идти и с этим ублюдком договариваться Ну, не нам, тебе. Саламандр пожал плечами, понимая, что у них самих работы и не так много. После чего кивнул в сторону выхода, близнецы молча пошли в ту сторону, а Сал вслед за ними.

ИД уже дал мне понять вчера, что не получится сегодня спокойно пожить, придется выбрать серьезный настрой и ждать чего-то около опасного. Сам выбрал такой путь: перестрелки, постоянные негодяи, которые хотят возвыситься над тобой используя свою физическую силу и авторитет, а также опасность все это моя жизнь, которая легко может оборваться, но пока я живой. Кто помогает мне двигаться дальше? Неужели тот самый внутренний эгоизм, который и заставил меня принять данный мир. Я не верю, что есть какой-то всевышний, смотрящий на меня сверху или снизу. Если же этот мужик и правда существует, то мне не хочется благодарить его, падая на колени, наоборот, хочется послать его далеко и надолго. Человек сам создал для себя какого-то Бога, чтобы оправдать собственную слабость, людям редко хочется быть свободными это доказывается появлением власти. Мне хочется быть свободным, хочется брать ответственность за свои поступки, однако, это очень трудно. Рука аккуратно поползла по спине, чтобы проверить оружие, оно оказалось на месте. Достав сначала один пистолет, а затем второй, обоймы оказались заполненными. Уж что-то радует, нож тоже на месте. Не совсем понятно, что за человек нас ждет и каким способом мне нужно его уговаривать. Лишь одно я знаю точно, мне придется это сделать, ни на кого эту работу скинуть не получится. Эти трое мои проводники, без них я бы не смог найти нужный товар для Люса. Есть вероятность, что они и вовсе не хотят мне что-то давать. Могу ли я попасть в ловушку? Такая вероятность существует. В таком мире живем, когда думается только о плохом, а что-то хорошее становится маловероятным. Вновь послышался голос Сала:

Давай быстрее! Без нас ты нихера не найдешь. Пройдясь по своим белым волосам, я кивнул, словно ответил сам себе. Мои ноги медленно повели меня наружу, чтобы не отстать от этих повстанцев.

Почти сразу мне пришлось прибавить шаг, потому что близнецы и Сал шагали довольно уверенно, оно и понятно. Каждый из них знает данную территорию очень хорошо, без этих знаний долго прожить в подобном месте точно не получится. Про близнецов вообще не стоит говорить, они еще дети, у которых прет огромное количество энергии. Дай им пробежать несколько кругов, поотжиматься пару подходов, они отдохнут десять минут и смогут еще в догонялки поиграть. Сал далеко от меня не отходил, шел чуть впереди. Наверное, еще не очень доверяет, но мне слиться с этой работы точно не получится. Мы уже отошли от машины, которая могла мне помочь вернуться назад в город. Эта прожженная песчаная земля содержит в себе воспоминания сотни, а может и тысяч убитых солдат и повстанцев. Думаю, если собрать эту землю и добавить себе в напиток, то тестостерон начнет активно подниматься. Сал курил дешевые сигареты, которые уже давно вышли из моды, похоже, война никогда не меняется, как и образ жизни у подобных личностей.

Куда мы хоть идем? А то вдруг, вы меня в рабство продать хотите. Произнес я с улыбкой. Если они это задумали, то мне лучше сразу начать стрельбу. Сала мои слова насмешили, он посмеялся через кашель, даже опытного курильщика такие сигареты заставляют кашлять.

Мы идем в одно поселение, где до сих пор люди не понимают, кто стоит во власти. Его слава заставили меня несколько раз кивнуть. Неудивительно, что такие места в Северном Судане еще существуют. Такое горячее место никогда не сможет стать холодным, чтобы избавиться от зачатков революционных выступлений нужно срубить корни, но их уже невозможно найти, они находятся так глубоко, что остается только убить каждого местного жителя. Станет ли правительство Египта так делать? Не думаю, они точно не дураки. Хотя За корпоративные деньги любая девственница отдаст свою священную плеву. Сал продолжил:

Нужный тебе человек точно там. Сразу предупрежу, он дикий типчик. Мне не хотелось испытывать какие-то излишние проблемы, но похоже мое мнение никому неинтересно.

Близнецы даже не реагировали на наш диалог, они даже с друг другом не общались. Со стороны казалось, что они общаются без слов. Каждое их движение повторение друг друга, очень интересно видеть подобную картину. Плохо такое говорить про детей, но я бы хотел увидеть их в боевом деле. Сможет ли кто-то одержать верх над такой слаженной команды? Правда, не стоит забывать о их возрасте. Сал продолжал рассуждать про этого человека, с которым меня ожидает встреча:

Он примерно наш ровесник, тоже повстанец. Правда, его война продолжается У него в голове, каждый день. Я внимательно посмотрел на Сала, его лицо стало крайне серьезным. Интересное объяснение образа этого человека. У каждого из нас есть свой путь, который закончится только в могиле. Для некоторых это бизнес, чтобы заработать деньги и уважение, а для других война. Обвинять в этом точно не стоит, да и сразу создавать какую-то неприятную картину. Однако, война у всех разная, а здесь она принимает самый ужасный из своих видов.

