# Королевские тайны или как стать принцессой: Глава 3 Испытания Изганницы

Елена Юрьевна Холодная

Изгнанница - это право и клеймо, заключённое в имени. Кирилайна - Изгнанница. Но в нашем мире она просто Кира - девятнадцатилетня девушка, которую жизнь била и швыряла в разные стороны. Она прошла огонь, воду и медные трубы, но выстояла. Выжила. И сейчас у неё всё налаживается... Она любит, и любят её. У неё замечательные друзья и отличная мама. Но долго ли протянется счастье, если в действительность вмешаются другие силы?..

## Глава 3.


Никто не знал, никто не видел

Что стоило тебе слезы не проронить

И пред тобой вставал извечный выбор:

Тут умереть иль научиться жить?

Неизвестный автор.


Жизнь полосатая - когда всё клёво, всегда жди подставы.

Одно из утверждений

современной молодёжи.


- Нет, нет. Смотрим сюда. Левая нога, правая нога, волна, - в клубе стрип-данса шли занятия. Марго, тренер, вот уже который раз объясняла своим подопечным одно и тоже движение, буквально раскладывая его на составные части. Она сделала шаг вперёд, другой. - Плечи, талия, бёдра - волна. Прогибаемся, Лия, а не стоим дугой. Маша, ты не бабушка божий одуванчик, спрячь свой радикулит. Лера, я всё понимаю, но если ты сделаешь так на сцене тебя в лучшем случае не поймут. Ната, прогибаемся, а не просим гостя положить тебе стодолларовую бумажку в лифчик.

Маргарита посмотрела на часы, висящие на противоложной стене и вздохнула. Домой она опаздывала безбожно. Эта тридцативосьмилетняя женщина с рыжими вьющимися волосами по пояс, заплетёнными в косу, синими, спокойными глазами была грозой всех молоденьких танцовщиц. Маргарита Сергеевна ходила по залу и критиковала движения учениц. Они ещё только поступили и пока она не наблюдала на отлаженной пластики, ни томной плавности движений, которые характерны для "танца соблазна". Марго ещё раз взглянула на часы и вздохнула ещё печальнее. Уже прошли полтора часа занятия, оставались последние тридцать минут "извращений", а ведь дома ждёт голодная дочка, наверняка некормленная кошка и масса забот и проблем, сегодня её Кира должна приехать домой с воздыхателем Артёмом.

- Людочка, волна, а не моской шторм. Плавно. Медленно и плавно, - раскритиковала бывалая танцовщица ещё одну покрасневшую девушку.

А мысли её уже плыли дальше, попутно замечая недочёты учениц. Странно, как быстро летит время. Прошло уже восемнадцать лет, как у них пояилась Кира. в тот вечер они с Русланом, прибывшим на побывку из армии, молодым, довольно симпатичным старлеем ВДВ, прогуливались по главной аллее парка, мечтая о предстоящей свадьбе. Они и не заметили, как к ним приблизился человек в тёмном плаще. На руках он держал светло-серый свёрток, перевязанный ленточкой с розовым бантом. Незнакомец остановил Руслана, попросту взяв его за плечо, а когда мужчина обернулся, он попросту вложил в его руки свою ношу, без слов развернулся и пошёл в противоположную от парочки сторону. Ошарашенный Руслан попытался догнать незнакомца в плаще, попросту отдав свёрток девушке, но тот уже растворился среди ночных теней. А Марго, тогда тоже шокированная не меньше любимого, только через несколько лет стала припоминать те детали, которые казалось стёрлись из её памяти: помятый плащ, трясущиеся плечи, и красные глаза усталого от передряг человека... Мужчина плакал, перед тем как отдать ношу в чужие руки. Право, она сама бы разревелась, случись бы с ней тоже самое, ведь в свёртке оказался младенец. Очаровашка с белёсыми кудряшками тихо посапывала, закутанная помимо одеяла в белоснежную пеленку на кончике которой был вышит вставший на дыбы пегас с золотыми крыльями, а Внизу же серебром было написано на каком-то странном английском "KEREELIAINA". В последствии имя сократили до Киры, а про Кирилайну никогда не рассказывали. Через четыре года из Чечни, где служил Руслан, на квартиру его жене и маленькой дочке пришло тяжёлое известие. Прочитав последние строки "пал смертью храбрых" Маргарита впервые не смогла сдержать слёз. Нет, сначала был страх, потом злость и буйство, женщине хотелось раскрошить всё в квартире, она била посуду, металась как раненый зверь, пыталась биться головой об стену, следом потоки слёз, проливаемых ночью в подушку, а в конце её ждали паника и полнейшая апатия. На третий день были похороны. Цинковый гроб, чёрные одежды, ничего не понимающая Кира, которая стояла около гроба, толпа зевак и жестокое кладбище, на котором навсегда зарыли Руслана.

