# Красный призрак

Брайан Эндрюс

Содержание

ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ

Авторские права

ПОСВЯЩЕНИЕ

Содержание

НАЧАТЬ ЧИТАТЬ

ЧАСТЬ I

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ЧАСТЬ II

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ГЛАВА 25

ГЛАВА 26

ГЛАВА 27

ГЛАВА 28

ГЛАВА 29

ГЛАВА 30

ГЛАВА 31

ГЛАВА 32

ГЛАВА 33

ЧАСТЬ III

ГЛАВА 34

ГЛАВА 35

ГЛАВА 36

ГЛАВА 37

ГЛАВА 38

ГЛАВА 39

ГЛАВА 40

ГЛАВА 41

ГЛАВА 42

ГЛАВА 43

ГЛАВА 44

ГЛАВА 45

ГЛАВА 46

ЭПИЛОГ

Глоссарий

БЛАГОДАРНОСТЬ

ОБ АВТОРАХ


ДРУГИЕ РАБОТЫ БРАЙАНА ЭНДРЮСА И ДЖЕФФРИ УИЛСОНА

Серия первого уровня

Уровень Первый

Тени Войны

Крестоносец Номер Один

Американский Оператор

ПИШУ КАК АЛЕКС РАЙАН

Сериал-триллер с Ником Фоули

Пекинский Красный

Черный из Гонконга

ДРУГИЕ НАЗВАНИЯ БРАЙАНА ЭНДРЮСА

Директива Калипсо

Игра в проникновение

Сброс

ДРУГИЕ НАЗВАНИЯ ДЖЕФФРИ УИЛСОНА

Кольцо Предателя

Доноры

Становится Черным

Раздираемый войной


Это художественное произведение. Имена, персонажи, организации, места, события и инциденты являются либо продуктом воображения автора, либо используются вымышленно. Любое сходство с реальными людьми, живыми или умершими, или с реальными событиями является чисто случайным.

Авторские права на текст (C) 2019 Брайан Эндрюс и Джеффри Уилсон

Все права защищены.

Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена, сохранена в поисковой системе или передана в любой форме или любыми средствами, электронными, механическими, копировальными, записывающими или иными, без явно выраженного письменного разрешения издателя.

Опубликовано издательством Thomas & Mercer, Сиэтл

www.apub.com

Amazon, логотип Amazon и Thomas & Mercer являются товарными знаками компании Amazon.com, Inc. или ее филиалов.

ISBN-13: 9781542091527

ISBN-10: 1542091527

Дизайн обложки : Майк Хит | Magnus Creative

Для Джины

Содержание

НАЧАТЬ ЧИТАТЬ

ЧАСТЬ I

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ЧАСТЬ II

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ГЛАВА 25

ГЛАВА 26

ГЛАВА 27

ГЛАВА 28

ГЛАВА 29

ГЛАВА 30

ГЛАВА 31

ГЛАВА 32

ГЛАВА 33

ЧАСТЬ III

ГЛАВА 34

ГЛАВА 35

ГЛАВА 36

ГЛАВА 37

ГЛАВА 38

ГЛАВА 39

ГЛАВА 40

ГЛАВА 41

ГЛАВА 42

ГЛАВА 43

ГЛАВА 44

ГЛАВА 45

ГЛАВА 46

ЭПИЛОГ

Глоссарий

БЛАГОДАРНОСТЬ

ОБ АВТОРАХ

Примечание для читателя

В конце этой книги мы привели глоссарий, чтобы

дать определение сокращениям, военному жаргону и аббревиатурам,

используемым здесь.

ЧАСТЬ I

Ты не должен создавать себе собственную тюрьму.

—Кодекс воров, Воровской мир

ГЛАВА 1

Заброшенная текстильная фабрика Кринхолми Джоала

Нарва, Эстония

В пятистах футах от российской границы

10 Июня

04.00 По местному времени

- Это ловушка, - сказал голос ему в ухо.

“Давайте постараемся не делать преждевременных выводов”, - ответил Джон Демпси, пилотируя серебристый Mercedes-Benz Sprinter на крутом повороте "фишхук". Шины фургона протестующе заурчали, когда он съехал с улицы Кринхольми на изрытый выбоинами участок грунтово-гравийной дороги, который вел к заброшенному комплексу эстонской текстильной фабрики. Несмотря на ранний час, солнце уже показалось из-за горизонта, окрашивая балтийское небо в яркие розовые и оранжевые тона. Город Нарва находился к северу от пятьдесят девятой параллели, что на градус севернее Джуно, штат Аляска, по широте. К счастью, было лето, и не было ощущения, что он работает на Аляске.

“ Только что подъехал еще один внедорожник и припарковался позади здания. Итого три машины. Говорю вам, вы идете в ловушку, ” повторила Элизабет Граймс с раздраженной, настойчивой убежденностью. Граймс — назначенный снайпер команды overwatch и адвокат дьявола в резиденции — общался через микропередатчик, засунутый глубоко в его левый слуховой проход. Когда он не ответил, она вздохнула и добавила: “Это один из твоих худших планов в жизни, ты знаешь это?”

Демпси взглянул на Дэна Манна, который ехал в задней части фургона. Бывший морской котик и боевой хирург изобразил правой рукой болтуна, его пальцы образовали каркающий птичий клюв. Манн и Демпси когда-то служили вместе на Первом уровне, и казалось, что это было в другой жизни. В командах Демпси был инструментом Объединенного командования специальных операций, выполняя роль одного из самых смертоносных спецназовцев Америки. Теперь он был тактическим призраком — оператором, переодевающимся и принимающим облик, которого требовала повседневная миссия.

Таких людей, как он, называли Смит, Джонс или Джонсон. На самом деле, Джон Демпси даже не было его настоящим именем, просто так он называл себя в этом втором воплощении своей жизни. Как глава Отдела специальных действий Оперативной группы Эмбер, самого тщательно охраняемого секрета страны по борьбе с терроризмом, Демпси был тем, кем Америка нуждалась в нем для выполнения своей работы. Сегодня Америке нужно было, чтобы он был подонком-телохранителем, а Америке нужно было, чтобы Манн выдавал себя за своего босса, еще большего подонка, международного покупателя оружия. Предлогом для встречи была проверка образцов новейших российских оружейных технологий перед размещением крупного заказа. Продавец, Матвей Амаров, был одним из самых могущественных боссов российской мафии, известным своей безжалостностью и склонностью к крайнему насилию. Но все это было хорошо . ... это был просто еще один день в офисе, когда мы ловили самых опасных, садистских и подлых игроков в мировом преступном и террористическом подполье.

Манн одарил Демпси кривой усмешкой и сказал: “Чувак, ты же знаешь, что обычно она права”.

“ Я знаю, но никогда в этом не признаюсь, ” прошептал он. Затем, достаточно громко, чтобы Граймс услышал, он сказал: “Я ценю твою заботу, Альфа, но эти Воры, как известно, параноики. Я имею в виду, сколько парней мог привести Амаров?”

“Раз уж вы спросили, позвольте мне рассказать вам”, - сказал Иэн Болдуин, начальник разведки Ember в Вирджинии. “Впереди стоит машина, которую вы видите, но вторая прибыла в то же время и припарковалась за северным углом здания. У нас есть по тепловой сигнатуре в каждом автомобиле — у водителей — и у двух джентльменов, стоящих впереди, чтобы встретить вас. Итого четыре. Внутри здания находятся еще четверо подписантов, которые, похоже, устанавливают оборудование. Как бы то ни было, мы наблюдали, как они выгрузили три ящика из второго автомобиля и внесли их внутрь . ... У них есть еще одно тело на крыше и десятый патрулирует периметр - хотя этот последний парень в настоящее время мочится на стену в северном углу. Третий внедорожник, о котором только что сообщила Альфа, скрыт от вашего поля зрения, и внутри у него пять фирменных знаков. Вероятно, это их QRF в режиме ожидания на тот маловероятный сценарий, когда вы двое решите, несмотря на ужасное численное превосходство, завязать перестрелку ”.

“Что за черт?” Манн сказал, качая головой. “Амаров настоял, чтобы я пришел с одним телохранителем, в то время как он приведет армию. Напомни мне, почему мы согласились следовать инструкциям самого безжалостного босса Вори в России в точности?”

“Ну, мы не следовали им в точности”, - сказал Демпси. “Мы привезли с собой Лиззи с длинным ружьем, что, если учесть ее средний показатель KIA за помолвку, вероятно, дает нам небольшое преимущество”.

“Хотя я ценю вашу веру в меня, Браво, имейте в виду, что Длинноствольная Лиззи работает с очень тонкими границами”, - сказала Граймс из своего снайперского укрытия. “Миллиметр может означать разницу между прикрытием твоей задницы и случайным погружением тебя на шесть футов под воду. Возможно, тебе стоит помнить об этом, когда будешь пробовать новые прозвища для меня”.

Граймс находилась на позиции уже час, после того как добралась пешком, когда было еще темно. Демпси взглянула на верхний этаж приземистого здания. Он представил ее лежащей на столе или стопке коробок, накрытой снайперской винтовкой Heckler & Koch M110A1, которую она, похоже, предпочитала в последнее время. HK был легче, чем "Ремингтон" с затвором, и полуавтоматический, что экономило ее драгоценное время между выстрелами. У нее был хороший угол обзора, но здание, к сожалению, не давало ей преимущества в росте.

Демпси поджал губы, замедляя движение фургона к южному углу здания, на которое они нацелились, и обдумал тактическую картину, только что нарисованную Болдуином.

Это куча парней, подумал он, прежде чем пожать плечами. Неважно. Если сегодня мне пробьют штраф, так тому и быть. Мне все равно.

Это было его мантрой с тех пор, как провалилась миссия в Тегеране. Дело было не в том, что ему больше не для чего было жить. Напротив, его жизнь была настолько хороша, насколько это вообще возможно для сорокалетнего разведенного взломщика дверей, который официально умер для всего мира. У него была работа, которая бросала ему вызов и меняла мир к лучшему, товарищи по команде, которых он любил и уважал, и цель. Но если он был честен с самим собой — в чем с возрастом становился все лучше, — то пришло время признать, что срок его годности истек. Сколько еще миссий он сможет провести, играя в русскую рулетку и вращая этот цилиндр, прежде чем судьбе, наконец, надоест спасать его сварливую старую задницу и она просто позволит удару молотка закопать его в землю?

На линии повисла неловкая тишина, и у Демпси внезапно возникло отчетливое ощущение, что все ждут, что он что-нибудь скажет.

“Я бы не стал слишком много думать об этом, ребята. Они просто осторожны. Если бы они хотели убить нас, они могли бы сделать это одним удачным выстрелом снайпера при нашем приближении. Пока мы не ввяжемся в драку, все будет хорошо. У меня хорошее предчувствие по поводу этой встречи ”. Последнее утверждение было неправдой, но Демпси все равно это сказал.

- Альфа, как твои реплики? - спросил я. - Спросил Мунн Граймса, его собственные опасения явно не были смягчены добрыми чувствами.

“У меня есть легкие данные об их бродячем патруле и парне на крыше, но я не смогу помочь, когда вы войдете внутрь”, - ответил Граймс. “Если только все их стрелки не решат зависнуть у окон, я мало что смогу сделать. Переступите порог этой двери, и вы заберете свои жизни из моих рук и полностью передадите их в руки Амарова”.

Демпси кивнул в ответ на это замечание, несмотря на то, что Граймс не мог его видеть. Он посмотрел в зеркало заднего вида на заднем сиденье. Манн, который обычно был одет и ухожен, как лесоруб, был свежевыбрит, его волосы были зачесаны назад и выкрашены для роли, которую он играл сегодня.

“ Что тебе подсказывает интуиция? Спросил Демпси.

“Интуиция подсказывает, что я хотел бы, чтобы у нас на орбите был ”Рипер" с ракетами "Хеллфайр", - сказал Манн.

- В ходе предварительной операции я предельно ясно дал понять, что появление вооруженного “Рипера” на орбите в пятистах футах от воздушного пространства России может привести к международному инциденту...

“Мы знаем”, - сказал Демпси, перебивая Болдуина. “Мы тебя не обвиняем”. Он снова посмотрел на Манна. “Итак, мы ловим рыбу или режем наживку?”

“Даже с твоим ШРАМОМ мы по-прежнему просто двое парней - и только у одного из нас есть винтовка. Если дела пойдут плохо, наша единственная надежда - найти выход. Пробивать себе путь к свободе, вероятно, не стоит ”.

Демпси побарабанил пальцами по рулю и посмотрел на штурмовую винтовку модели SCAR-H цвета пустынного загара, прислоненную к пассажирскому сиденью рядом с ним. Граймс и Манн были правы; как только они войдут внутрь, заводской цех превратится ни в что иное, как широко открытое пространство. У них не будет ни укрытий, ни запасных стрелков, чтобы обеспечить прикрытие огнем или присмотреть за своей шестеркой. Если бы воры окружили их, они бы никогда не выжили. Выйдут ли они живыми или нет, зависело от мотивов Амарова и конечной цели. Неудивительно, что Амаров привел дополнительный персонал, но больше дюжины?

Амаров был крупной рыбой в Ворском море. С географической точки зрения, его деятельность была сосредоточена в странах Балтии — Эстонии, Латвии и Литве, — где его домом был близлежащий Санкт-Петербург, а логистическим центром - Клайпеда. Когда оперативный сотрудник Ember Саймон Адамо обнаружил, что Амаров имел историю сделок с чеченским торговцем оружием и людьми по имени Малик, Демпси настойчиво добивался встречи.

Именно Малик организовал убийство американского посла в Турции в прошлом месяце и похитил главу аппарата посла Аманду Аллен. Именно Малик пытал Аллен, удерживая ее в заложниках в Сирии. Именно Малик организовал покушение на президента Соединенных Штатов и директора Национальной разведки. И, наконец, именно Малик выстрелил Манну в шею, чуть не убив лучшего друга Демпси, а затем ускользнул из рук Демпси после мучительной погони по улицам Стамбула.

Малик обладал умом и навыками, и он был одним из самых опасных противников, с которыми Демпси сталкивался за свою долгую и блестящую карьеру. Все в Эмбере и вплоть до самого президента Уорнера хотели, чтобы этого парня нашли. Проблема заключалась в том, что после Стамбула Малик был призраком. Поэтому Адамо решил сменить тактику. Если они не смогут найти Малика, то попытаются наладить отношения с кем-нибудь, кто знает, где искать. Демпси молился, чтобы Амаров стал этим активом, но сначала они должны были установить доверие.

“Омега, есть какие-нибудь разговоры, о которых нам следует знать?” он спросил Болдуина.

“Ничего опасного, браво”, - сказал Болдуин. “Просто инструкции по размещению персонала. Ничего, что указывало бы на то, что ваш NOC скомпрометирован”.

“Я по-прежнему голосую за отмену, Браво”, - сказала Граймс мягким, но настойчивым голосом. “Мы должны перенести эту встречу на нейтральную территорию или, по крайней мере, туда, куда мы можем привести большую команду”.

Демпси стиснул зубы. Она правильно подметила, но что, если это был единственный шанс, который Амаров был готов им дать? Русский был непреклонен в отношении встречи на этом заброшенном заводе, всего в двух шагах от российской границы. Если бы они упустили эту возможность с Амаровым, кого бы они попытались найти следующим? Как долго это задержит поиски Малика?

Демпси остановил фургон в пяти метрах от того места, где двое вооруженных головорезов Амарова стояли в ожидании у южного здания. Уставившись в лобовое стекло, он сказал: “Амаров - единственная проверенная и жизнеспособная зацепка, которая у нас есть. У нас нет запасного варианта. Если мы хотим найти Малика, я думаю, наш единственный выбор - довести это дело до конца”.

- Чек, - сказала Граймс покорным, но полным неодобрения тоном.

Демпси оглянулся через плечо и встретился взглядом с Манном, который поглаживал свой подбородок. Манн кивнул. “Давай займемся этим”.

Демпси в последний раз окинул взглядом сцену, затем схватился за ШРАМ и вышел из фургона. Он закрыл дверцу со стороны водителя и обошел машину, чтобы открыть заднюю дверцу для своего “босса”, международного торговца оружием, известного в подполье просто как “американец”. Манн был одет в черные джинсы и черные ковбойские сапоги из страусиной кожи, а на шее у него висела серебряная цепочка. Черная шелковая рубашка, которую он носил, идеально скрывала низкопрофильный бронежилет под ней. Полированная хромированная Beretta 92G Elite — разумеется, с перламутровой рукояткой — была выставлена на всеобщее обозрение в черном кожаном чехле через плечо, а в левой руке он сжимал стальной портфель.

Он выглядел нелепо.

Мунн глубоко вздохнул, вышел и пальцами, унизанными кольцами, пригладил зачесанные назад волосы. С хмурым выражением лица он откашлялся и сплюнул на пыльный гравий рядом со своим ботинком. “Американец” был НОК, тщательно курировавшимся и использовавшимся ЦРУ на протяжении многих лет. Лэнгли был непреклонен в том, чтобы офицер, ныне живущий как легенда, участвовал в операции, но ДНР понизило его в звании, и теперь они были здесь.

Двое ожидавших русских приблизились, оба держали в руках ультрасовременные штурмовые винтовки АК-12 калибра сорок пятого калибра, но твердо, двумя руками. Двое новеньких вышли из здания в пятнадцати метрах от нас, сжимая в руках компактные пистолеты-пулеметы. Демпси сжимал свою собственную штурмовую винтовку в боевой сумке, готовый навести ее на цель, в то время как Манн шел с необузданной развязностью, и пистолет под его левой подмышкой помогал не больше, чем если бы он был оставлен в фургоне. Один из русских ослабил хватку и поднял руку, то ли в знак приветствия, то ли в качестве жеста, призывающего их остановиться, — его намерение неясно.

Манн остановился и оглядел двух головорезов с головы до ног. Тот, что покрупнее, что-то пробормотал своему товарищу, и они оба рассмеялись.

Болдуин перевел им на слух. “Он сказал: ”О, смотрите, это американец и его собачка".

Манн искоса взглянул на Демпси, который поднял винтовку, направив ее прямо в голову мужчины. Затем Манн прокричал в ответ единственные фразы на русском, которые он знал, “Вы будете говорить по-английски по-русски . ... я проявляю некоторое уважение”.

“Он просто сказал им говорить по-английски и проявлять уважение”, - перевел Болдуин, хотя Демпси знал эту фразу, потому что слышал, как Манн практиковал ее по меньшей мере сто пятьдесят раз.

Ухмылка форсирующего исчезла, и он небрежно поднял обе руки, хотя в его глазах все еще горел злобный огонь. “Конечно, конечно”, - сказал он с сильным русским акцентом. “Мы не хотели вас обидеть. мистер Амаров взволнован встречей с американцем. Мы вас хорошо знаем, и нам приятно вести бизнес. Мы все здесь одинаковые”.

“ Почему-то я в этом сомневаюсь, - пробормотал Демпси себе под нос, опережая Манна на полшага, но не опуская винтовки. Он обратил внимание на витиеватые татуировки воры на предплечьях силовика.

“ Ладно, мы так и будем стоять снаружи, наставив друг на друга пистолеты, или займемся делом? - Сказал Манн расслабленным, невозмутимым голосом человека, который участвовал в сотне подобных вооруженных столкновений и ушел от всех них.

“ Да, конечно, но ваш телохранитель настроен очень серьезно. Может быть, если он будет целиться из винтовки подальше от моего лица?” - сказал русский.

Манн кивнул Демпси, и тот опустил винтовку, направив ее на землю между ними.

“Где Амаров?” Потребовал ответа Манн. “Было решено, что мы встретимся лично. Я не веду переговоров с посредниками. Мое время слишком ценно, чтобы иметь дело с приспешниками.

Мужчина рассмеялся и что-то сказал по-русски своему коллеге, который в ответ похрюкал, пожимая плечами.

“Олди смеется не из неуважения. Он любит американские фильмы о миньонах ”. Когда Манн остался суровым, русский сказал: “Я заверяю вас, что мы больше, чем просто приспешники. Вы должны тесно сотрудничать со мной и Олди, продвигаясь вперед с нашим продуктом. Меня зовут Трак. Мы — как бы это сказать — менеджеры по дистрибуции в этом регионе”.

“Неприемлемо. Где Амаров?”

“ Амаров внутри здания, ” сказал Трак и сунул руку за отворот своего пальто. Демпси поднял винтовку и направил ее в центр тяжести, когда русский протянул руку, чтобы достать мобильный телефон. “Где находится доверие? Где доверие?” - сказал он сквозь смех и сфотографировал их.

“Омега, Альфа". Ребята Амарова только что сфотографировали ”Браво", - сообщила Граймс командиру "Эмбер" напряженным голосом. “Если у них есть база данных изображений американца, нам крышка”.

“ Что ты делаешь? - Спросил Манн, не сводя глаз с Трака.

“Перед встречей с Амаровым мы удостоверяемся, что вы тот, за кого себя выдаете”, - сказал Трак. “Это обычная процедура”.

У Демпси сжалось горло. Время замедлилось, и его чувства перешли в то сверхосознанное состояние восприятия, которое он испытывал всякий раз, когда Смерть собиралась присоединиться к вечеринке.

“Кто-то внутри здания звонит”, - сообщил Болдуин.

“Браво, это Omega Actual”, - раздался голос по каналу связи. Шейн Смит, директор Ember. “Мне это не нравится. Я объявляю это. Миссия прервана. Браво, пришло время начать искать выход оттуда. Если эта штука испортится у нас, то очень быстро все станет по-настоящему уродливым ”.

Демпси взглянул на крышу здания и заметил направленный на них ствол русской снайперской винтовки. Движение слева от него привлекло его внимание, и он увидел, как водитель внедорожника Vory, припаркованного с их стороны здания, вышел из машины. Водитель держал в руках АК-12 и занял огневую позицию, опираясь на капот в качестве опоры на локоть. Олди и Трак все еще держали свое оружие в обычных руках, а двое головорезов, охранявших дверь в здание позади них, все еще были в боевой готовности, но не целились внутрь. Граймс был хорош, но из-за снайпера "Вори", водителя, державшего их на прицеле, и четырех других стрелков снаружи шансы спастись, не попав под пули, были невелики.

Демпси посмотрел на Манна, у которого, несмотря на излучаемую уверенность, были обеспокоенные глаза. “Эй, босс, нам не нужно это дерьмо. Я предлагаю отправиться в путь. Эти парни явно не заинтересованы в твоем бизнесе ”.

Прежде чем Манн успел ответить на подсказку Демпси, Трак сказал: “Хорошие новости. Мистер Амаров согласился встретиться с вами. ”Затем, одарив их хищной улыбкой, русский добавил: “У нас есть демонстрация, чтобы показать вам, что внутри. Затем вы заберете свои образцы оружия и оставите нам задаток. Да?”

“Это хорошие новости”, - сказал Манн твердым голосом. “Но почему бы вам не пригласить мистера Амарова присоединиться к нам на улице. Мы можем пожать друг другу руки, подышать свежим воздухом и посмотреть на здешние товары при свете дня”.

“Нет, нет, мне очень жаль, но мы не можем делать это под пристальным наблюдением спутников над головой. Американское ЦРУ и российская ФСБ, возможно, оба смотрят на нас свысока — плохо для бизнеса каждого, вы согласны? Заходите внутрь, мы пьем водку, устраиваем шоу, и все будет хорошо. Вы, должно быть, доверяете нам.

- В этом-то и проблема. Я не могу тебе доверять. Мы договорились прийти вдвоем, но вы привели многих, - сказал Манн, указывая на всех стрелков из "Вори". “Мистер Амаров явно мне не доверяет, иначе он не прятался бы на складе. Итак, скажи своему боссу, что если он хочет получить мой депозит в миллион долларов, - сказал он, поднимая стальной кейс и постукивая по нему правой рукой, - он может прийти сюда, извиниться передо мной в лицо и сказать всем людям с пистолетами, направленными мне в голову, опустить оружие”.

Странное выражение промелькнуло на лице Трэка, и в этот момент в голове Демпси все щелкнуло. Это была не встреча и не приветствие, и дело было не в деньгах. Это был захват - и мишенями были он и Манн. Вот почему Амаров выбрал место так близко к российской границе и почему он привел с собой так много людей и транспортных средств. Если Малик сделал тот же вывод об одной степени разделения, что и Адамо — подозревая, что эта встреча была тайной операцией по использованию Амарова, чтобы добраться до него, — тогда логично, что он прикажет Амарову принять превентивные меры. Малик видел их лица в Стамбуле, а Трак только что сфотографировал их. После получения подтверждения все, что нужно было сделать Амарову, - это силой усадить их в машину под дулом пистолета, и через пять минут они были бы в России, и их никогда больше не видели и не слышали.

Граймс был прав.

Они попали в ловушку.

Демпси принял боевую стойку, крепко прижимая приклад SCAR-H к щеке и одновременно направляя плавающую красную точку голографического прицела в центр груди Трака. Одновременно Манн вытащил "Беретту" из кобуры и прицелился в голову здоровяка русского. В этот момент их мысли были едины. Все миссии, которые они выполняли вместе, все операции, которые они планировали, все злобные ублюдки, на которых они охотились в засосе вместе, синхронизировали их мысли. Манн пережил то же прозрение, что и Демпси, и Демпси знал, что скажет его товарищ по команде, еще до того, как Манн произнес это.

- Твои стрелки прикончат одного из нас, может быть, обоих, - сказал Манн с холодной уверенностью, - но не раньше, чем один из нас прикончит тебя.

Гравий захрустел под ногами, когда они сделали осторожный и синхронный шаг назад к своему фургону.

ГЛАВА 2

Граймс напряглась на длинном низком столе, где она лежала, наблюдая за происходящим внизу через свой оптический прицел. Теперь эта операция была дерьмовым шоу эпических масштабов. Если Демпси выживет, она скажет ему это, а потом врежет по его большому, глупому лицу за то, что он заставил ее пройти через этот ад.

Сосредоточься, сказала она себе. Я нужна ему в игре.

Она медленно выдохнула, считая до четырех, успокаивая себя.

Она переключила свое внимание на вори на крыше. Снайпер наблюдал за происходящим внизу через свою огромную оптику точно так же, как и она, но ничто в языке его тела не указывало на то, что он собирается вступить в бой. Она находилась на той же высоте, что и другой снайпер, и, чтобы держать на прицеле его и стрелков на земле, ей приходилось находиться ближе к окну, чем ей хотелось. Она наклонила голову, чтобы выглянуть из-за прицела и следить за происходящим внизу. Демпси и Манн медленно отступали, их оружие все еще было направлено на Трака. Другой русский впереди, Олди, поднял свой АК-12 и прицелился в Демпси. Двое охранников позади них расходились веером направо и налево, чтобы их начальники не оказались на линии их огня, если это противостояние перерастет в перестрелку.

“Черт, это нехорошо”, - выругалась она себе под нос, запоздало осознав, что ее слышит вся команда.

Она наклонилась, чтобы посмотреть в оптический прицел, и навела тускло светящуюся красную стрелку сбоку на голову снайпера-ворюги. Этот парень был самой большой проблемой, и ей пришлось бы снять его первой, но ее мозг быстро заработал, планируя последующую последовательность снимков. Демпси и Манн были в наилучшем положении, чтобы убить Трака и Олди, которые были их ближайшими угрозами. Манн застрял с пистолетом, поэтому, зная Демпси, после выстрела в Трака он скользнул влево, чтобы убрать обоих стрелков сзади. Это оставило водителю, прислонившемуся к капоту российского внедорожника, возможность подрезать их, что сделало этого парня ее вторым приоритетом. Нападающий сзади со стороны Манна был третьей по величине угрозой на случай, если он уйдет в укрытие или Демпси промахнется. Последними были подкрепления внутри здания, которые должны были броситься в бой, и бродячий патруль, которого она сейчас не могла видеть. Она почесала раздражающий зуд с левой стороны носа и определилась с последовательностью убийств: один — снайпер с крыши; два — водитель внедорожника; три — охранники у дверей; четыре — очистить поле от подкрепления по мере необходимости.

Она оторвала голову от прицела, чтобы еще раз взглянуть вниз. Трак высоко поднял сжатый кулак над головой, а затем оглянулся через плечо на стражников позади себя, которые замерли и опустили оружие.

- Подожди, подожди, - сказал Трак.

Она слышала русский в наушнике сверхчувствительных передатчиков Демпси и Манна. “Позвольте мне сказать Амарову. Позвольте мне воспользоваться моим телефоном. Я уверен, он понятия не имел, что это тебя расстроит. Не нужно уходить. Подожди, пожалуйста.

Все внизу замерли, кроме Трэка, который поднес телефон к уху и начал говорить.

Она наклонилась к оптическому прицелу, чтобы проверить снайпера с крыши Вори, и обнаружила, что теперь он крепко держится за свою винтовку.

Черт возьми, выругалась она, на этот раз мысленно. Это все решило. Ей придется пустить первую кровь. В противном случае одного из ее мальчиков подстрелили бы.

“Трак говорит, что "Браво" напугана и не войдет внутрь”, - перевел Болдуин ей на ухо. “Я не слышу ответа . . . О, подождите, похоже, у нас входящий вызов с префикса в Выборге, Россия, но у нас нет дешифровки ”.

Прошло несколько долгих, напряженных секунд, прежде чем Трак отключил связь и отнял трубку от уха. “Амаров идет, мой друг. Мы приносим извинения. Уверяю вас, мы не имеем в виду невежливость.”Когда ни Манн, ни Демпси не отреагировали, он сказал: “Возможно, вы могли бы опустить оружие?”

Когда ни тот, ни другой не подчинились, Трэк сделал два шага справа от Демпси, все еще держа руки поднятыми и убранными от висящей на ремне винтовки.

Что он задумал?

Все еще не снимая прицела, Граймс перевела взгляд с парковки на снайпера на крыше, оценивая угол обстрела, и поняла.

“Браво, Trak открывает полосу между вами, ребята, и их снайпером”, - сказала она напряженным голосом, прижимаясь щекой к своему оружию. Она сделала долгий, медленный вдох, навела свою красную стрелу на голову русского снайпера и слегка напрягла палец на спусковом крючке.

“И у меня еще плохие новости”, - сказал Болдуин. “Тепловые потоки проникают внутрь здания. Три тела уходят, а два приближаются к вам. И о-о-о, они только что мобилизовали свою машину QRF. Она движется на северо-запад, чтобы обойти вас с фланга и заблокировать выход ”.

- “Альфа", это ”Омега", - произнес голос Смита у нее над ухом. - Готовность к бою свободна.

- Вас понял, - сказала она. - Браво, объявляйте бал.

Желание осмотреть сцену внизу было непреодолимым, но она не осмеливалась оторвать взгляд от оптики. Несмотря ни на что, без исключений, она должна была сделать первый снимок . ... но она должна была дать Демпси и Манну возможность оптимально использовать ракурсы и тактическую ситуацию на площадке до начала стрельбы.

“ Прости меня, мой новый друг, ” сказал Мунн Траку. “ Меня уже предавали раньше, и это стоило мне жизней моих людей. Я уверен, что вы понимаете. Итак, в качестве жеста доброй воли позвольте мне открыть кейс и показать вам деньги . . .”

Она представила, как Манн ставит стальной портфель на землю и медленно открывает крышку. Смысл всего этого зрелища состоял не в том, чтобы затормозить, а в том, чтобы изменить позицию таким образом, чтобы изменить угол обстрела русского снайпера. Это была бесценная информация, которую она не могла оценить со своей перпендикулярной точки зрения: кто был главной целью русского снайпера — Манн или Демпси?

Ты гений, Дэн, подумала она, наблюдая, как русский стрелок стоит совершенно неподвижно.

“Цель - ”Браво-два", - сказал Граймс, давая понять команде, что Демпси был основным.

“Таким образом, у нас может быть доверие”, - продолжил Манн. “Вы можете пересчитать деньги и сказать Амарову, что все законно”.

“Я уверен, что в этом нет необходимости”, - сказал Трак, слегка отступая влево. “Мы надеемся, что вы привели то, что сказали. Мистер Амаров привезет образец ракеты, и тогда мы сможем завершить наши дела на сегодня. Возможно, мы будем больше доверять нашей следующей встрече ”.

Красная стрела была нацелена в висок русской снайперши, и по мере того, как она замедляла дыхание и пульс, она замедляла свой отскок, наконец замерев. Она посмотрела, как русский нажимает на его собственную винтовку, и глубоко вздохнула.

“Окно закрывается, Альфа. QRF окружает здание”, - сказал Болдуин с несвойственной ему настойчивостью.

“ Готов, ” сказал Граймс. Теперь она была в своей тарелке, ее голос был ледяным.

- Возьмите его, - тихо сказал Демпси.

“ Что? Растерянно переспросил Трак.

Она выдохнула и нажала на спусковой крючок.

Голову снайпера вырвало красным облаком, и его винтовка выскользнула из рук, с грохотом ударившись о черепичную крышу и зацепившись ремнем за вентиляционную трубу. Его мертвое тело медленно сползло по крыше вслед за ней.

Трак обернулся, посмотрел через правое плечо и крикнул русскому снайперу, который, как ему показалось, стрелял. “Прекрати, идиот! Мой долг перед живыми!” Затем он обернулся, и его брови удивленно приподнялись, когда он увидел, что Демпси и Манн все еще стоят.

“ Он говорит им, что они должны были взять тебя живой, ” сообщил Болдуин ей на ухо, но ей было все равно. Скорость и точность - вот все, что имело значение. Теперь она была машиной для убийства, когда навела ствол винтовки на следующую цель - стрелка, притаившегося за российским внедорожником.

Ее целящаяся стрела попала в лоб стрелявшего . . .

Выдохните.

Нажатие на спусковой крючок.

Голова русской взорвалась, как пиньята, и она перевела взгляд на свою третью намеченную цель - стрелка сзади сбоку от Манна. Пока она неслась по полю боя, ее мозг быстро реконструировал размытые образы в понятную картину. Она видела вспышку от ШРАМА Демпси, когда он стрелял в Трака. Она заметила, что Манн использовал стальной портфель в качестве щита, когда стрелял в Олди, и это было все. Она быстро исправилась, ведя русского стрелка с фланга на сторону Манна, и сбила его с ног выстрелом в голову. Она огляделась, опасаясь, что другой может прыгнуть на Демпси, но увидела, как тело мужчины рухнуло под залпом из ШРАМА. Она посмотрела направо, обратно ко входу в здание, как раз вовремя, чтобы заметить двух стрелков, выскакивающих из двери плечом к плечу с оружием наперевес.

Нажатие на спусковой крючок.

Нажатие на спусковой крючок.

Она уложила обоих стрелков подряд. Прошло меньше двух секунд.

В магазине осталось пять патронов.

“Альфа", российская машина QRF вступает в бой. Будет в поле вашего зрения через три. . .”

Она навела прицел на ожидаемую высоту окна со стороны водителя . . .

“Двое . . .”

Внес небольшую поправку на диапазон . . .

“Один”.

Русский 4х4 выскочил из-за угла здания. Ее оценка высоты была неверной, но она быстро исправила ошибку, выдохнула и нажала на спусковой крючок. Пуля пробила дыру в окне со стороны водителя и попала ему в голову чуть выше уха. Автомобиль замедлился и резко повернул направо, отворачивая от нее, прежде чем она успела поразить других пассажиров. Вместо того чтобы тратить патроны впустую, она подождала, пока они выберутся наружу.

“Браво, мы фиксируем движение трех термалов к заднему выходу”, - доложил Болдуин. “Я предполагаю, что они пересаживают Амарова во вторую машину, которая ждет с другой стороны здания на холостом ходу с водителем наготове”.

Граймс последовал за докладом Болдуина словами: “Браво, Альфа, я на машине QRF. Водитель мертв, и я прикрою вас, если стрелявшие уйдут. Вы свободны, идите к фургону и сваливайте.

Но Демпси не бежал к фургону. Он смотрел на здание фабрики.

“ Что ты делаешь? - рявкнула она в микрофон. - Убирайся оттуда к черту!

ГЛАВА 3

Демпси посмотрел вниз на стоящего на коленях Трака, и русский свирепо уставился на него. По правой руке Трэка текла кровь, но он все равно попытался поднять винтовку. Демпси нажал на спусковой крючок, шрам лопнул, и ворианец упал замертво к его ногам. Демпси выхватил у мужчины винтовку, поставил ногу ему на грудь и выдернул ее из перевязи. Он бросил винтовку Мунну и осмотрел здание перед собой.

“Что ты делаешь?” Граймс орали. “Убирайся оттуда!”

“Я иду за Амаровым”, - прорычал он. А затем крикнул Мунну: “Следуй за мной”, когда тот рванул с места. Его план состоял в том, чтобы обогнуть здание и перехватить машину Амарова с другой стороны, обойдя Амарова с фланга и расположив здание между ним и машиной QRF, которую прижал Граймс.

Манн в мгновение ока оказался рядом с ним. “Чувак, нас всего двое”.

“Мне все равно”, - выпалил в ответ Демпси. “Я хочу взять Амарова”.

“Браво, это опрометчивый совет, ” запротестовал Граймс ему на ухо. - Я не смогу защитить тебя с другой стороны здания.

“ Понял, Альфа. Отличная стрельба, но тебе пора убираться отсюда и двигаться на юг, в резервный лагерь.

- А как насчет тебя? - спросила она.

“Не уверен. Зависит от того, как все пройдет”, - сказал он. “Оставайся подвижным”.

Демпси услышал, как она разрядила четыре патрона позади него, вероятно, в машину QRF.

“ Черт, ” пробормотала она по открытому каналу. - Они высадили водителя и кружат на северо-запад вокруг здания, чтобы встретиться с Амаровым или перехватить тебя. Я всадил в хижину четыре пули, прежде чем потерял связь. ”Овервотч" прекращен ".

-Проверка.

Демпси завернул за угол здания, подняв штурмовую винтовку, и огляделся взад-вперед, сгорбившись в боевой позе, а Манн последовал за ним. Он прижался к грязной кирпичной стене.

“Статус?” - Спросил Манн, предлагая Болдуину представить отчет с высоты птичьего полета.

“Амаров только что сел в черный УАЗ Патриот. Как сообщила "Альфа", автомобиль QRF будет обеспечивать огневое прикрытие, чтобы обезопасить его побег. У вас есть секунды, чтобы вывести из строя машину Амарова, прежде чем он тронется с места”, - сообщил Болдуин.

Не говоря ни слова, Демпси рванулся вперед, его ШРАМ пылал. Манн стоял у его правого плеча, выпуская продолжительную очередь из своего АК-12 по шинам и моторному отсеку российского автомобиля 4x4. Однако заградительный огонь длился недолго, потому что автомобиль QRF выехал на линию огня, прикрывая машину Амарова.

Стрелки Vory высыпали из машины QRF, чтобы вступить в бой с Демпси и Манном, в то время как машина с Амаровым внутри умчалась, оставляя за собой шлейф пыли.

“Черт возьми”, - выругался Демпси, сбросив стрелка с переднего пассажирского сиденья выстрелом в голову. “Мы должны вернуться к нашему фургону и продолжить преследование”.

“Отрицательно, браво”, - сказал Смит, и в его голосе прозвучала большая ответственность. “Слишком рискованно при слишком малой отдаче. Возвращайся к своей машине и...

Взрыв с другой стороны здания отправил в небо огненный шар, за которым последовал столб черного дыма.

“ Что, черт возьми, это было? - Спросил Манн, когда они с Демпси отступили к углу здания в поисках укрытия. Двое стрелков "Вори" все еще вели огонь по ним из машины QRF, один притаился за задним бампером, а другой спереди.

“Это был ваш фургон”, - сказал Смит. “Кто-то только что взорвал его ракетой, выпущенной изнутри здания”.

“Какой кто-то?” Рявкнул Демпси. “Я думал, вы сказали, что трое оставшихся стрелков ушли вместе с Амаровым”.

“Похоже, я ошибся”, - сказал Болдуин. “Это очень старое здание, кирпичная конструкция, с большим количеством вмешательств. Возможно, один из них остался позади, или, возможно, был еще один стрелок, которого мы упустили ”.

“Что ж, теперь мы знаем, что образец, который мы собирались купить, работает”, - сказал Манн с саркастической улыбкой.

“ Как ты думаешь, у него есть еще одна? - Сказал Демпси, опускаясь на колено и целясь в полуметре левее заднего бампера русского внедорожника.

“Я чертовски надеюсь, что нет”, - сказал Манн. “Но на всякий случай, нам, вероятно, следует убираться отсюда к чертовой матери”.

Стрелок QRF выскочил для залпа, и Демпси раскроил ему голову идеально нацеленной пулей. - Ладно, пошли, - сказал он.

“Браво, сейчас вас обойдут с фланга”, - сказал Смит. “Стрелявший изнутри только что вышел. Он заворачивает за угол позади тебя.

“Принято”, - проворчал Демпси в ответ Смиту. “Возьми его, Дэн. Я приведу сюда этого последнего засранца”.

-Проверка.

"Шрам Демпси" выпустил пулю калибра 7,62, а спустя полсекунды раздался более пронзительный лай пули размером 5,45 × 39 мм из АК-12 Манна, и обе мишени были сбиты мгновенно.

“ Мы закончили, ” рявкнул Демпси. “ Вторичная высылка. Омега, напомни капитану лодки, пожалуйста, оставаться на эстонской стороне устья реки.

“Принято, браво”, - последовал ответ Болдуина.

“У вас есть еще какие-нибудь подписи в здании? Как вы думаете, этот парень, которого Манн уволил, был тем чуваком, который выпустил ракету?”

“Вероятность восемьдесят пять процентов. Я не держу внутри других источников тепла.

“То же самое он сказал и в прошлый раз”, - проворчал Манн.

“ Альфа, докладываете? - Спросил Демпси, забирая оружие у бандита, которого застрелил Манн. Русский лежал лицом вниз в грязи, но он был еще жив.

“ Я в трех минутах езды, - ответил Граймс, затаив дыхание. Затем, используя позывной эвакуационного катера, добавил: “Чарли на месте и готов”.

- Проверка, - сказал Демпси, стоя над русским, который истекал кровью и корчился у его ног.

“ Чувак, что ты делаешь? - Спросил Манн.

“Я хочу взять этого парня с нами”, - сказал Демпси, извлекая магазин из АК-12, который он подобрал, и передавая его Манну.

“ Что? Нет, этот парень - никто. Нам пора, братан.

“Я хочу выяснить, что ему известно. Я хочу знать, почему Амаров собирался забрать нас”, - сказал Демпси.

“О боже”, - сказал Болдуин таким тоном, словно желе только что стекло с его английского маффина и попало прямо на середину его любимого галстука. Но Демпси проработал с шефом Ember Signals более двух лет и знал лучше.

“О боже, что?”

“Я фиксирую множественные тепловые сигналы над рекой Нарва, идущие с востока”.

“С востока? Вы имеете в виду из России?” Спросил Демпси.

- Да, браво, из России.

“ Еще один QRF? - Спросил Манн.

“Я думаю, что это и есть QRF”, - сказал Смит. “Ребята, которых мы раньше называли QRF, были просто командой B.”

“ Помоги мне поднять этого ублюдка, ” попросил Демпси. Манн поднял раненого Вори на ноги, а Демпси обвил руку чувака вокруг его шеи. Парень застонал от боли и слабо запротестовал. “Я не говорю по-русски, - сказал Демпси, - но это просто. Я оставляю тебя здесь, ты истекаешь кровью и умираешь. Пойдем с нами, ты выживешь”.

Ворен кивнул и перешел на приличный прихрамывающий бег, причем Демпси обеспечивал львиную долю передвижения. Под предводительством Манна они пробрались сквозь деревья, окружающие заводскую стоянку, к каменистому, по большей части пересохшему руслу реки. Демпси огляделся по широкой дуге, но не увидел приближающихся нападавших.

-СИТРЕП, Омега?

“У меня есть несколько — сделай так, чтобы их было семь — подписей. Они к северу и востоку от тебя, и я не думаю, что они тебя еще видят . . . О, не обращай внимания. Теперь они видят тебя. . . Они приближаются.

“Потрясающе”, - сказал Манн, когда они ускорили шаг, продвигаясь на юг. “Я прикрою нашу шестерку; просто уходи”.

“Мы не собираемся заставлять Чарли забирать машину”, - сказал Демпси, таща ее по каменистому руслу реки, его ботинки шлепали по лужам. “Лодка должна будет подойти к нам”.

“ Принято, браво, ” сказал Граймс сквозь рев судового двигателя. - Чарли в пути.

“ Срочная эвакуация, - крикнул он Мунну через плечо. - Прямо как в старые добрые времена.

Манн что-то пробормотал, но все, что Демпси смог разобрать, были “утони” и “задница”.

“Поторопитесь, джентльмены”, - сказал Болдуин. “Стрелки позади вас разделяются на восточную и западную команды. Похоже, они намерены загнать вас в угол и отрезать оба пути к отступлению. Они, вероятно, не подозревают, что у нас есть лодка, так что, по крайней мере, это на руку нам.

“О, смотрите, на горизонте радуга”, - проворчал Манн.

“Давай, придурок”, - рявкнул Демпси русскому, который уже начал тащиться. “Шевели ногами!”

Демпси размышлял о том, чтобы взять русского на руки, пока троица пересекала открытое русло реки ради мизинца деревьев, который тянулся на юг до того места, где два рукава мелководной реки впадали в Нарвское водохранилище, треть которого находилась в Эстонии, остальная часть - в России. Когда он бежал, справа от него раздались выстрелы, и куски коры на мгновение ослепили его, когда высокоскоростная пуля разорвала кусок дерева всего в нескольких дюймах от его лица.

- Черт, - прошипел он и неловко присел.

“Браво, держись”, - раздался у него над ухом голос Граймса, уверенный и владеющий собой. Его губы изогнулись в усмешке. Его ангел-хранитель смерти вернулся. Он опустился на колено, вглядываясь прямо сквозь деревья, и снова почувствовал, как Манн крутанулся рядом с ним, проверяя слева от них.

- И что теперь? - Спросил Манн. - Они приближаются с обеих сторон.

“Теперь я иду на работу”, - сказал Граймс, отвечая за Демпси.

Демпси услышал далекий хлопок - звук спасения, — за которым последовал опасно близкий свист по другую сторону деревьев.

- Один, - тихо сказал Граймс.

Еще один выстрел из ее снайперской винтовки. Еще один крик.

“Двое . . .”

“Западная группа отступает к зданию. Восточная команда находится в русле реки, и, ну, я думаю, что выражение такое ‘ни хрена не повезло”, - сказал Болдуин с бравадой, в то время как снайперские пули продолжали лететь с юга.

Демпси не нуждался в дальнейшем поощрении. Он похлопал Манна по ноге, когда тот поднялся на ноги, теперь принимая на себя весь вес русского. Манн несколько раз выстрелил из леса в сторону фабрики, чтобы оттеснить западную команду, в то время как Граймс отбивался от нападавших с востока. Они побежали на юг. Через несколько ярдов линия деревьев стала гуще, давая им приличное укрытие. Демпси уже бежал во весь опор, когда с озера донеслись еще два снайперских выстрела с интервалом менее двух секунд.

“ Три... ... четыре, ” сказала Граймс с убийственным удовлетворением в голосе. “ Пять... Восточная сторона чиста. На западе есть пара, но я их не вижу.

“ Охренительная стрельба, девочка, ” фыркнул Манн. - Где ты собираешься нас забрать?

“На мысе, за железнодорожным мостом”, - сказала она. “Иди сейчас”.

Демпси что-то проворчал, и они вышли из леса к воде. Лодка поворачивала рыболовный крючок в темно-зеленом озере всего в двадцати пяти ярдах за полем с высокой травой - всего в двадцати пяти ярдах, но в двадцати пяти широко открытых незащищенных ярдах. Их русский пленник теперь был весь мертвый, и у Демпси начинал заканчиваться бензин. Он взглянул и увидел, что рубашка мужчины полностью пропиталась кровью, а его кожа приобрела неестественную бледность. “Ты мертв?” - крикнул он и, к своему удивлению, получил ворчливый ответ от бандита. Внезапно нагрузка стала экспоненциально легче, когда Манн зашел с другой стороны и просунул руку русскому подмышку. Демпси искоса взглянул на брата, и Манн улыбнулся ему.

Мгновение спустя улыбка Манна исчезла, он издал глухой звук “не-а" и рухнул в траву, как раз в тот момент, когда позади них раздался хриплый треск мощного винтовочного выстрела. Потеря Манна вывела их человеческий треножник из равновесия, и Демпси едва сумел удержаться на ногах.

“ Манн! - Крикнул Демпси, поворачиваясь, чтобы посмотреть на своего друга.

“ Чувак, продолжай, ” выдавил Манн, с трудом поднимаясь на ноги. - Попал в “САПИ плейт". Я участвую в драке, но, о, черт, это больно”.

Раздался еще один треск, и Демпси напрягся, ожидая, что высокоскоростная пуля угодит ему в затылок и погасит фары раз и навсегда. Вместо этого его новый русский друг потерял голову, и его тело рухнуло лицом в грязь к ногам Демпси.

“ Альфа, у нас неприятности. Пока ты не убьешь ублюдка, стреляющего в нас, мы не выйдем из укрытия ”, - сказал Демпси, падая ничком в сорняки рядом с Манном.

“По-видимому, один из двух нападавших с запада занял возвышенное положение внутри здания фабрики”, - сказал Болдуин.

“Ни хрена себе, Шерлок”, - выпалил в ответ Демпси.

Раздался еще один треск, когда прямо перед ним и слева поднялось облачко зелени.

“ Я не вижу его, Омега, ” сказал Граймс. - Небольшая помощь.

“ Юго-восточный угол здания. Не могу сказать, на каком этаже.

“Хорошо . . . по-прежнему не вижу его, но я могу держать его в поле зрения”, - сказала она.

Долю секунды спустя послышался ровный бум-бум-бум выстрелов из ее длинноствольного ружья и вспышек с приближающегося катера. Демпси схватил Манна за рукав и побежал по прямой к кромке воды.

“Отпусти, братан”, - раздраженно крикнул Манн и высвободил руку, когда они оба нырнули в холодную зеленую воду.

От холода у Демпси перехватило дыхание, когда он нырнул поглубже, опустив ШРАМ и вытягивая воду длинными симметричными подводными гребками под углом к лодке, зная, что русский снайпер будет стрелять по этой линии. Ни одна пуля не пролетела мимо него в мутной воде, но он изо всех сил тянул, снова и снова, чтобы отделиться от своей точки входа. Затем он повернул обратно к центру своего курса, зная, что Манн сделает то же самое. Три секунды спустя они всплыли на поверхность, бок о бок, почти одновременно.

Демпси глубоко вдохнул, снова ожидая, что высокоскоростная пуля попадет ему в затылок, но этого не произошло. Вместо этого толстая зеленая веревка обвилась вокруг них, как анаконда, когда тридцатисемифутовый Venegy выполнил крутой силовой разворот в пятнадцати футах от них, подняв чудовищный петушиный хвост брызг. Демпси сжал веревку рукой без перчатки и поморщился, готовясь к кирпичной стене боли, которая обрушится, когда Венеги полностью ослабит веревку.

“ Ты слушаешь? Демпси окликнул Манна.

“ Ага-на. . . , - буркнул Манн рядом с ним.

Демпси усилил захват, вывернув обе руки наружу, чтобы сделать захват как можно крепче, а затем почувствовал мучительную боль в плечах, когда лодка дернула их вперед, утягивая его лицо в большую волну воды. Он выдохнул через рот и нос, когда его тело превратилось в беспомощную человеческую торпеду, а затем скрестил ноги ножницами и сильно потянул правой рукой, вращая туловище до тех пор, пока его не потащили на спине. Он прижал подбородок к груди, образовав небольшой водяной кокон вокруг головы, где мог дышать. По мере того как лодка набирала скорость, напряжение в его руках от сопротивления стало почти невыносимым.

Несмотря на усталость, несмотря на боль, он отказывался отпускать.

"Венеги" тащил их по ледяной воде, казалось, полчаса, но на самом деле, несомненно, было меньше двух минут. Наконец, лодка замедлила ход, а затем остановилась. Демпси свободно держал веревку и описывал ногами небольшие круги, чтобы удержаться на поверхности воды, в то время как изящный круизер из белого и красного дерева дрейфовал рядом с ним. Он поднял глаза и увидел двух незнакомых ему парней, которые, стоя плечом к плечу, перегнулись через борт. Чьи-то руки схватили его за подмышки, и он сильно ударил ножницами, подтягиваясь вверх, переваливаясь через край лодки и с мокрым шлепком падая на палубу. Мгновение спустя Манн был наполовину рядом с ним, наполовину сверху.

- Бей! - крикнул кто-то из экипажа, и пилот нажал на газ.

Демпси и Манн лежали, сбившись в комок измученной плоти, когда лодка набирала скорость, направляясь в безопасное место. Он сморгнул озерную воду с глаз и, подняв голову, увидел, что Граймс пристально смотрит на него сверху вниз.

- Все прошло хорошо, - упрекнула она.

Демпси улыбнулся ей поджатыми губами и с трудом поднялся на колени, когда раскачивающаяся лодка повернула на юг, огибая длинный узкий островок, поросший деревьями. Человек за рулем улыбнулся ему и отсалютовал двумя пальцами, и Демпси кивнул в знак благодарности мужчине, который, как он был уверен, судя по его внешнему виду и тому, как он управлялся с лодкой, должен быть оператором SWCC — опытными лодочниками из Военно-морского спецподразделения, поддерживающими морских котиков. Бородатый мужчина рядом с ним, положивший руку на штурмовую винтовку на груди, наклонился и что-то сказал пилоту. Демпси не мог расслышать из-за ветра и рева двигателя, но оба молодых оператора рассмеялись. Демпси повернулся к Манну, который полусидел, откинувшись на спинку заднего сиденья, его лицо исказилось от боли, и фыркнул. Неужели они когда-то были такими молодыми? Казалось, вчера они были вместе в своем первом взводе в четвертой команде "МОРСКИХ котиков". А теперь . . .

“Поговори со мной, Дэн”, - сказал Демпси, протягивая руку за спину бывшего военного хирурга, его ледяные пальцы проверяли, нет ли теплой крови под жилетом Манна.

“ Оно не проникло. Оно просто— о, черт, чувак. Это то самое место. Возможно, сломалось ребро. ... Чувак, у тебя чертовски замерзли руки”.

Демпси почувствовал твердый, распухший узел под кожей спины Манна, чуть левее, но ни раны, ни крови не было.

“Омега, все по пять на пять”, - объявил Демпси по открытому каналу.

- Отлично, - прошептал Болдуин ему на ухо, как гордый родитель, чей ребенок занял первое место на научной ярмарке.

“Да, спасибо, что прикроешь нас”, - сказал Демпси, опираясь на планшир, а затем поднялся на ноги. Он тут же почувствовал на себе укоризненный взгляд Граймса. - Что?

Она удерживала его взгляд мучительно долгое мгновение, поджав губы. Наконец, она сказала: “Нам сегодня очень, очень повезло. Пообещай мне, что мы никогда больше не сделаем ничего подобного”.

Он покачал головой. “ Это единственное обещание, которое я не могу дать. Прости, Элизабет.

— Если бы меня там не было...

“ Я был бы мертв, я знаю, ” сказал он, обрывая ее. “ Но ты была там и отлично выполнила свою работу, вот почему я не мертв. Вот почему мы команда. Это то, что мы делаем”.

После долгой паузы она сказала: “Я не думаю, что Амаров был параноиком или чрезмерно осторожен. И это не должно было стать заказным убийством. Из того, что я видел, вся эта встреча была уловкой, чтобы захватить вас. Место, то, как были расположены машины, то, как Амаров оставался внутри и использовал приветственную вечеринку, чтобы заманить вас внутрь . . .”

“Они привезли настоящий товар”, - вмешался Манн. “Ракета, которая взорвала наш ”Спринтер", была образцом устройства".

“ Я знаю, ” сказал Граймс. “Они накрыли стол, чтобы играть в игру до самого конца, но я убежден, что конечным планом было взять тебя”.

“Я пришел к такому же выводу”, - сказал Демпси, кивая.

“Эмпирические данные свидетельствуют о том, что вы правы, но НОК был солидным”, - взвешивал Болдуин, хотя они обращались не к нему. “Зачем Амарову понадобилось похищать американца?”

Демпси оглянулся через плечо на заброшенный комплекс текстильной фабрики, исчезающий в лучах заходящего солнца. “Возможно, целью Амарова был не американец . ... может быть , это были мы.

“Невозможно”, - сказал Болдуин. “Он не знает о твоем существовании”.

“Он нас сфотографировал”, - возразил Демпси.

“Да, но это было после вашего прибытия, а значит, фотография была сделана для подтверждения того, что план уже разработан”.

- А что, если Малик подумал о том же, что и мы, — что мы могли бы попытаться выйти на него через одного из его сообщников? - Спросил Демпси.

“ Я полагаю, это возможно, но все равно возникает вопрос, как он узнал, что ты приедешь. Кому-то пришлось бы сфотографировать вас в вашем НОК и передать это Малику, а вы встречались только с одним человеком, представившись американцем и его телохранителем.

Лицо Демпси вспыхнуло, и он повернулся, чтобы посмотреть на Манна, который сидел на скамейке запасных и глубоко, медленно дышал. “ Этот подлый двурушник . . .”

“Вероломный немец”, - сказал Манн, завершая предложение Демпси.

“ Майкл - Брокер? - спросил я. - Спросил Граймс, произнося имя миш-ай-эл.

“Майкл гребаный Брокер”, - проворчал Демпси сквозь стиснутые зубы. “Я думаю, пришло время мне и Миш-ай-элу немного поговорить — одному лживому мудаку с другим”.

ГЛАВА 4

Санкт-Петербург, Россия

11 Июня

15.30 По местному времени

“ Мистер Малик, ” сказала служащая, взглянув ему в лицо, но затем быстро отвела глаза. “Она готова для тебя”.

“Что бы ты ни услышала, нас нельзя прерывать. Это понятно?” Проинструктировал Малик, сверля ее ледяными голубыми глазами. Малик не было его настоящим именем, просто легенда, которой он занимался. Количество людей, которые знали его как Валериана Кобака, он, вероятно, мог пересчитать по пальцам двух рук — естественное следствие его профессии. Как член спецгруппы "Зета", самой элитной и тайной организации черных операций в России, он был вынужден отречься от своей прежней жизни и навсегда попрощаться со своими друзьями и семьей. К счастью, у него не было ни друзей, ни семьи, о которых стоило бы беспокоиться.

“Я понимаю”, - сказала она, прежде чем убежать, бормоча что-то по-русски себе под нос.

С приливом предвкушения он вытащил ключ из кармана, отпер дверь в комнату в конце коридора и шагнул внутрь. В комнате не было никакой мебели, деревянный пол был поцарапан и изношен. Выцветшие обои с рисунком в виде плетеной веревки и лилий облупились, а гладкий оштукатуренный потолок пожелтел от сигаретного дыма. Единственным источником света в комнате были двойные полоски дневного света, просачивающиеся между закрытыми наружными ставнями на двух окнах. В углу, скорчившись, сидела молодая женщина, обхватив руками колени, обнаженная и дрожащая. В углу напротив стояло грязное металлическое ведро.

Валериан подошел и заглянул в ведро. Обнаружив, что она пуста, он поднял ее за изогнутую проволочную ручку и отнес девушке.

Она не подняла на него глаз, но и не попыталась скрыть нахмуренный вид.

Он перевернул ведро вверх дном, поставил его на пол в метре от нее и сел на него.

- Привет, Аманда, - поприветствовал он ее по-английски.

Она не ответила ему.

“ Что? Без улыбки? Ты не рад видеть меня сегодня?

- Пошел ты, - прорычала она.

“Может быть, позже”, - сказал он и передвинул бедра, чтобы удобнее было доставать из кармана пакетик с грецкими орехами. “Но сначала ты расскажешь мне, что ты чувствуешь прямо сейчас. Я хочу, чтобы ты была честна. Я хочу знать, каково это - быть американской шлюхой, которой ты и являешься. Каково это - предавать своих друзей и свои принципы ради меня?”

Девушка подняла руку и вытерла нос тыльной стороной ладони. Он увидел, что ее глаза начали наполняться слезами.

“Это хорошо, Аманда. Выпусти все это. . .”

“Ты заставляешь меня чувствовать себя грязной и дешевкой”, - сказала она, ее американский акцент оставлял желать лучшего. “Хуже, чем у других мужчин. Хуже всех мужчин.

Он кивнул и отправил в рот половинку грецкого ореха. “ Продолжай . . .”

“Я чувствую отвращение в тот момент, когда ты входишь в комнату. Особенно здесь, в моей груди, ” сказала она, прижимая правую руку к грудине между своими маленькими, стройными грудями. “Это как черная лоза, которая душит мое сердце, затрудняя дыхание”.

- И все же ты хочешь доставить мне удовольствие?

Она кивнула. “Да, и мне от этого стыдно”.

“ Это очень хорошо, Аманда. Я знаю, тебе было тяжело. ” Он протянул ей открытую горловину пакета. - Ореховый?

Она посмотрела на него так, словно он только что предложил ей собачий корм. - Нет, спасибо.

“ Встань, ” сказал он. - Я хочу взглянуть на тебя.

Она сделала, как было приказано, скрестив руки на груди, чтобы прикрыть наготу.

“Повернись по кругу”.

Она немного поколебалась, затем сделала, как было сказано.

“ Ты выглядишь похудевшей. Ты что, ничего не ела? И что это за синяки у тебя на спине и ягодицах?

Она начала было отвечать ему, но тут ее лицо исказилось от внезапной ярости. “К черту это дерьмо”, - выругалась она по-русски, затем протянула руку, сорвала со своей головы светлый парик и швырнула в него. “Ты болен. Это ненормально; я больше этим не занимаюсь”.

Парик ударил его в грудь и упал ему на колени. Он поднял его, затем свирепо посмотрел на нее, когда она провела пальцами по своим настоящим волосам, которые были тускло-каштановыми, коротко подстриженными по его приказу.

“ Ты будешь делать все, что я тебе скажу, Вероника, потому что я плачу огромный выкуп за удовольствие быть в твоем обществе. Он швырнул парик обратно ей. “А теперь надень это обратно и никогда больше не выходи из себя. Ты понимаешь меня, гребаная шлюха?”

Проститутка, которую он нанял на роль Аманды Аллен, уставилась на него с кипящим гневом, на который была способна только настоящая русская женщина. Будь у него такая возможность, этот человек перерезал бы себе горло.

Хммм, может быть, в Зете найдется место для Вероники. Нам нужны такие женщины, как она. Испорченные, но неподкупные.

Она уже была на правильном поприще; возможно, она просто попала не к тому мастеру.

В кармане завибрировал мобильный телефон. Вздохнув, он поднялся на ноги и достал это адское устройство, чтобы проверить идентификатор вызывающего абонента. Он знал этот номер.

“Да”, - сказал он, отвечая на звонок.

“Ты не один”, - произнес знакомый русский баритон на линии. Голос принадлежал его боссу, Аркадию Жукову, детищу и директору спецгруппы "Зета".

“Правильно”.

“Мы говорили об этом”, - сказал старый начальник разведки, в его голосе явно слышалось разочарование. “Это ненадежно. Тебе нужно избавиться от своей одержимости этой американкой. Ты меня понимаешь?”

“Я понимаю”, - сказал Валериан. Не было смысла отрицать, где он был и что делал. Отслеживался каждый оперативник дзета. Даже Дзета Прайм. Ему потребовалось десять лет, чтобы подняться на вершину иерархии полевых операций, и это было отличие, которого он не лишился бы, чего бы это ни стоило лично ему. Он был лучшим из них всех, его боялись и ему завидовали ... Любимый сын Аркадия. Ни один дзета не отнял бы у него титул Прайма, по крайней мере, пока его сердце бьется в груди.

- Ты нужен мне в Москве.

-Когда? -спросиля.

“ Сейчас. Снаружи тебя ждет машина.

- В чем проблема?

-Па... И у меня есть для тебя работа.

Он подавил желание вздохнуть и просто сказал: “Я иду”.

Все еще вызывающе держа парик, Вероника выжидающе посмотрела на него. - Ты уходишь?

Он кивнул.

- Значит, мы никогда не будем трахаться? - спросила она, натягивая парик обратно.

Натянуто улыбнувшись, он подошел и с силой схватил ее за подбородок. - Я думал, ты находишь меня отвратительным?

-Аманда считает тебя отвратительным, - сказала она.

- А как же Вероника? - спросил я.

- Вероника хочет посмотреть, из чего ты сделан, - сказала она, высвобождая подбородок из его хватки.

Он оглядел ее с ног до головы. Для проститутки она была очень привлекательной. “ Может быть, в следующий раз, - сказал он и повернулся, чтобы уйти. У двери он остановился и бросил на пол смятую банкноту в 100 евро. “Поработай над своим американским акцентом. Это ужасно”.

На выходе мадам, которая управляла самой дорогой эскорт-службой Санкт-Петербурга, подбежала к нему и остановила, положив руку на плечо. “Как прошел ваш сегодняшний день, мистер Малик? Оправдал ли он ваши ожидания?”

“Акцент у Вероники дерьмовый”, - сказал он, сердито глядя на нее. “И кто-то ее бьет; выясни, кто. Никто не бьет Веронику, кроме меня. Это понятно?”

Мадам кивнула.

“ Фактически, аннулируй всех ее клиентов. С этого момента она моя и только моя.

Женщина скривила лицо и начала смеяться. “Единственный способ, которым я соглашусь на это, - это если вы заплатите мне вперед за упущенную выгоду”.

- Я знаю.

- Это будет очень дорого стоить.

- Я понимаю.

И ее постоянные клиенты . . . им это не понравится. Некоторые из них могут стать для меня проблемой. Вы не единственный гангстер в России, мистер Малик.

Мадам нервничала. Он видел, что она обдумывает, как поступить с требованием, которое он только что предъявил ей. Прямо сейчас она, вероятно, думала, что сократит список клиентов Вероники до минимума, а затем соврет ему о тех, кто был просто слишком опасен, чтобы отказать.

“Ты просто скажи им, что Вероника принадлежит Анзору Малику, и если им это не нравится, они могут подойти и поговорить со мной”, - сказал он с холодной улыбкой. “И ты также скажи им, что если они тронут хоть один волосок на любой из ваших голов, то закончат так же, как Жора Кузнецов”. Увидев непонимающее выражение ее лица, он добавил: “Поверь мне, они поймут, о чем ты говоришь”.

“Хорошо, я сообщу новости Веронике. Когда мы можем ожидать увидеть тебя снова?" Я хочу убедиться, что в следующий раз она будет готова”.

“ Наверное, неделю, может, больше. Я не знаю. Затем он протиснулся к дверям и направился к черному "мерседесу-седану", стоявшему на холостом ходу у обочины.

ГЛАВА 5

Тайсонс-бульвар, 1650

Маклин, Вирджиния

11 Июня

0432 По местному времени

Кошмар был шоу ужасов — суммой всех его страхов.

“ Келсо, проснись, ” сказала Петра, разбудив его. - Дыши, Келсо, дыши.

- Где я? - выдохнул Джарвис, пытаясь прочистить горло.

“ Ты дома, в постели. Ты в безопасности, ” прошептала она. - Постарайся дышать; это всего лишь сон.

Он нашел ее руку у себя на груди и накрыл своей ладонью тыльную сторону ее ладони. Даже сквозь ее руку он чувствовал, как его сердце колотится, как военный барабан. Он попытался сесть и почувствовал острую боль в груди от все еще заживающего пулевого ранения, полученного им в Стамбуле всего месяц назад, когда на него и президента было совершено покушение. Он никогда не был склонен к кошмарам — ни как молодой офицер "Морских котиков", ни как ОГО Первого уровня, ни даже как директор оперативной группы "Эмбер". Только теперь, когда я стал директором Национальной разведки, на долгие годы оторванным от гущи событий и насилия, пришли кошмары. Но эти кошмары не были порождением его воинского прошлого; они не были вновь пережитыми грехами. Сны, преследовавшие его по ночам, были извращенными вещами, порожденными другим видом страха — злокачественной опухолью, растущей внутри него, от которой, как бы сильно он ни старался, он не мог избавиться.

- Ой, - сказал он, снова устраиваясь поудобнее, боль рассеяла туман сна и дезориентацию после кошмара.

Он повернулся и нашел в темноте ее глаза.

- Ты хочешь поговорить об этом? - спросила она, ее голова и торс лежали на трех подушках рядом с ним.

“ Нет, ” проворчал он. “ И... ... да.

Она больше ничего не сказала, просто слегка сжала его левую грудную мышцу, когда ты будешь готов.

“Я был в Белом доме”, - начал он, отворачиваясь от нее и глядя в потолок. “На самом деле, в Овальном кабинете, ожидал, когда президент проведет брифинг. Там была вся банда: министр обороны, вице-президент, госсекретарь Барнс, советник по национальной безопасности и так далее, и тут я понимаю, что все они смотрят на меня, ожидая, что я что-нибудь скажу. Я оглядываюсь по сторонам, и у всех у них на лицах такое ужасное, встревоженное выражение. Только тогда я понимаю, что это я сижу за столом "Резолют". Затем подходит Кэтрин Морган. ‘Господин Президент, вы меня слышите?’ - говорит она, размахивая рукой у меня перед лицом. ‘Господин президент, с вами все в порядке?" Я пытаюсь заговорить, но мои губы и язык не работают должным образом. По подбородку начинает течь слюна. Я пытаюсь пошевелиться, вытереть рот, сделать что-нибудь, что угодно, но мои мышцы словно желе. Я даже не могу выдержать свой собственный вес и плюхаюсь на стул, как ... ... как инвалид . ... это было так реально, Петра.

Она ничего не сказала, просто нежно погладила его по груди.

“Вчера я потерял равновесие, вставая после брифинга по национальной безопасности”, - сказал он. “Упал обратно в кресло. Ты это видел?”

“Да”, - сказала она. “Но я не думаю, что кто-то еще заметил”.

“ Это сделал секретарь Бейкер. Он спросил меня, не слишком ли поздно я вчера вечером гулял на вечеринке.

“Это не было подлостью”, - сказала она.

“Я знаю”, - проворчал Джарвис. “Он давал мне возможность сохранить лицо, что еще хуже”.

Она не заглотила наживку, мудро не поощряя этот конкретный намек.

“ Ну что, ты не собираешься ничего сказать? - наконец спросил он, его раздражение росло.

“Мы справимся с этим, Келсо”, - сказала она с уверенностью, которая разбудила его, как ведро холодной воды в лицо.

Он повернулся, чтобы посмотреть на нее. Она сказала “мы”. Это было простое различие, но с глубоким подтекстом. “Мы” было обещанием. “Мы” было обещанием. “Мы” было заявлением о солидарности. Произнеся это единственное короткое слово, она заявила о своем намерении воевать на его стороне. И при этом она рассчитывала, что он проявит мужество и сделает то же самое.

“Пора”, - сказал он с новообретенной силой и решимостью. “Мне нужно знать, что со мной происходит. Эти сны, которые мне снились, - подсознательный призыв к действию. ТЮЛЕНЬ не бежит от боя. ТЮЛЕНЬ не прячется от врага. Мне нужно перестать жить в отрицании и разработать план борьбы, чтобы победить это ”.

“Я согласна”, - сказала она без намека на покровительство или “самое время” в ее голосе. “Раннее вмешательство расширяет наши возможности лечения и, с большей вероятностью, замедлит прогрессирование”.

— Давай запишемся на прием к тому неврологу в “Уолтер Рид”, которого ты достал ... э-э, я имею в виду, подбивал меня посетить.

“Не волнуйся, я позабочусь о том, чтобы все прошло незаметно. Никто не узнает того, кого мы не хотим узнавать”, - сказала она.

В этот момент Джарвис понял, что уверенность в ее голосе действует гораздо успокаивающе, чем ощущение ее теплой руки на его груди. В свое время Петра занимала более низкую должность в компании Первого уровня в качестве аналитика. Она собирала специальные разведданные и проводила полевые исследования с Десятой военно-морской группой специального назначения, а затем с Управлением военно-морской разведки. Женщины не служили морскими котиками, но ее родословная, проведенная в обществе в течение двух десятилетий, сделала ее частью братства. Она служила с теми же воинами, помогала планировать те же операции и бок о бок охотилась на тех же врагов. Она понимала его лучше, чем когда-либо могла понять любая другая женщина, и теперь они были товарищами по команде в этом новом и совсем ином виде борьбы.

Он выпустил воздух сквозь сжатые губы и уставился на нее. Было так много вещей, которые он хотел сказать ей, сильных и интимных вещей, которые он мог бы сказать, должен был сказать, но вырвалось следующее: “Кстати, о сдержанности — мы не можем продолжать это делать, во всяком случае, так. Это всплывет наружу, и тогда...

“ Я знаю, ” сказала она без горечи. - Но это не меняет правды.

- И что же это за истина?

“ Что мы нужны друг другу . ... больше, чем кто-либо из нас осмеливается признать, за исключением, может быть, здесь и сейчас, в уязвимом уединении темноты.

Он не спорил с ней, даже не пытался, потому что она говорила правду. Он никогда ни в ком не нуждался так, как в этой женщине, и не только из-за того, что внутри него таилось какое-то коварное заболевание, разрушавшее его центральную нервную систему. Нет, дело было гораздо больше. Эта смелая и блестящая женщина вышла на линию огня, чтобы принять за него пулю. И эта пуля, которая должна была убить его, вместо этого пробила дыру в ее легком и вышла из спины, прежде чем попасть в него, изменив траекторию, чтобы он мог жить. Теперь ее кровь вечно текла в его жилах, каждым ударом сердца напоминая о том, в каком долгу он перед ней.

Это были мрачные, прекрасные стихи.

Пребывание Петры в больнице длилось на три дня дольше, чем его, но в первую же ночь, проведенную дома, она пришла к нему. Он впустил ее в свою квартиру, и они молча отпраздновали свою победу над смертью и ужасом, как две родственные души — через объятия и единение. Они еще не занимались любовью — ни один из них не был в состоянии для этого, — но это великолепное единение произойдет, когда оно произойдет. Теперь они были связаны. Там, где раньше их было двое, теперь они стали одним целым.

“ Ты хочешь услышать странное признание? - спросил он.

Она кивнула.

“До этого момента я всегда считала, что неспособна любить. Мой разум устроен не так, как умы других людей. Я не чувствую и не воспринимаю вещи так, как это делают нормальные люди. Сенсорные данные переплетаются, накладываются друг на друга и преобразуются ”.

“Твоя синестезия”, - ответила она. “Я знаю”.

- Я никогда тебе этого не говорил.

“ Тебе и не нужно было. Это очевидно.

- О, - произнес он, ошеломленный и впечатленный ее проницательностью.

- Это все, что ты хотел мне сказать?

“Нет, это только верхушка айсберга. Это прозвучит странно, но существует не только один Келсо Джарвис. Я никогда не чувствовал, что могу быть только одним человеком. Чтобы вписаться в общество, быть эффективным лидером и стратегом, я стал хамелеоном - набором характеров, приспособленных для содействия конструктивному взаимодействию с окружающими меня людьми. Я так долго носил столько масок, что боюсь, что потерял оригинальную. Он повернулся к ней и неуверенно улыбнулся. “Лежа здесь с тобой, я не могу не задаваться вопросом, в кого из моих персонажей ты влюбилась”.

“Хммм, тогда у нас могут возникнуть проблемы”, - сказала она, накручивая волосы на его груди кончиками пальцев. “Потому что я не понимал, что мне нужно было выбрать только что-то одно”.

Он ошеломленно уставился на нее, потому что, хотя он и не хотел, чтобы его признание было испытанием, она, тем не менее, выдержала его, сказав одну-единственную вещь, которая доказывала, что она понимает его лучше, чем кто-либо другой во всем мире.

Когда он не смог подобрать слов, она просто сказала: “Считай меня жадной, но я хочу тебя всего”.

Он взял ее за руку. - Ты можешь пожалеть о своем решении.

- Сомневаюсь, - сказала она с легкой улыбкой, - но в одном ты прав.

- Что именно?

- Что мы не можем продолжать делать это. Это нарушение вашей собственной политики братания, и мы не можем позволить друг другу стать лицемерами. Я начну искать себе замену. Как только я уйду в отставку, мы сможем продолжить с того места, на котором остановились, но до тех пор больше никаких ночевок. Договорились?”

“Мне не нужен еще один начальник штаба, - проворчал он, - мне нужен ты”.

“Тогда ты можешь взять меня, но в таком случае нам придется отложить это в долгий ящик, пока тебя не повысят или не уволят. Мы в любом случае вместе, ” сказала она. - Я предоставлю тебе решать этот нюанс.

“Я не справлюсь с работой без тебя”, - сказал он.

“Хорошо, тогда решено”, - сказала она и осторожно придвинулась к нему, пока ее груди не прижались к его левой руке. “Мы работаем и ждем”.

- И ты не расстроен?

“Я не собираюсь лгать, я хочу быть с тобой, но у нас есть дела поважнее, чем обниматься и разговаривать на подушках. Мы нужны стране, директор Джарвис. Мы нужны миру. . .”

Она была права, они оба это знали.

“ Хорошо, мы приняли решение. Он хотел наклониться, чтобы поцеловать ее, но потом остановил себя. Она позволила бы ему сделать это, но это было бы ошибкой, нанесенной самому себе раной, ослабляющей их решимость в ближайшие месяцы. Поэтому вместо этого он сказал: “Давайте поговорим о России”.

“Ты же знаешь, как я люблю, когда ты говоришь непристойности”, - невозмутимо сказала она.

Мгновение спустя они оба начали смеяться. “Видишь, - сказал он, - именно поэтому мы созданы друг для друга”.

Несмотря на темноту, ее глаза, кажется, заблестели при этих словах, и он сделал мысленный снимок ее лица, чтобы запечатлеть этот момент — момент, когда он впервые в своей жизни безоговорочно посвятил себя женщине.

“ Россия. ... ты что-то говорил? она подсказала.

“Петров побеждает”, - сказал он, мышцы его челюсти напряглись. “Кремль, похоже, держится на шаг впереди нас, и я не уверен, является ли первопричина системной или острой. После того, что произошло в Турции, я начинаю беспокоиться, что у нас есть "крот", действующий в высших эшелонах нашего правительства. Из бесед с Амандой Аллен мы знаем, что Россия была кукловодом, дергавшим за ниточки за событиями в Анкаре и Стамбуле в прошлом месяце. Но чего я до сих пор не понимаю, так это как они узнали, что президент приедет в Турцию. Эта поездка была непродуманным решением — менее чем через двадцать четыре часа с того момента, как Уорнер сказал, что хочет встретиться с Эроданом, мы были на месте в Стамбуле, но они были готовы принять нас. Это покушение на убийство было спланировано и осуществлено с максимальным предварительным уведомлением”.

“Вы правы, они были готовы к встрече с нами, но позвольте мне на мгновение поиграть в адвоката дьявола. Это не обязательно означает, что у нас есть "крот". Вы ведь слышали о термине ”большие данные", верно? - спросила она.

-Конечно.

“Я не специалист по обработке данных, но мне кажется, что в наши дни мы, как нация, обрабатываем огромное количество данных. И я выбираю это слово ‘проявлять эмоции’ совершенно намеренно. Министерство юстиции, ЦРУ, ФБР — у всех есть аккаунты в Twitter, которыми управляют профессиональные модераторы социальных сетей. Меня беспокоит то, что, даже не разглашая конфиденциальную информацию, мы сообщаем о своих намерениях ... подобно игроку в покер, сообщающему о себе информацию, о которой он не знает, но которую его оппонент может распознать и надежно использовать. Наш военно-промышленный комплекс настолько открыт и интегрирован в нашу экономику, что болтовня сама по себе является уязвимым местом. До появления мобильных телефонов и социальных сетей болтовня распространялась по всей системе. Ее нельзя было агрегировать или эффективно фиксировать. Болтовня была именно тем, что подразумевалось под ее названием — фоновым шумом, который всегда присутствовал и в то же время постепенно исчезал. Но не больше. АНБ всегда собирает информацию, как и русские. Что, если Россия нашла способ использовать эти данные для составления точных прогнозов о самых разных вещах — от таких широких, как возможности Объединенного ударного истребителя, до таких конкретных, как маршрут экстренной поездки президента Уорнера в Турцию? Посмотрите, что делает Иэн Болдуин в Ember с математическими алгоритмами для интерпретации необработанных данных. Это невероятно, и было бы бредом думать, что есть только один Иэн Болдуин или что все Болдуины работают только на хороших парней. Мы внезапно оказались в середине холодной войны 2.0, но мы все еще застряли в менталитете холодной войны 1.0. Это не роман Ладлэма, Келсо. Я думаю, нам нужно меньше беспокоиться о каком-нибудь российском супершпионе, который мог проникнуть в наши ряды, и больше о возможности того, что разведывательное сообщество США в целом невольно подрывает само себя в ходе ведения повседневной деятельности. Все, что потребовалось бы, - это одному сотруднику Белого дома опубликовать что-нибудь в социальных сетях о поездке в Стамбул, и Кремль получил бы данные для прогнозирования, которые можно было бы добавить к десяткам других, что, если рассматривать их вместе, дает им пророческую силу ”.

Джарвис обдумал ее теорию. “Хорошо, давайте предположим, что все, что вы только что сказали, правда. С тактической точки зрения, как нам защититься от этого явления?”

“Я не знаю”, - призналась она. “Универсального лейкопластыря не существует. Сейчас мы живем в цифровом мире, и Америка — с нашей демократической капиталистической системой — выбрала путь открытого исходного кода. Россия и Китай пошли в другом направлении, разделяя данные и ограничивая свободный поток информации. Это создало асимметричное поле боя в войне за информацию, но такова реальность, в которой мы живем. Социальные сети никуда не денутся. Электронная почта, текстовые сообщения, ведение блогов, обмен фотографиями — ничто из этого не исчезнет ”.

“Ну, мы не собираемся решать проблему в постели сегодня вечером, но я не думаю, что мы отложим это на потом. Я думаю, нам нужно собрать команду для этого. Возможно, это то, над чем Кэтрин Морган, как заместитель директора по интеграции разведки, сможет поработать ”.

“Нет”, - резко ответила Петра, а затем после неловкой паузы добавила: “Я имею в виду, что я отчасти надеялась, что смогу возглавить это дело”.

“ Ты уверена, что хочешь заняться этим? Твоя тарелка довольно полна, на случай, если ты не заметила.

- Верно, но теперь, когда ты расстаешься со мной, мои вечера почти свободны, - сказала она с застенчивой улыбкой.

“В таком случае, мисс Фелск, считайте, что вам официально поручено выяснить, как помешать России разглашать все наши критически важные данные”, - сказал он. “Вместе мы составим чертовски хорошую команду”.

“ Собираешься? ” спросила она с игривым сарказмом. - Я думаю, чертовски очевидно, что мы уже это делаем.

“Спасибо, что была рядом со мной”, - сказал он, его голос стал серьезным, когда он крепко обнял ее.

“ Не за что, ” сказала она, обнимая его в ответ. Затем, с улыбкой на лице, она положила голову ему на плечо и погрузилась в сон.

ГЛАВА 6

Кремль

Канцелярия президента

Москва, Россия

11 Июня

14 : 10 По местному времени

Петров швырнул в него книгой.

Не фигурально — буквально.

Аркадий Жуков пригнулся, когда последняя нелестная биография в твердом переплете, написанная о российском президенте, пролетела над его головой и с глухим стуком захлопнулась за ним в дверь.

“Я убью этого парня к чертовой матери”, - сказал Петров и начал расхаживать за своим столом.

Аркадий наклонился и поднял книгу. Заголовок "Культ личности —профиль Владимира Петрова" был напечатан крупным шрифтом и наложен поверх нелестной фотографии этого человека. Зажигательный подзаголовок гласил: Силач, тактик или глобальная угроза? А ниже - имя автора, американца, которого Аркадий не узнал.

“Вероятно, это можно было бы устроить”, - сказал Аркадий, беря книгу подмышку и подходя к одному из двух свободных стульев напротив стола Президента. “Но мы должны немного подождать, пока это не забудется”.

“Не этот кусок дерьма”, - сказал Петров, стукнув кулаком по столу. “Я говорю о президенте Уорнере. Ты слышал новости?

- Вы имеете в виду новые санкции, введенные Вашингтоном для остановки строительства трубопровода “Северный поток-2”?

“Не задерживать, а убивать”, - сказал Петров, покраснев. “Он пытается убить это”.

“Германия не допустит, чтобы это произошло. Слишком большой импульс”.

“Сначала Уорнер попытался усилить давление на Германию с помощью средств массовой информации. Когда это не сработало, он попытался побудить ЕС провести расследование в отношении "Газпрома", надеясь, что ЕС рассмотрит "Северный поток-2" как укрепление нашей несправедливой монополии на природный газ. И теперь это не удалось, поэтому он использует санкции и заявляет, что "Северный поток-2" представляет угрозу стабильности НАТО. Если он не может использовать банкиров, чтобы запугать канцлера Мерсер, тогда он собирается использовать для этого ее генералов. В то же время он продвигает экспорт американского природного газа везде, где только может. США владеют частью каждого строящегося газового терминала в Европе. Шесть из них уже находятся в стадии строительства, и ведутся переговоры еще о шести. Уорнеру пора уходить, друг мой. Это же так просто”.

“Он на втором сроке”, - сказал Аркадий, с привычной небрежностью кладя книгу на угол стола Петрова. “Он уйдет через восемнадцать месяцев, независимо от того, что мы предпримем. Американцы меняют лидеров, как носки — это одна из их слабостей, которую мы используем. На чем нам нужно сосредоточиться, так это на том, кого мы хотим выдвинуть в качестве его преемника. Прямо сейчас мы закладываем основу для кибератаки на следующие выборы. Мне не нравится ни один из кандидатов, кроме одного.

Петров сел, и когда он это сделал, его обычный цвет вернулся на лицо, горячий гнев уступил место его фирменной ледяной злобе. Петров позволял себе выходить из себя только в компании доверенных советников и членов своего ближайшего окружения. “А еще есть Литва”, - сказал Петров, то ли не слушая Аркадия, то ли не заботясь о его разговорной привлекательности.

- А как насчет Литвы? - спросил я.

“Их государственная коммунальная компания подписала двухлетнее соглашение об импорте с Lone Star Energy из Техаса. Затем президент Литвы подписал законопроект об улучшении инфраструктуры на 300 миллионов долларов, чтобы они могли реэкспортировать американский газ в Латвию. Польша строит газовый терминал с теми же устремлениями, а Эстония работает с Финляндией над трубопроводом Baltic-connector, чтобы полностью исключить нас. Москва может быть бьющимся сердцем России, но экспорт нефти и газа - ее кровь. Наша экономика не сможет выжить, если мы уступим нашу монополию на европейском газовом рынке иностранным державам. Уорнер знает это, вот почему он бьет нас по самому больному месту ”.

“Я согласен, так что ты хочешь с этим делать?”

Петров уставился на него, очевидно, ему не понравился подтекст этого комментария.

“ Позвольте мне перефразировать, ” сказал Аркадий с почтительной улыбкой. - Я хотел спросить, что ты хочешь, чтобы я с этим сделал?

“ Я хочу, чтобы ты заставил их всех заплатить. Я хочу, чтобы ты заставил их дважды подумать, прежде чем в следующий раз пытаться ткнуть медведя. И я хочу, чтобы вы сделали это таким образом, чтобы Россия не выглядела так, как мы всегда выглядим, — большим хулиганом в квартале ”.

Раздался стук в дверь кабинета президента.

- Пошли, - рявкнул Петров.

Вошла очень высокая и очень привлекательная молодая женщина с подносом напитков в руках. Она остановилась сразу за порогом, задавая вопрос только языком своего тела.

“Да, да”, - сказал Петров, жестом приглашая ее войти. “Ты, как всегда, вовремя, Татьяна”.

Аркадий сдвинул оскорбительную книгу с угла президентского стола, чтобы освободить место, и Татьяна поставила поднос именно на это место. - Чай, какой вы любите, господин Президент, и кофе для вас, министр Аркадий.

Аркадий улыбнулся ей. Он терпеть не мог чай. - А, ты вспомнила, спасибо.

Она кивнула ему с легким выражением лица, которое говорило: конечно, я помнила; ты думаешь, это все, на что я способна? Затем она повернулась к Петрову. - Есть что-нибудь еще, господин Президент?

“Нет, не сейчас”, - сказал Петров, глядя на нее с равной долей осуждения и похоти.

Она кивнула, повернулась и вышла.

Аркадий поднял брови, глядя на Петрова, как только дверь закрылась.

“Конечно, рад”, - сказал президент, не получая ни малейшего удовольствия от этого злорадства.

Вот когда понимаешь, что у человека не осталось души, подумал Аркадий, изучая глаза Петрова. В жизни не осталось удовольствий, которые могли бы насытить его. Он - огонь в морозильной камере, обжигающий и поглощающий, но не дающий ни тепла, ни света.

“Что?” Рявкнул Петров. “Почему ты так на меня смотришь?”

“ У меня есть идея, ” сказал Аркадий, потирая подбородок. “Как вы знаете, вся добыча природного газа в Литве зависит от независимости FSRU в порту Клайпеды. В одном этом корабле есть все: плавучее хранилище и установка регазификации. На самом деле, это просто великолепно. Все, что нужно стране, — это пирс и вуаля - мгновенный терминал сжиженного природного газа. Суда-перевозчики швартуются рядом с ”Индепенденс", который получает сжиженный природный газ, затем выпаривает его до первоначальной формы и подает в основную газотранспортную систему для распределения по остальной части страны ".

“Я не идиот, Аркадий”, - сказал Петров со вздохом. “Лишите независимости, и вы лишите Литву всей возможности импортировать газ”.

Начальник шпионской службы кивнул. - Совершенно верно.

“ Я полагаю, вы предлагаете террористическую операцию под чужим флагом? Сделайте так, чтобы все выглядело так, будто джихадисты напали на Независимость по своим собственным причинам”.

“Нет, я думаю, на этот раз мы обойдемся без лишнего шума. Промышленный саботаж, выданный за отказ оборудования, за которым последовала человеческая ошибка, приведшая к затоплению судна у пирса”.

Петров кивнул. “ Если потопить, то можно починить. Почему бы не взорвать?

“Да, это можно починить, но какой ценой? В какие сроки? Если мы сделаем это должным образом, стоимость восстановления может превысить стоимость замены. И помните, что Independence арендуется у шведов. Только подумайте о цирке, когда подключатся юристы. Это займет минимум год, может быть, дольше. И это будет экологический кошмар. Есть хороший шанс, что, когда все это закончится, с Клайпедой как с терминалом для импорта природного газа будет покончено навсегда ”.

Петров кивнул, но ничего не сказал, поэтому Аркадий продолжал говорить, продолжал продавать.

“Вначале, сразу после аварии, Россия вмешается и предложит новый однолетний контракт на чрезвычайные поставки с "Газпромом", чтобы помочь литовцам справиться с этим ужасным кризисом. ”Газпром" соглашается зафиксировать цену на выгодном уровне, и Россия выглядит героем, спешащим на помощь".

“Да, мне это нравится”, - сказал Петров. “Мы можем даже предложить техническую поддержку и оборудование, чтобы помочь с очисткой. Что еще лучше, мы помогаем с расследованием. Мы можем направить инженеров, водолазов, системных экспертов из ”Газпрома" и военно-морского флота России, чтобы помочь найти причину аварии".

- Вот именно, - сказал Аркадий.

“Ладно, у тебя есть зеленый свет, но не облажайся, Аркадий. Американцы знают, что это мы стоим за покушением в Турции. Вот почему Уорнер бросает все, что у него есть, на свержение России, пока он все еще у власти. Не должно быть никаких следов, ведущих к нам ”.

“Понял, господин президент”, - сказал он, выказывая уважение, которого так жаждал Петров.

“ Это все, что у вас есть для меня? - Спросил Петров.

Это было далеко не все, что у него было, ни на йоту. Был инцидент в Нарве, о котором он намеренно забыл рассказать, и была постоянно растущая паранойя, которую он чувствовал, что американцы приближаются к Спецгруппе Зета, сверхсекретной оперативной группе, которой он командовал. В его последнем общении с Кэтрин Морган она заверила его, что ни младший инспектор Джарвис, ни Оперативная группа Эмбер не проникли в легенду Малика. Что еще более важно, сам Аркадий все еще был полностью вне поля зрения их радаров, поскольку они искали подсказки относительно того, кто организовал теракты в Турции. Но Ember: они были цепкими, умными — почти такими же, как Zeta, — и работали с практически неограниченным бюджетом. Это был только вопрос времени, когда они постучатся в его дверь, и ему нужно было упреждающе обойти их. Даже сейчас он передвигал шахматные фигуры на американской земле. Когда придет время, у него, а не у Келсо Джарвиса, будут все возможности нанести смертельный удар. Только один король мог править доской, и этим королем был он.

Аркадий встретился взглядом с голубыми глазами Петрова. - У меня больше ничего нет, господин Президент.

“Очень хорошо”, - сказал Петров, давая понять, что встреча окончена.

Аркадий допил остатки кофе, встал и, сунув биографию под мышку, повернулся, чтобы уйти.

- Ай-ай-ай, - цокнул языком Петров. - Это моя книга.

“О, мои извинения. Я думал, когда ты бросил его в меня, это был подарок, - сказал Аркадий с братской улыбкой.

“На нем есть автограф”, - сказал Петров с лисьей улыбкой. “Он будет стоять на полке с остальными”. Аркадий усмехнулся и вернул его человеку, которого он одновременно любил и презирал — продукт его опеки и худшее и лучшее, что когда-либо случалось с Россией. Когда книга переходила из рук в руки, взгляд Аркадия задержался на подзаголовке: "Сильный человек, тактик или глобальная угроза?"

Ответ, конечно, был на все три вопроса. То, что знали все. ... включая человека за столом.

ГЛАВА 7

Отель Neiburgs

Рига, Латвия

11 Июня

1915 По местному времени

“Это очень далеко от Командной жизни, вот и все, что я хочу сказать, Дэн”, - проворчал Демпси, понятия не имея, почему он так раздражен. В прежние времена он бы дал пять брату за то, что тот воспользовался представившейся Манну возможностью.

“ Что происходит? - Спросил Граймс, пинком захлопывая за ней дверь, с обоих предплечий свисали пластиковые пакеты. Двухкомнатный номер мгновенно наполнился запахом еды — настоящей, вкусной, горячей еды, а не только той, от которой сводит живот. Запах должен был взбодрить его, но вместо этого разозлил еще больше.

“Мы охотимся на самого опасного человека в мире, и Дэн выкроил время на денек в спа”, - сказал он с большим ядом, чем намеревался.

“ Это был час, а не день. И это был лечебный массаж, потому что я получил пулю в гребаную спину, потому что ты подумал, что это хорошая идея - притащить мертвого русского бандита на яхту для допроса ”.

“Он не был мертв, братан, он был только почти мертв”, - сказал Демпси.

“Есть большая разница между почти мертвыми и всеми мертвыми”, - процитировал Манн, ухмыляясь.

“ Совершенно верно, в основном мертвый - это слегка живой. Наберите немного воздуха в легкие этого русского, и я гарантирую, что он бы заговорил ”, - сказал Демпси, теперь уже посмеиваясь.

“ О чем это вы, два придурка, сейчас разговариваете? - Сказал Граймс, ставя пакеты с едой на стол, за которым сидели Демпси и Манн.