Он очень любит проверять людей, с которыми работает. Особенно, если они не из нашего дела. Добавил Саламандр про своего товарища. Мне оставалось только тяжело вздохнуть. Жизнь каждый день пытается меня испытать, а тут еще какой-то случайный человек. У него нет права оценивать меня и проверять. В обычной ситуации я бы попытался его осадить, плевать, что он какой-то там повстанец, который может мне навредить. Нельзя принижать себя, особенно на улице, где я чаще всего обитаю. Этот бизнес не любит неженок, тебя переломают и выплюнут, если покажешь слабость. Здесь другая ситуация, где мне нужно выполнить работу, а в такой ситуации: засунуть язык в жопу это вполне себе.

Я не особо следил за временем, потому что не хотелось убивать надежду, которая кричала: дойдем быстро, здесь точно не очень долго идти. Сразу выбиться из сил у меня точно не выйдет, Блонд и Султан постарались над моей физической формой, чтобы я мог чувствовать себя хорошо и на ринге, и на несчастных улицах города. Смотря на лица близнецов, а затем переходя на физиономию Сала, здесь тоже не получается заполучить крупицу информации, которая расскажет мне насколько эта дорога долгая и неудобная. Идти по этому твердому песку, когда солнце жарит тебя, как толстый бизнесмен проститутку, хочется сразу расплакаться, словно маленький ребенок. Мы же могли выбрать автомобиль, который нужен для того, чтобы за короткий срок преодолеть огромное количество километров. Мое терпение не выдержало, немного противно, что со стороны я начал походить на ребенка, который не может успокоиться и посидеть на месте пару минут:

Неужели, вы не пользуетесь техникой? Каждый день так ходить Опасно же, нет? Вчера он пытался мне как-то кратко объяснить, мол использовать машину здесь опасно, потому что сразу могут засечь и в миг от вас ничего не останется. Но, неужели пешком настолько безопаснее? Мы не похожи на обычных пешеходов, которые идут в сторону своего дома. Особенно выделяется эта троица, которая даже не пытается скрыть свое оружие. Сал посмотрел на меня через плечо и ответил:

Так удобнее следить за местностью. Если кто-то захочет нас хлопнуть, то душа сразу сообщит об этом. В целом логично, безопасность очень важная сторона в данной ситуации. Однако, мне все равно кажется, что машина сможет помочь избавиться от преследования куда лучше, чем обычные человеческие ноги. Они может и смогут далеко и долго побежать, попутно отстреливаясь, но у меня опыта в этом нет. Посмотрев по сторонам, здесь даже спрятаться не выйдет, стрельба начнется на абсолютно чистом пространстве, где пуля точно достигнет цели.

Тут идти не так долго, часа четыре, если в хорошем темпе, то и за три можно справиться. Добив нужную мне информацию, Сал отвернулся и продолжил спокойно идти. Мне не хотелось показывать свою реакцию, но брови точно автоматически взлетели до самого неба. Тяжело жить в городе, где можно пользовать общественным транспортом, да и своим, чтобы не думать о таком количестве шагов. Здесь еще и жарко Давно не ощущал такую сильную боль от мыслей о повседневном. Иногда приятно расслабиться и переживать не о собственной смерти в перестрелке, а о том, что твои ноги будут болеть от огромного пути, который необходимо пройти.

Иногда нужно почувствовать себя ребенком, которым я был не так уж и давно. Конечно, когда ты резко попадаешь в не самую приятную жизненную ситуацию, то приходится очень быстро меняться. Даже в сиротском доме тебе приходится окрепнуть куда быстрее, чем другим детям, которые спокойно проживают самые приятные и спокойные года. У меня и мне подобным, спокойного времени было слишком мало. Приходилось грызть голые кости, зная, что ее могут у тебя отобрать другие более сильные собаки. Однако, стать взрослым это не всегда мудрость и ответственность, которую ты положить на свои ранее детские плечи. Проживая жизнь в таких местах, иногда получаешь искаженную информацию. Мир для тебя становится прогнившим, каждый человек становится злодеем все это далеко не так, но избавиться от таких мыслей уже не получится. Они находятся где-то глубоко в голове, даже хирург с помощью пинцета не сможет это достать.

А ты вообще, чем занимаешься? Не похож на обычного городского, который ест в ресторанах и ходит по клубам. Услышав голос Сала, мой разум вернулся из детства в реальность. Видимо, у него появилось желание узнать меня поподробнее. Теперь можно рассчитывать, что эти трое не захотят меня убрать и скинуть где-то поблизости.