- Мам, а где папа? - спрашивала маленькая дочка, а Марго не знала, что ей ответить.

- Он ушёл, милая, - говорила она, пытаясь сдержать слёзы.

- Он бросил нас?

- Нет. Так было надо.

- А почему?

- Просто.

- Папа не мог бросить нас. Мама, разве ты не видишь папу? - ребёнок поднял лиловые глаза на Марго и, сорвавшись с коленей, побежал в сторону прохода.- Папа, а почему ты не заходишь? Мы с мамой скучаем...

Марго до малейших подробностей помнила этот момент. Вот Кира смотрит куда-то, будто что-то видит в обычном воздухе, через момент оборачивается и начинает плакать, постоянно при этом приговаривая:

- Папа не хочет со мной говорить. Мама почему папа не понимает меня? Почему он мотает головой? Мама?

И одни вопросы... И вот она обнимает дочку и обе они плачут, старяясь найти утешения друг в друге. Следующие годы Марго помнила плохо, как сквозь какой-то туман. Остались только ощущения: безвыходности, безденежья, обречённости и вечного голода. Дело Руслана засекретили, пенсию по потере кормильца не платили, сославшись на несчастный случай, вернее на то, что её муж сам полез под пули, пытаясь покончить жизнь самоубийством. И сколько бы она не доказывала чиновникам, что Руслан Королёв никогда бы не сделал такого, ни за что не бросил бы семью, сколько бы не показывала похоронку - ничего не происходило. Чиновники стояли на своём, а некоторые так вообще шипели:

- Вы хотите чтобы ребёнок и без матери остался?

- Нет, но... - ошарашенно отвечала она.

- Вам имя Руслан ничего не напоминает?

- Нет...

- Национал. Наверняка, чеченский шпион. Вы хотите чтобы и вас посадили в застенки КГБ за шпионаж?

- Это бред, - возмущалась она.

- Для Вас да. Для нас же вполне достоверная теория, - заключали чиновники и смело ставили на очередной бумаге штамп "в рассмотрении отказать".

Маргарита получала мало, жалких тридцать пять тысяч, на которые, по тем временам, не то что одеться, семью невозможно было прокормить, поэтому она подрабатывала где только могла: уборщицей, продавщицей в ночном киоске, а в выходные по вечерам танцевала стриптиз в одном из запрещённых баров. Жизнь напоминала кромешный ад. В девяносто восьмом был дефолт, и до того маленькие сбережения Марго на учёбу Кире стали совсем крошечными, а если говорить прямо, то их совсем не стало. Маргарита была на грани отчаяния и тогда она впервы и последний раз в своей жизни запила. Без продыху, чистой воды самогон она глотала, словно не могла напиться. Так продолжалось две недели. Молодая сильная женщина превратилась в пьяное слабое существо с сальными волосами и заляпанной одеждой, побирающееся по помойкам. Кира ходила вшколу голодная - её подкармливали соседи, а по вечерам она иногда уходила сидеть с ребёнком в другой подъезд к богатой семье, лишь бы не видеть постоянные бутылки и глухо пьяную мать, клянущую всё вокруг себя. Марго выгнали с работы. Денег не стало вообще. Она бы так и пропала в глотке у "зелёного змия", если бы не случай. Это было в пятницу на второй неделе, тринадцатого июля - Марго точно помнила эту дату. Ирония судьбы, в пятницу тринадцатого погиб Руслан, правда это было в сентябре, и в такую же пятницу тринадцатого чуть не погибла она сама. Женщина переходила дорогу, когда её чуть не сбил автомобиль.

- Женщина, аккуратнее, - из зелёных "жигулей" высунулась блондинка в сиреневой лёгкой кофточке.

- Пошла на.... - выматерилась Марго, взглянув изподлобья на кокетку.

- Марочка.... - ошараченно выдохнула молодая женщина, узнав Маргариту. - Марочка Королёва, это ты?