“Отойди, ведьма”, - рявкнул Мунн Граймсу, изменив голос, чтобы подражать персонажу Билли Кристала в "Принцессе-невесте".

“ О Боже, ” простонала она. - Ребята, вы цитируете какой-то дурацкий фильм?

“Это не глупый фильм”, - сказал Манн. “Это классика”.

“ Как скажешь. Она начала доставать из пакетов пластиковые пакеты с продуктами.

“В любом случае, суть в том, что Манн размяк”, - сказал Демпси, возвращаясь к насмешкам.

“Послушай, чувак”, - сказал Манн, теперь уже законно раздраженный. “Смит забронировал номер в самом хорошем отеле в Риге. Там есть спа-салон. Меня подстрелили в гребаную спину, она вся в синяках и узлах, и это дерьмо причиняет боль, так почему бы не заняться этим? Я буду спать внутри гребаного бревна всю ночь, когда мне нужно, но почему я должен быть несчастным, когда мне это не нужно?”

“ Девочки, девочки, - сказал Граймс, преувеличенно закатив глаза. “ Вы обе хорошенькие. Можем мы, пожалуйста, просто поесть? Я чертовски проголодался.

Демпси бросил на нее взгляд, который люди с более тонкой кожей, чем Граймс, могли бы счесть свирепым, но это ее не смутило.

“ Я купил тебе каре ягненка особой прожарки, потому что ты убийца со стальным взглядом. Приготовил кабана, приготовленного на медленном огне, для лесоруба и морского окуня для меня. Если кто-нибудь захочет, у нас есть салат, запеченный осьминог на закуску и пара багетов.” Она скользнула на стул и отломила большой кусок хлеба. - Наслаждайся.

Аромат приглушил его недовольство, и Демпси принялся за идеально приготовленную, или, скорее, не приготовленную баранину.

“Так вкусно, да?” - спросила она, заставив его осознать гортанные стоны плотоядного наслаждения, которые он издавал.

“Это дерьмо буквально тает во рту”, - сказал Демпси с набитым бараниной ртом. “Спасибо, Лиззи”.

“Без проблем”, - сказала она со смешком. “Ты в порядке?”

Он кивнул. “Да, я просто зол на себя. Ты был прав — такая встреча с Амаровым была одним из моих худших планов в жизни. Нам следовало бы взять с собой команду побольше. Если бы мы это сделали, то, вероятно, прямо сейчас отправили бы его на черный день допрашивать свою задницу, вместо того чтобы сидеть и жаловаться на это, поедая деликатесы навынос ”.

“Ты действительно думаешь, что Майкл Брокер знает, кто мы такие, и предупредил Амарова?” Спросил Манн, отложив вилку и устремив на Демпси серьезный взгляд. “Я имею в виду, если этот придурок может взломать наши заимствованные NOCS, что это говорит об оперативной безопасности ЦРУ?”

Майкл Брокер был свахой среднего уровня и информационным брокером, который работал в основном из Гамбурга— соединяя все группы покупателей и продавцов на подпольных рынках и в темной сети. Демпси никогда не слышал об этом парне до этой операции, но в этом не было ничего необычного. В своей прошлой жизни он не общался с плохими парнями, он стрелял им в голову, что означало, что его сеть, когда он присоединился к Ember, состояла из нулевых связей в криминальном и террористическом подполье. Мертвые парни, поди разберись, не заключают много сделок.

Адамо уловил связь — одно из тех предложений типа “Я знаю парня, который знает парня”, которые были у него до Эмбера в Лэнгли. Их первая встреча с торговцем оружием состоялась на родной территории Майкла в Гамбурге. Немец средних лет пришел на встречу без оружия, без прикрытия и в тренировочной одежде. Демпси, выступавший в роли телохранителя, и Манн, выступавший в роли американца, встретились с ним в уличном кафе. По прибытии Майкл сообщил им, что у него занятия йогой и им нужно прогуляться и поговорить одновременно. Итак, вот как все произошло — двое самых смертоносных операторов Америки, одетых как головорезы, вели переговоры с мужчиной в спортивном костюме возле студии йоги, чтобы договориться о встрече с одним из самых опасных боссов "Русской воры" в Европе.

Странный мир.

Демпси кивнул и выложил на тарелку немного салата, затем протянул руку и положил ложку обжаренного осьминога.

“Ты знаешь, что тебе действительно не следует есть осьминога”, - сказал Манн, нахмурив брови.

“Почему это?” Спросил Демпси. “Кишечная палочка или еще какая хрень?”

“Нет”, - сказал Манн, качая головой. “Потому что это все равно что есть мясо дельфина-афалины или гориллы”.

“ Вы хотите сказать, что они вымирающий вид? - Спросил Граймс.

“Нет, но они действительно чертовски умны - возможно, разумны. Это просто неправильно”.

“ Знаешь, что еще умнее? - Спросил Демпси, накалывая на вилку кусок обугленного мяса кабана из контейнера Манна. “ Свиньи. Свиньи действительно умны. Говорят, что они умнее собак, что означает, что свиньи, вероятно, разумны, и вы сейчас едите одну из них. Но вы уже знали это и все еще едите ее. И знаете почему, док?

-Почему? -спросиля.

“Потому что свинина чертовски вкусная”, - сказал Демпси, с рычанием снимая мясо с вилки. “ Как и запеченный осьминог, особенно когда он обмакнут в чесночное масло. Так что заткнись.

“ Вы, ребята, такими и были на ранге? Граймс спросил, переводя взгляд с одного на другого.

“Да, в значительной степени, за исключением того, что в нижнем ряду не было вкусной свиньи или осьминога”, - сказал Демпси сквозь смех.

- Кстати, что вы, ребята,ели?

- Грязь, - сказал Манн с набитым кабанятиной ртом.

“И песок”, - добавил Демпси. “Грязь и песок, ммм, восхитительно”.

“Ладно, ладно, давайте вернемся к Амарову и придурку Майклу”, - сказала она и откусила кусочек рыбы.

“Вот в чем дело”, - сказал Манн. “У Майкла нет стимула увольнять такого крупного покупателя, как американец. Он брокер. Ему платят, когда заключаются сделки. С его точки зрения, американец был новым клиентом, а каждый новый клиент - потенциальный постоянный клиент. Я гарантирую, что вероятность того, что Майкл проколол наши НОК, равна нулю. Ты понимаешь, к чему я клоню?”

“Я склонен согласиться, но это не значит, что Майкл не мог сфотографировать нас на нашей последней встрече и отдать фотографии Амарову”.

- И Амаров передал фотографии Малику?

Демпси кивнул. - Возможно.

“Это даже не обязательно должно быть напрямую”, - сказала Граймс, опираясь на локти. “Амаров или даже Майкл могли работать с российской разведкой. Существует более одного канала передачи информации Малику ”.

“Зачем ворю работать с российской разведкой?” - Спросил Манн. “Я думал, что ФСБ была поставлена задача обезвредить этих мафиозных придурков”.

Граймс покачала головой. “Я больше не так уверена. Границы между Вори и российским правительством в эти дни становятся размытыми. Я читал этот доклад российского эксперта из Лэнгли — кажется, его звали Уилсон, — который утверждает, что после прихода Петрова к власти Кремль начал использовать Вори в качестве инструмента. Вначале ФСБ наняла ворюг в качестве наемных убийц для выполнения их грязной работы, предоставив себе одну степень отчуждения. Но за последнее десятилетие отношения переросли в нечто гораздо большее. Петров использует ворюг для отмывания денег, похищения соперников и многого другого. Он даже использует их в качестве наемных убийц. Теперь эти ребята интегрированы. Разведданные предполагают, что Воры занимают органичное положение в российском разведывательном сообществе и, что еще хуже, внедрены в правительственные ряды ”.

Демпси вздохнул и отодвинул тарелку, чувствуя, что больше не хочет есть. “ Это значит, что мы должны выяснить, накрылся ли "американский" НОК. Нам нужно точно выяснить, что знает Амаров и знает ли Россия о существовании Ember”.

“ Так как же нам это сделать, чтобы нас не убили? - Спросил Граймс.

Демпси стиснул зубы. “Мы начнем с единственной зацепки, которая у нас есть — мы позвоним Майклу”.

“ Прямо сейчас? - Удивленно переспросил Манн.

“Почему бы и нет?” Сказал Демпси. “Я уверен, что до него дошли слухи о том, что произошло. Он, несомненно, ждет нашего звонка.

“Да, и он, вероятно, напуган до смерти”, - сказал Манн со смешком.

Демпси отодвинул свой стул, достал из сумки портативный компьютер и отнес его обратно к обеденному столу. Он открыл программу Болдуина super wham-a-dyne для неотслеживания телефонных звонков и в меню последних звонков нажал на “Майкл Брокер” и инициировал вызов. Он прибавил громкость в динамике, чтобы они все могли слышать.

“Guten Abend. Das ist Michael. Wie geht es Ihnen?”

“ Майкл, ты знаешь, кто это? - Спросил Демпси, выдерживая взгляд Манна.

“Вы телохранитель американца”, - сказал немец после паузы с сильным акцентом. “Мы встретились в Гамбурге”.

“ Я не думал, что ты ответишь на мой звонок. На самом деле, я думал, ты побежишь в горы Гиндукуша, чтобы найти подходящую пещеру, в которой можно спрятаться, прежде чем я приду за тобой и вырежу тебе глаза.

“Was ist los? Что это за угроза? ” взволнованно спросил немец. “Я не понимаю”.

“Ваш "хороший друг’ Амаров вчера пытался убить меня и моего босса”, - сказал Демпси. “Вы понимаете это?”

“ Да. ... То есть нет. Я понятия не имею, о чем вы мне говорите. Я бизнесмен. Что бы ни сделал Амаров, я не имею к этому никакого отношения”.

“Таким образом, это звучит так, будто вы утверждаете, что не несете никакой ответственности за безопасность и благополучие своих клиентов и с радостью предоставляете им ложную информацию и загоняете их в ловушку?”

“Должно быть, произошло какое-то недоразумение. Я много лет веду дела со многими, многими клиентами, включая мистера Амарова. Передайте своему боссу, что я очень сожалею. Я все исправлю. Скажи ему, что я найду другого поставщика. Пожалуйста.”

“ Скажи ему сам. Я собираюсь передать ему трубку.

Демпси кивнул Манну, который немного подождал, а затем с гневом в голосе, несомненно подпитываемым очень реальной болью в спине, сказал: “Назови мне хоть одну причину, почему я не должен убивать тебя и твою семью. Они живут в одном из пентхаусов в районе Обербайерн, не так ли? У меня много партнеров в Мюнхене ”, - сказал он, используя немецкое слово "Мюнхен". “Я мог бы позвонить прямо сейчас”.

“Битте шен”, - ответил мужчина, и страх в его голосе был неподдельным. “Я все исправлю. Позвольте мне поговорить с Амаровым и выяснить...

“Нет”, - отрезал Манн. “Разговаривать с Амаровым - это последнее, что ты сделаешь”.

“ Тогда что? Что ты хочешь, чтобы я сделал?

“Встретимся в Риге”, - сказал Манн, показывая Демпси большой палец.

“ Латвия? Почему?

“Потому что я, блядь, так сказал”, - огрызнулся Манн, а затем сделал долгий выдох, достаточно громкий, чтобы человек на другом конце провода услышал. “Я сообщу вам точное место за два часа до встречи. Если вы попытаетесь сообщить Амарову о нашей встрече, я узнаю и убью вас. Если ты попытаешься сбежать, я узнаю и убью тебя. Если ты сообщишь немецкой разведке, латвийской государственной полиции или любому другому правоохранительному органу, я узнаю и убью тебя. И тогда, даже если это будет моим последним поступком на земле, я лично выслежу и убью каждого члена твоей семьи. Ты понимаешь, Майкл?”

“Ja, я понимаю”, - ответил мужчина дрожащим голосом. “Я буду там”.

“Вижу, что это так”, - сказал Манн. “А пока найди кого-нибудь другого, кто продаст мне эти гребаные ракеты”.

Манн кивнул Демпси, который разорвал соединение щелчком трекпада ноутбука. Демпси посмотрел на Граймса. “Что означает этот взгляд? Ты думаешь, он не придет?”

“О, он придет”, - сказала она, но затем выпустила воздух сквозь зубы. “При условии, что русские не доберутся до него первыми”.

ГЛАВА 8

6602 Имз Уэй

Бетесда, Мэриленд

11 Июня

18.30 По местному времени

Кэтрин Морган загнала свой Volvo XC60 в гараж и закрыла за собой верхнюю дверь. Она была измотана, голодна и устала от отсутствия секса и интимности в своем одиноком существовании. Именно об этом она думала, когда отперла дверь дома и вошла внутрь. Она скинула туфли на каблуках и направилась прямиком на кухню, чтобы поискать что—нибудь съедобное — не яблоко.

Она направилась прямо к холодильнику и остановилась.

Что-то было не так.

Я не одинок . . .

У нее был "Глок-19" в ящике шкафа рядом с холодильником. Она распахнула дверцу холодильника правой рукой, одновременно открыв ящик, чтобы достать "Глок" левой. Она ловко шагнула за открытую дверцу холодильника и переложила "Глок" в свою стреляющую руку. Опустившись на тактическое колено, она осторожно выглянула из-за двери в свою гостиную.

“ У меня есть пистолет, ” крикнула она громко и убежденно. - Я знаю, что ты там.

“ Не стреляйте в меня, пожалуйста, ” произнес мужской голос из гостиной с ноткой смеха в голосе. Он говорил на американском английском с акцентом, незаметным для любого, кроме хорошо натренированного уха. Кэтрин сразу же определила его русские корни. “Сейчас я собираюсь выйти”, - сказал он.

Глядя в ствол на уровне груди, она наблюдала, как незнакомец вошел в дверной проем, отделяющий ее кухню от гостиной. Он был относительно молод, чисто выбрит, среднего роста и телосложения. Оператор — а в том, что это был оператор, сомнений не было — был одет в темно-синие джинсы и серую флисовую куртку Patagonia. В руках у него не было оружия.

- Кто ты и что делаешь в моем доме? - спросила она, прицеливаясь, когда он полностью оказался в поле зрения.

“ Вы недавно проверяли свой дом на наличие подслушивающих устройств и камер? - спросил он.

- Да, - сказала она.

Пристально глядя на нее своими каменными глазами, он сказал: “Самого маленького мальчика в классе звали Саймон”.

Эта фраза была одним из нескольких заданий, которые ей велели запомнить для протокола аутентификации.

“А его лучшего друга звали Оскар”, - ответила она.

Злоумышленник улыбнулся ей, но когда она не опустила оружие, спросил: “Недовольна? Хочешь сделать еще?”

“ Ты похож на него, ” сказала она, изучая лицо убийцы. - Когда он был моложе.

“Ты не первый, кто это говорит”, - сказал он. “Но меньше теперь, когда он начал носить бороду”.

Сходство было настолько сверхъестественным, что этот дзета мог бы сойти за сына Аркадия, если бы руководитель шпионажа когда-нибудь был женат. Интересно . ... Нет, невозможно, подумала она, выбрасывая эту мысль из головы. - Чего ты хочешь?

“Я просто пришел поговорить”, - сказал он, затем нахмурился. “Почему ты все еще указываешь этим на меня? Мы с тобой в одной команде.

- Меня никто не предупредил, что ты приедешь, - сказала она, отводя взгляд мимо него.

“Не волнуйся, я один”, - сказал он, его акцент исчез и теперь звучал больше по-русски.

- Может и так, но ты вломился в мой дом.

“ Старик сказал, что это лучший способ. Он предупредил меня, что ты бдителен, но также сказал, что это самое безопасное место для нашей встречи. Он сказал, что если я поставлю под угрозу твое прикрытие, он отрежет мне яйца.

Ладно, это похоже на Аркадия.

Она выдохнула, встала и опустила оружие. Однако она не убрала "Глок". - Что ты пришел мне сказать?

“Все по делу, да?” - сказал дзета, пожимая плечами. “Хорошо, хорошо. Мне нужно знать местонахождение оперативного центра оперативной группы ”Эмбер".

- Почему? - спросила она, застигнутая врасплох этим вопросом.

“Эта информация предназначена только для того, чтобы ее знали”.

- Ну, если ты хочешь, чтобы я тебе сказал, тогда мне нужно знать.

Оперативник улыбнулся ей сквозь сжатые губы. “Аркадий сказал, что ты так скажешь. Как давно вы двое знаете друг друга?

“Годы”, - сказала она, пристально наблюдая за ним, в то время как уровень ее беспокойства снова пополз вверх. Она не рассказала Аркадию о своем визите в секретный ангар Эмбер в Ньюпорт-Ньюс почти год назад. Предполагалось, что шпионы не должны быть благоразумны в своих отчетах или утаивать информацию. Предполагалось, что шпионы - это медоносные пчелы, собирающие информационную пыльцу, которая затем доставляется обратно в улей и без всякой враждебности передается коллективу. Она прекрасно понимала это, но также давным—давно осознала, что неповиновение является необходимым условием для самосохранения. Несмотря на сотни разграбленных секретов, которые она передавала Кремлю на протяжении многих лет, она всегда держала в запасе пару драгоценностей для короны. Страховой полис. И расположение предприятия Эмбер было одним из них.

“ Ты, кажется, очень нервничаешь, Кэтрин, - сказал он. - Что-то не так?

Она переместила указательный палец со спусковой скобы на спусковой крючок. “Вы скажете мне, почему вы хотите знать местоположение объекта Ember, и я скажу вам, что не так”.

Он вздохнул, как человек, наслаждающийся изысканным ужином только для того, чтобы все испортить из-за того, что официант преждевременно принес счет. “Он сказал мне, что вы захотите знать. И он просил меня передать вам, что приказ о выполнении еще не решен, но он хочет, чтобы мы были готовы. Если это случится, он хочет, чтобы вы знали, что у вас нет никаких обязательств после операции ”.

От этого последнего заявления у нее подкосились ноги. Должно быть, что-то изменилось. Она не была знакома с операциями Эмбер, но после событий в Турции Джарвис наконец осознала российскую угрозу. Эмбер, должно быть, подобралась близко, иначе Аркадий не рассматривал бы такую атаку. И если она читала между строк, это не предвещало ничего хорошего для нее в профессиональном плане. Просить ее разглашать такую конфиденциальную и разрозненную информацию - значит подвергать ее риску разоблачения.

Итак, вот оно. Он думает, что я себя исчерпал. Поставлю девятую симфонию, а потом уйду на пенсию.

Она всегда знала, что этот день настанет. И если быть честной с самой собой, она чувствовала, что он приближается с тех пор, как Уорнер назвала Джарвиса ДНИ. Возможно, Аркадий подготовил ей замену. Возможно, ее замена уже была активна и заняла свое место. Зеты, как правило, работали изолированно, редко взаимодействуя или сотрудничая. У Аркадии мог быть еще один "крот" внутри ODNI, возможно, на долгие годы, а она так ничего и не узнала. Ее разум отслеживался через ее коллег и современников, работающих в разведывательном сообществе. Перед ее мысленным взором возникали мгновенные образы имен и лиц, пока не осталось только одно — то, которое в некотором смысле было больше всего похоже на нее. Амбициозная женщина, ухоженная и располагающая к себе, чтобы заслужить доверие Келсо Джарвиса. Петра Фельск.

Я был так слеп. Как я мог этого не предвидеть?

Она вздохнула и положила "Глок" на стойку. Сопротивление было бесполезным. Конечно, она могла бы застрелить этого дзету, но чего бы это дало? Аркадий просто послал бы другого, и если бы она догадалась об этом, тогда он послал бы еще одного, и еще, пока дело не было сделано. Аркадий не мог допустить, чтобы ее арестовали или она дезертировала. Таков был русский менталитет, лаконично отраженный в бессмертных словах Иосифа Сталина: Смерть решает все проблемы — нет человека, нет проблемы.

Соберись с духом, сказала она себе и направилась прямиком к шкафчику, где хранила выпивку. “ Что будешь пить? ” спросила она, поворачиваясь к нему спиной. - Водку?

“Не-а, у вас есть американский бурбон?” - спросил он.

Она взяла бутылку "Бэзил Хэйденс" и два стакана "Рокс" и подошла к кухонному столу. “ Чистую или со льдом? - спросила она.

- Как тебе это нравится? - спросил он.

- Говорят, такой бурбон, как этот, следует пить неразбавленным, но я предпочитаю холодный.

- Тогда я тоже так это расцениваю.

Она достала из морозилки контейнер со льдом, положила по три кубика в каждый стакан и налила. Он поднял свой бокал в тосте за нее. “За наших американских товарищей, без которых жизнь была бы очень скучной”.

Она кивнула, чокнулась бокалами, и они оба выпили.

“ Как ты думаешь, когда это произойдет? - спросила она, глядя на него поверх бокала.

- Я же сказал тебе, это еще не решено.

- Это не ответ на мой вопрос.

Он выдохнул и выдержал ее взгляд. — Если бы мне нужно было угадывать - это было бы скоро.

“Я полагаю, вы придете сюда позже, чтобы закончить работу”, - сказала она голосом, похожим на шорох сухих листьев по бетону.

Он откинул голову назад и посмотрел на нее широко раскрытыми глазами. Затем начал хихикать. “Хорошо, теперь я понимаю. Не волнуйся, Кэтрин, твое время еще не пришло. Ты слишком ценна в своем положении.

Она сделала еще глоток и, уставившись на него, задумалась, почему люди пьют бурбон. Даже дорогие сорта обжигали ей горло, а их вкус никак на нее не действовал.

“ Ты мне не веришь? - спросил он, приподняв бровь.

“Не имеет значения, во что я верю”.

“ Ты неприкасаемый, разве ты не знал этого? Он никогда бы не отдал такого приказа. Если бы этот день настал. . .”

Она встретилась взглядом с молодым оператором и произнесла невысказанное: “Он бы сделал это сам”.

Дзета кивнул, и она поняла, что он говорит правду.

“ Итак, Эмбер. . что ты можешь мне сказать?

В животе у нее было тяжело и горячо, как будто ее только что заставили проглотить стакан расплавленного свинца. Да, она была шпионкой, но большую часть своей взрослой жизни посвятила служению этой стране. В своей американской легенде она провела в разведывательном сообществе больше лет, чем у себя на родине. Фактически, Россия стала для нее скорее мечтой, чем воспоминанием. Теперь она была Кэтрин Морган. Наивная, самодовольная девушка, которой она когда-то была, с русским именем, она была незнакомкой. Она была иностранкой. Это было естественным следствием принятия миссии на всю жизнь - стать американкой. Девяносто пять процентов ее ежедневных усилий, ее отношений и ее эмоций касались Америки и продвижения американской повестки дня. Каждое предательство было неприятным, но это было особенно отвратительным. Была ли она вообще больше верна России, или ее верность была только Аркадию Жукову?

Она выдохнула, готовясь к тому, что будет дальше.

“Эмбер находится в бункере под частным ангаром в международном аэропорту Ньюпорт-Ньюс / Уильямсбург”, - механически произнесла она, игнорируя эмоции. “Я был внутри только один раз. Объект сильно укреплен. Главная и второстепенная двери защищены биометрической защитой. Рамы и перекрытия выглядели взрывостойкими, поэтому традиционный взлом, вероятно, невозможен. Предполагая, что вы попадете внутрь ангара, получить доступ к бункеру станет еще сложнее. Вход скрыт на виду, и если вы не заметите, как кто-то входит и выходит, вы, вероятно, никогда его не найдете.

- Вы можете описать это? - спросил я.

“В подземелье можно подняться на охраняемом лифте, но двери лифта находятся внутри чего-то похожего на старый металлический шкаф для хранения припасов. У них есть камеры видеонаблюдения, которые следят за всем, и все точки доступа требуют двойной аутентификации — кодовой и биометрической. Даже если ты откроешь камеру хранения, ты не сможешь вызвать лифт.

“ Интересно, ” сказал он. — У них должен быть запасной вход или запасной выход - лестница или лестничный колодец?

“Я уверен, что они это делают, но я этого не видел”.

- У вас есть доступ к планам объекта?

“Нет”.

- Ты можешь их достать?

“Крайне маловероятно, и любая попытка сделать это вызовет тревогу”.

“ Понятно. Что вы можете рассказать мне об их протоколах безопасности и изоляции?

“ Ничего, кроме того, что я только что описал. И не просите у меня список персонала или доступ к их текущему местоположению и оперативным задачам, потому что это разрозненно, и я не знаю ”.

“Таково было наше ожидание”, - сказал убийца, кивнув. “Можете ли вы организовать встречу там завтра, собрать конкретные разведданные и предоставить мне отчет?”

“Нет, если ты хочешь, чтобы я сохранила свое прикрытие”, - сказала она. “Это было бы в высшей степени необычно, и выбор времени представлял бы большой интерес после нападения”.

“Хорошо, мы проведем ISR и сделаем все, что в наших силах”. Он допил остатки своего ликера и отодвинул стул от стола. - Спасибо за бурбон.

“ Не за что, ” сказала она, поднимаясь на ноги. - Хочешь, я тебя выпущу?

“Это было бы прекрасно”, - сказал он, показывая дорогу.

- Как тебя зовут? - спросил я.

Он мгновение поколебался, затем сказал: “Вы можете называть меня Гавриилом”.

“ Ты Главный? - спросила она, любопытство взяло верх. Она редко встречала других зетов, а этот вел себя с самоуверенностью, которая напомнила ей Аркадия.

“Нет”, - сказал Гавриил, уголок его рта приподнялся. “Пока нет. . .”

ГЛАВА 9

Национальный военно-медицинский центр имени Уолтера Рида (WRNMMC)

Бетесда, Мэриленд

12 Июня

06 : 30 По местному времени

Джарвис вышел из раздевалки, одетый только в серые спортивные штаны, шерстяные носки и темно-синюю толстовку Военно-морской академии США тридцатилетней давности, которую он в последний раз носил ровно тридцать лет назад, когда толстовки еще не были в моде. Толстовка пахла кедром, впитав в себя обонятельный аромат шкафа, где он хранил всю одежду и униформу, которые редко надевал, но, тем не менее, берег. Эта толстовка была доказательством того, что где-то, глубоко внутри, в его теле была сентиментальная жилка. Может быть, врачи обнаружат это во время магнитно-резонансной томографии.

“Я должна это сфотографировать”, - сказала Петра, увидев его, широко улыбаясь и доставая телефон из сумочки.

- Вы, безусловно, этого не сделаете, мисс Фелск, - сказал он своим командным тоном, но не смог подавить кривой улыбки.

“Извините, директор, слишком поздно. Теперь это хранитель”. Она повернула экран, чтобы показать ему снимок, на котором он выглядел нелепо в полный рост.

“В этой единственной картине вы достигли того, чего не смогли сделать тридцатилетние противники”.

- Что это? - спросил я.

“Полное выхолащивание морского котика Первого уровня”, - проворчал он. “Я не могу поверить, что ты нашел и упаковал эту толстовку”.

“Не волнуйся”, - поддразнила она, убирая телефон обратно в сумочку. “Это фото для меня и только для меня. Я обещаю, что это никогда не увидит свет божий — при условии, что с этого момента ты будешь делать все, что я скажу ”.

“Вы знаете, шантаж DNI - это уголовное преступление”, - сказал он, прищурившись.

“Я знаю, - сказала она, - но в этом смысле я опасна”.

Он взял пластиковый пакет, который они дали ему для хранения личных вещей, и протянул его ей. “Мой костюм висит в шкафчике, но кольцо, бумажник, удостоверение личности и телефон в сумке. Я бы предпочел, чтобы эти вещи остались у тебя. Я выключил свой телефон, чтобы он не звонил каждые пять секунд, беспокоя тебя, пока я там.

“Поняла”, - сказала она, открывая горловину пакета, чтобы быстро осмотреть товар, а затем снова посмотрела на него. “Я заблокировал твой календарь этим утром и проинструктировал твоего помощника переадресовывать все твои звонки мне”.

Он встретился с ней взглядом и почувствовал нечто, что трудно выразить словами. Благодарность? Солидарность? Близость? “Спасибо, что потащился со мной”.

“ Ты нервничаешь? ” спросила она, склонив подбородок всего на несколько градусов вправо — очаровательная, пытливая манера, которая проявляется только в такие моменты, как этот. “Не из-за МРТ, конечно; я имею в виду результаты?”

“Не-а”, - сказал он, качая головой. “Я щелкнул тем выключателем прошлой ночью. Ты знаешь, на что это похоже для меня? Как перед выполнением ISR-миссии — я пытаюсь спланировать и провести следующее наступление, но прежде чем я смогу это сделать, мне нужно сначала идентифицировать и локализовать врага. Вот в чем суть сегодняшнего дня”.

Прежде чем она успела ответить, раздался стук в закрывшуюся дверь позади нее. “Директор Джарвис, я могу вам чем-нибудь помочь?” "Техник-рентгенолог говорит за нас, мы готовы принять вас и устали ждать", - предположил он.

“Нет, спасибо, Дженни, я переоделся и готов идти”, - крикнул он в ответ.

Бросив прощальный взгляд на Петру, Джарвис открыл дверь и последовал за техником в кабинет визуализации, где температура окружающей среды была по меньшей мере на дюжину градусов ниже. Он уставился на гигантский серый аппарат магнитно-резонансной томографии, занимавший половину комнаты.

“Я знаю, что вы уже ответили на этот вопрос в документах, но я обязан спросить вас лично. У вас есть какие-нибудь металлические имплантаты? Они могут включать, но не ограничиваются ими, такие вещи, как искусственные суставы, штифты или винты, используемые при восстановлении сломанных костей, кардиостимулятор, металлические зубные пломбы или ортодонтия?”

“Можно подумать, что парень с моим послужным списком должен быть полон металла, но, хотите верьте, хотите нет, во мне нет металла. Даже осколки, которые я получил, были удалены”.

Он последовал ее инструкциям и устроился на подушке поверх выдвинутого лотка аппарата. Она протянула ему несколько поролоновых затычек для ушей. “ Давай, вставляй это, а потом я вручу тебе наушники. Там может быть довольно громко, поэтому мы используем двойную защиту органов слуха, и мы можем воспроизводить музыку в наушниках, если хочешь. К аппарату прикреплен микрофон, так что вы можете поговорить со мной в диспетчерской в любое время во время процедуры. Если вам нужно, чтобы мы остановили вас или вытащили, просто спросите. В противном случае постарайтесь оставаться как можно более неподвижным во время сеанса”.

“Понятно. Если бы ты мог сыграть Сергея Прокофьева, это было бы здорово”.

Она скорчила смешную гримасу и сказала: “Извините, не могли бы вы повторить? Не думаю, что знаю эту группу”.

- Сергей Прокофьев, - сказал он, затем назвал ей по буквам фамилию знаменитого русского композитора. “Или, если вы пользуетесь потоковым сервисом, вы можете просто ввести ”Танец рыцарей", и должен появиться Прокофьев".

-Понял.

Она прошла еще несколько шагов, затем нажала кнопку, и стол, на котором он лежал, начал двигаться, доставляя его головой вперед в цилиндрический туннель МРТ. Странная, жуткая мысль охватила его, когда аппарат окутал его, — что он находится не в аппарате магнитно-резонансной томографии, а скорее в гробу, который задвигают в печь для кремации. Тяжелое тепло одеяла, которым он был укутан, вскоре стало невыносимым, когда пламя обуглило его плоть, а затем превратило в пепел —

В его наушниках послышались помехи, а затем: “Директор Джарвис, это Дженни говорит с вами из диспетчерской. Вы меня слышите?”

“ Да, Дженни. Я слышу тебя, - сказал он, вырываясь из кошмарных грез наяву.

“Машина собирается выполнить несколько последовательностей калибровки, затем мы приступим к первому сканированию, которое продлится примерно одиннадцать минут. Я собираюсь пойти дальше и включить для тебя музыку, а потом вернусь. Хорошо?

“Все будет в порядке”, - сказал он, и мгновение спустя оглушительные хлопки раздались уже всерьез, когда спирали внутри машины начали вращаться. Когда ему делали магнитно-резонансную томографию в первый раз, лязг был таким громким, что он подумал, что аппарат разрывается на части, но шум был обычным побочным продуктом генерации магнитных полей, в шестьдесят тысяч раз превышающих естественное магнитное поле Земли, и манипулирования ими. Эти мощные колебательные поля и радиоволны были способны визуализировать практически любую структуру его тела в трех измерениях. Если бы у него была опухоль головного мозга, рак или повреждение спинного мозга, МРТ обнаружила бы это. Если бы у него был рассеянный склероз, то МРТ обнаружила бы демиелинизацию в его центральной нервной системе. Но если сканирование не выявило бы ничего ненормального, тогда его врач назначил бы анализ крови и другие анализы. В любом случае, через пару часов он будет знать о том, что творится у него внутри, гораздо больше, чем сейчас.

В его наушниках зазвучала музыка оркестра, и Джарвис закрыл глаза. Своим мрачным и зловещим вступлением “Танец рыцарей” Прокофьева перенес его из камеры магнитно-резонансной томографии через весь мир в Москву. Его синестезия немедленно усилилась, сливая и смешивая его чувства, и он обнаружил, что погружен в яркий и эпический сон наяву.

Тяжелые медные басы сопровождают шаги обутых в сапоги людей, когда одинокая фигура в черном пальто марширует по величественному, выложенному мраморной плиткой залу в Кремле. В этом месте Джарвис - невидимый наблюдатель, призрак, наблюдающий за разворачивающейся сценой из прошлого, или будущего, или, может быть, из его воображения. Струны взлетают и опадают, колеблясь в такт широким, неторопливым шагам музыканта и взмахам его рук. Мужчину в пальто подозвали. Триплет малого барабана. Тройка малого барабана. Он ходит уверенно. Его аура красная. Он ходит со злобой. Его аура черная. Мужчина прибывает в офис президента России, и члены административного штаба Петрова встают по стойке смирно — валторны отдают салют, выражая почтение этой легендарной, опасной фигуре.

Двери в кабинет президента распахиваются — контрабас и тубы сильно и низко отбивают четверть такта - и он входит, чтобы поприветствовать своего хозяина, который стоит у окна, повернувшись к нему спиной. Затем музыка стихает. Играет одинокая труба. Президент начинает говорить, тихо и задумчиво. Появляются струны и успокаивают, но это обман. Петров зол, но при этом излучает льдисто-голубую ауру. Президент вспоминает о славном российском прошлом, но по мере того, как он говорит, в музыку вкрадывается лихорадочное крещендо. По краям его аура наливается красным, превращаясь в фиолетовую. Скрипки снова начинают парить, возвещая о его устремлении. Тубы и контрабас возвращаются, рычащие и сердитые. Ревут тромбоны и визжат флейты. Доминион—Россия вернула себе былую мощь и славу. Это то, чего желает Петров, чего он требует, и человек в пальто даст ему это. Должен дать ему это!

Шедевр Прокофьева затихает, и начинает играть Чайковский. Сцена меняется.

Джарвис в Московском балете, наблюдает за сценой из частной ложи. Танцоры мужчина и женщина скользят по сцене. Это “Арабский танец”, самое чувственное и технически сложное представление в "Щелкунчике"- замысловатый дуэт— исполняемый на затемненной сцене. Дышат кларнеты, альты отбивают такт, и мелодично поет одинокий гобой. Почему его разум показывает ему это? Танцор поднимает свою партнершу. Он - ее опора, но она — исполнитель - гибкая, соблазнительная и акробатичная. Ее змеевидные движения гипнотизируют, и Джарвис не может оторвать от нее глаз. Партнеры сближаются для подъема и вращения. Они отдаляются друг от друга, но танцуют совершенно синхронно. Сила и красота, могущество и соблазнение. Они соединяются. Они отдаляются друг от друга. . . но они привязаны. Всегда привязаны.

Песня заканчивается.

Музыка меняется, и начинается новая драма. . . .

- Директор Джарвис, у вас там все в порядке? - спросил техник у него в ушах.

Сбитый с толку, Джарвис открыл глаза и был встречен изогнутым серым пластиком в четырех дюймах от своего лица. Я все еще в трубке магнитно-резонансной томографии, осознал он, когда его разум перезагрузился.

“ У меня все хорошо, Дженни, ” сказал он и откашлялся. - Кажется, я ненадолго отключился.

“Без проблем, сэр. Последние тридцать минут вы были совершенно неподвижны, так что мы получили отличные снимки. Сейчас я собираюсь вывести тебя отсюда”.

“Вас понял”, - сказал он и через пятнадцать секунд вышел из трубки, уставившись в потолок.

Переодеваясь обратно в костюм в раздевалке, он размышлял о сюрреалистических ощущениях во время процедуры. Раздался стук в дверь — стук Петры.

- Заходи, - сказал он, садясь, чтобы надеть и завязать шнурки на ботинках.

Петра вошла в раздевалку и закрыла за собой дверь. - Как все прошло?

“Прекрасно”, - сказал он, глядя на нее снизу вверх. “Я решил просто позволить своему разуму расслабиться и подумать. Но я закрыл глаза, заиграла музыка, и тут произошло нечто странное”.

- Продолжай.

“Это было похоже на лихорадочный сон. Звук, цвет и образы - все сливалось в галлюцинаторное повествование. Это было так мощно, Петра ”. Он поднялся на ноги, чувствуя себя более живым и энергичным, чем за последние месяцы. “Я проник в голову врага, совершил экскурсию по русскому разуму. Это разумный народ, и в то же время удивительно артистичный; холодный и расчетливый, и в то же время такой пылкий и страстный. Они совсем не похожи на идеологических террористов, на которых я охотился большую часть своей жизни. Они такие же, как мы, и в то же время такие, такие разные. Я слишком долго носил шоры, отказываясь распознавать врага внутри своего тела так же, как врага в моем собственном доме ”.

Она кивнула, но не перебивала его, пока он пытался сформулировать выводы, которые его синестетический разум сформулировал без слов.

“Теперь я убежден, что у нас есть русский "крот". Танцовщица, которая всегда начеку — ловкая, опытная и очаровательная, ” сказал он, сохраняя клиническое выражение лица, пока изучал ее реакцию. “Поддерживается и направляется руководителем шпионской сети из ближайшего окружения Петрова”.

- И вы уверены, что крот - женщина? - спросила она с сомнением на лице.

Он кивнул, а затем внезапно вспомнил их последнюю ночь вместе и то, как она так ловко перевела разговор в другое русло, когда он впервые признался, что беспокоится о кроте. В то время он ничего не подумал о том, что она играет адвоката дьявола, но теперь ему стало любопытно. Что она скажет теперь, когда он снова выдвинул свою теорию?

“Но у вас нет никаких данных, - продолжила она, - только внутреннее ощущение?”

Джарвис подавил желание закатить глаза. Он не был лидером, полагающимся на свое “чутье”. То, что всем нравилось называть внутренним чутьем, на самом деле было просто другим названием для ситуационных махинаций примитивного лимбического мозга и механизмов выживания. В пылу битвы уступить контроль лимбическому мозгу было благоразумно, но когда дело доходило до стратегических и абстрактных проблем, позволять лимбическому мозгу управлять автобусом было ужасной идеей. Внутреннее чутье не решало математических задач, не выигрывало шахматные партии и не отправляло человека на Луну. На протяжении всей своей взрослой жизни у него вошло в привычку игнорировать эгоистичную, эмоциональную болтовню своего примитивного разума, полагаясь вместо этого на логику, вероятность и знания для обоснования своих решений.

Что теперь напрашивало на вопрос: было ли то, что он испытал во время МРТ, не более чем поиском простых ответов, которые, казалось, преследовали мыслителей остального мира, придерживающихся принципа “доверься своей интуиции”?

Нет. Это было мысленное упражнение, медитативное состояние высшей концентрации, в котором мой разум сопоставлял данные наблюдений и вероятностные данные, которые я усваивал месяцами.

“Точных данных нет”, - наконец ответил он, не желая больше ничего признавать.

“Тогда ладно”, - сказала Петра с холодной улыбкой. “Я уже ищу утечки данных и уязвимости, так что добавить к моим обязанностям охоту на кротов не должно быть слишком сложно”.

“ Хорошо, ” сказал он, поднимаясь на ноги. Он наблюдал за ней, все еще недоумевая. ... Затем, посмотрев на пластиковый пакет в ее левой руке, он сказал: “Мои вещи. . .”

“ Все в порядке? ” спросила она, протягивая ему пакет. - Я сделала или сказала что-то, что тебя расстроило?

“ Нет, все в порядке. Он одарил ее натренированной, непринужденной улыбкой. Ему нужен был свежий взгляд — кто-то с опытом работы с российской разведкой, — и у него была идея о том, кто именно мог бы помочь. До пенсии оставалось несколько дней, но, возможно, Джарвису удалось бы убедить его отложить реализацию этого плана. Затем, надев наручные часы, он сказал: “Мы и так потеряли здесь достаточно времени. Давай вернемся в офис.

“ Я думал, план состоял в том, чтобы остаться до тех пор, пока доктор Аберле не посмотрит снимки и не проинформирует вас о результатах. У нас назначена встреча в его офисе в десять.

“Да, планы меняются. Меня не нужно держать за руку. Невролог может позвонить мне с результатами. В данный момент у меня есть проблемы поважнее, о которых стоит беспокоиться”.

И с этими словами директор Национальной разведки повернулся спиной к своему начальнику штаба и вышел из комнаты.

ГЛАВА 10

Виски-бар и паб Brevings

Старый Город

Рига, Латвия

12 Июня

12 : 11 По местному времени

“Не лги мне”, - прорычал Демпси немецкому торговцу оружием, сидящему через стол от него. “Люди, которые лгут мне в лицо, очень злят меня, а когда я очень зол, я склонен к насилию. Так что, если ты не хочешь стать жертвой этого насилия, Майкл, тогда тебе лучше начать говорить мне правду ”.

Туристы и местные жители текли мимо по мощеной булыжником улице, улыбаясь и болтая солнечным днем поздней весны, совершенно не обращая внимания на команду вооруженных американских операторов, расставленных вокруг них на виду. Несмотря на прохладный ветерок и свое положение в тени их настольного зонтика, немец вытер пот со лба салфеткой, взятой с колен.

“Я пришел сюда в знак доброй воли. Пожалуйста, выслушайте меня, когда я говорю, что понятия не имел, что они планируют. Если моей целью было предать вас, то зачем мне соглашаться встретиться с вами лицом к лицу сегодня? Я брокер. Моя работа заключается в установлении контактов между покупателями и продавцами и организации встреч. Я получаю прибыль только тогда, когда заключена сделка и переведены средства, и поэтому вы можете видеть, что в моих интересах не обманывать ни одну из сторон. . .”

В наушнике Демпси затрещало. “Он высказал обоснованную точку зрения”, - сказал Манн, в то время как немец продолжал отстаивать свою правоту.

“... события в Нарве распространились со скоростью молнии, и теперь все сомневаются в моей честности”. Майкл нахмурился. “Они говорят, что вы убили дюжину человек и пытались убить Амарова. Нет никого, кто не слышал бы об этом. Мой бизнес также может быть разрушен — мои средства к существованию. Все, что у меня есть, - это моя репутация, ясно? Понимаешь?”

“ Спросите его, пытался ли Амаров связаться с ним после нашего звонка. Скажи ему, что твой босс хочет знать, каким будет следующий шаг Амарова”, - сказал Мунн ему на ухо.

“ Я согласен, Дэниел, ” вмешался Болдуин. “Мы все хотели бы услышать, что он скажет, потому что мы улавливаем слухи о том, что американец был тем, кто обманул Амарова. Я думаю, что Амаров проводит подпольную клеветническую кампанию, чтобы скрыть правду и выставить себя жертвой ”.

Услышав непрошеный комментарий, Демпси тихо вздохнул и, прищурившись, посмотрел на Майкла. Мужчина был в ужасе — если не за себя, то за свою семью. - Амаров или его люди пытались связаться с вами с момента нашего последнего разговора?

“Нет”.

“Спросите его, пытался ли он связаться с Амаровым”, - вмешался Манн.

“ А вы пытались связаться с Амаровым? - Спросил Демпси.

“Я точно следовал вашим инструкциям. Я ни с кем не разговаривал и пришел сюда в назначенное время”, - сказал немец, несмотря на страх, в нем сквозило раздражение. “Но как профессионал, я должен выяснить, почему меня обманули. Если люди думают, что я пешка Амарова или что я парень, которым можно играть, тогда никто никогда больше не будет использовать меня. Скажи это своему боссу. Дайте ему понять, что я беру на себя ответственность со своей стороны, но я не являюсь ответственной стороной”.

Манн рассмеялся на ухо Демпси. “О, это круто. Скажи миш-ай-элу, что он был пешкой Амарова и что с ним действительно сыграли. Скажи ему, что если он не начнет предоставлять нам какую-то информацию, которую мы можем использовать, то с этого момента он будет заниматься бизнесом только в инвалидном кресле ”.

“Я расскажу своему боссу, и он, вероятно, тебе поверит, но потом он начнет говорить мне на ухо, и он будет говорить, и он будет говорить, и он не перестанет говорить. Он будет указывать мне, что и как говорить, и это будет выглядеть так, будто он не доверял мне выполнять свою работу ”, - сказал Демпси, надеясь, что Манн и Болдуин поняли не такой уж тонкий намек. Он откинулся на спинку стула, не сводя глаз с немца. “Но мы с тобой можем избежать этого прямо сейчас, потому что это твой шанс дать мне что-то, что я смогу вернуть своему боссу, чтобы он был доволен. Видишь ли, Майкл, мои инструкции были предельно ясны: либо ты докажешь, что ты лоялен и полезен, либо уйдешь с дополнительными отверстиями в теле, которых раньше не было. Так что дай мне что-нибудь, что я могу использовать, или этот день станет для тебя экспоненциально хуже ”.

“Хорошо, хорошо. Когда вы связались со мной и спросили, могу ли я организовать встречу с Маликом, я сказал вам, что не знаю его и никогда не имел с ним дела. Затем вы сказали мне, что заплатите мне большую премию, если я найду способ устроить вам встречу с Маликом, и я сказал вам, что у меня много дел с Амаровым и что я точно знаю, что Амаров ведет дела с Маликом. Ты помнишь это?”

-Конечно.

“Хорошо, итак, чего я не сказал вам, так это того, что когда я связался с Амаровым, чтобы договориться о вашей встрече с ним, он не был так заинтересован. Я сказал, что у тебя много денег и связей, и все равно его это не очень заинтересовало. Но когда я сказал ему, что ты заплатишь премию за знакомство с Маликом, он очень заинтересовался. Я сказал, что отдам ему половину того, что ты мне заплатишь, потому что так я работаю. Когда всем платят, все счастливы ”.

Демпси выдохнул и откинулся на спинку сиденья. Это было подтверждение, которое они искали. Малик, должно быть, установил протокол со своей сетью контактов, чтобы уведомлять его в случае подобного запроса, зная, что Эмбер будет искать его после Стамбула. Это то, что сделал бы Демпси, будь он на месте Малика. Возможно, Малик даже поощрял дилеров и брокеров, надеясь заманить Демпси именно в такую ловушку.

- Как давно вы знаете Амарова? Что еще вы можете рассказать мне о нем?

“О, я знаю его много лет, наверняка больше десяти. Он очень жесткий переговорщик . . .”

Пока Майкл говорил, его внимание привлекла женщина, проходившая неподалеку по улице Шкуну. Демпси пришел в закусочную на улице Тиргуну раньше Майкла и сел спиной к зданию, чтобы иметь возможность обозревать Тиргуну и Шкуну и наблюдать за движением пешеходов, входящих и выходящих с Домской площади — самого популярного общественного места в Старом городе Риги. Два других члена его команды находились в аналогичном положении — Манн сидел у ресторана через дорогу, а Граймс на длинном ружье вел наблюдение из пустой квартиры на четвертом этаже в здании, расположенном на пересечении двух улиц.

Взгляд Демпси метнулся от болтающего торговца оружием к молодой женщине на улице. На ней были синие джинсы, темные солнцезащитные очки, простая серая ветровка и невзрачные кроссовки, а через плечо был перекинут небольшой рюкзак. Что-то в телосложении и походке женщины было пугающе знакомым. Он прищурился— жалея, что у него нет оптического прицела, но на таком расстоянии не мог разглядеть ее черты в профиль. Затем она посмотрела в его сторону, и на мимолетный миг он хорошенько рассмотрел ее, прежде чем она исчезла за перекрестком.

У него перехватило дыхание.

Последовавший выброс адреналина послал жидкую молнию в каждое мышечное волокно его тела. Он заерзал на стуле, и ему потребовалась вся его сила воли и дисциплина, чтобы удержаться от преследования женщины, которую он только что видел.

Женщина, которая должна была быть мертва.

Женщина, которую он оставил умирать — убитая выстрелом в спину и истекающая кровью на полу Большого базара в Тегеране.

Элинор Джордан.

Израильский двойной агент Седьмого порядка, с которым он был партнером в операции "Крестоносец", самой опасной миссии в его карьере. Она привела его в сердце Ирана и доставила к ВЕВАКУ, вдохновителю резни, которая уничтожила его старое подразделение Первого уровня и поставила его на путь присоединения к Эмбер. Или все было наоборот — когда она доставила ему своего босса из ВЕВАКА? По сей день Демпси все еще не был уверен, обманула ли она его или ВЕВАКА. С самой первой их встречи Элинор была загадкой — обманывала его, но доверяла ему, соблазняла его, доверяя ему свою жизнь. И, несмотря на все эти преступления на почве страсти и протокола, он заботился о ней, верил в нее и оплакивал ее смерть.

Но теперь она была здесь, в Риге.

Живой.

Немецкий торговец оружием резко замолчал.

Взгляд Демпси метнулся к мужчине через стол, чьи глаза смотрели на него широко раскрытыми и растерянными.

“ Гургалака . . . gur . ... га, - невнятно пробормотал Майкл и протянул руку, чтобы дотронуться до своего затылка. Он поднес кончики пальцев для осмотра, но рухнул лицом на стол, прежде чем смог на них взглянуть. Они были в крови.

“Зеро, у нас стрелок. Майкл ранен!” - Сказал Демпси Болдуину, вскочил со стула и двинулся с места мгновением позже. Подобно тактическому компьютеру, его мозг обрабатывал данные, оценивая траекторию пули, угол дула и высоту, с которой убийца находился, чтобы определить наиболее вероятный сектор обстрела. “Второй, будь осторожен”, - предупредил он Манна. “Стрелок находится по соседству с тобой. Следи за своей шестеркой”.

“Проверка”, - сказал Манн, соскальзывая со стула в тактическую приседку. “Я не слышал выстрелов”.

“Я тоже”, - сказал Демпси, приближаясь к Манну. “Пуля не прошла навылет. Стрелок, вероятно, использует пистолет двадцать второго калибра с глушителем.

Подобно пожарному, бегущему к горящему зданию, Демпси бросился навстречу угрозе. Его спокойная сосредоточенность и ясность были порождены двадцатилетним боевым опытом, и вся не относящаяся к делу периферийная информация отошла на задний план. Он систематически сканировал каждого человека внутри тридцатиградусной дуги. Процесс идентификации угрозы был автоматическим, его мозг оценивал позу, выражение лица, зрительный контакт и внешность. Нет, нет, нетбеззвучные вердикты быстро сменяли друг друга, пока он прокладывал себе путь сквозь обеденную толпу в ресторане — толпу, которая только начинала осознавать тот факт, что происходит что-то ужасно неправильное.

Там!

Убегая в суматохе, он увидел ее — серая ветровка, маленький черный рюкзак, синие джинсы, солнцезащитные очки . . .

Как, черт возьми, она так быстро туда добралась?

Выстрел прозвучал слишком скоро после того, как он увидел ее на улице, чтобы она могла быть убийцей, и все же он был уверен, что ее присутствие здесь не было случайным.

- Элинор! - крикнул он, бросаясь вдогонку.

Она немедленно бросилась бежать, петляя между столами, подставками для зонтиков и огромными деревянными кашпо, которыми был заполнен обеденный дворик на ее пути. Демпси рванулся через выложенную кирпичом улицу, размахивая руками с "Зиг-зауэром" в правой руке. Толпа впала в панику: мужчины, женщины и горстка детей либо кричали, либо обращались в паническое бегство в ответ на дикаря, бросившегося на них с оружием.

“ Единый Бог. Доложите о цели, - сказала Граймс ему на ухо, ее голос был холоден и спокоен, как ледниковое горное озеро.

“Женщина, серая куртка, черный рюкзак, джинсы, солнцезащитные очки — у нее темные волосы, миндалевидная кожа, среднего роста и телосложения”, - сказал он, пробираясь сквозь толпу. “Она направлялась в Розена-элли, или как там, черт возьми, называется следующая улица к западу”.

“ Я потеряю ее за зданием, если... Подожди, я держу ее, ” ответил Граймс. - Она направляется на север через площадь, к художественному музею Рижской биржи.

“Это, блядь, невозможно, я только что видел ее вектор на запад”, - сказал Демпси.

“Подождите, я вижу ее”, - вмешался Манн, теперь он бежал почти шаг в шаг с Демпси. - Она на лужайке перед Рижским собором.

“Невозможно — я видел, как она свернула на Розену”, - сказал Демпси, тяжело дыша, когда вылетел с другой стороны обеденного дворика на огромную общественную площадь.

“Ребята, я думаю, у нас серьезная проблема”, - раздался спокойный голос Болдуина. “Включая твои два танго, я насчитал четырех — подожди, пусть будет пять — девушек, подходящих под описание Демпси. Они выходят из-под контроля. У меня есть еще одна на улице Тиргоню . ... и двое на Шкуну — один направляется на северо-запад, а другой - на юго-восток от меня. Черт, они повсюду.

Демпси посмотрел направо и увидел женщину-мишень Манна, которая неторопливо шла, а не бежала, по лужайке перед собором. К его ужасу, эта девушка была почти идеальным клоном другой девушки, от которой он только что отвел взгляд. “Проклятие, с нами играют”, - рявкнул он, а затем перевел взгляд обратно в переулок, чтобы снова найти девушку, за которой гнался.

“ Чем ты хочешь заняться? - Спросил Манн, когда Демпси повернул на юг, отделяясь от своего товарища по команде.

“ Не знаю. Просто начни проверять их все, пока не найдешь ту, которая Элинор Джордан, и займись ею.

“ Элинор Джордан? О чем, черт возьми, ты говоришь? Сказал Граймс ему на ухо.

“Да, Первый, пожалуйста, поясни. Всем здесь, дома, одинаково любопытно ”, - сказал директор Ember Шейн Смит, впервые вступая в разговор о вечеринке.

“Я знаю, это звучит безумно. . . но я увидел ее в толпе . ... прямо перед тем, как немец упал”, - отрывисто повторял Демпси, прерываясь тяжелым дыханием, когда он бежал по переулку вслед за своей целью. К его раздражению, девушка двигалась быстро, и пока он не сокращал отставание. “Мама, у тебя есть глаза в небе?”

“Отрицательно, один”, - ответил Смит с тем, что можно было описать только как оборонительную позицию. “Мы не ожидали, что ваша беседа за обедом перерастет в такого рода операцию”.

“ Проверь. Ты не виноват. . Я тоже.

Где-то позади него завыли сирены, и Демпси услышал полицейский свисток.

“ Местные правоохранительные органы знают, что мы здесь? - Спросил Манн.

“Отрицательно”, - сказал Смит. “Мы попытаемся связаться с рижской полицией, но нет никаких гарантий, что я смогу это осуществить. Боже, я рекомендую вам оставаться на месте, и, ребята, помните правила ведения боевых действий в этой операции. Только несмертельный оборонительный огонь ”.

Демпси услышал, как Манн застонал по открытому каналу связи, после чего последовало неохотное “Проверка”. Демпси, со своей стороны, ничего не сказал и просто продолжал бежать. В конце мощеной булыжником аллеи женщина повернула налево и исчезла из виду. Демпси заставлял себя двигаться, пока его ноги и легкие не начали гореть. Без глаз, устремленных в небо, каждая секунда без визуального контакта увеличивала шансы того, что он потеряет ее в толпе. Когда он сворачивал за угол, в его голове тикал мысленный счет: три, четыре, пять ...

У нее было по крайней мере шестисекундное преимущество перед ним, а это означало, что шансы на побег были высоки в ее пользу. Ведя за собой свой "Зиг", он завернул за угол и вышел из сильно затененного узкого переулка прямо на яркое полуденное солнце. Прищурившись, он поднес левую руку ко лбу, осматривая улицу поверх своего оружия. Женщина в толпе туристовпоблизости закричала, и вся группа съежилась у оконного фасада магазина, где продавались русские матрешки. Теперь, когда путь вниз по мощеной булыжником улице был свободен, он заметил мелькнувшую серую ветровку, когда его цель нырнула в переполненный уличный рынок. Двигая ногами, как два поршня, Демпси рванулся за ней. Нагромождение заросших кустарником кашпо, тележек на колесах и навесных киосков создавало практически непроходимую чащу — здесь плечом к плечу толпились торговцы, местные покупатели и туристы. Вместо того чтобы пытаться пробиться сквозь толпу, Демпси повернул направо, на бегу вглядываясь в рынок в поисках своей цели. Через несколько секунд он уже огибал задний периметр.

“Первый, это Второй, у меня проблема”, - сказал Манн голосом, сочащимся раздражением.

- Расскажи мне, - попросил Демпси.

“Второго арестовывают”, - сказал Граймс, опередив Манна в ударе.

“Да, я выхожу из операции”, - сказал Манн, и именно тогда Демпси услышал вой сирен, эхом разносящийся по Старому городу. - Советую тебе убрать оружие в кобуру и исчезнуть, иначе мы окажемся сокамерниками.

“Проверка”, - сказал Демпси, осматривая заднюю часть рынка налево. У обочины было припарковано несколько белых фургонов, из которых продавцы разгружали товары. Он остановился на перекрестке с четырехполосным движением, переводя взгляд на два других варианта, прямо вперед и направо. Когда ему было шесть лет, он делал подобный выбор, используя инструмент выбора игровой площадки по умолчанию —ини, мини, мини, мо. Поскольку оператор внезапно застрял без визуального сопровождения, это решение ощущалось примерно так же. Но вместо того, чтобы пытаться поймать тигра за ногу, он пренебрег ностальгическим и суеверным правилом, которое всегда хорошо служило ему в Командах.

Если сомневаетесь, идите налево.

Он повернул налево, проскользнув мимо первого фургона доставки и переложив свой "Зиг" на нижнюю рукоятку для переноски двумя руками. Он двигался вдоль водительского сиденья, его голова и туловище были неподвижны, но глаза постоянно двигались. Поблизости завыла полицейская сирена, и он перенес ее на другую сторону рынка. Быть арестованным было бы неприятно, но неспособность защитить себя в перестрелке с обученным убийцей была большим из двух зол. Конечно, напрашивался вопрос: если бы он столкнулся лицом к лицу с Элинор Джордан, смог бы он нажать на спусковой крючок?

В Тегеране он не был тем, кто стрелял в нее, но, бросив ее, он нарушил этику SEAL и предал священный принцип “никого не бросать”. Неужели на этот раз именно ему выстрелят в спину и оставят истекать кровью на булыжниках? Как только эта мысль пришла ему в голову, молодая женщина в белой футболке, синих джинсах и кроссовках с черным рюкзаком, перекинутым через плечо, вышла из-за заднего бампера второго фургона доставки. Она сбросила серую ветровку и надела бледно-голубой солнцезащитный козырек, но это была та девушка, за которой он гонялся. Она посмотрела направо, и их взгляды встретились. Время, казалось, остановилось.

Хотя сходство было поразительным, эта женщина не была Элинор Джордан.

Она убежала.

Он бросился за ней.

Первые тридцать секунд, пока она бежала по очередному узкому переулку, он думал, что она может убежать от него. Но затем — списав это на превосходную физическую подготовку, природный атлетизм или, может быть, на неукротимую волю Демпси — он начал закрываться. И когда он приблизился, она начала паниковать, постоянно оглядываясь через плечо, делая полшага назад с каждым взглядом. Страх в ее глазах сказал ему, что эта девушка не представляет для него угрозы. Стрелявшая была не она. Его заманили следовать за одной из приманок — основной приманкой, скорее всего, самой быстрой из команды и расположенной в секторе поражения, чтобы отвлечь его от настоящей Элинор, прячущейся у всех на виду.

- Стой! - рявкнул он, природа столкновения уже прояснилась в его сознании.

Однако она не остановилась, а вместо этого набрала максимальную скорость. Демпси копнул поглубже, найдя другое свое снаряжение, и продолжал держаться у нее на хвосте. Через десять метров она вылетела из переулка. Взвизгнули шины, раздался гудок, и она едва не попала под колеса фургона доставки с белыми панелями. Она, спотыкаясь, перешла улицу, выполнила быстрый маневр "догоняй" и нырнула в новый переулок. Демпси стремительно добрался до перекрестка, делая ставку на то, что движение за фургоном остановилось. Авантюра окупилась, и он преодолел дистанцию и последовал за девушкой в следующий переулок.

“ Эй, ” крикнул он, умоляя судьбу вмешаться. - Я не остановлюсь, пока ты не поговоришь со мной.

Она оглянулась на него через плечо и на этот раз дорого поплатилась за это, когда носок ее кроссовки зацепился за выступ булыжника, и она отлетела в сторону. Она сильно ударилась о мостовую, сумев лишь частично откатиться от падения. Мгновение спустя Демпси навис над ней, дуло его "Зига" было направлено ей в лоб. Страдальческое выражение ее лица и непроизвольный всхлип, который она издала, сказали ему, что с нее хватит. Он ставил на то, что она что-то сломала — если не сразу несколько — при падении.

“ Как тебя зовут? - спросил он ее.

- Меня зовут трахни тебя, - прошипела она по-английски с сильным акцентом.

“На кого вы работаете?”

Она закрыла глаза и издала стон. Ее правая рука поднялась, чтобы схватить левую за запястье, и она что-то пробормотала на языке, который, как он предположил, был латышским.

“Мама, ты можешь это перевести?” - спросил он, предполагая, что Болдуин и его банда все еще были онлайн.

“Она сказала, что, кажется, я сломал свою гребаную руку”, - последовал ответ Болдуина мгновением позже. “И это, кстати, было по-русски. На случай, если тебе интересно.

“ Где Элинор Джордан? - спросил я. - спросил он своим "не шути со мной" тоном, но она не ответила.

Она даже не открыла глаза.

Позади него взвыла полицейская сирена, тревожно близко. Даже не глядя, он знал, что у входа в переулок за его спиной припаркована патрульная машина.

“ Поговори со мной, ” прорычал он. - Элинор Джордан жива?

Она наконец открыла глаза, и они были мокрыми от слез — непроизвольных, вызванных острой болью. - Отвали, американский мудак, - выдавила она, свирепо глядя на него с того места, где она лежала, извиваясь на спине, и выражение ее лица не выражало ничего, кроме презрения.

Демпси убрал оружие в кобуру, достал мобильный телефон и быстро сфотографировал лицо молодой женщины. Позади него мужской голос что-то прокричал.

“ Это полиция. Они только что приказали вам поднять руки вверх. Похоже, ты арестован, Джон, ” сказал Болдуин, и сразу же послышался звук того, как он прихлебывает напиток. “Еще одно. ... директор попросил меня передать дружеский совет”.

“О, действительно, что это?” - спросил он, медленно отходя от двойника Элинор Джордан.

“Не урони мыло”.

“Очень смешно”, - проворчал Демпси, поднимая обе руки над головой и поворачиваясь лицом к двум полицейским Рижского метрополитена, направившим пистолеты ему в грудь.

ГЛАВА 11

Протопоповский переулок

Апартаменты Филиала МГУ на Ботаническом Саду

Москва, Россия

12 Июня

17.30 По местному времени

Когда Валериан приехал в свою московскую квартиру, он застал Аркадия на кухне за приготовлением омлета.

“ Не хотите ли омлет? - поздоровался начальник разведки.

Он взглянул на часы. “ Уже поздно, но как я могу отказаться? Ты на моей кухне, готовишь это, пока мы разговариваем. ” Валериан взглянул на единственный пакет с продуктами на стойке; его босс знал, что холодильник Валериана будет по-спартански пустым.

“ Знаешь, почему омлет - идеальное первое блюдо? - Спросил Аркадий.

“Нет”.

“Потому что его можно подавать на завтрак, обед или ужин, и это не только сытно, но и насыщает. Понимаете, что я имею в виду?”

Валериан пожал плечами.

“Если бы я предложил вам на завтрак бефстроганов, это было бы сытно, но не сытно”, - сказал Аркадий, умело сворачивая омлет лопаточкой. “Если бы я предложил вам на ужин датское блюдо и кофе, это было бы сытно, но не пресыщало. В омлете всегда есть и то, и другое. Очень редкое явление в жизни, где правят рутина и неопределенность”.

Валериан воздержался от комментариев и подошел к холодильнику. Он открыл дверь и достал единственную вещь, которая, как он знал, была у него в изобилии и не имела срока годности, — бутылку воды, — размышляя над тем, что пытался сказать ему его наставник. В театральности старика всегда присутствовала аллегория или метафора. Раньше, когда он был еще молод и учился у человека, которого стал боготворить, он жаждал подобных уроков. Но это было много лет назад, а сегодня он был чистокровным зетой. Более того, он был Праймом. Он был во многих отношениях более опытен, чем его наставник, в средствах и способах проведения современных полевых операций. Сегодня такой урок раздражал, хотя он знал, что так не должно быть, и это раздражение отражало слабость, которую ему лучше всего быстро взять под контроль.

“ Хочешь воды? - спросил он Аркадия.

“Нет, спасибо”, - сказал Аркадий. “У меня был один, когда я приехал”.

- Вода - это еще и то, что одновременно насыщает и удовлетворяет, - задумчиво произнес Валериан, отвинчивая крышку.

- Только когда очень хочется пить, - сказал Аркадий.

“ Ладно, так к чему ты клонишь? Он прислонился к стене напротив Аркадия, глядя на спину мужчины, готовящего на древней газовой плите. “Потому что я давно усвоил, что у тебя всегда есть один, Учитель”.

“Я хочу сказать, что между этими двумя понятиями есть важное различие. Что касается вашего небольшого проекта в Санкт-Петербурге, удовлетворяете ли вы это свое увлечение Амандой Аллен?”

Валериан подавил вновь поднимающееся раздражение, вызванное обвинением, и заставил себя на мгновение задуматься над вопросом. “ Я не знаю. Боюсь, возможно, ни то, ни другое, ” честно ответил он. А почему бы не быть честным? Его босс был ходячим детектором лжи, которого ему никогда не обмануть.

Аркадий выключил газ на конфорке, затем лопаточкой выложил на тарелку изысканный омлет. Он идеально разделил омлет пополам, переложив одну половину на вторую тарелку, а затем поставил обе на стол. “Я думаю, это правильно”, - сказал он, передавая тарелку Валериану. “Я думаю, что этот твой аппетит невозможно утолить. Не может быть удовлетворен. Даже если бы в твоем распоряжении была настоящая женщина, ты бы пожирал ее, поглощал и в процессе этого, возможно, получил какое-то удовольствие, но когда все закончилось, ты не был бы ни насыщен, ни удовлетворен. Пора остановиться, Валериан. Это нездоровое занятие, психологически, эмоционально и профессионально. Аманда Аллен - это приз, который ускользнул, но хотя для вас она может быть первой, вряд ли она будет последней. Таков порядок вещей в нашей работе”.

Слова задели, но Валериан выпустил свои эмоции долгим, медленным выдохом, а затем сел за обеденный стол на двоих. Он мгновенно почувствовал себя лучше — больше похожим на себя. Больше похоже на Зета Прайм. Он посмотрел в свою тарелку. - Когда ты придумал всю эту чушь насчет омлета?

“ Пока я готовил это, ” сумел сказать Аркадий с невозмутимым лицом. “ Что? Моя метафора еды тебе не подходит?”

Валериан не выдержал первым, а потом они оба рассмеялись. Это было приятно; он не мог вспомнить, когда смеялся в последний раз. “Я знаю, что у меня проблема”, - сказал он наконец. “Да, но уверяю вас, это не влияет на мою работу”.

“Это ложь”, - сказал начальник разведки, покачав головой. “И еще, не тебе решать. Это моя работа. Пока ты был в Санкт-Петербурге и играл в бондаж, американцы были в Нарве”.

В груди у него все сжалось. - Это была Эмбер?

“У нас до сих пор нет личных дел участников, но у меня есть высокая степень уверенности”. Аркадий достал из кармана мобильный телефон и повернул экран, чтобы показать Валериану фотографию двух мужчин — одного со штурмовой винтовкой и другого, одетого как сутенер.

Валериан почувствовал, как у него запылали щеки. “ Это они. Те же два оператора из Стамбула. Я выстрелил этому в шею — но, очевидно, он выжил — и этому из штурмовой винтовки . ... это дьявол, которого я хочу убить”.

“ Ты должен был быть там. Амаров привел с собой больше дюжины человек и все равно едва спасся. Аркадий покачал головой. Воры - безжалостные, жестокие убийцы, но они не операторы. Они не подготовлены — ни морально, ни физически, ни тактически — к борьбе с Эмбер. Они не зеты”.

“ Черт, ” выпалил Валериан и оттолкнулся от стола. “ Черт, черт, черт. ... Я должен был быть там. Я думал, что этот ‘американский’ персонаж может стать легендой. Я почувствовал это ”.

“Па, ты должен был быть там, особенно если твои инстинкты подсказывали тебе это. Очевидно, они пытались наладить отношения с Амаровым, чтобы добраться до Малика. . . чтобы добраться до вас. Может быть, им следовало послать вместо себя Аманду Аллен — это привлекло бы ваше внимание ”. Затем, вздохнув, Аркадий добавил: “Правда в том, что нам не следовало заводить этот разговор. Мы оба знаем, что ты мой лучший оперативник. В наших рядах нет никого, кто мог бы занять твое место в качестве Зеты Прайма, а это значит, что у меня нет другого выбора, кроме как управлять тобой и твоими девиантными искушениями. Но если бы кто-то ждал своего часа, чтобы стать твоим преемником, я бы исключил тебя из наших рядов за это и двигался дальше ”.

Валериан наблюдал, как русский разведчик отправил в рот омлет вилкой, а затем закатил глаза от явного удовольствия. Несмотря на то, что он был зол на себя, этот последний комментарий задел его за живое. “Теперь ты можешь спуститься со своего пьедестала. А как насчет твоих собственных внеклассных занятий? Хммм? Скольких из моих сестер-дзета ты уложил в постель? Когда ты успел стать таким набожным, старик?

Аркадий улыбнулся, позволив Валериану закипеть от гнева, пока он заканчивал жевать. Старик промокнул уголки рта бумажной салфеткой. “Я не завидую и не осуждаю стремление моих людей к удовольствиям. Если вы должны потакать этой фантазии, тогда прекрасно, попросите двухнедельный отпуск и потакайте. Что касается моих внеклассных занятий, как вы их называете, искусство соблазнения - важнейший компонент процесса обучения. Не все наши агенты такие перерезатели горла, как вы. Забегая вперед, скажу, что если вы хотите одержимости, то вам следует зациклиться на этой тайной американской команде, которая угрожает снова взять над вами верх. Ставки слишком высоки. Мы - авангард в молчаливой войне России с Западом. Шпион, который не может достичь и поддерживать контроль над собственным разумом, мне ни к чему. Затем, посмотрев на омлет на тарелке Валериана, он сказал: “Ты что, не собираешься это есть?”

- Нет, - сказал Валериан, и отвращение в его голосе прозвучало более отчетливо, чем он намеревался. Он больше не чувствовал голода, и смех, которым они обменивались мгновениями ранее, теперь казался лживым и надуманным. Классический Аркадий, всегда морочащий людям голову. Поцелуй в одну щеку, пощечина в другую.

Аркадий пододвинул тарелку Валериана к своей стороне стола и принялся за вторую половину омлета. “У меня есть для тебя работа”, - продолжил он, теперь уже разговаривая и жуя.

Валериан пытался слушать, но он все еще спорил с американским призраком, насмехавшимся над его психикой.

Это уже дважды, мой американский собрат по убийству — дважды, что ты помешал мне сейчас. Сначала ты забрал мой приз в Сирии, а затем сорвал мою миссию в Турции. Но в третий раз этого не случится. Когда мы встретимся в следующий раз, я буду тем, кто танцует в твоей крови . . .

Аркадий щелкнул пальцами. - Будь внимателен.

“ Извини, продолжай . . .”

“Целью является корабль FSRU "Независимость" в Клайпеде. Я хочу, чтобы вы потопили его, но это должно выглядеть как несчастный случай — отказ оборудования, ошибка оператора или сочетание того и другого ”.

“Что такое корабль FSRU?”

“Плавучая установка для хранения и регазификации”, - пояснил Аркадий. “Она получает сжиженный природный газ из танкеров, а затем хранит и перерабатывает его для распределения. Именно это судно обеспечивает все поставки природного газа в Литву”.

“Почему я не могу просто взорвать это?”

“Потому что это не приведет к желаемому конечному результату”, - сказал Аркадий, с грохотом кладя вилку на стол. “Ваше дело не подвергать сомнению общую картину. Ты не Режиссер, это моя роль. Ты оружие, мой самый острый клинок, но не более того. Инструмент, вот кто ты. Что, черт возьми, с тобой сегодня не так?”

“ Мне очень жаль, ” сказал Валериан. Что, черт возьми, с ним было не так?

Это американский призрак. Я не должен позволять ему отвлекать мое внимание от работы, пока не смогу сделать его своей работой. . .

“ Как я уже говорил, ” сказал Аркадий, и гнев сошел с его лица, - цель состоит в том, чтобы представить затопление как промышленную аварию. Эту работу невозможно проследить до России”.

“Я сделаю это, но я ничего не знаю об этом типе корабля, его конструкции, процедурах эксплуатации, экипаже и так далее”.

“У меня есть команда red, которая работает над проблемой, чтобы помочь вам прямо сейчас”.

-Кто им управляет? - спросил я.

“Sylvie.”

“Ладно, она в порядке. Я ей доверяю”. Сильви была у него на ухе не на одной операции. У нее не было иллюзий относительно своей роли, и это делало ее лучшей в своем деле. “Каков график?”

Аркадий, доев омлет, отодвинулся от стола. “ Через три дня прибывает новая автоцистерна. Было бы предпочтительнее завершить работу до того, как это произойдет. Если вы не готовы, значит, вы не готовы, и мы сделаем это позже. Успех миссии важнее графика ”.

Он был бы готов. Он сделал бы то, в чем ему доверял Аркадий, — то, чего не делал ни один другой дзета. Без его работы жизнь ничего не значила. Он испустил долгий, очищающий вздох и почувствовал, что его ясность ума начинает обостряться.

“Я прослежу, чтобы это было сделано. Но после этого мы должны сосредоточиться на поиске американского оператора ”, - сказал он, все еще сгорая изнутри от новостей о том, что Амаров был переигран в Нарве. “Нам нужно устроить еще одну ловушку, и на этот раз приманкой буду я. Если он хочет найти Малика, мы отдадим ему Малика”.

Аркадий ничего не сказал, встал и похлопал Валериана по плечу. “Спасибо тебе за твою службу, сын мой”, - сказал старый лис и вышел из квартиры.

Когда Аркадий ушел, Валериан закрыл глаза и замедлил дыхание, ища и найдя свой центр.

Я - безмолвие.

Я сосредоточен.

Я - клинок, отточенный для одной цели.

Я - Дзета Прайм.

Он открыл глаза, его дыхание было едва слышным, а пульс - под сорок. Он улыбнулся. Он заставит американского оператора заплатить за все его грехи: за срыв его миссии в Турции, за провал операции в Нарве, но больше всего за то, что он забрал у него Аманду Аллен.

ГЛАВА 12

Дьюберри Корт, 115

Район Бройхилл-Маклин Эстейтс

В 1,5 милях к западу-юго-западу от штаб-квартиры ЦРУ

Маклин, Вирджиния

12 Июня

2030 По местному времени

Прошло много времени с тех пор, как Баз Уилсон волновался о чем-либо, кроме своей жены и детей, но он был взволнован этим переездом. Это было новое начало, в котором он отчаянно нуждался. Он схватил коробку с посудой и несколькими кастрюлями и сковородками — коробку, которую было бы разумнее разделить на две части, — и, бесстыдно хмыкнув, поднял ее в воздух. Это было стариковское ворчание, порожденное негнущимися суставами, плохой осанкой и слабым сердцем. Это был звук, который он полностью отказался от попыток подавить, даже в смешанной компании — таким старым он себя чувствовал.

“О, черт”, - простонал он, шаркая к входной двери, его поясница протестовала, а хватка ослабла. К счастью, дверь открылась сама по себе, положив конец его дилемме о том, как взяться за ручку, не ставя коробку на пол и не будучи вынужденным поднимать ее снова.

“Ты в порядке, детка?” Спросила Бонни, ухмыляясь. Она несла еду навынос, по белому пластиковому пакету, обернутому вокруг каждого запястья. Она сказала ему разделить кухонные принадлежности на две коробки, но послушал ли он? Нет, нет, он этого не делал.

“ Да, я в порядке, ” солгал он. - Просто прикидывал, как открыть дверь, но ты спасла меня.

“Как обычно”, - усмехнулась его жена. Она поцеловала его в щеку, а затем милостиво позволила ему пройти. “Я думаю, мы должны поесть на столике в патио, хорошо?”

“ Ладно, ” сказал он, стараясь, чтобы в голосе не было напряжения. “ Что ты купил? "Маклинз"? - спросил он, имея в виду семейный ресторан за углом.

- По Фаренгейту, - крикнула она ему вслед.

Буз улыбнулся. Он ожидал увидеть Mclean's, потому что его жена, несмотря на то, что двенадцать лет проработала в ФБР, а затем еще пятнадцать следовала за своим мужем-офицером ЦРУ по всему миру, не была склонна к авантюрам, когда дело касалось еды.

- Ты ненавидишь азиатский фьюжн, - крикнул он в ответ, закидывая тяжелую коробку на открытое заднее сиденье их “Шевроле Субурбан”.

“ Но тебе это нравится, ” прокричала она в ответ. - У меня есть салат и те кондитерские изделия, которые я готовлю.

Он усмехнулся про себя. Наклейки на горшочки, а не на выпечку. Почему она не может вспомнить наклейки на горшочки?

Именно такие мелочи заставляли его по - настоящему любить возлюбленную своего детства — единственную женщину , на которую он положил глаз с восьмого класса . ... например, их последний ужин в Северной Вирджинии в его любимом ресторане, хотя она ненавидела его.

Он выгнул спину и удивленно поднял глаза, услышав звук подъезжающего автомобиля. Черный Lincoln Navigator визжал правительственными колесами, а точеная челюсть водителя и темный костюм служили восклицательным знаком. Буз подождал, пока VIP-персона на заднем сиденье даст указания своему водителю, прежде чем выйти. Он сразу узнал своего незваного посетителя, но не был полностью готов к присутствиюэтого человека.Он понятия не имел, сколько лет директору Национальной разведки — человеку с таким резюме должно быть около шестидесяти, — но Келсо Джарвис вел себя так, словно был вдвое моложе. Буз знал, что Джарвис был одним из самых титулованных морских котиков в истории, он возглавлял легендарную команду морских котиков первого уровня практически во всех возможных ролях, от оператора до командира эскадрильи, оперативного офицера и, в конечном итоге, в качестве ОГО. Руки Джарвиса небрежно свисали по бокам, но его тело, тем не менее, производило впечатление натянутого кольца, готового к прыжку. Мощный.

Водитель остался за рулем, оставив двигатель включенным, в то время как широкоплечий телохранитель сопровождал сотрудника ДНР по подъездной дорожке. Молодой центурион в костюме был не более чем реквизитом, потому что любому, кто сталкивался с этим дуэтом, было очевидно, какого человека следует опасаться. Он слышал, как Джарвис спас президента в Турции и получил пулю в грудь, но ДНР не был похож на человека, оправляющегося от огнестрельного ранения.

“ Норман Уилсон? - Спросил Джарвис.

“Меня зовут Буз”, - ответил он с гримасой. “Никто не называет меня Норманом. Даже моя мать”.

Джарвис шагнул к нему, протягивая правую руку.

“Келсо Джарвис”, - представился представитель ДНР и лишь слегка сжал руку Буза, прежде чем сложить его руки перед собой.

“ Да, сэр, ” ответил Баз. - Я знаю, кто вы, сэр.

Режиссер кивнул. “Я провел большую часть своей карьеры в тени, поэтому к тому, что меня узнают, все еще нужно немного привыкнуть. Мы можем где-нибудь поговорить?

“ Конечно. Мне очень жаль, - сказал Баз, качая головой, словно выходя из транса. “Пожалуйста, зайдите внутрь”.

Джарвис повернулся к своему телохранителю. - Подожди здесь, пожалуйста, Ник.

Сотрудник Секретной службы начал протестовать, но ДНР остановила его простым поднятием правой руки. “Да, сэр”, — подтвердил мужчина тоном, который говорил о том, что он повторял эти строки слишком много раз - и ненавидел это.

Буз провел инспектора в помещение, которое когда-то было гостиной. Теперь это была просто комната с диваном и стопками в основном упакованных коробок.

- Милая, у нас гости, - объявила Баз.

“Компания?” Бонни со смехом позвала из кухни. “Кто, черт возьми, зайдет, когда все знают, что мы в разгаре . ... О Боже мой. ” Его жена разгладила складки на толстовке, которую надела поверх потертых джинсов, как будто этого было достаточно, чтобы придать ей презентабельный вид для руководителя всех разведывательных операций США и члена Совета национальной безопасности. “Мне очень жаль. Сэр, для меня большая честь познакомиться с вами”.

Джарвис обезоруживающе улыбнулся. “Для меня это большая честь. Спасибо вам обоим за вашу службу. Я надеялся, что смогу поговорить с вашим мужем несколько минут, и прошу прощения, что выбрал неподходящее время. Когда вы, ребята, уезжаете?”

Бонни колебалась. “Э-э-э. ... На мгновение Баз показалось, что она была настолько ошарашена их сюрреалистичным гостем, что совершенно не нашлась, что ответить. Он уже собирался ответить за нее, когда она сказала: “Завтра мы отправляемся в Уильямсбург. Нам потребовалось два года, чтобы найти идеальный дом, и теперь мы, наконец, собираемся совершить рывок ”.

“Красивый маленький туристический городок”, - сказал Джарвис, как будто они разговаривали за чашечкой кофе после церкви. “У меня самого там дом. Когда я наконец выйду на пенсию, мы будем соседями”.

- Ну, разве это не здорово? - это было все, что смогла выдавить Бонни.

“ Сэр, не хотите ли поболтать на заднем крыльце? - Спросил Баз, указывая на кухню.

“Нет, нет, пожалуйста, воспользуйтесь кухней”, - сказала Бонни. “Я подожду на крыльце. Или поднимитесь наверх”.

“Вовсе нет”, - сказал Джарвис. Этот человек был совсем не таким, как ожидал Баз. Где были развязность и высокомерие? Где была атмосфера привилегированности, к которой неизбежно привык член президентского кабинета? “Сегодня вечером на улице так хорошо. На веранде звучит великолепно”.

“Мы как раз собирались сесть ужинать, так что есть вино”, - сказала Бонни, указывая на два бокала шардоне на стойке. “Возьмите это”, - сказала она, раздавая их мужчинам. “Хорошие бокалы для вина упакованы, так что подойдут эти пластиковые стаканчики для пикника”.

“Спасибо”, - сказал Джарвис, принимая пластиковый стаканчик двумя руками и вежливо кивая.

“ Сюда, ” сказал Баз, ведя ДНР через лабиринт коробок к крыльцу. Проходя мимо, он не сводил глаз с Бонни. Она подняла брови, и он пожал плечами в ответ.

Джарвис сел на плетеный диван на “веранде", которую в прошлом году они превратили в четырехсезонную солярию. Дниец поставил бокал с вином на маленький круглый столик и положил левую лодыжку на правое колено. “Здесь не совсем специалист”, - сказал Джарвис и улыбнулся, но его жесткие серые глаза подсказали Бузу, что мужчина что-то недоговаривает. “Из того, что я слышал, Бонни в свое время была настоящим экспертом по сигналам”.

“Вы бы предпочли говорить в своем навигаторе?” Ответил Баз, уловив подтекст DNI.

“Вероятно, это прозвучало неправильно”, - сказал Джарвис, качая головой. “Это не должно было быть обвинением”.

“ Без обид, сэр, но мы скалили зубы в другую эпоху. Когда я познакомился с Бонни, ее должность называлась специалистом по отпечаткам пальцев, но на самом деле она отвечала за передачу сигналов в Бюро в Берлине. У нас нет секретов друг от друга, если только это не ... Ну, я пытаюсь сказать, что когда вы играете в эту игру так долго, как мы, вы либо партнеры, либо нет. Мы партнеры”.

Он внимательно наблюдал за ДНР, но лицо мужчины было маской, ничего не выражающей.

“ Поздравляю с выходом на пенсию, Баз, ” сказал Джарвис, поворачиваясь. - Тридцать лет, верно?

-Почти тридцать два.

“В наши дни не так уж много людей служат всю жизнь”.

“Я люблю свою страну, сэр. Если бы мне пришлось делать это снова, я бы все равно записался”.

- Я слышал, вы уходящий в отставку эксперт Лэнгли по российской организованной преступности и ФСБ.

Не в силах сдержаться, Баз громко рассмеялся. “Да, ну, после 11 сентября это все равно что быть самым низкорослым ребенком в баскетбольном лагере, понимаешь?”

“Могу себе представить”, - сказал Джарвис.

Бузу казалось, что глаза этого человека были компьютерным сканером, проникающим глубоко внутрь него. Самое смешное было в том, что ему нечего было скрывать, что делало это чувство еще более сбивающим с толку. “Я, вероятно, принес бы больше пользы стране, если бы был экспертом по исламскому экстремизму, сэр. Это все, что я имел в виду, - сказал Баз, борясь с желанием скрестить руки на груди.

Джарвис потянулся к своему бокалу с вином, но остановился. Баз не был уверен, но на какой-то миг ему показалось, что рука ДНР дрогнула. Джарвис немедленно повернул туловище, разминая спину, и сказал: “На днях я пощипал спину; она все еще доставляет мне неприятности”.

“Да, мне знакомо это чувство”, - сказал Баз, выгибая спину в жесте солидарности. “Таскать все эти коробки - это создаст мне проблемы, если я не буду осторожен. Бонни говорит, что я скупердяй, раз не нанял грузчиков, но, черт возьми, если я не могу донести коробки до своего грузовика, тогда они с таким же успехом могут просто похоронить меня на заднем дворе ”.

Джарвис рассмеялся над этим по-настоящему и сказал: “Аминь, брат”.

Баз усмехнулся, сделал большой глоток вина, а затем после паузы сказал: “Каким бы приятным и сюрреалистичным ни было пить вино с ДНР, я знаю, что вы пришли сюда не для того, чтобы болтать о наших ноющих спинах, поэтому, если вы не возражаете, я спрошу, что я могу для вас сделать, сэр, в этот прекрасный, прекрасный вечер?”

“Действительно”, - сказал Джарвис, и его улыбка исчезла. “Проблема с 11 сентября заключалась в том, что разведывательное сообщество не распознало угрозу исламского джихада, нависшую над соседним холмом. Когда мы, наконец, столкнулись с этим, мы посвятили всю нашу энергию и внимание борьбе с ней. К сожалению, в процессе мы забыли следить за зеркалом заднего вида, за старыми противниками, такими как Россия. ... Российская угроза никуда не делась, не так ли, Приятель?”

“Нет, сэр, этого не произошло”, - сказал Баз, качая головой. “Если использовать вашу аналогию с вождением, в России произошел выброс, она съехала с дороги и врезалась в кювет. Но пока мы уезжали, они сменили колесо, отремонтировали повреждение и вывели свой тягач с прицепом обратно на дорогу. Они снова у нас на хвосте и теперь пытаются столкнуть нас с дороги. Я бы сказал, что во многих отношениях Россия сегодня более опасна, чем была в разгар холодной войны. Я думаю, что Россия представляет наибольшую угрозу для Америки в настоящее время ”.

“Интересно слышать, как ты это говоришь, потому что не многие люди осознают это. Как ты думаешь, почему?”

“Отчасти из-за этого чувства”, - сказал Баз. Он ничего не мог с собой поделать; он встал и начал расхаживать по комнате. “Они преуспели в легитимизации себя в западном мире, но на самом деле их мотивы и действия едва ли отличаются от тех времен, когда Берлин все еще был разделенным городом. У России всегда был комплекс неполноценности, но он стал намного хуже после их неудачного эксперимента с коммунизмом и столь же ужасной попытки создания капитализма, управляемого олигархами. Чего Вашингтон и СМИ не в состоянии признать, так это того, что русские мыслят не так, как мы. Русские не носят розовых очков. Видите ли, в Америке мы учим наших детей, что жизнь - это соревнование, и в этом соревновании победит та команда, которая лучше всех тренируется и готовится, лучше всех играет на поле и лучше всех работает в команде. Идея о том, что обе команды будут играть по правилам, воспринимается как должное. Мошенничество не одобряется. Мы используем судей для обеспечения честной игры. В Америке победители возвышают всех вокруг себя — сильные несут слабых на своих спинах. Конечно, это идеализированная версия истины, но такова американская парадигма. Русские не смотрят на мир таким образом ”. Баз понял, что пустился в гораздо более длинный монолог, чем намеревался, усмехнулся и посмотрел на свои руки. “Извините, сэр. Я уверен, ты пришел сюда не для того, чтобы слушать, как я разглагольствую из своей мыльницы.

“ Напротив, это именно то, за чем я пришел. Пожалуйста, продолжайте. Представитель ДНР скрестил ноги и откинулся назад, положив руки на колени. Очевидно, он хотел знать по какой-то чертовой причине.

Баз вздохнул. - Вы помните, где вы были 11 сентября, сэр?

“Абсолютно, в ярких деталях”, - сказал представитель ДНР, но не стал вдаваться в подробности. “Для наших родителей это как день, когда застрелили Кеннеди. Или зная, что ты делал 7 декабря 1941 года для наших бабушек и дедушек. Что ты делал в тот день, Баз?”

Что-то в голосе ДНР говорило о том, что он уже знал, но Баз прыгнул вперед обеими ногами. У него никогда не было возможности поделиться своим разочарованием по поводу того, как изменилась его профессиональная жизнь в тот день. Когда так много людей пострадало и погибло, его личное влияние казалось незначительным и эгоцентричным. Бонни, конечно, знала правду, но он всегда сдерживался, чтобы не пожаловаться ей на это.

“Я был в Бремерхафене, Германия”, - сказал он, возвращаясь на свое место. Несмотря на все свои усилия, он чувствовал, что возвращается в тот день — день, который должен был дать старт его карьере, а не загубить ее. “Я служил в Берлине. Я пробыл там пару лет, собирая информацию, подтверждающую мою теорию о том, что российское разведывательное сообщество поддерживает симбиотические отношения с Вори. В то время никто полностью не верил в эту идею ”. Он сделал глоток — на самом деле большой глоток — своего вина. “11 сентября я проводил совместную операцию по поимке агента ФСБ и растущего босса Vory. Цель операции состояла в том, чтобы доказать, что вместо того, чтобы работать над отбраковкой рядов Vory, ФСБ вместо этого делала обратное и культивировала определенных действующих лиц. Мы проследили за русским агентом и его командой до встречи с боссом Vory в Бремерхафене по имени Сергей Куцлик. Куцлик был известным поставщиком краденого оружия и наркотиков . ... люди — женщины, некоторые из них просто дети - для секс-торговли. ” Он сделал паузу, остро осознавая, как пристально Джарвис наблюдает за ним. “В любом случае, у нас была совместная операция — по крайней мере, такая совместная, какой мы были тогда. Я работал с оперативной группой ФБР и несколькими отличными ребятами из наземного отделения Агентства. Мы смогли подтвердить встречу на верфи Kaiserhafen II ”.

Баз почувствовал, как внутри него поднимается возбуждение от этого рассказа, почти такого же реального, как в тот день, когда он был там и все, во что он верил, оказалось правдой.

- Продолжайте, - сказал Джарвис, кивая.

Но Баз не смог бы остановиться, даже если бы захотел.

“Настоящим сюрпризом было то, кто присутствовал в окружении ФСБ. В тот день у меня перехватило дыхание после того, как я забрал Владимира Петрова с улицы в Бремерхафене. Видите ли, Петров был восходящей звездой в ФСБ, но он все еще не сделал поворота на политическую стезю. Это произойдет шесть месяцев спустя ”. Баз откинулся назад и почувствовал, как прохладный вечерний ветерок слизывает пот, выступивший у него на шее и лбу.

“ Что случилось? - спросил ДНР, его лицо по-прежнему оставалось маской.

“Мы сражались в их колонне, но там была перестрелка — настоящая кровавая баня. Это длилось всего несколько секунд, но мы потеряли людей — двух хороших людей, включая одного старого друга. . .” Баз подавил эмоции, вспомнив улыбающееся лицо своего друга Карла Логана, которого убила пуля русского снайпера. Он прерывисто вздохнул. “Мы убили кучу их парней, но Петров и руководитель шпионажа ФСБ ушли. Мы могли бы схватить их, но . . .”

Он позволил своему голосу затихнуть и вздохнул.

“Но что?” - настаивал представитель ДНР.

Баз пожал плечами. “Башни упали, Пентагон пострадал, и мы потеряли всех этих храбрых людей с рейса 93. Распространился слух, и нас немедленно отозвали — протокол Омега был введен в действие, и нам было приказано прибыть в посольство ”. Баз сделал большой глоток и допил вино из своего бокала, которое внезапно пожалел, что это не бурбон. “После этого поворот был жестким и незамедлительным. Директор ЦРУ переключил внимание туда, где это было необходимо, — на поиск бен Ладена и судебное преследование исламских террористов. Внезапно я обнаружил, что смотрю со стороны. Я стал ‘парнем из России" в агентстве, специализирующемся на войне с терроризмом. Аль-Каида, ИГИЛ, Боко Харам, Хезболла, ХАМАС . ... они стали врагом, на которого нужно было охотиться”.

“Но российская угроза так и не исчезла, не так ли?” Сказал Джарвис.

“ Нет. Пока мы отвлекались, они занялись делом.

Даже когда остальная часть Агентства переключила фокус, он продолжал уделять свое внимание России. Он понимал, что происходит, и продолжал собирать разведданные, даже когда всем остальным, казалось, было все равно. Он знал, как его называли за спиной оперативники — Уилсоном времен холодной войны, - но ему было все равно. Почести и признание никогда не были его мотиваторами. Любовь к родине была тем топливом, которое им двигало.

“У них новый план действий, и они представляют большую угрозу, чем когда-либо”, - продолжил он. “С Петровым все сводится к игре с нулевой суммой — чтобы Россия поднялась, Америка должна пасть. Все, что он делал за последнее десятилетие, было попыткой запятнать репутацию западных демократий. Продвигая Брекзит, активно пытаясь развалить ЕС и НАТО, настраивая Италию против Франции, разжигая партийный огонь в Соединенных Штатах. И пока мы замыкаемся в себе, пытаясь укротить хаос, который Россия развязала в нашем доме, и управлять им, Петров систематически передвигает свои шахматные фигуры по всей доске”.

“Как в Прибалтике?” Спросил Джарвис, наклоняясь.