Занимаюсь бизнесом, пытаюсь выжить в мире корпорации. Не нужно слишком много отвечать на такой простой вопрос. Я лишь пожал плечами, смотря себе под ноги. Не было желания поднимать голову и смотреть куда-то вперед, конечный пункт заметить точно не выйдет. Зачем себя расстраивать? Вот именно.

Корпорации, да Ты же знал, что операция по присоединению Судана была оплачена Родным Севером? Точнее, Родиной, чтобы потом филиал корпорации открыть. Вот эта новость, которую произнес Саламандр, заставила меня поднять голову и посмотреть на него. Его лицо даже не изменилось, словно он сказал что-то крайне обычное. В голове начинают соединяться детали, хоть мне и далеко до легендарного английского сыщика и французского вора.

Серьезно? Расскажи. Мне нужно узнать побольше деталей. Они смогут дать нужные ответы. Слишком много связано с этой корпорацией.

Иногда появляется мысль: наш мир связан, мы все время идем по одной дорожке, каждый поворот это лишь еще большее длинное продолжение прошлого пути, но ты никогда этого не заметишь. Та темная жидкость, которая попала в мой организм два года назад, Шеф и Родной Север все это связано с моими родителями, которые являются представителями Родины, они попали по какой-то миссии в Египет, а затем Судан стал его частью, дав начало новому филиалу корпорации.

Там долго все это происходило Мы под конец, ну я, в итоге стали детьми войны, которые и сражались против этой корпорации. Не стоит удивляться, что Сал не так много знает об этом событии. Конечно, он прямой участник, который должен разбираться, однако, он обыкновенный винтик огромного механизма, а значит не вся информация до него доходила.

Та самая душа, как искусственная, так и наша тоже связана с этим. Правда, даже нам не до конца известно, кто начал этот эксперимент Но! Есть две теории. Продолжил свою речь Сал, вызывая еще больший интерес. У меня явно нет абсолютного понимая, что происходит в мире, а такие скрытые детали уж точно не видны для моего глаза. Сал решил поведать про эти две теории:

Родина точно имеет эту технологию, но Они легко могли украсть ее у Ватикана, потому что их присутствие здесь было, но не официально. Не слишком много информации мне дали данные слова. Я ничего не знаю про Ватикана, кроме тех фактов, которые знают все. Бывший религиозный центр чей авторитет очень быстро пал, но затем взлетел на самый вверх, сам центром ЕССГ.

Я точно убил солдата из ЕССГ, но это мог быть и наемник. Нужно всегда проверять информацию, но мне похер, честно. На этом он явно закончил поставлять в мою голову полезные данные. Оставалось несколько раз кивнуть, позже нужно в этом разобраться. Сейчас у меня другая работа.

В моей жизни каждый путь связан, сейчас это становится понятным. Нужно узнать про родителей больше, только так у меня получится узнать корни своих проблем. Обычно, чтобы пойти дальше, нужно откинуть прошлое это действительно так. Нельзя постоянно оглядываться, так ты не сможешь пройти дальше. Но, эта ситуация окончательно мне показывает, что я ничего не знаю о своей жизни и о своих врагах. Можно продолжить жить в неведении, так я найду гораздо больше счастья. Они могут не прийти за мной, если они не сделали это раньше, то почему им нужно делать это сейчас? Да и самое главное: они это кто? Ответов очень мало, только вопросы, которые не дают спать и нормально думать. Душа требует найти ответы, а вместе с ней этого требует и ИД. Встав на эту дорожку, мне не хочется с нее сходить. Получив ответы, я смогу успокоиться и пойти дальше, либо же получу такую информацию, которая заставит меня действовать еще более активно. Мне нельзя сравнивать себя с обычным человеком, потому что у них явно нет какой-то души, которая пытается насадить им свое мнение. Обычный человек не ходит по Северному Судану вместе с группой повстанцев, чтобы заполучить какой-то товар. Нужно перестать мыслить подобными категориями.

Лучше думать о таком, конечно, у меня не выйдет прийти к какой-то истине, потому что нужно куда больше информации. Но, это гораздо приятнее, чем смотреть вперед и понимать: идти еще несколько часов, а ноги уже болят, хочется куда-то присесть и отдохнуть. Сал точно не даст такой приказ, по его виду сразу понятно, что он совсем не устал. Даже те одинаковые дети, спокойно и довольно быстро шагали вперед, от них иногда даже слышался смех. Султану точно будет интересно послушать истории из Северного Судана, я уверен, что он воевал здесь. Может гораздо раньше, но точно находился в подобных горячих точках. Правда, стоит ли мне рассказывать про то, что сегодня произойдет? Никто из моих товарищей не знает о нынешнем моем местоположении, может быть, кто-то уже даже стал переживать. Я не стану отвечать на их сообщения, если они придут, да и как их увидеть, если я отключил уведомления, выйдя из сети. Не хочется, чтобы кто-то попытался меня выследить в данный момент. Никакой работы сейчас не стоит ждать, ведь Блонд сказал: нужно залечь на дно, последняя работа прошла успешно, но слишком громко. Не нужно лишний раз попадаться на глаза, которые могут не только стрелять, но и использовать силу закона. Пройдясь по волосам, я вытер лоб от пота. Очень хочется спросить у Сала, сколько еще осталось пути, но это лишнее. По моему виду, итак, всем ясно, что это не самая простая работенка для меня. Лучше ездить по улице, отстреливаясь от другой подобной группировки, чем ходить по подобным местам.