Марго перешла дорогу, опасаясь как бы её не сшибли, "жигули" припарковались рядышком.

- Ты кто? - грубо спросила "звезда стриптиза", как иногда называли её собутыльники.

- Марочка, - блондинка приложила наманикюренную хрупкую ладошку ко рту.- Что же ты с собой сделала? Где та Маргаритка, которую я знала? Где та женщина-цветок?

В затуманенном мозгу Марго прорезалось яркое воспоминание. Безоблачные школьные годы. Вот она сидит на качелях вместе с белокурой задорной девчонкой, старостой класса и одновременно дворовой заводилой. Подружка крутит между изящными пальчиками маргаритку. Яркий цветок всё выдерживает, но не ломается, только прогибается, но тут же принимает свою форму. Девчонка смеётся и говорит:

- Марочка, ты такая же! Сколько бы тебя жизнь не била - остаёшься несгибаемой. Ты и вправду девушка-цветок.

На секунду в глазах Марго промелькнуло узнавание.

- Лада? Лада Белова?

Блондинка изящно кивнула и на глаза Марго навернулись слёзы.

- Лад, уходи. Я не хочу, чтобы ты такой меня видела, - "звезда стриптиза" отвернулась и собралась было уйти, но Лада настойчиво схватила её за плечо.

- Я тебя всякой видела, но ты никогда не опускалась до спиртного. Что случилось, Мара? - озабоченно спросила она.

- Лад, уходи.

- Я не уйду.

- Ну тебе же противно ко мне прикасаться... Всем противно... Даже мне....

- Ничего, чай не королева, потерплю. Что случилось? - переспросила Лада.

Марго не помнила, как лучшая подруга усадила её на переднее сиденье, пристегнула и повезла её домой., где она два часа торчала в ванной, смывая грязь купленными Ладой шампунями и мылом, как блондинка выкидывала пустые бутылки и готовила обед для Киры, которая должна была прийти из школы, как они вместе укладвали волосы Маргариты в сложную косу, как убирались в квартире, стирая двухнедельный слой пыли, вытряхивая ковры и проветривая помещения от запаха перегара, как бойкая подружка выпроваживала заглянувших собутыльников, костеря их такими словечками, которые Марго бы никогда не произнесла в трезвом состоянии. И всё изменилось... Они переговорили с Ладой и она ей предложила работать балетмейстером в клубе её мужа - Романа Крашенниникова, известного на весь город предпренимателя и мецената. Дела пошли в гору. Марго стала получать нормальные деньги, заниматься любимой работой, Кира закончила с золотой медалью лицей, но в одиннадцатом классе Лада сделала ещё два подарка Королёвым. Во-первых она повысила Маргариту до главного балетмейстера, а во -вторых познакомила Киру с Артёмом Носиком - замечательным молодым препринимателем с которым девушка на данный момент уже два года гуляла и Маргарита надеялась на скорую свадьбу.

Полчаса протекли незаметно. Женщина махнула рукой, отпуская измученных учениц домой, а сама уселась на ковёр, покрывающий маленькую полоску около зеркал. Ей было противно и тошно от тех унижений, что она вспомнила, и немного грустно оттого, что Руслана уже никогда не будет рядом с ней. Уже многие говорили Марго, чтобы она забыла погибшего мужа и жила дальше в своё удовольствие, вышла замуж снова и опять родила ребёнка, мол с современной медициной и не такое возможно, а она не могла, ведь до сих пор на тумбочке около её кровати стояла фотография мужа, держащего на руках грудную дочку, в светлой рамке, край которой был перевязан чёрной ленточкой. Марго вздохнула и встала с ковра. Идти домой почему-то не хотелось, наверное потому, что не хотелось смотреть на счастье своей дочки и завидовать ей, а ещё бояться, что она потеряет своего Артёмку так же, как когда-то она потеряла Руслана. Марго подхватила сумку в углу зала и направилась к выходу. Около дверей кивнула охраннику, а тот с глупой улыбочкой влюблённого попрощался с ней. На стоянке её уже ждал Николай - водитель Киры, приставленный Артёмом.

Николай был невысоким худым парнем лет двадцати пяти. Несмотря на кажущуюся худобу и лёгкость такой мальчишка мог положить на лопатки приличного амбала. Вот и теперь он стоял в чёрном костюме с белой рубашкой и тёмно-фиолетовым галстуком на самом солнцепёке.