Острые ощущения от обладания плененным ухом ДНР вновь разожгли в Бузе пламенную страсть, которой он не испытывал годами. “Именно. Калининград был до зубов вооружен баллистическими ракетами "Искандер-М", батареей противокорабельных ракет наземного базирования, дальность действия которых охватывает Балтийское море, и растущим числом зенитных ракетных комплексов. Черт, половина российских вооруженных сил мобилизована вдоль белорусской и украинской границ. На прошлой неделе вокруг Кипра была введена бесполетная зона, потому что российский военно-морской флот запускал крылатые ракеты и совершал вылеты в Сирию, испытывая новые системы вооружения. Они расширяют свое присутствие, и это внушительно. Тем временем российская разведка организует операции под чужим флагом по всему Ближнему Востоку и Кавказу. Москва активно пытается дестабилизировать отношения Соединенных Штатов с Турцией. Если Петров сможет получить власть и влияние на Эродан, у него будет марионетка, которую он сможет использовать для подрыва НАТО. Черт возьми, я готов поспорить на свою пенсию, что именно Россия, а не отколовшаяся ячейка РПК , стояла за покушением на президента Уорнера и на вас в Стамбуле . . .” Баз встал и подошел к перилам. Он ухватился за поручень и посмотрел на свой задний двор, вероятно, в последний раз, прежде чем, наконец, повернуться лицом к ДНР. “Я собираюсь прекратить говорить сейчас. Вот так я попадаю в беду”.

Джарвис встал, оставив нетронутое вино на столике, и подошел к нему. Мужчина двигался с плавностью и грацией, которые Баз когда-либо видел только у опытных операторов SOF. Старое воспоминание, моментальный снимок Карла Логана, ухмыляющегося ему на заднем сиденье фургона в Бремерхафене, пришло к нему. Логан двигался точно так же до того, как русский снайпер оборвал его жизнь.

“ Я бы никогда не попросил тебя ставить на кон свою пенсию, Баз, но для тебя это интересная формулировка . ... при данных обстоятельствах, - сказал Джарвис, глядя во двор рядом с собой.

Баз молча ждал, изучая мужчину в профиль.

Джарвис повернулся к нему и улыбнулся. “Ты нужен своей стране, Приятель. Черт возьми, забудь об этом — ты нужен мне. Проводится операция, в ходе которой ваш опыт может оказаться невероятно ценным.

Баз почувствовал, что краснеет, и не смог удержаться от желания посмотреть мимо DNI на Бонни, которая усердно собирала вещи для следующего сезона их жизни. Она уже стольким пожертвовала.

- Сэр, есть буквально десятки офицеров ЦРУ, к которым вы могли бы обратиться за помощью.

“Нет никого другого, кто установил связь между нападениями индейки просто инстинктивно”, - сказал Джарвис, практически подтверждая догадку Буза. “И никаких других, кто чуть не схватил Петрова до его прихода к абсолютной власти — когда он еще был рядовым сотрудником ФСБ”.

- Ключевое слово “почти”. Мы его не поймали.

“ Ты бы так и сделал. Я прочитал отчет, Баз. Я человек, который делает свою домашнюю работу. Время для твоей операции было просто дьявольским везением. Если бы операция была проведена 10 сентября, а не 11 сентября — ну, давайте просто скажем, что сегодня мир был бы совсем другим. Ты когда-нибудь думал об этом?

“Каждый чертов день моей жизни”, - сказал Баз на выдохе. “Но откладывать мою отставку, когда в Агентстве полно других парней. . .”

“Мне не нужен один из этих парней. Я не могу сказать больше, не прочитав тебя, но ты подходишь для этого задания, и ты тот парень, который мне нужен. И в любом случае, нет необходимости откладывать ваш выход на пенсию. Тип работы, для которой вы мне нужны, — ну, на самом деле будет лучше, если вы уйдете на пенсию раньше ”.

“ Что? Ты хочешь, чтобы я ушел на пенсию, но остался в ЦРУ в качестве консультанта?

“ Нет, не в ЦРУ. Ты будешь работать непосредственно на меня. У меня есть оперативная группа — очень разрозненная, очень черная — и прямо сейчас они по уши увязли в операции, где ваши знания и опыт могли бы доказать разницу между успехом и неудачей. Мужчины и женщины из этой оперативной группы - лучшие тайные агенты, с которыми я когда-либо работал, но они эксперты по исламскому противодействию терроризму. Им нужен кто-то с вашим особым опытом, чтобы помочь им противостоять российской угрозе ”.

Баз подумал о том, что он был лишним человеком в еще одной совместной операции с группой экспертов по терроризму. Он подумывал о том, чтобы попытаться продать свою теорию “Аркадий Жуков - кукловод России” еще одной группе скептиков. Но в основном он думал о разочаровании, которое он увидит на лице Бонни, когда скажет ей: “Эй, помнишь, мы говорили о выходе на пенсию? Просто шучу. Звонила Элис, и ей нужно, чтобы я вернулся в кроличью нору. Он вздохнул. Они оба были так взволнованы началом следующей главы в своей жизни —их главы. Когда их младший закончил колледж, они были предоставлены сами себе. Они собирались путешествовать — осматривать места как туристы, а не как правительственные агенты. Самое главное, они собирались потратить время на то, чтобы снова узнать друг друга.

“ Вы сказали, что сделали домашнее задание, сэр, и если это так, то вы знаете, что не все мои теории оказались верными. На протяжении многих лет я руководил Агентством в нескольких авантюрных поисках ”.

“Какие теории? Вы имеете в виду тот, когда Россия создавала новое, сверхсекретное подразделение тайных операций, чтобы соперничать, если не затмевать, печальное ЦРУ?”

- На самом деле ничего не вышло, не так ли?

- О, все прошло нормально.

Баз почувствовал, как из его легких высосали воздух. - Что?

Джарвис кивнул. “Мы подтвердили, что у русских есть секретное, высокоавтономное устройство прямого действия. Оно работает скрытно, вне обычных каналов. Это не СВР, не ФСБ и не ГРУ. Мы не смогли идентифицировать их персонал и не знаем, кто командует. Насколько нам известно , это может даже действовать вне прямого контроля Петрова . . .”

“Ну, это чертовски страшно”, - вмешался Баз.

“Чертовски страшно. Эта группа сторонится традиционных границ плаща и кинжала. Покушение на президента и на меня в Турции является доказательством этого. Мы не знаем, на что они способны и что планируют дальше”.

Баз погладил подбородок. Если это было правдой, то он был прав с самого начала. Он знал только одного человека, который мог дергать за ниточки. Но этот человек исчез с лица земли более десяти лет назад. И все же, если бы он мог вспомнить все, что когда-либо делал, каждый час, проведенный вдали от Бонни и детей, возможно, все это стоило бы того.

- Как его звали? - спросил я.

Баз поднял глаза, возвращенный в реальный мир. - Кто?

“ Офицер ФСБ, о котором вы говорили, был с Петровым. Человек, руководивший операцией в Бремерхафене той ночью.

“ Жуков, ” рассеянно ответил Баз. “ Аркадий Жуков. Но он исчез давным-давно. Большинство моих коллег уверены, что он мертв — еще одна жертва передачи власти в России при Петрове ”. Но он не был мертв. Баз был уверен в этом. И если ДНР была права — что существовала какая—то теневая разведывательная операция на периферии существующей российской структуры власти, - то кто, кроме Аркадия, мог руководить ею? Все это имело смысл. Это отвечало почти на каждый вопрос, который преследовал его последние десять лет. Но как он мог предложить ДНР такую дикую теорию - на своем крыльце накануне выхода на пенсию?

- Но ты ведь в это не веришь, правда, Баз?

Он выдержал взгляд Джарвиса. - Нет, не хочу.

- Тогда это тот шанс, которого ты ждала, Баз, ждала всю свою карьеру.

Слова ДНР разожгли в его сердце огонь, которого он не испытывал уже очень, очень давно. Он знал ответ, но сила его убежденности застала его врасплох. Что им двигало сейчас: высокомерие, месть или патриотизм? Если он убрал человека, ответственного за приход Владимира Петрова к власти, имело ли это вообще значение?

“Что мне нужно будет сделать?” - спросил он.

Джарвис улыбнулся.

- Ты закончишь свой переезд в Уильямсбург, поскольку, по воле провидения, это идеальное место для того, чтобы начать свою консалтинговую работу в Ember.

“ Эмбер? Что это, черт возьми, такое?

“Для всего мира это консалтинговая компания по безопасности, но это NOC. На самом деле Ember - самая смертоносная оперативная группа Америки по тайным операциям ”.

Баз потер щетину на подбородке. Все они подозревали, что существуют глубокие, темные оперативные группы, но слышать, как ДНР так открыто говорит об этом, и вербовать его на одном дыхании не менее сюрреалистично.

- Могу я поговорить со своей женой, прежде чем дам вам ответ?

Джарвис кивнул. “ Возможно, мы сможем поговорить с вашей женой вместе. Потому что, если вы на месте, вы нужны мне сегодня вечером.

“Сегодня вечером? Ты, должно быть, шутишь. Бонни убьет меня. Ей придется сделать это в одиночку. Мы должны уехать из этого дома не позднее послезавтра.

Джарвис рассмеялся. “Нет, она этого не сделает, потому что ты будешь работать в очень успешной частной компании. Услуга переезда - одна из многих льгот, как и значительный бонус за подписание контракта. Просто скажи слово, и Бонни не нужно будет и пальцем шевелить”.

Баз стиснул зубы. Он знал, что сказала бы его жена. Она бы обняла его и сказала, чтобы он пошел на это, что она будет держать оборону. Это то, что она всегда говорила.

- Предполагая, что мы скажем “да”, куда вы меня отправите?

“Рига. Познакомиться с твоей командой”.

“О боже, Прибалтика”, - сказал Баз, качая головой. “Я почти боюсь спрашивать . ... в какую передрягу вляпалась команда?”

“Из-за которого два моих лучших оператора оказались в тюрьме”, - сказал Джарвис, направляясь к двери во внутренний дворик, а затем, криво усмехнувшись через плечо, добавил: “И ваше первое задание - внести за них залог”.

ГЛАВА 13

Офис директора национальной разведки (ODNI)

Департамент интеграции разведывательных данных

Маклин, Вирджиния

13 Июня

11.30 По местному времени

Кэтрин покачала головой и в третий раз перечитала один и тот же абзац. Ее тело было на месте, но разум витал где—то в другом месте - пытаясь справиться с потоком гневных, параноидальных мыслей, несущихся со скоростью сто миль в час в сотне разных направлений. Зета планировала напасть на Эмбер. Когда это произойдет, ее жизнь перевернется с ног на голову. Оперативная группа "Эмбер" была самым тщательно охраняемым секретом разведывательного сообщества — подразделением тайных операций с прямой связью с президентом. Число людей, знавших о его существовании, было настолько мало, что каждого внутри круга исследовали бы с помощью сфокусированного лазерного луча. Ей не удалось бы уйти от инквизиции невредимой.

Прядь за прядью ее легенда будет разгадана, и шарада закончится. В лучшем случае ее привлекут к уголовной ответственности, посадят в тюрьму и в конечном итоге обменяют обратно в Россию. В худшем случае, Кэтрин Морган “погибла” бы в широко разрекламированной автомобильной катастрофе, в то время как ее увезли бы в секретное место для допросов и пыток, пока она не скончалась бы или не сошла с ума. Учитывая ее громкую карьеру и неловкость, которую ее проникновение вызвало бы у администрации Warner и нации, она давала больше шансов последнему сценарию. Тот, кто санкционировал забастовку Эмбер, должен был это знать . . . должна была знать, что это был выбор между ее дальнейшим существованием в качестве агента под глубоким прикрытием и смягчением угрозы Эмбер.

Только один человек понимал важность этого решения, и он находился в Москве.

Она почувствовала рывок в своем сознании. Как откатное течение в прибое, оно всегда было там — пыталось затянуть ее на дно и увести прочь. Словно невидимая сила, оно пыталось утащить ее сердце домой, в Россию, к нему. Вместо того чтобы сопротивляться, она закрыла глаза и позволила всему происходить по-своему, возвращая ее назад во времени и пространстве.

“Что означает этот взгляд?” Спросил Аркадий, проводя кончиком пальца по ее обнаженному плечу, когда они лежали лицом друг к другу. Снаружи на московских улицах падал первый зимний снег. Это была их последняя ночь вместе, и она была полна волнения и трепета перед предстоящим путешествием.

- Я просто счастлива, - сказала она вместо “я люблю тебя”, которое чувствовала, но не осмеливалась сказать.

Он ответил ленивой, счастливой улыбкой, но ничего не сказал в ответ. Она знала, что он не любил ее, не так, как она любила его, но она видела неподдельное обожание в его глазах. Она понимала, как мужчины думают, что они чувствуют, а что нет. Соблазнение и близость были частью ее обучения, и, кроме того, она никогда не была наивной в таких вопросах. Они открыто и очень долго говорили об играх сердца. Как ее инструктор, он не должен был спать с ней. Он не спал с другими новобранцами; она была уверена в этом. Она была особенной. Она пыталась соблазнить его и преуспела, и все же, несмотря на это, она всегда будет не более чем любовницей.

Его верность была связана с другой женщиной — Матерью Россией.

- Я когда-нибудь рассказывал тебе о своем отце? - спросил он.

“ Нет, ” ответила она. - Ты никогда ничего не рассказывал мне о своей семье.

“Хрррммм . ... Он глубоко вздохнул и сказал: “Мой отец был интеллектуалом, поглощенным сталинским режимом и вынужденным стать государственным служащим. И все же он никогда не сдавался — тонко и упрямо сопротивлялся до конца. Он заставлял меня читать каждую книгу, которая попадалась ему в руки. Раньше я ненавидел его за это, потому что я всегда был чертовски голоден. Тогда у нас не было еды, и мой отец тратил каждый чертов рубль, который у него был, на книги. Он приходил домой с маленьким свертком, завернутым в бумагу, и я думала, что это мясо, но нет, это всегда была книга, завернутая в мясную бумагу ”.

- У него было любимое блюдо?

Конечно, он утверждал, что больше всего восхищается Толстым, но я думаю, что Борис Пастернак был его любимым. Он сам был начинающим поэтом . . .”

Она слушала, как он декламирует стихи по памяти:

“Я гоняюсь за каждым рассветом, но время бежит быстро

Сердце колотится, дыхание перехватывает, я брошен на произвол судьбы

Мои надежды, мечты и страхи собраны воедино

В ящике души , закрытом на ключ, но не защищенном

Это сокровище я дарю тебе, моя дорогая

Твоя вечная любовь подавляет мой страх

Мое единственное сожаление - горько-сладкое

Чтобы мы снова встретились, должно пройти две смерти.

“Это из последнего стихотворения, которое мой отец написал перед смертью”, - сказал он. “Я выучил его наизусть. ... Я не уверен, почему.

“Это красиво”, - сказала она со слабой улыбкой. “И грустно”.

Он устремил на нее свои грифельно-голубые глаза. “ Послушай меня. Я хочу, чтобы у тебя был роман с Америкой. Я хочу, чтобы ты узнал ее получше, оценил ее красоту и силу и влюбился в нее . . .”

- Я не понимаю, - сказала она, и чувство удовлетворения, которое она испытывала, внезапно покинуло ее, как теплая вода после ванны.

“Я хочу, чтобы ты был таким, как мой отец. Я хочу, чтобы ты был поэтом-шпионом. Чтобы хорошо выполнять свою работу, ты должен любить своего врага. Я не говорю о мужчинах, которыми ты собираешься манипулировать; Я говорю о стране. Я даю тебе разрешение нарушать свои клятвы, изменять России, любить другого. Позволь Америке очаровать тебя. Позволь ей соблазнить тебя. Я хочу, чтобы у тебя был конфликт. Я хочу, чтобы ты хотел защищать ее интересы. Я хочу, чтобы каждое действие, которое я поручаю вам, ощущалось как предательство не России, а Америки. Только тогда вы действительно станете одним из них. Только тогда вы станете неотразимым шпионом. Ты понимаешь?”

Она медленно кивнула. - Па, думаю, что да, но это будет трудно.

“ Действительно, но не по той причине, о которой ты думаешь, - сказал он и наклонился, чтобы поцеловать ее . . .

Стук в дверь кабинета оторвал ее от размышлений, и она услышала собственный вздох. Она тряхнула головой, прогоняя прошлое.

- Входите, - сказала она, взглянув на настенные часы и удивившись, что за воспоминаниями ускользнули пятнадцать минут.

Дверь открылась, и вошла Петра Фелск. - Директор Морган, - коротко кивнув, произнес начальник штаба ДНР.

“ Петра, ” сказала Кэтрин, заставляя себя улыбнуться. “Проходи и присаживайся”. Она изучала черты лица другой женщины: высокие, точеные скулы, тонкие губы, тяжелые надбровные дуги и сильную, угловатую линию подбородка. Женщина была довольно привлекательной, несмотря на андрогинную стрижку и решение отказаться от макияжа. “Фельск - прусская фамилия, если я не ошибаюсь?” - спросила она, чувствуя, что ее подсознание берет верх над ней.

“ Корни моей семьи в Кенигсберге, ” сказала Петра. - Но я никогда там не бывала.

“Кенигсберг”, - эхом повторила Кэтрин. “Вероятно, мало кто сейчас знает это название. Русские переименовали его в Калининград после Второй мировой войны”.

“И теперь Владимир Петров пытается превратить его в анклав арсенала на тот случай, если решит вернуть Прибалтику”.

Кэтрин кивнула. “Иногда я думаю, что он предпочел бы увидеть, как Восточная Европа сгорит дотла, чем процветать вне тисков России”.

“Это потому, что понятия "беспроигрышный вариант" не существует в русском лексиконе. Это политика с нулевой суммой или вообще без политики”.

“Да, я думаю, ты, возможно, прав”, - сказала Кэтрин, прежде чем переключить передачу. “Ты созвал это собрание. Чем я могу вам помочь?”

“ Пара вещей. Вам что-нибудь говорит имя Матвей Амаров?

Кэтрин порылась в памяти. Имя было знакомым, но она не могла вспомнить его. “Нет... Должно ли?”

-Не обязательно.

- Кто он? - спросил я.

“ Босс русской воришки, который работает в Прибалтике. Он активно работает в Клайпеде, Риге, Таллине и Санкт-Петербурге и приложил руку ко всем видам пирогов. Мне было интересно, не могли бы вы прощупать всю IC и посмотреть, сможете ли вы найти аналитиков, которые в настоящее время работают или работали ранее с ним и его сетью? ”

“ Конечно. Что еще?

“Как директор по интеграции разведки, как вы справляетесь с уязвимостями межведомственной контрразведки? У вас есть отдельные и специфические системы мониторинга?”

От этого вопроса Кэтрин почувствовала трепет в животе. “Ну, как вы знаете, в каждом магазине есть своя команда информаторов, которая отслеживает как активные, так и пассивные утечки, включая необычные модели общения и поведения. И здесь, в моем офисе, у меня есть команда из шести человек, которую я поддержал, чтобы взаимодействовать с командами CI во всех других магазинах. Когда режиссер Джарвис создал для меня эту должность, это было одно из моих первых действий”.

“Значит, ваша команда по связям с общественностью действует как агрегатор и сторожевой пес для других команд? Вы это хотите сказать?”

Это и многое другое. Раз в квартал мы запускаем сценарии red-team для стресс-тестирования потенциальных уязвимостей, всегда меняя отдел. В прошлом квартале был DS & T ЦРУ; в этом квартале мы устроили NCTC настоящую сенсацию, а в следующем квартале — группа по бюджету и прогнозированию Пентагона - мероприятие, кстати, конфиденциальное, поэтому, пожалуйста, не сообщайте им об этом. Помимо стресс-тестов, мы также собираем, оцениваем и делимся передовым опытом различных магазинов. Я также разрабатываю программу обучения, поэтому вместо того, чтобы просто рассылать ежеквартальный информационный бюллетень о том, что можно и чего нельзя делать, моя команда будет путешествовать и давать инструкции. Почему ты спрашиваешь?

“Я изучаю потенциальную уязвимость, которая представляет особый интерес для ДНР”, - сказала Петра, делая пометку в своем блокноте, прежде чем посмотреть ей в глаза.

“ Ты можешь сказать что-нибудь поконкретнее? - Спросила Кэтрин. Бабочки в ее животе теперь яростно били крыльями.

“Я не имею права говорить. Это то, что ДНР решила держать при себе”. Петра слегка улыбнулась. - Ты, если вообще кто-нибудь, понимаешь важность осмотрительности.

Кэтрин почувствовала, как к ее щекам приливает жар, и молча проклинала себя за то, что позволила соблазнительнице и прислужнице Джарвиса давить на себя.

Но так ли это? Петра нажимает на мои кнопки? Или здесь происходит что-то еще? Может быть, она проверяет меня — ее версия игры в кошки-мышки? Или она уже знает, и здесь замешано что-то более глубокое и мрачное?

Не дожидаясь ответа, Петра встала и направилась к двери.

“Единственное, о чем я сожалею, - это о сладкой горечи”, - сказала Кэтрин, когда другая женщина потянулась своими длинными гибкими пальцами к дверной ручке. Хотя это не было официальной парой "вызов-ответ зеты", это служило той же интимной цели. Возможно ли это? Могла ли Петра быть другой зетой?

“ Прошу прощения? - Спросила Петра, поворачиваясь к ней лицом.

“ О, ничего особенного, ” сказала Кэтрин, сожалея о своем глупом порыве. - Просто разговариваю сама с собой.

Петра склонила голову набок - отличительная манера, которую Кэтрин замечала раньше на брифингах и встречах. “Хммм . ... И о чем же это сожалеть?”

Она встретилась взглядом с другой женщиной, и пространство между ними наполнилось невысказанной враждебностью. Вместо ответа она спросила: “Что-нибудь еще, Петра?”

“ Если подумать, есть еще кое-что. Тебе что-нибудь говорит имя Энн Парсонс?

Холодная капелька пота скатилась у нее подмышкой и скатилась по ребрам в лифчик. Сохраняя спокойный голос и выражение лица, она сказала: “Это ни о чем не говорит. Ты хочешь, чтобы я прощупал ее в то же время, что и Амарова?

“ О нет, в этом нет необходимости, Кэтрин, - сказала Петра, поворачиваясь, чтобы уйти. - Я уже знаю, что с ней случилось.

ГЛАВА 14

Национальный парк Куршская коса

Муниципалитет Клайпеды, Литва

14 Июня

0245 По местному времени

“ Что бы ни случилось, никого не убивай . . .”

Таковы были последние инструкции Аркадия в Москве перед отъездом Валериана в аэропорт, где ему предстоял двухчасовой беспосадочный перелет в Калининград. Валериан попытался отделаться кивком; как Зета Прайм, он обладал скрытой гибкостью и полномочиями выполнять свои миссии в зависимости от обстоятельств, необходимых для достижения цели. И все же Аркадий заставил его повторить приказ. Вините в этом обусловленность или уважение к старику, говоря, что слова не должны были иметь значения, но это имело.

Это только что произошло.

Сегодня вечером он работал в поле в одиночку, что было одновременно и благословением, и проклятием — первое, потому что миссия не могла быть провалена из-за некомпетентности или трусости младшего оперативника, но второе, потому что командная работа умножала силу, когда приходилось сталкиваться с ужасающими трудностями. И, хотя он никогда бы этого не признал, когда операция действительно проваливалась, было приятно иметь жертвенного агнца, которого можно предложить врагу. Он понимал, как ведется игра. Контртеррористические операции не происходят в вакууме; после инцидента политическое давление и давление средств массовой информации могут потребовать подставить шею для виселицы. Иногда самым целесообразным способом положить конец охоте было вручить охотникам трофей.

Сегодняшняя миссия состояла в том, чтобы затопить "Индепенденс" у причала посреди канала на самой северной оконечности Куршского залива. Лагуна представляла собой длинный, узкий залив площадью 625 квадратных миль, отделенный от Балтийского моря покрытой дюнами косой суши. Северная половина водного пути была литовскими территориальными водами, в то время как на южную половину претендовала Россия, поскольку она граничила с Калининградом. Двухполосное шоссе тянулось по всей длине полуострова от материка на юге до оконечности косы и входа в гавань Клайпеды на севере, где его ждала цель.

После прибытия в Калининград Валериан поехал в прибрежный курортный город Зеленоградск, а затем направился на север, к косе. Он без происшествий миновал пограничный пункт пропуска и продолжил путь в Литву, ведя машину до тех пор, пока не выехал на грунтовую дорогу, которая привела его почти к кромке воды на стороне лагуны косы. Оттуда он мог видеть "Индепенденс, стоящий у причала.

При 150 футах в ширину и 965 футах в длину "Независимость" была кораблем-монстром. Хотя судно не перевозило нефть, оно имело двойной корпус, изготовленный из стали, чтобы свести к минимуму риск катастрофической пробоины и экологической катастрофы в случае случайной посадки на мель или столкновения. Объем хранилища independence составлял 170 000 кубических метров, что соответствует семидесяти тысячам тонн охлажденного природного газа, хранящегося при температуре -162 градуса Цельсия. Вопреки распространенному заблуждению, в сжиженном виде природный газ не взрывоопасен. Только при достижении концентрации, превышающей температуру вспышки, пары могут вызвать взрыв. Это было объяснено во время сеанса планирования миссии, чтобы отвергнуть предложение Валериана просто прикрепить заряд взрывчатки к корпусу, уплыть и наблюдать с берега, как корабль взрывается.

Планировщики миссии подготовили наступление совершенно иного рода. Валериан проникнет на борт, установит вредоносное ПО в корабельный компьютер и позволит Сильви и ее команде специалистов по кибервойне вернуться в Выборг и сделать остальное. Проникнув в корабельный компьютер, хакеры планировали потопить судно, выпустив воздух из резервуаров для хранения СПГ и одновременно затопив морской водой массивные внутренние балластные цистерны, используемые для контроля плавучести. Он должен был признать, что при условии, что схема сработает, это был гениальный план. Единственной проблемой было получить доступ к судну.

Первоначальный сценарий планировщиков предполагал, что он будет прятаться у всех на виду в качестве члена вымышленной инспекционной группы по безопасности, но он сразу же отверг это. Привлечение на борт инспекционной группы, реальной или иной, поставило бы экипаж на грань нервного срыва и повысило бы их бдительность. Более того, компания, эксплуатирующая судно, скорее всего, отреагирует на уведомление об инспекции, направив опытного старшего представителя в качестве связующего звена — он же сторожевой пес - на время мероприятия. Валериан не хотел связываться ни с чем из этого. Он предпочитал пробираться на борт ночью и использовать сонную, апатичную ночную смену. Предполагая, что он проберется на борт незамеченным, выполнить задание будет экспоненциально проще.

"Независимость" была пришвартована посередине канала. Обычный доступ на судно требовал доставки на водном такси, пароме или вертолете. Ни один из этих вариантов не был осуществим посреди ночи, не привлекая внимания, поэтому его план состоял в том, чтобы нырнуть с аквалангом и тайно взобраться на причальную платформу в переднем конце причала. Оттуда он пробирался на борт, устанавливал вредоносную программу, а затем ускользал, так и не узнав об этом. Команда кибервойны могла бы затем выполнить операцию по затоплению удаленно, как только он благополучно вернется на берег —

Беспроводной наушник в его левом слуховом проходе затрещал, затем ожил.

“ Шпиль, это Краеугольный камень. Вы слышите? - послышался голос Сильви.

- Я вас понял.

- Мы зафиксировали вас в инфракрасном диапазоне спутниковой связи на поляне между двумя рощами деревьев в сорока метрах от береговой линии.

“ Чек, ” сказал он, пытаясь скрыть свое раздражение из-за того, что его заставили ввязаться в этот бессмысленный разговор. Когда он больше ничего не сказал, Сильви заговорила снова.

- Разве вам не нужен отчет о движении судов в заливе и вызывающих беспокойство тепловых сигналах вблизи вашего местоположения?

“Нет”, - ответил он. “Если возникнут проблемы, я надеюсь, вы сообщите мне”.

- А как насчет должностей и перемещений высшего персонала на “Независимости?

“ Бессмысленно. К тому времени, как я доберусь туда, они уже переместятся. Он вздохнул. “ Давай сведем болтовню к минимуму, Краеугольный камень. Если есть проблема, сообщите о ней; в противном случае я лучше всего работаю с тишиной ”.

“ Все понял, Спайр. Краеугольный камень готов, - сказала она, ее ответ был четким.

Сообщение получено, слава Богу.

Валериан стиснул зубы, натягивая сухой костюм поверх штанин оранжевого комбинезона команды "Независимости", который он надел. Он не знал, и его не волновало, каким образом была получена форма члена экипажа, главное, чтобы она была подлинной. Как правило, он не заботился о мелочах операции; об этих деталях должны были беспокоиться планировщики.

Заботится ли клинок о ножнах? Нет. Единственная забота клинка должна заключаться в том, куда наносить удар и как глубоко резать.

Сегодня вечером он был клинком, а все остальное было просто шумом.

Нитки лопнули, когда он натягивал сухой костюм через бедра, и он надеялся, что порвался шов на комбинезоне, а не на сухом костюме. Он скривился от раздражения, и от этого выражения кожа вдоль его шрама натянулась. Застегнув диагональную молнию на груди до левого бедра, чтобы застегнуть гидрокостюм, он приступил к быстрой сборке своего водолазного движителя - военного варианта морского скутера в форме торпеды, который дайверы использовали для увеличения дальности полета и преодоления океанских течений.

DPU, работающий от литий-ионного аккумулятора, был размером примерно с его бедро и оснащен двумя ручками, двумя кронштейнами переключения передач и канальным пропеллером. Вместо того чтобы возиться с полноразмерным баллоном для подводного плавания, Валериан прикрепил к DPU баллон pony и регулятор, а затем прикрепил к нему грузы, чтобы компенсировать дополнительную плавучесть баллона. Путь от косы до причального сооружения составлял примерно пятьсот метров, но он не собирался углубляться, так что бутылки с водой было бы достаточно. Он подкачал давление в установке, проверил показания датчика, затем натянул маску для подводного плавания на лоб.

“Краеугольный камень, шпиль установлен”, - сказал он.

“В лагуне нет движения, и мы наблюдаем за одиноким патрулем наверху, прогуливающимся по Индепенденсу”, - сообщила Сильви. “Все чисто”.

- Принято, Краеугольный камень, - сказал он.

Крякнув, Валериан поднял установку DPU и взвалил ее на плечо. Он направился к береговой линии, в его огромных ботинках для дайвинга хрустели веточки, когда он пробирался между стволами деревьев к песчано-галечному пляжу, тянувшемуся по всей длине косы. Прежде чем выйти из-за деревьев, он просканировал лагуну на предмет угроз и движения лодок, проверяя отчет Сильви. Убедившись, что местность свободна, он вышел на пляж и направился прямо в воду. Он зашел вброд по пояс, опустил DPU в воду, а затем погрузился по шею. Он почувствовал легкое давление, когда вода прижала сухой костюм к его телу. Он остановился, одной рукой придерживая DPU, чтобы быстро проверить герметичность своего костюма. Он сосчитал до десяти, но не почувствовал, как внутрь просочилась холодная вода. Завершив проверку, он опустил маску на место и отрегулировал ремни до тех пор, пока не получил хорошую герметичность.

“ Краеугольный камень, Шпиль. Доклад готов и дрейфует.

“Скорость ветра 9 километров в час по азимуту 323. Прилив идет на убыль. По нашим расчетам, ваш набор высоты и дрейф незначительны: 155 со скоростью 0,2 узла”, - последовал ответ.

Он сунул регулятор в рот, сориентировал установку, а затем нажал на спусковой крючок на правой пистолетной рукоятке DPU и запустил пропеллер, который издал почти бесшумный звук "врррруууум" в воде и потянул его за собой. В последний раз осмотрев горизонт, он направил нос DPU чуть севернее носа "Независимости" и погрузился в черноту. В течение тридцати секунд он шел со скоростью 1,7 узла на глубине 4 метров. Его видимость была фактически нулевой, что означало, что ему нужно будет полагаться на элементарный GPS DPU, чтобы ориентироваться при приближении.

Когда дно лагуны стало отходить от косы, он увеличил глубину до 6,5 метров и проплыл весь путь до причального сооружения Independenceвсего за семнадцать минут. Когда GPS зафиксировал его в пределах 5 метров от бетонных опор причала, он сбросил скорость до половины узла - ровно столько, чтобы сохранить рулевое управление и легко занять позицию прямо под причальной платформой. В целом причал представлял собой массивное причальное сооружение с несколькими опорами и многоуровневыми платформами, но только передняя платформа имела посадочную площадку на уровне воды, предназначенную для приема водных такси, буксиров или паромов. Помимо посадочной площадки, стыковочная платформа также выполняла функции насосной станции с собственной диспетчерской на один уровень выше и служила точкой подключения к газопроводу, который шел на материк для операций по разгрузке.

Оказавшись внутри двухметрового круга неопределенности, установленного GPS, он полностью сбросил газ и позволил своему телу перейти в вертикальное парение. Он подавил желание включить фару DPU — беспокоился, что ее может быть видно с поверхности сверху, — и вместо этого протянул левую руку в чернильную, клубящуюся черноту. Как слепой, ощупывающий дорогу, он осторожно продвигался вперед, используя короткие импульсы от DPU.

Меньше чем через минуту его ладонь коснулась покрытого мидиями бетонного столба, и он маневрировал, обходя его с противоположной стороны. Он взглянул на экран управления DPU, проверил глубину, затем направил нос DPU к поверхности и совершил медленный, контролируемый всплытие. На глубине одного метра он сделал последний вдох из своего регулятора и отпустил DPU, позволив всей установке медленно опускаться к дну лагуны. Остаток пути он проделал ногами вверх и бесшумно выбрался на поверхность.

Валериан быстро оценил обстановку и подтвердил, что да, он всплыл, как и планировалось, под стыковочной платформой. Он скользнул внутрь дока, у которого была площадка на два фута выше ватерлинии. Как и ожидалось, площадка была пустынна, но освещена лучше, чем он надеялся. При таком ярком освещении его бы заметили, если бы кто-то смотрел в том направлении.

Он поискал другие варианты, но не нашел ничего, на что мог бы взобраться. Ну что ж, у меня нет выбора.

С фаталистической усмешкой он снял маску для подводного плавания и опустил ее на дно, затем выбрался из воды и занял сидячее положение на посадочной платформе, лицом к нижней конструкции. Он быстро снял сухой костюм, но замешкался только тогда, когда попытался натянуть слишком большие ботинки для дайвинга поверх настоящих ботинок, которые он носил под ними. Этот небольшой логистический кошмар вызвал у проектировщиков серьезную изжогу и потребовал в последнюю минуту внести индивидуальные изменения в сухой костюм, чтобы приспособить обувь, соответствующую стандартам безопасности FSRU Independence.

“Я не буду рисковать своей жизнью на этом задании только для того, чтобы расстегнуть свои туфли”, - спорил он с Сильви. “Защитная обувь имеет решающее значение”.

Он бросил свой сухой костюм в воду и прошептал: “Докладывай”.

“У меня есть ты. Мы держим единственное теплое тело в диспетчерской насосной станции; в остальном пристань пуста”, - последовал ответ Сильви. “На борту ”Независимости" у нас есть одна дежурная вахта, но слишком много тепловых помех, чтобы точно подсчитать тепловые характеристики внутри надстройки судна".

Он дважды прищелкнул языком в знак согласия, затем направился к металлической лестнице, ведущей с лестничной площадки на уровень платформы. Лестница привела бы его в северо-западный угол стыковочной платформы, но, чтобы добраться до лестничной вышки, ведущей на корабль, ему пришлось бы пройти мимо диспетчерской насосной станции и по мосткам причала подняться на соседнюю платформу, расположенную в двадцати метрах южнее. Возможно, наибольшим риском было оказаться под наблюдением и подвергнуться допросу во время этой процедуры адаптации. Вот почему, поднимаясь по лестнице, он мысленно переключился с того, кто пробирается на борт, на того, кто “уже” был на борту. Вместо того чтобы попытаться незамеченным проскользнуть мимо зала управления насосами, Валериан направился прямо к двери и вошел внутрь.

“ Как дела? - спросил он по-литовски, понизив голос на пол-октавы. Он шел целеустремленно и с грубоватой уверенностью опытного члена экипажа, мастерски осматривая помещение — его мозг усваивал информацию так быстро, как только мог обводить пространство взглядом.

Ночной дежурный диспетчерской вздрогнул на своем стуле и быстро закрыл экран ноутбука, на который смотрел. “Хорошо, хорошо, отлично”, - сказал покрасневший мужчина. Затем, выпрямившись и восстановив самообладание, он спросил: “Что ты здесь делаешь?”

- Я зашел выпить кофе, - сказал Валериан, направляясь к двери справа от стола, которая, как он предполагал и надеялся, была комнатой отдыха.

- Не думаю, что мы встречались, - сказал мужчина, когда Валериан проходил мимо него.

“О чем ты говоришь, Пярн?” Валериан крикнул через плечо. Он прочитал имя парня на бейджике сразу после входа, ожидая именно этого обмена репликами. “Мы пару раз разговаривали в водном такси. Я Ээро из Вильнюса, помнишь?”

“Нет”.

“Я рассказывал тебе о своих детях — Мари и Андреусе. Андреус играет в футбол”, - ответил Валериан, борясь с желанием нахмуриться. Встреча проходила не так хорошо, как он надеялся. Этот парень, Пярн, источал скептицизм и мог оказаться проблемой. Валериан на мгновение пофантазировал о том, как свернет мужчине шею, когда сказал: “Ты действительно не помнишь?”

“Прости, я действительно не понимаю”, - сказал Пярн, стоя в дверях комнаты отдыха и наблюдая за Валерианом со спины.

“Ну, это нормально. Я знаю, что мои дети не так интересны другим людям, как они интересны мне ”, - сказал Валериан с самоуничижительным смехом, роясь в шкафчике над кофеваркой в поисках кофейного стручка. Он схватил пакет с эспрессо "блэк лейбл" и с улыбкой обернулся. “Ах, это то, что я искал”.

“Вы новый техник по техническому обслуживанию?” Спросил Пярн, прищурившись.

Услышав это, Валериан распознал словесный зыбучий песок. У него не было возможности проверить правдивость вопроса. Действительно ли новый техник по техническому обслуживанию присоединился к ночной смене, или Пярн просто ловил рыбу?

“Я не новичок”, - сказал он, морщась, когда выходил из комнаты отдыха. Вместо того чтобы уйти, он подошел к ноутбуку Пярна и постучал по нему. “Что у тебя здесь? Несколько хороших снимков?”

“Ничего страшного”, - сказал Парн, и его щеки снова стали пунцовыми. “Просто работай”.

“Аааа, я увидел выражение твоего лица, когда вошел”, - сказал Валериан, подмигнув, и открыл крышку компьютера. “У нее красивые сиськи? Покажи мне. Обещаю, что никому не скажу”.

Парн протиснулся мимо него и захлопнул крышку. - Я же сказал тебе, это ерунда.

“ Расслабься, расслабься, ” сказал Валериан. “ Я никому не скажу. Все так делают. ” Он обошел стол с другой стороны. Дойдя до двери диспетчерской, он обернулся и похлопал по картонной упаковке со стручками эспрессо, которые сжимал в другой руке. “ В любом случае, спасибо за кофе. Увидимся на пересменке”.

- Да, хорошо, - сказал другой мужчина перед тем, как закрылась дверь.

Передатчик в ухе Валериана ожил, когда он зашагал по соединительному проходу между причальными платформами. - Что это было? - спросил я. - Спросила Сильви с безошибочным намеком на осуждение в ее голосе.

Валериан не стал подкреплять вопрос ответом; он сделал мысленную пометку, что, когда все закончится, он напомнит Сильви, что ее роль - поддержка, а не надзор.

Минуту спустя он был на металлической лестничной вышке, трехэтажном сооружении под открытым небом, которое обеспечивало доступ на главную палубу "Независимости" и обратно. Внезапно почувствовав прилив энергии, он перепрыгнул через две ступеньки за раз и в мгновение ока преодолел подъем. Добравшись до уровня главной палубы, он сошел с платформы, спустился по трапу, прислоненному к планширу, и оказался на проходе Independenceпо левому борту, который вел от носа к башне мостика на корме. Он посмотрел налево, затем направо, высматривая патрули. Никого не увидев, он направился к башне мостика, откуда мог получить доступ к командному помещению. До тех пор, пока Пярн не попытается устроить ему неприятности, остальная часть этой операции будет похожа на прогулку в парке.

Добравшись до башни мостика, Валериан заметил открытый люк, дверь открывалась до упора. Он шагнул через люк и зашел внутрь, оценивая себя по ходу дела. Он ничего не чувствовал — ни напряжения, ни адреналина, ни возбуждения, ни страха. С момента встречи с американским оператором в Стамбуле это было его обычным состоянием — как дирижер оркестра девятнадцатого века, неспособный находить радость в более мелких произведениях после того, как впервые дирижировал Чайковским. Эта миссия была детской забавой. Обыденный. Утомительный.

Идя по коридору, Валериан заметил на стене табличку со схемой верхних палуб. Администрация находилась на Втором уровне — хорошее место для доступа к компьютеру, — и именно туда он и направился. Команда кибероператоров не смогла взломать корабельный брандмауэр, что указывало на то, что Распределенная командная система, которая функционировала как мозг для всех механических, электрических и топливных систем корабля, работала в защищенной локальной сети, что в наши дни большая редкость. Как только вредоносное ПО будет установлено, кибергруппа сможет подключить локальную сеть к маршрутизатору Zeta в Выборге.

Напевая себе под нос, он поднялся по средней лестнице на один уровень выше и вышел в поперечный проход. Коридор был пуст, но он заметил, что в дальнем правом конце горят два офисных фонаря. Поэтому вместо этого он повернул налево и остановился у первого же темного незанятого офиса, который ему попался. Он подергал ручку двери — заперто. Он подошел к следующей двери — заперто. Он подошел к следующему кабинету, подергал ручку, и она повернулась. Табличка рядом с дверью гласила: "В. Е.ЛГИН—ЛЕКТОР ИИНЖЕНЕР.

Он вошел в маленький кабинет и включил свет. На столе, заваленном бумагами, блокнотами, грязными тарелками и четырьмя разными кофейными чашками, в каждой из которых было разное количество жидкости, стоял портативный компьютер. Усевшись за письменный стол, Валериан открыл крышку компьютера, и тот очнулся от спящего режима, представив ему всплывающее окно для входа в систему в середине экрана. Он вставил флэш-накопитель USB в порт на правой стороне компьютера, а затем сказал: “Cornerstone, это Spire, посылка доставлена”.

“ Принято, Спайр, ” последовал ее ответ. - Вы в безопасном месте?

-Проверка.

-Прошу вас оставаться на месте, пока мы не установим туннель.

“ Проверка, ” сказал он, но уже выключал свет и выходил из маленького кабинета. Он не сомневался, что кибероператоры позаботятся о бизнесе, так зачем рисковать быть пойманным там, где ему не место? С небрежной беспечностью он направился обратно к лестнице. Стараясь не производить лишнего шума, он спустился по лестнице на Первый уровень и вернулся к табличке со схемой помещений корабля. Он сделал мысленный снимок и запечатлел его в памяти.

“Шпиль", это "Краеугольный камень". Мы внутри. Кибер блокирует операторов диспетчерской от DCS и немедленно начнет операцию по затоплению. Советую вам направиться к паромной пристани”.

Он собирался ответить, когда по всей надстройке разнесся оглушительный сигнал тревоги, за которым последовало объявление по громкоговорителю. “Многочисленные жертвы в инженерных помещениях и помещениях для заправки топливом”, - объявил испуганный мужской голос. “Затопление нижнего инженерного уровня и вспомогательного насосного отделения. Сигналы тревоги о затоплении трюма на втором, седьмом, восьмом, одиннадцатом, пятнадцатом, восемнадцатом, двадцать втором, двадцать третьем, двадцать пятом, тридцать третьем и тридцать седьмом кадрах. В резервуарах для хранения СПГ установлено избыточное давление аварийные сигналы на резервуарах с первого по двенадцатый. Запущена автоматическая вентиляция”.

Чеширская ухмылка расплылась по лицу Валериана, когда он развернулся и направился к выходу. Однако прежде чем он успел добежать до люка, по коридору распахнулось множество дверей. Словно разъяренные пчелы из растревоженного улья, члены экипажа в оранжевых комбинезонах бросились в Рубку контроля повреждений, которая располагалась по левому борту прохода. Сильная рука схватила Валериана за кусок ткани чуть выше правого локтя и дернула его в другой конец прохода.

“Давай, поехали”, - рявкнул дородный эстонец. “Нам нужно одеться”.

“Ты что, не слышал, что он сказал? Из резервуаров для хранения сжиженного газа выходит воздух!” Крикнул Валериан, вырывая руку из хватки противника. “Нам нужно эвакуироваться”.

“Нет, я только что разговаривал с дежурной частью. Местные манометры показывают норму. Они были в зоне действия всю ночь. Это сбой компьютера. Нам нужно перекрыть предохранительные клапаны на резервуарах для хранения. И в то же время нам нужно остановить затопление. Если мы этого не сделаем, мы потеряем корабль! - прокричал мужчина в ответ, перекрывая вой Общей тревоги, которая возобновилась.

“Ты сумасшедший; мы задохнемся задолго до этого”, - возразил Валериан.

- Нет, если мы наденем скафандры.

К этому времени двое из сотрудников службы экстренного реагирования уже выбегали из помещения Вашингтона, одетые в огнестойкие комбинезоны, перчатки в стиле латных рукавиц и лицевые маски, подключенные к оборудованию для экстренного дыхания, которое они носили как рюкзаки. “Мы собираемся изолировать места сброса избыточного давления. Вы, ребята, остановите затопление”, - крикнул один из двух мужчин, глядя на них через проход.

Валериан стиснул зубы. Почему все должны пытаться быть героями?

“Обязательно сообщите в диспетчерскую, когда будете перекрывать каждый клапан, на случай, если DCS покажет противоречивые показания”, - отозвался член экипажа, стоявший перед Валерианом.

“ Хорошая идея, Людвиг. Мы используем второй канал на радио.

“Шпиль, это Краеугольный камень. Мы не видели, как ты выезжал на термальной. Доложите о состоянии дел, - прошептала Сильви ему на ухо, ее голос был напряжен и полон беспокойства.

“ Это самоубийственная миссия, Людвиг, ” сказал Валериан, игнорируя Сильви. “ Будь умнее. Нам нужно эвакуироваться”.

“Не будь трусом. Это то, за что нам платят”, - крикнул в ответ Людвиг, во второй раз беря его за руку. “Поехали”.

Покачав головой, Валериан позволил другому мужчине увлечь его за собой, пока они вместе неохотно не направились в комнату Вашингтона.

“ Спайр, это Краеугольный камень. Какого черта ты делаешь? - спросила Сильви.

- Импровизирую, - пробормотал он, задаваясь вопросом, может ли она вообще услышать его за воем сирен и хаосом, который царил в FSRU Независимости.

“Я настоятельно рекомендую вам покинуть корабль”, - последовал ее ответ мгновением позже.

“Тогда миссия провалится”, - сказал он, отвечая по-русски и следя за каждым движением Людвига, пока тот надевал незнакомое снаряжение для контроля повреждений.

“Что это было?” Людвиг поднял глаза.

- Я проклинал твое имя и твою храбрость, - ответил Валериан с солдатской бравадой.

“Так я и думал”, - сказал здоровяк с кривой улыбкой, в его литовском теперь слышались немецкие нотки из-за напряженного момента. Уже одетый, немец протянул руку и помог Валериану надеть снаряжение EBE, а затем переключил эфир на маску для лица Валериана. “Хорошо, ты готов идти”.

“Спасибо”, - сказал Валериан, а затем сказал по-немецки: “А теперь пойдем спасать эту сучку”.

Людвиг одобрительно кивнул, затем повернулся к двум другим мужчинам в раздевалке округа Колумбия, которые тоже как раз заканчивали переодеваться. “Все готовы идти?” спросил он. Получив в ответ три кивка, он крикнул. “Хорошо, следуйте за мной”.

Людвиг выскочил из раздевалки "Вашингтона", как сумасшедший футболист, жаждущий отомстить мете. Валериан последовал за ним, шаг за шагом продвигаясь вместе с немцем по лестничным пролетам и стремянкам в недра корабля, а два других члена экипажа "Независимости" следовали за ним по пятам. Когда они достигли нижнего уровня, Валериан заметил скопление воды в трюме, но нигде не было видно ни струй воды, ни распылительных труб. Он не был моряком, но его быстрый и способный ум сообразил ситуацию, в то время как остальные трое мужчин растерянно оглядывались по сторонам. "индепенденс" был затоплен не из-за реальной аварии, такой как пробоина корпуса или разрыв трубы. Команда кибероператоров Zeta подрывала судовой балласт и систему осушения, чтобы затопить судно.

Людвиг уже продемонстрировал, что он бдителен и отважен; Валериан сильно подозревал, что к этому списку он мог бы добавить интеллект. Прошло совсем немного времени, прежде чем здоровяк немец понял, что происходит, а это означало, что, к сожалению, для него пришло время нарушить обещание, данное Аркадию.

Валериан щелкнул выключателем в своем сознании, сменив облик с осторожного члена экипажа на смертоносного убийцу. С молниеносной скоростью он нанес Людвигу удар рукой с ножом в горло, раздробив трахею мужчины внешней стороной ладони. Людвиг, выкрикивавший приказы, рухнул на колени, схватившись обеими руками за горло, его глаза расширились от шока. Валериан последовал за ударом, сорвав маску EBE с лица Людвига и сбив его с ног ударом ноги в грудь. Испаряющиеся пары природного газа, выходящие из судовых криогенных резервуаров, уже вытесняли пригодный для дыхания воздух на нижних палубах. Валериан чувствовал запах, просачивающийся по краям несовершенной прокладки между маской EBE и правой щекой. Людвиг был бы мертв меньше чем через две минуты.

“Что, черт возьми, вы делаете?” - спросил один из двух оставшихся членов экипажа, глядя на происходящее с изумлением.

Валериан не ответил, просто атаковал мужчину и отправил его в нокаут ловкой комбинацией выводящих из строя ударов — пинок в солнечное сплетение, перекрещивающий удар локтем в висок и, наконец, направленный локтем вниз в основание черепа, предназначенный для перелома позвоночника в атлантоаксиальном суставе. Объект его злобы безжизненной грудой рухнул к его ногам. Боковым зрением Валериан увидел приближающуюся к нему тень. Он пригнулся как раз вовремя, чтобы избежать взмаха большого гаечного ключа в виде полумесяца, который каким-то образом материализовался в руке последнего члена экипажа их вечеринки в Вашингтоне. Валериан повернулся к нему лицом и с удивлением узнал, что одетый в комбинезон член экипажа был женщиной. Ее андрогинное лицо и телосложение сбили его с толку. Неважно — он не делал различий, когда дело доходило до убийства.

Бог убийства был гендерно агностиком.

Он попытался подразнить ее, чтобы она снова взмахнула гаечным ключом, замахнувшись двойным движением пальцев, но она не клюнула на наживку и вместо этого сделала осторожный шаг назад. Он перевел взгляд за ее спину на среднее расстояние, как будто заметил что-то, вызывающее беспокойство. Это на мгновение отвлекло ее, чем он воспользовался, сделав вид, что бросается на нее, остановившись чуть ниже, чем она могла дотянуться. Она рефлекторно и дико замахнулась, промахнувшись в футе от него, и он воспользовался этой ошибкой. Он в мгновение ока сократил разрыв и отправил ее в полет ударом плеча в живот. Он почувствовал, как хрустнули ее ребра при ударе, и услышал, как серповидный гаечный ключ звякнул о металлическую решетку, когда выпал из ее рук. Через долю секунды после того, как они упали на палубу, он вскочил и ударил ее кулаком в живот с колена. Она выгнулась в талии, взвыла и перекатилась на бок, схватившись за живот. Он сорвал маску с ее лица, а затем дернул ее достаточно сильно, чтобы оторвать гибкий резиновый шланг от места крепления. Он бросил его в трюм, затем взял гаечный ключ в виде полумесяца и замахнулся.

Аркадий не будет счастлив со мной, подумал он, вытирая брызги крови с тыльной стороны ладони и возвращаясь по маршруту, по которому они спустились на этот уровень. Вой сирен эхом разносился по инженерным помещениям. Нахмурившись, он поднялся по лестнице, готовый убираться оттуда, когда громкоговоритель отключил сигнал тревоги.

“Всему персоналу покинуть судно. Повторяю, весь персонал, занятый устранением повреждений, немедленно прекратите и эвакуируйте судно”.

Рот Валериана скривился в усмешке, и он положил гаечный ключ в виде полумесяца на крышку электрического шкафа управления. Добравшись до главной палубы и выйдя наружу, он поборол желание сорвать с лица потную, вонючую маску и вместо этого продолжал дышать сжатым воздухом.

“ Краеугольный камень, Шпиль. Выходим, - доложил он, его голос странно и металлически звучал в маске.

- Понял, Спайр, мы начали беспокоиться, - прошептала Сильви ему на ухо.

“ Трогательно, — пробормотал он, набирая скорость и устремляясь вперед по планширу к башенной лестнице в середине корабля - той самой лестнице, по которой он поднимался на борт корабля менее тридцати минут назад. Когда он добрался до площадки третьего уровня, за ним подбежали еще трое членов экипажа, двое в экипировке DC с EBEs, а третий просто в комбинезоне.

“Все идите на паромную платформу”, - сказал человек, замыкающий шествие. “Спасательная лодка уже в пути, чтобы подобрать нас”.

Валериан последовал указаниям командира и спустился по металлической лестнице на пристань парома. Белая носовая волна быстро приближающегося спасательного катера немедленно привлекла внимание группы, и их охватило нервное, ощутимое возбуждение — то почти неуместное эйфорическое чувство, которое возникает, когда обманываешь смерть даже в присутствии тех, кто этого не сделал. Это было чувство, которое Валериан знал слишком близко.

Все поспешили к краю причала, когда маленькое плавсредство подъехало к причалу. Валериан натянуто улыбнулся про себя и двинулся влево, намереваясь совершить еще одно незначительное нарушение инструкций Аркадия, которое, как он надеялся, немедленно приведет к его следующему приоритету — расставлению ловушки, которая приведет к нему американцев.

Валериан посмотрел в угол навеса, где должна была находиться камера слежения. Он знал, что изображения будут просматриваться в мельчайших деталях с серверов, которые хранят каналы удаленно. Они быстро попадут в нужные руки, поскольку возникнет настоятельное желание исключить терроризм как причину опустошительных потерь, которые он привел в движение. Он поднял голову, пристально глядя прямо в камеру, и отступил назад, чтобы убедиться, что его лицо не находится в тени от навеса.

Приди, мой американский призрак. Пришло время встретиться снова. Я жду тебя.

Он присоединился к группе у края причала, где спасательный паром снижал скорость, чтобы поравняться с ними. Еще до того, как он был закреплен, все начали карабкаться на борт. Независимость была бомбой замедленного действия, и все это знали.

Пока Валериан наблюдал, как Independence FSRU отстает в кильватерной струе парома, он сунул в рот никотиновую жвачку и начал жевать.

“Ты думаешь, все вышли?” Спросил Пярн, подходя к нему.

- Не имеет значения, - сказал Валериан.

- Почему бы и нет?

“Потому что любой, кто не успел на этот паром, - сказал Валериан, когда в гавани Клайпеды взорвался огненный шар размером с футбольный стадион, - уже мертв”.

ЧАСТЬ II

Линия фронта между добром и злом проходит через сердце каждого человека.

—Александр Солженицын, русский писатель, моралист, переживший гулаг

ГЛАВА 15

Latvijas Valsts Policija

Центр временного содержания

Рига, Латвия

14 Июня

0940 По местному времени

“Чувак, ты должен остановиться”, - раздраженно сказал Манн.

Демпси повернулся и свирепо посмотрел на человека, которого он называл своим другом, доверенным лицом и членом команды. Теперь он мог официально добавить “сокамерника” к этому списку. Манн, со своей стороны, не видел яркого света, потому что лежал на единственной в комнате койке с закрытыми глазами.

“Я думал, ты спишь”, - сказал Демпси, не сбавляя шага, расхаживая по их комнате для задержанных. Нынешнее помещение находилось на несколько ступенек выше их первоначального жилья — латвийского эквивалента тюрьмы в Вашингтонском метро - после того, как их задержали за ”инцидент" в Старом городе. Быстрое вмешательство Смита или, что более вероятно, Офиса DNI привело к повышению квалификации. Демпси гордился собой. С момента ареста он не ударил ни одного человека, включая молодого вспыльчивого детектива, который допрашивал их по очереди . ... и ему действительно хотелось врезать этому парню.

“Я спал, пока непрерывное шарканье этих канонерских лодок тринадцатого размера, которые вы называете ботинками, не разбудило мою задницу”, - сказал Манн, приподнимаясь на локтях. “ Почему бы тебе не присесть, не закинуть ноги на стол и не расслабиться. Или, если это поможет, можешь занять мою раскладушку. На самом деле мне все равно, главное, чтобы ты охренел”.

Демпси перестал расхаживать по комнате, метнул в Манна еще несколько кинжалов взглядом, затем начал смеяться.

“Теперь видишь, это было не так уж трудно, не так ли?” Сказал Манн со смешком. Он сел и принялся усердно чесать четырехдневную щетину вдоль линии подбородка. - Почему это дерьмо так сильно чешется?

“Это была она, Дэн”, - сказал Демпси, игнорируя светскую беседу и высказываясь о том, что его действительно беспокоило. “То, как она шла, как держала плечи, и этот взгляд, когда она обернулась. . Богом клянусь, это была Элинор”.

“Да ладно тебе, чувак, только не говори мне, что собираешься снова начинать с этим дерьмом. Зачем тебе нужно так мучить себя?”

“ Я не мучаю себя. Ты знаешь меня так же хорошо, как и все, кто остался в этом мире. Был ли я когда-нибудь болтуном?”

— Ну, нет, но...

“ Вот именно. Я недостаточно креативен, чтобы что-то придумывать. Я взломщик дверей, Дэн. Я иду туда, куда они мне говорят, стреляю в того, в кого они мне говорят, и сообщаю подробности ”.

“Вот кем ты был раньше”, - сказал Манн, вставая на ноги и потягиваясь. “ Ты не был тем парнем с тех пор, как вытащил мою жалкую пьяную задницу из бара в Ки-Уэсте. И я тоже. Если ты думаешь, что переход от оператора "Морского котика" к тайному разведчику — или кем бы мы там ни были, черт возьми, — не изменил нас обоих, то тебе полностью не хватает ситуационной осведомленности, братан. Это те, кем мы были, а не те, кто мы есть”.

Демпси покачал головой. “Неважно. Не в этом дело. Да, мы разные, но значит ли это, что я теперь тот, кто изобретает дерьмо?” Он почувствовал, как нарастает гнев — вытесненный, но горячий и настоящий, — и изо всех сил постарался подавить его. То, что он разозлился на своего лучшего друга и товарища по команде, никому не помогло.

“Конечно, нет”, - тихо сказал Манн, начиная расхаживать по комнате. “Но сейчас мы видим миллион оттенков серого, о существовании которых в нашей прежней жизни мы даже не подозревали. Это все, что я хочу сказать.

Демпси что-то проворчал по этому поводу, но спорить не стал. Вместо этого он просто встретился взглядом с Манном и сказал: “Зачем мне выдумывать что-то настолько безумное?”

“Я не говорю, что ты это выдумал. Я просто говорю, что, по-моему, это похоже на работу твоего подсознания. Ты все еще носишь с собой всю эту персидскую любовь к ним и оставляешь им чувство вины, и это проявляется как оперативная паранойя ”.

Демпси издал звукпфффттт и отмахнулся от комментария. “Ты говоришь, как Граймс, ты знаешь об этом? С каких это пор ты променял свою докторскую на докторскую по вправлению мозгов?”

“Вот это удар ниже пояса”, - сказал Манн и собирался сказать что-то еще, когда его взгляд метнулся через плечо Демпси к двери камеры.

Демпси резко обернулся и встретился взглядом с мужчиной в костюме поздних средних лет, который смотрел на них через просверленное окошко из оргстекла в двери. Хотя мужчина не произнес ни единого слова, Демпси узнал в нем американца. - Вы здесь из-за нас?

“Это зависит от обстоятельств”, - сказал парень.

-От чего?

“От того, закончили ли вы, леди, препираться”, - сказал ведьмак с развязностью старшего брата, которого папа послал забрать своих воинственных младших братьев после уроков.

“Теперь видишь, это своего рода комментарий, из-за которого у тебя будут неприятности”, - сказал Демпси, делая шаг к двери. “Мы даже не знаем друг друга, а ты уже несешь чушь”.

“Ах, оставь это в покое, Джей Ди”, - сказал Манн с добродушным смешком. “Это было забавно”.

“ДНР прислала меня, чтобы я помог ускорить ваше освобождение”, - сказал мужчина в костюме и театрально посмотрел на часы. Мгновение спустя раздался звонок, и дверь камеры предварительного заключения открылась.

Манн направился к двери. “Мне нравится этот парень”, - сказал он, улыбаясь от уха до уха. “У него есть стиль”.

“ Стиль? Проворчал Демпси. - Его костюм устарел лет на тридцать, как и его усы.

“Может и так, но он крутой парень старой школы”. Манн протянул кулак для удара.

Ведьмак посмотрел на кулак Манна, а затем засунул руки в карманы со скучающим выражением лица.

“Или ... может, и нет”, - сказал Манн, пожимая плечами.

Демпси, несмотря на свое кислое настроение, молча последовал за ними из центра заключения. Мальчик на побегушках Джарвиса, который еще не представился, вел все разговоры во время их оформления. К радости Демпси, он даже вернул им оружие вместе с кевларовыми жилетами, паспортами и приемопередатчиками в микронаушниках, не затевая драки и не взъерошивая перья. “Освобождение заключенного” заняло всего пять минут и закончилось, как предположил Демпси, извинениями, за которыми последовало искренне сердечное рукопожатие. Ведьмак подвел их к припаркованному "Фольксвагену Туарег" и забрался на водительское сиденье. Демпси и Манн запрыгнули на заднее сиденье, довольные, что мальчик на побегушках Джарвиса играет роль шофера.

“ У тебя есть имя, парень? - Спросил Манн, когда они тронулись в путь.

“Вы можете называть меня Баз”, - сказал ведьмак, бросив взгляд на бумажную карту, которую он развернул и разложил у себя на коленях.

“ Рад познакомиться с тобой, Баз, ” сказал Манн. — Я Дэн Манн, и ты можешь называть моего сварливого, задумчивого друга...

“Патрик”, - вмешался Демпси, ссылаясь на НОК в своем паспорте и свирепо глядя на Манна.

“Он знает, кто мы такие, чувак”, - сказал Манн, качая головой.

“Нет, не знает”, - сказал Демпси. “Ты ничему не научился за прошедший год?”

“Господи, вы двое хуже, чем мои дети на заднем сиденье в семейных каникулах”, - сказал Буз.

Демпси уставился в зеркало заднего вида, намереваясь взглядом поставить Буза на место, но ведьмак был слишком занят разглядыванием карты. Демпси подождал несколько мгновений, но мужчина продолжал разглядывать карту у себя на коленях, лишь изредка поглядывая вверх и в лобовое стекло.

“ Эй, чувак, ” наконец сказал Демпси. “ Ты не думаешь, что тебе стоит немного следить за дорогой? Он понял, что был больше раздражен, чем на самом деле беспокоился о своей безопасности.

Баз смотрел на него достаточно долго, чтобы закатить глаза, затем снова перевел взгляд на карту, лежащую у него на коленях, сложил ее одной рукой и бросил на пассажирское сиденье. “ Я ехал с выключенными фарами по закоулкам Восточной Европы еще до того, как ты запустила пальцы в свой первый комплект трусиков. Продолжай препираться со своей подружкой там, сзади, а я позабочусь о том, чтобы доставить нас туда, где нам нужно быть.

Демпси попытался придумать, что бы такое умное сказать, но в голову ничего не пришло. Оставшаяся часть поездки в аэропорт заняла десять минут, и Демпси, погруженный в свои мысли, уставился в окно. Баз отвез их в частный корпоративный ангар, где на взлетно-посадочной полосе их ждал "Боинг". Один только вид летающего тактического дворца Эмбер был подобен таблетке Ксанакса от дурного настроения Демпси. Ему вдруг не терпелось рухнуть в одно из кожаных кресел для руководителей, стоящих вокруг стола для совещаний, даже если это означало слушать, как Болдуин без умолку бубнит о новейших достижениях радиотехнической разведки. Чего бы это ни стоило, чтобы оставить позор в Риге позади и перейти к следующей миссии - заманить в ловушку русского ублюдка, который никогда не покидал его мыслей.

Буз подогнал "Туарег" вплотную к самолету и припарковался.

“Спасибо, что подвез, брат”, - сказал Манн.

- Не за что, - сказал Баз, отстегивая ремень безопасности и открывая дверцу.

Демпси автоматически выбрался из внедорожника. Он обошел Фольксваген сзади, чтобы присоединиться к Манну, который уже поднимался по воздушной лестнице. Боковым зрением он заметил ведьмака, следовавшего за ними, словно намереваясь подняться на борт вместе с ними. Демпси остановился на полпути к металлической лестнице и обернулся.

- Мы сказали спасибо, что подвез, братан.

- А я сказал, что не за что, - сказал Баз, продолжая подниматься по ступенькам, пока не оказался прямо под Демпси.

“Да, на этом наши пути расходятся, друг мой”, - сказал Демпси, его раздражение начало закипать. “ Почему бы тебе не вернуться в посольство и не купить себе сэндвич. Ты это заслужил.

- Как бы заманчиво это ни звучало, - сказал Баз, и уголок его рта изогнулся в довольной усмешке под усами Тома Селлека, - я не работаю в посольстве.

Демпси уже собирался сообщить этому надоедливому ведьмаку, кем бы он, черт возьми, ни был, что он определенно здесь не работает, когда на площадке воздушной лестницы появился Граймс, улыбаясь Бузу.

- Я же говорила тебе, что он будет сварливым, - сказала она.

“ Вы действительно это сделали, ” сказал Баз. - Полагаю, по этой причине вы отклонили мое предложение поехать с вами на пикапе?

Граймс поднесла указательный палец к носу, а затем указала на Бузу: у нас есть победитель.

“Ну, если я такая заноза в заднице, тогда почему бы просто не оставить меня в тюрьме?” Демпси зарычал, разворачиваясь и продолжая подниматься по лестнице.

- Потому что мы любим тебя, - игриво сказал Граймс, протянул руку и ущипнул его за щеку.

Нахмурившись, он позволил ей сделать это, а затем обошел ее и забрался в "Боинг". Он направился прямо в конференц-зал, где собрались еще трое товарищей по команде Ember, которые только что прибыли, чтобы завершить миссию, которая, несомненно, предстояла следующей.

“ Привет, Джей Ди, - сказал Ричард Ван с раздражающим оживлением, поднимаясь со своего стула. Технический гуру Эмбер был гением в своей работе, но иногда Демпси не соответствовал своему характеру школьника. Это был один из таких случаев.

- Ричард, - хрипло сказал он.

Угадав его настроение, Ван отказался от своего обычного подшучивания и оставил все последующие комментарии при себе. Более сообразительные сотрудники Отдела специальных операций, бывший морской пехотинец Лука Мартин и бывший Зеленый берет Джун Латиф, угадали его настроение и приветствовали его молчаливыми кивками, хотя на лице Латифа была самодовольная ухмылка, говорившая, что он умирает от желания сделать снимок по поводу их пребывания в тюрьме. Нахмурившись, Демпси оставил шутку невысказанной и рухнул в среднее кресло прямо напротив большого монитора.

На экране был оперативный сотрудник Ember Саймон Адамо, снявший очки и массирующий переносицу. Заметив Демпси, Адамо снова надел очки, отрегулировал их наклон и невозмутимо сказал: “Привет, Джон. Как прошло ваше заключение?”

“Спокойный”, - сказал Демпси. “И как проходит твой переход от реального человека к экранному аватару?”

Адамо сломался первым, улыбаясь этой реплике.

После спасения Аманды Аллен отношения между Демпси и бывшим офицером ЦРУ, исполнявшим роль Эмбер номер два, наладились. Он не был уверен точно, когда они завернули за угол, но подозревал, что это было то, что они оба чувствовали. Острота Демпси была последней в их текущей теме, после того как он пошутил, что единственное место, где он когда-либо видел Адамо, было на мониторе.

Это было немного, но уже что-то.

Когда Джарвис покинул Ember, чтобы стать DNI, а Шейн Смит занял пост директора, организация изменилась, отражая смену характера на самом верху. С Джарвисом у руля Ember чувствовала себя точной машиной, постоянно работающей с максимальной эффективностью. При Смите она казалась более человечной, отражая его гибкий подход к решению проблем и антикризисному управлению. В то время как Джарвис придерживался подхода “мы доберемся до вершины Эвереста, даже если мне придется нести половину экспедиционной команды на спине”, Смит использовал вдохновение и мотивацию, чтобы доставить каждого члена команды на вершину, используя силу их собственных ног. И хотя стиль Джарвиса больше перекликался со стилем самого Демпси, если бы его заставили выбирать, он бы неохотно признал, что Смит справлялся с коллективными личностями Ember лучше, чем Джарвис когда-либо мог быть. Нынешнее воплощение Эмбер было счастливым — семья, в которой все члены справлялись со своими обязанностями.

Манн поставил чашку черного кофе перед Демпси и опустился в кресло слева от него как раз в тот момент, когда Смит присоединился к Адамо на экране. “Привет, ребята, с возвращением”, - сказал Смит, его настроение, как обычно, было приподнятым.

“ Привет, Шейн, ” сказал Демпси. — Теперь о том, что произошло...

Смит махнул рукой, останавливая его. “Дерьмо случается; оно приходит вместе с территорией. Нам просто повезло, что это произошло в Риге. У нас хорошие рабочие отношения с латышами, и никто не погиб, так что они счастливы”.

“За исключением Майкла Брокера, который был убит в двух футах от меня”, - ответил Демпси.

“Да, но он не в счет”, - сказал Смит сквозь смешок. “Латыши не любят торговцев оружием. Таким образом, они считают, что мы оказываем им услугу”.

- Это не мы его убили, - вмешался Манн.

“Я знаю это, Дэн”, - сказал Смит. Граймс и Баз вошли в конференц-зал. “Похоже, вся банда в сборе. Я вижу, вы все познакомились с Базом Уилсоном, постоянным экспертом по России и новым членом Ember ”.

Манн сел, и Демпси приподнял брови.

“Ты сказал ‘новый участник’?” Спросил Демпси, раздраженный тем, что впервые слышит об этом. Технически Демпси отвечал только за подбор персонала для Отдела специальных мероприятий Эмбер, но в прошлом Смит консультировался с ним по всем ключевым кадровым вопросам в организации. В случае с Амандой Аллен именно вотум доверия Демпси в конечном итоге повлиял на решение Смита назначить ее своим аналитиком по международным отношениям. Но никто не советовался с ним относительно этого Уилсона.

- Да, Джон, Баз официально является частью команды.

- Официально с каких пор?

“По состоянию на вчерашний день”, - сказал Смит с едва заметной ноткой раздражения в голосе. “У Буза чертовски хорошая родословная в ЦРУ, где он проработал в отделе по России два десятилетия. Он был лично отобран и завербован ДНР, и нам повезло, что он у нас на борту ”.

Демпси мысленно перевел подтекст: Этот звонок выше вашего уровня оплаты. Дальнейшее обсуждение не требуется и не оправдано.

- Рад быть здесь, - сказал Баз и вежливо кивнул в сторону комнаты.

“Он не выглядит счастливым находиться здесь”, - тихо сказал Латиф. Мартин широко ухмыльнулся, но сдержал смех.

“Привет, ребята”, - произнес знакомый женский голос, когда второй новенький сотрудник Эмбер, еще один трансплантированный агент ЦРУ, вошел в кадр на экране. Взгляд Аманды Аллен пробежался по всем лицам, пока не остановился на лице Демпси. Девушка прошла через ад и вернулась обратно, и хотя ее физические травмы, полученные в результате похищения и пыток с заложниками в Сирии, почти зажили, ей предстоял долгий эмоциональный и психологический путь. Но она расправила плечи и улыбнулась. Она выглядела уверенной, почти жизнерадостной.

Демпси улыбнулся ей и слегка кивнул.

“Всем привет”, - произнес бестелесный голос, принадлежащий начальнику службы связи Ember Иэну Болдуину, который звучал так, как будто он был в комнате, но его нигде не было видно.

“ Где, черт возьми, ты сейчас находишься, Иэн? - Спросил Граймс.

- В SCIF в Форт-Миде, - ответил Болдуин.

“ Какого черта ты там делаешь? - Спросил Латиф.

“Пресмыкающийся”, - последовал ответ Болдуина. “Молодой Ричард”, — при этих словах Ван закатил глаза, — “взял на себя смелость позаимствовать некоторую информацию у наших друзей из АНБ, должен добавить, без разрешения, и нескольким высокопоставленным лицам это не понравилось. В Ember мы черные, но это не значит, что мы работаем безответственно и добросовестно, вот почему я пришел лично, чтобы загладить свою вину ”. Он сделал паузу, вероятно, давая Смиту возможность все взвесить, но когда директор Ember ничего не сказал, Болдуин продолжил. - В любом случае, это ни к чему, потому что все улажено, и мы снова друзья. И в качестве жеста доброй воли наши друзья из Форт-Мида щедро предоставили нам изображение, которое, я думаю, все участники этого звонка найдут стимулирующим ”.

Монитор в "Боинге" переключился в режим разделения экрана, и на одной стороне появилась зернистая фотография, на которой мужчина, одетый в комбинезон, смотрит прямо в камеру. Он был красив, с темными волосами, квадратной челюстью и поразительным сходством с Демпси.

- Малик, - прорычал Демпси.

“Или, как любит говорить Аманда, Мужчина, а не Малик”, - добавил Манн.

“Он русский призрак, кем бы он ни был”, - сказал Граймс.

Мартин и Латиф перестали улыбаться и выпрямились в своих креслах, приняв деловой вид.

Ван стучал по клавиатуре ноутбука и даже не поднял головы.

Демпси увидел, как Аллен напрягся при появлении этого изображения. Малик, или, скорее, русский оперативник, принявший облик вечнозеленой легенды о чеченском международном торговце оружием, пытал и допрашивал Аллена в Сирии. Этот ублюдок забрался ей в голову, и Демпси была чертовски уверена, что ей еще не удалось вытащить его оттуда. То же самое, вероятно, можно было бы сказать о Демпси и его собственной одержимости поимкой человека, который однажды ускользнул у него из рук.

“Совершенно верно”, - сказал Болдуин, привлекая внимание Демпси. “Это изображение было снято ночью камерой видеонаблюдения на объекте по хранению и дегазации СПГ в Литве. В данном конкретном случае объектом является корабль — FSRU Independence.

“Independence, пришвартованный в Клайпеде, принимает и перерабатывает весь импортируемый Литвой природный газ”, - сказал Адамо, воспользовавшись паузой Болдуина. “До его прибытия Литва зависела от "Газпрома" — российской государственной газовой монополии. Название судна неслучайно. Обеспечение независимости было проницательным и просчитанным шагом президента Литвы — с помощью нашей нынешней администрации и наших друзей в ЦРУ, — который дал ее стране энергетическую независимость и устранил мощный рычаг, которым Москва пользовалась над ней ”.

“Какое отношение все это имеет к Малику и торговле оружием?” Спросил Манн, откидываясь на спинку стула.

Выражение лица Адамо помрачнело. “Через несколько минут после того, как было сделано это изображение, "Индепенденс" взорвался и затонул у пирса. Сегодня утром это главная новость в Европе”.

Демпси покачал головой. - Дай угадаю, катастрофу называют производственной аварией.

Смит и Адамо кивнули в унисон.

“На данный момент эта фотография - единственное доказательство, противоречащее этому выводу”, - сказал Смит. “Мы знаем, что Малик - российский агент, но остальной мир этого не знает”.

“Но даже наш вывод является косвенным”, - сказал Манн. “Если только вы, ребята из главного управления, не что-то скрываете от нас, мы все еще не знаем настоящей личности этого парня”.

“Нет, мы этого не делаем, и это основная причина, по которой мы взяли Уилсона на борт”. Смит посмотрел на нового члена Ember. “Баз, не хотела бы ты поделиться своими мыслями по этому поводу?”

Баз погладил усы большим и указательным пальцами и сказал: “Я не знаю, кто этот парень, но, возможно, у меня есть довольно хорошая идея, на кого он работает. Может кто-нибудь скинуть эту фотографию Аркадия?” Изображение мужчины, сфотографированного в профиль и на расстоянии, заменило Малика на разделенном экране. “Мне жаль, что это такая дерьмовая фотография, но это буквально единственная фотография этого человека, которая у нас есть. Эта фотография была сделана в 2001 году во время операции, которую я проводил в Бремерхафене. Его зовут Аркадий Жуков, и я бы сказал, что он самый могущественный человек в России, который не значится ни в одной организационной структуре. Он старожил, прошедший путь через ряды КГБ. Когда распался Советский Союз, кем бы вы ни были в России, ваш мир перевернулся с ног на голову. С распадом коммунизма некоторые институты рухнули, некоторые раздробились, а другие были сокращены или переименованы. КГБ сделал последнее, изменив свое название на ФСБ. Многие рядовые сотрудники ушли с государственной службы в растущий частный сектор, но Аркадий остался на своем пути, несмотря на сокрушительные сокращения бюджета, двусмысленный устав, раздробленную иерархию командования и контроля и вакуум лидерства в Москве. При таком раскладе, что должен был делать патриот и тактик вроде Аркадия? Баз оглядел комнату. “Что бы вы сделали?”

Демпси внимательно изучал глаза Буза, пока тот говорил. Так же, как и его ретроспективный стиль и манеры, то, как этот парень проводил инструктаж, сильно отличалось от того, к чему привык Демпси. Типичное современное резюме CI составлено по простой трехэтапной формуле: вот все, о чем мы знаем, вот все, чего мы не знаем, и теперь, когда я рассказал вам все, что я делаю и чего не знаю, есть ли у вас какие-либо вопросы, на которые я могу ответить, а могу и не ответить? С Бузом брифинг проходил в совершенно иной атмосфере — казалось, что они сидят на семинаре в колледже.

“Я бы воспользовался хаосом и неразберихой”, - сказал Граймс, не удивив Демпси тем, что тот ответил первым. “Я бы попытался использовать преимущество первого хода и проложить путь в новом FSB, чтобы объединить ресурсы и власть, необходимые мне для достижения целей, которые я хочу видеть достигнутыми”.

Баз одобрительно кивнул. “ Сказано как настоящий тактик. Что еще?

“Когда старые линии власти и коммуникации разорваны, я бы начал строить новые отношения и создавать новые альянсы”, - продолжил Граймс, не сбиваясь с ритма. “Если Аркадий занимается операциями, он бы понял это и предпринял шаги, чтобы быстро создать новую экосистему активов, информационных брокеров и каналов финансирования”.

Демпси посмотрела на Граймса и одними губами произнесла “любимчик учителя”, на что та самодовольно ухмыльнулась и показала средний палец.

“И это именно то, что он сделал”, - сказал Баз, выпрямляясь. “И то, как он это сделал, было очень, очень умно. В ту минуту, когда рухнул коммунистический порядок, возник вакуум власти. Когда КГБ был в руинах, российская организованная преступность бросилась заполнять эту пустоту. Важно понимать, что Русская мафия, она же Воры, была одним из немногих институтов советской эпохи, переживших крах невредимыми. Воры уже начали процветать в Европе и Соединенных Штатах, но у себя на родине их держали в узде как КГБ, так и экономические реалии коммунизма. Практически за одну ночь Россия превратилась в мафиозное государство, где правительство и организованная преступность смешались. Нигде это не было так верно, как в разведывательных подразделениях российского государства. Государственные активы, учреждения и предприятия были ‘переданы’ самым беспринципным и коррумпированным людям в частном секторе, и поднялась олигархия. Аркадий видел, что это происходит, и он не был дураком. Он знал, что у ФСБ нет ни финансирования, ни рабочей силы, ни поддержки, чтобы бросить вызов русской мафии и управлять ею, как это когда-то делал КГБ. Итак, что он сделал?”

“Он решил начать работать с Вори”, - сказал Манн.

“Бинго”, - ответил Буз. “И одним из первых парней, которых он втянул в свою схему, был молодой, харизматичный и насквозь коррумпированный офицер по имени Владимир Петров. На момент краха Петров был сотрудником КГБ среднего звена в Санкт-Петербурге, курировал торговлю в самом оживленном морском порту России и за его пределами. Где бы вы ни обнаружили морскую деятельность, вы гарантированно обнаружите мафию. До краха такой человек, как Аркадий, вероятно, ненавидел таких парней, как Петров — агентов КГБ, которые были куплены и оплачены Ворюгами. Но после краха такой парень, как Петров, человек с давними связями с мафией и детальным знанием операций Vory, стал бы бесценным партнером. Аркадий подружился с Петровым, повысил его в должности и стал его наставником. Благодаря харизме Петрова и связям с Вори, а также стратегическому мастерству и опыту Аркадия, они вдвоем быстро приобрели влияние, личное богатство и власть. Аркадий действовал как кукловод из тени, в то время как его помощник пробирался в залы Кремля. Остальная часть истории нам известна — стремительное восхождение Петрова по служебной лестнице и становление президентом России”.

“Вы хотите сказать, что российский президент - приспешник какого-то руководителя шпионской сети КГБ?” Спросил Демпси.

Баз кивнул. - Именно это я и говорю.

“Тогда кто-нибудь, пожалуйста, может объяснить, как это возможно, что мы до сих пор не знали об этом гребаном парне?”

“После восхождения Петрова на президентский пост Аркадий погрузился во тьму, и под "тьмой" я подразумеваю, что он полностью испарился из нашей вселенной. Большинство моих коллег в ЦРУ считали, что он мертв и стал жертвой смены власти в российском правительстве”.

“Тогда, может быть, он действительно мертв”, - предположил Латиф.

“Да, возможно, Петров замочил его, потому что он слишком много знал”, - вмешался Манн.

“Это возможно, но маловероятно”, - сказал Буз. “Аркадий создал Петрова, но даже если бы Петров не чувствовал себя в долгу перед своим наставником, он был бы дураком, если бы устранил союзника с таким творческим и хитрым стратегическим складом ума, как у Аркадия”.

“ Значит, вы верите, что Аркадий все еще в игре? - Спросил Граймс.

Баз кивнул. “В течение последнего десятилетия ходили слухи о секретной российской организации тайных операций — организации настолько разрозненной, что, я полагаю, даже руководство ФСБ не подозревает о ее существовании. Эта группа настолько погрязла в черном, что до самого недавнего времени у нас даже не было названия. По-моему, она называется ”Спецгруппа Зета", и, по-моему, ею руководит Аркадий.

“ Это название кажется знакомым. Вы говорите о "Вымпеле”? Аллен оживился.

- Нет, “Вымпел" - это Спецгруппа "Альфа". Используя уместное американское сравнение, "Вымпел" подобен российскому "Эшелону номер один", в то время как ”Зета" была бы аналогом вашей — я имею в виду нашу — маленькой оперативной группы "Эмбер".

“ Погодите. Вы хотите сказать, что прямо сейчас где-то есть русский Эмбер, активно работающий против нас? - Спросил Демпси, наклоняясь вперед в своем кресле.

“Да, где-то там есть русский Эмбер. Знают они о нашем существовании или нет - это совершенно другой вопрос. Я не знал о существовании Эмбер до вчерашнего дня, и у меня был допуск ”Совершенно секретно".

Демпси пристально посмотрел на Буза. “ Твой рассказ об Аркадии и его истории с Вори показывает все в перспективе. Мы всегда предполагали, что легенда о Малике похожа на "американскую" легенду, которую Дэн позаимствовал у ЦРУ для встречи с Амаровым. Но если Малик - оперативник ”Зета", то это означает, что все, что произошло в Турции, Нарве и Клайпеде, было детищем этого Аркадия ".

Баз торжественно кивнул ему. “Он блестящий, хитрый и изворотливый сукин сын. Если бы я был игроком, делающим ставки, я бы поставил все свои фишки на эту теорию ”.

“ Итак, каков наш следующий шаг? Граймс перевел взгляд с Демпси на Буза и затем на Смита.

“Я скажу тебе, каков наш следующий шаг”, - прервал его Манн, сжимая правый кулак. - Мы найдем этого ублюдка Аркадия и прикончим его.

“ Ты вообще слушал, Дэн? - Спросил Граймс. - Никто не знает, где он. В последний раз его видели в 2001 году”.

- Тогда нам, черт возьми, нужно найти его, Элизабет.

“Ладно, ладно, всем успокоиться. Соединять точки и находить плохих парней - это то, что у нас получается лучше всего”, - сказал Смит. “Нам потребовался год, чтобы найти Амира Модири, и мы знали, где он жил и работал. Мы не собираемся найти Аркадия в одночасье, но даю вам слово, что найти его и проникнуть за дзетскую завесу анонимности - мой главный приоритет. А пока я хочу, чтобы вы, ребята, отправились в Клайпеду и посмотрели, что еще мы можем узнать о том, что произошло с Независимостью. Глобальные ставки здесь огромны, и Баз считает, что на всем этом инциденте есть отпечатки пальцев Аркадия. Если мы сможем доказать, что это была санкционированная Россией операция, а не промышленная авария, тогда мы дадим ДНР и президенту мощные боеприпасы для использования против Петрова. Саботаж и затопление FSRU Independence будет рассматриваться как акт войны. Литва является членом НАТО; нападение на Литву - это нападение на НАТО. Мы хотим оставаться на шаг впереди всех в этом вопросе. ДНР недвусмысленно дала понять, что хочет, чтобы президент мог контролировать повествование ”.

“Какой у нас НОК?” Спросил Демпси.

“Вы поступите в качестве следственной группы Контртеррористического отдела ФБР, которая специализируется на расширении расследований международного терроризма в принимающих странах благодаря офисам юридических атташе ФБР”, - сказал Смит. “ФБР открыло офис в Риге в 2011 году, обслуживающий страны Балтии. Адамо и Аллен начали диалог с атташе, а мисс Фелск из ODNI пригласила посла Булле поговорить с президентом Литвы, который, как вы можете себе представить, более чем рад нашему участию ”.

“Я думал, CTD ФБР - это внутреннее подразделение?” - Спросил Мартин. “Разве это не вызовет у некоторых удивление, если мы будем совать нос туда, где нам не место?”

“Как оказалось, американская нефтегазовая компания Lone Star Energy подписала импортный контракт с государственной газоснабжающей компанией Литвы, которая импортирует весь свой газ через Independence. Даже без контракта запроса от литовского правительства достаточно, чтобы оправдать участие США в местном расследовании ”.

“Если наш НОК - это CTD ФБР, то можем ли мы направить туда группу тактической мобильности?” Спросил Манн. “Я имею в виду, что как бы мне ни нравилось, когда Буз возит меня на Touareg, не помешало бы иметь запасную часть и колеса . ... просто говорю.

“Я посмотрю, что можно сделать”, - сказал Смит. “Мы запланируем еще одно совещание, как только ваши НОК будут завершены и проработаем все детали. Есть еще вопросы или комментарии, прежде чем мы прервемся?

“Дааааа”, - недоверчиво произнес Демпси. Возможно ли, что Смит собирался завершить брифинг, даже не упомянув о том, что тяготило его больше всего? - Разве вы не собирались подробно рассказать о том, что произошло вчера в Риге?

“Ах да, извини, Джон. Пока вы с Дэном расслаблялись после задержания, остальные из нас провели это время, восстанавливая события в Старом городе”, - сказал Смит. “Очевидно, это был целенаправленный удар по Майклу”.

- Очевидно, - как попугай повторил Демпси.

“И Майкл явно был единственной санкционированной целью, потому что никто не стрелял в вас или Манна. Это означает, что мы можем исключить Малика и его людей. Вероятно, мы также можем исключить Амарова и Вори по той же причине ”.

- Я вас понимаю, но не может быть совпадением, что заказ на удар был отдан сразу после разгрома в Нарве.

У нас нет разумного объяснения этому. Такой парень, как Майкл, мог нажить десятки врагов за эти годы. Вполне возможно, что убийство было связано с другим бизнесом, о котором мы ничего не знаем. Это может быть любая из сотни причин. Мы все еще работаем над этим ”, - сказал Смит, а Адамо и Аллен согласно кивнули.

Демпси посмотрел сначала на Манна, а затем на Граймса в поисках поддержки, но ни один из них не присоединился к его кампании. “Да ладно, ребята, вы видели, что произошло. Все эти девушки, одетые в одну и ту же одежду, прибыли на место происшествия в одно и то же время. Я имею в виду, что это было какое-то супер-организованное дело Томаса Крауна. Латвийская государственная полиция допрашивала девушку, за которой я гнался в том переулке? У нас есть какие-нибудь документы на кого-нибудь из них?

“Директор Смит поручил мне это дело”, - сказал Аллен и поднял напечатанное изображение молодой женщины, которое, как предположил Демпси, было сделано с помощью прицела Граймса. “У меня пока ничего нет, но ты будешь первым, кто узнает, когда я это сделаю”.

- Что-нибудь еще? - Спросил Смит.

“Серьезно, Шейн, ты пытаешься меня раскрутить?” Сказал Демпси.

- Я не понимаю, о чем ты говоришь, Джон.

Я говорю о большом белом слоне в комнате — Элинор Джордан. Почему мы это не обсуждаем? Вы сообщили Седьмому Ордену, что она жива? Кто-нибудь уже разговаривал с Леви Харелом? Демпси просканировал лица на мониторе, а затем оглядел комнату. Никто, кроме новичка, не смотрел ему в глаза, и Демпси было насрать, что думает этот старый ведьмак. “О, да ладно, ребята, не надо нести чушь типа "Демпси сходит с ума" и притворяться, что меня здесь нет. Я видел ее своими собственными глазами!”

Ван уставился на него. Латиф и Мартин оба уставились на свои руки.

“Эй, Джон, почему бы нам не отключить это от сети, хорошо? На самом деле, если бы все могли, пожалуйста, предоставить нам комнату, это было бы здорово ”, - сказал Смит.

По этому сигналу Баз и остальные члены команды отодвинули стулья от стола и направились к двери. Выходя, Манн задержался на пороге и снова повернулся к Демпси. С кривой усмешкой он сказал: “Я хирург, а не офтальмолог, но, знаете, я был бы счастлив провести обследование зрения”.

Демпси поднял средний палец. “Вот твой тест на зрение — сколько пальцев я показываю?”

Они оба рассмеялись, и Манн закрыл за собой дверь. Когда Демпси снова посмотрел на монитор, разделенный экран исчез, и в кадре остался только Смит. Директор Ember открыл рот, но Демпси опередил его.

“Я знаю, что я видел, Шейн”, - сказал он. “Это была она”.

Смит поджал губы и запустил пальцы в волосы. Некоторое время он ничего не говорил. Когда он наконец это сделал, все, что он сказал, было: “Хорошо”.

-Что“Хорошо”?

- Хорошо, я позвоню.

“И это все?” Удивленно переспросил Демпси. “Что случилось с тем, что ты сказал мне, что все это было всего лишь плодом моего воображения и что ты собираешься назначить мне встречу с психотерапевтом, когда я вернусь в Ньюпорт-Ньюс в следующий раз?”

“ Ты помнишь ту ночь во Флориде, когда ты попрощался с Джеком Кемпером и своей прежней жизнью и решил присоединиться к Эмбер? - Спросил Смит.

Демпси кивнул, мысленно возвращаясь к той ночи, когда он попрощался со своей бывшей женой Кейт и сыном-подростком Джейком. То, что они думали, что он мертв — еще один убитый герой операции "Крестоносец", — даже сейчас было ножом в его сердце.

Он вдохнул, представляя, что чувствует солоноватый привкус в воздухе и морской бриз на лице. - Я помню.

- Ты помнишь, что ты мне сказал?

“Я думаю, это было ”Отвали, Смит", - сказал Демпси.

Смит рассмеялся. “ Да, это было первое, что ты сказал. Ты помнишь, что ты сказал потом?

- Если мне не изменяет память, я наговорил тебе кучу дерьма о службе в армии и обвинил в том, что ты боишься промокнуть.

“ Ты это сделал, ” сказал Смит, все еще ухмыляясь. - Я говорю о том, что было до этого?

- Извини, приятель, я не помню.

“ Вы сказали, что не доверяете мне, ” сказал Смит, и его улыбка погасла. - И вы помните, что я сказал?

Демпси кивнул, теперь его память прояснилась. “ Ты сказал, что тоже мне не доверяешь. Но ты доверял Джарвису, а Джарвис доверял мне, вот почему у нас был разговор — или что-то в этом роде ”.

“ Вот именно. С той ночи многое изменилось, Джон. Мы прошли много миль на месте друг друга.

Демпси кивнул. “Ты пытаешься сказать, что наконец-то доверяешь мне, только говоришь это многословно, витиевато, как армейский чувак?”

- Да, в значительной степени, - усмехнулся Смит.

“Я знаю, что мне приходится сражаться со своими демонами, но мне всегда приходилось сражаться с демонами. В этом нет ничего нового. Когда я выхожу на поле боя, я проверяю это дерьмо — запираю его наглухо. Тебе никогда не придется беспокоиться о том, что я потеряю объективность на задании. Я бы хотел надеяться, что к настоящему времени вы это осознали”.

“Я знаю это”, - сказал Смит. “Что подводит меня к моей точке зрения. Я действительно доверяю вам. Если ты веришь, что убийцей, убившей Майкла Брокера, была Элинор Джордан, тогда я тебе верю. Мы разберемся с этим, хорошо? Но пока пообещайте мне, что оставите персидских призраков, о которых я буду беспокоиться, пока вы, ребята, сосредоточитесь на русских.

Демпси встал, давая понять, что готов покончить с этим. “Понял. Спасибо, Шейн”.

- Еще кое-что, Джон, прежде чем мы покончим с этим.

“Да?”

“Этот новый парень — Баз - не списывайте его со счетов так быстро. Он знает свое дело и привносит опыт в команду, которого у нас нет. Аркадий Жуков и эта оперативная группа "Зета", с которой мы начинаем сталкиваться, заставляют меня нервничать. Еще до того, как Джарвис завербовал Уилсона, я чувствовал, что за нами охотится эта зловещая сила — красный призрак ”. Взгляд Смита устремился куда-то вдаль. Затем, стряхнув с себя это, он снова сосредоточился на Демпси и одарил его неважной улыбкой. “В любом случае, я хочу сказать, что нам нужен этот парень, так что не списывай со счетов то, что он хочет сказать, только потому, что он жуткий старожил”.

“Вас понял”, - сказал Демпси, а затем внезапно обнаружил, что ему хочется набить рот нюхательным табаком "винтергрин" и пожелать старых добрых времен с "Первым эшелоном" в иракской пустыне. Он провел языком по внутренней стороне нижней губы и одарил Смита дерзкой улыбкой. “Не волнуйтесь, директор Смит. Обещаю, я буду мил с новым парнем”.