Сколько часов прошло? Я не следил, мне не хотелось этого даже знать. Наверное, пять часов, как об этом раньше упоминал Саламандр. Ноги очень сильно болели, а нутро кричало, чтобы моя задница наконец-то упала и отдохнула. За это время мы ни разу не остановились, Сал и близнецы скорее всего про это даже не думали. По их виду они совсем не устали, для них произошла обыкновенная ситуация, которая происходит каждый день, максимум через день. Голова не могла принять тот факт, что это только начало. Сейчас не случилось тяжелейшее испытание за этот день, мы просто шли до поселения, где меня ждет уже основная работа. Какой-то незнакомый человек захочет меня проверить, сейчас появилось куда больше желания послать его настолько далеко, чтобы он не нашел пути назад. Взор постоянно направлялся под ноги, не хотелось споткнуться, ведь, если это произойдет, то встать будет очень тяжело. Даже песок в такой момент становится очень мягкой колыбельной, которую не хочется покидать.

Ты там не сдох? Мы уже пришли, смотри. Голос Сала заставил меня поднять голову. На лице возникла широкая улыбка, разум отказывался принимать мысли о дальнейшей работе. Сейчас мне хотелось думать только об одном: мы наконец-то дошли, там можно будет отдохнуть. Взору предстало маленькое поселение, которое и рабочим не назовешь. Не понимаю, почему в таких местах живут люди. Скорее всего многие из них связаны с повстанцами, кто-то причислен к их семьям, а кто-то сам не против повоевать с Египтом и корпорациями. Близнецы еще быстрее побежали в ту сторону, словно не шли этот долгий путь с нами, а отдыхали все это время.

Нас встретил седой мужчина с большой бородой, его взгляд настолько суровый, что заставлял напрячься. Сал протянул ему руку и случилось крепкое рукопожатие. Дальше они перешли на какой-то арабский диалект. В Новом Каире нет нужды знать подобные языки, хватит одного английского. Мне хватало одной интонации, которую они использовали. Этот мужик постоянно показывал на меня, наверное, пытался узнать кто я такой. Сал же продолжал спокойно что-то объяснять, пользуясь неизвестными мне словами. Близнецы куда-то пропали, скорее всего направились дальше по поселению. Эти трое точно бывали здесь большое количество раз, это мне нужен проводник в такие места, им такого не надо. Седой мужчина показал куда-то в сторону, после чего Сал повернулся ко мне:

Кадавр у себя отдыхает, пойдем. Тут мне раскрылось имя нужного человека. Точнее, его прозвище или же позывной, как обычно это говорят в подобных организациях. У меня даже и мысли нет, как этот псевдоним может охарактеризовать данную персону. В целом, мне даже не нужно строить различные теории. Если он находится здесь, то сейчас мы встретимся. Этот Кадавр хочет меня проверить, по словам Сала, так пусть получит целое ведро от Каза. Интересно, сможет ли он этот груз унести? Посмотрим, я добавил:

Наконец-то, а то я устал ждать Так его прорекламировал, теперь проверим какой он жесткий. Непроизвольно облизнул свои губы. Саламандр никак на это не отреагировал, зазывая меня идти за ним. Этот же местный житель посмотрел на меня с каким-то сожалением, эта реакция много говорит.

Мы проходили между маленькими жилыми домами, которые больше напоминали какие-то гаражи или кибитки. Неужели люди на полном серьезе живут в таких местах? У меня не существует даже какого-то понимания в голове, но оно и понятно: я житель огромного города, который может и рос в приюте, однако, находился постоянно в Новом Каире, чувствуя миллионы людей рядом. Некоторым не нравится такой живой поток, они не чувствуют себя в безопасности, понимая, что их в любой момент могут ограбить, а то и вовсе убить. Девушкам определенно страшно зайти в темный переулок, боясь за свою невинность. Я же ощущаю себя в огромном городе, как муха возле говна очень приятно и даже вкусно. В таких местах мне абсолютно не нравится, ощущается какая-то спокойная опасность. Местные жители смотрят на меня, как на больного сифилисом, у которого уже отваливается нос. Дай им повод, они закидают меня камнями, не оставив и живого места. Повезло, что я здесь не один, а в компании этих не самых приятных молодых людей. Мы завернули в какой-то переулок, если его можно так назвать и Сал несколько раз постучал в хлипкую дверь.