- Коленька, сели бы в машину, солнечный удар не дай бог схватите, - посоветовала Марго Николаю, когда тот услужливо распахнул перед ней заднюю дверь.

- Ничего, Маргарита Сергеевна. Не сахарный, на солнышке не растаю, - отшутился охранник.

Марго относилась к этому мальчику, как к своему сыну. Он чем-то напоминал ей Руслана. Наверное той наивностью и большой уверенностью в собственных силах. Марго всегда садила Коленьку за стол, надеясь откормить, на её взгляд, слишком худого паренька. Охранник первое время отказывался, а потом Маргарита не выдержала и силком усадила его за стол. С тех пор Коленька стал не просто ещё одним человеком охраняющим их покой и уют, а настоящим другом и почти членом семьи.

Они ехали минут пять - правильно, пешком от дома до клуба и то около получаса. Марго выливала все новости Коле, а тот усиленно кивал и следил за дорогой. Автомобиль остановился около подъезда, припарковавшись в зад новенькому красно-чёрному двухместному Доджу.Марго сообразила, что Артём подвёз Киру до дома на этом звере.

- Спасибо Вам, Коленька, - ласково поблагодарила охранника Марго, который помог выйти ей из машины и сопроводил её до двери в подъезд. - Спасибо, дальше не надо. Я сама как-нибудь поднимусь, не такая я уж и дряхлая, как кажусь на первый взгляд.

Николай смутился ещё больше, а Маргарита очаровательно улыбнулась. Хоть женщина и выглядела довольной, но в душе почему-то бегал туда-сюда холодок. Как она его ни загоняла в самый дальний угол, он не хотел оставлять её и терзал не хуже ножа. Женщина с лёгкостью взлетела по ступенькам и вставила ключ в замок, но не тут -то было - упрямый кусок металла не хотел поворачиваться, спустя пару минут она преодолела его сопротивление и с усилием открыла дверь. Новая железная дверь открылась с громким скрипом, а на секунду Марго почудилось что из квартиры на неё плеснуло запахом тлена и затхлости, как будто она входила не в квартиру,а в склеп. Женщина передёрнулась и отмахнулась от предчувствий.

- Дети, я дома! - крикнула она громко, стараясь не отвлекаться на подозрительную возню в спальне Киры, и попутно снимая туфли. Если бы не дурацкие законы клуба, она бы надела кроссовки, а не эти лодочки.

Через пять минут, когда Марго уже заглядывала в холодильник в поисках продуктов, на кухню заглянула Кира. Её вид заставил мать захихикать.

- Переоделась бы, - мягко упрекнула жещина дочку, - а то думаешь так не видно чем вы занимались?

Кира покраснела и одёрнула чёрную атласную рубашку, накинутую ею и застёгнутую на несколько пуговиц.

- Не пожалеешь, - Марго на секунду задумалась, - потом? Прошлого ведь не вернёшь...

Кира заметила в глазах матери тоску и обняла её. Она как никто другой знала, как тяжело приходилось ей когда погиб отец и как её мама не хотела такой же судьбы для единственной дочки.

- Мам, слышишь, у нас никогда так не будет... Слышишь? - прошептала она на ухо, севшей на табуретку женщине, немного отстранилась и смахнула с её лица слёзы.

- Что-то я больно много плачу сегодня, детка. Надо бы заканчивать, а то не хорошо видеть такой меня Артёму, - она как в детстве на чистом автоматизме провела руками по хрупким плечикам дочки и улыбнулась. - Чего продуктов -то не купили? Холодильник-то совсем пустой.

- Да забыли... как-то... Не до этого было!

- Понятно всё с вами. Ладно сейчас с Колей съездим, - она устало поднялась с табуретки и выглянула в окно, но, к удивлению, машины Николая уже не было. - Мда... Не одна ты тут отжигаешь... На всех любофф напала...

- Ничего, мам. Я сейчас попрошу Артёма он тебя до "Перекрёстка" подвезёт. Накупите там запасов, в багажник уложите и всё будет пучком, - улыбнулась Кира, дыша на стекло, а потом рисуя - на нём запотевшем - сердечки. Марго кивнула, соглашаясь с дочерью.