ГЛАВА 16

Офис директора национальной разведки (ODNI)

Маклин, Вирджиния

14 Июня

09 : 45 По местному времени

Джарвис посмотрел на мигающий огонек своего настольного телефона.

Это был момент истины; невролог из Walter Reed держал трубку, чтобы сообщить ему результаты второй серии тестов. МРТ не выявила опухоль головного мозга и не выявила признаков демиелинизации центральной нервной системы. С одной стороны, это была хорошая новость — они могли исключить рак и рассеянный склероз. С другой стороны, при надлежащем лечении многие виды рака можно было искоренить. Точно так же диагноз рассеянного склероза не был смертным приговором. Благодаря целостным изменениям в жизни у значительного процента пациентов болезнь вошла в стадию ремиссии. Перспективные иммунотерапевтические препараты, находящиеся на стадии разработки, сигнализировали о том, что на горизонте могут появиться лекарства от рака и рассеянного склероза. Чего нельзя было сказать о заболеваниях, которые не были исключены.

Джарвис собрался с духом, выдохнул и поднял трубку.

“Продолжайте, доктор”, - сказал он, а затем выслушал, как врач знакомит его с результатами различных анализов. Он чувствовал парадоксальное спокойствие, ожидая единственного, что имело значение, — заключения. Когда оно, наконец, пришло, новость подействовала как удар под дых, и все остальное, что сказал док, превратилось в фоновый шум. Он не был уверен, сколько времени невролог говорил, прежде чем звук произнесенного имени вернул его к действительности.

“ Директор Джарвис. . . у вас есть ко мне какие-нибудь вопросы?

- Не в данный момент.

“В конце концов, вы это сделаете, ” сказал док, - и когда это время придет, я хочу, чтобы вы знали, что моя дверь всегда открыта. Существует множество вариантов лечения, которые улучшают качество жизни и уменьшают симптомы, а также на горизонте появляются некоторые новые препараты, которые обещают замедлить прогрессирование заболевания. Но это разговор для другого раза, и я не хочу обременять вас сегодня. Я знаком с вашим послужным списком и вашими достижениями. А пока, я подозреваю, ты сделаешь то, что всегда делают твои собратья по ”Морским котикам", сталкиваясь с большими невзгодами, — используй свою внутреннюю силу и никогда не сдавайся в борьбе ".

“Спасибо, капитан”, - сказал Джарвис военно-морскому доктору. “Увидимся через три месяца”.

Он повесил трубку и, как в те разы, когда в него стреляли в бою, быстро оценил себя. Только на этот раз вместо того, чтобы осматривать себя на предмет колотых ран, сломанных костей и рваных ранений, это была психологическая оценка.

Я все еще в борьбе. Я тот же человек, каким был вчера, только лучше информированный. Теперь я знаю врага, и я приспособлюсь и победлю —

Раздался стук в дверь: тук, тук. . тук.

Стук Петры.

-Войдите, - рявкнул он.

Дверь в его кабинет открылась, и Петра вошла внутрь. Она тихо закрыла за собой дверь, но не сделала ни малейшего движения, чтобы подойти к нему. Вместо этого, она просто прислонилась спиной к дверному косяку, сглотнула и посмотрела на него — ее глаза задавали единственный вопрос, который имел значение.

“Предварительный диагноз - болезнь Паркинсона”, - сказал Джарвис. “Но результаты ЭМГ не были окончательными, поэтому они хотят повторить тест через три месяца, чтобы попытаться исключить БАС”.

Петра сложила пальцы вместе, словно в молитве, и поднесла сжатые кулаки к губам. Выражение ее лица было странным, такого он никогда раньше не видел —уязвимое, встревоженное и расстроенное.

“ Ну, ” сказал он, пристально глядя на нее. - Ты не собираешься что-нибудь сказать?

“Ты думаешь, я русский крот, не так ли?” - спросила она.

Неожиданность застала его врасплох, возможно, впервые в жизни. Когда к нему вернулось самообладание, он сказал: “Я только что сказал вам, что у меня болезнь Паркинсона, и это ваш ответ?”

- Да, - сказала она, и теперь он мог видеть, что ее нижняя губа дрожит.

“Я говорю вам, что у меня неизлечимое, изнуряющее неврологическое заболевание, а вы беспокоитесь о самосохранении?” сказал он, отодвигая стул от стола. Когда она не ответила, он разозлился. “Убирайся”.

- Нет, - сказала она, стиснув зубы.

“ Что, простите? - спросил он, и его щеки покраснели.

- Я сказал “нет". Не раньше, чем ты ответишь на мой вопрос.

В этот момент ему захотелось схватить лампу, стоявшую на углу его стола, и запустить ею в нее, но вместо этого он встал, крепко уперся ладонями в столешницу и свирепо посмотрел на нее.

“Что-то случилось, пока тебе делали магнитно-резонансную томографию”, - сказала она. “Ты что—то решила - щелкнул переключатель у тебя в голове — и с тех пор ты лечишь меня. ... по-другому. О, это тонко. Ты очень хорош в этом, настолько хорош, что я уверен, никто другой даже не заметил, но я заметил. Я почувствовал это. Я вижу это по тому, как ты сейчас смотришь на меня”.

“ Оставь это, Петра. Мы приняли решение вместе, или ты уже забыла? Пока ты мой начальник штаба, мы договорились держаться подальше друг от друга”.

“ Нет, ” сказала она, качая головой. “ Мы так не договаривались. Мы договорились не заводить романтических отношений; мы не соглашались возводить стену между нами. Наши отношения построены на фундаменте взаимного уважения и восхищения, а не похоти и плотского желания. Так что не смей мне врать, Келсо Джарвис. Отвечай на вопрос. . .”

Он сглотнул. “ Да, ” тихо сказал он. Он посмотрел ей в глаза. - Я думаю, ты можешь быть кротом.

Она опустила руки по швам и уставилась на него, ее губы все еще дрожали, но от гнева или страха, он не знал. Она выдержала его взгляд, не отводя глаз, не моргая, и спросила: “Какие доказательства вы используете в поддержку этого обвинения?”

“Это не обвинение, иначе вы бы находились в очень маленькой комнате и разговаривали с очень большими людьми. Это математическая гипотеза, и она соответствует — математически. Круг людей, которые знают о существовании Ember, невероятно мал. Круг людей, обладающих знаниями на уровне подготовки к эксплуатации и планирования, еще меньше. Вы один из примерно полудюжины членов последней группы. Развертывание российских оперативных центров началось только после того, как я назначил вас своим начальником штаба. И . ... Он остановился в нерешительности.

“И что?” - спросила она, ее взгляд стал ледяным.

“ И ты скомпрометировал меня эмоционально. Впервые в своей жизни он заколебался. Потому что впервые в жизни он был неуверен. Никогда эмоции не просачивались в алгоритмы, из которых состояли его предположения и выводы. Но сейчас они сеяли хаос, как песок в шестеренках, останавливая его способности. До какой степени эти эмоции повлияли на его суждения? Компрометируют ли они его сейчас? В другой обстановке — с кем угодно другим — он бы проверил свою гипотезу полным обвинением, несмотря на любую неопределенность, а затем зачитал ответ. Но здесь, с Петрой, он обнаружил, что не может поднять себя до такого уровня. “Вполне возможно, что вы заманили меня в неподобающие романтические отношения, чтобы скрыть от меня свои истинные намерения и создать сценарий, по которому я был бы замешан в вашей шпионской деятельности”.

- Это все? - спросила она.

-Да.

- И это ваша рабочая гипотеза, директор?

Он прочистил горло и переступил с ноги на ногу. Как, ради всего святого, эта женщина могла заставить его чувствовать себя так неловко и неуверенно? Он ненавидел это ощущение всем своим существом.

“Это одна из рабочих гипотез”, - увильнул он.

Лицо Петры вспыхнуло, и он увидел, как дернулась ее челюсть.

“Во-первых, давайте внесем ясность. Вы завербовали меня. Я работал в ONI, когда ты появился ни с того ни с сего и пригласил меня на ланч. Единственная причина, по которой я являюсь твоим руководителем аппарата, это то, что ты попросил меня об этом ”.

“Я обдумывал это”, - сказал он. “Но это не исключает возможности того, что вы уже были хорошо осведомленным агентом, работающим в ОНИ. В таком случае, ваша вербовка - это просто очень плохая примета для меня и замечательный поворот судьбы для вас. При таком раскладе ваши кураторы посоветовали бы вам согласиться на эту должность, а затем осторожно поддерживать со мной романтические отношения ”.

“Я приняла пулю за тебя”, - сказала она, характерно наклонив голову. “Ты действительно думаешь, что я бы сделал это ради отметки, которую пытался использовать и скомпрометировать?”

“ Нет, ” услышал он свой ответ. Все это не казалось ему правильным. Даже после прозрения это никогда не устраивало его, и все же косвенные улики были слишком существенны, чтобы их игнорировать . . .

“Сейчас у тебя уязвимый период”, - сказала она, делая осторожный шаг к нему. “Я понимаю это. Ты находишься в состоянии огромного стресса. Когда ты начал преследовать меня — и давай внесем кристальную ясность в этот момент, именно ты сделал первый шаг к близости — я должен был дать тебе отпор. Но я ничего не мог с собой поделать. I’m . ... Она издала звук, который был ему незнаком, — не совсем стон, но больше, чем вздох, — и с гневным раздражением вытерла слезу со щеки. “Меня тянет к тебе. Нет цветистой метафоры, чтобы описать, что я чувствую, когда я с тобой. Это как гравитация — одной силы воли недостаточно, чтобы противостоять притяжению земли, и с тобой то же самое. ” Когда он ничего не сказал, она продолжила. “После магнитно-резонансной томографии, как только ты посмотрела на меня таким образом, голос в моей голове прошептал: "Он думает, что ты крот’. Я подумывал поговорить с тобой по этому поводу, но когда я проигрывал этот разговор в уме, он всегда заканчивался плохо. Итак, я решил, что вместо того, чтобы пытаться убедить вас в своей невиновности, я лично найду крота и преподнесу вам его или ее голову на блюде. Но когда вы только что сообщили мне новость . . . Она покачала головой. “Ответ на твой первоначальный вопрос - решительное "нет". Когда ты сказал мне, что у тебя неизлечимое неврологическое заболевание, я не думала о самосохранении. Я думала о том, как я могу быть той женщиной, которая ему нужна, если он больше не верит в меня? Это то, о чем я думал, ты, гребаный мудак.

Они смотрели друг на друга, не дрогнув, каждый оценивая силу и решительность другого. Джарвис заговорил первым.

- Вы пройдете проверку на детекторе лжи?

Петра раздраженно рассмеялась и покачала головой, но он увидел слезы в ее глазах.

“Да, я буду делать это снова, и снова, и снова — столько раз, сколько потребуется, пока ты не будешь удовлетворен. Но мы оба знаем, что это было бы пустой тратой времени. Ты лучший полиграф, чем машина. И я научилась побеждать гребаный детектор лжи, когда была двадцативосьмилетней девчонкой, служившей под началом коммандера Джарвиса в Первом эшелоне, так какой в этом был бы смысл?”

Он глубоко вздохнул. - Я никогда добровольно не ставил себя в такое профессионально и эмоционально уязвимое положение, как с тобой.

“ Я знаю. Есть часть тебя, которая приравнивает близость к измене — не государственной измене, а предательству себя. Вы потратили свою жизнь на то, чтобы очищать и искоренять уязвимость и личную неуверенность. Снаружи Форт Джарвис довольно внушителен и для всего мира неприступен. Наши отношения - угроза этой парадигме. Твой диагноз Паркинсона - угроза этой парадигме. И да, крот - угроза этой парадигме. Итак, почему бы не свалить все три воедино, навесить на нас ярлык общей угрозы и заняться тем, чтобы вычеркнуть нас с хирургической точностью; таким образом, вы сможете вернуться к тому, чтобы быть самими собой. К сожалению, у меня для вас плохие новости — ваши дни в качестве цитадели одного закончились. Есть причина, по которой "Морские котики" проводят операции группами, а не поодиночке, или вы уже забыли? Разве не ты раньше проповедовал эту догму, гребаный лицемер?”

- Я не забыл.

- Тогда ты думаешь, что братство применимо только к бою или что оно применимо только ко всем, кроме тебя?

Он покачал головой. - Ни то, ни другое, - почти прошептал он, чувствуя себя шестилетним ребенком, которого отчитывают перед классом.

“Хорошо, потому что жизнь - это битва, любовь моя. Никогда не забывай об этом”.

Зазвонил телефон на его столе, прервав самый важный разговор в... ... ну, в общем, в его жизни. Он взглянул на телефон и увидел, что мигающий огонек указывает на абонента на его защищенной линии — номер Эмбер. Он оглянулся на Петру, самую решительную, бесстрашную женщину, которую он когда-либо знал, и во всей ее силе увидел необычайную красоту.

“Ты дала мне пищу для размышлений”, - сказал он, но его глаза выдавали истинное послание: я был неправ . ... прости меня.

Она кивнула в знак согласия, и ее взгляд смягчился. Повернувшись, чтобы уйти, она сказала: “Этот разговор не окончен”.

Он снова кивнул, надеясь, что его глаза все еще посылают ей сообщение, которое поможет.

Он подождал, пока она закроет дверь, чтобы взять трубку. “Привет, Шейн”, - сказал он, прижимая телефон к уху. “Чем я могу помочь?”

“ Все в порядке, сэр? Смит, как всегда, проявил интуицию. - Похоже, вы чем-то озабочены.

“Просто еще один день в качестве DNI”, - сказал Джарвис. “Давление - это обычное дело”.

- Вас понял, сэр. Я постараюсь быть кратким. Кое-что произошло, о чем мне нужно с тобой поговорить, кое-что с Демпси в Риге”.

“ Стреляйте, - сказал Джарвис и слушал, как Смит рассказывает о недавних событиях. В заключение он сообщил о наблюдении Демпси за Элинор с оттенком скептицизма.

“О чем ты спрашиваешь, Шейн?” Сказал Джарвис, перекладывая телефон от одного уха к другому. “Является ли смысл этого звонка информацией, подтверждением или запросом?”

“Я полагаю, смысл звонка, сэр, в том, чтобы выяснить, знаете ли вы что-то, чего не знаем мы”, - сказал Смит.

Его первоначальной реакцией было истолковать комментарий Смита как обвинение, но это всего лишь проявление его плохого настроения. Смит был честным стрелком, не играл в игры и не затаивал мелких обид. Если бы Джарвис решил утаить от Смита конфиденциальную информацию — например, новые подробности о судьбе Элинор Джордан в Тегеране, — то Смит принял бы это решение без всякой враждебности. Такова была природа их бизнеса.

“Последним кратким отчетом о судьбе Элинор Джордан, который я могу вспомнить, был отчет "Крестоносца" после боя. С тех пор она пропала с моего радара, ” сказал Джарвис. “Но поскольку вы звоните мне по этому поводу, то, я полагаю, вы придаете вес убежденности Демпси в том, что он видел ее в Риге?”

“ Ты же знаешь, босс, как ведет себя Демпси на операции. Он как ракета с тепловой самонаведением. Для него отвлечься, или, точнее, для него позволить себе отвлечься на поле на что-то подобное, было бы, ну, не в стиле Демпси ”.

“Согласен. В отличие от большинства людей, Джон никогда не страдал синдромом ‘погони за блестящим предметом’, ” ответил Джарвис. “Как бы то ни было, мы все находимся под огромным давлением после Стамбула”.

“ Это правда, но . . .”

“Вы хотите, чтобы я позвонил Харел и подтвердил?” Сказал Джарвис, озвучивая невысказанный вопрос.

- Да, сэр.

“Хорошо, Шейн. Считай, что это компенсация за тот ад, через который я заставил вас пройти в Турции”, - сказал Джарвис.

- Спасибо, сэр. Пожалуйста, передайте директору Харел мои наилучшие пожелания.

- Будет сделано, - сказал Джарвис и положил трубку.

Он взглянул на часы. Тель-Авив был на семь часов впереди Вашингтона, то есть время приближалось к вечеру. Прошло три недели с тех пор, как они разговаривали — его друг и доверенное лицо, глава израильского "Моссада", позвонил, чтобы проведать Джарвиса после того, как его застрелили. Звонок был коротким, ожидаемая формальность между коллегами, но беспокойство Харел было искренним. В иерархии мнений в мире, которые имели значение для Джарвиса, Харел занимала первое место наряду с президентом Уорнером и . . . УПетры.

Сосредоточившись, Джарвис по памяти набрал номер офиса Харела и представил себе стеклянную клетку, которую Харел называл офисом с видом на Оперативный центр разведки в подвале штаб-квартиры Моссада. Трубку сняли после третьего гудка.

“Привет, мой друг”, - ответил Харел хриплым голосом, но держался, как всегда, коллегиально. - Как ты сегодня? - спрашиваю я

“ У меня бывали утра и получше. Сегодня мне поставили диагноз ”болезнь Паркинсона", - сказал Джарвис, задаваясь вопросом, что же побудило его так откровенничать.

“Вот дерьмо”, - сказала Харел. “Это ужасные новости, Келсо. Скольким людям ты рассказал?”

— Двое - вы и мой начальник штаба.

- Скольким людям ты планируешь рассказать?

- Двое, по крайней мере, в обозримом будущем.

“Я думаю, это разумно. Держите круг узким”, - сказал Харел как ни в чем не бывало. “Вы должны сами управлять переходом по своему собственному графику. Как только акулы почуют кровь в воде, они начнут кружить вокруг и никогда не оставят вас в покое. Ты очень здоров и силен; я подозреваю, что у тебя впереди еще много лет службы, прежде чем тебя отправят на льдину.

“Спасибо за вотум доверия”, - усмехнулся Джарвис. “Я знал, что могу рассчитывать на то, что ты подбодришь меня”. Он услышал щелчок зажигалки и представил, как Харел зажигает сигарету Noblesse в своем офисе со стеклянными стенами на всеобщее обозрение в здании, где курение запрещено. Во время паузы, пока Харел делал первую затяжку, Джарвис добавил: “В любом случае, это не настоящая причина, по которой я позвонил”.

“Нет?” - переспросил глава израильской разведки, его голос был полон сарказма. “Какие еще радостные новости у тебя есть для меня сегодня, Келсо? Дай угадаю, кто-то угнал твой пикап, ты потерял гитару, а твоя собака умерла? О, подожди, это песня в стиле кантри.”

“Это не та реакция, которую я ожидал от моего лучшего друга и союзника на другом конце света”, - сказал Джарвис.

“Я знаю, я знаю. Как там американское выражение "Я просто порчу тебе жизнь"? Насколько я понимаю, последнее, что тебе от меня нужно, - это жалость. Позже ты услышишь много такого от всех остальных, и я хочу, чтобы ты запомнил меня таким ”.

“Странно это слышать, Леви”, - сказал Джарвис, поднимая правую руку и наблюдая, как она дрожит, как лист на ветру.

“Что ж, поскольку сегодня, по-видимому, день плохих новостей, я могу признаться и рассказать тебе свой маленький грязный секрет”.

- Продолжай, я слушаю.

Харел выдохнула достаточно громко, чтобы Джарвис услышал это на линии, а затем сказала: “У меня рак легких четвертой стадии. Врачи сказали, что мне осталось жить три месяца. Вершины”.

Новость поразила Джарвиса сильнее, чем его собственный диагноз. “Тогда какого черта ты все еще куришь? Я годами говорил тебе, что это дерьмо убьет тебя, но ты слушал?”

Этот комментарий заставил Хареля рассмеяться, отчего у него начался ужасный приступ кашля. Когда он, наконец, пришел в себя, ему удалось сказать: “Если бы я все еще был женат, Чана сказала бы именно это. Ты как моя жена по работе, ты знаешь это?” Когда Джарвис не ответил, Харел добавила: “Послушай, я знаю, что это не очень хорошие новости, но у меня была одна адская пробежка. К сожалению, у меня не так много времени, чтобы привести свой дом в порядок. Прямо сейчас здесь какой-то гребаный цирк, и премьер-министр каждый день надоедает мне ”.

-Ты все еще не сказала ему?

“В отличие от большинства людей, я следую своему собственному совету. Я ограничил круг общения. Фактически, ты первый, кому я рассказал. Но . . . пора. Премьер-министр и его жена пригласили меня к себе домой на ужин в пятницу. Я планирую сказать ему тогда ”.

Джарвис покачал головой. - Что, черт возьми, с нами случилось, Леви?

“Мы состарились”, - сказала Харель сквозь кашель. “Такие, как мы, либо уходят с треском раньше времени, либо умирают от тысячи порезов. В любом случае, Жнец всегда получает своего человека, и мой номер увеличился.

Джарвис собирался извиниться перед Харелем, но остановил себя и вместо этого сказал: “В таком случае, я надеюсь, ты сможешь остаться в живых достаточно долго, чтобы я смог выполнить наше последнее пари. Полагаю, я должен тебе упаковку из шести банок пива.

“Это верно, это верно, что ты проиграл. Но не забывай об условиях сделки — ты должен приехать в Тель-Авив, чтобы выпить его со мной”.

- Я начну просматривать свой календарь и планировать поездку.

“Ладно, хватит этого болезненного дерьма. По какому поводу ты на самом деле мне позвонил, Келсо?

“ Две вещи. Первая касается Элинор Джордан . . .”

- А что насчет нее? - спросил я.

Небольшое изменение в голосе Харель, возможно, заметил бы только Джарвис. Умирающий руководитель израильской разведки что-то знал.

Сукин сын. Что за гребаный день.

“Один из моих оперативников клянется, что видел ее в Риге, но у меня сложилось совершенно четкое впечатление, что она была КИА. У вас есть какие-нибудь сведения, свидетельствующие об обратном?

Харел ответила на вопрос очень долгим молчанием. Когда он наконец заговорил, то сказал: “Ты же знаешь, как я любил Элинор”.

- Да, я помню.

Несмотря ни на что, она была мне как дочь. Блудная дочь, но тем не менее дочь. У меня никогда не было своей. . . В любом случае, я отвлекся. После нападения Модири на Гранд Базар мы поручили наблюдателям Седьмого порядка, работающим над операцией, подтвердить смерть Элинор. Было замечено, как парамедики увозили ее с места происшествия на каталке. Модири и его жену увезли в мешках для трупов”.

- Значит, Элинор выжила?

- Да, она выжила.

- И почему вы решили утаить от меня эту информацию?

- Она была одной из моих, не твоей. У меня нет таких обязательств.

“Достаточно справедливо”, - сказал Джарвис, его любопытство было задето. “Итак, что с ней случилось?”

“С ней случился ВЕВАК”, - сказала Харель со вздохом. “Она провела три дня в больнице, а потом они ее похитили. Я изо всех сил пытался вытащить ее, но мы не смогли ее найти. Я просто предположил, что, когда они закончили допрашивать ее, они выстрелили ей в голову и выбросили тело, но, возможно, нет. У вас есть фотография из Риги?”

“Нет”.

- Кто ее видел? - спросил я.

“Демпси”.

“Аааа, конечно”, - сказал Харел, и Джарвис практически услышал улыбку на лице своего друга. “Это лучшая новость, которую я получил за последние месяцы. Это почти компенсирует все дерьмо”.

- Ну, если она не с тобой, и ВЕВАК ее не убивал, то это должно означать, что она работает на них.

“ Может быть. . . может быть, и нет, - сказала Харел, что прозвучало странно двусмысленно.

- Ты собираешься попытаться найти ее?

“ Конечно, рад. Я эгоистичный человек, Келсо. Я хочу попрощаться.

Пожалуйста, дайте мне знать, что вы обнаружите. Боюсь, здесь нечто большее, чем просто любопытство и озабоченность тем, как ее смерть повлияла на моего лучшего оператора. Если это была она в Риге, то она выполняет чье-то задание. Итак, если не ты . . .”

Я посмотрю, что смогу выяснить. А что касается Джона Демпси, он должен обрести покой. Он поступил правильно, независимо от того, какая правда могла последовать. Я бы на его месте поступил так же. Ты бы тоже. Бывший морской котик или нет, но это работа — теперь его работа, - сказала Харел с оттенком меланхолии, а затем спросила: - Вы сказали, что звонили по двум вопросам. А что это за другой?”

Джарвис переложил телефонную трубку в другую руку, потому что рука, держащая ее, уже устала. - Вам что-нибудь говорит имя Аркадий Жуков?

“Вот это имя я давно не слышал”, - сказал Харел, и Джарвис представил, как он затягивается во время паузы. “Он был очень активен во время холодной войны и в течение пяти лет после нее, затем он исчез с наших радаров. Почему вы спрашиваете?”

“У нас есть основания полагать, что он руководит тайной российской оперативной группой, подобной Эмбер и Седьмому Ордену, под названием Спецгруппа Зета”.

“ Интересно. . . но это неудивительно. Великие умы мыслят одинаково. Очевидно, он пришел к тем же выводам, что и мы: чтобы быть эффективным и избежать такого бедствия, как политический надзор, нужно действовать скромно и оставаться черным”.

“Похоже, Аркадий нацелился на меня и мою команду, потому что мы связали события в Турции, включая попытку моего убийства, с российской операцией под чужим флагом. У нас нет веских доказательств того, что Аркадий и его оперативная группа несут ответственность, но это наша рабочая теория.

“Келсо, это очень плохие новости. Этот парень такой же, как мы. Он умен, изворотлив и ведет долгую игру. Если то, что вы говорите, правда, и Аркадий Жуков действительно жив и управляет своей версией Ember и Seventh Order, то он определил вас как своего противника. Если это так, то вам нужно улучшить свое мышление”.

- Каким образом?

“Вы всю свою карьеру боролись с исламскими террористами и были погружены в ближневосточную политику. Мышление русских не похоже на мышление террористов. Прежде всего, такой парень, как Аркадий, не ограничен догмами или идеологией. Его также не беспокоят американские беспилотники, кружащие над головой. Современный террорист проводит большую часть своего времени в разъездах, заботясь о собственном выживании. Только не Аркадий. Возможно, это избитая аналогия, но она самая лучшая — этот парень - шахматный мастер, и вы только что поняли, что он передвигал фигуры в игре, о которой вы даже не подозревали. Он на несколько шагов впереди вас, и, чтобы победить, вы будете вынуждены рисковать и идти на жертвы. Вы потеряете фигуры на доске. Это будет проблемой для вас. Современная американская стратегия военного времени основывается на предпосылке "ноль дружественных потерь". Я могу заверить вас, что у вашего российского коллеги нет таких иллюзий или ограничений. Ты никогда раньше не сталкивался с таким врагом, как Аркадий Жуков, мой друг. Амир Модири был хорош, но он был лишь тенью человека, с которым ты столкнулся сейчас ”.

Они поговорили еще несколько минут, прежде чем Джарвис поблагодарил Харел за совет и положил трубку. Откинувшись на спинку стула, он посмотрел в потолок и пробормотал: “Разве этот день мог стать еще хуже?” В этот момент на его столе зазвонил телефон. Он взглянул на определитель номера и узнал звонившего из офиса госсекретаря Бейкера, который, несомненно, звонил, чтобы поговорить о том, что осталось от Независимости FSRU и что это значит для экспорта американского газа в страны Балтии из родного штата президента Техаса.

“Я предполагаю, что ответ ”да“, - сказал он с усталым вздохом, поднимая трубку. - ”Очевидно, может".

ГЛАВА 17

Овальный кабинет

Белый дом

14 Июня

16 : 45 По местному времени

Джарвис наблюдал, как лицо президента Уорнера из безмятежно-бледного превратилось в гневно-пунцовое, когда он информировал главнокомандующего о затоплении "Индепенденс" FSRU в Клайпеде. Государственный секретарь Бейкер, глава администрации президента, заместитель директора Кэтрин Морган и Петра также присутствовали, но пока это был явно односторонний разговор. В заключение Джарвис объяснил, что произошедшее было не промышленной аварией, а скорее тайной операцией России по лишению Литвы возможности импортировать природный газ из любого другого источника, кроме российского государственного "Газпрома".

Когда Джарвис закончил, президент спросил сквозь стиснутые зубы: “Была ли операция проведена той же российской ячейкой, которая пыталась убить меня в Стамбуле в прошлом месяце?”

“Мы считаем, что да, господин президент”, - сказал Джарвис. “Внутри страны они известны как Спецгруппа Зета и действуют в тени, очень похоже на нашу собственную оперативную группу ”Эмбер".

Не говоря ни слова, Уорнер потянулся к стоявшему на кофейном столике стакану для хайбола со своим фирменным напитком — диетическим Arnold Palmer, — и Джарвис не был уверен, собирался ли президент сделать глоток или швырнуть тяжелый хрустальный бокал через всю комнату. Он ожидал, что эта новость вызовет неприязнь у президента, но Уорнер был так зол, что выглядел так, словно его мог хватить удар. Это был не тот ответ, которого Джарвис ожидал от человека, которого он привык считать лучшим в мире игроком в политический покер. Он искоса взглянул на госсекретаря Бейкера, и изумленный взгляд мужчины с открытым ртом подтвердил, что Джарвис был не единственным, кого застал врасплох несвойственный ему гнев президента. Рядом с ним Петра заерзала на своем стуле, и краем глаза он заметил, что глава администрации президента заметно напряглась.

“Взрыв газового терминала на литовской земле — ни много ни мало гражданского объекта — это не что иное, как акт войны”. Слова Уорнера были жужжащей пилой, разрывающей неловкую тишину в клочья. “Кем, черт возьми, Петров себя возомнил?”

“Я думаю, что это может быть услуга за услугу в ответ на наши недавние санкции, направленные на остановку ”Северного потока-2", - сказал госсекретарь Бейкер после минутного колебания, решив проигнорировать очевидный риторический характер комментария президента. “Петров посылает нам сообщение”.

“Да, это он”, - сказал Уорнер, сжимая стакан с хайболом так крепко, что костяшки его правой руки были похожи на четыре миниатюрные снежные шапки. “И смысл в том, что он считает себя неприкасаемым, а меня беспомощным. Он действует без ограничений, не опасаясь последствий или возмездия . . . но это серьезный просчет ”. Взгляд Уорнера скользнул к портрету генерала Джорджа Вашингтона, висевшему над каминной полкой. “В апреле 1793 года Вашингтон издал Прокламацию о нейтралитете, объявив Соединенные Штаты нейтральной стороной в обостряющемся конфликте между Англией и Францией во время французских революционных войн. Прокламация угрожала судебным иском против любого американца, который оказывал помощь иностранной державе в состоянии войны. Этот единственный акт Вашингтона стал философской основой американской внешней политики вплоть до Второй мировой войны. Это наследие было настолько мощным, что, несмотря на очевидные и кровожадные устремления нацистской Германии и императорской Японии, Рузвельт сопротивлялся интервенции до тех пор, пока бомбы не упали на американскую землю ”. Уорнер перевел взгляд с картины обратно на госсекретаря Бейкера. “Большинство людей считают, что портрет висит в моем Овальном кабинете по традиции, но причина не в этом. Этот портрет напоминает мне, что мой долг - удерживать эту нацию на верном пути и твердой рукой управлять ее рулем. Я не изоляционист, но во время моего пребывания на посту президента я придерживался видения Вашингтона как своей позиции по умолчанию. В этой администрации открытое иностранное вмешательство всегда является последним средством”.

Наконец Уорнер сделал глоток чая со льдом и лимонадом и поставил стакан обратно на кофейный столик. Обдумывая слова президента, Джарвис заметил, что, несмотря на спокойную речь и контролируемую дикцию, лицо Уорнера все еще было красным от гнева.

“Итак, вы хотите сказать, что мы придерживаемся взвешенного подхода в нашем ответе на эти действия Петрова?” - Спросил Бейкер, по-видимому, сбитый с толку неоднозначными сигналами Уорнера.

“Нет. Время взвешенных ответов прошло. Может, я и хромая утка, но будь я проклят, если передам бразды правления выхолощенной Америкой следующему Главнокомандующему. И будь я проклят, если позволю Петрову думать, что он может повернуть время вспять, к 1988 году. В этом мире есть только одна сверхдержава, и это Соединенные Штаты Америки. Холодная война закончилась. Мы выиграли. Они проиграли. Пора напомнить об этом Петрову ”.

“ Что вы предлагаете, господин Президент? Бейкер настаивал.

“Литва является членом НАТО. Нападение на одного члена НАТО - это нападение на НАТО ”, - ответил Уорнер и позволил многозначительной паузе, последовавшей за этим, послужить его невысказанным восклицательным знаком.

Джарвис заметил, как побледнела секретарша. “Но это означало бы, что вы, конечно, не предполагаете . . .”

“Да, Тед, это именно то, что я предлагаю”, - ответил Президент. “Пришло время расквасить Петрову нос”.

“ Господин президент, если позволите, ” вмешалась кэтрин Морган. “Если НАТО ответит на российскую провокацию неприкрытой силой, Кремль поднимет нецензурный крик и заклеймит Соединенные Штаты как агрессора. Потопление "Индепенденса" было осуществлено таким образом, чтобы дать Кремлю возможность правдоподобно все отрицать. Если Петров может послать российские войска в форме без опознавательных знаков на Украину, провести фальшивые выборы и аннексировать Крым под дулом пистолета, не вызвав реакции НАТО, то мы, конечно, не можем выступить против России из-за операции, которая проходила глубокой ночью, когда никого из их людей нигде не было видно ”.

“Украина не является членом НАТО”, - быстро сказала Петра. “Литва является”.

“Я понимаю это, Петра”, - выпалил в ответ Морган. “Но это не меняет того факта, что способ проведения операции не оставляет нам никаких доказательств для оправдания ответных действий”.

“Это неправда”, - ответила Петра, взглянув на Джарвиса. “Литовское правительство уже обратилось к НАМ и Норвегии за поддержкой в проведении посмертного расследования этого события. Если результаты этого расследования подтвердят, что затопление было актом саботажа, тогда у НАТО будут убедительные многонациональные аргументы для действий ”.

“Подождите минутку”, - вмешался Бейкер. “Вы только что сказали, что Литва обратилась к Соединенным Штатам и Норвегии с просьбой оказать содействие в расследовании. Почему Норвегия?”

- Потому что “Независимость" принадлежит норвежской судоходной и торговой компании. Судно арендовано Литвой, что означает, что нападение на объект технически представляет собой нападение не на одну, а на две страны-члена НАТО”.

“Как бы то ни было, ” сказал Бейкер, “ я не могу не согласиться с директором Морган. Нам понадобилось бы видео, на котором Петров лично устанавливает взрывчатку и поджигает фитиль, прежде чем мы смогли бы мобилизовать ответ НАТО. НАТО - это орган, принимающий решения на основе консенсуса. Все, что требуется, - это один несогласный участник, и любое наступление, которое вы замышляете, провалится ”.

“Госсекретарь права”, - сказал Морган, кивая. “Отношения с Турцией находятся на рекордно низком уровне. Я думаю, мы можем рассчитывать на то, что Эродан подорвет любую попытку НАТО выступить против России. Наш лучший курс действий на данный момент - проинформировать другие страны Балтии об усилении мер безопасности на аналогичных объектах на случай, если у Кремля появятся другие цели ”.

Джарвис, который молчал во время дебатов, перевел взгляд с Моргана на президента и обнаружил, что глаза Уорнера поднимаются, чтобы встретиться с его глазами. Цвет лица президента пришел в норму, и к нему вернулось бесстрастное выражение лица.

“Я придерживаюсь того, что сказал ранее. Петров слишком долго сеял хаос, не привлекаясь к ответственности. Сегодня этому конец ”. Президент повернулся к своему начальнику штаба. “Дэвид, я хочу, чтобы ты созвал экстренное заседание Совета национальной безопасности. Я хочу, чтобы все ключевые игроки в моем кабинете были в курсе того, что происходит”.

- Да, господин президент.

- Келсо, я хочу, чтобы ты возглавил это собрание и изложил то же самое, что только что изложил мне.

“Да, господин президент”, - сказал Джарвис, но бросил на президента взгляд, который говорил, что ему есть что обсудить с Верховным главнокомандующим.

“Все, пожалуйста, освободите мне комнату”, - сказал Уорнер, оглядывая группу, собравшуюся на диванах напротив.

Все почтительно кивнули и встали, включая Джарвиса.

“ Только не ты, Келсо. У меня есть еще несколько вопросов, - сказал Президент.

“Да, сэр”, - сказал Джарвис, возвращаясь на свое место и кивком предлагая Петре сделать то же самое.

“ Подождите секунду, ” сказал секретарь Бейкер, уперев руки в бедра. “Я тот, кто созвал эту встречу, но теперь меня вышвыривают, а его секретарша остается?”

“Коммандер Фелск - начальник штаба ДНР”, - сказал Уорнер, прищурившись, глядя на Бейкера. - Она не секретарша, мистер... секретарь.

Морган, который тоже встал, чтобы уйти, теперь застыл на месте, глядя на Джарвиса в ожидании приглашения остаться. Он едва заметно покачал головой, на что она ответила почтительным кивком. Однако Джарвис заметил, что она подождала, пока возмущенный госсекретарь направится к двери, прежде чем последовать его примеру. Он также заметил, как она что-то прошептала Бейкеру на ухо как раз перед тем, как глава администрации президента закрыл за ними дверь.

“У вас в стране есть компания Ember, которая смотрит это?” Спросил Уорнер, не теряя времени.

“ Да, сэр. Они выдают себя за группу по расследованию контртеррористических операций ФБР. У нас есть изображение с камеры наблюдения, на котором высокопоставленный российский оперативник, работающий под прикрытием, переодетый техником по техническому обслуживанию, покидает "Индепенденс" за несколько мгновений до взрыва. Нет никаких сомнений в том, что ответственность несут русские, и это преднамеренный акт саботажа”.

“Я вам верю, но, к сожалению, фотография этого не передаст. Глобальная терпимость к должностным преступлениям находится на рекордно высоком уровне. Преступления и скандалы, которые всего десять лет назад положили бы конец карьере и свергли правительства, теперь безнаказанно выставляются напоказ перед населением их исполнителями. Госсекретарь Бейкер и заместитель директора Морган были правы, когда сказали, что любое обвинение, которое мы выдвинем против Москвы, будет встречено решительным и яростным отрицанием. Любое наше действие будет расценено не как возмездие, а как подстрекательство российской пропагандистской машины”, - сказал Уорнер, качая головой. - На этот раз этот коварный ублюдок действительно загнал нас в угол.

“ Должен ли я предположить, что ваша просьба остаться означает, что на повестке дня - скрытое возмездие? - Спросил Джарвис, тщательно подбирая слова.

Уорнер кивнул.

- В таком случае, у вас есть что-то конкретное на уме или вы хотите, чтобы мы составили список вариантов?

“О, у меня определенно есть кое-что особенное на уме, Келсо”, - сказал Уорнер, вставая на ноги и подходя, чтобы взглянуть на портрет Джорджа Вашингтона, висящий над камином. “Я хочу , чтобы вы нашли эту русскую версию Ember . . .”

- Спецгруппа Зета, - сказала Петра, заполняя паузу.

“Это верно”, - продолжил Уорнер, все еще стоя к ним спиной. “Я хочу, чтобы вы их нашли и уничтожили. Вы меня понимаете? Я хочу, чтобы ты выследил всех этих ублюдков до единого и предал их земле. Пока миссия не будет завершена или я не прикажу иначе, это новый устав Эмбер ”.

Слова президента вызвали в жилах Джарвиса прилив адреналина, подобного которому он не испытывал со времен своего последнего боевого задания в качестве "Морского котика первого уровня". Он чувствовал себя наэлектризованным, живым и странно оправданным.

Стараясь сохранять нейтральное выражение лица, он спросил: “А если этот новый устав потребует, чтобы мы действовали на российской земле?”

Уорнер обернулся и встретился с Джарвисом горящими глазами: “Значит, директор Джарвис, вы действуете на российской земле. . .”

ГЛАВА 18

Отель "Националь", Номер 408

Žvejų Gatvė 21

Klaipėda, Lithuania

15 Июня

17.30 По местному времени

Валериан подавил желание подняться со стула и прошестеть по комнате.

Для этого потребовалось гораздо больше усилий и контроля, чем следовало. Он был неуравновешенным и пытался контролировать свои импульсы. Его взгляд остановился на чашке чая на маленьком круглом столике у окна. Его тело жаждало кофеина. Желание схватить чашку было непреодолимым. Он представил, как тянется к нему, как подносит белый фарфоровый бокал к губам, делая большой, медленный глоток. Он представил тепло, вкус и небольшой всплеск метаболизма, когда кофеин делает свое дело. Он выпил чай, не потакая себе. Желание было подавлено, он выдохнул через поджатые губы.

Его организм, лишенный кофеина, немедленно проявил новую тягу.

Образ пачки никотиновой жвачки всплыл в его сознании. Не глядя, он точно знал, где он ее оставил — на тумбочке рядом с кроватью. Мозг - скрупулезный регистратор, когда дело доходит до пороков. Его тело хотело никотина, жаждало его. Он представил, как жует жвачку . ... сигарета была бы лучше, но у него не было с собой ни одной. Желание подойти к тумбочке и сунуть в рот жвачку было непреодолимым.

Ты знаешь разницу между свободным человеком и рабом? Аркадий как-то спросил его. Свободный человек - хозяин своих порывов, тогда как раб живет для того, чтобы служить им. Во времена стресса и срочности позволите ли вы своим импульсам управлять вашим поведением, или же ваш ум возьмет верх? Способность сохранять физический контроль и умственную дисциплину может быть разницей между жизнью и смертью.

Эти слова пришли к нему из прошлого, из кампуса, где его наставник обучал оперативников Zeta — садистского учебного лагеря для потенциальных убийц. Старые образы затопили его разум и вызвали скривление губ — скорее рычание, чем улыбку. Аркадий расхаживал позади него и других новобранцев, одновременно учителя и палача. Его наставления были заглушены беспорядочной стрельбой, внезапной и неожиданной, раздавшейся совсем рядом с их затылками. Телевизионные мониторы на противоположной стене транслировали ужасающие кадры — сцены пыток, изнасилования и расчленения, — в то время как Валериан и его коллеги стояли голые и дрожали в холодной, мокрой бетонной комнате.

Шлепки мокрой кожи по тыльной стороне бедер.

Слова, стрельба, образы, боль. . . слова, стрельба, образы, боль.

Импульсы в этом месте были сильны — плотские и всепоглощающие.

Беги, кричи, сражайся, прячься . . .

Но уступать было слабостью; уступать было неудачей. Побеждали только те, кто справлялся со своими примитивными и телесными импульсами. К концу своего обучения он мог оставаться совершенно неподвижным в холоде, в ужасе, непоколебимым в шуме, непоколебимым в боли. С практикой он научился контролировать частоту своего сердцебиения, замедляя его до сорока ударов — как у бодрствующего спящего человека, который контролирует ситуацию, каким бы сильным и неприятным ни был раздражитель.

Валериан открыл глаза и посмотрел на чайную чашку и такое же блюдце к ней. “Я контролирую ситуацию, а не ты”, - пробормотал он, затем посмотрел на упаковку никотиновой жвачки. “ И не ты. ” Он перевел взгляд за окно, на канал и мост в Пилес-Гатве. Он обвел взглядом пересекающуюся улицу, а затем на юго-запад, к паромному причалу. Новый импульс пробудился в его сознании — желание взглянуть на часы Bremont Waterman на левом запястье. Он отрицал это. Люди Амарова свяжутся с ним, когда будет что сообщить.

Для того, чтобы убедить Амарова принять участие в этой операции, не требовалось никаких стимулов. Простого упоминания о том, что американцы, убившие его лучших лейтенантов и выставившие его дураком в Нарве, будут находиться в Клайпеде, было достаточно. Главарь "Фори" ухватился за возможность отомстить. Однако на этот раз Амаров понял, с каким врагом он столкнулся. Валериан ознакомил его, по крайней мере частично, так что Амаров должен быть готов.

Он не рассказал Аркадию ни о снимке с камеры наблюдения, ни о своей уверенности в том, что американцы нанесут ответный удар, и укол вины — нет, не вины, укол благонамеренного неповиновения — кольнул его подсознание. Не то чтобы Аркадий был чужд риска. Напротив, старый лис задумал безумную операцию по уничтожению тайника с ядерным оружием B61 в Турции и неудавшееся покушение на президента Уорнера. Но операции Аркадия следовали совершенно определенной парадигме. Валериан не был уверен, есть ли у этого вообще название, но, если бы его вынудили дать ему его, он бы назвал это большой риск / большая награда. Аркадий любил идти на большой риск ради предполагаемого большого вознаграждения, но презирал малый риск ради малого вознаграждения. Несмотря на всю свою профессорскую философию, стратегическое бахвальство и шахматные метафоры, Аркадий был игроком, который отказывался уступать свое место за столом для крупных игроков.

Расставление ловушки и уничтожение американских призраков в Клайпеде не привлекло бы Аркадия, потому что это не достигло бы стратегической геополитической цели, только тактической. Тем не менее, несмотря на то, что Аркадий выразил потерю доверия к нему, Валериан по-прежнему оставался Дзета Праймом. Как Прайм, он обладал полномочиями и автономией для планирования и выполнения миссии такого масштаба. Разве не в этом заключалась сама цель и устав дзетской программы? Аркадий согласился — или, по крайней мере, несогласился, — что уничтожение американской чернокожей команды должно было стать следующей миссией, не так ли?

Проблема Аркадия заключалась в том, что старый лис слишком долго отсутствовал на поле. Он больше не был оператором; теперь он был менеджером. Директор программы Zeta должен предоставить оперативные детали тем, кто лучше всего подходит для них — и никто не подходил им лучше, чем Валериан. Его послужной список успеха был безупречен. Ну, почти так. Если бы не вмешательство того американского оператора во время последнего задания . . .

Представление о человеке, который был виновником его единственной неудачи, вызвало импульс двигаться вперед, который он не мог подавить, невыносимый зуд, который можно было унять, только смочив палец в крови мертвого американца — единственного человека, который когда-либо побеждал его.

Испытывая отвращение к самому себе, он встал.

Зазвонил его мобильный телефон. Валериан подошел к столу и проверил кабель, соединяющий его с silver box — аппаратным обеспечением шифрования как входящих, так и исходящих данных, — а также кабель, соединяющий его с ноутбуком. Затем он ввел шестизначный код, и соединение было установлено. Он немного подождал, прежде чем заговорить, наблюдая за двумя строчками внизу экрана, которые извивались, как на ЭЭГ, регистрирующей припадок, — ни одна из них не показывала ничего, кроме фонового шума.

Убедившись, что звонок прошел безопасно, он ответил. - Да?

“Они у меня”, - сказал мужской голос, в котором он узнал секунданта Амарова.

-Где? -спросиля.

- Они ужинают в “Вивалавите” с командой Интерпола.

-Ичто?

“ Они зарегистрировались в Национальном аэропорту. Трое мужчин и женщина. У нас есть сведения, что они из ФБР.

“Они здесь не из ФБР, точно так же, как они не были торговцами оружием в Нарве”.

Он заманил их в ловушку, и они пришли, как он и предполагал. "Вивалавита" был одним из лучших ресторанов в городе — подходящее место для их последнего ужина.

“Каковы ваши инструкции? Мы легко можем отвезти их в отель после ужина. Или мы можем напасть на них в ресторане и заявить о себе, но это приведет к большому сопутствующему ущербу. Тоже легко ”.

Он подавил желание рассмеяться. Захватить американцев было бы совсем не просто. Это было не так просто, как стрельба из проезжающего автомобиля. Это осложнялось тем фактом, что он хотел захватить американского оператора из Стамбула, своего двойника по тайным операциям, живым. Важно было доставить Аркадию приз. Аркадий всегда четко заявлял об этом, и именно поэтому первая попытка Амарова прошла так неудачно. Рывок и захват были на порядок сложнее и опаснее удара. Нет, операция должна была быть проведена внутри отеля, где он мог контролировать переменные и загонять свою добычу в угол. Но когда допрос Аркадия будет закончен, он вручит Валериану его награду — честь убить свою добычу и убить его по-своему.

Теперь он позволил себе улыбнуться.

“ Ну? Человек Амарова нетерпеливо спросил.

Валериан выдохнул и снова сосредоточился.

“ Нет. Я же сказал тебе, большого на фотографии, сделанной в Нарве, нужно взять живым. У него есть необходимая нам информация. Это будет здесь, в отеле, как мы и планировали.

“ Очень хорошо. Мы проследим за ними, но не слишком близко.

Пульс Валериана участился. Возможно, это была единственная часть плана, которая могла привести к провалу. Вся работа дзетов была черной, но это была полностью автономная операция, и риск был бы значительно больше. Он привлек Сильви к этой операции, но в остальном был вынужден использовать сторонние активы — выращенные с течением времени и оплаченные из личных средств, которые он приобрел за эти годы.

“ Нет. Оставьте Три и Пять на месте, как мы договорились. Пусть вся вторая группа займет позиции здесь, в отеле. Пусть американцы придут к нам. Они опытны, опасны и обладают высокой адаптивностью. Наше преимущество испарится, если мы опустим руки, и вы видели, что произошло в прошлый раз, когда они поменялись с вами ролями ”.

“ Очень хорошо. Мы уведомим вас по прибытии.

- Незадолго до этого.

“Да, да”, - сказал мужчина, теперь уже раздраженно. “Как мы и договаривались”.

Валериан разорвал связь.

Он предпочел бы сам находиться на улице, выслеживая американцев, но это было уже невозможно. Сетевые камеры слежения устанавливались по всей Европе с поразительной скоростью. Программное обеспечение для распознавания лиц теперь стало гораздо более совершенным, и они будут искать его. Именно по этой причине он не покидал эту комнату с ночи проведения операции "Независимость". Он заставил себя перестать расхаживать по комнате и сесть в свое кресло. Затем, сосредоточившись, он представил себе каждый элемент операции — с того момента, как американцы прибыли в отель, и до того, как он уезжал со своим противником, связанным по рукам и ногам, в багажнике своей машины.

Сегодня вечером он выйдет победителем и устранит все сомнения Аркадия относительно того, кто должен носить корону Зета Прайм.

ГЛАВА 19

Ресторан "Вивалавита"

Naujojo Sodom Gatvė 1A

Klaipėda, Lithuania

15 Июня

1915 По местному времени

С тех пор, как Демпси стал главой Отдела специальных операций Ember, он медленно, неохотно и болезненно научился входить в НОК и легенды и выходить из них. Но он ненавидел это, действительно ненавидел. Каждый раз, когда его заставляли влезать в чужую шкуру и становиться кем-то новым, это напоминало ему о том, кем он не был. Он не был Джеком Кемпером, морским котиком первого уровня. И это делало его тоску по простоте тех дней еще более ощутимой. Порази цель, выполни задание, затем возвращайся домой в the FOB и приготовь стейки на гриле. Просто и прямолинейно; ничего подобного красться в чужой шкуре.

“Этот парень”, - сказал Граймс, ткнув пальцем в напечатанное изображение оперативника "Зета", который позволил сфотографировать себя за несколько минут до взрыва "Независимости". “Это тот человек, который нас интересует”.

“Я понимаю”, - сказал седовласый мужчина из государственной полиции Литвы. “Но, как и вы, мы не знаем, кто он”.

Она повернулась к двум агентам Интерпола за столом, которые ничего не предложили и вместо этого тихо болтали между собой по-французски. Когда они не заметили ее пристального взгляда, она откашлялась.

“Простите, вы обращались к нам?” - спросил один из мужчин.

“Тот же вопрос”, — сказал Граймс — или Специальный агент Дебора Тиллис, как подсказывало ее удостоверение сотрудника ФБР, - показывая им фотографию. “Этот человек был на "Индепенденсе" в ночь инцидента. Вы проводили поиск по распознаванию лиц в базах данных Интерпола?

“Да, да, конечно. Это было первое, что мы сделали, когда вы отправили фотографию. Мы бы сразу сказали вам, если бы у нас было совпадение.

“ Ладно, ” вздохнула она. - Извини, я просто не могу поверить, что у нас совсем нет информации об этом человеке.

“У нас есть кое-какая информация”, - сказал другой агент Интерпола. “Мы запросили личные дела компании, эксплуатирующей Independence. Мы знаем, что этот человек не является членом оперативного или обслуживающего персонала. Норвежцы прибывают завтра утром. Может быть, они смогут рассказать нам больше”.

Граймс повернулся к Демпси и бросил на него взгляд, который тот не смог точно расшифровать, но понял примерно как не стесняйтесь вмешиваться в любое время.

“Если это еще не запущено, - сказал он, - нам следует выполнить поиск по архивным данным городских камер наблюдения, включая дорожные камеры, камеры банкоматов, а также записи с камер наблюдения отелей и витрин магазинов. И я хотел бы взять интервью у выживших с корабля той ночью, у людей, которые сошли на спасательном судне ”.

Мы с Франсуа уже работаем над поиском данных с камер. Завтра я дам указание своему офису доставить всех выживших в центральный городской участок для допроса. Вам это подходит? ” спросил литовский офицер, переводя взгляд с Демпси на Граймса.

“ Это было бы превосходно, ” сказал Граймс. - Спасибо.

“ Вы действительно думаете, что это был терроризм? Агент Интерпола по имени Франсуа оперся на локти. “ Странный выбор цели, не так ли? Я разговаривал со своими коллегами из RAID, и они сказали мне, что в камерах, за которыми они следят, не было никакой болтовни в течение нескольких дней, предшествовавших этому событию ”.

“На данный момент мы ничего не готовы исключать, хотя считаем, что наиболее вероятной причиной является промышленный саботаж”, - сказал Граймс.

- Но кто мог это сделать? - спросил я.

“Я говорю вам, что это были русские”, - сказал литовский агент, наклоняясь и говоря хриплым шепотом. “Это не совпадение, что это произошло через две недели после того, как наш президент объявил, что Литва намерена удвоить реэкспорт и согласилась построить трубопровод в Польшу”.

“Это безумие”, - сказал Франсуа сквозь смех. “Петров - мудак, но он никогда бы не взорвал ваш терминал СПГ”.

“Точно так же, как он никогда бы не вторгся в Украину, чтобы аннексировать Крым, или не использовал химические вещества в Великобритании для убийства своих критиков средь бела дня, или не проводил кампании кибервойны с целью подорвать выборы в США”, - парировал литовец. “Нет, нет, он никогда бы не совершил ничего безумного, например, попытался наказать мою страну за отказ покупать российский газ. Мы не похожи на Францию; у нас нет независимости от атомной энергетики - независимость была нашей независимостью”.

“ Джентльмены, ” сказал Граймс с натянутой улыбкой. “ Я знаю, что это деликатная, важная тема. Вот почему мы здесь, чтобы помочь. Она повернулась к литовскому офицеру. “Литва - важный партнер Америки. Ответственная сторона будет привлечена к ответственности. Я обещаю вам это”.

Этот комментарий вызвал примирительные кивки у всех за столом, в то время как Демпси хитро выудила счет у официанта, который маячил вне пределов слышимости.

“О нет, нет, нет”, - сказал литовец, когда Демпси отдал свою кредитную карточку. “Вы не должны этого делать. Вы мои гости. Пожалуйста, позволь мне заплатить.

Демпси подмигнул Граймсу, затем сказал: “Ты можешь взять следующего. Считайте это благодарностью за то, что позволили нам сорвать ваше расследование и все трудности, через которые мы собираемся попросить ваших людей пройти ”.

Их хозяин улыбнулся и кивнул. “Хорошо, но я получу ужин в последний вечер, когда мы отпразднуем поимку ублюдков, совершивших этот ужасный, трусливый поступок”.

-За поимку виновных ублюдков, - сказал Манн, поднимая свой бокал.

Собравшиеся произнесли тосты, и ужин быстро подошел к концу. Латиф и Мартин, одетые в те же темно-серые рубашки для гольфа и брюки-карго цвета хаки, что и Демпси, Манн и Граймс, допили остатки пива, пока агенты Интерпола допивали вино.

“ Разрешите подвезти вас до отеля? - спросил литовец.

“Нет, спасибо”, - сказал Граймс, отвечая за всех. Согласно их НОК, она была старшим ответственным агентом. “Это всего в нескольких кварталах, и ночь хороша для прогулки”.

“Конечно, я хочу прогуляться. Если кого-то это волнует”, - сказал Манн. Его “Агент Даттон” все еще горевал из—за того, что работал на женщину моложе его - по крайней мере, согласно легендам, которые они отрепетировали.

“Никто не знает”, - сказал Латиф, и все они рассмеялись, а затем попрощались со своими европейскими коллегами.

Они шли в тактическом построении, которое должно было выглядеть как разрозненная группа: Демпси шел сзади, опережая свою шестерку, в то время как Манн и Латиф взяли очко впереди Мартина и Граймса. Через полквартала они свернули на юг, на улицу Юрос Гатве, которая должна была привести их по двухполосному мосту через канал к отелю "Националь", где они уже были зарегистрированы по своим номерным знакам ФБР.

“ Между вами и отелем ничего подозрительного. Никаких зацепок — хотя я наполовину ожидал, что этот литовский чувак попытается увязаться за Граймсом, чтобы приударить за ним ”, - сказал Ван им на ухо из своего номера в отеле типа "постель и завтрак" в двух кварталах к юго-востоку от их высококлассного отеля.

Ван служил глазами и ушами на местах, хотя Демпси знал, что Болдуин и мальчики, вероятно, слушали и наблюдали и из Вирджинии. Когда они перешли мост, Демпси напрягся. Если бы он был плохим парнем, именно здесь он бы их ударил — проехал мимо в фургоне с открытыми дверцами, сбил их, когда у них не было ни укрытия, ни пути к отступлению. Не дотрагиваясь до него, он остро ощутил, как ощущается "Зиг—зауэр" в неудобном высоком футляре на правом бедре - его носили так, как носил бы агент ФБР, за которого он себя выдавал. Но ни один фургон не мчался им навстречу, ни одна группа вооруженных людей не появилась из тени, и через несколько минут они пересекли мощеный булыжником перекресток напротив праздничной и ярко освещенной Театральной площади, в двух шагах от отеля.

И все же, когда они вошли через двойные двери из дуба и стекла в вестибюль, что-то показалось им не так. Демпси давным—давно научился никогда не игнорировать чувства- какими бы параноидальными или несвоевременными они ни были, когда они поглощали его. У Манна они тоже были, и он называл это своим шестым чувством. Его бывшие товарищи по команде Первого уровня называли это своим “паучьим чутьем”, и у Демпси все трепетало, как в аду.

Он протянул руку и схватил Манна за рукав.

“ Видишь что-нибудь? - Спросил Манн, его голос выдавал беспокойство, но выражение лица оставалось невозмутимым.

Команда безмолвно уловила колебания Демпси и инстинктивно начала расходиться веером. Он чувствовал на себе взгляд Граймса, когда тот осматривал вестибюль. Пожилая женщина сидела в бело-золотом кресле во французском стиле у стены, теребя браслет на левом запястье. Рядом с ней, сгорбившись, стоял мужчина, положив руку ей на плечо. Извинения, пока она изображала раненую птицу? Он отключился от фонового шума, чтобы сосредоточиться на словах мужчины. Немецкий? Да, немецкий. Его взгляд остановился на мужчине средних лет за стойкой регистрации. На нем был мятый костюм, а с плеча на ремне свисала поношенная кожаная сумка. Молодая блондинка за стойкой из темного дерева, служащая, которая зарегистрировала их несколько часов назад, вручила мужчине ключ от его номера и указала на ряд лифтов. Мужчина кивнул, пробормотал слова благодарности и повернул к бизнес-центру вместо лифтов. Служащая привлекла внимание Демпси, улыбнулась ему выжидающим взглядом, готовая помочь. Он улыбнулся ей в ответ.

“Паучье чутье”, - сказал он, наконец поворачиваясь, чтобы ответить Манну.

Манн кивнул и двинулся налево, чтобы заглянуть в нишу, где находились два лифта.

Демпси небрежно прошел через вестибюль, заложив руки за спину. Он заглянул в холл мимо пожилой пары. Очистить. За коридором стояли два свободных стула рядом с витриной из дерева и стекла, в которой под большим зеркалом был выставлен антикварный фарфор. Очистить. Зеркало показало ему угол ниши лифта — тоже четко. Прозрачные занавески висели над двойными французскими дверями, ведущими в небольшой бизнес-центр напротив них; сквозь них он увидел мужчину средних лет, который минуту назад проходил регистрацию, усаживаясь за компьютер. Бизнесмен не поднял глаз.

Демпси повернулся к Манну.

Ну? Манн спросил глазами.

Демпси пожал плечами, а затем покачал головой. “ Ребята, вы направляетесь в номера или хотите чего-нибудь выпить? - спросил он, этим вопросом небрежно давая понять, что не видит ничего, вызывающего беспокойство.

Но все же ...

“Комнаты”, — сказала Граймс, и ее тон — как у Ответственного Специального агента - предполагал, что они все должны поступить так же.

Латиф пожал плечами. “ Ты босс, - сказал он тоном, который намекал, что он предпочел бы выпить. Демпси знал, что все это было частью НОК — никто из ПЕЧАЛЬНОЙ команды Эмбер не стал бы пить в баре на задании, если бы этого не потребовал НОК.

Демпси заставил себя расслабиться, но, тем не менее, он настаивал, когда они двинулись к лифтам. Боковым зрением он уловил движение, и, взглянув сквозь прозрачные занавески, увидел, как человек за компьютером достает что—то из-под куртки - что-то черное. Демпси встал между Граймсом и углом, меняя позу . ... это был телефон, который мужчина быстро набрал и поднес к уху. Бизнесмен разочарованно указал на экран своего компьютера, затем начал обличительную речь на языке, похожем на литовский.

Демпси почувствовал чью-то руку на своем плече и повернулся, чтобы посмотреть на Граймса.

- У нас все хорошо? - спросила она.

“Да”, - сказал он и выдавил улыбку. “У нас все хорошо”.

И они были такими, верно? Что, черт возьми, с ним было не так?

Это Малик. Одно только знание того, что русский призрак был в Клайпеде, делает меня сверхчувствительным.

Демпси знал, что шансы на то, что Малик все еще в Клайпеде, были практически равны нулю, но то, как русский ухмылялся в эту гребаную ленту службы безопасности, запало Демпси в голову. Русский хотел, чтобы они знали, что он был здесь. Он хотел, чтобы они знали, что именно он потопил "Индепенденс". Демпси сказал Смиту об этом, но директор Ember лишь скептически нахмурился и неохотно пробормотал “возможно”. Но зачем еще русскому делать что-то столь дерзкое и безрассудное? Потому что это было послание, насмешка, приглашение — приглашение, предназначенное специально для Демпси.

Я знаю, что ты не в состоянии найти меня, так что я здесь. . .

Приди и забери меня, если осмелишься.

Звон подъезжающего лифта вернул его к действительности.

Он снова почувствовал ладонь Граймса на своей руке. - Ты в порядке? - снова спросила она.

“Да, босс”, - сказал он, играя свою роль. “Просто устал. Чертовски долгий перелет, и мне просто нужно немного бодрости, чтобы избавиться от смены часовых поясов ”.

“Мы все немного поспим, а утром хорошенько поработаем”, - сказала она группе, когда двери лифта открылись.

Демпси отступил в сторону, когда двое мужчин, находившихся в лифте, вышли, вежливо потеснившись, чтобы освободить место между ними пятью. Демпси позволил остальным членам своей группы войти в лифт первыми, а сам повернулся на девяносто градусов, чтобы посмотреть, как они уходят. Тот, что покрупнее, не успел сделать и двух шагов, как внезапно похлопал по карманам своего черного пальто и брюк "юниверсал" о черт, я забыл свой . . . жест. Он что-то рявкнул своему попутчику, который закатил глаза и скрестил руки на груди, отчитывая своего напарника за . . . Может быть, поляк? Крупный мужчина повернулся обратно к лифту и протянул руку.

“Извините за меня, пожалуйста, ” сказал он на ломаном английском с сильным акцентом. Манн, который придерживал дверь для Демпси, кивнул. Мужчина присоединился к ним, протиснувшись в середину группы. “Я забыл свой. . . эм, это называется "мой " . . . um . ... Он сделал жест, словно открывал маленькую книжку.

“ Твой бумажник? - Спросил Мартин.

“Да”, - сказал мужчина, довольный, что его поняли. “Я забываю своего валада”.

Он наклонился к Демпси и нажал кнопку второго этажа. Манн уже нажал кнопку третьего этажа. “Паучье чутье” Демпси превратилось из покалывания в возбуждение, когда широкоплечий мужчина отодвинулся к задней части лифта.

Но он выйдет первым . . .

Демпси вытащил из кармана ключ от своей комнаты, повозился с ним и уронил. - Черт, - сказал он и присел на корточки, чтобы поднять его, одновременно поворачиваясь внутрь и бросая взгляд на одинокого незнакомца среди них.

Он наблюдал, как правая рука мужчины скользнула под левый клапан не по сезону длинного зимнего пальто, которое было на нем. . . в июне.

Забери его сейчас же, - гласила ПЕЧАТЬ внутри.

Демпси сорвался со своей стойки, как пловец с брусчатки, взметнув левую руку и поймав мужчину открытой ладонью под подбородком. Голова мужчины откинулась назад, врезавшись в зеркальную заднюю стенку лифта. Вместо удивления лицо мужчины исказилось в оскале, когда его собственный НОК исчез. Демпси почувствовал, как твердый металл короткоствольного пистолета-пулемета пытается встать между ними из-под тяжелого пальто, и он во второй раз ударил мужчину головой о заднюю стену, разбив зеркало и оглушив убийцу, когда тот выхватил пистолет и приставил его к подбородку мужчины.

Манн нажал на аварийную остановку, прочитав мысли Демпси, и быстро отключил сигнализацию.

Демпси пристально посмотрел в яростные серые глаза убийцы.

“ Сколько? - спросил он, с силой вдавливая ствол в мягкую плоть. Из-под расстегнутого воротника рубашки мужчины выглядывала верхушка восьмиконечной звезды — татуировки воры, нанесенной высоко на грудь мужчины.

Амаров . . .

- Пошел ты! - вскипел мужчина на том, что, как теперь решил Демпси, было английским с русским акцентом.

Этого было достаточно. Он сильно ударил мужчину левым локтем в висок, и убийца обмяк.

“Этот парень - Ворюга”, - сказал Демпси, выхватывая перочинный нож и разрезая перевязь, на которой пистолет-пулемет Pindad PM2 был прикреплен к груди мужчины, и вытащил его.

“Это снова похоже на Нарву”, - простонал Мунн.

“ Приготовьтесь к тому, что они будут поливать нас из шланга, когда откроются двери на втором этаже. Всем занять места по углам. На следующей остановке мы занимаем позицию. Он огляделся и увидел, что все уже сидят в тактических приседаниях с оружием наготове, прижавшись спинами к стенам. - Заставь нас двигаться, Дэн.

Манн нажал кнопку аварийной остановки, и лифт рванулся вверх, когда Демпси поднял ошеломленного бандита на ноги. Убийца покачнулся, но устоял, прислонившись к разбитой зеркальной стене на нетвердых ногах, его остекленевший взгляд подтверждал сотрясение мозга, нанесенное сокрушительным ударом Демпси.

Лифт замедлил ход.

“Будьте готовы к светошумовому взрыву”, - сказал Демпси. “Если это боевая граната, мы должны вытащить ее и закрыть эти двери”.

Манн схватил Мартина за руку и указал на кнопку закрытия двери. Мартин кивнул, и Манн перешел к левой стороне лифта, пристроив покачивающегося русского рядом с Демпси.

Лифт остановился.

Команда Эмбер заняла передние углы, держа оружие наготове.

Когда двери открылись, Демпси отпустил бессвязно бормочущего головореза и прижался к стене позади Мартина и Латифа. Он взглянул на Граймса, забившегося в угол перед Манн. Она кивнула ему с огнем, а не со страхом в глазах.

Он направил короткий ствол 9-миллиметрового пулемета в расширяющуюся щель между дверями лифта, холодный металл прижался к его щеке. С другой стороны, четверо мужчин ждали, пригнувшись по-военному, со штурмовыми винтовками наготове. Всей группой они в недоумении заглянули в лифт, в котором, на первый взгляд, находился только один пассажир. Уловка сработала, дав им полсекунды, в которых они нуждались, и позволив Демпси выстрелить первым.

Он нажал на спусковой крючок и выпустил шквал 9-мм пуль из компактного пулемета. Сменив свою обычную точность на шок и благоговейный трепет, он промчался по коридору, держа спусковой крючок у упора и не отпуская его. Двое стрелков упали на землю лицом вперед, а двое других яростно попятились, открывая ответный огонь по кабине лифта. Боковым зрением Демпси увидел вспышки выстрелов из пистолетов Манна и Граймса слева от себя, а Мартин нажал кнопку закрытия двери справа. Ошеломленный русский, который пытался начать эту вечеринку с убийствами, дергался и извивался, когда град пуль его товарищей по команде прижал его к задней стене, а из ран на груди и лице, раскрывающихся подобно распускающимся цветам, хлестала кровь.

Казалось, прошла вечность, прежде чем двери начали закрываться, и оружие Демпси выпустило последний из тридцати патронов. Он услышал крики из коридора, а затем все стихло.

Двери закрываются с парадоксально мягким щелчком.

Но если нападавшие додумались нажать на кнопку вызова . . .

Мгновение спустя водоворот перестрелки возобновился, когда группа убийц обстреляла двери лифта из автоматов. Пули не до конца пробили толстые двустворчатые двери, и лифт дернулся вверх. Демпси выпустил воздух сквозь зубы.

“ Все в порядке? рявкнул он, бросая автомат в поисках своего "Зига".

“Все хорошо”, - ответила Граймс чистым и расслабленным голосом. После Иерусалима, Аданы и Сирии она была такой же чистокровной, как любой другой оператор, которого он знал.

“Хорошо”, - хором ответили Мартин и Латиф.

“Я видел четверых”, - сказал Демпси. “Были ли еще?”

- Да, я насчитал по крайней мере еще троих в коридоре с вашей стороны, - сказал Граймс.

“И я увидел вторую пару слева”, - сказал Мартин.

- И что теперь? - Спросил Манн.

“Приготовься повторить это на счет три”, - сказал Демпси. “Ван, ты не спишь?”

“Да”, - ответил технический гений. “Что вы, ребята, делаете? Кто-то, типа, в вас стреляет?”

“Да, Дик”, - саркастически сказал Манн. “Многие, типа, стреляют в нас”.

“ Слушайте, мы поднимаемся на третий этаж. Кто-нибудь ждет, чтобы облить нас из шланга? Рявкнул Демпси.

“Подожди один, я включаю терморегулятор . . .”

- Поторопись, - сказал Демпси жестким тоном, когда они разошлись по своим углам.

“ Я знаю, я знаю, я пытаюсь . . .”

Лифт начал замедлять ход.

“Ричааааард . . .”

“ Коридор чист, ” выпалил Ван, “ но у вас есть две группы танго. Одна штурмует северную лестницу, а другая поднимается по южной. Они собираются ударить по тебе с обоих концов, подставить под перекрестный огонь”.

“Тогда скажи нам, куда идти”, - прорычал Демпси. “Ты должен вывести нас отсюда, братан”.

“ Одну секунду. Одну секунду.

Лифт резко остановился и звякнул.

“Ван, нам нужно срочно пройти проверку”.

Двери начали открываться.

“Где та фотография, которую я сделал с этой чертовой поэтажной схемой?” Пробормотал Ван. “Ладно, понял. Когда вы выйдете из лифта, через холл вы увидите небольшую нишу с автоматом со льдом и торговыми автоматами. В задней части есть дверь. Пройди через это”.

“Мы не можем застрять в гребаном чулане, Ван”. Демпси нажал кнопку “1”, чтобы отправить лифт обратно в вестибюль, прежде чем выйти в холл. Он отошел налево, когда Манн пересек улицу позади него и отошел направо.

“Ты не сделаешь этого”, - сказал Ван, повысив голос. “Поторопись. По обе стороны от тебя до хрена парней поднимается по лестнице”.

Демпси бросился через пустой коридор и очистил нишу с торговыми автоматами. Как и сказал Ван, в задней стене была дверь. Он схватился за ручку, которая, конечно же, была заперта, и сильно ударил левым локтем по ручке, срезав ее у основания. Затем он кончиком пальца сдвинул поршень простого механизма замка и потянул дверь на себя.

Позади него раздались шаги, когда к нему присоединились остальные четверо членов команды Ember SAD. Он завел их в темное, тесное помещение, по пути взявшись за срезанную ручку. Вдоль правой стены тянулась деревянная полка, забитая инструментами и ведрами с краской, а слева от него стояли два ведра на колесиках со швабрами рядом с ними. Шаги и голоса эхом отдавались в коридоре третьего этажа, когда русские выбегали с лестничных клеток. Демпси наблюдал, как Мартин бесшумно закрыл дверь, единственным источником света теперь был желтый конус от отсутствующей дверной ручки, который, как он молился, не был замечен группой захвата Вори, когда они обыскивали этаж. Оставалось надеяться, что двери лифта будут закрыты и машина уже тронется с места к тому времени, как русские доберутся до нее. И если им действительно повезет, эти ублюдки погонятся за ним обратно в вестибюль.

Но когда ему еще так везло?

Даже в темноте Демпси почувствовал, что четыре пары глаз смотрят на него, пытаясь определить направление внутри того, что теперь определенно походило на чулан.

Итак, вот как заканчивается Эмбер. В аду я навсегда останусь известен как парень, который в своем последнем действии на земле послушал Дика Вана и повел свою команду на смерть . . . в чулане для швабр.

ГЛАВА 20

Победная улыбка Валериана увяла, когда он прислушался к перестрелке двумя этажами ниже. Что-то в том, как выстрелу штурмовой винтовки предшествовала и заглушала его безумно длинная очередь из 9-миллиметрового автоматического оружия, заставило зловещий холодок пробежать у него по спине. Ему не нужен был звонок от командира штурмовой группы Амарова, чтобы сказать ему, что что-то пошло не так. Вместо того, чтобы "Вори" удивили американскую команду, интуиция подсказывала ему, что произошло обратное. И когда стрельба резко прекратилась, его грудь сжалась от осознания того, что он должен был сам возглавить штурм второго этажа.

Этот американский оператор - гребаный фокусник.

Валериан достал HK416 из стального чемоданчика в ногах кровати и надел перевязь на шею. Большим пальцем он переключил селектор на одиночный выстрел, сунул короткую винтовку под правую подмышку и натянул кожаное пальто до бедер. Со стиснутой челюстью и горящими глазами он направился к двери.

- “Виктори", это Бастион, - произнес грубый мужской голос в наушнике Валериана. - Они были готовы встретить нас.

“ Что случилось? - спросил он.

“ Перестрелка на втором этаже. Я потерял четырех человек и один ранен. Они поднялись на лифте на третий этаж. Мы ведем преследование”.

“ Я спускаюсь. Не стреляй в меня, черт возьми.

- Воспользуйтесь северной лестницей, - сказал лейтенант Амарову.

“ Спайр, у тебя есть глаза? - Спросил Валериан, обращаясь к Сильви, которая обеспечивала кибернетическую и коммуникационную поддержку из комнаты в ближайшей гостинице.

“Я наблюдаю за зданием со спутника, но без тепловизора”.

“Мне нужно тщательное наблюдение за выходами - всеми выходами, включая внутренний двор. Цель пытается скрыться”.

- Проверь, - просто сказала она.

- Ты можешь отключить их связь?

- Я могу попробовать.

- Чего бы это ни стоило, просто сделай это, черт возьми! - рявкнул он, поворачивая направо и быстрым шагом направляясь в северный конец зала.

В тот момент, когда он вышел на лестничную клетку, он принял боевую стойку и вытащил оружие из-под кожаного пальто. Он осторожно спустился. На лестничной площадке внизу он заметил шестерых стрелков из "вори", прижавшихся к стене по обе стороны стальной двери. Командир группы Амарова взглянул на него, кивнул, затем приказал своим людям выйти в коридор. Дверь распахнулась, и стрелки ворвались в холл, как разъяренные шершни.

Отсутствие немедленной стрельбы подсказало Валериану, что в холле никого нет. Он сбежал по ступенькам и вошел в коридор вслед за группой захвата, которая двигалась к лифту. В дальнем конце коридора вторая половина отряда убийц Вори высыпала из южного лестничного колодца, держа штурмовые винтовки наготове. К счастью, эти придурки не открыли огонь друг по другу.

-Лифт! - рявкнул командир группы Амарова, и оба отделения сошлись у лифта в центре зала.

Валериан последовал за ним, отступив на пять метров, мысленно представляя планировку отеля.

“Черт, мы опоздали. Он возвращается вниз”, - сказал ведущий Вори, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Валериана.

“ Пошлите пятерых человек в вестибюль, ” рявкнул Валериан. “ Пятерых в подвал, а остальные обыщите этот этаж. Времени было мало. Пятьдесят на пятьдесят, отделались ли они”.

“Где я должен быть?” - спросил руководитель группы.

“ Вестибюль. Вперед!

Воры выкрикнул задания, и отряд убийц разделился, как и приказал Валериан, оставив с ним четырех нападавших.

- Американцам были забронированы номера 308, 309, 311, 312 и 315, - сказала Сильви ему на ухо как нельзя кстати.

“ Вы двое очистите 308 и 309. А вы двое, ударьте по 311 и 312. Я возьму 315-й, - сказал он.

“Вы хотите, чтобы мы вышибли двери?” - спросил один из мужчин.

“ Конечно, гребаный идиот. Иди.

Валериан покачал головой и двинулся к 315-му, затем резко остановился. Он прищурился и осмотрел холл, его взгляд остановился на нише торгового автомата напротив лифта с дверью в задней стене — дверью, которую он сначала не заметил, потому что плита была оклеена обоями в тон стенам.

Лисья усмешка тронула его губы.

Мне интересно . . .

ГЛАВА 21

“ Чего вы, ребята, ждете? - Чего вы ждете? - спросил Ван на ухо Демпси.

“Ты завел нас в чулан для швабр”, - прошептал Демпси с глубокой язвительностью. - Если мы выживем, я убью тебя.

“Чувак, это не кладовка — позади тебя должен быть служебный лифт”, - сказал Ван.

“Он прав”, - прошептал Манн, когда Мартин и Латиф открыли единственную раздвижную дверь лифта, которую теперь могли разглядеть привыкшие к темноте глаза Демпси. - Она выкрашена в тот же цвет, что и стена.

Демпси покачал головой. Полагаю, юный гений заработал себе пиво вместо смерти.

“Машина на четвертом этаже”, - сказал Манн приглушенным голосом, направляя луч компактного светодиодного фонарика вверх по шахте, в то время как Мартин приоткрывал дверь ручкой от швабры. “Ты хочешь, чтобы я назвал это?”

“Нет”, - сказал Демпси. “Они могут услышать это. Мы можем спуститься по шахте?”

“ Да, я так думаю. Шахта довольно узкая.

- Шевелись, - сказал Демпси и взмолился, чтобы какая-нибудь горничная с тележкой для белья не позвонила в эту чертову штуковину, пока они спускались вниз.

Манн пошел первым, в то время как остальные тактически встали на колени, нацелив оружие на дверь ниши с торговыми автоматами. Демпси закрыл глаза, сосредоточив все свое внимание на том, чтобы прислушиваться к приближающейся угрозе вори. В коридоре раздались громкие шаги, а затем . . . заработал компрессор холодильника автомата с газировкой. Весь торговый автомат жутко завибрировал, когда компрессор набрал обороты и загудел так громко, что он больше ничего не слышал.

Ублюдок.

- Народ, поторопитесь, нам нужно двигаться, - прошептал он через плечо.

Демпси держал свой пистолет "Зиг-Зауэр" направленным на темную дверь, пока не остался последним. Глубоко вздохнув, он убрал пистолет в кобуру и нырнул под наклоненную метлу, чтобы забраться в шахту. Он посмотрел вниз, чтобы посмотреть, как спускаются остальные. Мартин, который был предпоследним, прижался спиной к боковой стенке шахты, а ноги его были вытянуты на девяносто градусов, ступни прижаты к противоположной стене. Шахта лифта была шире в одну сторону, чем в другую, так что, несмотря на чертовски большой размах крыльев, руки Мартина не могли дотянуться от стены до стены. Вместо этого он ухватился за направляющую противовеса лифта, перебирая руками, чтобы удержаться на ногах, пока спускался.

Занять нужную позицию было сложнее всего, но как только Демпси прижался спиной к одной стенке шахты, а ногами к другой, он почувствовал себя твердым. ... ну, вроде того. Тридцать пять футов - это долгий путь вниз.

Он оглянулся на приоткрытую дверь.

Итак, как, черт возьми, я должен вынести швабру из-за двери?

Опираясь только на ноги, он высвободил дурацкую ручку швабры и едва успел просунуть ее в щель, прежде чем дверь захлопнулась. Когда дверь закрылась, шахта лифта погрузилась в полную темноту. Манн положил фонарик в карман и, вероятно, не стал бы доставать его, пока не достигнет дна. В кромешной тьме, прислушиваясь к дыханию своих товарищей по команде и шарканью их подошв по бетону, он нашел ритм и, покачиваясь, спустился вниз. К тому времени, как он добрался до дна, его квадрицепсы были в огне. Хлопок по бедру дал ему понять, что он прибыл, и, когда он падал на землю, его локоть врезался во что-то костлявое.

“ О, черт, ” прошипел Манн. - Это была моя ключица, чувак.

Он уже собирался извиниться, когда где-то наверху заработал мотор, и в шахте лифта раздался ни с чем не сравнимый звук.

- Черт, лифт едет, - прошипел Латиф, указывая на очевидное.

-Открой эту чертову дверь, - сказал Демпси.

“ Поторопитесь, ” сказал Граймс. - Оно быстро приближается!

- Мы справились, - сказал Мартин, и свет залил шахту, когда они с Латифом открыли внешнюю дверь.

“ Лифт ведет в кладовую за кухней, на случай, если тебе интересно, ” сказал Ван на ухо Демпси, и тут же раздался чавкающий звук. Демпси мысленно проклял Вана и кофейный напиток "фу-фу", который тот, несомненно, пил через соломинку.

Он выкатился из шахты, убирая свой "Сиг". - Чисто, - сказал он, но остальные уже выбирались из надвигающейся смертельной ловушки.

- Думаю, лифт едет сюда, - сказал Граймс, глядя на указатель этажа над дверью, цифры на котором загорались и гасли по мере того, как лифт опускался.

Демпси быстро оценил пространство вокруг них. Слева от него алюминиевая распашная дверь с иллюминатором отделяла кладовую от кухни. Он слышал грохот и гам работающего на кухне персонала. Справа от него были стеллажи с консервами и упаковками. Прямо напротив него были две двери, обе приоткрытые — одна вела в крошечный офис, а другая - в грязный туалет для персонала. Убедившись, что их не собираются обходить с фланга, он развернулся, тактически присел на сорок пять градусов и прицелился в дверь лифта. Остальная часть команды последовала его примеру, разделившись на две пожарные команды, оставив промежуток посередине между ними.

- Готово, - сказал Демпси, когда загорелась цифра 1.

Звон.

Дверь скользнула в сторону . . .

“Чисто”, - хором сказали Демпси и Граймс, когда он снял палец со спускового крючка и снова положил его на спусковую скобу.

“Ван, ты должен вытащить нас отсюда”, - сказал Демпси. “В этом отеле все еще по меньшей мере дюжина придурков с автоматами, пытающихся выследить нас и убить”.

“ Спецподразделение ФБР находится в пути на двух внедорожниках. Но я должен предупредить вас, что они все немного разозлились из-за того, что не знали, что происходит ”.

- Я думал, Баз составляет компанию этим ребятам?

“Да, но я не уверен, хорошо это для нас или плохо”, - сказал Ван.

“Я это слышал”, - сказал Баз, впервые разговаривая по партийному телефону. “Где ты хочешь забрать машину, Джон?”

Разделите колонну. Я хочу, чтобы одна была в тылу, там, где переулок пересекается с Месининку. Это наша основная цель; мы выйдем через внутренний двор и свернем в переулок. Я хочу другого...

Пронзительный вой прервал связь, за ним последовал взрыв громких помех, а затем завывание электрогитары, тяжелый барабанный бой и мужской крик: “Я не могу дышать. . . Я не могу дышать. . . Я не могу дышать”.

“ Ты это слышал? - Спросил Демпси, глядя на Манна и морщась.

“ Да, что это, черт возьми, такое? Манн потянул себя за левое ухо.

“Звучит как трек в стиле хэви-метал, играющий в цикле”, - сказал Мартин.

“Ван, выключи это дерьмо”, - рявкнул Демпси. “Ван? Ван. . ты слышишь?”

“ Джон, это не Ван, ” сказал Граймс. - Кто-то перехватил нашу связь.

“Что ж, это подтверждает, что за нами охотятся не только ребята Амарова. Малик сегодня дергает за ниточки”, - сказал Демпси, его челюсть была плотно сжата. “Он здесь, в Клайпеде. Я это чувствую”.

“Это означает, что мы должны предположить, что в дополнение к "воришкам" у Малика есть киберы, корректировщики и снайперы”, - сказала Граймс, страдальческое выражение ее лица говорило ему, что бушующий камень в ее левом ухе отвлекал ее так же, как и его. “Кроме того, если они могут вещать по линии нашей партии, то мы должны предположить, что они нас подслушивали. Мы больше не можем выезжать в Месининку, все пропало ”.

“Верно, но альтернатива - выйти через парадную дверь”, - сказал Демпси.

“Вон та дверь, которая выходит в Театр”, - сказал Манн.

“ Эта дверь всего в тридцати футах от главного входа на углу, - сказал Граймс. “ Весь этот перекресток - ничейная территория. Он полностью открыт, и здесь есть полдюжины вариантов для снайперов с отличными линиями прицеливания и широкими дугами прицеливания. Кроме того, повсюду есть уличные парковки. Я насчитал пять минивэнов, припаркованных там по пути назад. В любом из них Амарова могли поджидать ребята”.

“Выход через переднюю дверь вынуждает нас пересечь вестибюль”, - сказал Демпси, качая головой. “Я гарантирую, что у него есть пожарная команда, разбившая лагерь перед этим чертовым лифтом. Это то, что я бы сделал”.

“Оба варианта - отстой. Нам просто придется пробиваться с боем”, - сказал Граймс.

“У нас среди нас нет ни одной винтовки, Лиззи”, - сказал Манн, теперь он практически кричал, чтобы услышать свой собственный голос поверх тяжелого металла. - Я думаю, нам следует присесть здесь на корточки.

“ Здесь? В кладовке без выхода? - Спросил Демпси, скорчив гримасу Манну. Шум в наушнике действительно начинал выводить его из себя.

“Ага. Малик все испортил, чувак. Ребята Амарова провалили свою первую попытку убить нас в лифте, и теперь у них нет времени. Клайпедский спецназ, должно быть, уже в пути, если они еще не здесь. Стрелки из Вори не собираются оставаться здесь, чтобы их разорвали в клочья и арестовали. Нам просто нужно подождать здесь, пока хорошие парни не возьмут здание под охрану ”.

“Я не знаю, Дэн, эти воры очень мотивированы. Русские, должно быть, платят им кучу денег. Малику не потребуется много времени, чтобы понять, что мы здесь. Одна граната упала внутрь, и нам конец, - сказал Граймс.

“Ты прав . . Боже, это гребаное дерьмовое шоу”, - выругался Манн, качая головой.

Демпси уже собирался вмешаться, когда по другую сторону двери, отделяющей кладовую от кухни, поднялась суматоха. Он жестом приказал всем пригнуться, а сам пополз вперед, тактически пригнувшись. Команда последовала за ним, используя смещения в шахматном порядке, например, по мышечной памяти — Манн слева позади него, затем Граймс, затем Мартин, затем Латиф. Он заглянул в щель между краем вращающейся двери и косяком и увидел двух боевиков "Вори" с автоматами, осматривающих кухню.

Демпси присел на корточки и стиснул зубы.

Черт, они нашли нас. . . .

ГЛАВА 22

Четвертый этаж

Отель "Националь"

“Значит, это твоя игра — кошки-мышки? Я ожидал большего, - пробормотал Валериан, обращаясь вслух к американскому оператору, который продолжал двигаться на шаг впереди него на каждом шагу.

- Скажи еще раз, - сказал ворийский убийца рядом с ним.

“ Я не с тобой разговаривал, ” сказал Валериан, пристально глядя на стрелка. “ Приготовься. Мы начинаем снова.

Русский кивнул и взял штурмовую винтовку наизготовку. Валериан и двое его стрелков из "Вори" очистили девять комнат и были на позиции, чтобы прорваться в десятую. Это была изматывающая, изматывающая нервы работа - знать, что каждая открывающаяся дверь может стать для тебя последней.

У него хватило на это духу.

Его наемные гангстерские мускулы этого не сделали.

Всего несколькими минутами ранее он стоял у лифта на третьем этаже и почти сразу заметил отсутствие ручки на двери в нише торгового зала. Он приказал тем же двум стрелкам из "Фори" очистить шкаф для прислуги — с радостью позволив им стать жертвенными подушечками от пуль для американской команды, которая, он был уверен, пряталась внутри. Но когда они открыли дверь, шкаф был пуст. Он включил свет, увидел служебный лифт и желтый индикатор четвертого этажа и понял, как им удалось сбежать. Никакой магии, никаких чудес; только удача и тактическое мастерство.

Американский призрак был умен, и он правильно предсказал, что Валериан передислоцирует своих стрелков на уровень вестибюля, чтобы заблокировать их побег, поэтому вопреки общепринятому мнению, американец решил подняться наверх. На четвертом этаже было двадцать две комнаты, в которых можно было спрятаться. Валериан рисковал, надеясь, что американцы решили переждать достаточно долго, чтобы литовская полиция в массовом порядке прибыла в отель, прежде чем быть вынужденными вступить в очередное столкновение с ударной группой, которая значительно превосходила их численностью и вооружением.

- “Виктори", это "Спайр". Твое время вышло, - сказала Сильви ему в правое ухо, ее голос был мягким, но настойчивым. Она знала свое место. Она разговаривала с ним по частной линии связи, отдельной от общего с вори канала. “Я отключил связь американцев, но я не знаю, сколько еще это продлится, пока они не разгромят мой подвиг. У них есть тактическое подкрепление в пяти минутах ходьбы, а клайпедский спецназ отстает от них всего на несколько минут ”.

“Я не уйду без него”, - кипел он.

Несколько секунд она молчала, наконец сказав: “Я рекомендую вам выйти через внутренний двор в переулок, ведущий на улицу Месининку. В полуквартале от Курпиу припаркована машина с ключами под сиденьем. Я останусь с тобой так долго, как смогу ”.

Внутри Валериана вспыхнул гейзер гнева, и шквал проклятий затопил его разум, но он сдержал порыв высказать любое из них. Сильви была права, черт возьми. План американца сработал — у Валериана не было времени. Он посмотрел на табличку с номером на двери перед собой: 422.

Еще один, сказал он себе. Еще одна комната, и я ухожу . . .

Он посмотрел на стрелков “вори”, кивнул и сосчитал их: "Три, два, один, прорыв".

Тот, что покрупнее, вышиб дверь ногой, расколов деревянный косяк и отправив плиту в полет к дверному косяку. Команда из трех человек ворвалась в комнату, осматривая свое оружие, зачищая направо и налево. После нескольких пробных запусков они достигли предельного мастерства, очистив сначала спальню, затем ванную и гардеробную.

- Чисто, - сказал тот, что покрупнее, из стрелков “вори”.

- Чисто, - сказал другой.

- Черт, - выругался Валериан и развернулся, чтобы уйти.

- Мы проверим следующий? - спросил первый парень.

“Да, и я хочу, чтобы ты убрал остальное”, - сказал Валериан.

- Куда ты идешь? - спросил я.

“Спустился поговорить с Юрием”, - сказал он, имея в виду секунданта Амарова. “Я вернусь”.

Большой гангстер недовольно проворчал, что такое развитие событий, но Валериану было все равно. Американец победил его. . . снова. Сердитыми шагами он направился к восточной лестнице и спустился вниз. При этом он надел большие очки с затемненными стеклами. Толстые линзы были специально сконструированы так, чтобы искажать линии его щек и закрывать любой обзор его глаз от камер, которые будут вести запись повсюду за пределами отеля. Литовцы предоставили бы американцам доступ ко всему, и они использовали бы свое гребаное программное обеспечение для распознавания лиц, чтобы выследить его в режиме реального времени.

Не разговаривая с Юрием и не вызывая Амарова по рации, он выскользнул через заднюю дверь отеля во внутренний двор. Не оглядываясь, он прошел по переулку, а затем повернул направо на Месининку. Через полквартала слева он заметил машину, о которой сообщила Сильви. Как только он выберется из Клайпеды, эмиграция из Литвы будет простой. Российская земля находилась всего в пятидесяти километрах отсюда. Через час он вернется в Калининград. Надеюсь, Сильви выбралась. Она была дзетой, но не настоящей дзетой. Там были операторы и служба поддержки, и она была поддержкой. Она ему нравилась, и она хорошо выполняла свою работу, но он не был готов рисковать своей жизнью или миссией ради нее. Она понимала это, когда соглашалась участвовать в операции. Все это подразумевалось, не так ли?

Садясь за руль, он думал о своем следующем разговоре с Аркадием. Он был уверен, что это будет ужасно. Аркадий не мог не узнать о сегодняшних событиях. Старый лис, вероятно, вызовет его в Выборг на обязательный учебный модуль по “перевоспитанию”. Или, может быть, он попросил бы снайпера всадить пулю в мозг Валериану. В любом случае, это было бы неприятно. Возможно, пришло время начать думать о жизни после Дзеты. Никто не говорил об этом, но простые числа не уходили на пенсию . . . они были на пенсии. Была разница.

Я так не поеду, сказал он себе, засовывая свой HK под водительское сиденье. Когда придет мое время, это будет на моих условиях.

ГЛАВА 23

Буфетная ресторана "Отто"

Отель "Националь"

Демпси наблюдал за двумя стрелками из "Вори" через щель между дверью кладовой и стеной. Ближайший из двух русских указал на кладовую и что-то сказал своему напарнику, который выглядел по меньшей мере на десять лет старше и, судя по всему, был главным. Старший боевик "Вори" кивнул и легкомысленно взмахнул левой рукой."Тогда пойди проверь".

“Тебе придется взять этого парня”, - прошептал Манн на ухо Демпси, заглядывая ему через плечо.

“Я знаю”, - сказал Демпси и прицелился поверх своего "Зига" в щель, которая была как раз достаточной для дула. Как раз в тот момент, когда он собирался нажать на курок, он передумал. - Отойдите, - прошептал он и махнул своей команде в сторону ванной и офиса.

“ Что мы делаем? - Спросил Манн, сдавая назад.

“Слишком много залогов”, - прошептал Демпси. - И если я промахнусь, он порежет нас всех на куски через вращающуюся дверь.

“Тогда не промахнись”, - сказал Манн с кривой усмешкой. “Или позволь Лиззи стрелять”.

Демпси покачал головой, протиснувшись обратно в кабинет — который был немногим больше каморки - и опустился на тактическое колено рядом с Манном. Как только он это сделал, рок-музыка в его ушах резко оборвалась, за ней последовал взрыв помех, а затем голос Вана: “Ублюдки думают, что могут украсть мое барахло? Черт возьми, нет! Теперь я собираюсь завладеть их задницами”.