Внутри этой кибитки послышался шум, какая-то неведомая для меня личность начала медленно двигаться к двери. Почувствовал такую сильную ауру, которую никогда не чувствовал. Моя рука сразу скользнула по штанам, захотелось достать нож и сразу же его использовать, как только этот человек появится. Сал резко схватил меня за кисть, не давая этого сделать, добавляя:

Тише Тише. У тебя еще будет возможность. Мне очень не понравились эти слова. Внутри что-то продолжало кричать, тело хотело трястись от волнения и какого-то животного желания. Однако, я лишь кивнул и спокойно опустил руку. Прислушаюсь к повстанцу, а также к ИДу, который просил меня об этом вчера.

Из двери показался несуразного вида паренек нашего возраста. У него были длинные черные волосы, скрывающие глаза. На лице щетина, да и в целом можно сказать, что он за собой не ухаживает. Ростом этот парень с Сала, поэтому выше меня на целую голову. Худощав, но крайне жилист, словно какой-то крепкий стебель. На груди виднеется татуировка на латыни: Cadaver. Не особо видя его глаз, я чувствовал, как он смотрит только на меня, буквально сверлит и изучает. Кажется, словно мы стоим здесь вдвоем, а Саламандра просто не существует.

Хей, Кад Его прислал тот парень из города за жидкостью. Голос Сала не разрушил нашу зрительную перестрелку. Кадавр спокойно вышел из своей комнаты, закрыв дверь. Он продолжал изучать меня, смотря сверху вниз и дело даже не в росте. Кажется, он видит во мне обыкновенное мясо, с которым не нужно считаться.

И он должен меня проверить?.. Я разочарован. Мои слова полностью ложь. Мне не хочется принижать себя, но его аура давит на меня, заставляя зубы стучать. Правда, гордость даже в такие моменты не даст трещину. Послышался смех, исходящий от Кадавра. Сал точно сдался, ему нужно было довести меня, а значит дело сделано и остается только наблюдать со стороны.

Эту суку не ломали Эта сука не жила. У него холодный голос, заставляющий разбежаться мурашкам по всему телу. Моя рука дернулась, но Сал ее снова задержал.

Тише, тише, сучка. Идем на площадь, там разберемся. Его голос не изменился, даже не дрогнул. Меня это крайне раздражает, хочется уничтожить эту ухмылку и заставить его извиниться. Никто не имеет право меня так называть, даже какой-то жестокий повстанец. Парень толкнул меня плечом, идя куда-то в сторону. Сал убрал свою руку от меня и тяжело вздохнул, после чего спокойно добавил:

Зря ты так Проверка жесткая будет, приятель. Пошли. Я не понимал, почему слушаю их. У меня есть возможность достать пистолет и сделать два выстрела, создав два трупа. Найти груз не составит труда, если мы дошли до места, где он находится. Найду ли я путь назад? Не тупой, смогу. Только мое тело повернулось и пошло вслед за Салом, продолжая смотреть в затылок Кадавра. Я пройду любую проверку, чтобы утереть ему нос.

Мы вышли к какому-то открытому пространству, вокруг сидели старики и женщины, бегали дети, даже можно заметить тех самых близнецов, которые опередили нас и где-то затерялись. Даже в таком далеком от центра поселении жизнь процветает, конечно, в своем ином виде, но проживает. Как только мы показались, то разговоры прекратились, каждый взгляд направлен на нас. Нет, на нас, им плевать на меня, некоторые поглядывают еще на Сала, на меня никакого внимания. Большинство глядят на Кадавра, который спокойно идет вперед, не меняясь в лице. Наоборот, кажется, что он чего-то очень сильно ожидает, как маленький ребенок, который ждет возвращение родителей из магазина, надеясь получить вкусную шоколадку или мороженое. Ему точно хочется проверить меня, причем на глазах у других людей, этим он и питается. В моей жизни частенько происходят проверки, которые нужно пройти, и никто у тебя не спрашивает твое желание. Нужно привыкнуть, но не получается. Раздражает, когда тебя не воспринимают серьезно.

Мы встали в центр этой улицы, Кад глянул на Сала, который лишь развел руками и направился к близнецам. Мы остались с ним вдвоем, неужели проверка началась? Та самая дрожь не переставала проходить, в обычной ситуации мне нужно было бы достать пистолет и сделать один выстрел. Этого нельзя сделать, ИД просил меня, нужно иногда послушать его, чтобы стать командой. Если я смогу управлять этой душой, как Саламандр, то на улице мне не будет равных. Даже корпорации будет тяжело со мной справиться, скорее всего они владеют подобной технологией, но не используют ее слишком широко. Проведя рукой по волосам, я остановился. Нужно быть внимательным и спокойным, только тело этого не делает. Оно трясется и требует.

Проверка обычная, ничего удивительного. Она состоит из трех частей. Голос Кадавра не изменился, такой же спокойный и холодный. Сделав несколько шагов ко мне, он достал охотничий нож и кинул острием в песок.