Кира пририсовала изящную завитушку к очередному сердечку и побежала в свою комнату уговаривать Артёма. Женщина села на табуретку, но потом вдруг подхватилась и пошла в свою комнату. В спальне вытащила из-под матрасца пелёнку с пегасом, в которую была завёрнута Кира, когда её отдали им, и положила на подушку. Ткань не пожелтела от времени и выглядела совершенно новой, как- будто малышку только вчера принесли в этот дом. Марго провела по рисунку наманикюренным пальчиком и задумалась в очередной раз, кем же является её дочка и кто мог назвать ребёнка таким странным именем? Где-то в складках пелёнки лежал пакет с медальоном, что висел на шее у малышки, а ещё там же, в конверте находилось письмо.

- Мам, собирайся, - прервал её размышления голос Киры. Девушка стояла в проходе. На ней уже был ярко-красный топ и оранжевые брюки. Видимо, Артём уже конфисковал свою рубашку у возлюбленной. Марго, как можно незаметней положила под покрывало пелёнку, пряча руки за спиной, а потом направилась надевать свои ненавидимые лодочки.

- Здрасте, Маргарита Сергеевна, - это из спальни Киры вышел немного потрёпанный Артём. Довольно мускулистый, поджарый он эффекто смотрелся с чёрными короткими волосами в которых находились мелированные прядки, покрашенные в светло-русый цвет. - Извините, что за были продукты купить. Это моя вина.

- Да ладно. Подвезёшь до магазина?

- Конечно. В какой?

- "Перекрёсток".

- С удовольствием.

Марго отвела глаза, видя что Артём и Кира целуются. Когда-то она тоже была такой же... и не ценила каждый миг... Она задумалась и пришла в себя только от голоса Артёма, что призывно открыл перед ней дверцу.

- Маргарита Сергеевна, с Вами всё в порядке?

- Да. Немного задумалась, Артём, - она неспешно села в автомобиль и подождала пока юноша обойдёт машину и сядет на место водителя.- Артём?

- Да.

- Артём, можно задать тебе личный вопрос? - спросила Маргарита, когда они сдали назад и начали разворачиваться.

- Да.

- Артём, тебе нравится Кира?

- Очень, - ответил парень, выруливая на основную дорогу.

- Ты любишь её?

- Всем сердцем.

Марго замолчала, ведь когда-то ей так же сказал Руслан, а потом ушёл и не вернулся... Слова горечью легли на язык. Но теперь надо жить и стараться забыть прошлое, но как забыть то, что согревало её жизнь, то, что заставляло её жить и подниматься с колен. Они остановились на перекрёстке и Марго вытащила зеркальце, чтобы поправить макияж, наверняка, растёкшийся от слёз. Через минуту машина плавно тронулась, Марго открыла сумочку, чтобы положить туда пудреницу, как машину сотряс удар, тут же Артём молниеносно отстегнул её и открыв дверцу выкинул её на асфальт и сам хотел выпрыгнуть, но не успел... Грузовик, вроде отьехав, врезался ещё раз в смятый металл. Марго отчётливо раслышала хруст костей. Глаза распахнулись от ужаса, потом на неё нахлынула волна дикой боли и наступила такая тихая и поглощающая темнота.

- Странно, даже никакого пресловутого коридора, - подумала Марго.

***

Кира потянулась, сегодня в первый раз они были с Артёмом вместе. Как единое целое... Хотя можно ли назвать единым целым то, что они так и не переспали? Интересный вопрос. На середине представления идиллию разрушила не вовремя вернувшаяся мама. Ну ничего... У них ещё будет много времени. Кира покрутила указательным пальчиком на столе золотое колечко, подаренное сегодня Артёмом. Много-много времени... Много-много маленьких ребятишек - детей, внуков, правнуков... Она отчётливо увидела себя, качающую голубой свёрток. Она закончит Академию. Станет професиональным медиком и они с Тёмкой будут вместе. Неожиданно зазвонил телефон. Девушка отвлеклась от мыслей о том, что когда приедет Артём, то они могут продолжить, что начали, поехав к нему на квартиру.

-Алло?

- Извините, можно позвать Киру Королёву? - спросил женский голос.

- Это я.

- Извините, но вас беспокоят из ЦРБ.

- Что-то случилось? - у Киры замерло сердце.

- Вашей матерью является Маргарита Сергеевна Королёва?

- Да. Что с мамой?

- Она попала в аварию. Сейчас в реанимации.