“Рад, что ты вернулся”, - сказал Демпси. “Теперь протокол позывных по умолчанию. Я один”.

- Двое, - сказал Манн, за ним последовали Граймс, Мартин и Латиф, пронумерованные в таком порядке.

“Проверка”, - сказал Ван. “Я Ноль, Старший Брат дома, а папа едет с TMT”.

“ Проверка, ” прошептал Демпси. Через щель он видел, как один из русских бандитов допрашивал повара, а другой поднял винтовку наизготовку и начал сканирование. “Зеро, у нас большая проблема. Похоже, нам придется выбираться отсюда с помощью стрельбы. У тебя все еще есть тепловизор?”

-Проверка.

“Сообщайте о возможных снайперах ”танго" и любых стрелках по периметру, которые могут облажаться с нашим увольнением".

“Приготовьтесь . . .”

Демпси взглянул прямо на стену, отделяющую кабинет от кухни, и отметил, что она кирпичная, которая гораздо лучше защитит от неизбежного попадания второго стрелка, чем хлипкая алюминиевая распашная дверь. Он считал в уме шаги, представляя, как русский мафиози приближается к двери кладовой.

Он войдет в эту дверь через три . . . два . . . один . . .

Мгновение спустя вращающаяся дверь медленно открылась, и в комнату просунулось дуло штурмовой винтовки.

Демпси немного отрегулировал угол возвышения при стрельбе и нажал на спусковой крючок . . .

В поле зрения появился ствол АК-12 русского, затем ведущая рука стрелка схватилась за цевье, затем другая рука на рукоятке пистолета, затем кончик его носа и...

Демпси нажал на спусковой крючок.

Его пуля нашла свою цель и просверлила дыру в левом виске стрелка из "Вори", разбрызгав кровь и серое вещество по всей противоположной стене. Тело бандита рухнуло в дверном проеме, наполовину войдя, наполовину выбравшись из кладовки. Долю секунды спустя продолжительный, неконтролируемый залп второго "Вори" проделал дюжину дыр в алюминиевой вращающейся двери. Демпси поднял сжатый кулак, удерживая свою команду. По ту сторону двери раздались крики, когда среди кухонного персонала началось столпотворение.

Подожди . . . подожди . . .

Демпси выпустил две пули в заднюю часть вращающейся двери, и стрелок из "Вори" открыл ответный огонь еще одним продолжительным залпом, вызвав новый хор криков. Взгляд Демпси упал на автомат АК-12 в четырех футах от него, все еще зажатый в руках мертвого стрелка.

“Он не придет”, - сказал Манн.

- Нет, он сидит в укрытии и ждет, когда мы выйдем.

“Нам нужна эта винтовка”, - сказал Манн.

“Ага”.

- Хочешь, я прикрою тебя, чтобы ты мог сходить за ним?

“Только если мы оба захотим умереть”, - сказал Демпси, искоса взглянув на меня. - Если, конечно, ты сегодня не чувствуешь себя удачливым лесорубом.

“ Зеро, это третий, - сказал Граймс. “ Мы загнаны в угол. Нужна ОПЕРАТИВНАЯ помощь. Как далеко отсюда папа и наши колеса?”

“У папы нет пяти микрофонов”, - сказал Баз, опережая Вана в ударе. “Ты хочешь, чтобы мы разделились, или обе машины впереди?”

“Зависит от того, что Зеро видит снаружи”, - сказал Демпси.

“Я не держу стрелков с крыши, - сообщил Ван, - но у меня есть один возможный в квартире на третьем этаже на Месининку, рядом с выходом из переулка со двора. У меня две машины на холостом ходу на западной стороне. Одна припаркована на Зведжу, а другая на пересечении Зведжу и Театра Китти-корнер у входа в отель. Не знаю, говнюки они или нет, но я проверю их связь и попытаюсь выяснить.

- Проверка, - сказал Демпси и выпустил еще две пули в дверь, но на этот раз Мерзкий засранец на кухне не открыл ответный огонь.

“Похоже, он уже научился этому трюку”, - сказал Манн.

“Ага”, - проворчал Демпси. “Надо достать автомат”.

Он пристально посмотрел на мертвого русского, склонившегося над своей винтовкой всего в четырех футах от него. Нетерпение в его животе достигло апогея, потому что он знал — с абсолютной уверенностью, — что стрелок на кухне вызвал по рации помощь и вражеское подкрепление уже в пути. Прежде чем Манн или кто-либо еще успел возразить, Демпси скользнул на животе по грязному цементному полу туда, где в дверном проеме скорчившись лежал мертвый Вори. Со взрывной силой он подпер торс мертвеца в качестве щита и схватился за рукоятку АК другой рукой. Раздалась стрельба из автоматического оружия, когда стрелок из "Вори" осыпал дверь и тело пулями. Время замедлилось, и Демпси вошел в поток боевой ясности, где его мышцы, рефлексы, чувства и разум стали гиперсвязанными и настроенными.

Он поднял металлический прицел АК-12, и, как будто пистолет направлял его, а не наоборот, дуло нашло вражеского стрелка, притаившегося за углом кухонного уголка. Он нажал на спусковой крючок и превратил верхнюю часть головы наемного убийцы Вори в каноэ. Его разум был подобен компьютерной системе наведения, отделяющей угрозу от дружественной, пока он сканировал тела на кухне. Женщина, не представляющая угрозы, съежилась за полкой в свои три часа. Мужчина, не представляющий угрозы, свернулся калачиком на полу перед печами в два часа. Женщина, ранена в грудь, истекает кровью в двенадцать часов. Мужчина, шеф-повар, мертв в луже крови в десять часов. . .

Ярость от резни невинных людей зажгла огонь в его груди, и двигатель войны — то, что побуждало его сражаться, защищаться и оберегать — зарядил его тело. Он вскочил и бросился на кухню, целясь поверх своего АК. Как он и предсказывал, мгновением позже прибыло подкрепление Вори, четверо мужчин вошли в кухню ромбовидным строем из двери на противоположной стене. Но Демпси был в затруднительном положении, и они не были готовы к появлению него.

Хлоп-хлоп-хлоп.

Отойди в сторону, хлоп.

Утка, поворот —хлоп-хлоп-хлоп.

И все было кончено.

“Черт возьми, братан, как ты это делаешь, выше моего понимания”, — сказал Манн, припадая на правое плечо и качая головой, не веря в количество погибших.

- Ребята, кажется, я нашел его, - сказал Ван на ухо Демпси.

“ Кто? - Спросил Демпси, косясь на кухонную дверь на случай, если Воры задержали второе отделение.

“ Малик. На восемьдесят пять процентов уверен, что он наблюдает из работающего на холостом ходу внедорожника на Зведжу. Он на заднем сиденье с водителем и передним пассажиром. Голос Вана дрожал от возбуждения. “Бу-у-у. Он понятия не имеет, с кем имеет дело. Я триангулировал его задницу, и теперь я собираюсь найти придурков, управляющих его кибером, чтобы ты мог ударить по ним следующим ”.

“Хорошая работа, Зеро”, - сказал Демпси. “Текущая угроза SITREP?”

“ Парни, которых ты только что убрал, пришли из вестибюля, а это значит, что у тебя есть свободный выход, если ты уйдешь сейчас. У тебя все еще есть два стрелка на третьем этаже и еще два чувака на четвертом. Они обыскивают помещения, предположительно в поисках вас, ребята, но я не знаю, сколько у вас еще есть времени, прежде чем они поумнеют и спустятся вниз.

“ Проверь. Папа, это один. Чтобы забрать Малика, нам понадобится твоя помощь, - сказал Демпси.

“Первый, это папа”, - раздался по открытому каналу раздраженный голос Буза. - Он тебе нужен живым или мертвым?

“Живой”.

“Черт . ... это то, чего я боялся ”. Демпси услышал, как он некоторое время разговаривал с водителем ФБР TMT, прежде чем тот спросил: “Зеро, в какой машине Малик?”

- Черный внедорожник “Мерседес”, припаркованный на углу Карлскронос и Зведжу, носом наружу, - ответил Ван.

“ Хорошо. Мы загоняем его в угол. Один врезается в машину, хватает Малика, и затем мы выходим все вместе.

“Во-первых, у вас есть три микрофона, чтобы сделать это до прибытия литовского спецназа на место происшествия”, - сказал Ван.

“Проверка”, - сказал Демпси и повернулся к своей команде, которая теперь была вооружена автоматами, которые всего несколько секунд назад были в руках четырех мертвых русских у ног Демпси. Они быстро проверили свои магазины, и только Манн освежил свой запасным, взятым у одного из мертвых парней. “Вы все готовы?” спросил он, обводя взглядом группу.

“Одна небольшая вещь”, - сказал Манн, глядя на Мартина и Латифа. “Этот парень думает и стреляет, как Джей Ди. Он натаскал мою задницу в Турции, так что будь готова ко всему”.

“Привет, старина”, - сказал Латиф с дерьмовой ухмылкой. “Армия прикроет твою спину”.

“Манн прав, Малик чрезвычайно опасен”, - сказал Демпси. “Не отвлекайся. Задания: Первый и Второй находятся на HVT, Третий убивает водителя, Четвертый убивает пассажира, и пятый, вы получаете двигатель и шины. Мы наносим удар одновременно с прибытием TMT, чтобы извлечь выгоду из замешательства ”. Не видя вопросов или озабоченности на их лицах, он махнул рукой вперед. “Давайте двигаться”.

“Когда выйдешь из кухни, повернись в дверь слева, которая ведет в столовую”, - сказал Ван на ухо Демпси.

-Проверка.

“ Двигайтесь прямо через столовую к двойным дверям на противоположной стене. Выйдя из ресторана, вы окажетесь в коротком коридоре, который выведет вас в вестибюль перед лифтом, но я бы предпочел выйти с западной стороны, а не через парадный вход ”.

“Два микрофона”, - доложил Буз, когда Демпси ворвался в ресторан, который был полностью заброшен. На нескольких столах все еще стояли тарелки с едой и недопитые бокалы с вином, что свидетельствовало о том, что до начала стрельбы здесь было много народу.

Демпси резко затормозил у двойных дверей, ведущих из ресторана в коридор, примыкающий к вестибюлю. Он тактически присел и выглянул из-за угла.

“Чисто”.

Мгновение спустя он снова был в движении. Он взглянул на ряд лифтов, и индикатор показал, что машина находится на третьем этаже. Он остановился у края стены, где короткий коридор пересекал вестибюль, и заглянул за угол. Как и в ресторане, вестибюль был пуст. Он взглянул на крошечный бизнес—центр у противоположной стены -тоже пустой.

- Чисто, - рявкнул Демпси и нанес прямой удар рукой.

“ Один микрофон отключен, ” сказал Баз ему на ухо. - Будь готов.

Подкашив ноги, Демпси пробежал мимо лифта, через заднюю часть вестибюля, мимо бизнес-центра и оказался в другом коротком коридоре, который вел к выходу на Театро-стрит. Он нажал на тормоза у двери и оглядел улицу через стекло в двери.

“Один у двери. Ноль сообщений”, - сказал Демпси, желая оценить угрозу, прежде чем вести свою команду на широко открытый перекресток. Если бы у Малика были стрелки в другой машине или снайпер сменил позицию, они понесли бы потери. Его внимание привлек свет фар слева. “Та машина, которая с ревом мчится на север по Театро, это мы?”

“Да, это папа Два”, - сказал Ван. “Папа Один направляется на запад по Зведжу”.

“ Пятнадцать секунд. . . - сказал Баз.

“Первый, дорога свободна. Теперь иди”, - сказал Ван.

Демпси распахнул дверь и рванулся в ночь как раз в тот момент, когда мимо промчался черный "Субурбан", шины которого взревели по мощеной булыжником улице. Манн двигался шаг за шагом справа от него, и Демпси побежал вслед за большим внедорожником, молча проклиная, что его команда опоздает на X. Ненамного, всего на секунды, но секунды имели значение. Взвизгнули тормоза, и шины занесло, когда два черных "Шевроле" встали на место, обогнав внедорожник "Мерседес" Малика. Водитель Малика заметил приближающиеся автомобили Suburbans и попытался разогнаться, но было слишком поздно, и он врезался в пассажирское сиденье Papa Two.

Работая ногами, вскинув винтовку, Демпси быстро преодолел сорок ярдов до "Мерседеса", но не быстрее первого выстрела Граймса, который пролетел мимо него слева и попал водителю чуть выше правого уха, когда тот оглядывался через левое плечо, пытаясь выполнить маневр заднего хода. Двигатель "биг Бенца" на мгновение взревел, отбросив внедорожник назад на пять ярдов, прежде чем он остановился. Латиф выпустил две контрольные очереди в решетку радиатора "Мерседеса" и левое переднее колесо.

Вдалеке завыли сирены, которые с каждой секундой становились все громче, что означало, что государственная полиция Литвы вскоре прибудет на место происшествия. Таймер обратного отсчета в голове Демпси показывал девяносто секунд и тикал. Когда он и Манн описали дугу, чтобы ворваться в пассажирский салон, лобовое стекло "Мерседеса" внезапно взорвалось потоком летящего стекла и пуль. Русский оперативник на переднем пассажирском сиденье выпустил длинную очередь из автоматического оружия. Демпси и Манн упали на землю, когда над головой просвистели пули. Граймс и Мартин завершили недолгую контратаку секундой позже последовательными смертельными выстрелами. Демпси предположил, что пуля Граймса попала первой.

“Ваш HVT прижат низко к заднему пассажирскому сиденью”, - сообщил Ван, прочитав мысли Демпси. Парень сегодня был в ударе.

Должно быть, они движутся в том же потоке, подумал Демпси, преодолевая последние десять футов по направлению к "Мерседесу". Он терпеть не мог доставать HVT из салона автомобиля. Это было чертовски опасно, и он ненавидел это. Открыть дверь и получить пулю в лицо — нет, спасибо. Единственным безопасным способом было...

“ Флеш или чейз? - Спросил Манн, тоже прочитав его мысли.

- Чейз, - сказал Демпси и, не дожидаясь ответа Манна, сгорбленной походкой обогнул задний бампер внедорожника.

Продолжительная очередь под углом вверх из автомата Мунна выбила заднее пассажирское стекло и пробила дыры в крыше. Залп сделал свое дело, задняя пассажирская дверь распахнулась, и оттуда выскочил мужчина, который, пригибаясь, быстро побежал в обширную зеленую зону напротив отеля. Чувак был быстр, но Демпси был быстрее. Он сбил Малика с ног выпадающим захватом, жестко приземлившись на спину русского. Удар выбил весь воздух из легких Малика, и Демпси услышал, как у него сразу же началось учащенное дыхание. С торжествующим рычанием Демпси перевернул ублюдка на спину и вогнал правый кулак в нос противника, расплющив его с тошнотворным хрустом.

Русский, защищаясь, поднял обе руки, прикрывая лицо от второго удара, и стал хватать ртом воздух. Демпси замер. Этот человек вел себя совсем не так, как он, дрался совсем не так, как он . . . выглядел совсем не так, как он.

“ Что за черт? он кипел. - Ты не Малик.

Этот комментарий вызвал хриплое хихиканье, поскольку русский, все еще страдающий гипервентиляцией, пытался дышать и смеяться одновременно, в то время как кровь заливала его рот.

Кипя от злости, Демпси обыскал русского на предмет оружия, вытащил "Макаров" из наплечной кобуры и засунул его за пояс на пояснице. “Вставай”, - рявкнул он, дергая русского за руку. “Я сказал, вставай, ублюдок!”

“Это не Малик”, - сказал Манн, подбегая к нему сзади.

- Я знаю.

- Тогда кто же он?

“ Матвей Амаров, ” произнес русский сквозь кашель, поднимаясь на ноги. — И ты только что совершил самую большую ошибку в своей...

Демпси вырубил Амарова ударом в солнечное сплетение, обхватив дона русской мафии за пояс. “Вставай”.

Боковым зрением Демпси уловил вспыхнувшие синие и красные огни. Один из черных "шевроле" мчался к ним по траве.

“ Садись, - сказал Баз на ухо Демпси, когда "Субурбан" затормозил рядом с ними. “Мы уходим”.

Задняя пассажирская дверь распахнулась, и Демпси и Манн вместе швырнули Амарова головой вперед на заднее сиденье, где чувак из ФБР, одетый в бронежилет, перетащил его в третий ряд, освобождая место для остальных. Манн поехал первым; Демпси последовал за ним и захлопнул дверцу, когда большой "Шевроле" оставил следы на газоне, поскольку водитель убирал их с невероятной скоростью.

Демпси почувствовал на себе чей-то взгляд и, подняв голову, увидел, что Баз повернулся на переднем пассажирском сиденье и смотрит на него.

- Что? - спросил он, полный мочи и уксуса.

“Ты ведь любишь крушить все в одиночку, не так ли, ча?” - спросил бывший сотрудник ЦРУ.

“Ты понятия не имеешь”, - сказал Демпси, а затем повернулся, чтобы посмотреть на свой приз на заднем сиденье. Амаров выглядел так, словно собирался что-то сказать, но потом передумал. Демпси спросил человека из ФБР: “У вас есть гибкие наручники?”

- Да. - Оператор достал пару тяжелых нейлоновых наручников из сумки на бедре и ловко надел на русского гангстера наручники.

“Не спускай с него глаз”, - сказал Демпси. “Он перережет тебе глотку, когда ты отвернешься”. Затем он снова повернулся, чтобы выглянуть наружу.

“ Куда теперь? "Боинг”? - Спросил Баз через плечо.

- Да, и отправь Второго папу забрать чудо-мальчика.

“Никто еще не подобрал мою задницу с кофеином”, - сказал Ван по все еще работающему каналу.

“И почему же?” Спросил Демпси.

“Потому что, крошка, я же говорил тебе — никто не крадет мое барахло, и это сходит ему с рук”. Это сопровождалось шаркающим звуком, который, как был уверен Демпси, издавал танцующий Ван.

“ Вы нашли его? - Спросил Демпси, его пульс участился.

“Я нашел его кибер-команду; играет Малик там в мать или нет, я не знаю. Сейчас отправляю тебе координаты GPS”.

Демпси повернулся к Манну. - Хочешь еще?

Манн пожал плечами с выражением "соглашайся или не соглашайся". - А если я скажу “нет”?

“ Прежде чем я вытащил тебя из того бара в Ки-Уэсте, я заключил постоянное соглашение с той клиникой, где ты работала, о том, что ты можешь вернуться на свою старую работу в любое время, без лишних вопросов . ... так вот в чем дело”.

“Ты такой придурок, ты знаешь это?” Сказал Манн сквозь смех.

- Я знаю, но это не моя вина.

- Тогда чья же это вина?

“УСмита”.

“ Смит? Почему это его вина?

“Потому что он написал ‘мудак’ в личном профиле моего НОК”, - сказал Демпси с самодовольным смешком. “И вы знаете, что я очень серьезно отношусь к подлинности моего NOC”.

ГЛАВА 24

Подразделение тактической мобильности ФБР, Ведущий ВНЕДОРОЖНИК Papa One

Направляюсь на юго-запад по Мажойи Ванденс Гатве

Klaipėda, Lithuania

2020 По местному времени

Демпси чувствовал, как глаза Амарова сверлят дыру у него в затылке, но он подавил желание обернуться и посмотреть на босса Вори.

“Он собирается выследить тебя”, - сказал русский, его английский акцент и сломанный нос делали его похожим на зловещего русского Рудольфа Красноносого Северного оленя. “Одного за другим он найдет вас и выпотрошит каждого члена вашей команды”.

Почему придурки в положении Амарова чувствовали себя обязанными дразнить своих похитителей и сыпать пустыми угрозами, Демпси никогда не поймет. Это был просто глупый поступок. Он обернулся и посмотрел на парня из ФБР, сидевшего рядом с гангстером. - У тебя есть кляп?

Представитель ФБР покачал головой. “Нет. Я их не ношу”.

- Как насчет бутылочки хлороформа?

Агент ФБР недоверчиво поднял брови, затем выражение его лица сменилось неодобрением.

“Расслабься, он шутит”, - сказал Манн.

Демпси перевел взгляд на Амарова, который насмехался над ним, как дурак, утешенный ошибочностью своего заблуждения, что он каким-то образом все еще контролирует свой мир.

“Как долго вы работаете на Малика?” - спросил он русского.

“Я не работаю на Малика”, - сказал босс мафии сквозь смех. “Мы деловые партнеры”.

“ Аркадий знал об этом сегодняшнем налете? Вмешался Буз с переднего пассажирского сиденья.

Если бы Демпси не смотрел прямо на русского, готовый отпустить бессмысленную колкость, он бы пропустил вспышку эмоций в глазах Амарова. Демпси знал, что критические допросы снимались не только для документирования обмена мнениями, но и для того, чтобы обученные следователи могли замедлить запись и поискать микровыражения, проявляемые допрашиваемым субъектом. В отличие от обычной мимики, которую можно было контролировать, микровыражения были непроизвольными, подсознательными, и их невозможно было предотвратить или скрыть. На лице Амарова отразилось удивление. Демпси заметил это за мгновение до того, как русский принял вид самодовольного безразличия.

“Я понятия не имею, о чем вы говорите”, - сказал Амаров.

Демпси повернулся, посмотрел на Буза и увидел искорку в глазах бывшего сотрудника ЦРУ. Очевидно, это было подтверждение, которого он ждал — ждал более десяти лет. Российский шпион, за которым Буз охотился всю свою карьеру, Аркадий Жуков, был жив и все еще дергал марионетку за ниточки. Баз повернулся на своем сиденье, чтобы посмотреть в лобовое стекло, но Демпси мог видеть в профиль, что он улыбается.

“Ладно, народ”, - сказал Ван на ухо Демпси, легкомысленный, как школьник, собирающийся потрахаться. “Это Зеро, и у меня на линии Большой брат, который сейчас помогает с некоторыми увеличенными вычислительными мощностями и изображениями. Большой брат?”

“Ваша цель - одинокий человек на втором этаже отеля типа ”Постель и завтрак" "Прелюдия"", - вмешался Болдуин с другого конца мира. “Это довольно маленькое заведение по координатам, которые дал вам Ричард — я имею в виду Зеро. Объект сидит за столом у северной стены, второй этаж, юго-западная угловая комната. В бутик-отеле есть единый вход спереди и задний вход со двора с зоной отдыха.”

“Так цель одна в доме, или нам нужно беспокоиться о гражданских?” Спросил Демпси.

“У меня есть единственная подпись на первом этаже, вероятно, владельца гостиницы или ночного менеджера. На вид мужчина, работает за стойкой. И у меня есть еще один тепловой след в спальне в северо-восточном углу . . О боже.

“ Что? Демпси покачал головой.

“Подпись, по-видимому, представляет собой двух людей — накладывающиеся друг на друга тепловые изображения, один сидит на коленях другого . . . подтверждаю — да, это пара, и они такие . ... хм, совокупление. И, должен добавить, самое энергичное. ... В любом случае, ваша цель по-прежнему неподвижна, работая за столом в комнате в юго-западном углу. Кроме того, я подключаю ФБР к нашей коммуникационной сети.

“Мы собираемся подключить вас, ребята, к нашей связи”, - сказал Демпси, мягко похлопав водителя по правому плечу, прежде чем повернуться и посмотреть на стрелка сзади.

- Какой канал? - спросил оператор ФБР.

“Нет необходимости что-либо менять”, - сказал Болдуин. “Я договорился с вашим командованием и контролем, чтобы управлять всем отсюда”.

Человек из ФБР изумленно скривил лицо, глядя на Демпси, потому что, очевидно, только что услышал это.

“Как, черт возьми, ему удалось сделать это так быстро?” - спросил оператор ФБР, подняв брови.

Демпси рассмеялся. “Черт возьми, если я знаю, чувак, но он делает это постоянно”.

“Это какое-то дерьмо уровня Джеймса Бонда Q”.

- Это ты мне говоришь.

- “Танго-один” снова выходит в эфир, - внезапно сказал Ван.

“ Да, я вижу это, Зеро. Очень интересно. На этот раз другое мобильное устройство.

“ Кому он звонит? - Спросил Манн.

“Ну, конечно, я не экстрасенс, но мы это выясним”, - сказал Болдуин с оттенком смущения. “Однако это еще не пришло вовремя, чтобы помочь вам с вашим текущим деревом решений”.

“Здесь нет дерева принятия решений”, - сказал Демпси. “Мы достигаем цели, без вопросов”. Он обернулся и увидел оператора ФБР, который, склонившись, что-то делал у ног Амарова. “Что ты делаешь, брат?” Спросил Демпси.

“Пристегни лодыжки нашего друга молнией к кронштейну крепления сиденья”, - сказал стрелок из ФБР, и когда он сел, то набросил черный капюшон на голову Амарова. “Чем меньше этот чувак видит, тем лучше, верно?”

Губы Демпси тронула улыбка. “Вы читаете мои мысли”, - сказал он, и когда оператор надел пару перчаток и шлем, он сказал: “Похоже, вы планируете отправиться с нами?”

Сотрудник ФБР ответил не сразу, просто протянул руку через свое сиденье в заднюю часть автомобиля и передал два черных тактических жилета для Демпси и Манна, а затем гораздо лучший подарок — две штурмовые винтовки SOPMOD M4 с передними рукоятками, голографические прицелы EOTech и белые и инфракрасные тактические фонари на планках Пикатинни. Демпси вручил Манну пистолет и жилет, надел жилет, а затем перевязь с пистолетом через голову, а затем с благодарностью принял от нападавшего шесть дополнительных магазинов, три из которых он вручил Манну.

“Да, я бы хотел присоединиться к этой вечеринке”, - наконец сказал оператор. “При условии, что вы все не возражаете против того, чтобы быть третьим лишним”.

“Думал, ты никогда не спросишь”, - сказал Демпси.

- Прежде чем мы это сделаем, не могли бы вы сказать мне, кто вы такие на самом деле, черт возьми, ребята?

“Да, конечно . . . мы тайная оперативная группа по борьбе с терроризмом”, - сказал Демпси и, казалось, не мог стереть ухмылку со своего лица. “Это помогает прояснить ситуацию?”

“Значит, это что-то вроде "Мне нужно, чтобы мой босс поговорил с вашим боссом"? - спросила телефонистка.

Демпси наставил на него пистолет и прищелкнул языком.

- Через три минуты, - сказал ему на ухо Граймс из другого внедорожника.

- Мы тоже, - сказал водитель с переднего сиденья “Субурбана” Демпси.

- Проверка, - сказал Демпси.

“ Какой у нас план, Первый? - Спросил Граймс.

- Третий, Четвертый и Пятый, вы - команда “Браво". Команда ”Альфа“ только что добавила нападающего, - сказал Демпси, а затем, обращаясь к оператору ФБР, добавил: - Вас шестеро.

“Проверка”, - сказал стрелок из ФБР.

“У нас здесь, в Papa Two, есть еще два нетерпеливых игрока, которые хотят присоединиться к игре”, - сказал Граймс. - Тебе нужно еще одно дополнение?

“Да, это было бы полезно”, - сказал Демпси. “Им семь и восемь”.

“ Проверка. Как ты хочешь, чтобы все закончилось?

“Группа "Браво" зайдет с тыла, а группа "Альфа" прорвется спереди. Четвертая и Пятая будут охранять вестибюль, Седьмая и Восьмая - внутренний двор и периметр соответственно. В-третьих, вы будете держаться на углу, прикрывая передний заход, - сказал он.

-Проверка.

“Группа Альфа поднимется по лестнице и захватит цель. Предполагая отсутствие помех, Альфа выйдет через фронт, но — и это важно, ребята — я хочу, чтобы наши HVT были разделены. Я имею в виду отсутствие контакта между ними, точка. Это означает, что "Танго-один" будет выступать в Papa Two. Обе команды меняются местами. Команда "Браво" отрабатывает в Papa One, а команда "Альфа" - в Papa Two. Затем мы тащим задницы к самолету. Входит и выходит через шестьдесят-девяносто секунд. Вопросы?”

Таковых не было.

Минуту спустя Граймс сказал: “Высаживаю команду ”Браво"".

Демпси наблюдал, как папа-два остановился на углу и выключил фары. Его водитель сделал то же самое и остановился перед отелем типа "постель и завтрак"

“Браво, на позиции”, - произнесла Граймс нарочито спокойным голосом. “По вашему сигналу”.

Внедорожник Демпси остановился.

“Если есть возможность входить и выходить без выстрелов, это было бы идеально”, - сказал Демпси в эфире открытого канала. “Мы в двух с половиной кварталах от отеля ”Националь"; давайте попробуем избежать еще одной возможной стычки с клайпедской полицией".

В ответ он получил двойной щелчок.

Демпси почувствовал, что Баз смотрит на него, и понял, что новый участник Ember был невероятно тих. “Ты хорошо со всем этим справляешься?” - спросил он.

Баз кивнул. - Да.

“И ты хорошо нянчишься с этим мудаком?” - спросил он, указывая большим пальцем на Амарова на заднем сиденье.

“Легкий денек”, - сказал Баз, позаимствовав популярный эвфемизм SEAL.

Демпси широко ухмыльнулся. Возможно, Баз все-таки собирался вписаться в "Эмбер". Он повернулся к Манну и их помощнику из ФБР. “Пошли. Браво, ждите моего звонка. Мы на подходе ”.

Демпси открыл дверцу и выскользнул из "Субурбана" в ночь. Он чувствовал, что Манн на шаг отстает справа от него, а оператор ФБР - позади Манна, когда они переходили улицу. Он быстро и бесшумно поднялся по кирпичному подъезду и оказался на крыльце гостиницы. Демпси никого не увидел в больших эркерах рядом с богато украшенной входной дверью из окрашенного дерева и инкрустированного стекла. Дверь выглядела старой и дорогой — в наши дни такого мастерства найти было невозможно, — и он терпеть не мог протыкать ее сапогом. Покачав головой, он взялся за ручку, которая, к его удивлению, повернулась.

“Браво, вперед”, - сказал он, затем толкнул дверь и вошел в гостиницу, ведя за собой свой SOPMOD M4.

Молодой человек с длинными нечесаными волосами, одетый в хипстерский серый костюм, поднял руки и открыл рот, словно собираясь закричать, но затем остановился, каким-то образом успокоенный большими желтыми буквами ФБР, нанесенными по трафарету спереди на жилеты троих убийц, которые только что вошли в его вестибюль. Из задней части гостиницы Демпси услышал, как ворвались Мартин и Латиф.

“ Что происходит? - спросил мужчина по-английски с сильным акцентом. “ Здесь есть плохие парни? Вы находите террористов? Молодой человек казался скорее взволнованным, чем напуганным, и Демпси наполовину ожидал, что он попросит сделать селфи с командой.

Он услышал, как Мартин рявкнул “Чисто”, и через мгновение Мартин оказался рядом с Демпси, в то время как Латиф нес караул у задней двери.

“Присмотрите за этим парнем”, - сказал Демпси оператору ФБР, кивая на менеджера гостиницы. “Четвертый, ты с нами”, - сказал он, предпочитая, чтобы Мартин был его третьим. Он махнул рукой вперед, и они с Мунном поднялись по деревянной лестнице, Мартин замыкал шествие.

“Налево, наверх по лестнице”, - сказал Ван ему на ухо. “Двое в комнате в конце все еще трахаются и определенно не представляют угрозы. Однако ”Танго-один", похоже, услышал тебя и очень быстро собирает вещи".

Демпси прошел мимо целевой двери, заняв позицию, которая обычно принадлежала Манну, а Манн и Мартин держались с другой стороны.

“Он стоит спиной к двери”, - сказал Ван, его голос был полон волнения. Ван был похож на ребенка, играющего в Fortnite, только его игроки не возродятся, если все пойдет плохо, подумал Демпси.

Демпси кивнул Манну и быстро ударил ногой в ботинке по двери прямо под ручкой, выбив засов замка из дверного косяка. Затем Демпси похлопал Манна по правому плечу, и хирург-тюлень прошел в дверь, а затем налево. Демпси последовал за ним и повернул направо. Он не выкрикнул никакого предупреждения — Малик только обратил бы такое предупреждение себе на пользу, точно так же, как сделал бы Демпси на его месте. Делая шаг вправо, Демпси держал винтовку низко, намереваясь выстрелить в русского, уверенный, что это потребуется.

Единственный обитатель комнаты замер на полпути — он наполовину засовывал компьютер в серебристый металлический корпус, наполовину вынимал его. Несмотря на темноту, Демпси мгновенно узнала в Tango One женщину. Вместо того, чтобы потянуться за оружием, она подняла руки вверх. На ней был большой красный свитер с толстым отложным воротником, а волосы были коротко подстрижены ниже ушей.

“Повернись”, - рявкнул Демпси. “Медленно”, - добавил он, поднимая винтовку, чтобы сосредоточить внимание.

Она медленно повиновалась, теперь ее руки были подняты прямо в воздух, пальцы тянулись к потолку. На ней был тонкий микрофон, доходивший до полудюйма от ее губ, и она выглядела по-настоящему напуганной.

“ Что это? ” спросила она дрожащим голосом. - Кто ты?

Демпси на это не купилась. Он шагнул вперед, сорвал с ее головы наушник и микрофон и толкнул ее вниз за плечо. Однако вместо того, чтобы опуститься на колени, она неловко согнулась в талии, все еще держа руки поднятыми. Демпси раздавил микрофон и наушник ботинком. Мунну и Мартину потребовалось всего несколько секунд, чтобы очистить остальную часть комнаты, маленькую примыкающую гостиную и ванную.

“На колени, ” скомандовал он и сделал шаг назад. Как только она подчинилась, он спросил: “Где Малик?” но когда она не ответила, он приподнял ее лицо за подбородок носком ботинка. - Скажи мне прямо сейчас, и мы тебя отпустим.

Он увидел вспышку чего—то — еще одно красноречивое микровыражение, - но она исчезла слишком быстро, чтобы он успел ее заметить.

“Я не понимаю, что ты имеешь в виду”, - всхлипнула она, и в ее глазах больше не было такого испуга. Ее готовили к такому сценарию. “Я Ольга Деверен. Я здесь по делам из Франкфурта. Я работаю в Odero Pharmaceuticals. Пожалуйста, уберите оружие. Вы меня пугаете. Вы ошиблись номером.”

“ Пара, идущая по коридору, остановилась, ” сказал Ван ему на ухо. - Похоже, они одеваются.

“Следи за их дверью”, - сказал Демпси, указывая на Манна, а затем на Мартина. - Очисти другую спальню, просто на всякий случай.

Манн и Мартин одновременно кивнули и исчезли в холле.

Демпси поднял винтовку, прицелившись в красную точку в центре лба женщины.

“Последний шанс”, - прорычал он. “Мы знаем, что ты работаешь с Маликом. Скажи мне прямо сейчас, где он, или я пристрелю тебя.

“Я гражданка Германии, директор по маркетингу Odero”, — повторила она, но ее дрожащая нижняя губа выдавала то, что он счел неподдельным страхом. Он попытался представить, как Чип или Дейл отреагировали бы в подобной ситуации. Возможно, хуже. Столкнуться лицом к лицу с боевым прицелом штурмовой винтовки в руках ублюдка, который явно знает, как с ней обращаться, - задача не из легких.

Даже для привидений.

- Другая комната свободна, - сказал Мартин, просовывая голову в дверной проем.

Черт. . . русский призрак снова переиграл меня.

“Прими решение, Первый”, - сказал Баз из внедорожника, и это был последний голос, который Демпси ожидал услышать на канале. - У тебя нет времени.

Но вместо того, чтобы это раздражало его, Демпси оценил, что бывший сотрудник ЦРУ был зарегистрирован и уделял внимание операции. Кроме того, Баз был прав. Им нужно было уходить.

“ Забирайте ее, ” сказал Демпси Мартину. - Во внедорожниках через пятнадцать секунд.

Демпси сунул компьютер в серебристый футляр, захлопнул крышку и схватил вторую сумку женщины, стоявшую на полу. Затем он повернулся и последовал за Мартином, пока бывший морской пехотинец вел женщину по коридору к лестнице.

“Выезжай. Выезжай. Папа-два, забери Зеро по дороге в аэропорт. Старший брат, сообщи экипажу ”Боинга", что мы должны вылететь через сорок пять минут.

“ Пункт назначения? - Спросил спокойный профессорский голос Болдуина.

“ Домой, ” прорычал Демпси. - У нас две очень умные вороны, и у меня много вопросов.

ГЛАВА 25

Ангар Эмбер

Ньюпорт-Ньюс/Международный аэропорт Уильямсбург

Ньюпорт-Ньюс, Вирджиния

16 Июня

2030 По местному времени

“Черт”, - сказал Граймс и отошел от группы. “Значит, я должен быть плохим полицейским?”

Смит кивнул. “ Две группы допроса, одна для нашей женщины, другая для нашего гостя-мужчины. Я хочу, чтобы вы с Амандой занялись женщиной. Мне нужно, чтобы Мунн и Баз были вместе в комнате с нашим заключенным мужчиной.

Граймс кивнула, но стиснула зубы.

Манн неловко поерзал рядом с ней. “ Вы уверены в этом, босс? Он почесал трехдневную щетину на подбородке. “После всего, через что прошла Аманда, это просто. . . это немного жестоко — обманывать ее вот так. Я имею в виду, сможет ли она справиться с этим?”

Граймс почувствовала, как у нее сжалось в груди от страха, который они собирались причинить Аманде Аллен. Она сблизилась с аналитиком, несмотря на ее первоначальное нежелание присоединяться к Эмбер. Но Манн недооценивал Аллен — может быть, потому, что она была женщиной, а может быть, и нет. “Я понимаю ваши сомнения, но такова природа профессии, которую мы все выбрали, и Аллен намного жестче, чем вы думаете. Это будет больно, но она справится. Как только она поймет, что мы сделали и почему, с ней все будет в порядке.

Боже, я надеюсь, что это правда. Это будет не просто больно.

“ Хорошо, теперь, когда все улажено, вы двое понимаете, что от вас требуется? Тяжелый взгляд Смита метался взад-вперед между ней и Манном.

В этот момент она остро осознала два лица Эмбер, представленные в этой компании из четырех человек. С одной стороны стояли она и Манн — пара операторов, оборванных после работы, все еще одетых в ту же одежду, что и вчера, умащенных дезодорантом вместо душа, и оба щеголяли трехдневной щетиной . . . его лицо, ее ноги. Напротив сидели Смит и Адамо — чисто выбритые, с неповрежденными руками, в застегнутых рубашках на пуговицах, устойчивых к морщинам, чистых брюках и неподкованных ботинках. И все же, несмотря на разительную разницу в их внешности, умственная нагрузка, которую несли два высокопоставленных члена Эмбер, была безошибочной. Как оператор, если план шел наперекосяк, она могла позволить себе роскошь обвинить архитектора, стоявшего за этим планом. Смит и Адамо не могли, и они несли эту ответственность, как невидимое воловье ярмо, которое она только сейчас заметила.

Они с Манном одновременно кивнули.

Адамо вручил каждому из них планшетный компьютер. “Ваши цели допроса и соответствующие сценарии. ... на случай, если они вам понадобятся. Вы все время будете с открытыми микрофонами, так что, если вам что-то понадобится, просто скажите. У нас будет двусторонняя трансляция между залами, но управление монитором - на ваше усмотрение. Есть вопросы?

“Нет”, - сказала она, и Манн повторил ей в унисон.

“ Помните, у нас есть только один шанс. Я хочу, чтобы вы оба в полной мере воспользовались ситуацией. Это допрос без каких-либо ограничений, - сказал Смит. “Я не буду вмешиваться ни при каких обстоятельствах”.

Граймс сделала глубокий очищающий вдох и приготовилась к тому, что должно было вот-вот произойти. Когда она была готова, она сказала: “Хорошо, давай сделаем это”.

Выражение лица Манна потемнело, когда он вошел в роль. Она наблюдала, как он надел пару черных тактических перчаток, разминая пальцы, а затем сжимая их в кулаки. Именно Манн — и его симбиотические отношения с Демпси — сделали команду целостной. “Увидимся на другой стороне, мама”, - сказал он, используя один из ее снайперских позывных, его голос был твердым и холодным, как гранит.

Мать — вот кто я в команде, не так ли? Удостоверяюсь, что моя команда в безопасности и возвращается домой. Это то же самое. Это неизбежное зло.

Она кивнула и последовала за ним из кабинета Смита в Центр тактических операций — сердце подземного комплекса Эмбер. Латиф, Мартин, Болдуин, два аналитика Болдуина, Чип и Дейл, Аллен и Баз Уилсон - все собрались и ждали в офисе Ember TOC. Все стояли - движимые нервами, кофеином и предвкушением — то есть все, кроме Мартина. Морской пехотинец сидел, откинувшись в кресле, положив ноги на стол для совещаний, скрестив ступни в лодыжках, и спал. Она улыбнулась. Это был просто Мартин — они были на первой совместной операции в Анкаре, Турция. Даже на отборочных тренировках, где они оказывали давление на стажеров до отказа, он оставался невозмутимым, всегда улыбался и шутил. Ей нравилось, что он так быстро стал частью команды. Единственным отсутствующим, заслуживающим внимания, был Ван, но это было понятно, учитывая ключевую роль, которую ему предстояло сыграть.

И Демпси, конечно.

В воздухе повисло ощутимое напряжение, и все выжидающе уставились на нее и Мунна. Если все пойдет по плану, это будет потрясающее шоу, и они все это знали.

“Аманда, ты со мной”, - сказала она, глядя на единственную женщину в группе Эмбер.

“И, баз, ты со мной”, - сказал Манн деловым тоном.

- Удачи, ребята, - сказал Латиф, когда две группы допросов отправились выполнять свою работу.

С момента их захвата Амарова и заключенную женщину, которая, по их мнению, была дзета-версией Вана, держали изолированными друг от друга — сначала во внедорожниках, а затем на борту "Боинга". Этот протокол продолжился после их прибытия в ангар Эмбер, где обоих пленников выгрузили отдельно друг от друга. База Эмбер была большой, но она не задумывалась как место содержания под стражей или допроса. Чтобы справиться с двумя задержанными, необходимо было создать определенные условия. Помещение SCIF использовалось для размещения женщины, а спальная комната была преобразована в комнату для допросов, где содержался Амаров, босс русской "ворюги". Личность женщины была одной из вещей, которые они искали.

Граймс повел Аманду в SCIF, но остановился у двери. - Вы когда-нибудь раньше проводили допрос? - спросила она.

“Нет ... Но, как вы знаете, я была участницей одного из них”, - сказала Аллен, имея в виду жестокое испытание, которое ей пришлось пережить после похищения в Турции всего месяц назад. Ее должность начальника штаба американского посла была ее первым заданием на местах, и высокопоставленный НОК работал под прикрытием в тайных службах ЦРУ. Ее назначение на столь ответственное задание, находящееся ни много ни мало в центре ближневосточной политики, было свидетельством как ее ума, так и трудовой этики. Ее карьера в Агентстве казалась стремительной, пока операция Малика не сбила ее карьеру с курса. Последовавшее за этим испытание сломило бы большинство людей, даже проверенных в боях операторов, но Аллен выстояла. Ее раздели догола, лишили мечты и невинности, и она превратилась в материал Эмбер. “Думаю, я пытаюсь сказать, что тебе не нужно беспокоиться обо мне. Думаю, у меня есть довольно хорошее представление, чего ожидать ”.

Граймс поморщилась, но она была предана своей роли. - Ты уверена, что готова к этому?

Аллен кивнул.

- У вас есть какие-нибудь вопросы?

“Только один”, - сказала Аллен, мышцы ее челюсти заметно напряглись. “Не могли бы вы сказать мне . . . это он в другой комнате? Малик? Ты поймал его, не так ли?

Граймс сжала губы в жесткую линию. - Вы уверены, что хотите, чтобы я ответила на этот вопрос?

Аллен кивнул.

“ Да, мы поймали его. ” Она увидела, как непроизвольная дрожь охватила другую женщину, и снова почувствовала волну вины из-за боли, которую мог причинить ей их обман. Но она имела в виду то, что сказала Манну — Аманда была сильной. Она была способной. Она заслуживала быть в этой команде, и она справится с испытанием, с которым ей предстояло столкнуться. “С тобой все в порядке, Аманда?”

-Да. Просто странно осознавать, что он здесь, в этом здании ”, - сказала Аллен, ее глаза противоречили безмолвной битве эмоций, которая, как знал Граймс, должна была бушевать внутри. “Я не ожидал, что когда-нибудь увижу его снова. Я чувствую. . . Я не знаю, что я чувствую. . . Страх. Оправдание. Желание причинить ему боль и смотреть, как ему причиняют боль. И все же в то же время я также чувствую жалость . . . и странное, извращенное стремление войти туда и быть рядом с ним. Я хочу посмотреть ему в глаза и спросить, думал ли он обо мне с тех пор, как ...  Она стиснула зубы, а затем повернулась и посмотрела Граймсу в глаза. “И тогда я хотел бы вонзить нож ему в лицо. Что это говорит о том, кем я стал?”

Граймс протянул руку и положил ей на плечо. - Здесь написано, что ты человек.

Аллен глубоко вдохнул, выдохнул и кивнул.

“Прежде чем мы перейдем к делу, давайте просто резюмируем наши роли и цели”, - сказал Граймс. “Это командный допрос, но я ведущий. Не стесняйтесь задавать пленнику вопросы, но ваша роль заключается в том, чтобы быть преданным наблюдателем. Значительная часть моего внимания будет сосредоточена на моем выступлении, и поэтому бесценно иметь вторую пару глаз, наблюдающих за ней во время обмена репликами в поисках подсказок, тиков и промахов, которые я склонен пропустить. Если дела пойдут плохо, ты тоже позже наденешь шляпу хорошего полицейского. Если мы дойдем до того, что ей понадобится друг, то это будешь ты.

“Хорошо, но я не опытный следователь. Вы, ребята, понимаете это, верно?”

“Все в порядке. Твой опыт пленения означает, что ты привносишь какие-то особые идеи, которым нельзя научиться. Твой вклад будет бесценен, я обещаю. Всякий раз, когда у вас есть двое или более задержанных, как это делаем мы, вы, как следователь, получаете мощный дополнительный рычаг воздействия на субъекта. Наша девушка знает, что у нас есть еще один член ее команды, но она понятия не имеет, какой информацией он поделился. Мы собираемся использовать это в наших интересах. Вы когда-нибудь слышали о дилемме заключенного? - Спросил Граймс.

“Да, это упражнение для размышления и хорошо понятный пример теории игр, которая в основном гласит, что, когда два актера оказываются перед выбором сотрудничать или дезертировать, но не могут общаться, рациональный актер предположит, что другой человек дезертирует, и, следовательно, они сами решат дезертировать”, - сказал Аллен.

Граймс кивнул. “ Совершенно верно. Итак, когда у нас двое заключенных, отправной точкой по умолчанию всегда является сценарий дилеммы заключенного. Надеюсь, она дезертирует, расскажет нам то, что мы хотим знать, и облегчит нам жизнь. Но если она лояльна и сильна и не желает сотрудничать, тогда нам придется перейти к более неприятной тактике убеждения ”.

“ Я понимаю, ” сказал Аллен, отводя взгляд. “Но если она будет работать с Маликом, я могу обещать вам, что она никогда не откажется от него”. Она снова посмотрела на Граймса влажными глазами. - Она будет бояться его больше, чем нас.

Граймс на мгновение вздрогнула, а затем пожала плечами и превратилась в человека, которым стала она. Смит был прав — интуитивные реакции Аманды подтвердили бы все, во что им нужно было, чтобы испытуемый поверил. Подлинность всегда превосходит ролевые игры.

“ Ладно, давай сделаем это. ” Она повернулась и прижала большой палец к биометрическому устройству безопасности, вмонтированному в стену. Вспыхнул зеленый светодиод, и магнитный замок двери со щелчком открылся. Она взялась за ручку, открыла дверь и провела Аллена в комнату.

Ember SCIF был типичным примером в своем роде — спартанская комната без окон, в конструкцию которой была встроена как физическая, так и электромагнитная защита для предотвращения слежки. Единственным украшением была фотография президента Соединенных Штатов в рамке, висевшая на стене напротив той, где располагался ряд мониторов. Вся обычная мебель в комнате — стол для совещаний и удобные кожаные кресла для руководителей — была убрана и заменена складным столом и тремя жесткими пластиковыми стульями. Русская женщина, которую они схватили в Клайпеде, была прикована пластиковыми гибкими наручниками - запястья за спиной, а лодыжки - к ножкам стула. Она сидела неподвижно, ссутулившись и опустив голову в капюшоне. К ее чести, женщина не вздрогнула и не напряглась при их появлении.

Граймс бросил последний взгляд на Аллена, лицо которого теперь превратилось в маску —жесткую и бесстрашную.

Не говоря ни слова, Граймс подошла и сняла капюшон. С клинической отстраненностью она изучала девушку, которая теперь щурилась на фоне ярко освещенной комнаты. Она была совершенно непримечательной внешне, с коротко остриженными каштановыми волосами, карими глазами и заурядной внешностью. Граймс дал ей лет двадцать пять-двадцать шесть, и, за исключением крошечного бриллиантового сережки в левой ноздре, у нее не было никаких запоминающихся черт. Судя по ее хрупкому телосложению и отсутствию мышечной массы, девушка не была оператором и вряд ли представляла физическую угрозу, но Граймс был уверен, что она обучена сопротивляться допросам.

“ Как тебя зовут? - Спросил Граймс, обходя девушку сзади. Болдуин и мальчики безуспешно пытались идентифицировать ее по базам данных Five Eyes или Интерпола. Первой целью Граймса было узнать ее имя.

Девушка не ответила.

“У нас будет много бесед”, - сказал Граймс, обходя стол. “Вы можете называть меня Вирджиния. Как мне тебя называть?

Девушка шмыгнула носом, но ничего не сказала. Ее лицо было невозмутимым, но в глазах читался страх.

“Я знаю, что вы говорите по-английски”, - продолжил Граймс, внимательно наблюдая за ее реакцией на то, что она собиралась сказать дальше. “Я знаю, что вы член спецгруппы Зета. Я знаю, что ваш босс - Аркадий Жуков. Я знаю, что вы техник-связист. Ваш партнер уже рассказал нам обо всем этом.

При упоминании имени Аркадия девушка вздрогнула.

Скрывая удовлетворение от этой крошечной победы, Граймс подошла к их гостье сзади и опустилась на колено, осматривая руки девушки на предмет признаков потери кровообращения из-за бинтов. Цвет лица был нормальным, без отеков, кожа не слишком холодной на ощупь. Все, что рассказал Граймс, было обоснованным предположением, основанным на дзета-профиле, который Эмбер строила с тех пор, как завербовала Буза Уилсона. К сожалению, они мало что еще знали, а время было на исходе. Узнав о судьбе этого агента, Аркадий инициировал защитные протоколы — те же самые, что были у Эмбер на тот случай, если их завеса анонимности каким-то образом будет прорвана. У них было ограниченное окно возможностей, чтобы получить от этой девушки полезную разведданную и нанести удар по зете там, где это имело значение, прежде чем элитная российская оперативная группа рассеется, как листья на ветру.

“ Не хотите ли чего-нибудь выпить? - Спросил Граймс. “ Воды? Кофе. . .”

- Воды, пожалуйста, - сказала девушка по-английски с акцентом после долгой паузы.

Не дожидаясь указаний, Аллен налил воды из стоявшего на столе кувшина в бумажный стаканчик и помог русскому выпить.

“Я знаю, что ваша организация обучила вас тому, чего ожидать в этой ситуации и как противостоять допросам и пыткам”, - сказал Граймс, обходя стол с другой стороны, чтобы оказаться лицом к лицу с девушкой. “Мой коллега и я обучены аналогично. Мы оба имеем опыт ведения допросов и того, как нас допрашивают. Я подозреваю, что вы менее способны, чем человек, для которого вы передавали сигналы, но мы нашли способы пробить его броню. Для этого потребовались химикаты, что, боюсь, обычно приводит к непоправимому ущербу. Нам бы не хотелось прибегать к подобным методам в отношении вас ”.

Девушка посмотрела на свои колени и ничего не сказала.

“Послушайте, мы все здесь профессионалы, так что давайте перейдем к делу. Все ломаются. Дело не в том, если, а в том, когда ”. Краем глаза Граймс заметила, как Аллен напрягся. “ Теперь я знаю, о чем ты думаешь. Ты думаешь: ‘Трахни эту сучку, потому что она не может сделать мне ничего такого, чего мои люди не сделают со мной в десятикратном размере, когда узнают, в чем я признался’. Но я хочу, чтобы ты полностью выбросил эту идею из головы, потому что они тебя не найдут. Твои люди не знают об этом месте. Никто не знает об этом месте. ... даже наши люди не знают об этом месте. И если ты не поговоришь со мной здесь, мы переведем тебя в другое место — ужасное место, куда, я обещаю, ты не захочешь идти. Место, откуда ты не сможешь вернуться - никогда.

Она увидела, как губы девушки слегка поджались, но от гнева или тревоги, она не могла сказать. Граймс повернулась, чтобы посмотреть на Аллен, и почувствовала, что ее коллега хочет что-то сказать. Она кивнула, и Аллен сел на один из двух свободных стульев через стол от заключенного.

“Однажды я была в вашей ситуации”, - начала Аллен, сплетя пальцы вместе и положив руки на колени. “На самом деле, совсем недавно, но у меня не было такой роскоши, как у вас сейчас — например, стула ... ... или одежды”, - сказала она ровным, но сильным голосом. “Мой следователь сказал то, что я никогда в жизни не забуду ... он сказал, что у меня был только один выбор.: Я мог выбрать либо трудный путь, либо легкий. Сейчас мы предлагаем вам тот же выбор. Легкий способ прост — вы правдиво отвечаете на наши вопросы, рассказываете то, что нам нужно знать, и допрос заканчивается без дальнейшей боли, унижения и лишений. Ты переживешь это. Ты молод, и если ты выберешь этот путь, у тебя даже есть возможность жить не в твоей ситуации. Если вы выберете трудный путь, решите не сотрудничать с нами, тогда единственное, чего вам стоит ожидать, - это страданий”.

К удивлению Граймса, русская девушка подняла глаза, встретилась взглядом с Алленом и спросила: “Кого ты выбрал?”

“ А ты как думаешь? - Спросил Аллен с жесткой улыбкой.

“ На твоем лице нет никаких отметин, ты не хромаешь, у тебя, кажется, есть зубы — значит, ты хочешь, чтобы я поверил, что ты выбрал легкий путь. Граймс увидел, как Аллен кивнул. Затем, застав их обоих врасплох, девушка начала смеяться: “Но я знаю, что это неправда, Аманда Аллен, потому что он рассказал мне о тебе. О, да ... Я знаю о тебе все. Он рассказал мне все. После этого я поискал тебя в Интернете. Я хотел знать, как ты выглядишь — американский ангел, который очаровал дьявола. Но, увидев тебя лично, я не понимаю. ... Я не понимаю, почему...

Граймс с громким треском хлопнула ладонью по столу. К ее удивлению, стратегия Аллена дала обратный эффект. Россиянка перевернула ход обмена и одержала верх, и при этом, несмотря на свое невзрачное телосложение, доказала, что у нее есть характер. И русский, и Аллен вздрогнули и повернулись, чтобы посмотреть на нее. “Назовите нам свое имя”, - попросила Граймс таким твердым баритоном, на какой только была способна.

“Меня зовут девушка”, - сказал русский.

- Где находится оперативный центр “Зета”? Граймс спросил, не задетый ее воинственностью.

- В России, - ответила девушка.

“Я собираюсь дать вам еще один шанс сотрудничать. Если вы не ответите на мои вопросы, мне придется изменить стратегию допроса”, - сказала она. “Это очень простой вопрос: как тебя зовут?”

- Пошла ты, американская шлюха, - с вызовом прорычала девушка.

Сообщение получено.

“ Нью-Йорк, ты меня слушаешь? - Спросил Граймс вслух.

“Слушаю каждое слово”, - раздался ответ Смит в наушнике на открытом канале связи с Манном. “Техас, ты готов?”

- Готов, - ответил Манн.

Граймс взглянула на Аллена, затем перевела взгляд на русскую девушку. “Я думаю, пришло время нам проведать вашего коллегу, чтобы вы могли сравнить его опыт со своим”.

После того, как она заговорила, на стене напротив девушки включился ряд из четырех мониторов, каждый из которых показывал разные прямые трансляции из раздевалки Эмбер , где происходил совершенно другой вид допроса. Верхний левый монитор представлял собой вид с высоты птичьего полета с установленной на потолке камеры. Камера была направлена вниз, на неуклюжую мужскую фигуру, привязанную к креслу, расположенному посреди расстеленного на полу сверхпрочного пластикового брезента. Изображение с камеры в правом верхнем углу было увеличено на маленьком столе, накрытом медицинской простыней, которая была обильно забрызгана кровью. На столе лежали различные ручные инструменты — молоток, плоскогубцы, мощные секаторы — и полированный металлический поднос с медицинскими принадлежностями — шприцами, флаконами с различными жидкостями, скальпелями, зажимами, резиновыми трубками и небольшими стопками пропитанной кровью марли. Нижний левый монитор показывал сцену на уровне груди сзади пленного, а нижний правый монитор транслировал кадры с камеры, расположенной в заднем углу.

Граймс наблюдал, как глаза русской девушки перебегают с монитора на монитор, дольше всего ее взгляд задерживался на ленте с инструментами пыток, прежде чем, наконец, остановиться на ленте с высоты птичьего полета. Помимо пленника, в комнате присутствовали еще два человека — Манн и Уилсон. Первый стоял перед сидящим русским, грудь его вздымалась, мускулистые руки висели по бокам, его черные тактические перчатки были скользкими от крови. Уилсон, одетый в брюки и пиджак, расхаживал по комнате и что-то говорил.

“Не могли бы вы сделать звук погромче, пожалуйста?” Попросил Граймс, и мгновение спустя видеопоток сопровождался потоковым звуком.

Уилсон говорил по-русски, на котором ни Граймс, ни Аллен не говорили, но это не имело значения, потому что Болдуин рассказывал им все по порядку.

“Он просит заключенного сообщить, когда он в последний раз присутствовал в Оперативном центре ”Зета"", - сказал голос Болдуина по открытому каналу.

Граймс перевел взгляд с русской девушки на Аллена и обратно. Глаза обеих женщин были прикованы к записи с камеры с высоты птичьего полета, которая, как она должна была признать, была удивительно пугающей и эффективной, вызывая ощущение, очень похожее на то, что она чувствовала за своим снайперским прицелом с крыши. Это была перспектива возвышенности, перспектива рассудительности и превосходства . . .

Взгляд Бога.

Русский мужчина в кресле не ответил, просто сидел, наклонившись вперед, его мощные плечи поднимались и опускались при каждом вздохе.

Буз сказал что-то по-русски, что Болдуин перевел: “Я тебя не расслышал, товарищ. Пожалуйста, говори громче”.

Манн оглянулся через плечо на Буза, который ответил кивком. Этот кивок принес россиянину хук справа сбоку от головы. От удара голова мужчины развернулась на девяносто градусов, и что-то маленькое и белое вылетело у него изо рта и приземлилось на пластиковый лист. Баз подошел к белому предмету, взял его большим и указательным пальцами и со звоном опустил на металлический поднос. Камера увеличила изображение, и Граймс увидел, что это зуб, и заметил, что на подносе уже есть два других зуба.

Граймс посмотрел на русскую девушку и увидел, что она стала на пару оттенков бледнее, чем была несколько минут назад. Затем она украдкой взглянула на Аллен, которая вздрогнула, затем закрыла разинутый рот, покачала головой и взяла себя в руки после шока. Ей показалось, что она видит своего бывшего мучителя. Ей казалось, что она наблюдает, как пытают Малика.

“ Как... ... Как вам удалось его поймать? Русская девушка покачала головой из стороны в сторону и закрыла глаза. “ Нет, нет, нет. Этого не может быть”.

- Это он.

Граймс и русская девушка одновременно посмотрели на Аллен. Она скрестила руки на груди, словно борясь с ознобом. Ее взгляд оставался жестким, но нижняя губа задрожала.

“Я хочу пойти в другую комнату”, - сказала Аллен, ее голос был подобен лезвию стилета, разрезающему мягкое масло. “Я хочу помочь им с работой в другой комнате”.

“ Позже, ” сказал Граймс. - У тебя будет шанс.

Русская девушка смотрела на Аллена, чьи глаза оставались прикованными к мониторам, неподвижная, почти не дышащая. Граймс подошел и сел на угол стола, ближайший к русской девушке. “Вот что происходит, когда ты не сотрудничаешь. Как и вы, ваш коллега решил быть трудным. Мы дали ему какое-то специальное лекарство, чтобы развязать язык, и на некоторое время он ответил на некоторые наши вопросы. Благодаря этому мы узнали не только о том, что Аркадий Жуков все еще жив, но и о том, что он является главой Zeta. Он рассказал нам и другие вещи, но эти вещи должны быть подтверждены. К несчастью для вашего коллеги, мы не можем давать ему больше лекарств, иначе рискуем вызвать кому. Его устойчивость к химическим препаратам и усиленным допросным стимулам была замечательной. Обычно мы не становимся такими агрессивными так быстро, но, как я уже сказал, ситуация довольно срочная. Нам нужны ответы, и они нужны нам сейчас ”.

Девушка ничего не ответила, просто уставилась на экран.

- Когда вы в последний раз были в Оперативном центре “Зета”? Буз задал вопрос на камеру, на этот раз по-английски, но пленник на него не ответил.

- Скажите, где я могу найти Аркадия Жукова?

Ответа нет.

- Расскажите мне подробности вашей следующей запланированной операции?

Ответа нет.

“Последний шанс . . .”

Ответа нет.

Баз упер руки в бока, и выражение его лица стало серьезным. Манн посмотрел на него, ожидая указаний, и бывший офицер ЦРУ сказал: “Возьми его за большой палец левой руки”.

Краем глаза Граймс заметила, что Аллен напряглась, но не так сильно, как русская девушка перед ней. Ей стало интересно, какие противоречивые мысли и чувства сейчас проносятся в голове ее товарища по команде. Ее захлестнула новая волна вины, но она отмахнулась от нее.

Манн подошел к столу с инструментами и хирургическими принадлежностями. Он взял секатор и вернулся к русскому. - Какой большой палец? - спросил я. - спросил он.

- Начни с большого пальца левой руки, - сказал Баз.

- Нет! - крикнула русская девушка, затем устремила на Граймса отчаянный взгляд. “ Прекрати это, пожалуйста. Не делай этого”.

Запястья заключенного-мужчины были привязаны к подлокотникам кресла, но когда Манн попытался повернуть секатор в нужное положение, здоровяк русский сжал кулаки и дико отскочил. Лицо мужчины оставалось в тени, и Граймс увидел, как Аллен поменяла позу, словно пытаясь лучше рассмотреть лицо русского. Стул опрокинулся и упал на бок. Манн несколько раз ударил пленника ногой в живот, затем опустился на колени и провел раскрытыми челюстями секатора по костяшке большого пальца левой руки мужчины.

“ Последний шанс, Малик, ” сказал Баз. Русский изрыгнул серию проклятий в адрес своего мучителя, но, очевидно, не выдал никакой информации, потому что Баз покачал головой и сказал: “Сделай это”.

Микрофон в комнате уловил тошнотворный хруст, когда секатор прорезал кости и хрящи за долю секунды до того, как его заглушил нечеловеческий вопль боли. Манн поднял большой палец для осмотра, прежде чем бессердечно подойти и положить ампутированный палец рядом с грудой зубов.

“Вы гребаные животные”, - крикнула русская девушка, переводя взгляд с Граймса на Аллена и обратно. - Животные, - повторила она, и ее глаза наполнились слезами.

“ Ты не бессильна в этой ситуации, ” сказал ей Граймс. “ Ты можешь прекратить его страдания. Вы - команда. Ты можешь помочь своему товарищу по команде, рассказав нам то, что нам нужно знать ”.

Стоявший рядом с ней Аллен что-то пробормотал. Граймс обернулся. На лице Аллен отразились одновременно садистское удовлетворение и отвращение, но выражение ее глаз сказало Граймсу, что ее товарищ по команде близок к срыву. Она практически могла слышать мысли, эхом отдающиеся в голове Аллена, потому что это были те же мысли, о которых думала бы она: Это неправильно; Эмбер работает не так; это не те, кем мы должны быть. Ей нужно было заключить сделку, пока все это не развалилось.

Гортанный крик прервал размышления Граймса, и все взгляды обратились к мониторам, где Мунн плоскогубцами раздавливал русскому костяшку большого пальца правой руки вместо того, чтобы на этот раз ампутировать его.

“Прекратите! Пожалуйста, прекратите!” - закричала русская девушка.

“ Ты ответишь на мои вопросы? - Спросил Граймс. Когда она не ответила, Граймс повторил, на этот раз подчеркивая каждое слово: “Будешь... ... ты. . . ответь. . на мои. . . вопросы?”

Девушку охватила паника, когда на экране Буз вытащил малолитражку из нагрудной кобуры и направился к пленнику, лежащему на полу, все еще привязанному к стулу. Он помахал Манну в ответ, а затем посмотрел на камеру на потолке.

“Это пустая трата времени; он не хочет говорить. Скажи своей девушке, что у нее есть пять секунд, чтобы спасти ему жизнь”. Баз прижал дуло пистолета к виску мужчины и начал считать: “Пять. . .”

“ Нет! Аллен закричала, ее глаза метались туда-сюда между монитором, Граймсом и девушкой. “Ты не можешь этого сделать!”

“Четыре . . .”

“ Дай мне что-нибудь. Что угодно . . . ” Сказала Граймс, игнорируя Аллена и кладя руку на плечо девушки.

“Трое . . .”

“ Я... ... Я... ” запинаясь, произнесла девушка. “ Я не могу. . .”

“ Два. . . Голос Базаэля эхом разнесся по динамикам, и в театральной манере камера медленно приблизила пистолет.

“Это в Выборге”, - крикнула русская девушка.

“ Выборг? Баз скривился и посмотрел в камеру. “ В этом нет никакого смысла. Ты лжешь, - сказал он и с силой прижал дуло к виску большого русского.

“Нет, нет, я обещаю”, - сказала девушка. “Аркадий хотел переехать подальше от Москвы. Куда-нибудь удобное, но незаметное. Москвичи никогда не ездят в Выборг, и никто в Америке никогда не слышал об этом месте . . . и все же это милое место. Всего в 130 километрах от Санкт-Петербурга и в 30 километрах от финской границы. Хорошая инфраструктура. Скоростной поезд. Но вы должны понимать, что большинство зетов работают в полевых условиях. Вы не найдете там никого, кроме аналитиков и службы поддержки — таких людей, как я. Вот и все”.

“ Где в Выборге? Мне нужен адрес, - сказал Буз.

“ Пожалуйста. Адреса нет. Это поселок к югу от Выборга, я могу показать его вам на карте.

Баз покачал головой и снова приставил пистолет к виску мужчины сбоку.

“ Это правда. Теперь девушка всхлипывала. “ Пожалуйста, поверьте мне. Если он сказал вам обратное, это он солгал. Его способность сопротивляться поразительна. Теперь, может быть, ты прекратишь его пытки? Пожалуйста.”

“ Какая ваша следующая цель? - Спросил Граймс, схватив девушку за подбородок и потянув ее за подбородок, пока они не оказались лицом к лицу.

“Я не знаю”, - сказала девушка. “Все распределено по частям. Я работаю над одной операцией за раз”.

- Скажи мне свое имя, или он умрет, - сказала Граймс твердым, как сталь, голосом.

“ Сильви, ” тихо сказала она, глядя на свои колени. - Сильви Бессонова.

Граймс повернулся к потолочной камере SCIF с выражением, которое говорило: я ей верю.

Баз опустил оружие.

“ Ладно, Сильви. Твоя честность позволила твоему товарищу отсрочить казнь, ” сказал Граймс, оглядываясь на девушку. “ Но мы еще не закончили. Даже близко нет.

- Отключите канал, - сказал Буз, и четыре монитора, транслирующие видео из другой комнаты для допросов, погасли.

Граймс взглянул на Аллена. - Пошли, - сказала она и направилась к двери.

Не говоря ни слова, Аллен последовала за ней, но как только они оказались снаружи и звуконепроницаемая дверь SCIF была закрыта, ее младший товарищ по команде взорвался. - Что, черт возьми, это было, Элизабет?

“ Следуй за мной, ” сказала Граймс и повернула в коридор, но Аллен схватила ее за плечо. Граймс подавила рефлекторное желание повернуть руку, сжимающую ее предплечье, и сломать запястье. Вместо этого она позволила Аллену прижать себя к стене.

“ Я понятия не имел, ” проворчал Аллен. “Когда вы нанимали меня в Ember, я думал, что присоединяюсь к лучшим людям Америки — людям самого высокого уровня, выполняющим работу самого высокого уровня по причинам самого высокого уровня. Никогда за миллион лет я не подумал бы, что организация, спасшая меня от врага, который похищает, пытает и убивает полевых агентов, будет действовать по такому же варварскому кодексу. Боже мой, на какой-то момент мне действительно понравилось то, что я наблюдал. Во что, черт возьми, ты меня превращаешь?”

“ Пожалуйста, Аманда, ” сказал Граймс, беря ее за руку. - Это не то, что ты думаешь. Пожалуйста, просто пойдем со мной”.

Она повела своего товарища по команде по коридору, не говоря ни слова, пока они не оказались за дверью в спальню. Тогда, и только тогда, она повернулась к Аллену. “Есть кое-что, на что тебе нужно посмотреть”, - сказала она, потянувшись к дверной ручке.

“Я серьезно, я не хочу его видеть. Я имею в виду, часть меня хочет, но это плохая идея”. У нее вырвался всхлип, но она подняла голову. - Мне не следовало входить.

“Поверь мне”, - сказал Граймс, открывая дверь и затем обнимая Аллена за плечи, пропуская внутрь. “Ты должен”.

Они вошли внутрь. Манн стоял за стулом, спиной к ним, разрезая пластиковые наручники, стягивающие лодыжки и запястья здоровяка русского.

“ Это действительно хорошая идея? - Спросила Аллен, скорчив ему гримасу.

Манн, услышав комментарий, повернулся к ним и одарил Аллена своей лучшей дерьмовой ухмылкой. Русский, теперь освобожденный от пут, повернул левое запястье, затем правое, получив от каждого громкие щелчки. Затем он повернул плечи, заработав серию хрустящих суставов вверх и вниз по позвоночнику. С усталым стоном он поднялся на ноги и повернулся к ним лицом.

“ Демпси? Аллен открыла рот, впервые увидев его лицо вне тени. “Но я подумала. . .”

“ Ну да, ” сказал он, показывая ей обе руки и шевеля неповрежденными большими пальцами. - Ты ошиблась.

Облегчение Аллена быстро сменилось гневом, и этот гнев был направлен на Граймса.

“ Почему ты мне не сказал? ” требовательно спросила она. “ Почему ты так поступил со мной? Боже мой, это было. ... Она покачала головой и прошлась по комнате, уставившись в стену.

“ Жестоко? - Спросил Граймс, заканчивая предложение Аллена.

“ Я собирался сказать ‘непрофессионально’, но вместо этого возьму ‘жестоко’. Да, "жестоко’ работает. Аналитик вытерла слезы с лица тыльной стороной дрожащей руки.

“Я знаю”, - сказала Граймс, склонив голову в знак извинения. “И я сожалею об этом, но нам нужно было, чтобы эта маленькая шарада сработала. То, что я сказал там о том, что это критично по времени, было правдой. Нам нужно было, чтобы Сильви заговорила, и заговорила быстро, прежде чем будет упущена возможность нанести удар по Зете. У нас не было времени на длительный допрос. Нам нужно было напугать эту девушку до усрачки и сделать это так, чтобы не нарушать этический кодекс Эмбер ”.

“Так это была твоя идея?” Спросил Аллен.

“ Нет. Но это была блестящая идея, с которой я согласился.

“Но я видел, как Манн отрезал тебе большой палец и у тебя вылетел зуб”, - сказал Аллен, оглядываясь на Демпси.

“ Это называется CGI, детка. ” Ван стоял в дверном проеме, отделяющем спальню от соседней раздевалки, держа в одной руке кофейную чашку, а под мышкой другой зажав ноутбук. “ Сгенерированные компьютером изображения, как спецэффекты в кино. Мы использовали то же программное обеспечение, которое используют в Голливуде, чтобы создать эффект выпадения зуба, ампутации больших пальцев, всего хорошего ”.

“Мы предварительно записали большинство эпизодов”, - объяснил Демпси.

- Но ты не говоришь по-русски, и я клянусь, что слышал голос Малика.

“У меня было несколько перехваченных голосов после неудавшегося нападения на нас в Клайпеде”, - сказал Ван, выглядя чересчур довольным собой. “Достаточно данных, чтобы воспроизвести уникальные характеристики голоса Малика и убедительно синтезировать эти простые реплики”.

Аллен начала кивать, но затем покачала головой. - Но я видела его. Как вы могли воспроизвести его лицо?

“То, что вы видели, было наложением CGI”, - сказал Ван. “И это не заняло много времени. Строение лица, линия подбородка, телосложение — все это настолько похоже у Джей Ди и Малика, что все, что мне нужно было сделать, это дать вам достаточно деталей, чтобы ваш разум мог заполнить пробелы. Ты хотел верить, что мы привязали Малика к стулу, и вот такую картину мы нарисовали”.

“У нас даже есть записанная последовательность выполнения, готовая к использованию в случае необходимости”, - сказал Демпси, подходя к Аллену. Криво усмехнувшись, он обнял ее за плечи. - Но не волнуйся, я пережил это.

“Но почему?” Аллен пожал плечами. “Почему ты мне не сказал?”

Граймс почувствовала, как у нее сжалось в груди, когда Аллен впился в нее взглядом. Она обращалась не к команде, а к себе. Очевидно, Аллен больше всего чувствовал себя преданным ею за то, что она нарушила то, что было священным в их отношениях.

Должен ли я это говорить? Разве это не очевидно? Потому что цель оправдывает средства, дорогая девочка. Потому что я хладнокровный убийца, который может включать и выключать свое сердце, как выключатель света ... точно так же, как когда я нахожусь на крыше.

Но вместо того, чтобы сказать все это, она подошла и взяла Аллен за руки. Ее товарищ по команде напрягся, но не отстранился. “Прости, Аманда. Больше, чем вы думаете. Но если бы мы посвятили вас в то, что мы делаем, вы бы так не отреагировали. Именно подлинность вашей реакции натолкнула Сильви на мысль, что она тоже наблюдала за пытками настоящего Малика ”.

“ И это был единственный способ? Спросил Аллен, шмыгнув носом и глядя на нее снизу вверх.

“Да”, - сказал Граймс с напускной уверенностью. “По крайней мере, мы считали, что это наилучший шанс на успех”.

Аллен кивнул и отстранился. Затем она повернулась и подошла к Демпси, где осторожно дотронулась до ярко-красного рубца на его щеке.

“ Это выглядит реально. И болезненно.

“Да, я должен поблагодарить за это капитана Допроса”, - сказал Демпси, указывая большим пальцем на Манна. “Очевидно, лесорубы не знают, как наносить удары”.

“Buuuuullshit,” Манн сказал, растягивая слова, “что было мной, потянув удар. Настоящая проблема в том, что один отставной МОРСКОЙ КОТИК забыл повернуть голову ”.

Это вызвало смех у всех, даже у Демпси.

“Последний вопрос, ” сказал Аллен, глядя на Демпси. “Если ты Малик, то кто тот парень в капюшоне, которого я видел, как ты выводил из самолета в ангаре?”

“Босс вори по имени Амаров”, - сказал Демпси. “У нас тоже есть много вопросов к нему, но уничтожение девушки-дзета было приоритетом номер один”.

“Как бы ни была забавна эта голливудская постановка, - сказал Смит по внутренней связи, - давайте соберем членов ОГЛАВЛЕНИЯ и подведем итоги, чтобы мы могли начать планировать. У нас много работы и очень мало времени на это ”.

“ Вас понял, шкипер, ” сказал Манн и, проходя мимо, хлопнул Демпси по спине. “Извиняюсь за твое лицо, братан”.

“Все в порядке, Дэн”, - сказал Граймс, подмигнув Демпси, когда она вышла вслед за доктором. - С самого начала он не был таким уж красивым.

ГЛАВА 26

Дзета-соединение (Яркий сокол)

К югу от Выборга, Россия

19 Июня

09 : 45 По местному времени

- Вставай, - рявкнул Валериан мужчине, истекавшему кровью у его ног.

Новобранец, оператор спецназа мощного телосложения, стоявший на четвереньках, потряс головой, пытаясь прогнать звезды, которые, несомненно, кружились у него перед глазами после последнего удара Валериана.

“ Ты слаб. . . и медлителен. . . и глуп. Вставай.

Новобранец хмыкнул и поднялся на ноги. Валериан обдумывал три разных удара, которые он мог бы использовать для завершения сеанса, но проявил сдержанность и подождал, пока его противник примет боевую стойку.

“ Ты дерешься грязно, ” сказал новобранец и сплюнул на землю комок кровавой слизи. Валериан набросился на новобранца, когда тот шел на стрельбище, а оператор не был готов. Это было одно из любимых упражнений Аркадия — то, которое он называл "берегись своей спины", — и это был урок, который все оперативники "Зета" никогда не забывали. Ситуативная осведомленность и вездесущее недоверие были качествами, которые поддерживали оперативника в полевых условиях.

Да, каждая ситуация была потенциально опасной.

Да, все были угрозой. . . включая союзников.

Может быть, этот бык научится, а может быть, его зарежут. Валериану было все равно. Он не годился в наставники. Он выбрал этот бой, потому что был зол из-за неудачного удара в Риге и того, что случилось с Сильви, а не в тренировочных целях. Он ненавидел Выборг. Он ненавидел это место. Единственная причина, по которой он вообще приходил сюда, была тогда, когда ему приказывали прийти сюда или когда он хотел причинить кому-то вред без профессиональных, юридических или гражданских последствий. За эти годы он причинил боль множеству людей в "Ярком соколе".

Причинять боль людям было приятно.

“Ну, ты не собираешься ничего сказать?” спросил бывший спецназовец, свирепо глядя на Валериана и подняв кулаки.

“А на четвертый день злые сестры так приревновали Марьюшку, что прикрепили ножи к подоконнику за окном ее спальни и заперли его”, - сказал Валериан, цитируя по памяти свой любимый отрывок из русской народной сказки, в честь которой Аркадий назвал это заведение. “В ту ночь, когда Файнст, Яркий Сокол, появился в коттедже, чтобы навестить свою возлюбленную, он обнаружил, что окно закрыто. Он трепыхался, хлопал крыльями и бился о стекла, пытаясь проникнуть внутрь, но клинки злых сестер разрубили его мощную грудь на ленты. Бедная, ничего не подозревающая Марьюшка проспала все это, не обращая внимания на страдания своего волшебного возлюбленного. Наконец, не в силах войти и превратиться из фалькона в мужчину, Файнст произнес: ‘Если ты любишь меня, ты можешь найти меня, но не без боли’. Затем Яркий Сокол улетел далеко-далеко, не оставив после себя ничего, кроме своей крови на окне . . .”

“Ты гребаный псих, ты это знаешь”, - сказал новобранец. “Но я все равно собираюсь надрать тебе задницу”.

Злорадная ухмылка расползлась по лицу Валериана. “ Вот это настрой, моя маленькая Марьюшка. Делай все, что в твоих силах.

Остаток спарринга прошел для новобранца не очень хорошо. Несмотря на решимость соперника, он был плохо подготовлен для вызова прайма. Вместо того, чтобы нанести какой-либо постоянный урон, он прикончил своего противника удушающим приемом, оставив новобранца-дзета лежать без сознания в грязи.

“А я возлагал на него такие большие надежды”, - сокрушался Аркадий с того места, где он стоял в нескольких метрах от меня, глядя на груду бессознательных мышц у ног Валериана.

Валериан боковым зрением наблюдал за скрытным приближением начальника разведки и не спускал глаз с Аркадия во время спарринга, чтобы тот не стал жертвой того же учебного урока “берегись спины”, который он преподавал. Аркадий имел склонность к нетелеграфированным ударам в почки и солнечное сплетение. Однажды он опоил Валериана, когда они праздновали победу бутылкой водки. Старик был таким придурком.

“ Я бы пока не стал сбрасывать его со счетов, ” ответил Валериан, отряхивая одежду. “Он откусил кусок от моего предплечья, когда мы боролись”.

Взгляд Аркадия метнулся к крови, стекающей по левой руке Валериана и стекающей с тыльной стороны ладони. “Я бы немедленно почистил это, иначе ты подхватишь инфекцию. Человеческий рот отвратителен. Если бы люди знали правду, в мире не было бы поцелуев”.

Валериан с улыбкой отклонил комментарий и перешел прямо к делу. - Вы лишаете меня статуса премьер-министра?

“Это то, чего ты заслуживаешь, но, к сожалению, у меня нет подходящей замены”, - прямо сказал Аркадий, прежде чем повернуться и махнуть Валериану следовать за ним. - Пройдемся со мной.

Валериан секунду поколебался, затем сделал, как ему было сказано, догнав своего босса и сопровождая его на короткой прогулке к административному зданию.

“Скажи мне, ты не ударился головой, Валериан? Потому что я хочу знать, что с тобой происходит. С тех пор, как в Стамбуле ты стал судить ужасные вещи. Мы оба знаем, для какого типа операций подходят наши партнеры Vory, а для какого - нет. Я ценю тот факт, что вы пытаетесь действовать на опережение против врага, маскируя наше присутствие, но американцев не проведешь. Почему вы решили, что после неудачи в Нарве вы могли бы использовать "Вори наклдрэггерс", чтобы взять команду Ember в Клайпеде? Американцы были там не случайно. Они знают, что мы потопили "Индепенденс". Они знают, что мы поддерживаем легенду о Малике, и они знают, что мы стояли за операциями в Турции ”. Аркадий вздохнул и затем повернулся к нему лицом. “Как премьер, ты должен думать на моем уровне. В этом смысл нашей системы. Если бы я был молодым человеком, я бы сам работал в этой области, но это не так, и именно поэтому я должен быть в состоянии рассчитывать на вас в качестве моего доверенного лица ”.

“Если бы хит удался, вы бы прямо сейчас пели мне дифирамбы. Оглядываясь назад, я понимаю, что это идеальное видение, но в то время я благодарил судьбу за свою удачу. Они пришли ко мне, в тот же отель! У меня было их местонахождение, и в моем распоряжении были средства, чтобы нанести удар. Честно говоря, с моей стороны было бы безответственно не попытаться. Я пошел на просчитанный риск, и это обернулось не в мою пользу. Я не думаю, что это вопрос моего суждения, а скорее вопрос результата ”.

Валериан последовал за Аркадием в комнату и закрыл за собой дверь. На столе была разложена серия фотографий формата А4. Не спрашивая, Валериан начал перелистывать пачку.

“ Прости, Валериан, но в шпионском бизнесе оперативников определяют по результатам, которых они достигают. Лучший оперативник - тот, кто подчиняет судьбу своей воле. Не обольщайтесь, то, что вы устроили в отеле в Клайпеде, было катастрофой. Мир думает, что американское ФБР стало мишенью в качестве возмездия за расследование гибели Independence; они не знают о Целевой группе Ember и никогда не узнают. Но это не остановит СМИ от распространения историй, предполагающих, что за потоплением стояла Россия — полная противоположность тому, чего мы хотели ”. Аркадий разочарованно покачал головой. “И вдобавок ко всему, был похищен Амаров — один из наших старейших и самых верных партнеров, Валериан! Другие боссы Vory узнали о случившемся и теперь разговаривают — не со мной, а друг с другом. За три дня вам удалось вернуться к двум десятилетиям тщательно культивируемого партнерства с вори!”

- Это просто смешно.

“ Неужели? - Спросил Аркадий, потирая густую бороду. “Это нападение привлекло внимание государственной полиции Литвы и Интерпола, и это дало им повод, необходимый для того, чтобы искоренить и привлечь к ответственности не только то, что осталось от деятельности Амарова, но и все остальные ячейки Vory, действующие в стране”.

Валериан отвел взгляд. - Прости.

“Извинения не исправят этот беспорядок”, - прорычал Аркадий баритоном приближающегося грома. “Извинения не меняют того факта, что американцы похитили Сильви!”

“ О чем ты говоришь? Мы прервали. Я разговаривал с ней всю дорогу до машины.

“ И вы ее забрали? Вы взяли ее с собой в Калининград?

“Нет, но это никогда не входило в наши планы. У нас были отдельные исключения. Так гораздо безопаснее. Ты научил меня этому.

“Она Дзета кибер, а не оператор”, - сказал Аркадий с суровым выражением лица. “Ты завербовал ее для операции, а потом бросил - оставил умирать. Но вместо этого американцы забрали ее. Не сомневайтесь, они разоблачат ее, и когда они это сделают, Эмбер получит кучу порочащей информации о нашей операции ”.

“ Тогда мне просто придется пустить ей пулю в голову, прежде чем это произойдет. Это то место, где ее держат американцы? - Спросил Валериан, постукивая пальцем по одной из фотографий.

Аркадий кивнул.

- Где это? - спросил я.

“Ньюпорт-Ньюс, Вирджиния”.

- Черт, - пробормотал Валериан, его бравада поубавилась.

“В этом авиационном ангаре расположен Операционный центр Ember”, - сказал Аркадий, постукивая указательным пальцем по зданию на одной из фотографий. “И я полагаю, что именно там держат Сильви”.

“Но это похоже на гражданский аэропорт”, - сказал Валериан, просматривая фотографии со спутника-шпиона. “Почему это не на военной базе? Я не понимаю. Здесь оно уязвимо. Совершенно незащищено”.

“Келсо Джарвис решил спрятать драгоценность короны на самом видном месте”, - сказал Аркадий. “Я сам много раз применял эту стратегию. На самом деле, я выбрал это место по тем же причинам. Кому придет в голову искать нас в Выборге, и что более важно, он находится далеко от Москвы”.

- Да, но “Яркий сокол” безопасен, и к нему очень трудно получить доступ.

“Я думаю, у Джарвиса припасена пара трюков в рукаве. Мой источник сообщил мне, что объект находится под землей, в укрепленном бункере. Я думаю, что эта миссия окажется для вас более сложной задачей, чем вы думаете ”.

“ Вот почему ты вызвал меня сюда. Ты хочешь, чтобы я вызволил Сильви?

Аркадий покачал головой. “ Она слишком много знает. Я не могу позволить им бесконечно извлекать из нее информацию. Если ты сможешь вытащить ее живой, это хорошо; я смогу выяснить, что она им рассказала. Но пуля в голову тоже достигнет цели ”.

-А объект? - спросил я.

“Взорвите это. Убейте всех. Нам нужно нанести удар сейчас, пока Сильви не сломалась, а Джарвис не решил атаковать наши операции ”, - сказал Аркадий.

“ Это немалое дело. Валериан выпустил воздух сквозь зубы. - Во-первых, мне нужно собрать команду. Во-вторых, нам нужно попасть в США, что не так просто, как было раньше. Как только мы окажемся в стране, нам нужно будет провести ISR, разработать тактический план, поставить задачи и перераспределить активы Zeta, а также выяснить, как выйти ”.

- Все готово, - сказал Аркадий с суровой улыбкой.

“ Что? Валериан был захвачен врасплох. “ Я не понимаю. О чем ты говоришь?

“ Пока ты все портил в Клайпеде, чем, по-твоему, я занимался? Аркадий перекинул бедро через край стола, чтобы сесть на краешек. “ Все уже устроено. Гавриил в Вирджинии с Франко и Юковым. Ты вылетаешь завтра утром первым рейсом из Хельсинки в Вашингтон. Отсюда Костя полетит с тобой.

Валериан сохранял на лице маску, пока его разум обрабатывал все, что сказал старый лис, и все, чего он не сказал. Что-то было не так. Костя уже миновал свой расцвет и возглавлял тренировочный центр в Выборге; прошло по меньшей мере пять лет с тех пор, как он был в поле. Гавриил действовал из Москвы, а не из Америки. Аркадий явно готовил его к тому, чтобы он стал премьер-министром, и Валериан давным-давно определил его в качестве первого кандидата старика на пост своего преемника. Франко и Юков оба были опытными полевыми агентами, но поскольку Зеты обычно работали в одиночку, он не встречался ни с одним из них. Эта операция станет крупнейшим сборищем ветеранов-руководителей дзета в одном месте с тех пор, как Валериан присоединился к организации. Во всем этом была очень фаталистическая аура; внезапно это стало похоже на обязательную миссию самоубийцы.

Каждый дзета знал, что у него есть срок годности.

Может быть, старый лис хочет, чтобы для меня это было путешествие в один конец? Что ж, если только одному дзету суждено отказаться от этой операции, то этим дзетом буду я.

“Что означает этот взгляд?” Аркадий спросил с отеческой полуулыбкой.

“ Мне не нужна нянька. Костя может остаться.

“Нет. Пятеро - минимум, необходимый для этого нападения”, - сказал Аркадий. “Некоторые из вас не вернутся домой. Это я могу почти гарантировать”.

Спорить с начальником разведки не имело смысла. Это была шахматная партия Аркадия, и он не прислушивался к советам фигур на доске.

“В таком случае мне нужно поехать в Санкт-Петербург и привести свои дела в порядок”, - сказал Валериан с фаталистической решимостью, поворачиваясь, чтобы посмотреть на своего бывшего друга и наставника.

“ Конечно. Давай я тебя отвезу, ” с улыбкой сказал Аркадий. - У меня есть машина.

“Спасибо тебе, старый друг”, - сказал Валериан и похлопал мужчину по плечу. “Но я думаю, что справлюсь с этим один”.

“Очень хорошо”, - сказал начальник разведки и притянул Валериана в крепкие объятия. “Удачи, сын мой. И не подведи меня снова.

ГЛАВА 27

Центр тактических операций Эмбер

Под ангаром Эмбер

Ньюпорт-Ньюс/Международный аэропорт Уильямсбург

Ньюпорт-Ньюс, Вирджиния

20 Июня

06 : 15 По местному времени

Когда Келсо Джарвис вошел в конференц-зал Ember, Демпси вскочил на ноги. Он не служил на действительной службе уже два года, но это не имело значения. От старых привычек трудно избавиться. . . и Джарвис оказывал такое влияние на людей. Все остальные тоже были на ногах.

“Привет, Джон”, - сказал Джарвис, приветствуя Демпси раньше всех в комнате. “Давно не виделись, не так ли?”

“Если не считать Стамбул, то да, прошел почти год”, - сказал Демпси. - Как дела, шкипер? - спросил я

“Острый, как никогда”, - сказал Джарвис, но затем со слабой улыбкой указал на себя ниже шеи. “Но сидение за письменным столом весь день каждый день не приносит никакой пользы остальным частям меня. В последнее время я пью так много кофе, что половину времени пью коктейли ”.

Демпси попытался придумать, что сказать в ответ на этот странный комментарий, но представитель ДНР уже перешел к приветствию Граймса.

“Элизабет”, - сказал Джарвис, кивнув. “Я слышу только хорошее от директора Смита о твоем выступлении в новой роли overwatch и team sniper. Кстати, ты отлично поработал в Адане. Не уверен, слышали ли вы, но президент, министр обороны и Объединенный комитет начальников штабов наблюдали за вами в действии из Ситуационной комнаты ”.

“Спасибо, сэр”, - сказала она с легкой, но уважительной официальностью, которая, как понял Демпси, означала, что напряженность в их отношениях с первых дней в Эмбере ушла под воду, по крайней мере, на данный момент. На краткий миг он мог бы поклясться, что увидел, как ее щеки порозовели от комплимента.

Когда Джарвис добрался до Манна, док сделал вид, что подошел пожать Джарвису руку, неловкая эволюция, которая, как решил Демпси, была преднамеренной со стороны Манна, но с какой целью, Демпси не был уверен. Джарвис спросил Манна, почему он не одет как настоящий лесоруб, и Манн язвительно заметил, что ему пришлось снять свои пледы Woolworth, потому что они делали Смита и других армейских парней неуверенными в себе. Джарвис усмехнулся старой шутке inside о вездесущем внешнем виде Манна на работе. Работая хирургом или морским котиком, Манн всегда выглядел как ходячая реклама L.L.Bean. Затем Джарвис быстро поприветствовал остальных членов группы, прежде чем подойти к Смиту, который попросил всех занять места за столом переговоров.

Джарвис пошептался со своим начальником штаба, женщиной, с которой Демпси лично не встречался, но которую хорошо помнил как одного из лучших аналитиков разведки и офицеров контрразведки, когда-либо служивших на Первом уровне. Он знал ее только по безупречной репутации— которая продолжала расти в ее новой роли. В Стамбуле Петра Фелск приняла пулю за Джарвиса — на что не мог претендовать даже Демпси с его родословной. Мгновение спустя они оба сели, причем Джарвис отказался от подиума и занял место за столом.

“Когда президент Уорнер предложил мне занять пост главы ДНР, основным фактором в моем решении согласиться на это назначение были доверие и уважение, которые я питал к людям в этом зале. Я знал, что когда я передам бразды правления Шейну, сочетание его стиля руководства и моего отсутствия позволит Ember расти и эволюционировать во что-то еще более мощное и способное, чем это было под моим непосредственным командованием ”. Джарвис обвел взглядом команду. “В самом начале, до того, как Ember обрела свою опору, я был подходящим человеком для этой работы. Но, как и во всех организациях — от стартапов Кремниевой долины до Белого дома, — перемены не только неизбежны, они необходимы. Действующая сейчас руководящая группа расширила устав Ember, возможности и, смею признать, эффективность. Я говорю вам все это, потому что хочу, чтобы все поняли, что это не вмешательство. . . Я здесь как предвестник. Эмбер стала мишенью организации, о существовании которой мы еще месяц назад даже не подозревали ”.

Джарвис подождал, пока до него дойдет смысл сказанного, — наблюдал за их ошеломленными лицами, когда они смотрели друг на друга. Он подождал, пока их взгляды не вернулись к нему.

“Не обольщайтесь, Спецгруппа Зета - это российский Эмбер - близнец зла с соответствующими ресурсами, возможностями и автономией. Характеристики, которые сделали Эмбер такой смертоносной и эффективной, применимы и к Зете. Когда я сообщил президенту, что Зета стоял за покушением в Стамбуле в прошлом месяце, он воспринял это лично. Крушение "Независимости" в Клайпеде на этой неделе стало вошедшим в поговорку гвоздем в крышку гроба. Президент Уорнер поручил мне пересмотреть устав Эмбер. Я проинформировал директора Смита о приказе Президента по телефону, но я счел важным и необходимым поговорить со всеми вами лично.

“Вступая в силу немедленно”, - сказал Джарвис, “ "Оперативная группа Эмбер обнаружит, привлечет к ответственности и ликвидирует Спецгруппу Зета и всех ее членов. Отряд убийц, который напал на нас в Клайпеде, не был случайным, и похищение одного из их людей не останется незамеченным. Это также не останется безнаказанным. Они нанесут ответный удар и будут усиливать его. Вот почему мы должны действовать первыми. Все другие контртеррористические операции и миссии по сбору разведданных приостановлены до дальнейшего уведомления. Это твой единственный приоритет”.