Первые пять минут: деремся без оружия, обычная драка. Никаких правил, но без холодного и огнестрельного. Это меня ничем не удивило. Сразу вспоминается драка с байкером, после которой из моей пасти торчат не обычные зубы, а черные импланты.

Пять минут кончается и наступает второй раунд: можно использовать холодное оружие. Этот некий раунд, так это назовем, будет длиться десять минут. Пока Кадавр говорит про это, начинает тянуться, разогревая свое тело. Мне остается только кивать и запоминать правила, которые описывает этот парень. А что же будет в третьем раунде? Если до него дойти, что мне представляется чем-то около невозможным.

Третий раунд: можешь использовать все, никаких правил. Кто-то умрет? Ну, не повезло. Мне не очень понравились эти правила. Сначала казалось, это обычная драка, которая закончится после нескольких хороших ударов. Затем правила стали чуть хуже, но ножом махать я умею. Третье же У него вроде нет огнестрела, а значит мне немного повезло.

Выиграешь ты, то получишь свой товар, никаких проблем. Выиграю я Не повезло, сначала поиграю с тобой, а уже потом отдам товар. Идет? Звучит вполне адекватно и логично. Но, у меня нет и малейшего понятия, как она захочет со мной поиграть, если я поиграю. Нельзя думать о таком, поражение это точно не мой вариант, а значит и рассматривать такое не стану.

Убери оружие свое, не думай, что я слепой. После чего Сал даст команду, и мы начнем. Удачи выжить, дурачок. Слова Кадавра очень сильно злили, но он это и добивается. Вытащив два пистолета и нож, я убрал их в сторону, понимая, что они еще могут пригодиться. Послышалась очередь из автомата, мое испытание началось.

Мы стояли не слишком близко друг к другу, первая минута необходима для понимания, как нужно действовать. Эта энергия не переставала исходить от Кадавра, кажется, еще немного и я упаду мертвым грузом. Я не понимаю, насколько он хороший боец, стоит ли его опасаться, каково его главное качество: сила, ловкость, а может скорость все это мне неизвестно. Кулаки поднялись к челюсти, не хочется вырубиться от первого случайного удара. Я не стану рассуждать про свое поражение, но главное показать свои навыки. Никто не может упрекать меня и указывать мне, если это не работодатель. Даже не каждому заказчику это позволено.

Кадавр не двигался, его руки расслаблено висят, он даже ноги не согнул в коленях, чтобы стало легче двигаться и уворачиваться. Всем своим видом он кричал мне: никакого страха, никакого волнения, мне плевать на тебя. Нужно выкинуть эти навязчивые мысли, которые заполоняют мой разум. Мне часто приходилось доказывать на улице, что я имею вес. Сейчас точно такая же ситуация, которая ничем не отличается. Повстанцы гораздо опаснее, только мы не в перестрелке. Я должен сразиться с ним на голых кулаках, чтобы одержать легкую победу, мне нужно успеть за пять минут. Нужно приступать, время очень быстро идет, у меня нет возможности выжидать.

Ринувшись к нему, я попытался нанести два прямых удара. Парень спокойно увернулся от них, сделав сначала шаг назад, а затем в сторону. Его движения быстрые и грациозные, но это ничего не значит. Развернув плечо, мой кулак боковым ударом полетел в район щеки Кадавра, но и этот удар не достиг цели. Наоборот, он смог сделать шаг назад в последний момент, когда я был уверен, что попал это заставило меня провалиться, из-за чего тело немного согнулось. Его колено тычком врезалось в мою грудь, неприятно, но терпимо. Я попытался отпрыгнуть назад, но он показал мне, что это не так просто: легкая и звонкая пощечина, заставила мои глаза налиться кровью. Кадавр не дерется со мной, а играет. Неужели он хочет дождаться второго раунда? Нет, он хочет гораздо большего веселья. Ему нужен третий этап, на котором уже никакого шанса не будет, даже с пистолетами.

Никогда не умел сдерживать ярость, даже в такие важные моменты, она движет мной и должна привести к победе. Дыхание немного сбилось из-за удара в грудь, но не нужно обращать на такое внимание. Словно медведь, начал махать кулаками, чтобы попасть по Кадавру. У меня нет другого варианта, нужно попасть и вырубить, дальше будет куда сложнее. Каждый мой удар проходил мимо, причем в самые последние моменты. Постоянно казалось, что еще немного и я попаду, но резко происходило разочарование, которое только усиливало мою злость. Как только он увернулся от очередного моего удара, который должен был попасть ему в голову, я сделал рывок и попытался нанести апперкот снизу, чтобы достичь подбородка. Такой удар сразу заставит его организм перезагрузиться. Но, он лишь убрал в последний момент свою голову и толкнул меня в лицо, заставляя путаться в собственных ногах. Мы на абсолютно разном уровне и дело совсем не в физической подготовке. Кад не нанес еще ни одного сильного удара, который должен нейтрализовать меня. Продолжается обыкновенная игра, в которой я проигравшая сторона. Я замахнулся и нанес еще один удар, однако, послышалась автоматная очередь. Кадавр поймал мой кулак и немного сжал, не слишком сильно, просто показал, что у меня нет шанса.