Неожиданно трубка зашипела и теперь в трубке послышался голос Николая.

- Кира, привет!

- Коль, что случилось? Что с мамой?

- Она в реанимации... в коме...Её готовят к операции. Гематома головного мозга...

- Нет... - ошарашенно прошептала Кира. - Коль, а Тёма?

- Погиб.

Девушка отбросила трубку от себя, как будто это была ядовитая змея.

- Кира, алло? Кира! Послушай меня, приезжай завтра в больницу - надо забрать тело Артёма, мне не выдают, а тебе выдадут по копии заявления из ЗАГСа, - кричал Николай в трубке.

- Нет... нет... это ложь... - шептала девушка, забившись в угол комнаты.

В трубке раздались гудки. Они были тихие, но словно набат звучали в гробовой тишине комнаты.

- Это ложь! - произнесла Кира вслух, стараясь убедить себя в этом, но сердце не обманешь - сейчас, она почувствовала это так отчётливо, что даже задержала на несколько секунд дыхание, оно казалось пустым и безжизненным, словно выжженная солнцем пустыня и она поняла одно - Я потеряла семью....

Три простых слова прозвучали как приговор всему что было: любви, семье, счастью. Она закрыла лицо руками и расплакалась, нет не от горя и безысходности, а от какой-то неуместной злости на себя, на маму, на эту чёртову машину, на не вовремя приехавшего Артёма, на весь этот счастливый до безобразия мир...

Только спустя полчаса, когда иссякли все слёзы и Кира уже плакала всухую, девушке хватило сил встать с колен и пройти до стола, чтобы положить трубку. На смену ярости пришла холодная расчётливость: не время распускать нюни, надо было действовать. Сердце ныло и с одной стороны хотелось забраться подальше от всего этого и надеяться, что это дурной сон и щипать себя до бесконечности, с другой же разум говорил, что поступив так она предала бы Артёма. Кое-как Кира нашла потрёпанный телефонный справочник в коричневой обложке и стала его листать в поисках телефона морга. Дрожащими пальцами набрав шесть цифр она услышала приятный женский голос:

Морг!

Здравствуйте, к вам сегодня привозили Артёма? - справившись с волнением задала вопрос Кира, внутренне надеясь на ответе нет.

Какого? - не поняла собеседница. - Фамилия?

Носика. Артём Носик.

Да. Вы хотите забрать тело?

Да, - сокрушённо вздохнула Кира.

А кем вы ему приходитесь?

Жена, - после секундного промедления ответила Кира, твёрдо решив завтра сходить в загс и, объяснив всю сложившуюся ситуацию, попросить, чтобы ей поставили штамп в паспорте о замужестве, на похоронах ей хотелось быть официальной вдовой, а не невестой, потерявшей жениха.

Понятно. Назовите ваше фамилию, имя и отчество, чтобы я смогла оставить вам пропуск.

Носик Кира Руслановна. А когда можно забрать Артёма?

Завтра после трёх. Вам его гримировать?

Что? Зачем?

Вы понимаете, - женщина в трубке помедлила.- Вам сколько лет?

Девятнадцать.

Деточка, твой муж расшибся сильно. У него не лицо, а месиво, давай мы его загримируем и в гробу он будет хорошо смотреться и провожающим не страшно будет, а то таких только в закрытых гробах хоронят, - пояснила она. - Ты кстати сама заказывать гроб будешь или в наш положим?

Я не знаю, - опешила Кира. Мало того, что Артём расшибся, так его тело видимо, как в мясорубке было.- А у Вас хорошие есть?

Есть, деточка. Любые есть. Тебе какой подороже или подешевле?

Самый дорогой, - справившись с собой решила Кира. Если уж он погиб, то она похоронит любимого с королевскими почестями и без разницы во сколько это обойдётся ей.

Они ещё немного поговорили с женщиной и она назвала ей окончательную сумму. Кира не с тала охать от неё, зашкалившей за сто тысяч, лишь кивнула трубке - такую сумму Артём, иногда любивший сходить в казино, проигрывал за одну партию в покер.

Девушка ещё помнила состояние матери, когда умер отец, и её бесконечные пьянки, и собутыльников, которые в пьяном угаре пытались не раз изнасиловать маленькую девочку, поэтому, когда она пришла на кухню и открыла бар, потянувшись за крепким ромом, который пил Артём, Кира инстинктивно отдёрнула руку от тёмной бутыли. Не хватало ей ещё и похмелья завтра.