Демпси откинулся на спинку стула и измерил температуру в комнате. Едва спасшись из Клайпеды, они действовали с крайней осторожностью и предвзятостью, но то, что ДНР лично вручила официальный мандат, сделало его реальным. Приказ уничтожить Зету исходил непосредственно от президента Соединенных Штатов. Отдать такой приказ, даже когда предполагалось, что он останется похороненным в черном, было символично — Америка и Россия официально находились в состоянии войны. Демпси перевел взгляд на Буза, единственного настоящего Холодного Воина в комнате, и обнаружил, что выражение лица мужчины стало жестким и мрачным. Демпси знал этот образ; он сам носил его много-много раз за эти годы. Это изменение устава стало политическим поворотом. Перчатки были сняты, и дела со старым заклятым врагом Америки на другом конце света должны были стать намного, намного хуже, прежде чем у них появился хоть какой-то шанс исправиться.

“ У кого-нибудь есть вопросы к DNI? Смит выжидающе произнес. Обычно это была та часть брифинга, где Граймс выражала свои опасения по поводу мудрости плана, Адамо ставил под сомнение правдивость или благоразумие какого-либо элемента стратегии, а Манн шепотом отпускал остроту и требовал от Демпси праздничного удара кулаком "давайте сделаем это". Сегодня ничего из этого не произошло, и Демпси понимал почему. На этот раз Эмбер и все в ее подчинении, включая президента Соединенных Штатов, стали мишенью. О чем тут было спорить? О чем тут было спорить? Это был сценарий "убей или будь убитым", и все в комнате это понимали.

Когда никто не произнес ни слова, Смит повернулся к Адамо. “Хорошо, оперативник О, почему бы тебе не ввести всех в курс дела по плану, над которым ты работал”.

Адамо сдвинул очки на переносицу - нервная привычка, которая при других обстоятельствах вызвала бы смешок Манна и Демпси. Не сегодня. “Наш задержанный заявил, что Оперативный центр "Зета” находится в Выборге", - начал он. “Болдуин и его команда работали круглосуточно, пересматривая все данные SIGINT, собранные во время наших недавних операций в Нарве, Риге и Клайпеде. В ходе событий в Нарве и Клайпеде исходящие передачи были прослежены до Выборга. Хотя это само по себе не является убедительным доказательством того, что в Выборге находится командно-контрольный центр Zeta, это убедительное доказательство. С точки зрения стратегии, хотя это место предпочтительнее, скажем, Москвы или какого-либо другого в центре России, Выборг действительно создает географические, логистические и тактические проблемы для операции ”.

Услышав этот сигнал, Болдуин открыл стоявший перед ним ноутбук и начал печатать. Экранная заставка на центральном мониторе в комнате обновилась и теперь отображает карту Финского залива с Финляндией на севере, Россией на востоке и Эстонией на юге. Затем появилось наложение, показывающее территориальные воды, на которые претендует каждая страна, разделяющее водный путь на три зоны со схемой морского движения, выделенной посередине. Красная точка появилась на дальней восточной оконечности Финского залива в глубине бухты, защищенной и блокированной десятками островов.

“Красная точка - Выборг”, - продолжил Адамо. “Он расположен примерно в двадцати пяти километрах к югу от финской границы. Я поручил Болдуину и его команде тщательно изучить Выборг и прилегающие районы и сообщить мне возможные места для оперативного и учебного центра ”. Он нажал кнопку на своем ноутбуке. “Это то, что они нашли”.

Спутниковая аэрофотосъемка увеличила изображение полуострова к югу от города, и Болдуин начал говорить. “Западная сторона полуострова представляет собой выход к Выборгскому заливу, а восточная сторона - к тому, что кажется солоноватой, заболоченной внутренней лагуной. На северной оконечности суши есть небольшая пристань для яхт и двухполосная дорога Приморское шоссе, в хорошем состоянии, которая проходит с севера на юг по центру полуострова, прежде чем повернуть на восток, в сам Выборг. Что привлекло мое внимание, так это сходство между этим районом и нашим собственным лагерем Пири выше по дороге. Если вы посмотрите сюда, у подножия полуострова, это явно водоочистное сооружение, но эти сооружения к северу от береговой линии, укрытые в лесу, более интересны. Это скопление зданий могло быть каким угодно, но планировка, опять же, напоминает мне Кэмп Пири. Самое восточное здание похоже на общежитие или столовую, это здание к северу может быть административным и классными комнатами, а это здание к западу очень похоже на оружейный склад и зал убийств. Эта заасфальтированная площадка должна выглядеть как парковка, но я никогда не видел парковки с ветрозащитным покрытием и огнями приземления и взлета, что говорит мне о том, что это вертолетная площадка. Наконец, к северу от объекта установлена усиленная радиоантенна, а вот это похоже на резервные дизель-генераторные установки. Если рассматривать все вместе, эмпирические данные убедительно доказывают, что это не какой-нибудь российский летний лагерь ”Айвенго" ".

“ Это жилые дома на восточной стороне полуострова? - Спросил Мунн.

“Да, похоже на то”, - ответил Болдуин. “И если вы присмотритесь повнимательнее, то увидите ограждение на восточной стороне Приморского шоссе, огораживающее территорию, которая, по нашим оценкам, составляет около трехсот акров, — еще одно подтверждение того, что это не гражданский объект. Последний объект, представляющий интерес, касается сооружения на этом острове, примерно в полумиле от берега. Без более точных изображений я не могу сказать вам, что это такое и связано ли это с комплексом ”.

“ Йен, почему бы тебе не рассказать им о недавних перехватах? Подсказал Адамо.

“Ах да. После идентификации антенн мой друг из АНБ связался с Supo в Хельсинки, чтобы узнать, отслеживают ли они сообщения с помощью этой антенны. Как оказалось, мы не единственные, кто интересуется этим объектом. Финская разведка отслеживает дорожное движение в Выборге и была достаточно любезна, чтобы предоставить нам зарегистрированные данные, собранные за последние сорок восемь часов. Анализируя эти данные, Чип и Дейл определили, что подавляющее большинство трафика данных, обрабатываемого этой вышкой, представляет собой гражданский трафик GSM, зашифрованный 64-битным протоколом A5 / 1, и трафик LTE, зашифрованный стандартными 128-битными алгоритмами целостности EPS. Однако небольшой процент трафика 128-битный с новым шифрованием военного уровня. Я полагаю, что это сделано специально. Я думаю, что эта антенна в основном обслуживает гражданский и коммерческий трафик из Выборга, а жестко зашифрованный трафик с территории комплекса распределен ниже порогового значения, которое могло бы привлечь внимание любопытных ушей на севере ”.

Услышав мумбо-юмбо Болдуина с шифрованием, Демпси закатил глаза и спросил: “И к чему вы клоните?”

“Я хочу сказать, что нам удалось расшифровать одну из этих передач, и у нас есть высокая степень уверенности в том, что это разговор между самим Аркадием Жуковым и Владимиром Петровым в Кремле”.

“Ну, срань господня, почему ты не начал с этого?” Манн возвел глаза к небу с выражением Помоги мне, Боже,.

Болдуин собирался ответить, когда Смит поднял руку.

“Я думаю, дело в том, что у нас есть веские подтверждающие доказательства, подтверждающие признание нашего задержанного зета о том, что в Выборге находится секретный объект управления зета и что глава организации Аркадий Жуков находится там, пока мы говорим. По состоянию на двадцать минут назад инфракрасный спутник показал девятнадцать теплых тел на территории комплекса. Это оно, люди. Мы нашли русский эмбер.

“Я согласен с тем, что Болдуин сказал ранее об этом комплексе, напоминающем Лагерь бедняков Пири”, - сказал Демпси. “И давайте предположим на мгновение, что мы убеждены, что это штаб-квартира Zeta. Я думаю, нам нужно обсудить, реально ли поразить эту цель. Доступ достаточно сложен, но как только это дерьмо разлетится по ветру, они пошлют за нами QRF, и я не вижу, как мы собираемся выйти, не погибнув ”.

“Согласен”, - сказал Адамо. “Это и меня беспокоит”.

Демпси отодвинул свой стул от стола, переводя взгляд с Джарвиса на монитор и обратно. - Если позволите, сэр?

“ Конечно, Джон. Расскажи нам, о чем ты думаешь.

Демпси кивнул и подошел к монитору, чтобы показывать пальцем и говорить одновременно. “Иэн, если бы ты мог немного увеличить нас, скажем, в масштабе одна морская миля на дюйм . . . да, вот так. Итак, если вы посмотрите на это наложение, то увидите, как далеко нам нужно зайти, чтобы совершить скрытный заход. Теперь, можете ли вы измерить расстояние от линии, обозначающей границу российских территориальных вод, до Выборга? ” На экране появился курсор, и Йен указал точку маршрута на территории комплекса дзета, а затем протянул линию на запад, пока она не достигла границы между российскими и финскими территориальными водами. “Да, вот так. Итак, мы рассчитываем примерно на сорок морских миль по прямой, наберем сорок пять к тому времени, когда вы обогнете все эти острова и пройдете через этот пролив здесь, в Высоцке, или как там, черт возьми, вы его произносите. Это минимум девяностомильный перелет туда и обратно. Мы никак не сможем проделать его на подводной лодке.

“ И даже если бы вы могли, где вы собираетесь найти капитана подводной лодки, достаточно сумасшедшего, чтобы загнать свою лодку в Финский залив? Глубина здесь не может быть больше тридцати метров, - вмешался Манн.

“Я уже говорил с комсоставом, вице-адмиралом Руссело, об отправке одного из его SSN в Балтийское море, и он вежливо сообщил мне, что такой запрос не был инициирован”, - сказал Джарвис. “Доступ к Балтике требует надводного перехода, потому что здесь слишком мелко, чтобы плавать под водой вокруг Дании. Более того, адмирал твердо убежден, что Балтийское море просто слишком мелкое, чтобы рисковать операциями SSN. Как только вы окажетесь внутри, выхода на большую глубину не будет, а это значит, что некуда бежать и негде спрятаться, если дела пойдут плохо. Я посмотрел батиметрию, и адмирал прав: большая часть Балтийского моря мелководнее, чем длина подводной лодки класса Virginia”.

“У шведов, если я не ошибаюсь, три замены AIP. Готландский класс, - сказал Граймс, впервые заговорив. - А у немцев есть свои дизель-электрические лодки типа 212. "Готланд" и "212" примерно вдвое меньше наших SSN, и они имеют опыт эксплуатации в Балтийском море. Может быть, они смогут нам помочь”.

“Не в таком политическом климате”, - сказал Джарвис. “Канцлер Германии в ярости от администрации Уорнера из-за санкций в отношении "Северного потока-2", поэтому мы не можем рассчитывать на помощь Берлина. А шведы все еще переваривают гибель Независимости в Клайпеде. Они хотят провести собственное расследование, прежде чем возлагать вину на Кремль и давить на медведя. Что, к сожалению, означает, что прокатиться автостопом на Готланде тоже нереально ”.

“Мы не можем взять маленькую лодку”, - сказал Демпси. “Это слишком далеко, чтобы путешествовать незамеченными. Это не Аль-Вади-Тар-Тар во время операции "Кинжал". Вместо того, чтобы пастухи коз сканировали местность с берега, у нас будут российские воздушные силы, защищающие подход, и их спутниковая сеть, наблюдающая сверху. И я думаю, мы все можем согласиться с тем, что подача воздуха и выход - это не вариант. Прыгать некуда, это не слишком долгий поход, часть из них по окрестностям - не круто для чуваков с оружием ”.

- А что насчет “Протея”? - Спросил Манн, выпрямляясь в кресле. “Я никогда не ездил на нем, но, судя по тому, что я слышал, у него большой радиус действия”.

Демпси потер подбородок. “ Неплохая идея, Дэн. Это может сработать.

- Что такое “Протей”? - Спросил Латиф.

“Протей" - крутой прототип миниподлодки, - ответил Демпси. “Это как SDV, но на стероидах — лучше оснащенный и сверхкрадчивый, с большей крейсерской скоростью, большей дальностью полета и местом для шести "котиков", десяти, если убрать их и ограничить то, что вы берете с собой. Он новый, и я его не видел, но ходят слухи, что он может доставлять полезную нагрузку на морское дно и работать автономно, как беспилотник ”. Чего Демпси не сказал, так это того, что Proteus не был решением для доставки "сухим путем". Как и SDV, при погружении внутренний отсек Proteus затоплялся и выравнивал давление с океанским на глубине. Любой, кто участвовал в этой миссии, должен был быть опытным дайвером, подготовленным к периоду азотной декомпрессии. Ставки были слишком высоки для обучения без отрыва от производства. Правда заключалась в том, что с включением Proteus это больше не было миссией Ember; это стало миссией SEAL первого уровня. Чтобы провернуть это, ему нужно было нечто большее, чем чертовски крутая тактическая команда. Ему нужно было нечто большее, чем самая смертоносная в мире оперативная группа по борьбе с терроризмом. Ему нужны были Тиль и Спаз, Раш и Гатор — ему нужны были его старые товарищи по команде, но все они были мертвы и похоронены.

Он стряхнул внезапную волну меланхолии и посмотрел на Манна, который кивнул, прочитав его мысли. Старой команды больше не было, но, к счастью, они знали парня. . .

“Proteus звучит как решение, которое нам нужно. Я выясню, где оно находится и когда мы сможем достать его”, - сказал Адамо, а затем повернулся к Джарвису. “Это при условии, что у нас есть зеленый свет на использование этого актива, сэр?”

- Вы правы, мистер Адамо, - сказал Джарвис с ноткой решительности в голосе.

Демпси прочистил горло и понял, что его следующее заявление разозлит некоторых людей, в первую очередь Граймса.

“Сэр, единственная другая проблема касается персонала для операции. Если мы будем использовать подводный аппарат на большие расстояния, это ограничит нас опытными "тюленями" со значительной подготовкой к погружениям. Нам понадобятся пилоты SDV, назначенные для работы с Proteus, но я предлагаю также дополнить их небольшой командой операторов из недавно созданной команды SEAL первого уровня ”.

Боковым зрением он увидел, как Граймс наклонилась вперед, чтобы возразить, но Джарвис оборвал ее.

“Я полностью согласен. Нам нужна команда, опытная в такого рода проникновениях и чувствующая себя комфортно в подводных аппаратах. Я немедленно позабочусь об этом для вас ”. Граймс скрестила руки на груди, и Демпси спиной почувствовал ее пристальный взгляд. “Я думаю, это хорошее место, чтобы отдохнуть. Вам всем нужно сделать много домашней работы. Как только у вас будет жизнеспособный план, директор Смит может посвятить меня в детали. А сейчас я хотел бы коротко побеседовать только с директорами.” Представитель ДНР поднялся, завершая встречу. “Спасибо”.

Демпси почувствовал на себе взгляд Граймса, и он повернулся, чтобы посмотреть на нее, когда она отодвинулась от стола и встала. Никаких слов не требовалось — он знал ее достаточно хорошо, чтобы прочитать в ее глазах, что она пришла к тем же выводам, что и он. Баланс риска и вознаграждения был сильно смещен в сторону риска в уравнении. Геополитические ставки в результате неудачной миссии были невероятно высоки. И если бы команда была схвачена — аномально высокая вероятность, учитывая пятичасовой переход со скоростью десять узлов обратно в финские воды, - ужасы, которые ожидали их в подвале тюрьмы на Лубянке, были невообразимы.

Он кивнул ей —все образуется.

Манн похлопал его по плечу, прежде чем выйти из конференц-зала вместе с остальными. Когда дверь, наконец, закрылась, только Смит, Адамо, Болдуин и Демпси остались с ДНР и его начальником штаба. Джарвис, который тихо разговаривал с Петрой, повернулся лицом к группе. Натянуто улыбнувшись, он сплел пальцы вместе и положил сцепленные руки на стол. “Ладно, джентльмены, это ваш шанс сказать мне, что вы на самом деле думаете, так что не затягивайте с ударами”.

“Я думал, что операция по захвату Модири в Тегеране была самоубийственной миссией, но Демпси отказался от этого”, - сказал Смит, взяв на себя инициативу. “Эта миссия имеет более высокие геополитические ставки, но при условии, что команда сможет вернуться в воду до прибытия российских QRF на место, я думаю, что скрытная эвакуация "Протея" выполнима, но только если наша цель - вывести их из-под командования и контроля. Если цель состоит в том, чтобы уничтожить Аркадия и забрать жесткие диски, забудьте об этом. Итак, я хочу быть предельно ясным, что если мы это сделаем, то должны быстро проникнуть внутрь, убить всех, взорвать объект, а затем исчезнуть обратно в воду. Русские не будут искать подводный аппарат, потому что дальность действия SDV ограничена, и, как было указано, в Финском заливе слишком мелко для SSN ”.

Демпси кивнул. “Я согласен с Шейном, но я подумал, что даже с "Протеем" доставка все еще остается проблемой. Предполагая, что мы сможем заполучить его в свои руки, как, во имя всего святого, мы сможем его использовать?”

“Мы с Петрой только что говорили об этом, и я думаю, что у нас может быть решение”, - сказал Джарвис.

“В моей предыдущей жизни я работала в Управлении военно-морской разведки”, - сказала Петра. “И за время моего пребывания в должности я столкнулась со всевозможными интересными технологиями. За пару месяцев до моего отъезда мой коллега в Великобритании рассказал мне о какой—то очень интересной работе, которую он выполнял, задействовав материнский корабль, замаскированный под гражданское судно, для развертывания беспилотных подводных аппаратов. Я думаю, что это могло бы стать золотым билетом в этой операции, но мне нужно ему позвонить ”.

Умная мысль, кивком признал Демпси.

“Саймон, что у тебя на уме?” Сказал Джарвис. “Я вижу, тебя что-то беспокоит”.

“Мы торопимся с этим”, - сказал Адамо на выдохе. “Если бы вы приказали нам поразить цель на территории России год назад, я бы назвал вас сумасшедшим. Но затем мы свернули операцию "Крестоносец", которая изменила мое мышление. А затем произошли события в Анкаре и Стамбуле . . . и мы все знаем, чем закончилась эта история. Я осознаю срочность этой операции. Зета представляет явную и непосредственную опасность для всех в этом комплексе. Я знаю, что этих ублюдков нужно остановить, но эта операция похожа на вбивание квадратного колышка в круглое отверстие. Да, у нас есть сигнал, указывающий на то, что Аркадий находится на месте, а спутниковые снимки подтверждают присутствие военизированных формирований, но разве не было бы неплохо точно знать, на что мы натыкаемся? Должен быть вариант получше, чем торопить эту операцию без всех данных ”.

“Я согласен с вами, и в идеальном мире я бы дал вам все время и ресурсы, необходимые для планирования идеальной операции. Но время поджимает, мы сошлись в смертельном поединке с мастером шахмат, который неизменно был на шаг впереди нас. Аркадий знает, что мы забрали одного из его людей. Он знает, что мы собираемся сломить ее и что она заговорит. Я обещаю вам, он готовит свой следующий ход; конечно, если он еще не привел все в движение. Если бы я был на его месте, я бы уже искал новую базу и как можно скорее покинул бы объект в Выборге. У нас никогда не будет другого шанса на это. Могу ли я гарантировать, что эта операция вонзит кол в сердце Зеты? Нет, я не могу, но если мы захватим Аркадия Жукова, уничтожим их инфраструктуру командования и контроля и уничтожим девятнадцать дзетов, что ж . ... скажем так, то, что осталось от Спецгруппы Зета, будет подключено к системе жизнеобеспечения.

Адамо кивнул, шмыгнул носом и сдвинул очки на переносицу дулом пистолета. - Вы можете рассчитывать на меня, директор Джарвис.

“Я знаю”, - сказал Джарвис, затем повернулся к Демпси. “А как насчет тебя, Джон? Комментарии или опасения?”

Демпси одарил своего бывшего командира кривой усмешкой. “ По правде говоря, мне больше нечем заняться, шкипер. Можешь на меня рассчитывать.

“Привет, водолаз, ” сказал Джарвис сквозь смешок, затем удобно откинулся на спинку стула и уронил руки на колени. “Хорошо, вы все свободны. Мне нужно поговорить с Шейном несколько минут”.

Демпси вскочил на ноги. Он кивнул Петре, а затем встретился взглядом с Джарвисом. - Увидимся на другой стороне, шкипер.

“Удачи, Джон”, - сказал Джарвис, а затем, как МОРСКОЙ КОТИК, под началом которого когда-то служил Демпси, добавил: “Будь здоров”.

ГЛАВА 28

Атлантический Зевс

Секретный британский материнский корабль SBS и платформа SIGINT, работающая как Мусорный корабль

Финский залив, в двадцати морских милях к югу от Котки, Финляндия

22 Июня

2040 По местному времени

Демпси вздохнул.

“ О чем ты думаешь? - Спросил Манн с узкой койки напротив него в каюте для посетителей.

О, я просто думаю об иранском двойном агенте, с которым я переспала, которого бросили умирать и который преследовал меня во снах последний год — о женщине, которая с тех пор, по-видимому, восстала из мертвых, чтобы преследовать меня, проникать в наши сверхсекретные операции и убивать моих источников средь бела дня. Вот о чем я думаю, чувак.

Но он не хотел туда идти, действительно не хотел. Он ни с кем не делился своими противоречивыми чувствами к Элинор, несмотря на неоднократные попытки Манна и Граймса пошутить с ним. В этом заключалась проблема с ожиданием— худшей частью работы оператора. Это оставило вам достаточно времени, чтобы подумать о вещах, которые лучше оставить в покое.

“ Я думаю о Джейке, ” солгал он, поворачивая голову, чтобы посмотреть на своего друга. Манн знал, что сын Демпси начал долгий путь, чтобы заслужить трезубец. Демпси испытывал смешанные чувства по поводу того, что его сын пошел по его стопам в качестве новобранца "Морских котиков". Нет, не по его стопам, по стопам Джека Кемпера — отца, которого Джейк считал мертвым. Было так много вещей, которые Джек Кемпер рассказал бы своему сыну. Он бы сказал ему, что ему нечего доказывать, что его смерть была отомщена и теперь Джейк не несет за это ответственности, и что выбор в пользу жизни МОРСКОГО КОТИКА далась дорогой ценой . . .

“ Он в Великих Озерах, верно? - Спросил Манн.

-Ага.

“Есть что-нибудь примечательное на Facebook Кейт?”

“Не-а”.

Правда заключалась в том, что, когда он проверял аккаунт Кейт в Facebook в последний раз, его было предостаточно. Фотографии счастливой пары, теперь, когда она снова вышла замуж. На это было больно смотреть. Еще до того, как он “умер”, она была в процессе движения дальше. Но все же . . . Странный укол вины расцвел у него внутри. Вот он был одержим Элинор, когда ему следовало быть одержимым Джейком и Кейт.

Интересно, что сказали бы по этому поводу психиатры?

Манн проявил к нему некоторую снисходительность и, к счастью, не стал настаивать.

Корабль мягко раскачивался взад-вперед, и Демпси уставился в нижнюю часть койки над собой. Кто-то нацарапал слова “Сучка, не плачь” на краске с нижней стороны поддона. Демпси устало улыбнулся. Несомненно, мудрый совет от другого такого же солдата тени, как он, — человека, знакомого с ловушкой свободного пространства, в которую попадает каждый оператор, когда ему полагается спать.

Резкий стук в дверь оторвал его от размышлений. Он обернулся, когда люк распахнулся, заскрипев на ржавых петлях, разъеденных вездесущим соленым воздухом.

“ Они здесь, ” сказала Граймс, просовывая голову в щель. Из коридора ее сопровождал доносящийся запах гнилостных отбросов. Запах стал еще сильнее, когда они приблизились к кораблю к югу от Хельсинки, и, несмотря на то, что он находился на борту более двенадцати часов, его нос еще не полностью к нему привык. Если бы не спокойное море, даже его железный желудок сейчас был бы взбунтован.

Демпси спустил ноги с койки, и, когда он сел, у него вырвалось ворчание средних лет, удивившее его самого. Манн приподнял бровь, глядя на него, но благоразумно промолчал. Они прошли вслед за Граймсом небольшое расстояние до корабельного ОГИБАЮЩЕГО — разительного контраста с остальной частью судна с его чистым высокотехнологичным дизайном, компьютерным оборудованием и мебелью. Даже воздух внутри казался свежее, и Демпси заподозрил, что помещение оборудовано собственной системой фильтрации воздуха.

Когда он осматривал сверхскоростной TOC, он не мог не подумать о том, каким настоящим чудом был Atlantic Zeus. Судя по всему, это было мусорное судно, перевозившее настоящий мусор, но под ржавчиной, отбросами и вонью скрывалась ультрасовременная многоцелевая платформа, предназначенная для скрытого сбора разведывательных сигналов и транспортировки британских операторов специальной лодочной службы.

В просторечии известный как “материнский корабль”, Atlantic Zeus был оснащен замаскированной антенной решеткой, которой позавидовало бы АНБ, и подводным отсеком для доставки, который был одной из самых крутых вещей, которые когда-либо видел Демпси. Модифицированный корпус корабля и системы двигательной установки были скрыты от посторонних глаз ниже ватерлинии, что обеспечивало полную скрытность при спуске на воду и операциях по восстановлению. Во время экскурсии шкипер корабля объяснил, почему судно не затопило, когда они открыли двери отсека. Принцип был тот же, почему внутренняя труба не затонула, несмотря на отверстие посередине. Ряд балластных цистерн придавал кораблю достаточную избыточную плавучесть, так что открытие дверей подводного отсека не приводило к затоплению судна.

Войдя в TOC, взгляд Демпси сразу же остановился на четырех мужчинах, одетых в тактические синие джинсы 5.11 и клетчатые рубашки, которые, сбившись в кучку, тихо разговаривали . У них были длинные волосы и густые бороды на лицах. У двоих операторов были татуировки во всю длину рукавов, видневшиеся из-под закатанных рукавов рубашек. В данный момент трое из них смеялись над тем, что явно относилось к расходам четвертого. На лице Демпси появилась улыбка, их смех и дух товарищества были заразительны. Когда-то он был одним из этих людей, этих морских котиков первого уровня.

Руководитель группы, крепко сложенный и красивый мужчина, несмотря на все его усилия казаться другим, поднял глаза. На растрепанных волосах у него была грязная бейсболка, а коричневые табачные слюни стекали в пустую пластиковую бутылку из-под газировки. “Ну, ну, ну ... Я думаю, это еще раз доказывает, что вы ни черта не можете без меня сделать, не так ли, мистер Демпси?” Лейтенант-коммандер Кит “Чанк” Редман сказал, одарив Демпси испачканной табаком улыбкой. “В какую переделку ты вляпался на этот раз?”

“ Типа "мы все, вероятно, умрем", - сказал Демпси, улыбаясь в ответ. “Ты знаешь — все по-старому, все по-старому”.

“Джон, я должен сказать тебе, что эта лодка чертовски воняет”, - сказал Чанк, качая головой и закатывая глаза на своих бородатых братьев. “Я имею в виду, что это действительно пахнет задницей”.

Несмотря на попытки подавить смешок, Демпси рассмеялся и сказал: “Эй, чувак, мы разбиваем эту баржу для вечеринок точно так же, как и ты. Это лодка SBS, а ты же знаешь, как британцы любят, когда она грязная”.

- Я уверен в этом, - произнес голос позади него с ярко выраженным шотландским акцентом.

Демпси оглянулся через плечо на двух британских коммандос, стоящих в дверях. У того, что был повыше, была густая рыжая борода и широкие квадратные плечи. Он подтолкнул локтем своего дородного темноволосого спутника и сказал: “Вот это и есть тот котел, который называют черным, если я когда-нибудь слышал”.

Демпси улыбнулся и подошел пожать руку командиру СБС. “Ты хочешь потусоваться, пока я разбираюсь с этими ребятами, или ты предпочитаешь греться в лучах славы правдоподобного отрицания?”

“Я бы предпочел остаться, приятель, если ты не против”, - сказал коммандер Фрейзер. - Прежде чем я пошлю своих парней спасать ваши задницы-янки, мне нужно знать, от чего мы вас спасаем.

Демпси рассмеялся. За годы службы в командах он не раз служил бок о бок с SBS warriors — британской версией "Морских котиков", и эти парни были настоящими бойцами. Это был способ Эмбер сохранить круг знаний как можно меньшим, но Фрейзер и его коммандос рисковали бы своими жизнями в качестве QRF Эмбер, если бы дела пошли плохо.

“Мы действительно ценим вашу помощь. Мы ни за что не смогли бы провернуть эту операцию без тебя, но я доверяю тебе делиться только тем, что тебе и твоим людям нужно знать, чтобы поддержать нас. Круто?”

Рыжая борода Фрейзера раздвинулась в зубастой ухмылке. - Понял, приятель.

Демпси снова повернулся к Чанку. ТЮЛЕНЬ подошел и заключил Демпси в крепкие — почти болезненные — медвежьи объятия.

“ Как дела, Чанк? - Спросил Демпси, хлопнув брата по спине.

“Воплощай мечту, братан”, - сказал МОРСКОЙ КОТИК, отпуская меня. “Вы все помогли мне получить лучшую работу в Команде. Моя эскадрилья на высшем уровне, и мы облажались с плохими парнями. Что тут не нравится? Чанк посмотрел мимо Демпси на Манна и Граймса. “Как дела, док?” - сказал он, протягивая руку и пожимая ее. Затем он посмотрел на Граймс и одарил ее своей лучшей улыбкой члена студенческого братства. “Элизабет”.

“Кусок”, - сказала она ошеломленно.

“Ты выглядишь потрясающе”, - сказал он. “И чертовски подтянутая. Ты занималась кроссфитом или что-то вроде того?”

“Или что-то в этом роде”, - сказала она, когда Чанк притянул ее в объятия.

Отбросив рутину члена братства, Чанк сказал: “Итак, Джей Ди, я не получал от тебя вестей с того глупого дерьма на Кипре почти год назад. Подумал, может быть, ты на пенсии, поскольку я знаю, что ты мало что можешь сделать без меня и моих мальчиков ”.

Демпси рассмеялся. “О, чувак, если бы ты знал только половину. Как там Будда? Я давно его не видел.

“Будда хорош. Он сейчас проходит проверку, иначе он, вероятно, был бы здесь с нами. Но позволь мне представить тебя этим ребятам ”. Чанк повернулся к трем своим товарищам по команде. “Это Райкер, Соу и Трип. Привел двух моих лучших штурмовиков, а Пильщик - лучший снайпер во всем JSOC.

Демпси, Манн и Граймс пожали всем руки, а затем все заняли места за столом переговоров, чтобы Демпси мог начать брифинг.

“Прежде всего, позвольте мне поблагодарить вас, ребята, за дополнение. Как вы можете видеть, DNI следит за тем, чтобы наша маленькая оперативная группа путешествовала только в лучших условиях мира ”, - начал он. Все рассмеялись. “Если серьезно, то Zeus является важной частью NOC и правдоподобным объяснением того, почему кораблю приходится слоняться в Финском заливе так близко к российской границе. Шведы и норвежцы вывозят свой мусор уже много лет, но делать это становится все труднее, даже с учетом того, сколько они платят. Мусорным судам регулярно отказывают в праве швартовки, и они вынуждены слоняться без дела и переворачивать пончики у берега, что заметили наши жуткие британские друзья и решили использовать. А у Зевсаприпасен еще один трюк в рукаве. У нее под палубой есть отсек для подводного плавания.

“Ни хрена себе?” Сказал Чанк, проводя указательным пальцем по внутренней стороне нижней губы, чтобы соскрести комок просроченного табака. “Это чертовски круто”.

“Да, это круто. После брифинга мы отправимся в тур”, - сказал Демпси. “Как я уже говорил, наш NOC заключается в том, что Zeus ”отказали" в порту в Финляндии, и ему некуда идти, пока дипломаты якобы ведут переговоры, где он может выгрузить свой мусор".

Чанк выдержал взгляд Демпси, его мальчишеское лицо стало деловым. “Думаю, тогда я смогу понять, куда вы нас ведете”, - сказал он.

Демпси кивнул.

“ Вот дерьмо, ” сказал Чанк и выпустил воздух сквозь сжатые губы. - Ты действительно гребаный псих, ты знаешь это?

Единственным ответом Демпси была натянутая улыбка, пока он ждал, пока Граймс откроет большой ноутбук и наберет несколько спутниковых снимков. “Это Выборг, город, обслуживающий в основном туристов, расположенный примерно в ста милях к северу от Санкт-Петербурга и менее чем в двадцати милях к юго-востоку от финской границы”.

“Как странно, но я предполагаю, что мы не отправимся в турне по Томасу Куку”, - сказал Чанк. Толстый мужчина рядом с ним дважды похлопал Чанка по руке, и Чанк передал своему товарищу по команде банку "Копенгагена", в то время как сам наклонился, чтобы более внимательно изучить изображение со спутника. “Выглядит в основном жилым. Похоже, что к западу от шоссе неплохая охота — ничего, кроме леса. Держу пари, ты мог бы заработать там неплохие восемь очков ”.

“Посмотрите поближе на лес”, - сказал Демпси, указывая на северо-западную часть полуострова.

Граймс увеличил спутниковые снимки, показав группу из четырех зданий в густом лесу.

Чанк скептически посмотрел на него. Транспортных средств не было, кроме одного устаревшего грузовика с открытой платформой и большого автомобиля, похожего на джип, рядом с ним. На статичном изображении тоже не было людей.

“ Вы собираетесь повалить несколько деревьев и избить пару смотрителей парка или что? - Сказал Чанк, но теперь он выглядел совершенно серьезным, и его товарищи по команде внимательно изучали изображения, уже прикидывая в уме расстояния и подходы, знал Демпси.

“Будет трудно выглядеть жутковато, проезжая по дороге из Выборга”, - сказал МОРСКОЙ КОТИК по кличке Пила.

“Вот почему мы прилетаем не из Выборга”, - сказал Демпси.

“Не хочешь рассказать, на что мы наткнулись, Джей Ди?” Спросил Чанк, впервые в его голосе прозвучала тревога.

Демпси глубоко вздохнул, а затем провел следующие несколько минут, обобщая то, что они знали — и то, что, как они думали, они знали — о российской тайной команде, известной как Спецгруппа Зета. В заключение он зачитал их в связи с неудавшимся покушением на ДНР и президента в Стамбуле, потоплением "Независимости" и двумя покушениями на Демпси и его команду в Нарве и Клайпеде.

“Срань господня”, - сказал представитель "КОТИКА" по имени Трип. “Это настоящее дерьмо времен холодной войны. Конечно, я знал об операциях русских в Сирии, и мы все знаем о Крыме, но, я имею в виду, просто срань господня”.

“Черт возьми, это правда”, - сказал Манн. “План состоит в том, чтобы отрезать голову змее, получить от Икса всю информацию, которую мы сможем, устранить угрозу дзетов и предоставить президенту достоверные разведданные, которые ему нужны, чтобы доказать миру, что за этими атаками стоит Россия”.

“Действия США на территории России масштабны, как ядерное оружие на Кубе”, - сказал Соу. ТЮЛЕНЬ забрал пластиковую бутылку у Чанка и добавил к коллекции свои коричневые капли. “Если нас поймают, пути назад не будет”.

“Ничем не отличается от всего остального, что мы делаем”, - сказал Трип.

“Да, чувак, но мы говорим о том, чтобы нанести удар по гребаной России, а не по хижине какого-то козьего пастуха в Стане”, - выстрелил в ответ Соу.

“Именно поэтому вы, ребята, нам и нужны”, - сказал Демпси. “Именно для такого типа миссий был создан Первый уровень”.

Соу присвистнул и сказал: “Ура, ребята. Похоже, мы направляемся в Россию”.

“О проникновении на вертолете или быстроходной лодке, очевидно, не может быть и речи”, - сказал Чанк, сосредоточившись на спутниковых снимках. — И семеро из нас ни за что не смогут проникнуть в ОРЕОЛ незамеченными...

“ Шесть, ” поправил Демпси и увидел, как сжалась челюсть Граймса. Как бы ему ни хотелось, чтобы она была на длинном прицеле, ее неопытность как дайвера исключила ее и других участников SAD, не входящих в SEAL, из этой операции. “Граймс собирается остаться, чтобы управлять связью в TOC и координировать действия с другими нашими активами, такими как операторы SBS Фрейзера, которые являются нашим QRF, если дела пойдут плохо”.

“Но что, если кто-нибудь попытается украсть мусор?” Манн подмигнул Фрейзеру. “Кто будет защищать Зевса, пока тебя не будет?”

“Не волнуйтесь, - сказал рыжебородый командир СБС, - если ваши задницы нуждаются в спасении, эта чертова посудина будет плавать сама по себе, пока мы не вернемся”.

Демпси ухмыльнулся шотландцу, прежде чем снова повернуться к Чанку и задать вопрос, который офицеру морской пехоты до смерти хотелось задать.

- Так как мы собираемся попасть внутрь? Это слишком далеко для SDV infil”.

Злорадная улыбка расплылась по лицу Демпси.

“О нет, я знаю этот взгляд”, - сказал Чанк. “Таким же взглядом ты одарила меня как раз перед тем, как решила прокатиться на двух надувных лодках вверх по реке Сирван в Иране, пока вся Республиканская гвардия охотится за нашими задницами”.

“Не волнуйся, - сказал Демпси, - я обещаю, что мы не возьмем надувные лодки”.

“ Тогда что на этот раз? Мы собираемся нарядиться в красные костюмы и прилететь на санях, запряженных северными оленями?

- Что тебе известно о “Протее”?

- Вот дерьмо, - хором произнесли Райкер и Со, и Чанк со стуком уронил голову на стол.

“Боже, нет”, - сказал офицер морской пехоты, все еще прижимаясь лбом к столу.

“Что? Это будет весело”, - сказал Демпси, его голос был полон сарказма.

Чанк выпрямился и посмотрел Демпси в глаза. “Возможно, мне не следует этого признавать, но мы завершили полный учебный модуль на "Протее". Это удивительное чудовище, но проблема в том, что она настолько чертовски способная, что ты можешь быть спамом в банке шесть или семь часов подряд ”.

“Да, воздух закончится раньше, чем сядут аккумуляторы”, - кивнул Демпси.

Он понял. Никому не нравилось проникновение миниподлодки. Известные как SDV, или средства доставки морских котиков, мини-субмарины представляли собой уменьшенные версии своих более крупных и боеспособных собратьев-подводных лодок. В отличие от обычных подводных сил военно-морского флота, SDV были подводными лодками для плавания, что означало сидение на скамейке в полном снаряжении с аквалангом во время плавания со скоростью четыре-пять узлов, едва достаточной для преодоления океанских течений. Proteus был прототипом SDV следующего поколения для военно-морских сил — все еще влажный внутри, но технологически продвинутый и способный вместить до десяти морских котиков в кузове с двумя операторами SDV в кабине. Усовершенствованная двигательная установка "Протея" позволяла развивать скорость до десяти узлов и обладала поразительной потенциальной дальностью полета в семьсот морских миль при правильной конфигурации аккумуляторных батарей, но это по-прежнему означало низкие скорости в ограниченном пространстве.

“ Мы думаем, что эта отвратительная мусорная шаланда сможет подвести нас на расстояние пятидесяти-шестидесяти миль к цели под НОК, который мы используем. Это означает, что инфильтрация займет всего шесть часов или около того ”.

Чанк кивнул, но выражение его лица говорило о том, что он не был в восторге от перспективы того, что их ожидало. Он снова просмотрел спутниковые снимки, на этот раз изучая Финский и Выборгский заливы. “На этих снимках нет батиметрических наложений, но, глядя на цветные полосы, можно сказать, что вода становится чертовски мелкой, как только вы проезжаете Высоцк. Моя проблема в том, что меня заметили с воздуха. Мы будем плавать на глубине тридцати футов, и они нас увидят.

“Именно по этой причине мы проникнем под покровом темноты”, - сказал Демпси.

“Это дает нам что-то вроде узкого окна для удара, не так ли?” Спросил Со. “Шесть с лишним часов, потом вплавь до берега, потом горбом до цели — Я имею в виду, черт возьми, у нас есть примерно минуты на Икс, если мы хотим темноты для эвакуации. И даже тогда, на этой широте, мы приближаемся к рассвету. Проблема та же ”.

“Да, при выезде они будут искать нас, так как мы только что взорвали их базу”, - добавил Трип.

Чанк откинулся на спинку стула. “ Значит, мы собираемся задержаться. Это твой план?

Демпси кивнул.

Чанк присвистнул. “Господи, Джей Ди, слишком много времени суток, чтобы прятаться на русской земле. У них будут патрули службы безопасности, технические средства наблюдения и, возможно, спутниковое покрытие этого места. Что ты имеешь в виду по этому поводу?”

Манн ухмыльнулся, а затем и Демпси сделал то же самое.

“Ты не поверишь”, - сказал Манн. “Это чертовски круто”.

“Мы отправляемся в поход в невидимой палатке”, - сказал Демпси, перехватив слова Манна.

“ Невидимая палатка, да? - Спросил Трип, в его голосе слышался скептицизм. Он повернулся к Чанку и скрестил руки на груди. - Кто, черт возьми, ты сказал, эти парни, Чанк?

“ Я этого не делал, - сказал Чанк, не сводя глаз с Демпси. “Но если они говорят, что у них есть палатка, которая сделает нас невидимыми в лесу, можешь поспорить на свою задницу, что она у них есть”.

“Не-а”, - сказал Манн. “Мы разбиваем лагерь не на суше, а под водой”.

“ Что? Как, черт возьми, это работает? - спросил Райкер.

“Давайте сначала обсудим план нападения”, - сказал Демпси. - Тогда мы вкратце расскажем вам о подводном лагере “Стелс”.

“ SUCK? - Произнес Чанк со смешком. - Держу пари, что у него подходящее название.

“Еще не пробовал, но характеристики у этой штуки смехотворные”, - сказал Демпси и провел языком по внутренней стороне нижней губы.

Чанк заметил это и бросил ему банку "Копенгагена", которую Демпси поймал в воздухе. “Ну, это не может быть хуже, чем тот русский вертолет, который мы разбили в Ираке”.

“Именно так — опыт, который я планирую никогда не повторять”. С довольной ухмылкой Демпси набил себе морду и снова почувствовал вкус пребывания в рядах команды SEAL первого уровня.

ГЛАВА 29

Протей SDV

Выборгский залив (Выборгский залив)

В двух милях к юго-западу от Выборга, Россия

24 Июня

0345 По местному времени

Впервые за несколько часов Демпси почувствовал, что мини-субмарина замедлила ход - обнадеживающий признак того, что этот этап погружения почти завершен. Он покрутил шеей, а затем потянул ноющую спину. Он недооценил свою физическую устойчивость к сидению в тесном SDV под водой плечом к плечу с другими нападавшими почти шесть часов. Слава Богу, им благоприятствовал прилив, сокративший почти сорок пять минут пути вглубь страны от Финского залива, потому что он сомневался, что смог бы продержаться еще тридцать минут. Теперь, когда он перешагнул сорокалетний рубеж на пути к старости — или это было устаревание, — он все больше осознавал, как его хронология влияет на его биологию. Все травмы, которые он накопил за два десятилетия работы оператором, кричали в унисон, но ни одна из них не была такой громкой, как кости в его спине, сросшиеся вместе из нержавеющей стали. Он был так силен, как никогда в своей карьере, но уже не приходил в норму, как раньше. Он был живым доказательством классической фразы Харрисона Форда из "В поисках утраченного ковчега": “Дело не в годах, милая. Все дело в пробеге”.

В салоне вспыхнул красный огонек. Когда SDV бесшумно остановился, Демпси повернулся к станции на стене рядом с ним и закрепил регулятор подачи воздуха из щедрых внутренних запасов "Протея". Он снял полнолицевую маску, которая позволяла легко общаться и высушивать лицо во время перехода, и вставил в рот регулятор от низкопрофильного водолазного баллона на спине. Тяжелым вдохом он очистил регулятор подачи холодной воды, затем сделал два долгих, медленных вдоха, прежде чем надеть маску и слить воду. Как только все было готово, он повернулся к Манну, который сидел на скамейке запасных рядом с ним, и показал своему товарищу по команде поднятый большой палец.

“Внимание, товарищи”, - раздался голос пилота в кабине впереди них, и да, чувак говорил с русским акцентом. “Это ваша остановка. Пожалуйста, обратите внимание на зазор при выходе из автобуса и убедитесь, что взяли с собой все свои личные вещи. Спасибо, что поехали на Выборгском экспрессе, и хорошего дня ”.

Именно мелочи делают эту работу терпимой, подумал Демпси, наблюдая, как прямоугольная секция корпуса поднимается вверх и уходит в сторону, открывая океан. Демпси и Манн оттолкнулись от скамейки и выбрались через широкое отверстие. Чанк, Соу, Трип и Райкер пристроились сзади, двое последних тащили между собой большую серую сумку. Демпси ждал рядом с SDV, глядя на поверхность в тридцати футах над ним. При дыхании не образовывалось пузырьков, благодаря системе повторного дыхания смешанным газом, которую они использовали для тайных операций. Как только два тюленя проплыли мимо со своим грузом, Демпси и Манн извлекли два специальных черных грузовых ящика, рассчитанных на нейтральную плавучесть, чтобы компенсировать их большие внутренние нагрузки. Они пристроились за серо-зелеными тенями Трипа и Райкера, в то время как Чанк и Со схватили еще две коробки с "Протея".

Они поплыли на восток, пройдя пятьдесят ярдов по каменистому дну, и Демпси по пути проверял свой глубиномер. Достигнув их отметки по GPS, он показал Трипу и Райкеру поднятые большие пальцы. Морские котики потянули за противоположные ручки объемистого серого пакета, который немедленно расширился наружу, выпустив пузырьки из каждого из четырех углов. Демпси с нетипичным любопытством наблюдал, как тюлени разворачивают подводное убежище, работая так ловко, как будто они делали это тысячу раз, несмотря на то, что это был первый раз, когда кто-либо из них работал с новой технологией. Подобно тому, как разворачивается подводное оригами, автоматически надувающаяся конструкция приобрела форму, превратив мешок размером 2 х 3 х 4 фута в многогранник размером 6 х 9 х 12 футов. По мере расширения ограждение приобретало вид большой горной палатки, но со странными изгибами и углами по бокам и овальным верхом. Обломок оребрился под прямоугольным дном укрытия и опустился на такелажный ящик, прикрепленный к основанию. Спускаясь с такелажным ящиком в руке, он ослабил натяжение черных нейлоновых тросов, прикрепленных от ящика к каждому углу конструкции. Как только тросы были натянуты, он выдернул со дна ящика еще один черный нейлоновый канат - якорный канат — и быстро опустился на морское дно десятью футами ниже. Из того, что смог разобрать Демпси, Чанк затем использовал инструмент в форме пистолета, чтобы вбить первичный и вторичный якоря из нержавеющей стали в каменистое дно.

Демпси поднял голову, чтобы осмотреть их временное жилище, которое теперь было полностью собрано. Он перевернулся, а затем подплыл к отверстию для доступа в полу. Он просунул руки сквозь накладывающиеся друг на друга эластичные клапаны, закрывавшие отверстие, и пополз вверх, пока его туловище не оказалось внутри среды, наполненной воздухом и продуваемой водой.

Я в гребаной подводной палатке! Насколько это запутанно?

Он огляделся в поисках опоры, за которую можно было бы подтянуться, и обнаружил удобные ручки для ремней, привязанные к жестким пластиковым складывающимся решеткам, из которых состоял пол. Инженеры, очевидно, продумали все. Демпси быстро снял снаряжение для дайвинга, сделал пробный вдох, а затем задвинул снаряжение в угол. Затем он метнулся обратно к люку доступа и начал поднимать грузовые ящики, которые из невесомых превратились в чертовски тяжелые, пока его товарищи по команде поднимали их. Он засунул по одной коробке в каждый угол кабины, чтобы вес распределялся равномерно, но услышал тихое шипение, когда укрытие автоматически отрегулировало плавучесть в соответствии с изменениями в распределении веса, оставаясь идеально ровным.

Удивительные.

Мгновением позже пятеро его товарищей по команде оказались внутри вместе с ним, ребята первого уровня проскользнули в проем с плавностью настоящих тюленей, проскальзывающих в прорубь во льду. Вольер гудел и шипел в течение нескольких секунд после каждого входа, а затем наступала жуткая тишина. Операторы, не теряя времени, сбросили свое снаряжение для подводного плавания, сухие костюмы и ботинки, и каждый человек запихнул мокрое снаряжение в водонепроницаемые рюкзаки. Чанк вытащил банку "Копенгагена" из грузового кармана своих черных брюк — она хранилась в сумке на молнии на случай, если у него протечет костюм, — и положил щедрую щепотку за нижнюю губу.

“Ладно, теперь это, ” тихо сказал он, обводя всех жестом, “ чертовски круто. Когда мы получим что-нибудь в распоряжение командования?

“ Чего я не понимаю, так это почему мы не сидим в луже воды? Спросил Трип, глядя в пол.

“Потому что мы на пластиковой решетке, ты, тупица”, - выпалил в ответ обычно спокойный Райкер. “Вы можете видеть немного воды на дне”.

“Очевидно, что мы находимся на решетке, но можно подумать, что каждый раз, когда кто-то из нас двигается, внутрь будет поступать вода. Эта гребаная щель в полу не водонепроницаема.

“Я думаю, это работает так же, как чистка маски для подводного плавания”, - сказал Манн. “Я слышал, что он прошел пару циклов продувки, чтобы выпустить воду из углов”.

“Как я уже сказал, чертовски крут”, - приглушенным голосом сказал Чанк. “Демпси, ребята, вам достанутся все самые лучшие игрушки”.

“ Вам всем не обязательно говорить шепотом, ” сказал Манн. “Акустические характеристики — как материал, так и форма — предназначены, среди прочего, для предотвращения обнаружения пассивными и активными гидролокаторами. Нам сказали, что изнутри эта штука практически звуконепроницаема, так что мы можем расслабиться и пострелять без риска контрнаблюдения ”.

“ Где вы, ребята, взяли эту чертову штуку? - спросил я. - Спросил Соу, махнув рукой, чтобы передать банку табака, предложенную ему Чанком.

“Это прототип, завершающий испытания в DARPA”, - сказал Демпси. “Наш директор хорош в поиске такого дерьма. Мы позаботимся о том, чтобы ваш магазин стал следующей остановкой в тестовом цикле ”.

- А кем, вы сказали, вы, ребята, были на самом деле?

Чанк бросил на молодого морского КОТИКА предостерегающий взгляд. “Они этого не сделали”, - сказал он. “Мне кажется, или здесь становится немного жарковато?”

“ Приливы,” рассмеялся Райкер. - Вы проходите через перемены, босс.

Чанк показал средний палец.

Демпси усмехнулся. “Он оснащен химическими нагревателями до шестидесяти градусов. Кроме того, были бы обнаружены наши тепловые сигнатуры”.

Он взял полотенце у Райкера, который доставал их из черных коробок и раздавал. Демпси вытер волосы и бороду, затем обернул полотенце вокруг шеи и влажного воротника своей черной рубашки в стиле BDU.

“Я не знаю, чувак”, - сказал Со, натягивая сухие носки и раздавая пары остальным членам команды. “Мы примерно — сколько— в пятнадцати футах под поверхностью? Нам нужно пройти весь световой цикл, прежде чем мы сможем проникнуть на операцию. Даже с термомаской я беспокоюсь, что какой-нибудь придурок увидит нас в проплывающей мимо лодке или пролетающем над нами самолете ”.

“Как мы упоминали в брифинге, ” терпеливо объяснил Манн, беря пару носков, - эта вещь особенная. Форма и материалы делают нас невидимыми для радаров, гидролокаторов и тепловизоров. Что касается визуального восприятия, то по всему дну этой штуковины установлены микрокамеры, снимающие морское дно под нами на видео, а затем проецирующие изображения на поверхность над нами в режиме реального времени. Крыша похожа на киноэкран. Точно так же, как хамелеон или осьминог, эта штука использует активный цветной камуфляж, так что любой, кто видит нас сверху, не видит ничего, кроме непрерывного морского дна ”.

“ О чем ты говоришь, осьминог? Трип сказал

“Осьминоги - удивительные существа; у них лучшая активная маскировочная адаптация в природе”, - сказал Манн.

“Чувак, не заводи его об осьминогах, ” сказал Демпси, качая головой, “ или нам всем придется слушать, как он снова и снова твердит о том, какие они чертовски умные, и какие у них есть чувства, и как они могут узнать себя в зеркале. Yada, yada, yada . . .”

Манн швырнул в голову Демпси скомканную пару носков, которую тот поймал и с удвоенной скоростью швырнул обратно в Дока.

“ Сколько воздуха? - Спросил Райкер. - Двенадцать часов?

“Нас всего шестеро, наверное, больше тридцати”, - сказал Манн и прополз мимо Демпси, чтобы достать планшет из коробки в их углу. Он молча передал его Демпси и продолжил разговаривать с морским котиком. “Воздух - это не самое удивительное. Вы видели две серые коробки рядом с отверстием для доступа? Очистители CO2. Нас здесь шестеро, мы вдыхаем кислород, но выдыхаем CO2. Наше невольное дыхание подняло бы содержание углекислого газа здесь до опасного уровня всего за пару часов без этих скрубберов. Эти штуки будут поддерживать нормальный уровень углекислого газа в течение двенадцати часов, пока здесь находятся шесть человек.

“ А после этого? - Спросил Райкер.

Манн рассмеялся. “Мы меняем картриджи для скрубберов. Думайте об этом как о гигантском общем дыхательном аппарате. После накачки CO2, выдыхаемый нашими телами, поглощается химическими скрубберами, а компьютер ATCOM выпускает чистый O2 из резервуаров pony, чтобы заменить потребленный нами кислород. Когда закончатся баки, мы сможем жечь свечи O2. Дисциплинированные водолазы со стальным взглядом вроде нас, вероятно, смогут продержаться три-четыре дня ”.

Демпси вытащил USB-кабель из белой коробки с надписью “aux” и подключил его к своему планшету, подключив к решетке антенн в верхней части укрытия. Он нажал кнопку на экране с надписью “Развернуть” и подождал, пока бесшумный невидимый электродвигатель развернет плавучую антенну над головой. Полосы в верхнем левом углу экрана изменились с "нет сигнала" на "полный", указывая, что теперь он подключен к защищенному спутнику связи.

“Еще одно преимущество этого малыша в том, что после шести ужасных часов в этой чертовой банке из-под тунца у нас есть хорошее место для разгрузки, поэтому мы не прогибаемся, когда всплываем на поверхность”, - сказал Манн, растягиваясь на спальном мешке, который каким-то образом расширился до полного размера после того, как его вытащили из компрессионного мешка размером с банку из-под супа. “ Мы выбрасываем наш азот примерно на двадцать футов, лежа здесь, на дне этой штуковины. После наступления темноты мы поднимемся на высоту десяти футов и полностью разгерметизируемся, прежде чем доплывем до берега.

Демпси ввел сообщение в появившееся на экране окно.

Копье номер один. Пираты. Альфа.

Он ждал ответа, пока его сообщение направлялось с низкой космической орбиты обратно Граймсу на борту Atlantic Zeus, который увидит его за несколько секунд до возвращения Болдуина и Адамо в штаб-квартиру Ember в Вирджинии. Позывной миссии был "Спир", а Демпси был "Спир-один". “Пираты” означали, что они достигли первого контрольно-пропускного пункта, где им предстояло пройти этап разгрузки и, надеюсь, отдохнуть до тех пор, пока им не придет время отправляться на заключительный этап инфильтрации. Когда они достигали суши, он звал “Краснокожих”, а затем “Вождей”, когда они занимали позиции для атаки. Конечно, к тому времени Эмбер — и Граймс со своим QRF на Zeus— будут наблюдать за ними сверху в режиме реального времени. Последнее кодовое слово его сообщения, “Альфа”, означало, что все в порядке — они прибыли вовремя и у цели.

На его планшете появился ответ.

Мать. Проверь. Альфа тоже здесь.

Демпси улыбнулась, представив, как Граймс проводит руками по волосам и расхаживает взад-вперед. Мать была идеальным позывным для нее в этой операции, точно так же, как Бог подходил ей, когда она была начальником на длинном ружье.

Здание клуба. Проверка. Попутный ветер.

Демпси кивнул в ответ на подтверждение Адамо из штаб-квартиры Эмбер и положил планшет рядом с собой. Он снова зарегистрируется через четыре часа. А пока он нажал на красную кнопку в ящике связи сбоку от убежища. Хотя он этого не слышал, антенна, должно быть, убралась, потому что сигнал пошел на две полосы, затем на одну, затем вспыхнул красный восклицательный знак. Он подполз к спальному мешку, который Мунн вытащил для него. Другие котики уже были в своих мешках. Покой — это оружие, и эти люди — новое поколение морских котиков Первого уровня - знали это.

На Чанке была бейсболка, низко надвинутая на глаза. - Эта штука удаляет другие газы, кроме углекислого газа, док? - пробормотал офицер морской пехоты из-под фуражки.

“ Я так не думаю, ” сказал Манн. - Почему?

На лице Чанка расплылась ухмылка.

“Если это не очистит метан, то для Райкера не будет MRes”, - сказал он. - Или мы все задохнемся.

Морские котики рассмеялись, Демпси и Манн вместе с ними.

“ Серьезно, ребята, ” сказал Чанк. - Не будем надирать задницы.

“Ура”, - сказал Трип и выпустил одну из них.

Демпси задумался, какой была бы его жизнь, если бы он все еще был с такими людьми, вместо того чтобы записаться чертовым ведьмаком в Эмбер. Четыре человека во всем мире знали его настоящую личность — Джарвис, Манн, Смит и Граймс — и только двое из этих людей знали его до Эмбера. Он вздохнул. Имело ли это значение теперь? Что имело значение - имя человека или его поступки? Имя Джек Кемпер что-то значило для людей, потому что Джек Кемпер следовал кодексу поведения, который означал, что он надежный, компетентный и смелый. Джон Демпси следовал тому же кодексу. Это означало, что те же люди, которые доверили свою веру и жизни Кемперу, с такой же готовностью доверят свою веру и жизни Демпси. Представление о том, кем он был, пережило или, скорее, превзошло смерть его имени. Но его представление о том, кем он был, не могло заключить его сына в медвежьи объятия. В этом отношении этос был плохой заменой идентичности.

Он позволил своим мыслям вернуться к Джейку. Что за отец позволит своему сыну расти, веря в ложь о том, что его отец погиб во время нападения в Йемене? Какой отец позволит своему сыну влачить раздираемое войной существование, ошибочно полагая, что это удовлетворит какой-то долг, который он испытывал перед отцом-тюленем, которого потерял? И что это за отец, который наблюдает из тени, как трус, когда он должен был активно наставлять своего сына для жизни в Команде?

Он беззвучно помолился, чтобы его единственный сын оказался в компании морских котиков, как люди, которые сейчас делят с ним убежище, но в этот момент ему в голову пришла странная и провокационная мысль: люди, желавшие смерти Джека Кемпера, ушли.

На меня больше никто не охотится, по крайней мере, на меня прежнего. Причиной того, что я стал Демпси, была защита моей семьи, и эта причина больше не действует. Может быть, я все неправильно понимаю. Может быть, пришло время попрощаться с Джоном Демпси и вернуться к своей старой жизни?

Манн толкнул его в плечо, вырывая Демпси из его мыслей.

“Эй, а что ты хочешь сделать, если там будет Аркадий Жуков?” Спросил Манн. “Мы никогда официально не принимали решения”.

“Мы же не можем засунуть ему в рот бутылку "Хидс", накинуть ему на голову мешок и взять его с собой”, - сказал Демпси. “Он ни за что не доплывет до берега”.

“Да”, - сказал Манн с мрачным видом, кивая. “Но подумай о разуме в голове этого старика. Я имею в виду, ты можешь себе это, блядь, представить?”

“Я знаю, - сказал Демпси, - но мы пришли сюда не за этим”.

“Итак, пуля в мозг — таков порядок действий”.

Демпси колебался, пытаясь представить другой вариант, прежде чем, наконец, позвонить.

“ Да, таков приказ. Стрелять по первому встречному.

ГЛАВА 30

В двух милях к юго-западу от Выборга, Россия

25 Июня

0120 По местному Времени

Демпси снял изогнутые ласты со своих ботинок, защелкнул их на карабине своего снаряжения и поджал под себя ноги, превратившись из пловца лежа на спине в нападающего вброд в мелком прибое. Медленно и почти в унисон с другими пятью нападавшими тюленями он бесшумно поднялся из темной воды и принял тактическую стойку, осматривая сквозь маску воду и темный каменистый пляж. Когда пляж очистился, он поднялся и проделал остаток пути, прикрывая подход, в то время как Манн, Трип и Райкер сняли снаряжение для дайвинга и двинулись вперед. Он продолжал сканировать, пока они связывали снаряжение и оставляли его в углублении между скалами у кромки прибоя. Трое операторов подняли винтовки и двинулись вперед, прикрывая Демпси, Пилу и Чанка, когда те повторили маневр, спрятав свое снаряжение для подводного плавания в той же куче камней. Готовый действовать, Демпси поднял руку и рубанул ею вперед, и команда вместе покинула пляж, рассредоточившись по мере продвижения вглубь острова.

Несмотря на оценку Болдуина и его ребят о том, что у русских не было видимых систем наблюдения или обнаружения, контролирующих побережье, Демпси предположил, что что-то должно быть. Возможно, не здесь, но уж точно до того, как они достигнут цели на расстоянии полутора километров, а это означало, что шансы добраться до цели незамеченными были практически равны нулю. Это не было похоже на нападение на какую-то пещеру в Гиндукуше - у русских были все те же технологии, что и у США. Единственным утешением, которое он находил в их ситуации, было то, что Болдуин, Смит и Граймс наблюдали за ними в реальном времени из космоса, а это означало, что у него была собственная активная система обнаружения / контрразведки, передающая данные непосредственно в его левое ухо.

“Клуб, Копье номер один—Краснокожие”, - сказал он, пробираясь по каменистой местности.

“Я вас понял, Копье номер один. Изменений нет. Объект находится в шести десятых километрах к северо-востоку от вашей позиции. Я держу четырех танго в составе того, что кажется свободным бродячим патрулем по краям территории. Я предупрежу вас, если их поведение изменится, указывая на то, что вы были обнаружены. Напомним, что самое западное здание подковообразной компоновки, вероятно, является операционным центром из-за решетки антенн и тепловой сигнатуры, напоминающей архитектуру серверной. Внутри находятся два танго и, похоже, единственный часовой у входа с южной стороны здания. Чуть восточнее этого, в небольшом здании на другой стороне открытого двора, внутри находятся четыре танго, но мы не знаем, что это за здание. Остаются два самых южных здания — в том, что к востоку, девять танго, все стационарные и горизонтальные, что указывает на то, что это общежитие. Другое здание пусто, за исключением единственного танго в северо-западном углу - мы предполагаем, что это кафетерий, а танго - тот невезучий, у которого то, что мы привыкли называть дежурством на КП ”.

Демпси слушал, как Болдуин продолжает бубнить, выбирая из монолога самые лакомые кусочки релевантной информации. Он предположил, что это ужасно раздражало парней Первого уровня, которые привыкли к минимальной болтовне — просто быстрому обмену информацией, и только при необходимости. Но он больше не ненавидел многословные описания Болдуина и вместо этого обнаружил, что его разум рисует картину в ритме яркого, но удивительно полезного повествования Болдуина.

Он представил себе, как команда рассредоточивается, как ее проинструктировали: Чанк, Соу и Райкер огибают верхнюю часть комплекса на север, в то время как он, Манн и Трип описывают дугу на юг. Все они будут искать возможности бесшумно уничтожить четырех бродячих стрелков до того, как начнется рукопашная схватка. Оказавшись на позиции, Демпси вызовет “Вождей”, и начнется штурм. Демпси должен был ликвидировать единственное танго в столовой, в то время как команда Чанка нанесет удар по операционному зданию, убив жильцов и получив любую соответствующую информацию, прежде чем заложить взрывчатку, чтобы испарить помещение. К этому времени на стройплощадке завыла бы сигнализация, а общежитие и неопознанное здание с четырьмя танго опустели бы. Вот тут-то и вмешались Манн и Трип, заняв позиции с прямой видимостью, чтобы уничтожить как можно больше зетов, когда они выйдут из зданий, чтобы организовать оборону. Как только оперативный центр будет разгромлен, команда Чанка присоединится к штурму общежития, открывая перекрестный огонь по всем оставшимся зетам, пытающимся присоединиться к битве. Соу, лучший снайпер первого уровня нового поколения, должен был найти позицию на возвышенности, чтобы обеспечить огонь прикрытия. Как только они убьют всех, они обыщут мертвых в поисках Аркадия и Малика, подстроят взрыв в общежитии и уйдут обратно к воде, где они спрячутся незаметно, пока "Протей" не вернется, чтобы забрать их. Разрушение снизит возможности Зеты до минимума — на это была надежда, хотя Демпси чувствовал себя неловко, веря в это. Устранение Аркадия, если бы он был здесь, было бы высшим достижением. Он не был уверен, что в наши дни им так везет.

План предполагал, что любой российский QRF находится более чем в пятнадцати минутах езды, и сигнал тревоги о нарушении безопасности не прозвучит, пока они не начнут штурм. Много предположений. Дома, в Вирджинии, вы не могли посадить парусник Sunfish на берегу Кэмп-Пири в Куинс-Крик без того, чтобы вооруженная охрана не занялась вами менее чем за две минуты. Конечно, Кэмп Пири был огромным комплексом, спрятанным у всех на виду, а это было крошечное скопление невпечатляющих зданий. Демпси надеялся, что стратегия безопасности зетов для этого объекта заключалась в том, чтобы занимать минимум места, чтобы не привлекать внимания. Образы предполагали, что они не встретят значительного сопротивления, но по опыту Демпси, образы никогда не рассказывали всей истории целиком.

Шли минуты, и единственным звуком, который слышал Демпси, было его дыхание и дыхание его товарищей по команде из открытых микрофонов в его левом ухе. Он опустился на колено недалеко от того места, где линия деревьев переходила в открытое пространство между зданиями, и осмотрел местность. Как и предполагали снимки со спутника, он заметил ряд массивных коробок прожекторов на верхушках фонарных столбов. Некоторые линзы были направлены на освещение зеленых насаждений, а другие - на узкую гравийную дорожку, которая змеилась между зданиями и заканчивалась на месте, занятом несколькими свободными столами для пикника и полуразрушенным грилем для барбекю. Когда включались эти большие галогены — а они должны были включиться, — яркость превращала ночь в день, размывая их видеорегистраторы и портя их ночное зрение.

Демпси указал на них Манну и Трипу, которые оба кивнули в знак молчаливого понимания.

— Третье копье, Первое копье - на позиции, - прошептал Демпси.

“ Понял, Копье номер один, ” раздался приглушенный ответ Чанка. - Сорок пять секунд.

Демпси нахмурился. Общее время попадания в створ ворот с момента подачи составило всего восемь минут. Он мог бы использовать эти сорок пять секунд, чтобы расправиться с единственным посетителем столовой, но если бы его обнаружили, команда Чанка потеряла бы элемент неожиданности.

“Проверьте”, - ответил он и поднял сжатый кулак в знак Манна и Трипа. Они подождут.

Затем, по воле судьбы, Болдуин нашел, чем убить время.

“ Бродячий часовой приближается к вашей позиции с востока, первый, ” сказал Болдуин. - На вашем трехчасовом, в пятнадцати ярдах, по другую сторону того небольшого пальчика из деревьев, простирающегося во двор.

Демпси посмотрел на Манна и Трипа, указал на себя, затем указал на них двумя пальцами и поднял сжатый кулак.

Я возьму его. Вы двое подождите здесь.

Манн кивнул, и Демпси повернул направо, низко и совершенно бесшумно. Его пальцы нащупали рукоять ножа SOG в передней части его снаряжения, и он вытащил его из ножен. Когда он двинулся, его восприятие обострилось, а ноги приготовились к удару. Русский часовой проскользнул в поле зрения. Демпси мог разглядеть каждую деталь в серо-зеленом мире ночного видения — дзета отвернулся, возможно, чтобы снова отправиться на восток в свое патрулирование периметра. У охранника было собственное ночное видение, но трубки были подняты у него на макушке . ... может быть, потому, что ему показалось, что освещение на территории комплекса было слишком ярким, или, может быть, потому, что видеорегистраторы было неудобно постоянно носить во время шестичасовой вахты, когда ничего никогда не происходило. Независимо от причины, это была ошибка. Точно так же, как ошибкой было не патрулировать в тени сразу за линией деревьев, где это затруднило бы подход Демпси. Русский предпочел быть ленивым, а лень была убийцей — этому человеку предстояло научиться самым жестоким и неудобным способом.

Три, два, один . . .

Демпси сократил разрыв в мгновение ока. Часовой обернулся, но слишком поздно. Демпси уже был на нем, его левая рука обвилась вокруг шеи мужчины. Со скоростью и мощью захлопывающегося медвежьего капкана его предплечье сдавило мужчине горло в удушающем жесте. Охранник вскинул руки и попытался присесть на корточки — прием самообороны для противодействия мертвой хватке, — но маневр был тщетен. Демпси глубоко вонзил лезвие в ствол мозга мужчины через отверстие в основании черепа. Тело упало на руки Демпси, и он оттащил его на несколько ярдов назад в лес, прежде чем тихо опустить труп лицом вниз на лесную подстилку. Он присел на корточки рядом с телом, поискал рацию, нашел ее и выключил. Затем вытер лезвие о заднюю часть черных рабочих штанов мужчины. Убирая SOG обратно в ножны, он огляделся по сторонам в поисках угроз.

“Твоя шестерка чиста, Копье-один”, - раздался голос Болдуина у него в ухе.

- Проверка, - сказал он и через несколько секунд снова опустился на колено рядом с Мунном.

Врач поднял бровь. Демпси просто кивнул.

Выполнено.

— Один, третий - на позиции, - сказал Чанк ему на ухо.

Демпси дважды щелкнул мышью, а затем добавил: “Клубный дом, Копье номер один-Вожди”.

“Вперед, Спир”, - на этот раз прозвучал голос Смита. Как директор Ember, это был его выбор.

“ Проверка. Вперед, третий, - подтвердил Демпси и отпустил отделение Чанка.

Демпси рванул на север, к столовой, зная, что Манн и Трип движутся к юго-восточному углу, готовые поразить цели, которые в любой момент высыпят из общежития. Демпси завернул за угол, правой рукой вытаскивая свой Sig Sauer P226 из набедренной кобуры, а левой - глушитель из чехла. Он навинтил глушитель на дуло, на ходу осматривая пустынное пространство внутреннего двора.

“Ты у меня, Первый”, - сказал Болдуин ему на ухо. “За дверью повернись налево по коридору. Единственное тепловизионное изображение в конце коридора, которое ведет в помещение, похожее на кухню. Похоже, мы были правы насчет отсутствия надежной системы безопасности. Полагаю, вам повезло, что они не заметили вас во время обычного спутникового пропуска.

Демпси натянуто улыбнулся.

Действительно повезло. Везение оператора.

Он дважды щелкнул кнопкой мыши и осмотрел свой пистолет, проходя через дверь, а затем быстро направляясь по коридору. Справа от него две вращающиеся двери были заблокированы, и внутри он увидел ряды кресел в стиле кафетерия и очередь за подачей; это напомнило ему зал KBR в Корейской деревне, месте базирования морской пехоты на западе Ирака недалеко от Ар-Рутбы. Дверь на кухню была приоткрыта в нескольких ярдах дальше. Он остановился и навел видеокамеру на свет, льющийся из щели.

“Цель находится в другом конце комнаты. Она может быть заслонена — примерно в пятнадцати градусах правее линии вашего обзора”.

Демпси проскользнул в образовавшуюся щель и вошел в комнату, продвигаясь быстро и бесшумно. Он проскользнул мимо двух обычных холодильников из нержавеющей стали, двух кухонных станций с восемью конфорками и короткого ряда станций для приготовления пищи - кастрюль и сковородок, перевернутых вверх дном для просушки. Его ничего не замечающая цель появилась в поле зрения, размахивая шваброй. Демпси приставил свой железный прицел к виску мужчины, совместил две желтые точки на целике с единственной центральной точкой на передней части ствола и нажал. Мужчина так и не поднял глаз, когда пистолет глухо рыгнул. Пуля попала в голову русского сбоку, чуть позади виска, и он рухнул на пол.

Демпси двинулся влево и вытащил два холщовых мешка из сумки, висевшей у него за левым бедром. Он засунул одну рядом с чем–то, похожим на газовый трубопровод, подводящий к плитам, открыл верхнюю часть пакета и нажал зеленую кнопку на коробке размером с сотовый телефон внутри. Загорелся желтый индикатор, и на крошечном жидкокристаллическом экране детонатора появилось слово “вооружен”. Он направился обратно к выходу с другой сумкой в левой руке, опустив NVGs.

“К вашему зданию движется бродячий часовой, первый”, - доложил Болдуин.

“Раз, два — он у меня”, - сказал Манн.

“ Один, три— оперативный центр захвачен. Три "КИА". ”Альфа Зулу" отрицательна", - доложил Чанк, сообщив Демпси, что их основного сотрудника, Аркадия Жукова, среди погибших нет. “Сейчас устанавливаем заряды”.

Демпси открыл второй пакет, включил второй детонатор и запустил его по полу вглубь столовой.

Снаружи донесся тихий хлопок, за которым последовал шепот Манна: “Танго нейтрализовано”.

“Третий, приготовься”, - сказал Болдуин, предупреждая Чанка. “Два северных часовых приближаются к твоей позиции”.

Вдалеке неожиданно раздалась стрельба. Чанк и его парни расправляются с двумя оставшимися часовыми.

“Пятеро на позиции и готовы к вечеринке”, - сказал Соу.

Демпси вышел из столовой, повернул направо и побежал к северо-западному углу здания. Взвыл клаксон, разрывая тишину, и включились галогенные прожекторы, заливая базу светом. Демпси на бегу включил видеорегистратор и завернул за угол, чтобы присоединиться к Манну и Трипу. Когда он встал на колено в стойке, он почувствовал знакомое сжатие на левом плече, говорящее о том, что Мунн получил свою шестерку. Трип сорвался с места и помчался на север, прежде чем исчезнуть среди деревьев, заняв скрытую огневую позицию под другим углом.

Дверь спальни распахнулась, и семеро мужчин и две женщины выскочили наружу, автоматы висели поверх пижам, ноги топали по земле босыми ступнями или в ботинках без шнурков.

Демпси не стал стрелять, решив, что их самым большим преимуществом было то, что, если Болдуин был прав и это был в первую очередь тренировочный лагерь с небольшим оперативным центром, то большинство этих стрелков были студентами. Он подождал, пока не досчитал до девятого стрелка, чтобы выйти из общежития, затем отдал приказ.

“Пять, один — начинайте”.

Глухой хлопок снайперской винтовки Соу разнесся в ночи, и второй человек в шеренге дзета-стрелков отлетел назад. Как и было предсказано, все замерли, на мгновение сбитые с толку — очевидно, предположив, что это были ночные учения по подготовке. Это было не так. Женщина, стоявшая за мертвым русским, недоверчиво посмотрела на свою майку, увидев брызги крови и мозгов. Долю секунды спустя следующая снайперская пуля оторвала ей левую половину лица, и она упала без сознания.

Кто-то выкрикнул что-то по-русски, а затем группа построилась в боевой порядок, двигаясь влево и вправо, на ходу ища укрытие. Демпси отметил, что они двигались как операторы. К несчастью для них, Эмбер поймала их со спущенными штанами — в буквальном смысле. Без NVGS, бронежилетов и тактической поддержки со стороны своего TOC новобранцы Zeta были безнадежно в меньшинстве. Демпси выбрал цель, навел красную точку своего голографического прицела на голову мужчины и нажал. Русский упал, и стрелки вокруг него повернулись влево, прицеливаясь в позицию Демпси, как раз в тот момент, когда с севера раздались выстрелы Чанка и Райкера. Упали еще двое зетов, и еще один снайперский выстрел из Saw свалил шестого человека. Демпси дважды похлопал Манна по ноге, отпуская Манна, чтобы тот обошел вокруг и установил заряды в общежитии. Демпси проверил свои внутренние часы: осталось четыре с половиной минуты.

“ Третий, ты достал то, что нам нужно? - Спросил Демпси, сбивая седьмого выстрелом в голову.

“У нас есть полный набор хорошего дерьма — ноутбуки, жесткие диски, файлы и прочее, — но вы все никогда не говорите мне, какого черта мы ищем. ...” - раздался небрежный протяжный голос Чанка, за которым последовали еще несколько выстрелов калибра 5,56 из американских штурмовых винтовок. Упали двое последних новобранцев—зетов - вторая женщина, которая стояла в боевой стойке, прицелившись из своего АК-47, и долговязый грубиян с голой грудью, который повернулся, чтобы перегруппироваться, но вместо этого рухнул вперед, как будто кто-то ударил его кувалдой по спине.

- Спир, у нас проблема, - сказал ему на ухо Болдуин.

Конечно , знаем . . .

Демпси напрягся, ожидая плохих новостей.

Зазвучал голос Смита. - Во-первых, к вам направляется QRF - два грузовика со стрелками, и они намного опережают наш график. Тебе нужно добраться до ”Краснокожих" и убираться оттуда ко всем чертям".

ГЛАВА 31

ТОК Атлантического Зевса

Финский залив

В двух километрах к западу от финско-российской границы

25 Июня

0205 По местному времени

Я должен быть там.

Я должен быть там

Я должен быть там . . .

Эти четыре слова не переставали звучать в голове Граймс, пока она наблюдала за своей командой по спутниковой трансляции на большом экране. Все шло невероятно хорошо, почти слишком хорошо, и именно поэтому все вот-вот должно было превратиться в дерьмо. "Морской котик" по имени Пила явно была отличным стрелком, но если бы она тоже была там, то обезвредить приближающихся российских нападавших QRF было бы намного проще. Она понимала, что решение оставить ее при себе было основано не на ее навыках, а скорее на отсутствии подготовки и опыта SDV в области морской инфильтрации.

Но, черт возьми, я мог бы справиться с этим.

Она могла определить, кто из них был Джей Ди, даже не зная боевого порядка, по его плавным, грациозным движениям. Когда два "тюленя" двинулись на юго-запад вдоль одного здания, а третий соскользнул с крыши, чтобы присоединиться к ним, Демпси рванулся вперед, делая невероятно быстрые зигзаги, как персонаж видеоигры. Им нужно было взорвать заряды и добраться до воды до того, как прибудут две машины QRF.

“Во-первых, боюсь, сейчас у нас проблема посерьезнее”, - раздался раздражающий пассивный залог Болдуина.

“ Больше, чем QRF? Демпси фыркнул.

“ Да . . .”

Монитор, за которым она наблюдала, обновился, и разделенный экран внезапно сменил монофоническую трансляцию, которую она смотрела. Левая половина получила тепловизионные снимки комплекса с высоты птичьего полета, сделанные ранее, а правая начала транслировать кристально чистый спутниковый снимок второго, другого объекта.

“Мы присматриваем за военной авиабазой Пушкин под Санкт-Петербургом - в семидесяти восьми милях от Спира”, - продолжил Болдуин. “Мы наблюдаем, как два ударных вертолета Ми-28Н "Ночной охотник" разворачиваются. Я почти уверен, что они собираются направиться в вашу сторону”.

- Вас понял, ” сказал Демпси. - Сколько у нас времени?

“ Максимум тридцать минут, возможно, всего двадцать пять, если они будут двигаться на максимальной скорости. Эти силы ничуть не уступают ”апачам", и если вы будете медлить еще дольше, то вряд ли переживете их прибытие ".

“Чек”, - сказал Демпси, как будто ему только что сообщили результаты проверки цен в продуктовом магазине. “Третье, пора заканчивать. Мы должны промокнуть”.

- Проверка, - сказал Чанк.

Граймс наблюдал, как Демпси преклонил колено, когда светящееся тепловизионное изображение Манна ворвалось в юго-восточное здание. Она наблюдала, как тепловая сигнатура переместилась к середине здания и остановилась, затем вернулась ко входу. Он был снаружи меньше чем через двадцать секунд, его заряды были установлены.

Уходи, уходи, уходи . . .

— Установлен один, два заряда, - доложил Манн.

- Проверка, - сказал Демпси.

“Раз, четыре — все заряды связаны и срабатывают по моей команде или таймеру”.

Перевод: если меня убьют до того, как я успею нажать на кнопку, они сработают в любом случае, - сказал так спокойно, как будто МОРСКОЙ КОТИК говорил о заказанном им ужине. Это был мир, в котором жил и умер ее брат Джонатан — мир, где возможность принести окончательную жертву всегда таилась за следующим углом.

И теперь это был и ее мир тоже. Как часть Ember SAD, она рисковала своей жизнью при каждой операции, точно так же, как когда-то это сделал ее брат. Она встретилась лицом к лицу со Смертью в Иерусалиме, и технически Смерть победила, но потом Манну каким-то образом удалось вырвать ее душу из костлявых объятий Жнеца и вернуть ее обратно. Теперь ее команде грозило падение, а она застряла здесь, на гребаном мусорном корабле, где она ничего не могла сделать, чтобы помочь им.

Я должен быть там.

Я должен быть там . . .

Что-то в левой части экрана привлекло ее внимание. “Здание клуба, что это движется с севера? Вот черт. ... , - пробормотала она, когда волна тошноты захлестнула ее.

“О черт, что?” Демпси не сбился с ритма.

“Ах, да. Как раз подхожу к этому, мама. Первое — кажется, единственный быстроходный ударный катер "Раптор" приближается к вашей позиции со стороны Выборга. Шесть тепловых сигналов на борту. При его текущей скорости он заблокирует ваш выход через. . . шесть минут.

Шесть минут! в панике подумала она. Этого времени недостаточно.

“Шах”, - последовал невозмутимый ответ Демпси. “Розыгрыш копья у краснокожих. Шевелись сейчас же”.

“Клубный дом, откуда, черт возьми, берутся эти парни? У нас не было никаких указаний на какой-либо объект, способный установить QRF к северу от Санкт-Петербурга ”.

“ Ну, мама, это тот же самый вопрос, который мы задаем себе. Грузовики и катер вышли из Выборга, так что, очевидно, там есть либо военное, либо полицейское присутствие, которое мы упустили ”, - ответил Болдуин.

Она наблюдала, как дуга тепловизионных изображений — шесть членов команды Spear - открыли смертельный огонь по оставшемуся занятому зданию, в котором было четыре тепловых излучателя. Граймс наблюдал, как два тепловизора на углу открыли короткий ответный огонь, но затем их красно-желтые силуэты упали на землю. Копейная команда из шести человек двигалась назад, к воде, все еще стреляя внутрь по дуге, но им предстояло пройти еще целый километр.

Они не собирались этого делать.

Они могли бы победить Ночных Охотников, но быстроходная лодка будет ждать их у воды. У русских были бы приборы ночного видения и тепловизионные изображения, чтобы направлять нападающих QRF.

Спир был в жопе.

Ее мысли бешено метались. Было что—то — что-то, что ее мозг пытался вспомнить, - что-то, что она видела, и что ее подсознание зарегистрировало, но затем забыло сообщить об этом ее сознанию. Она оторвала взгляд от шоу ужасов, разворачивающегося в замедленной съемке на мониторе, и переключила внимание на распечатанные спутниковые снимки, разложенные на столе.

“ Где это? ” пробормотала она, просматривая изображения. - Где это, черт возьми?

На пятом снимке она заметила небольшое гофрированное здание рядом с огромной, почти пустой “парковкой”. Вот. . .

“Клубный дом, это мама, увеличь территорию парковки, ту, с ветрозащитным носком, которую мы видели на снимках”.

Она наблюдала, как изображение смещается и увеличивается. На западном краю, лицом к стоянке, она увидела то, что ее мозг кричал ей вспомнить. По мере того как изображение со спутника увеличивалось все больше и больше, стало очевидно, что некоторые деревья в северо-восточном углу были вовсе не деревьями, а чем-то похожим на камуфляжную палатку.

“Что это, Клубный домик?” - спросила она и с помощью компьютерной мыши нарисовала красный прямоугольник поверх чего-то, торчащего из камуфляжной сетки. “Это нос вертолета, не так ли?”

“Мы видим это. . подождите один . ... Мама, с вероятностью в девяносто два процента мы видим носовую часть российского казанского вертолета ”Ансат".

В файлах данных отряда первого уровня Чанк она отметила, что один из операторов, Трип, прошел курс летной подготовки во Флориде, получив коммерческие оценки по приборам и многомоторной технике как на самолетах, так и на вертолетах.

“ Послушай, мама, там под камуфляжным тентом в северо-восточном углу комплекса стоит вертолет "Казан Ансат". Четвертое копье — ты можешь управлять этой птицей?

Она сразу же увидела тепловизионные изображения Команды Spear, которая развернулась на сто восемьдесят градусов и теперь направлялась обратно к группе зданий, которые они только что подготовили к взрыву.

- Зависит от обстоятельств, - послышался напряженный голос Трипа, он тяжело дышал.

-От чего?

“О том, похожа ли она на птицу, которой я умею летать”.

Услышав этот сигнал, Болдуин вскочил. “Он должен обладать летными характеристиками, аналогичными Bell 407 — высокопроизводительной версии более старого Bell 206 Long Ranger”.

“Хорошо, тогда я, вероятно, смогу управлять им”, - сказал Трип. “Но он не сможет убежать от их гребаных Ночных охотников. У них, вероятно, преимущество в скорости тридцать пять-сорок узлов.

- От пятидесяти до шестидесяти, - поправил Болдуин.

“ Это твой единственный выход, Спир. Просто доберись туда, - рявкнул Граймс. “ У меня есть план. Клуб, каково расположение грузовиков?”

“Осталось три минуты”, - сказал Адамо с явным напряжением в голосе. На кону было нечто большее, чем просто миссия или даже жизни операторов. Если бы Спир был убит или, что еще хуже, взят в плен, тогда Владимир Петров обвинил бы Соединенные Штаты в акте войны, и у него были бы доказательства, необходимые для оправдания возмездия. Не будет преувеличением сказать, что нынешняя неудача может стать первой костяшкой домино в череде событий, которые приведут к Третьей мировой войне.

- Где “Грейхаунд"? - спросила она, имея в виду "Протей". Передовая мини-субмарина вернулась на Zeus днем для смены экипажей, но с тех пор передислоцировалась, чтобы задержаться в Выборгском заливе для скрытного поиска после того, как все успокоилось.

“Я понимаю, к чему ты клонишь, мама”, - сказал Адамо, и в его голосе прозвучала капля надежды. “Это могло бы сработать”.

“Я могу лучше рассчитать скорость закрытия, когда Spear будет в воздухе. Но это действительно может сработать”, - сказал Болдуин.

“Мама, первый, о чем ты думаешь?” Спросил Демпси.

Дерзкая ухмылка расплылась по ее лицу, когда она изложила ему свой план. Может, она и не слишком рисковала, но она по-прежнему была его надзирательницей, черт возьми, и это была ее работа - выручать их. Несмотря ни на что . . .

ГЛАВА 32

Подразделение ГРУ, Военная авиабаза Пушкин

В 178 километрах к юго - востоку от объекта Zeta Black

Россия

25 Июня

0210 По местному времени

На войне ключом к окончательному успеху было умение находить преимущество в невыгодном положении — даже во времена больших неудобств.

Особенно тогда . . .

Так было в Ленинграде во время Великой Отечественной войны. Так было и при разгроме гитлеровской армии под Сталинградом. Это было правдой с возрождением России после распада Советского Союза. И теперь его задачей было воплотить эту пословицу в жизнь сегодня вечером.

Аркадий рассеянно постучал пальцем по стенке кофейной чашки. Но как это сделать?

Зазвонил телефон.

Он взглянул на номер на экране в верхней части телефона и вздохнул. Звонок был неизбежен, но он надеялся сделать это сам, сообщив хорошие новости. Он предположил, что выдает желаемое за действительное. Петров не был терпеливым человеком.

“ Порядок вещей, ” пробормотал Аркадий и поднял трубку. - Да?

“В самом деле? Вот как вы меня приветствуете?” - сказал российский президент. “На ”Яркого сокола" совершено нападение!"

- Я знаю.

“ Мне не следовало задавать этот вопрос, Аркадий. Это из-за американцев?

“У меня нет подтверждения, но кто еще это мог быть?” - сказал старый руководитель шпионажа.

“Какая наглость!” - крикнул Петров. “Безудержная наглость напасть на нас на суверенной российской земле. Это акт войны, Аркадий. Это военный акт, говорю вам!”

“Это агрессивно и беспрецедентно, но мы тоже были агрессивны. Мы уже находимся в состоянии войны с американцами; просто ни у одной из сторон не хватает смелости признать это. Кибератаки, фальшивые флаги, пропаганда, операции через посредников - обе стороны занимаются этим уже давно. Вероятно, это расплата за Турцию. Я думаю, можно с уверенностью предположить, что Уорнер знает, что ты сделал.

“Что я сделал? Нет, то, что ты сделал. Все это дерьмо было твоей идеей. Не моей. Я пошел на это, потому что доверял тебе, но теперь я начинаю сомневаться, не теряешь ли ты самообладания. Может быть, тебе на самом деле пришло время уйти на пенсию”.

“Вы расстроены, господин президент. И ты имеешь на это полное право, но сейчас не время принимать поспешные решения, о которых ты можешь потом пожалеть ”.

“Кто ты такой, чтобы читать мне нотации? Я президент России, а не ты, старина”.

Аркадий придержал язык, пока не подавил желание открыть ответный огонь.

Ты президент моего творения, осел. И останешься им, когда я захочу.

Вместо этого он сказал: “Вы правы, вы абсолютно правы. Я приношу свои извинения. Я перешел все границы”.

На линии между ними повисло сердитое молчание, пока Петров наконец не спросил: “Что мы будем с этим делать, Аркадий?”

Аркадий сделал глоток кофе, тщательно подбирая слова. “Я верю, что мы можем обратить это событие в нашу пользу. Я думаю, американцы просчитались со сложностями своей операции. Одно дело забрести в логово льва невредимым, но совсем другое - выбраться оттуда. Я удивлен, что они обнаружили "Яркого сокола". Я еще больше удивлен, что им это удалось, но теперь я заставлю их заплатить за свое высокомерие. Они загнаны в угол. Деваться некуда. Это возможность превратить небольшую потерю в очень большую выгоду ”.

- Что вы имеете в виду?

- Я имею в виду, что мы ничего существенного не потеряли в этом нападении на “Светлый сокол". У меня там дюжина новобранцев. Ну и что? Радиостанция. Кого это волнует? У нас нет никаких важных разведданных. Все мои опытные полевые агенты и операторы развернуты в своих НОК ”.

После похищения Сильви Аркадий позаботился о том, чтобы с объекта в Выборге были вывезены все важные оперативные данные. То, что американцы извлекли из ее сознания, было совершенно другим вопросом, но не тем, что он хотел обсуждать с непостоянным российским президентом сгоряча.

“Что, если они получат список персонала? Ха, что тогда? Это будет катастрофой”.

Аркадий рассмеялся. - Никакого списка нет.

“ Что ты имеешь в виду? Ты ведешь личные дела на все, Аркадий. Я знаю тебя лучше, чем кто-либо другой, или ты забыл?

“Эти папки заперты в ящике моего стола на Лубянке”, - сказал Аркадий. “Им пришлось бы вторгнуться в Москву и разграбить штаб-квартиру ФСБ, чтобы получить эти записи, а все остальное находится в моей голове. Нет, проблема у Джарвиса и Уорнера, а не у нас. Потому что мы либо захватим Отдел специальных операций Эмбер и выжмем ценные разведданные, накопленные за десятилетия, либо убьем их всех. Мы можем потерять ладью и несколько пешек, но они потеряют своего ферзя и кучу коней. Когда Петров ничего не сказал, Аркадий добавил: “Мы только что подняли на перехват два "Ночных охотника". У меня есть морской перехватчик, блокирующий выход в море, и наземные войска, отрезающие им путь к отступлению по суше. Они полностью окружены”.

“Очень хорошо”, - сказал Петров, взяв себя в руки. “Но мы нанесем им ответный удар. Уорнер никогда не сможет поверить, что он одержал верх. Вы ответите на эту возмутительную провокацию нашей собственной операцией, да?”

“ Конечно, господин Президент. Соответствующие меры уже принимаются.

“Сделай так, чтобы было больно, Аркадий. Заставь их истекать кровью. Я теряю терпение из-за твоего скрытого, теневого марионеточного дерьма. Я хочу, чтобы вы провели операцию, из-за которой Уорнер всю оставшуюся жизнь будет просыпаться среди ночи в холодном поту. Ты понимаешь, Аркадий?

Больше, чем ты думаешь, и быстрее, чем ты можешь себе представить.

-Да.

- Заставь его заплатить.

И линия оборвалась.

Он услышал вой ударных вертолетов Ми-28Н, разворачивающихся на летном поле снаружи. Атака Эмбера had застала его врасплох. Джарвис нанес смелый и наглый удар, но этого было недостаточно. Отправив свою ПЕЧАЛЬНУЮ команду в Светлый Сокол, он оставил свой собственный замок без защиты.

Недостаток превратился в преимущество . . .

Аркадий достал из потертой кожаной сумки спутниковый телефон с зашифрованным кодом и нажал “1”.

- Первичный, - ответил Валериан.

“Мы должны ускорить сроки”.

-Почему? -спросиля.

Аркадий стиснул зубы. Всего год назад его вундеркинд счел бы мысль о подобном вопросе невообразимой, и все же теперь он больше не мог даже контролировать свою потребность произнести его. Аркадий был прав, начав процесс вступления в следующий Зета Прайм. Валериан был замечательным специалистом, но у него также была глубоко испорченная психика, и период его полураспада быстро приближался.

“Потому что открылась новая возможность”, - сказал Аркадий. “Нападавшие из Эмбера не в Вирджинии”.

“ И откуда мы это знаем? В голосе Валериана слышалось замешательство, но также и явное разочарование. “А если американского призрака здесь нет, тогда в чем смысл атаки?”

“ Цель атаки - не ваша забота, Прайм. Вы - оружие. Вы - инструмент политики, а не ее создатель. То, что в моем плане есть смысл, - это все, что тебе нужно знать, и твоя миссия - это твоя миссия. Ты больше не так воспринимаешь свою роль?”

“ Конечно. Приношу свои извинения. Каковы сроки?

“ Как можно скорее, и я доверяю твоему собственному суждению. И поскольку ты мне как сын, я расскажу тебе . ... Я знаю, что операторы Ember находятся не в Вирджинии, потому что они здесь”.

На этот раз тишина была шоковой.

- В Санкт-Петербурге?

“В Выборге”.

“ Что! Как это возможно?

Все, что вам нужно знать, это то, что с американцами имеют дело. Они в логове льва, мой друг, и выхода оттуда нет. Побег невозможен. А теперь сосредоточься, Валериан. Тебе нужно работать.

Он прервал звонок, вздохнул и отправил текстовое сообщение Гавриилу.

Ты из Prime?

Ответ пришел почти сразу. Нет.

Аркадий набрал номер “2”, и Гавриил ответил еще до окончания первого гудка.

-Да?

“ Пора. Ты готов к вознесению?

“Да”, - сказал дзета, и Аркадий почти увидел улыбку на лице Гавриила, несмотря на тысячи миль, разделявшие их.

“ Хорошо. Как только эта миссия в Вирджинии будет завершена, выполните протокол Меркурия, и вы станете Главным.