Иди бери нож, сейчас у тебя ничего не получилось. Даже сейчас его тон не изменился. Страх начинает зарождаться в моем сердце, любая попытка избавиться от него неудачная. Кад оттолкнул мою руку. Я аккуратно подошел к месту, где оставил нож и два пистолета. Нагнувшись, в моей руке оказался подарок Султана, он точно должен привести меня к победе. Кадавр продолжал стоять на своем месте, однако, в его руке появился охотничий нож, который он воткнул недавно в землю. Меня это удивило, потому что никаких шагов слышно не было, неужели он так быстр? Или это искусственная душа постаралась? У меня не получилось продумать эту теорию, потому что Сал сделал еще один залп из автомата.

Мой нож открылся, я снова не стал сразу рисковать, нужно определить почву и подумать, что делать дальше. Конечно, в прошлый раз у меня ничего не получилось, однако ситуация стала гораздо хуже. Если раньше самым ужасным, что может случится это случайный сильный удар, заставляющий упасть без сознания, то теперь в наших руках холодное оружие. Можно не только потерять сознание, теперь есть вероятность и вовсе больше не очнуться. Один хороший удар куда-нибудь в торс или шею, заставит мою жизнь оборваться. Я должен попытаться забрать инициативу, если не выйдет нейтрализовать его в этом раунде данного испытания, то должен нанести столько вреда, чтобы в следующем он уже ничего не сделал. Кадавр до сих пор стоял на месте, крепко держа в руках охотничий нож. У меня не вышло даже привлечь его внимание и сделать его намерения серьезными, поэтому думать о победе очень рано. Этот человек настоящий хищник, который видит каждое мое действие. Сал такой же? И близнецы? Интересно, от них не исходит такая сильная аура. Возможно, в каждом бизнесе есть своя огромная касатка, которой нет равных в ее водах.

Дернувшись в его сторону, снова не испытал никакого сопротивления, даже намека. Не стану тратить силу, нужно наносить быстрые и слабые удары, чем больше ран, тем больше крови у него вытечет. Мои удары резкие и размашистые, чтобы попасть в торс, руки, лицо все это подойдет, нужно только дотянуться. Ничего не выходило, этот парень спокойно делал шаг назад, затем в сторону, превращая наше сражение в опасный танец. Как только я попытался воткнуть нож в его живот, он отвел мою руку в сторону и медленно погрузил лезвие в мое плечо. Сжав зубы, я отскочил назад, он сразу же достал нож из моего плеча. Оказавшись на безопасном расстоянии, я притронулся имплантом к своей ране. Она довольно глубокая, да и удар последовал в нормальную руку, он умен и наблюдателен. От него продолжает исходить эта сильная аура, которая заставляет меня ошибаться и допускать ошибки. Нужно продолжать давить его, если бить в одно место, то у меня получится сломать стену, даже несокрушимую. Я не успел даже сделать шаг в сторону, как он нанес очередной удар, но уже в район моей груди. Осталась неглубокая рана, он явно мог сделать хуже, но не захотел. Сделав еще один выпад назад, понял, что мне нужно быть куда внимательнее. Ему захотелось принять участие в этой игре, теперь инициатива не на моей стороне. Торс и рука начали покрываться кровью. Нужно думать, срочно.

Теперь мне приходится уворачиваться от ударов Кадавра, чтобы тело не превратилось в решето. Сейчас мне это удается, но я чувствую, он даже не старается, но мне уже тяжело. Каждый его удар направлен на то, чтобы оказаться в моем теле, он не хочет нанести порез, у него одно желание: оставить настоящую рану. Когда я отскочил в сторону, то решил и сам нанести удар, лезвие с огромной скоростью оказалось возле его шеи, но он отвел этот тычок своей рукой, после чего ударил меня в скулу твердой стороной своего ножа. Меня даже немного потрясло, почувствовал, как кровь побежала по лицу. Даже в этом раунде у меня нет никакого шанса, он абсолютно чисто. Ни один удар не достиг цели, мой процент на победу стремится к абсолютному нулю. Нагнувшись, я попытался нанести еще один удар, хотя бы в его бедро. Я должен почувствовать уверенность, сейчас это куда важнее, чем нанести ему какой-то вред. Кад снова сделал шаг в сторону, это всегда происходит в последний момент, но привыкнуть к этому невозможно. Из-за этого я вновь провалился, начав путаться в ногах. На этот раз он решил нанести весомый удар, который пришелся острием прямо по моему глазу. Его сразу пришлось закрыть и отскочить в сторону. Из моего плеча течет кровь, из торса течет кровь, скула разбита, глаз закрыт все это еще сильнее уменьшает мои шансы. Случился очередной выстрел от Сала.