Весь вечер она провела у телефона. Церковь, друзья Артёма, соратники и коллеги мамы, её подружки - везде ей соболезновали, иногда предлагали помощь, но никто не захотел прийти сейчас, сесть вместе с ней и просто поплакать. Она вздохнула и попробовала зажечь лампу, чтобы вычеркнуть из списка ещё одно имя. Но сколько бы Кира не щёлкала выключателем - результата не было. Свалив мысленно всё на сгоревшую лампочку, девушка попробовала зажечь люстру, но и тут потерпела фиаско.

Да что ж за день-то такой невезучий! - в сердцах выругалась она.- И на кой нам свет отрубили

Девушка от злости пнула стенку шкафа, но тут же запрыгала на одной ноге, растирая отбитый палец. Спать не хотелось совершенно. За окном блеснула молния, на мгновение выхватив из темноты погасшие окна соседнего дома, и тут же пропала. Следом прогремел гром и по окну поползли первые капли дождя. Кире казалось, что сама природа оплакивает её Артёма и те чувства и желания, которым уже никогда не суждено сбыться. Девушка подошла к окну и провела пальцем по одной дорожке, оставленной каплей. Странно, вот капля и вот ещё одна капля, они сливаются и образуют дорогу - единую, мощную струю - наверное так же образуются реки из ручейков - и как же похожи на них людские судьбы. Они тоже сливаются, соединяются чтобы совершать ошибки и идти за своими звёздами по единому пути. Только если осушить один или два ручейка реке ничего не будет, а вот человеку... Кира думала о том, как же больно терять того, кого сильно любишь, и, незаметно для себя, рисовала на стекле дорожку Аллеи Влюблённых в местном парке, где они так часто любили бывать с Артёмом. Кира вздохнула и убрала руку со стекла. Прошлого не вернёшь. Надо смириться и идти дальше. Идти... Дальше...

"Я пойду в парк! Именно туда и никуда больше! Именно так я не предам Артёма. Тёмка слышишь, я оплакиваю тебя вместе с природой! Мы вместе с ней скучаем по тебе!" - идея ворвалась в голову Киры ураганным темпом и тотчас захватила её. Девушка наощупь нашла ключи, одела лёгкую куртку и выбежала на улицу, с силой захлопнув за собой дверь.

От дома Королёвых до парка было идти минут пять неспешным прогулочным шагом. Кире эти минуты показались мгновеньями. Она буквально бежала, пока не добралась до ветвистых дубов, растущих около центрального входа. Девушка прижалась к коре одного из них и обняла дерево.

- Дедушка дуб! Ты большой и мудрый, так скажи мне почему этот мир отобрал у меня Тёму?- прошептала Кира.

Но исполин молчал, хотя на мгновение ей почудилось что по её рукам заструилось тепло, словно дуб, не умеющий говорить, утешал её. Она отстранилась и вздохнула. Неужели ей уже начало всё казаться? Это наверняка последствия стресса... Или это было на самом деле?

Голова уже болела от вопросов, поэтому Кира старалась выбросить их из неё и наслаждаться природой. Ветви тихонечко шумели в высоте, почти не пропуская капли на вниз, кузнечики замолкли и только то и дело грохотал гром в этой неестественной тишине. Когда она была крохой, они вместе с мамой частенько прогуливались здесь и Кире, начитавшейся очередных сказок, казалось, что в чаще этого парка играют невесомые фейри, которые водят хороводы при луне, в ближайших кустах живут милые гномы, к которым сама Дюймовочка ходит на балы, а ветвях столетних лип и дубов поселились эльфы, которые похожи на людей, а свои остренькие уши скрывают волосами или шапочкой. Она маленькая сама считала себя эльфом - ведь кто кроме эльфа может жить так близко к парку - и частенько проверяла себя по утрам на предмет "остроухости". Она дошла до развилки и остановилась. С этим "рубежом" у неё были связаны какие-то мутные воспоминания. Именно здесь, лет восемь назад, её пятиклассницу, возвращавшуюся из школы домой поймала за руку незнакомая женщина. Её белые волосы были распущены, а глаза... Эти глаза Кира запомнила на всю жизнь. Чёрные, как ночь, они охватывали всё, за исключением маленького белка, так, что казалось что вместо глаз у женщины тёмные провалы.