“Я понимаю”, - сказал Гавриил. Никаких вопросов. Никаких угрызений совести. Слепая вера и послушание, как и требовалось от Дзета Прайма. “Я прослежу, чтобы это было сделано”.

“ Очень хорошо. А Гавриил?

-Да.

“ Я хочу, чтобы ты знал, ты мне как сын. Будь осторожен.

Аркадий закончил разговор, встал и выгнул спину, чтобы размять затекшие мышцы. В голове у него крутилась карусель мыслей, переключаясь с Валериана на Петрова, Гавриила, Джарвиса и обратно. Союзники и враги. Казалось, у него было так мало первых и так много вторых. Может быть, пришло время уйти на покой, подумал он, подходя к окну.

Нет, пока нет. Мне еще нужно поработать. ... важная работа, с которой способен справиться только я, решил он, а затем молча наблюдал, как вертолеты Ми-28Н "Ночной охотник" исчезают в темноте.

ГЛАВА 33

Северная сторона комплекса " Брайт Фэлкон "

Южнее Выборга

25 Июня

02 : 15 По местному времени

Демпси осторожно перешагнул через тела мертвых зетов, которых они победили всего несколько минут назад. Быть бесцеремонным сейчас было бы опасно. Достаточно было бы одного бойца, которого считали мертвым, — на самом деле он был только ранен, — чтобы испортить тебе день. Он видел это раньше. Во время развертывания в Африке в составе Четвертой группы SEAL — до того, как самолеты врезались в Башни, — он таким образом потерял товарища по команде. Рич Риццуто, морской котик, родом из северной части штата Нью—Йорк, получил пулю от “трупа”, которая пробила ему лоб, лишив его способностей и приговорив к инвалидному креслу на всю оставшуюся жизнь.

Демпси внимательно осмотрел свою винтовку, по мере продвижения рисуя голографическую красную точку над головами поверженных русских. Справа от себя он услышал глухой хлопок, когда Манн выстрелил в одно из тел, которые касались его.

Манн тоже был в Африке.

“ Подними трубку, Спир, ” сказал Смит ему на ухо. Голос директора Ember был таким напряженным, какого Демпси еще никогда не слышал. Но в нем все еще не было того тонкого тона, который сигнализировал бы о проигрыше битвы. “Будет туго. Надеюсь, Четвертому Копью не потребуется слишком много времени, чтобы во всем разобраться.

“Да, ну, "Спир Четыре" ни хрена не читается по-русски”, - сказал Трип из кабины "Ансата". “И все эти элементы управления на русском языке”.

“Контроль есть контроль, чувак”, - сказал Чанк.

“Если хотите полетать на этой птичке, сэр, будьте моим гостем”, - парировал Трип, но Демпси знал, что это просто бравада, потому что услышал щелчки переключателей на заднем плане в открытом микрофоне.

“ Два грузовика подъедут к южному входу через тридцать секунд, ” доложил Болдуин. “Мы держим в конвое две дюжины стрелков на тепловизоре”.

“Клабхаус, ты контролируешь взрыв, верно?” Спросил Чанк. Теперь Демпси мог видеть офицера "Морских котиков" справа от себя, приближающегося к двум своим товарищам по команде, когда они приближались к небольшому зданию рядом с вертолетом с севера.

“Да, копье номер три”, - сказал Смит. “Мы взяли твою шестерку — сосредоточься на том, чтобы обезопасить твою поездку на такси оттуда”.

“Скажи мне, когда ты собираешься поджечь два здания на юге”, - прошептал Демпси.

“ Около пятнадцати секунд, ” ответил Смит. - Грузовики почти в зоне поражения.

“ Расположение Ночных охотников? - спросил он.

Его больше всего беспокоили российские Ми-28. Они разнесут вертолет "Ансат" в клочья. Даже в руках опытного боевого пилота невозможно было перехитрить двойную угрозу, надвигающуюся на них. Разделение и дистанция были их единственной надеждой.

- Вы успеете, если поторопитесь, - сказал Смит.

Это не было ответом, отметил Демпси.

- Время до цели - двенадцать минут, - сказал Болдуин.

Черт.

“Грузовики въезжают в зону взрыва. Взрывные устройства в количестве трех, двух, одного. . .”

Демпси увидел вспышку, а затем почувствовал жар, когда по лагерю прокатилась мощная ударная волна. Взрыв, должно быть, вывел из строя силовой трансформатор объекта, потому что все галогенные лампы потемнели, и лагерь погрузился в темноту. Не теряя времени, Демпси вскочил и защелкнул свои видеорегистраторы на место. Низко пригнувшись, он быстро двинулся к вертолету, Манн шел в нескольких шагах позади него. Он заметил Чанка, Райкера и увидел сближение с их позиции. Теперь, пересекая широкую квадратную парковку, Демпси мог отчетливо разглядеть очертания вертолета под камуфляжной сеткой. В кабине с подсветкой Трип лихорадочно работал над каким-то сокращенным контрольным списком, который он импровизировал, чтобы запустить вертолет.

“ Я готов разворачиваться, ” крикнул Трип. - Убери сетку.

“Помоги мне”, - сказал Демпси Манну, хватаясь за угол палатки cammo. Сетка была натянута на коробчатую раму с колесиками по углам, изготовленную из алюминиевых шестов, соединенных наподобие игрушечных. Вместе с Мунном он откатил всю конструкцию от хвоста, и в ночи эхом разнесся вой наматываемого "Ансата".

“Спир, по меньшей мере шесть стрелков направляются к тебе из разрушенных грузовиков. Все остальные, похоже, ранены. Упс, сейчас их пятеро — кажется, один из них рухнул ”.

“Проверка”, - сказал Демпси, опускаясь на тактическое колено рядом с вертолетом и целясь на юг, в сторону угасающего пламени горящих зданий.

“ Спир, морской патруль на месте, и, похоже, они чем-то заняты. Тебе нужно убираться отсюда к чертовой матери, - сказала Граймс, и в ее голосе слышалось напряжение тетивы, говорившее о том, что ей нужно быть там, а не смотреть все это по телевизору.

Вой турбин усилился, и несущие винты над вертолетом начали медленно вращаться над головой. Трип широко улыбнулся Демпси и поднял вверх большие пальцы с места пилота, когда Демпси и Манн подбежали к птице. Они встали на колени по обе стороны от открытой двери по левому борту, сканируя южную сторону и прикрывая подход, пока трое морских котиков забирались в пассажирский отсек. Демпси выпустил две очереди по три патрона и прыгнул в "птицу", Манн последовал его примеру. Перед глазами заплясали желто-зеленые вспышки винтовочного огня, и две пули пробили борт вертолета рядом с его головой.

“Вперед, четвертый, вперед!” - крикнул он, а затем высунулся в открытую дверь, чтобы открыть ответный огонь, услышав, как Мунн выпустил три очереди вперемежку со своей собственной.

Взревели турбины, и "Ансат" оторвался от земли. С колотящимся сердцем Демпси вытащил гранату из своего снаряжения и вслепую швырнул ее в направлении стрельбы, доносившейся из леса. Разорвавшаяся граната осветила белым светом его NVGS, ослепив его. Трип опустил нос и сильно накренился на правый борт. Соу схватил аптечку Демпси и не дал ему выпасть, когда маленький русский вертолет с ревом понесся на запад, прямо над верхушками деревьев.

Демпси кивнул Пилу за то, что тот спас его задницу, затем, повернувшись к группе, сказал: “Отличная работа, ребята”.

“Да, что ж, начинается самое сложное”, - проворчал Райкер рядом с ним, и густо татуированный ТЮЛЕНЬ озвучил свой первый и единственный комментарий с начала операции.

“ Как дела, Четвертый? Чанк спросил Трипа, наклоняясь вперед в кабину.

“Все чертовы переключатели и инструменты помечены русской кириллицей”, - сказал Трип. “Управлять этой штукой - не пикник, но разбить ее убедительно, не умерев при этом, будет непросто”.

Демпси стиснул зубы. Полтора года назад, когда он впервые встретил Чанка, они пережили крушение другого российского вертолета, старого военного Ми-17, в иракской пустыне. Теперь, похоже, они шли на двойную опасность.

“ Прямо как в старые добрые времена, а, Первый? Чанк рассмеялся в наушнике.

“ Ага, ” проворчал он. - По крайней мере, на этот раз мы над водой.

“Спир, поворачивай на курс два-шесть-два градуса”, - приказал Болдуин. “Я собираюсь направить вас прямо на "Грейхаунд"; после этого остальное зависит от вас. Вам осталось пройти около одиннадцати миль. Ми-28 изменяют направление на перехват. Хммм . . . Наступила неловкая пауза, и Демпси посмотрел на Манна, который покачал головой, сжав губы в хмурой гримасе. “Это твоя лучшая скорость, Спир?”

Демпси почувствовал, как нос вертолета слегка наклонился вперед, и вой двигателя усилился.

- Это все, что у меня есть, - сказал Трип.

- О... - пробормотал Болдуин.

“О, что, Клуб?” Сказал Демпси, его беспокойство росло. - Расскажи нам все начистоту.

“Это будет близко. Давай посмотрим. . Ах, да. Вы будете над Грейхаундом, и у вас будет в запасе больше минуты, когда Ми-28 достигнут границы дальности стрельбы. Они развивают скорость на двенадцать узлов медленнее, чем ожидалось, — встречный ветер с севера, я полагаю. К счастью, это оборачивается в твою пользу.

Да, нам повезло . ... Все, что нам сейчас нужно сделать, это пережить катастрофу, доплыть до "Протея" на одном дыхании в темноте и спастись так, чтобы русские не сбросили на нас бомбы и торпеды во время нашего шестичасового возвращения на " Зевс". Просто очередная прогулка по парку для оперативной группы Эмбер.

“Все будет хорошо”, - сказал Манн на удивление спокойным, почти оптимистичным голосом.

Демпси настороженно посмотрел на своего друга. Ему уже не нравились их шансы, но слышать, что обычно полупустой стакан Мунна внезапно наполнился оптимизмом, серьезно заставляло его нервничать.

“Это ты всегда указываешь на то, насколько ужасна наша ситуация и как мы собираемся умереть, и ты выбираешь именно это время, чтобы стать мистером Хэппи?”

“Да”, - сказал Манн, пожимая плечами. “Интуиция подсказывает мне, что план Лиззи сработает. Если мы доберемся до Протея, то будем ночью. Говорю тебе, эта русалочка - скрытная сука.

Демпси не мог подобрать слов, поэтому просто покачал головой.

“Снимайте все свое барахло, ребята”, - сказал Чанк деловым тоном. “Давайте убедимся, что оставим поле обломков со множеством намеков на плохой исход. Комплекты и шлемы. Дерьмо из ваших карманов, которое всплывет”.

Демпси снял оружие и бросил его на пол вертолета.

“Поверни вправо, Спир”, - сказал Болдуин на линии. “Курс два-шесть-семь градусов”.

На секунду или около того он почувствовал, что птица слегка накренилась вправо. Рядом с ним склонился Манн, развязывая шнурки на ботинках. Док ухмыльнулся ему.

“Пара ботинок, плавающих в мусоре, - приятный штрих, правда?”

Демпси кивнул и начал стаскивать свои ботинки. Это также облегчило бы долгое и глубокое плавание. Затем он отстегнул широкий пояс на липучке от своего комплекта, висевшего у него на поясе, надел весь комплект через голову и поставил его на пол между ног.

“ У тебя есть граната, Четвертый? - Спросил Демпси, прикидывая, как лучше всего все это разыграть.

“Да, но будет проще, если это сделает кто-то другой. Я буду висеть на низкой высоте, пока вы, ребята, прыгаете, затем последний бросит гранату в кабину. Я остановлю машину и выпрыгну следом”.

“Проверка”, - последовал ответ группы.

Слушайте сюда, ребята. Clubhouse выведет нас прямо на "Грейхаунд". Быстро плывите вниз. Будет чертовски темно, и если вы позволите течению увести вас, вы можете не найти Greyhound до того, как у вас закончится воздух ”, - сказал Чанк.

Все кивнули.

“Нам нужно, чтобы это выглядело аутентично. Как будто наша птица получила удар на случай, если за ней наблюдают сверху. Я брошу светошумовую шашку в кузов, прежде чем мы прыгнем, - предложил Манн.

“Хорошая идея”, - сказал Демпси, доставая дымовую шашку из своего комплекта. - Я добуду дым, если ты устроишь светошумовой взрыв.

- А я брошу сигнальную ракету впереди, - предложил Соу.

“Это план”, - сказал Чанк.

“ Точно по курсу. Одна минута, ” раздался голос Болдуина. - Восемьсот ярдов.

Демпси закрыл глаза и начал делать долгие, медленные, глубокие вдохи, чтобы вывести как можно больше CO2. Плавание будет долгим. "Протей" поднимался всего на сорок футов.

- Пятьсот ярдов.

Демпси почувствовал, что вертолет сбавляет скорость, и Трип опустился так низко, что Демпси испугался, как бы он не зацепил салазки за прибой и не разбился по-настоящему.

- Двести.

“ Ведущий Ми-28 входит в зону досягаемости, ребята. Поторопитесь, - послышался напряженный голос Смита. - У них на этих штуках ракеты с лазерным наведением.

“ Пятьдесят. . . двадцать . . . десять . . . зависни.

Трип привел "Ансат" к зависанию всего в нескольких футах от воды.

“ Ракета! Ракета! - Крикнул Смит в ухо Демпси.

“ Забудьте о сигнальных ракетах и гранатах! Всем выйти! Скомандовал Демпси.

- Входим через восемь секунд, - сказал Болдуин.

Демпси наблюдал, как три морских котика перед ним выпрыгнули в открытую дверь по левому борту, а затем сам прыгнул, сделав огромный глоток воздуха как раз перед тем, как упасть в ледяную воду. Долю секунды спустя он услышал, как Манн шлепнулся в воду.

“Три секунды... ...” - раздался искаженный голос в наушнике, и он изо всех сил потянул и лягнулся, погружаясь все глубже и глубже в черную воду. Он резко потянул вниз, соленая вода обожгла глаза. Ему не хватило бы дыхания, чтобы подняться обратно, если бы его не ждал "Протей".

Его легкие начинали гореть, и непреодолимое желание выдохнуть было непреодолимым. Но он знал, что лучше не сдаваться. Дыхание в его легких все еще содержало драгоценный кислород, несмотря на растущую концентрацию CO2, вызывающую желание сбросить давление. Волна паники захлестнула его, когда он осмотрел чернильную бездну. "Протея" нигде не было видно. Слова Чанка эхом отдавались в его голове: "Быстро плыви вниз". Будет чертовски темно, и если мы позволим течению увести нас, мы никогда его не найдем.

Как раз в тот момент, когда он собирался прервать полет и вынырнуть на поверхность, ракета наверху нашла свою цель. Яркая вспышка озарила океан вокруг него, и когда "Ансат" распался на огненный шар вверху, в поле его периферийного зрения материализовался "Протей". Сигарообразная тень, маячившая справа от него и на глубине вместе с ним. Чанк был прав; течение подтолкнуло его к спуску. Он повернулся и поплыл к "Протею", пиная и подтягиваясь изо всех сил, как ножницы. Внезапно свет наверху погас, и "Протей" снова исчез в чернильной тьме.

Неееет!

Он хотел закричать, но, конечно, это было невозможно. Теперь его грудь горела огнем, когда он тянул изо всех сил.

Красное свечение, казалось, сочилось из темноты впереди, и оно становилось все ярче.

И побольше желтого . . .

Открывающийся люк "Протея"?

Он потянулся к свету, его легкие превратились в ядовитый вулкан, готовый взорваться, требуя, чтобы он выдохнул, чтобы ослабить давление. Он почувствовал руки на своем плече, втягивающие его в туманный желтый прямоугольник — его зрение расплылось в океанской воде. Что-то сунули ему в руку. Он почувствовал знакомую форму регулятора и сунул его в рот, резко выдохнув и ударив двумя пальцами по продувочному клапану. Сжатый воздух выбросил воду из мундштука, и он сделал самый долгий, отчаянный вдох в своей жизни. Диафрагма регулятора задрожала, когда он втянул воздух в свои разъяренные легкие. Он быстро выдохнул, обмениваясь воздухом глубокими, контролируемыми вдохами, наполняя свой кровоток свежим кислородом, одновременно сдерживая сердцебиение и сдерживая гипервентиляцию. Мгновение спустя к нему вернулось самообладание, и он мысленно обратился к своим товарищам по команде.

Я первый? Единственный? Нет, там должны были помогать несколько водолазов-спасателей.

Водолаз, передавший ему регулятор, втащил его внутрь SDV, и Демпси подтянулся к скамейке напротив длинного люка и почувствовал, как ему в руку сунули что-то еще. Он натянул маску через голову и водрузил на лицо, затем прижал тыльную сторону левой руки к верхней части, прижимая ее ко лбу, и резко выдохнул через нос. Когда он снял маску, мир стал виден. В желтом сиянии внутренних помещений "Протея" он наблюдал за двумя другими дайверами, помогающими его товарищам по команде. Он сосчитал их по позывным: Два, Три, Пять. Его сердцебиение участилось, когда он узнал каждого из мужчин.

Трипа по - прежнему не было . . .

Демпси схватил ближайшего к люку ныряльщика и сжал его плечо. Ныряльщик встретился с ним взглядом, и Демпси поднял палец и указал на люк. Британец, на котором был водолазный шлем, кивнул и сказал: “Я знаю, приятель. Я пойду поищу его. - Он выпрыгнул в открытый люк и исчез в темноте.

Кто знает, где было падение Трипа по сравнению с их собственным? Если бы вертолет занесло или он совершил маневр в последнюю секунду, то мог бы плюхнуться на десять-пятнадцать ярдов дальше. И чем дольше он находился там, тем больше течение отделяло его от "Протея", который своими двигателями удерживал станцию. Стиснув зубы на регуляторе, Демпси осмотрел внутренности "Протея" в поисках утяжеляющего пояса и ласт. Твердая рука схватила его за плечо; он обернулся и увидел Манна, который уже надел маску, закрывающую все лицо.

“ Они схватили его, Джей Ди. С ним все в порядке, - сказал Манн и указал на открытый люк, через который водолаз SBS затаскивал Трипа внутрь, ТЮЛЕНЬ дышал осьминогом на снаряжении британца.

Демпси с облегчением закрыл глаза, когда люк опустился на место позади них.

Слава Богу на небесах — все добрались.

Демпси последовал примеру Манна, надел водолазный шлем и выпустил воду с глухим, отдающимся эхом шипением.

“Похоже, мы двое на двоих в авариях вертолетов”, - сказал Чанк с того места, где он сидел слева от Демпси, голос офицера SEAL прозвучал в наушниках шлема как металлический. “Хочешь сделать хет-трик?”

“Полная тишина, пожалуйста”, - раздался шепот по открытому каналу в шлеме Демпси — от водолаза в кабине. “У нас есть много технологий, которые делают нас невидимыми с поверхности, так что давайте не будем обнаружены, потому что они услышат, как мы несем чушь”.

Демпси подмигнул Чанку, затем обхватил себя руками и задрожал, когда его тело отдало все свое тепло холодной воде. Да, они в очередной раз выполнили невыполнимую миссию с чудесным спасением, но какой в этом был смысл, если он умрет от переохлаждения в течение следующих шести часов? Он закрыл глаза и представил, как поддерживает температуру своего тела, когда внезапно почувствовал, что внутри кабины начинает циркулировать поток теплой воды. Ленивая улыбка облегчения расплылась по его лицу.

Благослови Господь ботаников, которые разработали эту штуку.

Они действительно все продумали.

ЧАСТЬ III

Современная американская стратегия военного времени основывается на предпосылке отсутствия потерь среди своих. Я могу заверить вас, что у вашего российского коллеги нет таких иллюзий или ограничений.

—Леви Харель

ГЛАВА 34

Ember Boeing 737

42 000 футов над Атлантикой, в 120 милях к западу от Испании

25 Июня

15.30 По местному времени

Он не был готов лечь в свою стойку, несмотря на ноющую, пробирающую до костей усталость, поэтому вместо этого Демпси растянулся в огромном кожаном кресле с откидной спинкой в салоне самолета. С пультом в руке он уставился на черный экран телевизора, который еще не включил. Он хотел, чтобы его мысли унеслись в никуда, но они отказывались. По какой-то причине, которую он не мог сформулировать, вместо того, чтобы чувствовать, что они только что одержали верх над Дзетами, нарушив их командование и контроль, он чувствовал, что они отстали еще на шаг. Ни Аркадия Жукова, ни Малика среди погибших не было, а это означало, что вдохновитель и его агент все еще были на свободе.

“Джон Демпси уселся в свое мягкое кресло”, - произнес женский голос. “Сейчас происходит то, во что я бы никогда не поверила”.

Демпси вздрогнул и посмотрел на Граймса, улыбаясь ему из-за двери в спальню.

“Ха”, - рассмеялся он. “Поверь этому, сестра. Однажды, когда вся работа будет сделана. . .”

-Значит, никогда.

Он улыбнулся. “ Верно, никогда. Но парень может мечтать.

Граймс опустился на стул рядом с ним, убрал выбившуюся прядь волос с ее щеки и заправил ее за левое ухо. - Ты в порядке, Джей Ди?

“ Все в порядке, - сказал он. - Пять на пять.

- Как ты думаешь, каким будет его следующий шаг?

Ей не нужно было уточнять. Они оба знали, кого она имела в виду.

“ Я не знаю, Лиззи, ” честно признался он. “Чанк прихватил полную сумку дисков и ноутбуков из их оперативного центра, но кто знает, есть ли там что-нибудь полезное, не говоря уже о том, что может подсказать нам их следующий шаг”. Он вздохнул и потер глаза, затем снова посмотрел на нее и попытался улыбнуться, но безуспешно. “Но если кто-то и может это понять, так это Болдуин и его парни. Как только они начинают разбираться в том дерьме, которое мы приносим им из Икса, обычно происходят чудеса. Уничтожение ”Выборга" может достаточно замедлить действия "Зеты", чтобы мы могли просчитать их следующий шаг, прежде чем они нанесут нам ответный удар.

Она кивнула, но губы ее были поджаты. - Ты думаешь, это правда?

“Я не знаю. Из того, что я видел, Выборг больше походил на тренировочный центр, чем на командно-контрольный центр - по крайней мере, в том виде, в каком мы к нему привыкли. Я не могу точно определить, что это такое. Я знаю, что мы действуем иначе, чем русские, но просто не было ощущения, что мы уничтожили что-то важное или убили кого-то, кто имел значение ”.

Граймс кивнул, уставившись в какую-то точку в пространстве. “Мое нутро кричит о том же. Если удаление сайта в Выборге нанесло бы вред Zeta, тогда почему это было так легко сделать?”

Демпси наклонился и уставился на нее с самодовольной улыбкой и приподнятыми бровями.

Она закатила глаза.

“ Вы понимаете, что я имею в виду. Я знаю, что вы, ребята, чудо-дерьмо, и никто другой на земле не смог бы провернуть это, но где была охрана? Почему здания было так легко взламывать? Где был двухминутный QRF вместо пятнадцати? Разве ты этого не чувствуешь, Джей Ди?

“ Прятаться на виду, да? - спросил он, но его это тоже не убедило.

“Я понимаю. Это то, что мы делаем — прячемся у всех на виду в качестве отдела корпоративных полетов консалтинговой фирмы по безопасности в коммерческом аэропорту среднего размера. Но если бы кто-то попытался напасть на Эмбер, у него ничего бы не вышло. ТОС находится в защищенном бункере без доступа, и нет возможности догадаться, что происходит под землей. Даже со спутников не видно ничего, кроме скучного летного ангара. И если бы вы туда попали, то попали бы в адскую перестрелку. Но Выборг был всего лишь кучкой лачуг в лесу. Чанк сказал, что их ”операционный центр" - это не настоящий TOC, скорее пара компьютерных рабочих мест, которые вы можете найти в небольшом бизнесе ".

“ Так что ты хочешь сказать? - Спросил Демпси. “ Что нас обманули? Что Выборг был приманкой?

“ Я не знаю, ” сказала она, но по ее глазам было видно, что шестеренки в ее голове начали вращаться. Она поерзала на стуле. “Что, если это подразделение Zeta представляет собой набор полностью автономных операторов, централизованных под контролем только одного человека? Что, если Буз прав, и за всем этим стоит Аркадий Жуков, а не Петров? Все это время мы охотились за Маликом, называя его русским призраком, но он такой же, как мы. Он оружие, а не команда и контроль. Аркадий - настоящий русский призрак. Этого человека не фотографировали более пятнадцати лет”.

“Да, но чем это отличается от Ember? Джарвис создал нас и руководит шоу, а мы действуем в тени”.

“Это не одно и то же. Джарвис - DNI. Он очень заметен и полностью связан с иерархией IC и цепочкой командования. Да, мы работаем в тени, но по цепочке существует множество коммуникаций; Смит, Джарвис и Уорнер вносят свой вклад, и мы действуем как единое целое. Не поймите меня неправильно, я не говорю, что Ember - это демократия, но мы высоко интегрированы и используем командную модель. Что, если Zeta так не работает? Что, если Zeta обучит своих операторов, разместит их в своих NOCS, а затем активирует их текстовым сообщением или телефонным звонком с одним кодовым словом? Возможно, Zeta - это эволюция нелегальной программы Советского Союза времен холодной войны 1980-х годов. Похоже, у нее есть некоторые из тех же отличительных черт ”.

“ Возможно, но Малик скорее оператор, чем шпион. И мы знаем, что он координирует действия с другими агентами. Мы видели это в Турции и странах Балтии”.

“Да, но я не думаю, что эти активы принадлежали зетам — я думаю, что они были его активами. В Турции он использовал отколовшуюся фракцию РПК. В Нарве и Клайпеде это были наемные убийцы Амарова. Что, если modus operandi Аркадия заключается в том, чтобы каждый оперативник Zeta создал свои собственные автономные сети и использовал эти сети для выполнения миссий на местном уровне?”

“Это кажется не очень эффективным”, - сказал Демпси, скривив лицо. “Мастерство и талант команды были бы намного ниже нашего уровня. Мы бы надирали им задницы в каждом бою”.

“Да, но в девяноста девяти процентах миссий они не сражаются с Эмбер. Черт возьми, большую часть времени они сражаются с местными правоохранительными органами или гражданскими лицами. Мы все слышали старое выражение — совершенство - враг хорошего. Ну, это Дзета. Я думаю, что Аркадий использует иную парадигму, чем Джарвис, и, как бы мне ни было неприятно это говорить, подход Аркадия — для того типа операций, на проведении которых он сосредоточен, — может быть более эффективным. Мы пытаемся остановить анархию, хаос и терроризм, в то время как он пытается вызвать именно эти вещи. Представьте, что сотня зетов по всему земному шару прячется в своих НКО, готовые к выходу. Если одного чувака уберут, ничего страшного, потому что организация не рассчитывает на него ни в каких других миссиях, кроме тех, с которыми может справиться его сеть. Более того, ничто не связывает сеть этого агента с Россией. Это обеспечивает Аркадию дистанцию вытянутой руки и правдоподобное отрицание каждой проваленной операции. Это сработало с нами в Турции. Мы охотились за командованием РПК в поисках главаря. Только после того, как прибыла группа проверки, чтобы схватить Аллена, мы подтвердили причастность России. И я уверен, что это звонил не Малик. Он уже сбежал. Я хочу сказать, что дюжина зетов, работающих автономно и независимо со своей собственной сетью оплачиваемых активов, была бы намного дешевле и незаметнее, чем подставлять дюжину членов Оперативной группы, пытающихся выполнить ту же работу ”.

Демпси на мгновение задумался. - Господи, Лиззи, ты думаешь, это то, что здесь происходит на самом деле?

- Это теория, которую мы с Бузом обсуждали в течение последнего часа.

“Ну, это чертовски пугает”.

“Да”, - сказала она с торжественным кивком. “Потому что, как бы мы ни старались, даже если посвятим проблеме все наше время и ресурсы, мы никогда не решим их все”.

“Тогда нам не стоит и пытаться”, - сказал Демпси, потирая заросший щетиной подбородок.

- Что вы имеете в виду? - спросила она, застигнутая врасплох.

“Я имею в виду, ты прав, это было бы пустой тратой времени, потому что мы бы потерпели неудачу. Это бесконечная и разочаровывающая игра в "бей крота". Нам было бы лучше убрать человека, ответственного за выполнение задания. Нам было бы лучше сосредоточить все наши усилия на поиске и убийстве Аркадия.

- И молись, чтобы не нашелся кто-нибудь другой, кто унаследует от него кодовые слова, когда его не станет.

Он кивнул и поднялся со стула. - Я собираюсь немного поспать, - солгал он.

- Джон? - позвала она, останавливая его в дверях.

“Да?”

“Отличная работа сегодня вечером. Жаль, что меня не было там с вами, ребята”.

“ Спасибо, ” сказал он, поворачиваясь, чтобы посмотреть на нее. - Я отчасти рад, что на этот раз тебя там не было.

“Почему это?” - спросила она немного глухим голосом.

Он тепло улыбнулся ей. - Потому что, если бы ты была на “Икс", мы все были бы мертвы. Твое быстрое мышление и внимание к деталям - единственная причина, по которой мы выбрались. Спасибо за то, что ты, ну, такой, как есть.

При этих словах ее щеки порозовели, и больше ничего говорить не требовалось.

Он повернулся и направился в спальню. Три минуты спустя он лежал на спине, глядя вверх открытыми, но расфокусированными глазами. Вместо того чтобы зацикливаться на Элинор, его мысли были заняты новым делом — ужасающей теорией дзета-сетей Граймса и Буза. Потому что, если они были правы, русский призрак был не единственной их проблемой. Малик был там не один, и одному Богу известно, скольким таким же, как он, было поручено отомстить за то, что Эмбер только что натворила в Выборге.

ГЛАВА 35

Комплекс авиации общего назначения

Ньюпорт-Ньюс/Международный аэропорт Уильямсбург

26 Июня

0045 По местному Времени

Валериан смотрел в иллюминатор бизджета, думая о войне.

Россия и Америка оба были очень, очень хороши в этом, но они подходили к войне с совершенно разных точек зрения. Странным образом их национальные символы воплощали эти фундаментальные различия. Белоголовый орлан, величественный символ США, был высшим воплощением утонченности природы — он парил в вышине, ориентировался в сложных температурных условиях и ветрах, наблюдал за своей добычей с высоты, выжидая подходящего момента слабости или невнимательности, чтобы нанести удар. И когда орел, наконец, решил сделать свой ход, он сделал это с идеальным временем, траекторией и скоростью, поразив свою жертву с превосходной точностью, вонзив острый, как бритва, коготь в яремную вену.

Русские не были орлами и не питали подобных иллюзий.

Русские правильно выбрали медведя гризли в качестве символа своей национальной идентичности. В отличие от орла, который предпочитает парить над зоной боевых действий природы, участвуя только на своих условиях, медведь всю свою жизнь проводит в окопах. Медведь мигрирует не для того, чтобы спастись от зимних трудностей, и не улетает от испытания. Медведь терпит, медведь страдает, и медведь должен устанавливать свое господство над каждым претендентом в своих владениях снова и снова. В бою медведь наносит удар, призывая свою массу, свою силу и упорство сокрушить, расчленить и пережить своего противника.

Проблема с тем, как Валериан взаимодействовал с американцами, заключалась в том, что он забыл свою личность. Как дзета, он так долго вел себя как американский оператор, что забыл, как быть медведем. Валериан винил в этом Аркадия. Старик отказался от традиционных российских парадигм и обучил каждого дзета быть хищной птицей. Он даже окрестил выборгский тренировочный центр "Светлый сокол". Но в воздушном бою сокол проигрывает орлу в девяти случаях из десяти. Валериану надоело сражаться с американцами на их собственных условиях. И вот, планируя атаку на объект Ember, он решил, что пришло время вернуться к своим русским корням. В этом бою он будет медведем, а не соколом. Эта миссия не была связана с утонченностью и точностью. Сегодня вечером он собирался растерзать своего противника до смерти, и когда он закончит, оставшаяся туша будет разорвана на куски до неузнаваемости.

Частный самолет, который он зафрахтовал, чтобы доставить его и его коллег-дзетов в Ньюпорт-Ньюс, только что закончил рулежку. Коммерческий ангар располагался через взлетно-посадочную полосу от главного терминала и, следовательно, напротив ангара Ember, к северу от главного терминала, недалеко от конца ряда ангаров, в которых осуществлялись различные коммерческие операции. Валериан взглянул в иллюминатор левого борта на цель. Высокопоставленная шпионка Аркадия, Кэтрин Морган, предоставила Гавриилу достаточно информации для планирования операции. Первоначально трое других зетов воспротивились тактическому повороту Валериана, но он был очень убедителен - и как премьер он имел привилегию повышать свой ранг. Сегодня вечером они собирались ударить по Эмберу кувалдой с такой силой, что все высокотехнологичные средства наблюдения и контрмеры безопасности американцев окажутся бесполезными.

Дверь кабины открылась, и второй пилот вышел им навстречу.

“Эй, ребята, похоже, мы доставили вас сюда на несколько минут раньше. Вы сойдете на летное поле и направитесь в терминал, где мы доставим ваш багаж. Позвольте мне просто открыть дверь, и вы сможете идти своей дорогой, - сказал пилот, его взгляд остановился на Валериане.

“Спасибо, но если бы вы могли просто сказать носильщикам, чтобы они поставили наш багаж на летное поле, мы бы предпочли донести его сами”, - сказал Валериан с характерным американским акцентом. “Часть содержимого довольно деликатная и дорогая. Мы просто подождем на борту, пока все будет готово”.

Пилот пожал плечами, открыл и опустил воздушный трап. “ Поступайте как знаете, - сказал он. “Это был наш последний рейс на сегодняшний вечер, так что все в порядке”.

Пять минут спустя второй пилот сообщил ему, что багаж выгружен и ждет их на летном поле. Валериан и его четверо товарищей-дзетов вышли из самолета и обнаружили, что их сумки и твердые ящики сложены в кучу. Грузчик стоял рядом с квадроциклом-мулом, прицепленным к небольшому бортовому прицепу.

“Вы уверены, ребята, что не хотите, чтобы я отвез это барахло к терминалу вместо вас?” - сказал мужчина. “Это довольно много материала”.

“ Нет, спасибо, ” сказал Валериан, направляясь прямо к своей сумке. Он расстегнул молнию на нижнем отделении, сунул руку внутрь, и его пальцы нащупали пистолет HK VP9 с установленным глушителем. Быстрым, плавным движением он вытащил оружие и выстрелил грузчику в лоб еще до того, как тот понял, что происходит. Затем он спокойно поднялся по трапу обратно в самолет, где убил пилота и второго пилота одним выстрелом в голову каждому.

К тому времени, когда он вернулся на взлетно-посадочную полосу, двое его товарищей по команде уже забросили тело грузчика в багажное отделение в брюхе самолета и закрывали люк. Тем временем Гавриил открыл самый большой из пластиковых футляров и быстро и умело заправлял EPFCG — генератор сжатия потока со взрывной накачкой — одно из десятков подобных устройств, которые русские зеты контрабандой ввезли в Соединенные Штаты и спрятали в крупных городах США, чтобы вывести из строя критически важную телекоммуникационную инфраструктуру и электросети в случае неядерного конфликта с Америкой. Эти устройства стали результатом пятидесятилетней доработки оригинальных генераторов электромагнитных импульсов, впервые разработанных в Советском Союзе в 1951 году. Их устройство использовало заряды взрывчатки для быстрого сжатия магнитного поля, высвобождая тем самым единый концентрированный и чрезвычайно мощный всплеск электромагнитной энергии. Возникающая в результате электромагнитная волна поджаривает электрические компоненты и делает их неработоспособными, если они не защищены электромагнитным экраном или клеткой Фарадея.

“Готово”, - сказал Гавриил, отходя от открытого ящика и направляясь к "Мулу 4х4", где Валериан и двое других зетов загружали в трейлер последние свои сумки.

Мгновение спустя все пятеро мужчин уже сидели в квадроцикле, мчавшемся по летному полю к ангару Ember. Когда они пересекали взлетно-посадочную полосу, Валериан посмотрел налево и увидел снижающиеся огни приближающегося самолета. По его лицу расползлась злорадная ухмылка. Это должно быть интересно, подумал он. Двадцать секунд спустя он затормозил у ангара Ember и повернулся к Гавриилу.

- Сейчас, - сказал Валериан, и Гавриил нажал кнопку на пульте дистанционного управления.

Сначала ничего не произошло, и он уже собирался сказать Гавриилу, чтобы тот нажал кнопку еще раз, но потом услышал приглушенный хлопок, и весь аэропорт погрузился во тьму. Неядерный ЭМИ не был похож на бомбу — ни на сверкающий огненный шар, ни на летящую шрапнель, ни на сотрясающую ударную волну. На самом деле, Валериан даже не мог сказать, что цунами электромагнитной энергии только что прокатилось по каждой клетке его тела; это было так, как будто ничего не произошло.

Однако прибывший самолет, современный пассажирский реактивный самолет, управляемый по проводам, рассказал совсем другую историю. Он наблюдал, как самолет, находившийся на средней скорости, немедленно отклонился от курса, а затем ударился о землю с такой силой, что у него сломалась посадочная стойка правого борта. Самолет накренился, завертелся и с ужасающим грохотом выкатился за пределы взлетно-посадочной полосы.

Отличное развлечение для аварийных служб, на котором можно сосредоточиться,подумал он. Спасайте мирных жителей там, пока мы убиваем ваших воинов-теней здесь.

Он снова обратил свое внимание на ангар Ember, в котором теперь было совершенно темно, и приступил к работе. Несмотря на то, что они никогда раньше не работали вместе, его команда из четырех человек действовала быстро, бесшумно и целеустремленно, как в улье. Пока Гавриил открывал второй жесткий футляр, коробку с электромагнитным экраном, которая защищала их электронное оборудование во время электромагнитного взрыва, Валериан раздал бронежилеты и оружие. Юков распаковал взрывчатку, пока Франко готовил их противогазы, а Костя раздавал газовые гранаты CS/ OC. Тридцать секунд спустя они были полностью экипированы, в респираторах, с подключенной связью и устремленными на цель глазами.

Валериан и Гавриил двинулись налево, в то время как остальные пошли направо. В дополнение к массивным дверям ангарного отсека, в здании были традиционные распашные двери с северной и южной сторон здания. Первоначальный план состоял в том, чтобы прорваться одновременно и зайти с обеих сторон, чтобы очистить ангарный отсек объединенными командами из двух человек, но одного взгляда на обстановку было достаточно, чтобы Валериан изменил план. Главные двери представляли собой прочные баллистические плиты с каркасами из закаленной стали, на которых, вероятно, использовались многоточечные запирающие болты.

“К черту эти двери”, - сказал Валериан по каналу связи. “Будет легче проделать дыру в двери ангарного отсека”.

- Проверка, - сказал Юков по радио.

Гавриил кивнул в знак согласия, рванул за угол обратно к двери ангарного отсека и установил мощный подрывной заряд. Пять секунд спустя он снова завернул за угол, прижавшись плечом к плечу с Валерианом.

- Чисто, - сказал Гавриил.

- Заткнись, - сказал Валериан, затыкая уши.

Последовавший взрыв потряс стену, к которой они прижимались спинами, и был самым громким взрывом, который когда-либо слышал Валериан. Но это не имело значения. Время было их врагом, и Гавриил знал это. Ему пришлось допустить ошибку в сторону излишеств, потому что у них не было времени попробовать еще раз, пока они не добьются нужного результата. Мгновение спустя Валериан и Гавриил были уже на ногах и выбежали из-за угла. Сквозь неровную, зияющую четырехфутовую дыру в двери ангара виднелась внутренность ангара, светившаяся тусклым, жутковатым янтарем.

- У них химические аварийные огни, - раздраженно сказал Гавриил.

Даже сквозь маску выражение лица Гавриила говорило ему, что его собеседник рассчитывает тот же риск и вознаграждение, что и он. Были велики шансы, что они откроют огонь при входе.

- Три, газ, - сказал Валериан.

Франко подошел к дыре и направил в пустоту широкий ствол своего русского гранатомета 6G30 - револьверного типа. Он выпустил три снаряда, каждый из которых издавал глухой звук удара, когда он обстреливал левую, среднюю и правую стороны ангара.

“ Термальные? - Спросил Валериан у Гавриила.

Оператор достал ручной тепловизор и просканировал внутреннюю часть ангара. “Два тела, оба вооруженные, но они бегут к самолету”.

- Уходите, пока они не забрались внутрь самолета, - сказал Валериан Юкову, который стоял рядом со штурмовой винтовкой наготове и включенным лазерным целеуказателем.

“Зета” проскользнула в ангар, и Валериан услышал три выстрела, за которыми секундой позже последовало сообщение по радио "Чисто". - Две “КИА”.

Валериан и трое его товарищей по команде нырнули через дыру в ангар, который быстро заполнялся клубами слезоточивого газа. Валериан оглядел совершенно невзрачное здание в поисках потайного входа, который описала Кэтрин Морган.

“Там”, - сказал Гавриил и указал на металлический шкафчик с двойными дверцами, расположенный у стены на южной стороне здания. “Это скрытый доступ к лифту. Вам нужен код, чтобы открыть двери и вызвать кабину лифта”.

- Дуй отсюда, - сказал Валериан.

Гавриил подбежал к шкафчику и установил еще один большой пролом в основании шкафа, посередине дверцы. Он отступил назад, быстро оценил расположение, затем укрылся и взорвал заряд. Металлический шкаф взорвался, разлетевшись кусками искореженного листового металла во все стороны, при этом основная часть шкафа приземлилась неповрежденной с оглушительным стуком в двадцати футах от нас.

Валериан двинулся к потайному входу, Франко, Юков и Костя бежали шаг в шаг рядом с ним. Там, где когда-то был шкаф, теперь была лишь зияющая дыра, обрамленная искореженной арматурой, торчащей из бетонного пола. Он посмотрел вниз по шахте и увидел верхнюю часть лифта, который, благодаря ЭМИ, застрял в нерабочем состоянии внизу. Валериан посмотрел на Юкова и глазами отдал приказ. Дюжий зета кивнул и бросил в шахту целый кирпич С-4, подключенный к дистанционному детонатору. Они дружно отступили назад, закрыв уши.

Юков нажал кнопку беспроводного детонатора, и С-4 превратил шахту лифта в гигантскую вертикальную пушку, выпустив столб пламени к потолку ангара вместе с массивными кусками шрапнели, пробившими дыры в крыше. Как только пламя утихло, зеты вернулись к тлеющей дыре, и в унисон каждый мужчина вытащил из сумки черную нейлоновую альпинистскую веревку, завязал один конец и продел другой конец через блок, прикрепленный спереди к их соответствующим комплектам. Прежде чем спуститься, Франко бросил в отверстие одну гранату со слезоточивым газом. Валериан подержал их на пять секунд, давая газу время заполнить шахту и скрыть их спуск от любого, кто мог бы попытаться заглянуть снизу. По сигналу его руки они бесшумно спустились по обугленной шахте лифта. Крошечные язычки пламени вспыхивали тут и там, когда горели куски обнаженной изоляции, отчего струйки темно-серого дыма спиралью поднимались вверх в поднимающемся облаке газа.

Добравшись до того, что осталось от кабины лифта, он остановил команду в воздухе, чтобы осмотреть точку доступа. Верхняя часть вагона была полностью разрушена, а двойные двери, ведущие из шахты в Эмбер Компаунд, были выгнуты наружу, образовав узкую щель. Валериан посмотрел на щель и помолился, чтобы они смогли протиснуться в нее, потому что открыть бесформенные двери на ходу было бы невозможно. И если бы им пришлось подняться, чтобы произвести еще один заряд, то миссия была бы настолько отклонена от графика, что они, вероятно, потерпели бы неудачу.

“ Еще бензина, ” сказал он, поворачиваясь к Франко. - Двое проскочите в щель, затем бросьте светошумовую шашку.

Франко кивнул и соскользнул на дно шахты, мягко приземлившись. Он выпустил две последние газовые гранаты в щель между дверями лифта, бросил гранатомет, выдернул из жилета светошумовую шашку и тоже швырнул ее в щель. Светошумовая шашка сработала в тот момент, когда Валериан и трое других зетов приземлились рядом с Франко, который преклонил колено и теперь выпускал продолжительный залп через брешь. Зета опустошил весь свой магазин, слепо, но систематически поливая из шланга все, что и кто бы ни был по другую сторону.

Франко отошел в сторону, чтобы сменить магазины, в то время как Юков взял инициативу на себя и протиснулся в щель между дверями лифта. Следующим пошел Гавриил, за ним Франко и Костя, а Валериан последним вошел в задымленный, наполненный газом комплекс Ember. Его респиратор шипел в такт с каждым вдохом, пока он продвигался в логово врага. Его багровый лазерный прицел прочертил угрожающую линию сквозь клубящийся ядовитый туман, пока он искал свою первую цель.

Без предупреждения тишину разорвала трехзарядная очередь - пули просвистели в нескольких дюймах от его левого уха.

И вот это начинается, подумал он. В конце концов, он смог выпустить убийцу на свободу без всяких ограничений.

Сегодня вечером определится победитель битвы между Зетой и Эмбер.

И началась бы война между Россией и Америкой.

ГЛАВА 36

Кабинет директора Ember

Комплекс Эмбер

Ньюпорт-Ньюс/Международный аэропорт Уильямсбург

26 Июня

0110 По местному времени

После тринадцати лет службы в армейском спецназе, большую часть - в элитном подразделении первого уровня "Дельта Форс" по борьбе с терроризмом, Шейн Смит позволил себе роскошь верить, что прожил счастливую жизнь. Как оператор, он водил команды в самые мрачные места мира, сталкивался с самыми жестокими противниками и все же вышел с другой стороны с несколькими шрамами, свидетельствующими об этом. План, составленный в последнюю минуту, всегда срабатывал, вражеская пуля всегда едва не промахивалась, а когда дело доходило до драки, кавалерия всегда подоспевала как раз вовремя. И несмотря на все это, он улыбался и ловил себя на мысли —если бы я должен был умереть, я бы уже был мертв.

Но когда отключилось основное электричество и взрыв потряс комплекс с такой силой, что стеклянная стена конференц-зала разлетелась вдребезги, он подумал, что в Ньюпорт-Ньюс попала тактическая ядерная бомба. Теперь, когда ядовитый дым заполнил “неприступную” подземную крепость Эмбера, все его иллюзии о неуязвимости развеялись.

В случае обычного отключения электроэнергии надежная система резервного питания Ember мгновенно восстановит питание и вернет все системы в рабочее состояние. Но по какой-то причине этого не произошло. Работали только их важнейшие системы, те, что были защищены электроникой. Все камеры наблюдения наверху и ангарные системы были заложены кирпичом, что подтверждало его теорию о тактическом ядерном взрыве. К счастью, инженеры, построившие это сооружение, спроектировали его так, чтобы оно выдерживало электромагнитный импульс, который обычно выводил из строя все их системы. Электромагнитное экранирование и заглубленный кабель, который тянулся к вспомогательной антенной вышке в двух милях отсюда, гарантировали передачу его сигнала бедствия Джарвису. Он не знал, сколько времени потребуется ДНР, чтобы мобилизовать QRF из Кэмп-Пири на севере или отряды морских котиков в Вирджиния-Бич на юге, но он точно знал, что это займет слишком много времени. Приближающийся "Эмбер боинг" с Демпси и его бандой был их лучшей надеждой, и они были в десяти минутах полета. К тому времени, когда прибудет кавалерия, все, что здесь должно было произойти, будет закончено.

Десять минут — и все. В этом разница между жизнью и смертью. Если бы "Боинг" вылетел всего на десять минут раньше, если бы ветер дул им в нос лишь немного слабее, если бы они развили скорость всего на пару узлов больше - если бы что—либо из этого произошло, то Подразделение специальных операций Ember уже занималось бы нападавшими. И у нас был бы шанс.

Но у них не было этих минут, не так ли? Так что держать оборону выпало ему, Мартину и Латифу. Адамо и Баз Уилсон умели обращаться с огнестрельным оружием, но они не были опытными операторами. Остальной персонал, присутствующий здесь сегодня вечером, включая Чипа и Дейла и Аманду Аллен, нуждался в защите. А потом предстояло уничтожить все , что могло быть взято и собрано врагом . . .

Смит открыл приложение и ввел свой идентификатор пользователя и пароль.

Аварийный протокол Omega. Активировать?

Он дважды щелкнул по значку "ДА" под приглашением.

Аутентифицировать?

Когда он набирал свой семнадцатизначный командный код - код, который он никогда и за миллион лет не предполагал использовать, — взорвалась граната и раздались автоматные очереди за пределами его кабинета. Эмбер был темнее черного. Лишь несколько человек на земле вообще знали об их существовании, и еще меньше знали об этом объекте, не говоря уже о его точном местонахождении.

Как, черт возьми, это возможно?

После последнего нажатия клавиши он нажал “Ввод”.

Казнен . . .

Смит натянул на голову комплект бронежилета и схватил штурмовую винтовку SOPMOD M4, когда программа "выжженная земля" начала запускаться. Он быстро распространился бы по всей сети Ember, уничтожив каждый файл на каждом сервере, жестком диске и даже ноутбуке, подключенном к системе.

К миксу присоединился SOPMOD M4 fire, и он знал, что Мартин и Латиф были в ссоре.

Он коснулся наушника, чтобы активировать связь, и направился к двери кабинета.

“Эмбер - Одна из Них. Первый, Второй и Третий будут удерживать оглавление, в то время как Четвертый и Пятый выведут остальную команду на Омегу ”, - сказал он, имея в виду практически неприступную безопасную комнату в самой задней части комплекса. В комнате "Омега" были бетонный пол толщиной двенадцать дюймов, стены и потолок с титановой облицовкой. Резервуары для О2 и скрубберы для CO2 были внутренними, и в помещении было собственное устройство аварийной связи со специальной заглубленной жесткой линией и достаточными запасами еды и воды. Весь персонал Ember мог бы продержаться внутри до пяти дней — если бы они смогли добраться туда вовремя, чтобы запечатать дверь.

Смит осмотрел свою винтовку, поворачивая налево и направо, когда выходил из своего кабинета и шел по короткому коридору за оглавлением. Он обнаружил Адамо, присевшего на одно колено и стреляющего из винтовки в ТОЦ, толстая стеклянная дверь была прислонена к его бедру. Уилсон был рядом с ним, стреляя из своей винтовки в гущу боя. Смит отметил, что ни у одного из них не было гарнитур или раций, поэтому его последняя команда осталась без внимания. Аллен стоял позади Адамо, стреляя из пистолета через плечо Оперативного офицера. Она повернулась и посмотрела на него широко раскрытыми глазами.

“ Что происходит? - спросила она срывающимся голосом.

“Я не знаю, но мне нужно, чтобы все отступили к Омеге”, - скомандовал Смит.

Аллен застыла, не сводя с него глаз.

“Кто они? Чего они хотят? Мы уже перевели Сильви Бессонову и Амарова на секретный сайт ЦРУ”.

Он положил руку ей на плечо, и ее взгляд вернулся к настоящему.

“Если это русские, то они этого не знают. Теперь двигайтесь”, - скомандовал он.

“Я нужен тебе здесь”, - сказал Адамо в перерыве между контрольными очередями из своей винтовки. “Мартин ранен”.

“ Прекрасно. Аллен, убирайся отсюда к черту. Если злоумышленники доберутся до безопасной комнаты раньше нас, заприте дверь.

- Без тебя? - спросила она, приоткрыв рот.

Он кивнул. “Но не волнуйся, мы будем там”.

Смит снова переключил свое внимание на ТОС, где увидел Луку Мартина, распростертого лицом вниз на полу, в луже крови рядом со своей винтовкой. Стеклянные двери напротив них полностью исчезли. - Уходи, - рявкнул он, и Аллен побежал по коридору к деревянной двери, ведущей в общую комнату.

Слева от него Латиф вел регулярную трехзарядную стрельбу из-за опрокинутого стола. Сквозь дым, который теперь заполнил ЦОН, Смит увидел движение и пересекающиеся лучи лазерных указателей в небольшом вестибюле вестибюля.

-Перезаряжай! - крикнул Латиф с того места, где он присел.

Смит склонился над Адамо, выпустив две очереди по три патрона в дым, пока Латиф менял магазин. Боковым зрением Смит увидел, как красный прицельный лазер нацелился Латифу в висок, но прежде чем Смит успел выкрикнуть предупреждение, бывший –Зеленый берет" откинулся назад, из другой стороны его головы брызнула кровь.

Мартин и Латифа. . . оба ушли.

В ноздри Смиту ударил безошибочно узнаваемый запах боевого газа.

О черт . . .

“Отступай к Омеге”, - крикнул он, сжимая плечо Адамо и кивая Уилсону рядом с ним. Уилсон выпустил очередь в собирающееся облако ядовитого газа, одновременно нажимая на педали назад. Задержав дыхание, с глазами, начинающими слезиться, Смит дал последний залп по приближающейся тени.

“ Граната! Адамо заорал, и Смит почувствовал острую боль, когда Адамо врезался в него, ударив по левой стороне грудной клетки с такой силой, что Смит почувствовал треск. Подкат отбросил его по коридору. Он упал на правое колено и удержался на вытянутой левой руке, обе руки от удара пронзила боль. Следующим ударом была взрывная волна, окутавшая его жаром, и мир исчез в белой вспышке, ослепившей его. Он развернулся влево и поднял винтовку, крепко зажмурив глаза. Когда полсекунды спустя к нему вернулось зрение, мужчина в черном "Номексе" и противогазе выходил из-за угла через дверь. Нападавший держал малолитражный пистолет-пулемет и выпускал пули по дуге. Рефлекс взял верх, и Смит поместил свою красную точку на голову мужчины и нажал. Три пули с интервалом в миллисекунды пробили голову мужчины.

“Отойди, Баз”, - закашлялся он, крича мужчине позади себя. Струи слезоточивого газа преследовали их со змеиной злобой. “Мы захвачены”.

Отступая по коридору, он большим пальцем правой руки перевел винтовку в режим одиночного выстрела, скорее инстинктивно, чем осознанно. Второй нападавший вошел в дверь общей комнаты, и Смит выстрелил, но этот засранец отступил как раз вовремя.

“ Где Адамо? - Крикнул Баз, стреляя и отступая.

Смит смотрел достаточно долго, чтобы увидеть, что осталось от Адамо на полу, там, где он спас Смиту жизнь.

- Он не выжил.

Волна страха и ярости захлестнула Смита, и он обернулся, чтобы обрушить ад на приближающихся нападавших, но вместо того, чтобы увидеть вражеских стрелков, вторая граната отскочила в коридор. Смит повернулся и схватил Уилсона, выталкивая их обоих через приоткрытую дверь в общую комнату. Взрывная волна отбросила его на оставшуюся часть пути в комнату, и он почувствовал жгучую боль в левой ноге — как будто кто-то обжег его паяльной лампой. Он приземлился прямо на Уилсона, который быстро выбрался из-под него.

- Нам нужно двигаться, Смит, - сказал Баз, хватая его под левую подмышку.

Смит перевел свой М4 обратно на трехзарядный режим и выстрелил несколько раз, пока Уилсон тащил его за аптечку. Смит пинал его по ногам, пятки были скользкими от крови, он скользил, пытаясь удержаться. Он снова и снова стрелял в дверной проем позади них, пока Уилсон с невероятной скоростью тащил его через комнату. Следующее, что он помнил, они прошли через общую комнату и оказались в спальной комнате. Уилсон поднял Смита на ноги и встретился с ним взглядом.

“Ты в порядке, чувак?” - спросил человек из ЦРУ, его лицо было напряженным и покрытым потом.

Смит перенес вес тела на поврежденную левую ногу, почувствовал укол боли и теплую кровь, которая свободно потекла в ботинок, но нога выдержала его вес.

“ Хорошо, ” он кашлянул и несколько раз глубоко вдохнул чистый, незагрязненный воздух. Он вытер реку соплей, текущую из его носа, и сморгнул слезы, когда стальной взгляд Буз сфокусировался на нем. “ Боже, ты крут, как для. . . Чего? Семидесятилетнего?

“ Пошел ты, пацан, - сказал человек из ЦРУ с боевой улыбкой, а затем потянул за свой комплект. - Пошли.

Очередь из стрелкового оружия ударила в закрытую дверь позади них, когда они пробежали через спальню и вышли в шкафчики, где хранили свое оружие и снаряжение. Теперь он хромал, его левая нога протестующе ныла, несмотря на адреналин, подпитывающий его отступление. Они пробежали промежуток между параллельными рядами клеток — шесть больших, в которых хранилось снаряжение членов ПЕЧАЛЬНОЙ команды, а затем клетки поменьше для аналитиков и администраторов, в последнюю, как он внезапно понял, входил и он, несмотря на то, что на одной большой ПЕЧАЛЬНОЙ клетке все еще было имя “СМИТ” рядом с незапертыми воротами.

Непреодолимое желание схватить свежий журнал было непреодолимым, но на это не было времени. Мощный взрыв потряс спальню позади них, за ним немедленно последовала пулеметная очередь, когда нападавшие методично прокладывали себе путь к ним, бросая гранаты перед каждым проломом в двери. Смит почувствовал, как волна головокружения, а затем и тошноты захлестнула его, когда они выходили из аппаратной, и он споткнулся о дверной косяк, прежде чем выйти в коридор вслед за Уилсоном. Теперь боль в ноге сменилось онемением, хотя каким-то образом конечность все еще слушалась его команд. Он посмотрел вниз и увидел, что его левая штанина пропиталась ярко-красным.

Перерезал гребаную артерию. Я истекаю кровью. . .

Дверь с правой стороны коридора приоткрылась, и внутрь хлынул свет. Он поднял винтовку, заметив, что она на ощупь невероятно тяжелая и ему с трудом удается удерживать ее ровно. Но вместо нападавших в масках в промежутке появилось лицо Аманды Аллен, а за ее спиной стояли молодые протеже Болдуина, Чип и Дейл. Он опустил оружие, и троица вышла из конференц-зала в коридор.

- Комната Омеги через две двери, - сказал кто-то.

- Поторопись, - сказал кто-то еще.

“ Где Болдуин? - Спросил Смит, когда на него накатила волна легкомыслия.

“ Его сегодня здесь нет, ” сказал Чип - или это был Дейл? Он услышал смешок и понял, что это был он, смеющийся по какой-то причине.

“Я не знал кода доступа”, - сказал Аллен, когда они шаркали по коридору. “Он не очень хорошо выглядит”, - добавила она, но теперь он подумал, что она разговаривает с Бузом.

Он кивнул, в голове у него снова прояснилось.

Я все еще вижу в цвете. У меня осталось немного времени, чтобы наложить жгут.

“Шейн, никто из нас не знает кода”, - сказал Баз, прислоняя его к стене рядом с титановой дверью. “Тебе придется это сделать. Поторопись”.

Он сглотнул и посмотрел на биометрический сканер и клавиатуру на стене рядом с дверью. Он нажал кнопку, и панель повернулась на девяносто градусов, обнажив плоский кусок черного стекла за ней. Смит вытер окровавленную ладонь о рубашку, затем прижал правую руку к пластине. Считывающее устройство загорелось зеленым, и он попытался ввести шестизначный код, но его указательный палец не смог найти нужные кнопки.

“Я сделаю это за тебя”, - сказал Аллен. “Какой код?”

Он посмотрел на нее, и она выглядела такой хорошенькой . ... сияющей . . .

“Шейн, какой код?” - настойчиво спросила она.

“Четыре, девять, девять, семь, два, четыре”, - сказал он и удивился, как тихо прозвучал его голос.

Он почувствовал прикосновение к руке и поднял глаза на Уилсона, на мгновение растерявшись, но Уилсон указал назад, в конец коридора, и он понял. Они приближались. Он поднял винтовку, едва способный поднять ее сейчас, и наблюдал, как точка прицеливания неуверенно танцует на двери в аппаратную. Рядом с собой он услышал звуковой сигнал и шипение, когда дверь в безопасную комнату открылась наружу, в коридор.

“ Все внутрь! ” крикнул он. Его голос прозвучал металлически в набитых ватой ушах. “ Поторопитесь. Даже для него команда прозвучала невнятно.

Перед ним задвигались тени, и он выстрелил, понимая, что Уилсон, стоявший рядом с ним, уже стрелял. Вспышки выстрелов заплясали перед ним, когда вражеские пули засвистели в их сторону по коридору. Боковым зрением он видел, как его люди пригибались и пробирались через брешь в безопасное место.

- Вперед! - крикнул Баз, когда вражеский огонь сотряс пол и стены вокруг них.

Раздался винтовочный выстрел, и стройный молодой человек, которого они звали Дейл, который всегда носил классическую рок-футболку и держал в руке пенистый латте, подался вперед, как будто кто-то ударил его по затылку палкой два на четыре, и его тело рухнуло через порог, наполовину войдя, наполовину вылетев из безопасной комнаты. Аллен что-то закричал, когда она схватила Дейла за запястья и втащила его внутрь. Смит увидел, как черные тени быстро надвигаются, почти на них. С приливом адреналина где-то глубоко внутри он схватил Уилсона и втолкнул его в дверь как раз в тот момент, когда пуля пробила сбоку его левое плечо. В груди у него сразу же стало тесно и тяжело, и он покачнулся на ногах. К его ужасу, Аллен шагнула в образовавшийся проем и протянула руку, чтобы втащить его в комнату, но затем застыла, глядя мимо него широко раскрытыми глазами.

“Ты... ... ” - произнесла она долгим горячим вздохом.

Смит повернулся, как в замедленной съемке, лицом к врагу — оператору, держащему в одной руке компактный пулемет, а в другой противогаз.

На мгновение он подумал, что это Демпси пришел их спасать, но затем темноволосый клон Демпси сказал: “Какой неожиданный сюрприз. Как приятно снова видеть тебя, Аманда. - Его зубы сверкнули в хищной ухмылке.

Это был он — Малик. Русский призрак. Заклятый враг Демпси.

Собрав все силы, какие еще оставались в его теле, Смит втолкнул Аллена обратно в безопасную комнату.

“ Нет! Малик закричал.

Вспышки белого света появились в поле его зрения, когда ему показалось, что в грудь попали четыре последовательных удара твердым мячом. Отчаянные руки вцепились в его чемоданчик через закрывающуюся щель, но Смит отбил их, используя вес своего тела, чтобы захлопнуть дверь. Когда он соскользнул по плитке, его ноги подкосились, он услышал, как щелкнул магнитный замок, запирая комнату позади него.

“ Нет, нет, нет . . .”

Он не мог вспомнить, кто кричал на него и почему.

Реальность изменилась, словно радужный пузырь, расширяющийся вокруг него, и он оказался лежащим на площадке питчера после того, как мяч попал ему в правую часть груди. Она горела как огонь , когда он попытался сделать вдох . ... а потом его отец стоял над ним, глядя сверху вниз с любовью и заботой, его камуфляжная охотничья куртка woodland темнела на фоне летнего голубого неба.

Ты в порядке, сынок?

Он хотел быть мужчиной. Он хотел быть похожим на своего отца, но это было так больно.

- Я в порядке, - выдохнул он, и его отец улыбнулся.

Но это было неправильно. Его отец был мертв. Мертв и похоронен.

Его отец тихо заговорил, окруженный солнечным светом позади него.

Это мой маленький человечек.

“ Где американский оператор? Где человек, который, по вашему мнению, мог меня убить?

Смит поднял голову, лицо его отца то появлялось, то исчезало. Он протянул назад левую руку, нащупал почти незаметный шов на запечатанной двери и улыбнулся липкой улыбкой, его губы растянулись в кровь.

“Иду за тобой”, - сказал он русскому призраку и попытался рассмеяться, но получилось только бульканье, когда кровавый пузырь вырос у него на губах и лопнул.

“ Хорошо, ” сказал русский. - Тогда он может присоединиться к вам в аду.

Смит попытался выдавить “пошел ты”, но не смог, поэтому вместо этого медленно поднял средний палец левой руки, когда русский призрак исчез и его отец материализовался вновь.

Я люблю тебя, папа. Надеюсь, ты мной гордишься.

“ Ты это сделал, сынок. Ты всегда это делал.

Он не видел дуло, направленное ему в лоб.

Он не услышал треска пороха , когда ружье разрядилось , и не почувствовал боли , когда пуля вошла ему в череп . . .

Только ослепительный белый свет, покой и угасающая уверенность в том, что Эмбер все еще стоит и это не конец всего, что он построил.

ГЛАВА 37

Валериан отвел взгляд от американца, которого только что казнил, и посмотрел на часы. Отставание от графика на одну минуту. Стрельба прекратилась, и он предположил, что его люди захватили здание, но там еще оставались помещения, которые нужно было очистить.

- СИТРЕП, - сказал он в микрофон.

“Три - это КИА”, - сказал Гавриил, имея в виду дзета по имени Франко. Гавриил стоял в метре от него, все еще осматривая свою винтовку, и микросекундой позже он услышал мужской голос как через открытый микрофон, так и вслух в комнате рядом с ним.

“ Четвертый и Пятый в полной боевой готовности, ” доложил Костя, отвечая за него и Юкова. “Мы зачищаем все пропущенные места до входа, а затем соберем информацию из их оперативного центра”.

Боевой газ уже добрался до заднего коридора, и хотя концентрация была низкой, действие было высоким, и Валериану пришлось снова надеть маску. Поскольку они применили газ при входе, было крайне маловероятно, что за ними скрывались американские угрозы. Спрятаться было просто невозможно, когда ты не мог сделать ни единого вдоха без кашля.

“Мы на минуту отстаем от графика”, - сказал он в микрофон. “ Четвертому и Пятому отойти ко входу, но я хочу, чтобы вы наверху обезопасили ангар, готовясь к выходу. Во-вторых, отправляйся в оперативный центр за данными, а я обыщу оставшиеся комнаты в поисках наших захваченных товарищей.

“Проверяю”, - последовал ответ от Кости.

Валериан обернулся и увидел Гавриила, стоящего позади него с винтовкой наготове. - Хочешь, я помогу тебе убраться?

“Нет”, - сказал Валериан. “У нас нет времени. Наши шансы на побег уже уменьшаются. И американский QRF, несомненно, уже в пути ”.

- А если ты найдешь здесь Амарова и Сильви, что тогда?

Валериан провел указательным пальцем по шее.

Гавриил кивнул, но Валериан заметил мгновенную вспышку в глазах собеседника. Гнев, сожаление, разочарование . . . он не был уверен. Однако в чем он был уверен, так это в том, что Гавриил получил свой собственный набор приказов от старика, приказов, которые, как был уверен Валериан, включали в себя пулю ему в лоб. Если бы их ситуации поменялись местами, Валериан совершил бы это дело, пока они все еще были под землей. Он будет использовать Гавриила, чтобы тот помогал ему до самого последнего момента — помогал собирать информацию и расчищать помещения, — потому что сроки уже были слишком короткими, чтобы сделать это в одиночку. Он настаивал на том, чтобы быть последним, и позволял Гавриилу начать подъем по шахте лифта, чтобы его руки были заняты, оружие убрано, а внимание сосредоточено на выходе. Вот тогда Валериан нажимал на спусковой крючок.

Или он мог бы сделать это прямо сейчас . . .

“ Есть что-нибудь еще? - Спросил Валериан, желая, чтобы его палец оставался на спусковой скобе.

“Нет”, - сказал другой мужчина, развернулся и побежал прочь. “Это просто позор; мне нравилась Сильви”.

Валериан смотрел, как он исчезает за дверью в другом конце коридора. Когда он убедился, что это не обман и Гавриил не вернется, он поднял винтовку и осмотрел коридор в поисках других комнат и выходов. Лифт не мог быть единственным способом доступа на объект Ember. Во время пожара американцы не ожидали, что их главная секретная служба будет выбираться из шахты лифта. Нет, где-то должен быть спрятан аварийный выход.

Он быстро очистил единственные другие комнаты в этом заднем коридоре, пустую научную и механическую. Механический цех был оснащен насосами, клапанами, регуляторами подачи воздуха и рядом аккумуляторных блоков размером с шкаф. В дальнем конце комнаты на большой тележке на колесиках висело противоаварийное снаряжение — EAB, тяжелые огнестойкие куртки, ботинки и шлемы. Если бы он не искал потайной выход, то совершенно не заметил бы дверь за ним. Он подбежал к стеллажу и отодвинул его в сторону, открыв металлическую дверь с простой табличкой, на которой было написано "XIT. У него не было ручки или перекладины, но была трехточечная магнитная система фиксации и небольшой видеоэкран, встроенный в центр плиты. Когда он оказался в двух футах от двери, экран ожил и отобразил изображение того, что находилось по ту сторону в режиме реального времени — эквивалент “глазка” двадцать первого века.

“ Умно, ” пробормотал он и толкнул дверь, но она не поддалась. Он осмотрел дверной проем, увидел красную кнопку в виде поршня и нажал ее. Запирающие засовы сдвинулись с тройным щелчком, и после второго толчка дверь открылась в бетонный туннель, освещенный тускло мерцающими желтыми лампочками на потолке.

“Раз, два”, - произнес голос Гавриила у него в ухе. “Похоже, они запустили программу выжженной земли на своих серверах. Я извлек четыре твердотельных накопителя и несколько файлов из кабинета директора, которых не было в сейфе, но это все, на что у нас есть время ”.

“ Проверьте. Я закончил зачистку; наших людей здесь нет. Должно быть, они перенесли их в другое место, ” сказал Валериан. “Начинайте отход и двигайтесь к месту сбора. Я буду прямо за вами”.

“ Я подожду тебя, ” сказал Гавриил. - Поторопись.

Валериан улыбнулся и придвинул стойку с оборудованием обратно к двери. “Па, я сейчас буду”.

Он осторожно прислонил запасную дверь к раме, чтобы не издать ни звука, а затем со всех ног помчался по туннелю. Кэтрин Морган не сообщила ни о выходе, ни о туннеле, и он не видел на спутниковых снимках ничего, что указывало бы на то, где этот туннель заканчивался. Он может высунуть голову посреди безлюдного поля или, что столь же вероятно, войти в охраняемое здание, где его встретят под дулом пистолета.

Фаталистическая ухмылка расплылась по его лицу при виде этого космического броска костей, который вот-вот должен был решить его судьбу. Что бы ни случилось дальше, по крайней мере, он испытывал удовлетворение от осознания того, что, если придет его время уходить, он покинет мир на своих собственных условиях, а не на тех, которые предписывал человек, которого он когда-то считал отцом.

ГЛАВА 38

Рулежная дорожка к корпоративным ангарам на пандусе авиации общего назначения

Ньюпорт-Ньюс/Международный аэропорт Уильямсбург

26 Июня

0125 По местному Времени

Демпси переминался с ноги на ногу, обутый в ботинки, взад-вперед, тщетно пытаясь рассеять нарастающую внутри него тревожную энергию. Его левая рука метнулась к рюкзаку, проверяя снаряжение. Прошло десять минут с тех пор, как они потеряли связь с Эмбер. Последним сообщением был зашифрованный отчет от Смита о том, что комплекс Эмбер подвергся нападению и что он переводит всех в бункер Омега. С момента этой передачи тишина была оглушительной. Они пытались связаться с ДНР, но безуспешно, передав информацию через командира дежурства в NCTC, который сообщил, что аэропорт Ньюпорт-Ньюс был поражен электромагнитным излучением, в результате чего были выведены из строя все источники питания и связи. Диспетчерская вышка была темной, и весь входящий трафик перенаправлялся в Даллес, Норфолк и BWI — весь трафик, за исключением "Боинга Эмбер", который всего несколько секунд назад благополучно приземлился на взлетно-посадочной полосе, освещенной аварийными сигнальными огнями.

“Я доставлю тебя туда через тридцать секунд, Джей Ди”, - раздался напряженный голос пилота в ухе Демпси. “Где ты хочешь, чтобы я припарковал этого кита?”

“Западный угол ангара, носом в укрытие, когда будем выходить”, - сказал Демпси, в третий раз проверяя, снят ли предохранитель его штурмовой винтовки. “И следите за огнем — мне не нужно, чтобы вы, ребята, приняли удар на себя”.

“Проверка”, - сказал пилот, когда самолет на опасно высокой скорости свернул с рулежной дорожки на рампу.

Демпси потянулась, чтобы удержаться на ногах, опираясь о потолок, и почувствовала руку Граймса на своей руке, когда она сама удерживала равновесие, поскольку разница в высоте их ног не позволяла ей держаться за потолок, как это делал он. Манн и Чанк теснились позади нее, все они были заряжены и готовы к выходу из люка. Демпси изо всех сил старался прогнать беспокойство, которое он испытывал за свою семью из Ember team. Воспоминания о внезапной засаде, устроенной два года назад в Йемене, в результате которой была уничтожена вся его команда "Морских котиков" первого уровня, непрошеными всплыли в его сознании, отвлекая его в самый неподходящий момент.

Это происходит снова, подумал он. Только на этот раз на американской земле.

- И как это сработает? - Спросил Чанк, и лицо обычно добродушного южанина превратилось в маску напряжения.

Этот вопрос вернул Демпси к настоящему. Ему нужно было сосредоточиться на том, чтобы взять под контроль возникший кризис, вместо того чтобы беспокоиться о том, кого из своих братьев и сестер по Эмберу он может потерять.

“Мы начнем с очистки ангара”, - сказал он, заходя в очередной крутой поворот, когда шины "Боинга" громко взвизгнули. “ Как только мы обезопасим верхушку, мы разделимся и вернем себе подземелье. Ты, Манн, и твои ребята проникнете через главный вход, а мы с Граймсом незаметно проникнем через туннель запасного выхода. Он спрятан в лесу за периметром аэропорта.

Чанк кивнул. - Но когда ты говоришь о главном входе, ты имеешь в виду тот потайной лифт, о котором мне рассказывал Манн?

“Да, за исключением того, что вероятность того, что лифт исправен, ничтожна. Нам нужно действовать плавно. Я мог бы попросить кого-нибудь из ваших ребят пойти со мной, если у вас ограничен доступ в ангар. В противном случае, план состоит в том, чтобы встретиться посередине, двумя сходящимися отрядами. Убейте всех, кто является говнюком. Мы оставляем Эмбер, не умеющих стрелять, в бункере Омега, пока не закроем все остальное. Я не собираюсь рисковать.

Чанк кивнул, и Демпси наблюдал, как МОРСКОЙ КОТИК проверяет свое оружие и снаряжение. Он знал, что этот человек хотел задать так много вопросов — например, как долго Эмбер работал на виду у гражданского аэропорта в двух шагах от сообщества морских котиков Восточного побережья, — но Чанк был профессионалом и не стал туда соваться.

“С кем я?” - Спросил Ван, подходя и держа в руке HK.

“Ты остаешься здесь”, - сказал Демпси, отметив, что никогда не видел молодого человека таким серьезным.

“ Но, Джон . . .”

Демпси поднял руку, обрывая парня. “Я не отстраняю тебя от боя, потому что мне не нужна твоя помощь. Я задерживаю тебя, потому что ты нужен мне здесь. Садись за свой компьютер и занимайся этим вудуистским дерьмом, которым ты занимаешься. Взломай Zeta communs. Свяжись с АНБ и будь моими глазами и ушами. Обеспечь мне спутниковую связь. Эмбера больше нет, Ричард. Ты мой командир, и ты нам понадобишься ”.

Ван мрачно кивнул ему и сказал: “Ты можешь на меня рассчитывать”.

“Я знаю”, - сказал он и на прощание сжал плечо юного гения.

- Пять секунд, и воздушная лестница опускается, Джей Ди, - объявил пилот.

-Проверка.

Он покрутил головой и повернул плечи вправо, а затем влево, получив с полдюжины слышимых и удовлетворяющих щелчков.

“Копье-один, это Либерти Кроссинг. СИТРЕП?” — произнес новый и знакомый голос в ухе Демпси - голос, который сразу же выбил его из колеи. С того дня, как он присоединился к Первому Эшелону, и на протяжении всего времени, проведенного в Эмбере, какими бы ужасными ни были события, Джарвис был единственной непоколебимой константой в его жизни. Когда Джарвис наконец-то вышел на связь, Демпси почувствовал прилив уверенности в себе и растаял фатализм, с которым он боролся.

“ Мы в ангаре. Взлет через девяносто секунд, - ответил Демпси, когда самолет, качнувшись, остановился, и скрежет пневматической системы возвестил о спуске воздушного трапа.

“Проверка”, - сказал Джарвис совершенно спокойно. “У нас есть связь с Уилсоном. "Омега" в безопасности, там четыре человека, среди них один срочный хирург. Четыре члена экипажа за пределами "Омеги", состояние неизвестно, предполагается срочное хирургическое вмешательство или что похуже. В их число входят Первый и Второй, а также два ваших оператора ”.

Раз и Два — имеются в виду Смит и Адамо. Ваши два оператора - это были Латиф и Мартин. Предполагаемая срочная операция или, что еще хуже, перевод: все они были пострадавшими.

Он услышал, как Граймс судорожно вздохнул, а Манн напряженно пробормотал “дерьмо” позади него, когда они услышали новости.

Черт. . . Я не могу их потерять; я не сделаю этого снова.

Он боролся с нахлынувшими эмоциями, загоняя их в темное место, с которым разберется позже. Когда воздушная лестница достигла середины спуска, он вышел на платформу, горя желанием подняться.

“У нас есть спутниковое покрытие”, - продолжил Джарвис. “Нет возможности проникнуть на территорию комплекса, но подозреваются пять нападавших при первоначальном проникновении. У нас есть два тепловых следа внутри ангара и один возможный брызгаловец, который вышел из ангара и бежит в сторону места крушения самолета. Возможно, он направляется к автомобилю или пытается затеряться в суматохе. Стрелок номер один в ангаре находится в северном углу, прикрывая ваш подход через двери ангара. Стрелок номер два находится в западном углу, прикрывая доступ к главному входу со стоянки.”

Демпси спустился по трапу, двигаясь справа от Манна, когда они быстро зашагали вдоль правого борта самолета, остальные члены его штурмовой группы по двое следовали за ним. Они использовали те же позывные, что и в Выборгской миссии, которая, казалось, прошла целую вечность назад, даже хотя прошло меньше суток с тех пор, как они провели операцию, зеркально отражающую операцию на российской земле.

“ Четвертый и Шестой, вы, ребята, идите за сквиртером. Нам не нужно, чтобы он приставал к нашей шестерке, и мы чертовски уверены, что он не уйдет. Либерти, нам нужны глаза для мамы — сейчас же на борту ”Боинга", - сказал Демпси, имея в виду Вана из мобильного диспетчерского пункта самолета. После операции в Выборге Болдуин взял редкий выходной, чтобы отпраздновать годовщину своей свадьбы. Поскольку Болдуин остался без денег, а остальной персонал Ember ops либо мертв, либо выведен из строя, остался только Ван, который взял на себя все обязанности по передаче сигналов и кибербезопасности для команды. “ Мама, мне нужно, чтобы ты проводила их к тому сквиртеру. Демпси оглянулся через плечо на Трипа и Райкера.

Тюлени кивнули ему.

“Остальные со мной”.

“Вас понял, Копье. Имейте в виду, у нас QRF менее чем через десять минут — взвод из четвертой группы "Морских котиков", прибывающий на вертолете, будет через несколько минут на этой общей частоте. Аэропорт закрыт, все рейсы приостановлены”, - сказал Джарвис.

“ Проверка, ” сказал Демпси, направляясь к углу ангара. Он тактически преклонил колено, осматривая место происшествия, и увидел зияющую дыру, проделанную вражескими штурмовиками в дверях ангара. Команда окружила его, Чанк оказался справа от него.

“ Зачем они вот так взломали дверь ангара? - Спросил Чанк.

“ Потому что обычные двери закалены. Нам будет трудно взломать их самим.

“ Лезть в эту дыру - самоубийство. Для этих двух говнюков в ангаре мы были бы рыбой в бочке.

“Согласен”, - сказал Демпси, когда ему в голову пришла идея, и он повернулся к снайперу "Морских котиков". - Соу, у тебя что, на спине телескопическая лестница? - спросил я.

“Чек”, - сказал Со. “Я всегда ношу его с собой, чтобы забираться на балконы, крыши и прочее дерьмо”.

Уголок рта Демпси приподнялся. “Идеально, потому что на крыше этого ангара есть люк для технического обслуживания. Я хочу, чтобы ты забрался наверх, открыл эту суку и разрядил по этим мудакам. Это застанет их врасплох и...

“Прикрывающий огонь даст нам шанс нырнуть в эту дыру”, - сказал Чанк, заканчивая предложение Демпси.

-Совершенноверно.

“ Я займусь этим, ” сказал Соу и вытащил из рюкзака блестящий тактический аксессуар. Телескопический шест из углеродного волокна длиной в три фута имел крюк на конце и достигал шестнадцати футов в длину. Пила зацепила клешню за стойку водостока и использовала крошечные шипы для ног, которые выскакивали, когда шест был полностью выдвинут, чтобы взобраться на крышу. С очевидной легкостью он вскарабкался на плавно переходящую в купол металлическую крышу и исчез. Десять секунд спустя он доложил: “Пятеро у люка, сейчас открывается . . .”

“Спир, это мама”, - раздался голос Вана у него в ухе, он безукоризненно выбрал время. “У меня хорошее зрение. "Танго Один" находится высоко на помосте у северной стены. Танго Два находится за самолетом Citation Jet, рядом с лифтом Ember, на западной стороне. Я не могу расшифровать их сообщения, но скажите слово, и я начну глушить.

“Сделайте это сейчас”, — сказал он, радуясь тому факту, что Ван был в зоне действия - давал им точную информацию, в которой они нуждались, когда им это было нужно, и зажимал русским ублюдкам нервы, чтобы они не могли общаться.

- Вас понял. . помехи.

Демпси взмахнул рукой, подавая знак Чанку, Граймсу и Манну следовать за ним к пролому в двери ангара. Они двигались в унисон, быстро переходя в тактические приседания, и заняли парные позиции по обе стороны от зияющей дыры.

“Бог на связи, принимаю все, мама”, - прошептала Соу. “По твоей команде, один”.

Чанк коснулся своей груди, затем указал на дыру, давая понять, что хочет зайти первым. Демпси собирался покачать головой, но увидел огонь в глазах офицера Морской пехоты, который говорил: Позволь мне сделать это. Он кивнул, и Чанк занял позицию. Манн подскочил к нему сзади, ясно давая понять о своем намерении быть вторым в стеке.

“Уходи”, - сказал Демпси, и мгновение спустя Соул открыл огонь.

Через полторы секунды, после трех очередей Соу, Чанк молниеносно пробил брешь, и Манн последовал за ним. Они немедленно приступили к работе, и их SOPMOD M4 громко отдавались эхом, когда они вступали в бой с вражескими стрелками.

“Северное танго, КИА”, - доложил Соу.

“Западное танго, готово”, - сказал Чанк, когда Демпси шагнул в дыру, а Граймс последовал за ним.

“Один, мама”, - раздался голос Вана у него над ухом. “Оба стрелка убиты. Никаких других тепловых следов, кроме ваших четырех товарищеских матчей.

“Проверь, мама”, - сказал Демпси, но продолжил сканировать ангар, никогда полностью не полагаясь на ISR, даже от Вана. Он заметил ногу, обутую в теннисную туфлю, повернулся влево и увидел мертвого пилота рядом с King Air 350, короткий пистолет-пулемет MP-7 рядом с телом. Чанк двигался по передней части ангара, а затем услышал грохот выбитой двери пилотской каюты.

- В салоне чисто, ” сказал Чанк. — Два ангела - пилот и, похоже, механик.

На глазах у всех Демпси порезал руку и двинулся к металлическим осколкам, засыпавшим дыру в полу, которая раньше была скрытым входом на лифте в Эмбер. Пять черных нейлоновых веревок были привязаны к кускам арматуры, а искореженные остатки металлических опор лифта свисали в заполненную дымом яму внизу.

“Пахнет так, словно они заправились бензином для разгона”, - сказал Чанк, сморщив нос.

“Объясняет, почему у меня на глазах выступили слезы, когда я открыл люк”, - сказал Со. “Это дерьмо попало мне прямо в лицо”.

“Я видел противогазы на комплектах тех парней, которых мы снимали”, - сказал Манн.

“Хорошо, Второй и Третий, вы, ребята, берете маски и спускаетесь в шахту”, - сказал Демпси. “Пятый и Седьмой со мной. Мы направляемся к запасному выходу и встретимся с вами посередине.

“Понял, первый, ” сказал Со. - Пятеро спускаются с крыши.

“Что вы, ребята, собираетесь делать с масками?” Чанк обратился к Демпси.

“Туннель аварийного выхода соединяется с механической комнатой Ember, где мы храним наше оборудование постоянного тока”, - сказал Демпси. “Там есть EABs, которые мы можем надеть, когда будем прорываться”.

Чанк кивнул.

“ Поехали, ” сказал Демпси Граймсу. Оказавшись снаружи, он повернул налево и почувствовал, что Соу притормозил рядом с ним. Пригнувшись по-боевому, они побежали по асфальту к узкой служебной дороге, идущей параллельно взлетно-посадочной полосе. В конце дорожки Демпси повел их с асфальтированного покрытия на траву. Он вытащил свои видеорегистраторы и включил их на бегу, пригибаясь, пока не оказался на опушке леса.

“ Четыре. СИТРЕП? - спросил он, проверяя у Трипа, как они преследовали чувака, который выпрыгнул из ангара.

“Здесь дерьмовое шоу”, - отозвался Трип. “Самолет вылетел за пределы взлетно-посадочной полосы и разбился, а у нас здесь, похоже, около двухсот человек. Мы думаем, что он в толпе, потому что нашли аптечку и винтовку в траве за ангаром ”.

“Проверьте, продолжайте работать”, - сказал Демпси.

“Первый, у меня есть второй брызгалка — одинокая фигура, выходящая из аварийного выхода Эмбера! Он движется на север, к ограждению по периметру, - сказал Ван напряженным, но контролируемым голосом.

“Черт! ” рявкнул Демпси и рванул с места во весь опор. На второй день работы в Эмбере Смит показал ему “ливневую канализацию в лесу”, но это было два года назад, и он никогда по-настоящему не пользовался аварийным выходом. Он побежал в том направлении, которое помнил, внутрь, где служебная дорога пересекалась с дорогой по периметру, которая изгибалась перед ним.

“ Мама, я правильно иду? Демпси фыркнул.

-Вектор влево на пятнадцать градусов, - сказал Ван.

Демпси вместе с Граймсом слегка повернул влево и повел Пилу на буксире.

“ Пятьдесят ярдов, теперь ты на верном пути . . .”

Несколько мгновений спустя они наткнулись на цементное ограждение, похожее на боевую рубку игрушечной подводной лодки, выступавшее на высоте двух футов от основания леса. Тяжелая стальная крышка люка лежала на боку, прислоненная к цементному цилиндру.

Он повернулся к Граймсу. “ Прорывайтесь к Пиле, как и планировалось. Убивайте всех, кто не мы.

“ Куда ты идешь? - Спросила Граймс, и в ее голосе прозвучало скорее ревность, чем озабоченность.

Он поднял руку и сказал: “Мама, у тебя и ”Либерти Кроссинг" все еще есть связь с "Омегой"?"

“Подтверждаю”.

“ Сообщите им, что на территорию проникли дружественные стрелки. Скажите им, чтобы они прятались на месте, пока здание клуба не будет в безопасности. Доступ по кодовому слову только к ”Омеге".

-Проверка, Копье номер один.

Его глаза встретились со взглядом Граймса. “Ублюдок, который только что брызнул отсюда, - Малик, я уверен в этом, и я собираюсь добраться до него”.

“ Мы этого не знаем, Джей Ди. Мы даже не знаем, здесь ли он.

Он удержал ее взгляд. “ Это он, - сказал он. - Я знаю это.

Он понял, что почти отчаянно нуждается в том, чтобы она поверила ему — хотя бы для того, чтобы он мог поверить в это сам.

Она кивнула, не споря. “ Тогда будь осторожен, Джон. Потому что, если это он, то этот парень опасный, коварный ублюдок.

“Я знаю, но и я тоже”, - сказал он. Затем он развернулся и устремился на север через лес в погоню, а Ван играл роль ведомого у него над ухом.

ГЛАВА 39

Один из первых уроков, который усваивает альпинист, - проверять свои веревки перед каждым использованием. Плетеная леска состоит из десятков нитей, каждая из которых недостаточна для того, чтобы выдержать какой-либо вес в одиночку, но способна выдерживать огромное напряжение, когда сплетена вместе и работает согласованно. Однако перережьте веревку, и неповрежденные нити будут перенапряжены и начнут разрушаться. Веревка изнашивается, быстро разрушаясь под действием натяжения, пока, наконец, нагрузка не становится слишком большой, чтобы ее выдержать, и она не обрывается—

Рвущаяся веревка — вот на что был похож Валериан.

Кража произошла всего месяц назад, когда американский оператор обошел его в Стамбуле. Как быстро я распалась с тех пор. Однако хуже всего было то, что он чувствовал, как это происходит. Он чувствовал, что изнашивается психологически и эмоционально, прядь за прядью. Напряжение сейчас было таким сильным . ... вопрос был не в том, сорвется ли он, а в том, когда.

Встреча и потеря Аманды Аллен снова произвели на него впечатление. Выражение ее лица, смотревшего на него через щель в двери сейфовой комнаты, врезалось ему в память. Словно негатив фотографии, призрачный образ терзал его разум. Страх и тоска— он видел и то, и другое в ее глазах. Он добрался до нее точно так же, как она добралась до него.

Пока он бежал, бушевала странная шизофреническая война между двумя частями его эго. Практическая сторона, дзета внутри, осознала, что эта миссия окончена. Не было такого сочетания возможных обстоятельств, которое привело бы к желаемому результату: американский оператор мертв, а Аманда Аллен находится в его распоряжении. В лучшем случае он избежал поимки и спас свою жизнь, но для этого потребовалось бы отказаться от обеих своих целей.

Другая часть его, противоречивая душа, над очищением которой Аркадий так отчаянно работал, не заботилась о самосохранении. Покинуть мир, не одолев своего противника — уйти с поражением — это было больше, чем он мог вынести. Он мог покончить со всем здесь, в лесу, расставив ловушку для американского призрака, который почти наверняка шел по его следу. Он мог бы снять последний скальп, добиться последнего и славного акта дерзкой победы, прежде чем американские войска окружат его и разорвут в клочья.

Я не учил тебя быть глупым, мысленно поучал Аркадий. Тебе нужно думать на два хода вперед.

Валериан не замедлил шага, приближаясь к семифутовому забору по периметру, увенчанному колючей проволокой, который окружал комплекс аэропорта. Он практиковался в паркуре с подросткового возраста, и, едва сбившись с шага, он уперся ногой в середину стены, подпрыгнул вверх, а затем перекатился через верх, колючая проволока безвредно врезалась в его черный жилет, когда он спрыгнул на другую сторону. Он вытащил микронаушник из левого уха, бросил его на землю и раздавил каблуком правой ноги. Полностью отрезанный и одинокий, он бросился бежать, выбросив свою штурмовую винтовку в пруд для хранения отходов за рядом таунхаусов на бульваре Олд Денби. Наконец, он расстегнул липучки жилета и бросил свой набор.

9-миллиметровый пистолет, который он пока оставит себе. Это будет последний.

Американцы, несомненно, прямо сейчас наблюдали за ним по тепловизионным снимкам, так что о том, чтобы спрятаться, не могло быть и речи. Чтобы исчезнуть, ему нужно было , чтобы его тепловая подпись затерялась в море других людей. После этого он изменит свою внешность настолько, чтобы победить зоркие глаза и программное обеспечение для распознавания лиц. К счастью, поблизости было место, где он мог достичь этих целей и исчезнуть — больница Непорочной Марии. Этим утром он припарковал машину на цокольной парковке больницы. Оттуда он поедет на юг, в Вирджиния-Бич, а затем через мост-туннель Чесапикского залива на полуостров Делмарва, где его будет ждать союзник с небольшим самолетом. Отделение неотложной помощи больницы вскоре было забито пострадавшими от авиакатастрофы, что позволило ему слиться с толпой, затеряться и исчезнуть. Но экстренное реагирование в аэропорту было затруднено из-за электромагнитного излучения и происходило медленнее, чем ему было нужно. Стиснув зубы, он понял, что ему нужно будет нанести больше травм, чтобы вызвать дополнительную неразбериху и жертвы, с которыми придется справляться правоохранительным органам. Сценарий активного стрелка в доме престарелых усилил бы хаос и еще больше сокрушил бы систему.

Он пересек заднюю часть ряда таунхаусов и двинулся на восток, затем пересек бульвар Олд Денби на юг, обогнул охраняемую будку и пересек парковку. Он держался в тени, пока не достиг своей промежуточной цели — сообщества пенсионеров Уорик Форест. Пересекая ухоженную территорию учреждения, он перешел на бег трусцой и вытащил из-за пояса свой 9-миллиметровый пистолет. Выровняв его на стоянке перед кругом высадки, он разрядил три патрона в три разные припаркованные машины. Завыли клаксоны и вспыхнули фары, когда сработали две из трех автомобильных сигнализаций.

Валериан повернулся к фасаду здания и выпустил еще две пули через стеклянные двери входа. Он расстегнул рубашку, засунул пистолет за пояс и выбежал через двойные двери в вестибюль. Переступив порог, он превратился из хладнокровного убийцы в охваченную паникой жертву, лихорадочно оглядываясь по сторонам. Табличка с большой желтой стрелкой гласила “Медицинский пункт” и указывала на холл слева от него. Он направился к круглому столу, откуда были видны макушки по меньшей мере трех человек, нырнувших за рабочее место.

“ Помогите мне, пожалуйста! В нас стреляют. Кто-нибудь, помогите! - позвал он, его шаги эхом отдавались от кафельного пола.

Он наблюдал, как голова посередине приподнялась ровно настолько, чтобы карие глаза могли выглянуть из-за пластиковой столешницы. Волосы женщины были тронуты сединой, а ее глаза, обрамленные глубокими морщинками, были широко раскрыты от страха.

- С этой стороны, - выдохнула она дрожащим голосом.

Он последовал ее указаниям и опустился на колени за прилавком. “ Их по меньшей мере трое, ” выдавил он. “Они убили охранника прямо у меня на глазах. Чего они хотят?” Его голос дрогнул, и слеза скатилась по его искаженному горем лицу, в то же время он потянулся назад и выхватил пистолет из-за пояса брюк.

“ Все в порядке. У нас все будет в порядке. Женщина выдавила из себя улыбку и положила ладонь ему на плечо. “Мы собираемся выбраться отсюда”.

Он улыбнулся ей в ответ.

“Я не совсем уверен”, - сказал он, взмахнув пистолетом по крутой дуге и дважды выстрелив ей в центр лица. Она отлетела назад, когда Валериан развернулся на несколько градусов и выстрелил в висок коренастому чернокожему мужчине рядом с ней. Последний мужчина из троицы поднял руки над головой. Его грязно-светлые волосы были взъерошены, и он был одет в ту же темно-синюю рабочую форму, что и мертвец рядом с ним.

“ Пожалуйста! Пожалуйста, не надо. Я могу вам помочь, - взмолился мужчина.

Валериан опустил пистолет, направив его в пол между ними, и улыбнулся.