Мои глаза быстро гуляют по всему Кадавру, никакого намека, что у него есть огнестрел нету. Неужели, я просто застрелю его? В такие моменты уверенность должна аурой бить во все стороны, только этого не происходит. У меня появилось огромное количество сомнений, которые можно заметить. Нужно успокоиться, два пистолета точно сейчас пригодятся. Плевать, если нужно его убить, то я это сделаю. У меня не получилось одержать верх в обыкновенной схватке, подарок Султана тоже не привел меня к триумфу. Остается одно: нейтрализовать своего соперника, даже в таком обычном испытании. Спокойно подошел к своему оружию, убрав нож, на его место в моей руке оказался пистолет. Даже провели, чтобы ничего не случилось, мое оружие в полном порядке. Кадавр даже с места не уходил, а я с него глаз не спускал. У него в руках только нож, а значит все шансы на победу, только у меня. Послышался очередной выстрел, это мой шанс.

Мне не нужно лишнее время, все карты у меня в руках, ими сможет распорядиться даже ребенок. В данный момент казалось, что время встало: моя рука медленно поднималась, дуло пистолета смотрело прямо на Кадавра, который продолжал стоять на месте и даже не двигаться. Палец начал сгибаться, чтобы нажать на спуск, у него нет шанса выжить. Я не буду пытаться стрелять ему в ногу или руку, мне даже не нужен его торс. В любой другой ситуации мне было необязательно его убивать, но сейчас он слишком опасен. Даже, когда у него нет пистолета, то я ощущаю от него животную опасность. Выстрел произошел, но и другие события произошли еще быстрее.

Я выстрелил в небо, сам не понимая, что произошло. Пазлы сами начали собираться в голове, когда время для меня возобновилось. Искусственная душа, принадлежащая не Кадавру, а мне, подняла мою руку к небу. Я буквально сделал предупредительный выстрел, ИД помешал мне убить Када, у меня была возможность одержать победу, но нет. Все надежды на нашу команду разрушились в данный момент, эта сущность снова помешала мне. Ей не хочется создать со мной какой-то тандем, кажется, ей нужно только мое поражение, чтобы я полностью сдался и отдал контроль над ситуацией. Никогда этого не случится.

Кадавр начал медленным шагом двигаться ко мне, он совсем не удивился, что у меня есть ИД, который встал на его сторону. Эта безвыходная ситуация создавала внутри моего тела такую ярость, заставляя продолжать стрелять в небо. Я не переставал, пока не кончились патроны. Искусственная душа настолько забралась в мое тело, что я утратил возможности им управлять. Кад подошел ко мне, погружая нож в руку, держащую пистолет. Сразу начала открываться глубокая рана, похожая на удачное самоубийство, потому что порез был вдоль. Зубы сжались от боли, он точно одержал победу, но не только из-за собственных сил. Ему повезло, что ИД вновь не оказался на моей стороне.

Я Я проиграл. Произнес слова, которые тяжелее всего покидали мое нутро. Никогда не пытался сдаться, никогда не давал кому-то встать надо мной, но сейчас у меня нет шанса победить. Его нож покинул мое тело, однако, он продолжал издеваться и питаться моей слабостью. Лезвие вошло по рукоять в моей бок, заставляя сгорбиться. В эту же секунду оно вышло, рука Када взяла меня за волосы и со всей силы дернуло назад. Теперь я вижу его глаза, они перестали быть пустыми. Только в такой момент он ощущает себя живым, когда забирает жизнь у другого. Игра это смерть, мне не выбраться. В такие моменты нужно начинать умолять, но я не стану. Мне пришлось признать поражение, но умолять? Нет, у меня не получится.

Лезвие ножа висело над моим глазом. Мне никогда не хотелось перед смертью выглядеть слабаком, не хочется показывать своему сопернику, что он одержал верх не только физически, но и духовно. Ему удалось не только забрать мою жизнь, но и мою душу. Неужели я никогда не узнаю все эти тайны, которые происходили в моей жизни?

Не бойся, будет больно, но Потом тебе станет лучше. Он резко перевернул свой нож на твердую сторону, нанеся несколько раз удар в глаз. Сразу же выкрикнул от боли, а глаз закрылся. Мне было больно, адски больно, хотелось рвать на себе кожу, чтобы вырубиться. Но, противнее всего это обида, которая напала на мое тело. У него нет желания убить меня, у него есть только надобность в издевательстве надо мной. Перевернув нож еще раз, он намеренно медленно опустил лезвие мне в другой глаз, который был открытым. Я начал кричать, но без звука, чувствуя, как это лезвие оказывается в моей голове. Эти несколько мгновений длились вечность. Я ничего не вижу, но чувствую: он улыбается, он наслаждается. Мое тело очень быстро обмякло, упав на песок перед Кадавром.