- Девочка, постой, - худые пальцы клещами впились в руку Киры. Золотые браслеты сьехали чуть пониже запястья.

- Извините, тётенька, но мама мне с чужими разговаривать не разрешает, - пролепетала она.

- Ты ведь гостья, девочка? Это так? - Кире казалось что глаза цыганки, а именно ей, судя по расклешенной юбке с блестками да такой же кофте и полной безвкусицей в украшениях, определила она, женщина и была, видят её насквозь, каждый проступок, каждую ложь, каждую влюблённость и каждое разочарование.

- Нет. Я Кира. Кира Королёва.

- Нет, ребёнок. Ты меня не обманешь. Королевская дочка. Значит Валаан трусливо бросил тебя. Ну, что ж, - медленно проговорила она, - от судьбы не уйдёшь, принцесса. Слушай и запомни, маленькая принцесса, ты в этом месте в мир наш пришла, в этом и уйдёшь из него. Ты будешь терять друзей и родных, но обретёшь единственного. Ты многое забыла, но многие тебя помнят. Ты перенесёшь всё, но от твоих решений будет зависеть жизнь людей и крах целого мира. Не забывай это, принцесса.

И женщина с силой толкнула от себя Киру так, что та упала на дорожку, ободрав коленку, но когда удивлённый ребёнок повернул голову, чтобы ответить "доброй" тёте, цыганки не было... А прошло всего несколько секунд...

Кира передёрнулась от воспоминаний и тут же услышала нечто, никак не вписывавшееся в картину тихого городского парка. А именно волчий вой...Она обернулась, чтобы пойти домой, от греха подальше, но и этого ей сделать не дали, самым наглым образом толкнув в ближайшие кусты. Девушка кубарем скатилась по пологому склону в маленькую ложбинку за кустом и с оханьем попыталась в стать на ноги, но и тут её насильно пригнули к земле.

- Господи, да не верти ты головой! - произнёс приятный девичий голос, почему-то дрожащий, Кира так и не поняла от страха или от возбуждения. - Схлопочешь кинжал или фаербол с меня за это Лан три шкуры спустит. Попалась же такая неугомонная на мою голову.

Пока невидимая девушка шёпотом сетовала на свою судьбу и начальника-зверя некоего Лана, Кира старательно обдумывала ситуацию. Мда, в незавидном она оказалась положении - лицо вымазано в грязи и вжато в землю так, что с трудом можно дышать, одежда скорее всего напоминает сильно помятую тряпочку об которую сотни людей разом вытерли ноги - в общем бомж бомжом, не хватает только запаха перегара и вони от потного тела. Пока она размышляла о своей печальной судьбе рука неожиданно отпустила её.

- Вставай, только медленно и не высовывай макушку из кустов, а то насадят нас обоих на стрелу как на вертел, - проворчала незнакомка.

Кира протёрла глаза от песка кулачками и увидела собеседницу. Странно, как могла такая хрупкая девушка толкнуть её, несколько лет про занимавшуюся в тэквандо на землю, да ещё так - чтобы она свалилась ровно в эту ложбинку? Или последнее было лишь совпадением? Перед Кириным взглядом предстала юная леди. Именно леди - ведь только в богатых семьях учат даже пылинки скидывать с одежды с неимоверной грацией, а девушка кокетливо ладошкой отряхивала подол короткого платья. Или шорт? Одежда была сшита из толстого, казалось грубого сукна, но вышивка на рукавах выдавала дорогую ткань с потрохами и со всем что есть у этой самой ткани,Поверху этого "платьица", открывающего плечи, шёл дивный пушистый мех, который так и хотелось потрогать. Грудь незнакомки стягивал корсет, эффектно подчёркивая формы оной и делая талию тоньше осиной. Он был выполнен из чёрного бархата и закрывался на какие-то странные застёжки, которых на первый взгляд выявить было нельзя, если только не приглядываться. Внизу платье обрывалось на ладонь ниже "пятой точки", открывая накачанные бёдра девушки. Кира успела заметить, когда подол колыхнулся от порыва ветра, что на одном из бёдер прицеплены метательные дротики, а на другом - замечательная коллекция метательных ножей.

Кира вздохнула ещё печальнее. Мало ей проблем, так ещё и сумасшедшая на голову увязалась... Уточнение, сумасшедшая-ролевик... Ой, не к добру это всё, не к добру...