“ Хорошо, я позволю тебе помочь мне, но ты должен вести себя тихо. Ты понимаешь?

Мужчина кивнул.

Валериан оглядел его с ног до головы. Он был немного худощав, но в нем было по меньшей мере шесть футов три дюйма. И больничная форма была широкой, с завязками, во всяком случае.

- Снимай штаны, - сказал он.

“Что ? . . ?”

Валериан поднял пистолет, но сохранил спокойствие в голосе и выражении лица. Последнее, в чем он нуждался, так это в том, чтобы мужчина помочился в медицинские штаны, которые ему предстояло надеть через мгновение.

“Ладно, ладно . . .”

Мужчина сбросил кроссовки и потянулся, чтобы стянуть с себя спортивные штаны. Затем он снова поднял руки над головой.

“ И рубашку, ” скомандовал Валериан, отводя брюки в сторону, чтобы они не запачкались кровью. Мужчина стянул рубашку через голову и протянул ее ему, снова подняв руки.

Пуля калибра 9 мм пробила отверстие прямо над переносицей мужчины.

Валериан облачился в медицинскую форму, засунул рубашку и тактические брюки в ящик для папок, сменил ботинки на мужские кроссовки, снял трубку настольного телефона и набрал 9-1-1.

“9-1-1 — что у вас случилось?”

“Они стреляют в нас! Кто-то убивает людей в доме престарелых Уорик Форест. Я видел троих из них, и они убивают всех”. Он безудержно зарыдал.

“Мы уже получили другие звонки, сэр. Помощь прибывает. Вам нужно укрыться на месте. Ты можешь оставаться со мной на этой линии?”

Валериан улыбнулся, а затем закричал “Неееет!”, а затем дважды выстрелил из пистолета рядом с телефоном и повесил трубку. Затем он встал и обошел стол. Было бы неплохо, если бы кто-нибудь прямо сейчас шептал ему на ухо. Идеально было бы приурочить его уход к прибытию полиции, но до приезда скорой помощи и пожарных машин. Он скучал по Сильви, какой бы раздражающей она иногда ни была.

Ему просто придется взмахнуть крыльями.

Пройдя по коридору, он толкнул ногой первую дверь налево, коричневая деревянная табличка на стене рядом с дверью извещала, что в маленькой квартирке THEП.АТТЕРСОНЫ. Он проследовал за своим пистолетом через дверь и шагнул внутрь.

“ Эй, что за черт? - крикнул мужчина, сидевший в мягком кресле и смотревший телевизор допоздна. Он перекусывал арахисом и был одет в темно-синюю бейсболку с надписью “USS Орискани”, вышитой желтыми буквами поперек тульи.

- Мне нужна ваша помощь, - объявил Валериан.

Мужчина в замешательстве посмотрел на него. Затем Валериан ударил мужчину прикладом пистолета в висок, отчего тот потерял сознание. Он выпустил одну пулю в грудь мужчины. Пуля пробьет легкое и кровеносные сосуды, но не такую, которая убила бы его быстро. У него разовьется пневмоторакс, возможно, и гемоторакс, но он проживет достаточно долго, чтобы выполнить свою задачу.

- Нет... - раздался дрожащий голос у него за спиной.

Он повернулся лицом к жене, которая уже проснулась и сидела в постели.

“ Извини, ” сказал он с долей искренности. Затем он выстрелил ей в живот.

Она взвыла от боли и начала всхлипывать. Валериан подошел и сильно ударил ее один раз по левой стороне головы, отчего она потеряла сознание. Он метнулся к двери, высунул голову в коридор и увидел то, что ему было нужно, рядом с постом медсестер - больничную койку на колесиках. Он поднял его и подкатил к двери номера Паттерсонов. Затем поднял старика со стула и уложил на кровать. Он снял с лица мужчины широкие очки в тяжелой оправе и надел их. Мир был немного размыт, но искажение его лица замедлило бы работу большинства программ распознавания лиц, особенно если бы он мог добавить немного теней. Он схватил бейсболку с вешалки у двери — серую, с приглушенным американским флагом - и натянул ее на голову. Мгновение спустя он уложил умирающую жену этого человека рядом с собой, а затем быстро потащил кровать по коридору к выходу.

“ Что происходит? ” спросила подбежавшая к нему медсестра. Она была невысокой — не более пяти футов ростом — и ее толстые руки были покрыты татуировками.

“ Слава Богу, ” сказал Валериан, углубляясь в свой репертуар американских акцентов и растягивая слова с сильным южным акцентом. Средним пальцем он сдвинул очки с толстыми стеклами на переносицу. “Вы все должны мне помочь. В здании террористы. Они убили медсестру и санитаров и застрелили нескольких жильцов, но эти двое все еще живы. Я пытаюсь вытащить их отсюда. Если я смогу доставить их в травмпункт, я думаю, врачи могли бы спасти их. Вы медсестра?”

Женщина кивнула, но медленно двинулась вперед. “Да”, - сказала она. “Кто вы? Я никогда не видела вас здесь раньше”.

“Меня зовут Джон, но все зовут меня Бадди Рэй. Я младший врач в отделении неотложной помощи. Я работаю здесь только со вторника. Пожалуйста, ты должен мне помочь. Они не пустят сюда скорую помощь, пока в здании стрелок ”.

Медсестра кивнула, схватила носилки за угол и помогла выкатить их к выходу. “I’m Miriam. Насколько они плохи? - спросила она, беря ответственность на себя.

“ Очень больно, - сказал он, заставляя свой голос дрогнуть. “ Это моя вина. Те двое парней расстреливали всех в отделении неотложной помощи, а я спрятался в палате с мистером и миссис Паттерсон. Я просто спрятался в шкафу, как трус ”.

- Это не твоя вина, приятель Рэй, - сказала медсестра.

Валериан знал, что дает ей именно то, в чем она нуждается, - сосредоточиться на помощи кому-то другому. Он начал всхлипывать, и она крепко сжала его руку.

“Они бы и тебя убили”, - продолжила она. “Ты ничего не смог бы сделать. Но мы собираемся спасти Паттерсонов, хорошо? Мы доставим их к Непорочной Марии, и с ними все будет в порядке”.

-Хорошо.

- Давай, поторопись, - крикнула она ему, практически бегом направляясь к двойным стеклянным входным дверям.

Он мог видеть море мигающих синих огней за будкой охранника у закрытого входа. Слева от себя он увидел два белых фургона с высоким верхом, оба с синими символами инвалидов по бокам, которые, без сомнения, использовались для доставки жителей на различные медицинские приемы. Он подтащил носилки к задней части ближайшего фургона, открыл заднюю дверь и втащил тяжелые носилки внутрь, сильно потянув, когда медсестра Мириам подтолкнула его снизу.

“ Ты умеешь водить эту штуку? - спросил он, его глаза все еще были широко раскрыты от страха. “ Простите, но меня так сильно трясет, что я знаю, что не могу этого сделать, мисс Мириам. Если ты поведешь машину, я могу остаться с Паттерсонами сзади.

Медсестра сжала его плечо и направилась к водительскому сиденью. “ Все в порядке, приятель Рэй. Ты молодец. Я справлюсь. Он услышал, как она копошится вокруг, а затем крикнула в ответ: “Я взяла ключи. Поехали”.

Двигатель взревел, и фургон выехал со стоянки на бульвар Денби, направляясь к больнице.

Он склонился над телом миссис Паттерсон. По ее серой бледности он понял, что она уже мертва. “Поторопитесь, мисс Мириам! У миссис Паттерсон есть пульс, но она не дышит. Я собираюсь сделать ей искусственное дыхание рот в рот!”

“ Держись, приятель Рэй. У тебя отлично получается.

Он почувствовал, как фургон замедлил ход и остановился у полицейского заграждения — недавно материализовавшегося контрольно-пропускного пункта для контроля движения в аэропорт и из него. Ему нужно было бы разыграть адское представление, не говоря уже о небольшой помощи своего невольного сообщника, чтобы выпутаться из этой передряги, не убив копов. Он наклонился над мертвой женщиной и ущипнул ее за нос, затем открыл рот и дунул.

“Мэм, нам нужно, чтобы вы вышли из фургона, пожалуйста”, - услышал Валериан голос офицера у окна. “Кто здесь с тобой?”

“Послушайте меня, молодой человек. Террористы обстреливают пенсионный центр. Я там медсестра, и они убили по меньшей мере трех человек. У нас в подсобке двое тяжелораненых, которые умрут, если мы не доставим их в травмпункт прямо сейчас ”.

- У вас есть удостоверение личности? - спросил офицер.

Валериан снова подул, теперь его собственное дыхание доносилось до него, смешиваясь с тошнотворным затхлым, кисловатым запахом от трупа старой женщины.

“Да, сэр”, - сказала она, протягивая ему свое удостоверение личности в Уорик Форест, как он предположил.

- Кто там сзади? - спросил я.

“Джон — мы зовем его Бадди Рэй - младший врач из отделения неотложной помощи. Пожалуйста, офицер, мы уже теряем одного из них.

“ Хорошо, мэм. Мы отправим с вами сопровождающего.

Задняя грузовая дверь распахнулась, и молодой офицер, сжимавший рукой винтовку на боевой перевязи на груди, забрался внутрь.

Валериан поднял голову, встретившись с широко раскрытыми глазами полицейского. “ Вы знакомы с искусственным дыханием? ” спросил он. “Мне нужно, чтобы ты сделал компрессию”.

Офицер подошел к нему, сунул винтовку под левую подмышку и начал делать массаж мертвой женщине. Валериан почувствовал, как фургон дернулся вперед, и подавил желание улыбнуться. Манипулировать людьми было чертовски легко. Но когда он наклонился, чтобы вдохнуть воздух мертвой женщины, произошло нечто странное — призрак другого трупа, мертвого уже почти шесть недель, вторгся в его мысли.

Он убил Меланию Картевелян, жену грузинского медиамагната, в ее доме на глазах у ее мужа. В отличие от большинства его жертв, ее мужество перед лицом смерти произвело на него впечатление. И когда его губы прижались к мертвой плоти, ее последние слова эхом отдались в его голове.: Я знаю тебя, сын Джорджии. Гордый подбородок, сильная челюсть, грифельно-голубые глаза — ты один из нас, кроме себя . . . ты могалат. Ты думаешь, они примут тебя? Ты думаешь, они позволят тебе подняться? Ты никогда не будешь русским. Ты их собака. Домашнее животное. Не более того.

Холодок пробежал по его спине, когда он представил свое призрачное будущее. После сегодняшней ночи от него отрекутся — он больше не зета, больше не русский. Предсмертное оскорбление Мелании Картевелян оказалось пророческим. Он был собакой, брошенной на обочине.

И, что еще хуже, за ним будут охотиться. . за ним будут охотиться американцы и за ним будет охотиться его собственный народ до конца его дней.

ГЛАВА 40

“Копье номер один, я вижу, как ваш ”танго" движется на юг к большому коммерческому зданию в двухстах пятидесяти ярдах к востоку от вас".

Демпси свернул влево, прижимаясь к линии деревьев, когда последний отчет Джарвиса эхом отдался в его голове.

Предположительно срочное хирургическое вмешательство или что похуже.

Или еще хуже . . .

Никакой новой информации не поступало с тех пор, как Манн и Чанк возглавили штурм базы Эмбер. Сколько его товарищей по команде Ember погибло? Сколько еще братьев он мог бы добавить к списку погибших?

“Spear One — ты скопировал мой последний? Ваше ”танго" только что поступило в здание — это дом престарелых".

Демпси тряхнул головой. “ Понял. Будет трудно отследить его, если он уйдет в толпе.

Демпси ускорил шаг. Он точно знал, что Малик планировал сделать — создать массовый хаос, а затем попытаться ускользнуть в толпе других подписантов. И он должен был предположить, что русский оператор знал о его приезде — что кто-то шептал Малику на ухо, сообщая о передвижениях Демпси.

Ну, готовься, ублюдок. Потому что я иду за тобой, и на этот раз все будет не так, как в Стамбуле.

Он вышел из леса, пересек улицу и оказался на хорошо освещенной парковке между одноэтажными офисными комплексами. Он услышал выстрелы еще до того, как услышал голос Вана у себя в ухе.

“Из сообщества пенсионеров Уорик Форест был отправлен сигнал тревоги — сигнал о вторжении, прозвучали выстрелы. Они называют это ситуацией с активным стрелком. Что, черт возьми, этот парень делает? Уходит в сиянии славы?”

Демпси пробежал между офисными зданиями и перемахнул через четырехфутовый забор из кованого железа на обширную территорию сообщества пенсионеров.

“Я получил доступ к их системе безопасности”, - сказал Ван, яростно печатая пальцами на заднем плане. “Запускают программу по воспроизведению лица Малика с их камер в режиме реального времени, но мы даже не знаем, он ли это . . .”

- Это он, - прорычал Демпси и опустился на колено в дальнем углу широкого травянистого парка за главным зданием дома престарелых.

Если бы я был Маликом, что бы я сделал?

Он вытащил планшет из левого кармана брюк.

“Передай мне изображения, которые ты используешь”, - сказал он Вану.

Экран замерцал, и он посмотрел на себя сверху вниз — буквально наблюдая за тепловым изображением самого себя, склонившегося над планшетом в темном углу парка. Теперь он также мог видеть тепловые очертания толпы охваченных паникой людей, выбегающих из задней и боковых частей здания. Он подавил порыв броситься к задней двери, вломиться и выследить стрелявшего. Русский действовал стратегически, даже когда его преследовали. Демпси знал, как быстро Малик может поменяться ролями в Стамбуле.

У этого засранца есть план. Что это?

“ Что это за большое здание на юге? Это больница? - Спросил Демпси, глядя на табличку, а затем на строение в шестистах ярдах к югу от его позиции.

— Да, это больница Непорочной Марии на бульваре Денби.

Демпси знал, что там находится больница, но никогда не представлял, насколько близко она находится от комплекса Эмбер, если судить по прямой.

“Сейчас из полиции Ньюпорт-Ньюс прибыли службы экстренной помощи”, - сказал Ван. “Они устанавливают периметр, и операторы спецназа будут на месте через восемь минут. Похоже, ФБР было уведомлено ”.

“Я знаю, куда направляется Малик”, - сказал Демпси и сунул планшет обратно в грузовой карман. Может быть, он смог бы остановить его здесь, в доме престарелых, теперь, когда он знал, что планировали зеты. “Статус в Эмбере?”

В воздухе повисла тягостная пауза, прежде чем Ван ответил. “Новостей нет, но менее чем через две минуты к нам прибудет вертолет с операторами из Четвертой группы SEAL, а через десять - еще один QRF с севера”.

“ Принято, ” сказал Демпси, сдерживая эмоции и заставляя себя сосредоточиться. “Вы должны сообщить в полицию Ньюпорт-Ньюс, что я здесь”, - сказал он, приседая по-боевому через заросший травой парк к заднему входу в заведение. “Не хочу быть застреленным правоохранительными органами”.

- На нем, - сказал Ван.

“В фургон садятся люди”, - сказал Демпси, подъезжая к зданию. “Они погрузили носилки. Пришлите мне все снимки, которые у вас есть с камер, когда его вывозили, включая пациентов на носилках ”.

Он ускорил шаг, сердце бешено колотилось, когда фургон умчался прочь.

“ Работаю над этим. . будьте наготове.

Это он, я знаю, что это он, думал Демпси, наблюдая, как фургон останавливается на полицейском участке. Он помолчал, раздумывая, направиться ли в дом престарелых или прямиком в больницу.

“При распознавании лиц ничего не щелкнуло”. Он никогда не слышал, чтобы Ван звучал более напряженно — ни шуток, ни высокомерных подтруниваний. “Но у меня есть приличное изображение с экрана, на котором они покидают вестибюль”.

“Отправь это”, - потребовал Демпси. Он вытащил планшет из кармана, когда принесли фотографию. Люди на носилках были пожилой парой. Единственным работником в халате, стоявшим в конце носилок, была невысокая, коренастая медсестра. Другая . . Он увеличил изображение.

“Это он”, - сказал он и со всех ног бросился к больнице.

“ Фургон прорвался через полицейскую блокаду. . черт, у них полицейский эскорт. Что ты хочешь, чтобы я сделал?

“ Проследи за ним. Увеличь и скажи мне точно, куда он направляется. Не потеряй его, мама.

“ Не буду. Они на бульваре Денби, вот-вот свернут на госпитальную дорогу.

Демпси, не сбавляя скорости, преодолел пятифутовый забор из сетки на задворках жилого комплекса, затем пересек парк. Через несколько секунд он вышел из рощи на пустую парковку в северной части огромного медицинского комплекса.

“ Они входят в больничный комплекс с юга. Вход в отделение неотложной помощи и травматологический центр находится на юго-восточном углу; именно туда они и направляются. Сорок пять секунд . ... ладно, они сейчас подъезжают.

Демпси притормозил на углу здания, затем остановился. Скорая помощь будет в полной боевой готовности, а он приедет один, полностью экипированный и выглядящий чертовски опасно. Ему нужно было сменить "МОРСКОГО котика" на "призрака". Он расстегнул рубашку, снял снаряжение и спрятал оружие в кустах рядом со зданием. Затем он расстегнул рубашку на несколько пуговиц. Он сделал паузу , чтобы перевести дыхание и подумать .

В отделении скорой помощи будет огромное присутствие полиции. Я мог бы попросить Вана и Джарвиса выписать меня по горячим следам, но это насторожит русского, и он сорвется. Черт возьми . . . Мне придется действовать беззащитно.

“Какой у тебя план?” Спросил Ван.

“Мой план состоит в том, чтобы выследить этого сукина сына и убить его, вот мой план”, - прорычал Демпси. Он вытащил из кармана складной нож и сделал небольшой надрез у линии роста волос на макушке головы над правым ухом. Скальпы были покрыты сосудами, и даже эта небольшая рваная рана адски кровоточила, не оказывая на него физического воздействия. Демпси почувствовал, как теплая кровь мгновенно потекла по его голове, и вытер ее об ухо и одну сторону лица. Не делая попыток остановить кровотечение, он позволил крови потечь по шее и окрасить ворот белой футболки в красный цвет. Надеясь, что выглядит достаточно потрепанным, чтобы одурачить спасателей, он побежал ко входу в отделение неотложной помощи, спотыкаясь и шатаясь на ходу.

Фургон "Уорик Форест" был припаркован перед входом в отделение неотложной помощи — задние двери открыты, а в заднем отделении пусто. Возле фургона стояли двое полицейских. Оба подняли головы, как только заметили его, и при его приближении руки сразу потянулись к оружию.

“Помогите”, - закричал он, заставляя себя всхлипнуть. “Они убивают людей в доме престарелых Уорик Форест. Пожалуйста, помогите мне — в меня стреляли!”

Он упал на колени, и копы бросились к нему, все еще держа руки на оружии. Демпси поник, обхватив голову руками.

Копы были рядом с ним, один стоял на коленях слева от него, а другой в нескольких футах от него, держа руку наготове. “ Что случилось? Где у тебя болит, приятель?”

“Террористы, стреляющие во всех подряд. . . У меня что-то не в порядке с головой”, - сказал он, невнятно выговаривая слова и протягивая окровавленную ладонь.

Коп быстро обыскал его, и Демпси порадовался, что оставил оружие. Затем они подняли его, просунув руки под мышки. У него подкосились ноги, когда двое полицейских потащили его ко входу в отделение неотложной помощи.

“У нас здесь огнестрельное ранение”, - крикнул один из полицейских.

А потом его окружили люди, подняли его, положили на носилки.

“Травма третья”.

- Соедините меня с кем-нибудь из хирургической бригады и медсестрой-травматологом.

“Отправьте сигнал тревоги”.

Демпси застонал, когда медсестра покатила носилки по коридору. Он покачал головой взад-вперед, пользуясь возможностью осмотреть отделение скорой помощи, которое было разделено на что-то вроде шести открытых отсеков, разделенных занавесками, все из которых были отодвинуты к стенам.

- Давайте-ка сюда анестезию. У этого парня GCS меньше восьми. Нам нужно интубировать.

Напротив него группа одетых в зеленую одежду рабочих столпилась вокруг двух разных пациентов. Они делали искусственное дыхание одному из лежащих на носилках, но он не увидел Малика в толпе. Затем он заметил медсестру из общества престарелых, одиноко стоявшую рядом с фургоном.

Он резко выпрямился.

“Полегче, парень”, - сказал молодой врач. “Нам нужно уложить тебя обратно”.

Он повернулся к доктору, его глаза теперь были открыты и ясны, он был уверен, что его голос сделает остальное. Он наклонился ближе. “Послушай меня. Я в порядке. Я американский морской КОТИК, охочусь на активного стрелка из центра престарелых. Там был парень в очках и синей медицинской форме, который только что привез двух раненых из Уоррика. Вы видели, куда он пошел? Кто-нибудь видел, куда он пошел?

“Морской КОТИК, да?” - сказал док, пытаясь прижать грудь Демпси обратно к носилкам. “А я из ЦРУ. Могу я получить здесь немного сукцинилхолина? У меня растерянный пациент с GSW ...”

У Демпси не было времени на переговоры. Выброс адреналина послал жидкую молнию в его вены, и он резко развернулся влево, скатившись с носилок. Он приземлился в боевой стойке, противостоя четырем лицам с широко раскрытыми глазами, уставившимся на него поверх хирургических масок.

— Эй, ты не можешь просто...

Слева от себя Демпси увидел Малика, пытающегося незаметно ускользнуть вдоль противоположной стены.

Время замедлилось, и русский зета повернулся, чтобы посмотреть на него. Он снял с лица тяжелые очки и уставился на Демпси грифельно-голубыми глазами, полными злобы. В то же время мимо пробежал охранник, чтобы помочь усмирить Демпси, не обращая внимания на убийцу всего в десяти футах от него.

Демпси предсказывал, что произойдет дальше, но ничего не мог сделать, чтобы остановить это. Когда охранник пробегал мимо, русский тыльной стороной левого предплечья ударил охранника сбоку по голове, затем вывернул голову мужчины подмышку и сильно ударил его ладонью правой руки в плечо. Демпси услышал хруст ломающихся шейных костей охранника, а затем тот сполз на пол. Его служебный пистолет "Глок" был в правой руке русского.

“ Всем лечь! - Крикнул Демпси, хватая двух ближайших членов травматологической бригады и стаскивая их на землю. Раздались три выстрела из "Глока". Анестезиолог развернулся на каблуках, когда первая пуля попала ему в челюсть, забрызгав кровью мониторы рядом с кроватью, когда док рухнул на Демпси. Он скинул тело со спины и поднял глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как Малик убегает влево от него.

- Помогите мне, - произнес тоненький голосок.

Демпси подняла глаза и увидела молодую медсестру, ее глаза расширились, когда она посмотрела на свой живот, где на ее халате распустился кроваво-красный цветок. Он перевернул ее на спину, положил ее руки поверх раны и сказал: “Надави вот здесь”.

- Не бросай меня, - взмолилась она.

“ Я должен остановить этого парня. Держись. Помощь приближается.

Стиснув зубы от ярости, Демпси бросился через отсек к охраннику, которого только что убил Малик. “Ну же, пожалуйста, будь там”, - пробормотал он, поднимая штанины охранника по одной в поисках кобуры на лодыжке. “Благодарю тебя, Боже”, - сказал он, вытаскивая из кобуры пистолет скрытого ношения Smith & Wesson M & P Shield размером с ладонь. Он быстро проверил свою шестерку, чтобы убедиться, что встревоженный полицейский не собирается выстрелить ему в спину, и его сердце упало, когда два офицера, которых он обманул у входа в отделение неотложной помощи, бросились прямо на него с оружием наголо.

“Бросьте оружие и встаньте на колени”, - крикнул младший из двух офицеров, целясь в грудь Демпси.

“Послушайте, ребята, стрелял не я”, - сказал Демпси, медленно кладя пистолет на линолеумный пол. “Меня зовут Джон Демпси. Я член правительственной контртеррористической оперативной группы, работаю в штатском, преследую международного террориста, проникшего в это здание”.

“Это дерьмо больше не сработает”, - сказал другой офицер. “Возможно, вы обманули нас по пути сюда, но, глядя на вас сейчас, я вижу человека, который полностью соответствует описанию стрелявшего. Шесть футов два дюйма, темные волосы, мускулистое телосложение, шрам на левой щеке.

Пошел ты нахуй, Малик, за то, что похож на меня, подумал он.

“Немного помощи, мама”, - пробормотал Демпси. “Ты можешь позвонить в DNI, чтобы поговорить с этими парнями?”

“Работаю над этим”, - ответил Ван. “Похоже, мне придется проявить творческий подход. . .”

“Заложите руки за голову, или я вас пристрелю”, - сказал молодой офицер.

Демпси подчинился, сцепив пальцы за головой и опустившись на корточки.

- Мама, сделай что-нибудь сейчас же, - сказал он сквозь стиснутые зубы.

Старший офицер, направив пистолет в голову Демпси, начал медленно, по дуге отступать в сторону, чтобы оказаться позади Демпси. К несчастью для всех участников, Демпси ни за что на свете не позволил бы надеть на себя наручники. Он напряг мышцы, готовый...

“ Подождите, ” раздался анемичный женский голос с другого конца залива. - Он говорит правду.

Офицер, стоявший напротив Демпси, взглянул на медсестру, получившую пулю в живот. “Мэм, этот человек стрелял в вас?”

“Нет, это был другой”, - сказала она.

“Какой еще?” - спросил офицер, но их всех заглушил больничный громкоговоритель.

“Внимание, сотрудники правоохранительных органов больницы Непорочной Марии”, - произнес властный мужской голос по громкой связи. “С вами говорит директор Национальной разведки Келсо Джарвис из Национального контртеррористического центра. У меня есть агент в штатском, работающий под прикрытием и преследующий международного террориста. Не пытайтесь препятствовать, задерживать или арестовывать моего агента. Весь персонал больницы и пациенты направляются в укрытие на месте. Сотрудникам правоохранительных органов приказано установить периметр вокруг больницы и задерживать все транспортные средства и пешеходов на выезде с территории больницы ”.

“Мне потребуется подтверждение имени”, - крикнул старший офицер, не сводя глаз с Демпси.

“Им нужно знать мое имя, босс”, - сказал Демпси, не уверенный, услышал бы Джарвис полицейского через свой передатчик.

“Очень хорошо”, - сказал представитель ДНР. “Моего оператора зовут Джон Демпси”.

Старший офицер кивнул Демпси и опустил оружие.

- Спасибо, босс, - громко сказал Демпси, потянувшись за пистолетом, когда двое полицейских отошли.

“Помощь уже в пути”, - сказал представитель ДНР по громкоговорителю, а затем в наушнике Джарвис добавил: “А Джон?”

“ Сэр? - Спросил Демпси, вскакивая на ноги и поворачиваясь, чтобы закончить охоту.

“Стрелять на поражение”.

ГЛАВА 41

Валериан быстро поднялся по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз, на третий этаж. Он едва успел остановиться, чтобы выразить удивление, когда американец из DNI сделал объявление в личном кабинете больницы. Судя по всему, полиция только что попыталась арестовать его американского двойника, и потребовалось вмешательство вышестоящих властей, чтобы пресечь это. Хорошо. Это дало ему то драгоценное время, в котором он нуждался.

Он вышел с лестницы в хорошо освещенный коридор как раз в тот момент, когда завыла сирена и в обоих концах коридора вспыхнули белые огни.

“Белый код. Укрытие на месте. Белый код. Укрытие на месте, - роботизированно произнес предварительно записанный голос из динамиков внутренней связи больницы.

Его разум лихорадочно соображал, пока он обдумывал свои ограниченные возможности. Сбежать на машине было бы трудно, если не невозможно, в условиях карантина. В ДНР знали, что он здесь, и скоро больница будет кишеть операторами. Рациональная часть его сознания признавала, что время для побега прошло. Другая часть никогда бы не сдалась.

Он посмотрел направо, мимо ряда лифтов, и увидел двойные двери с панелью безопасности и надписью над ними печатными буквами CARDIAC Отделение интенсивной терапии. Он повернул в другую сторону, пробежал несколько ярдов и остановился у двери с табличкой "ВРАЧ LОККЕР RУМ". Он пинком распахнул дверь, чуть не сорвав ее с петель, и шагнул внутрь. Врач в белом халате, серых слаксах и зеленой медицинской рубашке съежился возле кожаного дивана, закинув руки за голову, руки дрожали.

Валериан выстрелил ему в висок.

Он наклонился над доктором, сорвал с лацкана его пиджака идентификационный значок, а затем схватил один из трех чистых белых лабораторных халатов, висевших на вешалке, и натянул его. Он пробежал через раздевалку к другой двери, где провел значком по считывателю карт, пока тот не запищал, и прошел в отделение интенсивной терапии сердца и сосудов. Он вошел в палату за длинным прямоугольным постом медсестры, который занимал большую часть помещения. За ним вдоль противоположной стены в ряд тянулись восемь палат для пациентов. Каждый отсек был отделен от соседнего перегородкой от пола до потолка для уединения. Но передняя часть каждого отсека была оборудована стеклянной стеной от пола до потолка и раздвижной стеклянной дверью, позволяющей медсестрам заглядывать внутрь в любое время, чтобы проверить мониторы и понаблюдать за состоянием пациента. Сестринский пост был пуст, и он предположил, что персонал спрятался в комнате отдыха или в палатах для пациентов, в большинстве из которых, как он видел, находились пациенты.

Он перепрыгнул через стол медсестры, быстро оценил видимость в палате и решил, что третье отделение тактически превосходит остальные. Через стекло он увидел мужчину без сознания, лежащего на спине на кровати. Живот мужчины раздувался, когда аппарат искусственной вентиляции легких со свистом подавал воздух в его легкие через прозрачную пластиковую трубку в горле. Он нажал кнопку, чтобы открыть раздвижную стеклянную дверь, и шагнул внутрь.

— Быстрее, доктор, спрячьтесь со мной здесь, сзади, - приглушенным тоном произнес женский голос.

Он посмотрел поверх тучного мужчины и увидел молодую женщину — симпатичную, лет двадцати пяти, — скорчившуюся в углу. На ней была светло-голубая медицинская форма, а ее глаза были широко раскрыты от беспокойства. Он улыбнулся. Не тратя патронов впустую, он подошел к кровати и опустился на колени рядом с ней.

“ Что происходит? - спросил он, избавившись от своего американского акцента. Боже, как приятно было снова стать самим собой, но на медсестру это не произвело желаемого эффекта . Охваченная новым страхом, она переводила взгляд с него на дверь и обратно.

“Я не знаю”, - сказала она после минутного колебания. “Сработала сигнализация из-за активного стрелка. Нам показалось, что мы где-то слышали выстрелы и . . . Она посмотрела на имя на его белом халате. “Подождите, вы не доктор Бек”, — сказала она и попыталась убежать от него.

Он повернул ее хорошенькую головку почти до упора, пока ее шея не издала ужасный хруст, за которым последовало бульканье. Ее лицо побагровело и сразу же распухло вдвое по сравнению с нормальным размером. Он осторожно опустил ее на пол, ее перепуганное лицо было обращено к потолку.

Он накрыл ее лицо полотенцем, затем вытащил пистолет из-за пояса.

Жажда крови почти поглотила его, это бешеное стремление убивать без ограничений.

Теперь веревка быстро изнашивалась, и он чувствовал, что распадается на части.

Мне просто нужно продержаться достаточно долго, чтобы совершить еще одно убийство, сказал он себе.

Он выдохнул, беззвучно произнес одними губами свою дзета-мантру и нашел свой центр. Его американский соперник мог ворваться в дверь в любую секунду, и когда он это сделает, Валериан будет готов.

ГЛАВА 42

Демпси покинул лестничный пролет, тактически пригнувшись, согнув колени и держа оружие наготове. Он быстро нанес удар влево, затем вправо, полностью ожидая услышать треск "Глока" русского и ожог от пули, вошедшей в его бок, но боли так и не последовало.

Коридор был пуст.

После заявления Джарвиса больница ввела в действие протоколы активных стрелков. Вспыхнул белый свет, завыла сигнализация, и каждые девяносто секунд компьютерный голос приказывал людям оставаться на месте. Демпси двинулся влево, осматривая свой приобретенный "Смит-и-Вессон". Он был рад иметь пистолет 40-го калибра, но жалел, что у него нет магазина не только на семь патронов. В "Глоке" русского было в два раза больше пуль, хотя Малик потерял по меньшей мере три.

На полпути по коридору что—то боковым зрением привлекло его внимание - дверь, частично сорванная с петель, нижний угол которой торчал в коридор.

“ Мама, один. У тебя есть термос?

“Да”, - сказал Ван. “Но это трехэтажное здание. Трудно определить высоту с высоты птичьего полета. Мои источники тепла окружают тебя со всех сторон, но они могут быть как над тобой, так и под тобой ”.

“Так и есть”, - сказал Демпси. “Я один. Ты видишь, как я подметаю?” Приближаясь к двери, он повернулся влево, затем вправо.

“Да. Я поддерживаю ваше движение на север. Если вы один, то у меня есть семь изображений в ряд по другую сторону стены от вас — пациенты, я полагаю? Первая примерно в пятидесяти или шестидесяти футах к северу от вас. В некоторых палатах тесно сгруппированы пары. Возможно, персонал прячется в палатах для пациентов? Затем у дальней северной внешней стены у меня есть группа примерно из девяти человек, сгруппированных в одном пространстве. Это помогает?”

Он не ответил, когда переступил порог и пересек открытую комнату. Рядом с диваном лежал мертвый мужчина.

“Тело примерно в четырех футах от тебя”, - доложил Ван.

“ Да. Мертвое тело. Очень полезно, мама. Будь наготове. Он посмотрел на пустую ванную с единственным туалетом позади мертвого тела. - Есть кто-нибудь за дверью в ванной? - прошептал он.

“Отрицательно”.

Он повернулся направо, к закрытой двери, рядом с которой находилась панель доступа с электронным ключом-картой.

Малик прошел сюда, убил врача, украл его значок и проник в охраняемую палату. Он знает, что я иду, и ждет в засаде. Он будет в укрытии, но у него наверняка будет очередь к этой двери.

"Морской котик" внутри решил, что тактически предпочтительнее зайти с противоположной стороны, поэтому Демпси попятился из гостиной, развернувшись и снова покинув коридор. Прицелившись из пистолета, он приблизился к главному входу в отделение интенсивной терапии - паре двойных дверей с магнитным замком.

- Сколько времени потребуется, чтобы взломать систему безопасности больницы?

“Уже внутри. Мне нечего было делать, и я подумала, что, возможно, это ему понадобится. . .”

- Вы можете открыть магнитные замки дверей в охраняемых помещениях?

“ Конечно. Какие именно?

- Все они.

-Сейчас?

“Сейчас”.

Мягкий металлический щелчок последовал мгновением позже. Демпси встал слева от двойной двери, а затем нажал на металлическую пластину на стене с надписью "РРЕСС" НА "ОРУЧКЕ". Дверь с шипением открылась, левая открылась внутрь, а правая наружу. Прежде чем подойти, он осмотрел палату. Восемь палат для пациентов располагались в ряд вдоль левой стены. В передней части каждого из них имелась стеклянная раздвижная дверца, позволяющая легко осуществлять наблюдение с поста медсестры в правой части палаты. С точки зрения Демпси, только у третьей палаты для пациентов был бы огневой рубеж на его позиции. Он поднял глаза и увидел круглое зеркало над дверью, помогающее медсестрам за столом видеть, кто входит и выходит. С того места, где он стоял, он все еще был скрыт, но стоило русскому сделать несколько шагов вглубь палаты, и он мог видеть его практически из любой точки отделения интенсивной терапии.

Третий отсек — вот где я бы занял позицию . . .

Демпси выдохнул и позволил себе погрузиться в поток, став единым целым со своим оружием, своим телом и окружением. Он пополз вперед, прижавшись плечом к стеклянной двери первого отсека. Палата была пуста, но подготовлена для приема пациента с кроватью, оборудованием для наблюдения и подносом с инструментами на подставке на роликах в изголовье кровати. Он поднял глаза, увидел свое искаженное отражение в круглом зеркале и остановился; до него дошла смена тактической парадигмы. Вместо того, чтобы идти дальше, он проскользнул в комнату. Он не был в тылу врага, когда вражеский QRF надвигался на его позицию. На этот раз он был на американской земле. У него было все время в мире.

Малик этого не сделал.

В скором времени Джарвис отправит в больницу подкрепление, если оно еще не в пути. Внутренний таймер Малика отсчитывал время — ситуация, в которой Демпси оказывался слишком часто, чтобы сосчитать. Чтобы избежать поимки и выжить, Малику придется действовать, и действовать быстро.

Да, именно так, иди и получи немного, придурок, с усмешкой подумал он, укрываясь за больничной койкой на колесиках. После того, как ему показалось, что он просидел на корточках целую вечность, он прошептал: “Мама, доложи о движении”.

“Много фрезерования в конце блока. Я думаю, что разобрался с перекрывающимися термами. Однажды Болдуин написал программу, которая использует окружность головы для математического прогнозирования того, находится ли изображение выше или ниже целевого изображения. Прямо сейчас я использую вас в качестве целевого изображения, чтобы отслеживать другие температурные показатели и выяснять, кто на каком этаже.

-Проверка.

Демпси присел на корточки и стал ждать.

В палате было тихо, если не считать шипения—щелчка—шипения вентиляторов, работающих в нескольких палатах. И вдруг его ухо уловило новый звук. . . слабый скрип. Резиновая подошва по полированному полу? Присев на корточки за пустой кроватью, он перевел взгляд на круглое зеркало над дверью.

“Поднялась температура”, - сказал Ван. “Программа показывает, что он на вашем этаже. Медленно приближается к вам. Черт, это может быть ваш парень. Судя по положению тела, у него есть пистолет.

Демпси крепче сжал оружие. Не сводя глаз с зеркала, он увидел, как в поле зрения появилась искаженная фигура. Рефлекторно он вжался поглубже в угол. Если он мог видеть русского в зеркале, то, по логике вещей, русский тоже мог видеть его.

Фигура направляется к вам по коридору. Вы его видите? Алгоритм определения размера головы показывает, что вы находитесь в одной горизонтальной плоскости . ... Первый, вы слышите?

Демпси не ответил.

Несмотря на искаженное отражение, он знал, что человек в зеркале был его русским коллегой. Он мог сказать это по плавным движениям, по тому, как он поворачивался — бесшумно расчищая углы. Русский двинулся вперед, низко пригнувшись, плечом вперед, держа пистолет неподвижно, слегка согнув локти. Демпси сделал долгий, медленный вдох и положил палец на спусковой крючок. Через несколько секунд Малик появится в поле зрения, и он будет у него в руках, за исключением одного осложнения.

Стеклянная раздвижная дверь должна была стать проблемой. Когда раздвижная дверь была открыта, как это было в его комнате, две стеклянные панели перекрывались. Одно стекло изменило бы траекторию полета его пули, но два гарантировали промах. Он понятия не имел, какие патроны были в его оружии, но пустое острие упало бы после удара, возможно, даже не было смертельным после того, как пробило два тяжелых стекла. У него было всего семь патронов в маленькой малолитражке калибра 9 мм, а это означало, что он не мог нажать на спусковой крючок, пока Малик не переступит через край стекла. Ему оставалось надеяться, что русский не заметит его, скорчившегося за больничной койкой, пока не станет слишком поздно.

Его захлестнул прилив несвойственной ему нервной энергии. Он почувствовал, как к лицу приливает жар, но подавил его долгим, ровным вздохом.

“ Он прямо над тобой, - сказал Ван ему на ухо, когда русский убийца появился в поле зрения. Демпси уставился на мужчину в профиль. Точеное лицо могло быть почти его собственным. Тело тоже могло быть, и то, как он двигался, могло быть любым из тюленей Первого уровня, с которыми он провел свою жизнь. Русский остановился, глядя прямо перед собой, его пистолет был направлен на двойные двери, как будто он ожидал, что они распахнутся. Демпси просто нужно было , чтобы он сделал еще четыре шага к выходу , и он получил бы четкую очередь по затылку этого ублюдка . . .

Русский сделал один шаг вперед, а затем заколебался.

Еще три фута . . .

Ну же, черт возьми, чего ты ждешь?

Демпси подавил непреодолимое желание выстрелить через стеклянные панели. Неожиданно его дзета-двойник расслабился и встал из тактической позы. Русский опустил оружие и сделал легкий шаг вперед. Но все это была уловка, потому что на следующем шаге он развернулся на каблуках лицом к Демпси, поднял дуло и несколько раз выстрелил в стекло. Два стекла взорвались в быстрой последовательности, разлетевшись миллионом сверкающих осколков во все стороны. Словно особый эффект из фильма, русский шагнул сквозь вихрь летящего стекла, языки пламени вырывались из ствола его вытянутого пистолета.

Пуля ударила в металлическую боковую перекладину прямо над головой Демпси, срикошетив с металлическим звоном. Демпси сместился вправо, из своего угла, и прицелился, чтобы открыть ответный огонь. Невероятно, но русского там не было — или вообще нигде. Теплая струйка крови потекла по его левой щеке, когда он взглянул в круглое зеркало, чтобы проверить, на какую сторону залива уклонился Малик. Размытое пятно слева от него ответило на вопрос, и как раз в тот момент, когда он пригнулся, из-за угла вырвалась вспышка. Демпси схватился за край больничной койки и, как защитник, толкающий блокирующего манекена, вогнал кровать в Малика, согнув русского вдвое в талии и выбив "Глок" из его руки. Он протащил своего двойника через всю палату и с оглушительным стуком впечатал его в стол медсестринского поста.

Малик хмыкнул, и Демпси почувствовал, как улыбка расплылась по его лицу, когда он поднял пистолет, чтобы прикончить ублюдка. Но кровать изменила курс прежде, чем он успел нажать на спусковой крючок, отбросив его назад, когда русский каким-то образом оттолкнулся от стола обеими ногами. Пятка Демпси зацепилась, и он отлетел назад, приземлившись плашмя на спину, его голова ударилась о кафельный пол. Перед глазами заплясали звезды. Он сильно заморгал и поднял глаза, когда русский, казалось, упал с небес прямо на него с невозможной высоты.

Демпси вскинул пистолет и выпустил патрон за долю секунды до того, как русский приземлился ему на грудь. Но пуля промахнулась, и левая рука Малика молниеносно метнулась вперед, ударив Демпси по правой руке чуть выше запястья с такой силой, что Демпси показалось, что он почувствовал перелом кости. Его пальцы онемели, а пистолет заскакал по кафельному полу. В то же время полный вес дзеты, обрушившийся на его грудь, вышиб весь воздух из его легких, и Демпси почувствовал треск, сопровождаемый разрывающей болью в левой части грудной клетки. Он нанес слабый удар левой рукой, но слишком поздно. Сильные руки обхватили его горло, большие пальцы надавили так сильно, что он подумал, что его кадык вот-вот лопнет. Хватка русского усилилась, и Демпси почувствовал, как у него потемнело в глазах, когда приток крови к мозгу внезапно прекратился.

“Так и должно быть, мой друг. Я наблюдаю, как жизнь покидает тебя, когда я раздавливаю тебе горло. Ты пытался отнять у меня все, но, в конце концов, я заберу у тебя то, что самое ценное”, - сказал Малик по-английски с русским акцентом.

Когда черная туча опустилась на Демпси, мышечная память взяла верх. Он поднял левую ногу рядом с убийцей, согнув ее в колене, а затем выстрелил ногой между ними, крутанувшись вправо, когда его мускулистая нога врезалась в предплечья русского. Хватка Малика на его горле на долю секунды ослабла, и Демпси набрал полные легкие воздуха. Его разум на мгновение прояснился, он отвел левую ногу назад, сбивая с себя убийцу. Он тяжело перекатился на четвереньки и попытался отползти, но русский прыгнул ему на спину. Издав животный рев, Малик обхватил его шею толстым предплечьем и зафиксировал ее другой рукой в жестоком удушающем захвате. В то же время Демпси почувствовал, как сильные ноги его противника обвились вокруг его талии. Он попытался просунуть левую руку и предплечье между рукой Малика и своим горлом, но безуспешно.

Не так, подумал он, когда его зрение начало затуманиваться. После всех, кого я потерял, после всего, чем пожертвовал, я не собираюсь уходить в таком виде . . .

Его внимание привлекло мерцание на полу. Вынося кровать из комнаты, он опрокинул лоток с инструментами, разбросав все хирургические инструменты. Напрягшись, он потянулся к серебряной вспышке. Темные тучи начали сгущаться с боков, и он почувствовал, как мышцы его рук и ног становятся вялыми.

Сосредоточься, приказала ПЕЧАТЬ внутри него, и затем голос начал декламировать этос ПЕЧАТИ:

Я никогда не сдамся.

Кончики его пальцев нащупали рукоятку холодного стального оружия.

Я буду упорствовать и преуспевать в невзгодах.

Он обхватил его рукой и увидел, что сжимает скальпель острием вниз.

Моя нация ожидает, что я буду физически выносливее и умственно сильнее моих врагов.

Русский, который ехал у него за спиной, как наездник на быке, усилил мертвую хватку, и в этот момент Демпси почувствовал, что его голова вот-вот слетит с плеч.

Если меня собьют с ног, я каждый раз буду подниматься на ноги.

Мир теперь был серо-черным, и его истощенный кислородом мозг был готов потерять сознание.

Я использую каждую оставшуюся унцию сил, чтобы защитить своих товарищей по команде и завершить миссию.

Собрав все силы, оставшиеся в его теле, он перекатился вправо, опрокидывая русского на спину. Затем он протянул руку назад и провел лезвием по лицу, сильно прижав его к затылку. Он почувствовал, как скальпель проходит сквозь плоть, и почувствовал, как теплая кровь брызнула на тыльную сторону его ладони, но хватка Малика на его шее не ослабла. Русский оператор даже не застонал от глубокого пореза на лице.

Я никогда не выхожу из борьбы.

Стиснув зубы, Демпси вонзил хирургическое лезвие в левое запястье русского. Он глубоко вонзил скальпель, затем принялся пилить, разрезая кровеносные сосуды, сухожилия и связки. На этот раз Малик застонал от боли, и хватка на его горле ослабла.

Теперь его мозг выкрикивал более личную просьбу:

Я увижу, как Джейк закончит BUD / S.

Я буду оплакивать своих погибших братьев по Эмберу.

И я отомщу за то , что произошло сегодня . . .

Он выдернул клинок и ударил снова, на этот раз попав в мускулистое предплечье Малика. К несчастью, ручка скальпеля теперь была такой скользкой от крови, что, когда он попытался нанести еще больший урон, ручка выскользнула у него из рук. Отчаянно хватая ртом воздух, Демпси резко перекатился влево, яростно крутанулся, наконец, разорвав хватку русской ноги вокруг своей талии. Он протянул руку назад и вцепился в глубокую рану на лице дзеты, разрывая плоть. Малик отпрянул, отпуская его, и в следующее мгновение Демпси осознал, что он свободен.

Со вздохом он вскочил на ноги и повернулся лицом к своему двойнику.

Щека мужчины была опрокинута сама на себя, по левому запястью по всей комнате струилась кровь, а из правого предплечья торчал скальпель. Несмотря на повреждения, русский улыбался, его пронзительные голубые глаза блестели и были полны злобы, подобной которой Демпси никогда не встречал.

Это мое отражение? Это мое лицо, когда я работаю?

Русский посмотрел вниз, схватился за рукоятку лезвия и вытащил его. Он отбросил его в сторону, и оно звякнуло о плитку в семи футах от него. Затем, со сверхчеловеческой скоростью, дзета развернулся и убежал. Отступление застало Демпси врасплох, и на долю секунды он не отреагировал. Рефлекторно он осмотрел пол в поисках своего оружия. Он заметил маленький пистолет, прислоненный к стене рядом с первым ящиком, и подобрал его на бегу, преследуя Малика.

- Ван, ты не спускаешь с него глаз? - позвал он, не уверенный, что наушник все еще у него в ухе.

“Срань господня, чувак, ты в порядке?” - спросил кибер-чудо-мальчик.

“Нет, это не так”, - закашлялся Демпси, выбегая из отделения интенсивной терапии. “Докладывайте!”

“ Он на лестничной клетке, первая дверь после лифта справа. Та же, в которую вы поднялись.

“Проверка”, - сказал он, переминаясь с ноги на ногу.

“Боже мой, какой он быстрый”, - сказал Ван. “Я думаю, он прыгает с половины пролета”.

Демпси с разбегу врезался в дверь лестничной клетки, и плита с оглушительным треском врезалась в дверной упор. Он быстрым шагом взбежал по лестнице и, перегнувшись через перила, увидел — именно так, как описал Ван— русского, спускающегося по лестнице прыжками, как персонаж комиксов.,,

“Я думаю, он спускается в гараж”, - сказал Ван. “Я собираюсь потерять его там, внизу, из-за всех этих структурных помех”.

“Проверка”, - фыркнул Демпси, взбегая по лестнице так быстро, как только возможно для человека, не летя.

“Потерял его”, - сказал Ван двумя пролетами позже. “Извини, Спир”.

“ Скажи Манну, где меня найти, - попросил Демпси, спустившись на последнюю половину пролета. - На случай, если дела пойдут плохо.

“ Чувак, что ты делаешь? Вернулся Ван.

Он не ответил.

“ Демпси, что происходит? Вонг сказал напряженным голосом, нарушая протокол позывных.

Демпси не ответил, а вместо этого выудил наушник из левого слухового прохода и сунул его в карман. За два десятилетия работы оператором он ни разу намеренно не отключал связь. Но это была единственная битва, которую он должен был закончить самостоятельно — без комментариев на ухо, без отвлекающих факторов.

Он присел на корточки и приблизился к тяжелой металлической противопожарной двери, ведущей в подземный гараж. Его ушибленное горло горело, а левое запястье и грудная клетка кричали от боли. Он извлек магазин из маленького M & P9 и сосчитал два патрона — плюс один в патроннике, получилось три.

Трех раундов, этого избитого тела и моего разума ... Этого должно быть достаточно.

Он выдохнул один раз, нашел свой центр и отключил боль.

Затем, с накаленными нервами, он толкнул дверь гаража.

ГЛАВА 43

Демпси въехал в гараж.

Он повернул направо, затем налево и бесшумно закрыл тяжелую металлическую дверь. Русский, несомненно, заранее подготовил машину для своего побега. К его удивлению и облегчению, гараж оказался городом-призраком. Последнее, что ему было нужно, - это еще больше жизней мирных жителей, о которых нужно беспокоиться, и смертей на его совести. Так и должно было быть — оператор против оператора, два гладиатора на арене лицом к лицу.

Он оглядел гараж в поисках движения.

Прислушался к звуку.

Так много мест, где можно спрятаться — среди бесконечных рядов припаркованных машин, за любым из десятков бетонных столбов.

Несмотря на то, что он был единственным, у кого было оружие, он чувствовал себя бойцом, находящимся в невыгодном положении.

Он подкрался к первому ряду припаркованных машин, которые, к сожалению, были в основном внедорожниками с высокими бортами и тонированными задними стеклами. Он широко развернулся, двигаясь по середине подъездной дорожки между двумя рядами. Он продвигался, низко пригнувшись, держа оружие направленным прямо перед собой, в то время как поворачивал голову вправо и влево, перемещаясь из угла в угол. Инстинкты подсказывали ему пригнуться и осмотреть землю под шасси машины, но прежде чем сделать это, он проверил свою шестерку, чтобы убедиться, что Малик не преследует его. Оказавшись позади, он тактически преклонил колено и опустил голову достаточно низко, чтобы заглянуть под машины. Сначала он осмотрел ряд справа от себя, затем слева —

Взвыла автомобильная сигнализация, пронзив тишину и заставив его вздрогнуть.

Он резко повернулся в направлении звука.

Сработала вторая сигнализация, затем третья и четвертая. Завыли клаксоны, вспыхнули огни, и некогда тихий гараж превратился в какофонию хаоса. Демпси двинулся в направлении шума, глядя поверх своего S & W, ноги скользили под неподвижным туловищем. Добравшись до сектора, где сработала сигнализация, он просканировал местность в поисках русского, сделав широкий разворот на 180 градусов. Ничего не увидев, он опустился на колено, чтобы еще раз осмотреть ходовую часть.

И вот тогда это произошло.

Невероятно, но Малик упал на него сверху, атаковав с того места, которое Демпси не учел . . . вверх. Падая с того места, где он висел на потолочной трубе водопровода, зета выбил пистолет из руки Демпси и врезал локтем ему между лопаток. Электрическое жало пронзило левую ногу Демпси и разорвало большой палец на ноге, поскольку основная тяжесть удара пришлась на старую травму позвонка. Демпси извернулся, размахивая левой рукой, и нанес русскому удар кулаком-молотом наотмашь в челюсть. Этот удар дал ему время встать на ноги и сразиться со своим противником.

Малик потряс головой, словно пытаясь прояснить зрение, а затем поднял кулаки.

Демпси принял стойку ближнего боя, и это началось.

Удар ногой, кулаком в локоть, колено . . .

Бой происходил на рефлекторной скорости — движимый не сознательной мыслью, а скорее десятилетиями тренировок, боевого опыта и мышечной памяти. Демпси чувствовал движение, пригибался и уклонялся. Он наносил ответный удар локтем или кулаком, но вместо того, чтобы соприкасаться с мягкими тканями, он чувствовал острую боль, когда его удары блокировались. С каждым отклонением он передавал кинетическую энергию в свое следующее движение, будь то удар, финт или блок.

Ребристая рука, разворот, удар ладонью, блок, колено, молотобойный кулак, удар кулаком. . .

По мере того, как он уставал, все больше ударов Малика начинали находить свои следы. Он чувствовал, как теплая кровь стекает по его лицу, а левый глаз превратился в розоватое пятно. Дыхание вырывалось из груди, и оставаться в вертикальном положении было сущей мукой, когда русский колотил его по туловищу — почти наверняка сломано не одно ребро. Локоть ударил его в левый висок, описав полный круг, и он почувствовал, что падает.

Все было кончено . . .

Демпси стоял на коленях, весь в синяках и задыхающийся, а над ним склонился Малик.

Несмотря на поврежденное левое запястье, русский превзошел его.

Фейерверк взрывающегося света заполнил зрение Демпси. Его разум кричал ему встать, но каждая клеточка его истощенного, избитого тела сопротивлялась этому зову. Он знал, что русский навис над ним, готовый нанести смертельный удар, который положит всему этому конец, но его разум решил показать ему кое-что еще. На мгновение он перенесся во времени — на два года назад, в подвал своего дома в Вирджинии. Воспоминание промелькнуло в его мозгу за микросекунду, которая показалась намного длиннее. Он работал с тяжелым мешком, нанося удары руками и ногами со всей своей яростью, ненавистью и тоской. Он был потерян и разрушен, мертв и одинок. И в самый мрачный момент Шейн Смит спустился по лестнице.

Я помню тот день . . .

Это был день его крестин — день рождения Джона Демпси.

“Боже мой”, - сказал Смит, чокаясь двумя пивными бутылками в знак аплодисментов. “Ты бьешь, как возрожденный Джек Демпси. ... Ты ведь знаешь, кем был Джек Демпси, верно?

- Я слышал это имя.

“ Слышал это имя? Смит покачал головой. “ Черт возьми, Кемпер, этот человек - легенда. Его называли Маулер Манасса. Он выиграл более пятидесяти своих боев нокаутом. Семь лет в качестве чемпиона мира в супертяжелом весе. Демпси был одним из величайших боксеров всех времен. ... Таких бойцов, как Джек Демпси, больше не делают”.

“Конечно, знают”, - сказал он. “Они называются ”Морские котики"".

Демпси поднял голову.

Шейн Смит — его друг, его креститель, его брат — стоял рядом с ухмыляющимся, залитым кровью русским. Смит улыбнулся ему той беззаботной улыбкой, все образуется, которая была у него всегда. В этот момент Демпси понял, что смотрит на привидение. Его первый брат по Эмберу исчез, убитый Маликом, и сейчас был здесь, с ним.

“ Вставай, Демпси, ” сказал Смит. “ Вставай и делай то, чему тебя учили, для чего тебя заставляли делать, что ты делаешь всегда. Встань и сделай это ради Эмбер — ради Латифа, ради Адамо и ради меня.

“Дело в том, - Малик прервал призрака Смита, тяжело дыша, - что без оружия ты ничто — просто усталый, перегоревший американский дурак. Я моложе тебя, быстрее и сильнее тебя.

“Да, это правда”, - сказал Демпси, собирая всю свою ярость. “Но я сильнее тебя”.

Подобно спринтеру из блока, он рванулся вверх, ударив правым плечом в солнечное сплетение русского. Он встал на ноги, сжал кулаки, а затем, направляя своего тезку, Джека Демпси, приступил к работе.

Черт возьми, да, Демпси, призрак Смита кричал в его голове. Возьми немного, брат.

Подобно лавине, его удары сыпались так быстро и яростно, что русский ничего не мог поделать. Его разум наполнился образами Смита: экипированный в полевых условиях, когда он был оперативником, в ТОС Эмбер в качестве директора, на глубоководной рыбалке с пивом в руке и в полудюжине других случаев, когда Смит всегда прикрывал его спину. Каждый удар по русскому призраку приветствовался его мертвым братом, и невероятно, но в каждом ударе было больше ярости и силы, чем в предыдущем. Сначала у дзета сломался нос, затем челюсть, правая глазница, а затем и левая. Затем русский оказался на спине, а Демпси - у него на груди, сверхъестественная сила двигала каждым бешеным кулаком и локтем. Он почувствовал, как теплые слезы смешиваются с кровью на его собственном лице. И под парад воспоминаний и одобрительные возгласы своего погибшего товарища по команде Демпси превратил свое отражение в кровавое, неузнаваемое, булькающее месиво.

Когда все закончилось, он остался стоять на коленях на безжизненной груди русского оператора и рыдать. Он не был уверен, сколько времени простоял так, прежде чем медленно и с трудом поднялся на ноги. Направляясь к пандусу, ведущему из подземного гаража, он нащупал в кармане брюк наушник и вставил его обратно в левое ухо.

“Мама, это Копье Номер Один”, - сказал он, его горло было скользким от собственной крови, голос хриплым, скрежещущим. “Цель сбита”.

“ О, слава Богу, - сказал Ван. “ Ты вернулся. Я думал, мы тебя потеряли.

Следующий голос на линии принадлежал Джарвису. “Всех понял. Хорошая работа, Копье номер один”.

“Я возвращаюсь в Эмбер”, - сказал Демпси едва своим голосом, чувствуя, что его горло и шея продолжают опухать.

“Нет необходимости, первый”, - сказал Джарвис. “Здание клуба в безопасности. Я направил к тебе копья Два и Три. Оставайся на месте”.

Демпси услышал приказ, но просто продолжал идти, направляясь к единственному дому, который он знал последние два года . ... с Шейном Смитом, идущим рядом с ним.

ГЛАВА 44

Больница общего профиля Сентара Норфолк

Зал Ожидания отделения интенсивной терапии при травматологической хирургии

Норфолк, Вирджиния

26 Июня

06 : 30 По местному времени

Демпси прочистил горло — не для того, чтобы привлечь внимание, а потому, что там продолжала скапливаться мокрота с медным привкусом, затрудняя дыхание. Он проглотил это. Если бы он снова закашлялся кровью, Граймс — может быть, даже Манн - заставил бы его вернуться в отделение неотложной помощи. Рентген не показал перелома его трахеи, но у него действительно было сломано ребро, перелом локтевой кости правого запястья и несколько трещин в искромсанных руках после финального боя с Маликом. Врач больницы порекомендовал сделать компьютерную томографию его шеи, чтобы выявить повреждения кровеносных сосудов и объяснить огромный отек, но он, конечно, отказался. С тех пор Манн наблюдал за ним, как ястреб.

“ Сейчас вернусь, ” сказал Манн, вставая. - Пойду проверю, как там дела.

Демпси кивнул, но не двинулся с места.

Граймс ждал новостей о судьбе Луки Мартина, который, несмотря на многочисленные ранения в грудь, выжил, и Криса Ноубла — молодого гения, которого все называли “Дейл”, пострадавшей половины протеже Болдуина.

Странно, что по прошествии двух лет я ни разу не спросил, как на самом деле зовут ребенка.

Граймс издал какой-то звук и посмотрел на нее. Она сидела напротив него, уставившись на свои ноги, безвольно положив руки на колени. Он хотел что-то сказать ей, но у него просто не было эмоциональной энергии.

Чья-то рука сжала его плечо, и он, подняв голову, увидел, что Баз Уилсон смотрит на него сверху вниз, его темные глаза полны сочувствия. Баз сменил свою испорченную рубашку на позаимствованную, которую принес Манн, но футболка под ней все еще была сильно испачкана сажей и кровью.

- Не хотел подкрадываться к тебе, - сказал Баз и прервал свое хождение взад-вперед, чтобы тяжело плюхнуться на сиденье рядом с ним.

“Без проблем”, - сказал Демпси, изучая мужчину рядом с собой, блестящие молодые глаза на обветренном лице, изборожденном морщинами тяжелой борьбы и хорошо прожитой жизни. С тех пор как он попал на борт, он зарекомендовал себя товарищем по команде во всех смыслах этого слова. Даже сейчас, когда он мог быть дома со своей женой, Баз был здесь, со своими приемными братьями и сестрами Эмбер, ожидающими вестей о мужчинах, которых он едва знал. Более тридцати лет в ЦРУ — Демпси задумался, сколько раз этот человек вот так сидел в приемных. Наверное, слишком много.

“Как долго ты знала Шейна?” Тихо спросила Баз.

“Целая жизнь”, - сказал Демпси, не поясняя метафору. Смит был первым человеком, которого Джон Демпси встретил в этой жизни. С того дня в подвале, дня его крещения, они были друзьями, товарищами по команде и братьями. Он посмотрел на Буза и грустно улыбнулся.

“Он был хорошим человеком”, - просто сказал старожил, чувствуя, что еще что-то было бы слишком.

Дверь открылась, и вернулся Манн, избавив Демпси от необходимости говорить о Саймоне Адамо и Джун Латиф — двух других товарищах по команде Ember, подтвержденных мертвыми. Манн выглядел уставшим и намного старше, чем утром. Граймс вскочила на ноги, уперев руки в бедра. Демпси обнаружил, что тоже не может оставаться на своем месте, и поднялся, сцепив руки перед собой.

“Лука сейчас в отделении интенсивной терапии, - сказал Манн. “Операция прошла очень хорошо. Он потерял много крови, но он молод и, по сути, профессиональный спортсмен в нашем бизнесе. Гражданские документы находятся под охраной, но я говорю, что он выкарабкается ”.

“ Полное выздоровление? - Спросила Граймс срывающимся голосом.

Манн кивнул. “Думаю, да. Им пришлось отрезать кусок его правого легкого, чтобы остановить кровотечение в груди, но он прекрасно это перенесет. Пуля прошла через диафрагму и печень, именно туда попала вся кровь. Они остановили кровотечение, не удаляя печень, и зашили отверстие в диафрагме. Он стабилен ”.

Демпси наблюдала, как Граймс переводит взгляд куда-то вдаль, ее правая рука скользнула к груди, пальцы легко коснулись ткани рубашки над собственным шрамом. Думала ли она о боли собственного выздоровления? Думала ли она о том, что ждет Луку впереди? О Смите, Адамо и Латифе?

Все это и многое другое.

“ А Крис? - Спросила Баз.

Демпси улыбнулся. Только гребаный новичок мог называть Дейла его настоящим именем.

Лицо Манна омрачилось. “Состояние Дейла стабильное, - сказал он, “ но пуля пробила его позвоночник в районе С6 - это шестой шейный позвонок. Он парализован.

“ На всю жизнь? - Спросила Граймс, но по ее голосу было ясно, что она знает ответ.

Манн торжественно кивнул. “Его уровень будет либо С6, либо С7 - пока трудно сказать. Он будет в инвалидном кресле, но некоторые мышцы рук все еще будут работать. У него будет диафрагма и все дыхательные мышцы, так что он сможет дышать. Им пришлось сделать трахеотомию, потому что пуля повредила ему трахею, но это будет временно ”.

Манн скрестил руки на груди и дал им время переварить все, что он им сказал.

“ Сколько времени в больнице? - Спросил Баз.

“ Долгий срок для них обоих. Недели здесь, а для Дейла потом будут месяцы физкультуры и реабилитации. Что касается ближайшего будущего, я думаю, что, вероятно, сейчас самое подходящее время для всех воспользоваться этой возможностью и немного поспать. На данный момент мы мало что можем здесь сделать ”.

- Мы остаемся, - сказала Грайм и заняла свое место.

Манн кивнул. Он понял.

Заговорил Демпси. “Мы будем дежурить в больнице посменно, чтобы с ними всегда кто-нибудь был. Я беру на себя первую смену, а вы, ребята, можете пойти немного отдохнуть.

“ И куда я, по-твоему, должна пойти для этого, Джон? - Спросила Граймс со вспышкой гнева в голосе. “Я не могу пойти домой, потому что мы не знаем, была ли полностью нейтрализована угроза дзетов, и я не могу пойти в Эмбер, потому что Эмбер - это пепел”.

“На данный момент Джарвис разместился на военно-морской базе в Норфолке”, - сказал Манн. “У них есть офицерское жилье, которое мы будем делить вместе, за исключением Буза, который будет жить в квартире для супругов на станции со своей женой. Литл-Крик слишком далеко от больницы”.

“ А после этого? ” спросила она. - Что происходит с Эмбер?

“Мы откроем магазин везде, где ДНР найдет для нас место”, - сказал Демпси. “Заведение в Ньюпорт-Ньюс - это тост. Даже если мы его перестроим, кот все равно останется на свободе. Эмбер придется искать новый дом ”.

Она кивнула, и он увидел, что она обдумывает последствия своего шага. - Возможно, это к лучшему, ” сказала она со вздохом. “Даже если бы мы могли вернуться в ангар, я не уверен, что захотел бы этого”.

Баз сжала плечо Демпси. “Где бы ни был дом, я хочу, чтобы ты знал, что я с тобой, брат”.

Это было идеальное решение.

Демпси внезапно понял, что ему нужно выйти из комнаты ожидания. Это было похоже на завершение долгого ночного погружения в холод, когда ты отдал бы почти все, чтобы выбраться из темноты и холода и подышать нормальным воздухом.

- Я вернусь, - пробормотал он и вышел через большие двойные двери зала ожидания.

Холл снаружи был стеклянным от пояса до потолка с правой стороны и выходил окнами на реку Элизабет. Он мог видеть город Портсмут за рекой и разросшийся военно-морской госпиталь, занимавший весь восточный угол города. Он остановился и вытянул шею, пытаясь разглядеть дальше на север, где Атлантический флот растянулся вдоль береговой линии у слияния рек Йорк и Джеймс. Он любил этот город. Он служил здесь в Четвертой команде морских котиков. У него была квартира на берегу океана в Вирджиния-Бич, а позже, после женитьбы на Кейт, он переехал в небольшой дом в Чесапике. Здесь была история — для него и его любимого военно-морского флота.

Демпси рухнул на одну из мягких скамеек вдоль изогнутой стеклянной стены и наклонился вперед, упершись локтями в колени. Опустив голову, он подавил рыдание, когда новые слезы затуманили его зрение.

“Я подумал, что если подожду достаточно долго, ты найдешь дорогу сюда”, - произнес знакомый голос.

Демпси поднял глаза на Джарвиса, который стоял и смотрел в стеклянную стену, сложив руки перед собой. DNI был один — почти неслыханное явление в наши дни. Увидев Джарвиса, Демпси захлестнула волна эмоций, и он даже не попытался вытереть слезы со своего лица. Джарвис был самым близким человеком в мире, который у него остался, и позору не было места в их отношениях.

“Я не могу поверить, что Шейн ушел, сэр. Я просто. . . У Демпси перехватило горло, и он посмотрел на свои колени. Он крепко зажмурился.

Джарвис положил руку на плечо Демпси. Демпси почувствовал силу этого человека, прерванную мгновенной эмоциональной дрожью, прежде чем снова стать твердым, как скала.

- Я знаю, как дела у Дейла и Луки, так что избавь себя от необходимости рассказывать мне об этом, сынок.

Демпси не смог удержаться от улыбки.

Son. Никто не называл меня так уже очень, очень давно.

Но здесь, сейчас, и особенно от этого человека, это подходило.

Джарвис позволил тишине затянуться еще на мгновение, прежде чем сесть рядом с Демпси.

“Я не буду оскорблять тебя ободряющей речью”, - сказал он со вздохом. “Я не буду восхвалять наших погибших подробностями, которые вы уже знаете, или рассказывать вам, как они добровольно отдали свои жизни за дело, которое было для них глубоко важно”.

Демпси поднял голову. “Тогда что вы мне скажете, сэр?” - спросил он, глядя на Джарвиса в профиль, пока тот смотрел в окно.

“ Что это еще не конец, Джон. Ни в коем случае. Представитель ДНР повернулся к нему, его глаза были одновременно холодными, как сталь, и горячими от страсти. “Сегодня мы проиграли битву, но война только началась. Мы собираемся завершить миссию, которую начали в Выборге. Мы собираемся выследить и убить всех до единого дзетов, включая Аркадия Жукова”.

“ Это приказ, сэр? - Спросил Демпси, чувствуя, как внутри у него разгорается огонь.

Джарвис кивнул. - И есть кое-что еще.

Демпси почувствовал, как через него течет энергия, направленная энергия воодушевленной цели.

-Сэр?-спросиля.

“Перед тем, как приехать сюда, я был в Белом доме, допрашивал президента, и в конце он задал мне интересный вопрос”, - сказал Джарвис, поднимаясь на ноги, его голос был похож на низкое рычание. “Он спросил меня, думаю ли я, гипотетически, мог ли Эмбер устранить российского президента”.

Этих слов было слишком много, они взвинтили его и подняли на ноги рядом с боссом.

- И что вы ему сказали?

“ Гипотетически? - Спросил Джарвис, приподняв правую бровь и сверкнув глазами.

-Конечно.

Джарвис схватил его за плечи и крепко сжал. “Я сказал ему, что у меня есть идеальный человек для этой работы”.

Демпси кивнул, когда Джарвис отпустил его, и снова отвернулся к окну.

“ Оплакивай своих погибших, Джон. Позаботься о своих раненых. Но сохраняй бдительность остальной команды. Когда пыль осядет, мы вернемся к работе”.

- Да, сэр, - ответил Демпси.

Не оглядываясь, Джарвис повернулся и ушел, его широкие плечи исчезли в медленно изгибающемся коридоре.

Демпси положил руки на подоконник и устремил взгляд за реку, где буксир толкал судно класса "Сан–Антонио"к сухому доку верфи. На борту десятки и десятки мужчин и женщин военно-морского флота готовились к долгой и трудной задаче по разборке своего корабля на части - необходимому первому шагу для того, чтобы они могли составить полный список ремонтных работ и улучшений. В этом и заключалась особенность ремонтных работ — какими бы изнурительными и ужасными они ни были, они были единственным способом сделать корабль более боеспособным и готовым к бою в условиях постоянно меняющегося ландшафта угроз.

Слабая улыбка расползлась по лицу Демпси, когда он осознал иронию. . процесс обновления Ember тоже начинался сегодня.

ГЛАВА 45

6602 Имз Уэй

Бетесда, Мэриленд

29 Июня

1930 По местному времени

Во второй раз за две недели Кэтрин Морган вошла в свой дом и обнаружила, что ее ждет незваный гость. Однако на этот раз достать ее "Глок" из ящика рядом с холодильником было невозможно, потому что начальник штаба ДНР целился ей в грудь.

“ Привет, Петра, - сказала Кэтрин, кладя сумочку на стойку. Ее сердцебиение ускорилось из-за выброса адреналина, а чувства обострились. Ее взгляд переместился с глаз Петры на оружие, где она отметила, что левый указательный палец Петры в перчатке был на спусковом крючке, а не на предохранителе. Раздражение расцвело в ее груди. После своего последнего визита к Гавриилу Кэтрин добавила несколько камер и датчиков, привязанных к приложению на ее телефоне, — обновление системы домашней безопасности, которое сегодня вечером оказалось бесполезным. “Я вижу, ты придумал, как взломать мою систему безопасности”.

“Болдуин вызвался помочь мне”, - холодно сказала Петра. “Он сейчас не в лучшем состоянии . ... и я тоже”

Кэтрин изучала лицо своего противника в поисках признаков слабости или сомнения. Ей нужна была трещина, которую она могла бы использовать — сочувствие, логику, наивность, патриотизм — все, на чем она могла сосредоточиться, чтобы отредактировать историю, которую Петра написала у себя в голове. Это умение было причиной, по которой Аркадий в первую очередь выбрал ее для задания. Она была очень хороша в убеждении; манипулирование было для нее естественным. “Я вижу, ты расстроен”, - сказала она. “Мы все очень расстроены тем, что произошло. Почему бы тебе не опустить пистолет, Петра, и мы не поговорим об этом.

- Я здесь не для того, чтобы разговаривать, Кэтрин, - непоколебимо заявила Петра, - или как там тебя на самом деле зовут.

“Что бы вы ни думали о том, что я сделал, как бы вы ни думали, что я связан с нападением, я могу заверить вас, что я не принимал в нем участия”.

- Я тебе не верю.

“ Петра, опусти пистолет. Ты меня пугаешь, - сказала Кэтрин, меняя позу и тон голоса, чтобы подчеркнуть уязвимость. Но ее мольба осталась без внимания, и Петра держала дуло пистолета направленным точно в центр тяжести, "Глок" непоколебимо покоился в ее руке.

“ Проблема с поимкой крота, - начала Петра, - в том, что все всегда зацикливаются на поиске улик. В этом есть смысл. Именно так проводятся уголовные расследования, и именно так я начал свои поиски. Но в мгновение ока я разочаровался. Вы так эффективно замели свои следы, что я не смог найти никаких веских улик ”. Она наблюдала, как бывший оперативник разведки медленно кружит вокруг нее, и почувствовала озноб, когда по лицу Петры расплылась улыбка, и она издала тихий смешок. Страх охватил ее — сильнее, чем она чувствовала, когда оператор дзета был в ее доме. Это заставило ее смириться, но это . ... она была предательницей по отношению к этой женщине, а не сгоревшим активом.

“ Прости, ” говорила Петра, “Глок" так и не дрогнул в ее руке, - я не хотела смеяться, но я не могу не находить юмора в ужасной иронии твоей судьбы. Видишь ли, Кэтрин, за все эти годы ты слишком хорошо выполняла свою работу. Ваша компетентность вынудила меня отказаться от традиционного подхода к расследованию и переосмыслить проблему. Именно тогда пришло прозрение. Ловля крота не обязательно должна быть сложной; это всего лишь процесс устранения. На самом деле, способ, которым я вас поймал, был на удивление простым — я использовал диаграмму Венна. Ключом к моему подходу был выбор строго разрозненных и целенаправленных фрагментов информации, а под целенаправленной я подразумеваю информацию, которая была стратегически использована вашим боссом в России. В первом круге я перечислил весь персонал, который знал, что комплекс Ember расположен под ангаром в Ньюпорт-Ньюс. В следующем круге я перечислил всех сотрудников, которые знали о решении президента в прошлом месяце совершить экстренную и необъявленную поездку в Стамбул . . .”

Пока Петра говорила, новый прилив паники охватил внутренности Кэтрин. Она не собиралась выпутываться из этой ситуации. Она взглянула на подставку для столовых приборов в трех футах от нее, на стойке, где лежал полный набор кухонных ножей, плюс один метательный нож с такой же рукоятью, которой она умело пользовалась. Она оглянулась на Петру, отметила стойку для стрельбы другой женщины и то, как она держит "Глок" — два надежных показателя умения обращаться с огнестрельным оружием, — и решила, что хвататься за нож было бы самоубийством.

“... И в третьем круге я перечислила всех сотрудников, которые знали, что Энн Парсонс была убита в парке Симферополя, Крым, после тайной встречи с белорусским информатором, имеющим связи в ФСБ”. При этих словах Кэтрин почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица, и не смогла удержаться от того, чтобы не открыть рот. “О, я вижу, теперь я завладела вашим вниманием. Это хорошо. Я надеялась, что это сработает для вас так же, как и для меня”, - сказала Петра, и в ее голосе послышался намек на самодовольство. “К счастью для вас и вашего босса, убийство Энн Парсонс было полностью омрачено террористической атакой на поместье ДЭНИ Филипс в прошлом году. После этого все забыли об Энн, все, кроме одного человека . ... человек, который каждый день по дороге на работу проходил мимо мраморной стены со ста тридцатью двумя черными звездами, начертанными под словами "В честь тех сотрудников Центрального разведывательного управления, которые отдали свои жизни на службе своей стране’. Этот человек знал, что Анна работала над тем, чтобы перевербовать агента белорусской ФСБ. Этот человек понял значение отсутствующего большого пальца, когда было обнаружено ее тело. И этот человек признал, что характер убийства Энн имел все признаки операции по убийству Аркадия Жукова”.

“ Ты говоришь о новом парне из "Эмбер", Базе Уилсоне? Кэтрин встретилась взглядом с другой женщиной.

Петра улыбнулась. - Для этого нужна деревня.

Кэтрин сосредоточилась, взяла себя в руки и сказала: “Я думаю, Петра, что ты устала. Ты была в сильном стрессе. Вы только что пережили тяжелую утрату и ищете, кого бы обвинить. Кроме того, вы спите со своим боссом и беспокоитесь о его здоровье. Итак, я знаю, что вы думаете, что то, что вы делаете здесь сегодня вечером, является актом патриотизма, но обвинять меня в государственной измене и тащить сюда - это не решение проблемы. Вы сами сказали: у вас нет никаких доказательств. Суды не выносят решений на основе диаграмм Венна. Обвинительный приговор требует доказательств, а у вас здесь нет ничего, кроме слабых и косвенных пунктирных связей между мной и инцидентами, которые вы описали ”.

“Вы правы — ни одно жюри присяжных не осудит вас, основываясь на моей методологии. Ни один судья не вынесет приговор, основываясь на моих логических доказательствах. Но сегодня мне не нужно убеждать присяжных. От слов Петры у нее кровь застыла в жилах. “Я знаю, что ты виновен. Я знаю, что ты русский ”крот", а твой куратор - Аркадий Жуков.

Теперь ее охватил страх, больший, чем она чувствовала, когда думала, что Аркадий планирует отправить ее на пенсию. Никаких обязательств после миссии — разве не это сказал Гавриил? Она знала, что был хороший шанс, что выдача местонахождения Эмбер разоблачит ее прикрытие, но все это происходило слишком быстро. Она думала, что у нее будет больше времени, чтобы выбраться.

- Пора спускаться в подвал, - сказала Петра, взглянув на дверь, ведущую на лестницу.

“ Нет, ” сказала Кэтрин, стиснув зубы. - Тебе придется застрелить меня на месте.

“Я готова это сделать”, - сказала Петра, сжав губы в жесткую линию. “Только потому, что ты не участвовала в нападении на Эмбер, не означает, что на твоих руках нет крови. Твоя измена убила моих соотечественников, Кэтрин, так же верно, как если бы ты нажала на курок. Два десятилетия я проработал в специальных войсках и разведывательных сообществах. Может, я и не ношу трезубец на груди, но это не значит, что я не воин. И только потому, что мы с тобой не ходим на работу каждый день, это не значит, что мы не солдаты на этой войне. Ваша страна напала на мою, и это не может остаться без ответа”.

В этот момент Кэтрин поняла. Ее подозрения, что Петра была зетой, были продуктом ее собственной паранойи. Эта женщина не была ни ее заменой, ни помощницей Аркадия. Петра Фелск была именно той, за кого себя выдавала — американской мстительницей, выкованной из того же металла, что и Келсо Джарвис.

Петра указала на дверь в подвал. - Там внизу кое-кто хотел бы поговорить с тобой.

-Кто?-спросиля.

- Почему бы тебе не пойти первым и не выяснить.

Кэтрин почесала шею сбоку, обдумывая свои жалкие варианты. Если бы Джарвис был в подвале, возможно, она смогла бы манипулировать им, чтобы он встал на путь судебного преследования, а не мести. “Хорошо”, - сказала она и медленно пошла из кухни к лестнице в подвал, выискивая ошибку, которую можно было бы использовать в процессе. Движение к двери и вниз по лестнице было бы ее последним шансом обезоружить Петру и убить ее. Но такой возможности не было. Петра была слишком хороша и все время сохраняла должный настрой.

Деревянная лестница скрипела при каждом шаге, когда она спускалась в недостроенный подвал. Мерцающая лампочка над головой давала едва достаточно света, чтобы спуститься в затхлое помещение, которое она использовала под склад. Когда она сошла с последней ступеньки лестницы на бетонный пол, ее внимание привлекла петля, свисающая с потолка справа от нее. Тонкая петля была связана из черного нейлонового паракорда и продета через петельку, ввинченную в нижнюю часть балки пола. Прямо под ним стояла табуретка-стремянка, к одной из четырех ножек которой был привязан кусок паракорда, протянувшийся на десять футов и извивающийся по полу. Желудок Кэтрин скрутило в узел, а рот стал ватным при виде свиты палача.

“ Продолжай двигаться, ” сказала Петра у нее за спиной. - К табуретке.

“ Здесь больше никого нет, не так ли? - Спросила Кэтрин, медленно поворачиваясь лицом к Петре.

“ Нет, я сказал это только для того, чтобы мне не пришлось стрелять в тебя на кухне. Так будет лучше.

- Для тебя, - сказала Кэтрин.

“Для всех”.

Направляясь к табуретке, она была удивлена своей покорностью судьбе. Ее всегда интересовало, почему заключенные так покорно идут навстречу своей смерти, вместо того чтобы сражаться зубами и когтями. Теперь она поняла подавляющую силу неизбежности. Она встала на табурет, сначала немного покачиваясь, пока не восстановила равновесие. Она выдохнула и, не дожидаясь указаний, накинула себе на шею тонкую нейлоновую петлю, которую Петра повесила точно по размеру. Петра, со своей стороны, держалась на расстоянии, все время прикрывая Кэтрин пистолетом. В восьми футах от него она опустилась на колени и подняла с пола свободный конец веревки, привязанной к ножке табурета.

“Я взяла этот паракорд из тлеющей клетки Шейна Смита в Ember”, - сказала Петра, делая шаг назад, чтобы ослабить нейлоновую веревку, привязанную к табуретке. “Я думал, это было поэтично”.

“ Ты написала для меня записку? - Спросила Кэтрин, удивленная тем, что этот вопрос сорвался с ее губ.

“Нет”, - отрезвляюще сказала Петра. “Я решила, что ты этого не заслуживаешь”.

Слова Петры подействовали на Кэтрин как пощечина. Расставание заставило ее почувствовать пустоту, а жизнь - бессмысленность. Но затем, словно в ответ, спокойный баритон Аркадия заговорил в ее голове, успокаивая ее: Не бойся, Машенька. Встреть свою смерть так, как встречал ее всю жизнь — бесстрашно и непримиримо. То, что ты сделал, ты сделал ради любви и родины. Так что утешься, гордая дочь России, и знай, что скоро мы будем вместе. . .

С этими словами ее страх растаял, сменившись смирением и сожалением о том, что осталось невысказанным. Именно из-за этого сожаления по ее щекам потекли слезы. Время замедлилось. В ее голове эхом зазвучали стихи Аркадия, которыми она поделилась с ним:

“... Мое единственное сожаление горько - сладкое

Чтобы мы снова встретились, должно пройти две смерти.

Она прошептала "прощай" мужчине, которого всегда любила, но которому так и не хватило смелости признаться в своей правде. С долгим, покорным вздохом она закрыла глаза.

Она услышала скрип табурета , выдернутого из - под ее ног . . .

Почувствовала неумолимое притяжение , когда ее тело упало . . .

И почувствовала поцелуй Смерти на своей щеке, когда петля из паракорда невероятно туго затянулась вокруг ее шеи . . . .

ГЛАВА 46

Тайсонс-бульвар, 1650

Маклин, Вирджиния

29 Июня

2115 По местному времени

Джарвис нажал на значок на своем рабочем телефоне, чтобы прервать поздний разговор с директором NCTC Реджи Бакингемом. Положив телефон на столешницу из темного мрамора, он с клинической отстраненностью изучил легкую дрожь в своей руке и подумал о том, каким сильным он себя сегодня чувствовал. За три дня, прошедшие после нападения Эмбер, он чувствовал себя более энергичным и сильным, чем за последние месяцы. Он действовал на адреналине, или что-то другое подпитывало его?

Ярость?

Новая цель?

Может быть, и то, и другое?

Он сжал пальцы в твердый, уверенный кулак. Он владел дрожью, она была его, и он не позволял ей контролировать или определять его. Он был, прежде всего, морским котиком Соединенных Штатов, которого никакая болезнь или несчастье никогда не могли у него отнять. Прогноз доктора не был смертным приговором; это была возможность. Знание порождало действие. Оно давало контроль. Преодоление этой новой напасти теперь было его миссией, и он никогда не выбывал из борьбы. То же самое было и с Эмбер. Заживление займет время, но процесс восстановления уже начался. В ближайшие месяцы он будет нужен команде Ember, и он намеревался стать их опорой.

Раздался стук в дверь. Тук, тук. . тук.

Петра.

Он подошел к двери и впустил ее. “Где твой ключ?” спросил он.

Она приветствовала его улыбкой, но в ее плечах чувствовалась тяжесть, как будто она внезапно взвалила на спину всю тяжесть мира.

“Я думала, мы решили, что пока у меня нет ключа”, — сказала она, выдерживая его взгляд, но в ее глазах ничего не было - ни осуждения, ни жалобы, ни враждебности.

“ Что-то случилось, - сказал он с внезапным приступом беспокойства. - Ты в порядке?

- Нам нужно поговорить, - сказала она и села на один из барных стульев.

“ Ты нашел крота? ” спросил он, волна предвкушения смыла тревогу, охватившую его минуту назад. Это было все, о чем они говорили после нападения. По тяжелым темным кругам у нее под глазами он понял, что с той ночи она почти не спала. Глядя на нее сейчас, он задавался вопросом, как вообще мог подозревать ее.

- Да, - сказала она, медленно кивая.

Глядя в ее глаза, логические деревья внезапно заполнили белую доску в его сознании. Он был настолько отвлечен своими личными демонами и кризисами национальной безопасности, что его разум не работал в обычном режиме. Но в этот момент прежний Джарвис вернулся, и математическое доказательство, которое ускользало от него в течение нескольких недель, внезапно стало аксиомой.

Кэтрин Морган.

На этом пути было множество намеков, теперь уже самоочевидных, которые он тогда проигнорировал. Ее смятение из-за того, что ее уволили с заседания в Овальном кабинете, когда речь зашла о Петрове. То, как она нахмурилась, когда узнала, что он нанял эксперта по Аркадии из Лэнгли для Ember. О том, как она подружилась с госсекретарем Бейкером и проводила политику в Турции, которая рисковала оттолкнуть президента Эродана от Уорнера в распростертые объятия Петрова. Десятки маленьких фрагментов — каждый сам по себе безобидный — прокручивались в его голове, как кинопленка на высокой скорости. Он помнил каждый инцидент с совершенной ясностью, точно так же, как помнил, как отверг свои подозрения как абсурдные.

Трехдесятилетняя карьера Морган была образцовой. Она дурачила всех и делала это всю жизнь. Она пользовалась таким доверием и уважением, что президент Уорнер на какое-то время назначил ее исполняющей обязанности министра внутренних дел. И когда Джарвис стал ее преемником, он сохранил Кэтрин и создал для нее положение в центре американского разведывательного аппарата. Как он мог быть таким слепым? Таким глупым? В его сознании появилась чистая бухгалтерская книга, и страницы начали заполняться данными. Сколько вреда она причинила за эти годы? Сколько секретов она выкачала, сколько НКО взломала, сколько сетей взломала, сколько планов сорвала, сколько технологий украла? Приливная волна эмоций захлестнула его. Ярость, стыд, ярость, отвращение. Он подавил все это, пока оно не захлестнуло его.

- Это Морган, не так ли? - спросил он.

Петра кивнула.

“ Как ты это выяснила? - спросил он, садясь на табурет рядом с ней.

Она выпустила воздух сквозь зубы и посмотрела в потолок. “ Я не готова сейчас вдаваться в подробности. Это нормально?

“И да, и нет”, - сказал он, его мысли уже устремились к следующим шагам. “Нам нужно передать все ваши выводы и документацию в NCTC, чтобы я мог попросить Реджи, с которым я только что разговаривал, по иронии судьбы, собрать команду, чтобы взять Кэтрин под стражу, прежде чем она уничтожит улики или попытается сбежать”.

Петра встретилась с ним взглядом и сказала: “Нам не нужно беспокоиться об этом”.

- И почему же это так?

“Потому что, насколько я понимаю, Кэтрин покончила с собой. Повесилась в своем таунхаусе в Бетесде пару часов назад”.

Пока она говорила, его синестезия перешла в гиперпривод, и ее слова зазвучали музыкально и красочно. В его голове заиграл одинокий гобой —“Арабский танец” Чайковского— и он вспомнил свой лихорадочный сон в аппарате магнитно-резонансной томографии. Он пристально посмотрел на нее и понял, что, хотя их тела были в покое, они танцевали.

Замысловатый дуэт . . .

Мужчина и женщина . . .

Сила и изящество . . .

Власть и соблазнение . . .

Вокруг нее материализовалась золотая аура, и он понял, что она сделала.

- Ты сердишься на меня? - спросила она, нарушив молчание.

“ Нет, ” сказал он. - Совсем наоборот.

На мгновение он перенесся во времени на два года назад, в роскошный дом в Вашингтоне. В то время он был директором Ember, преследующим человека, ответственного за массовое убийство подразделения Первого уровня Демпси в Йемене. В ту роковую ночь Роберт Киттинджер был предателем их страны, а Джарвис - ангелом смерти, требующим — не столько мести, сколько расплаты. Сегодня вечером история повторилась, и Петра свершила правосудие. Она сделала это ради своей страны. Она сделала это ради него. Они были родственными душами, ангелами-мстителями, связанными судьбой и предназначением.

Привязан навсегда.

Она соскользнула с табурета и легонько потянула его за руку, чтобы он сделал то же самое. Он подчинился, и когда оказался перед ней, она рухнула ему на грудь.

“Я знаю, что это нарушение нашего соглашения, но я не хочу оставаться одна”, - сказала она, прерывисто дыша. “Можем ли мы сделать исключение сегодня вечером?”

“ Да, ” сказал он, заключая ее в объятия. - С этого момента все, что мы делаем, мы делаем вместе.

- Привязан, - прошептала она, читая его мысли.

“Навсегда”.

ЭПИЛОГ

Арлингтонское национальное кладбище

Раздел 60

4 Июля

14.30 По местному времени

Они никогда не говорили об этом — о том, чтобы вместе приехать сюда и навестить ее брата, — хотя Демпси была уверена, что это приходило им обоим в голову сотни раз. Сегодня это просто случилось — Граймс, не говоря ни слова, забрался на пассажирское сиденье своего черного "Тахо" и сел за руль, не обсуждая, куда он едет.

Всю трехчасовую дорогу из Норфолка они говорили очень мало, да и потом в основном о Луке Мартине и Дейле. Мартина выписали из отделения интенсивной терапии, все трубки, выходящие из его груди, кроме одной, уже были удалены, что, по словам Манна, было замечательно. Когда Демпси сообщил Мартину о смерти Смита, Адамо и его близкого друга Латифа, бывший морской пехотинец ничего не сказал. Он просто выпрямился в кресле и начал задавать вопросы о режиме реабилитации и расписании. Демпси понял. Было несколько боев, которые требовали боя.

Перемещение и “восстановление” Ember уже шло полным ходом на базе ВВС Макдилл в Тампе, куда Демпси и команда SAD должны были отправиться очень скоро. Как только они заработают в полную силу, охота на Аркадия Жукова и остальных выживших зетов начнется всерьез. Они выследят их и сделают то, что делали всегда — совершат собственную божественную форму правосудия Эмбер. Мартин, как оказалось, твердо намеревался принять участие в этой операции, когда придет время.

Протеже Болдуина, Дейл, однако, находился совсем в другом месте. Малыш мало говорил и еще меньше ел. Медицинская бригада теперь угрожала ему трубкой для кормления, если он не отключит ее. Болдуин прилетел из Тампы и провел с ребенком целый день и ночь, и, похоже, это помогло. На это потребуется время, но Демпси верил, что в конце концов с мальчиком все будет в порядке.

Ярко-желтое солнце висело высоко в безоблачном голубом небе. Щебетали птицы, а трава сегодня выглядела особенно зеленой и яркой. С момента прибытия они шли молча, бок о бок. В какой-то момент Элизабет взяла его за руку — ее прикосновение было теплым, но вялым. Время от времени он чувствовал, как она дрожит, и когда это случалось, нежно сжимал ее руку. Он повел ее через территорию, так как хорошо знал дорогу. Черт, в своих снах он ходил по зеленым травянистым дорожкам между белыми камнями. Сегодня им предстояло посетить много камней. Но они начинали с места их взаимной и самой опустошающей печали.

В конце концов, они добрались до южного конца кладбища, известного как Секция 60, — участок, который, казалось, заполнялся слишком быстро. Он сошел с мощеной дорожки и подвел ее к тому месту, где остановился, отпустил ее руку и опустился на колени. У него перехватило дыхание, и он откинулся на корточки, не совсем готовый смотреть на высеченные на белом камне слова. Она опустилась на колени рядом с ним, взяла его за руку и положила голову ему на плечо.

“Я так по нему скучаю”, — сказала она, оплакивая своего брата, специального оператора первого класса Джонатана Кларка, известного Демпси и другим морским котикам Первого уровня как “Спаз”.

“ Я знаю, ” прошептал он срывающимся голосом. - Я скучаю по ним по всем.

Так много ушло. А через несколько недель они снова вернутся сюда, в Арлингтон, чтобы посмотреть, как Барри Позняк, спецназовец армии США, известный им как Шейн Смит, отправится на покой. Джун Латиф должна была быть похоронена на кладбище штата Вирджиния рядом с домом его родителей. А Саймона Адамо уже похоронили в Огайо.

Демпси поднял глаза и, вытирая слезы со щек, прочитал надпись вслух:

ЗДЕСЬ ЛЕЖИТ

THE

НЕОПОЗНАННЫЙ

ОСТАЕТСЯ

ИЗ

ОПЕРАЦИЯ " КРЕСТОНОСЕЦ "

ЙЕМЕН

2016

Закончив читать, он взял Элизабет за руку, и они вместе скорбели.

Это должно было показаться концовкой, но этого не произошло.

Это было только начало.

Перед ними лежал долгий незнакомый путь, по которому они молча, без слов, обязались идти вместе как товарищи по команде, как операторы и, самое главное, как американцы.

Глоссарий

• AIP—воздухонезависимый двигатель

• АК—Аль-Каида

• BDU—Парадная боевая форма

• Bright Falcon — кодовое название Российского операционно-учебного центра Zeta в Выборге, Россия

• BUD/ S —Основы подводного сноса / обучение ТЮЛЕНЕЙ

• ЦРУ—Центральное разведывательное управление

• ВТОРОЙ командир

• КОМСОСТАВ —командующий подводными силами в Атлантике

• ЦСУ—начальник штаба

• Постоянный ток—Контроль повреждений

• DCS—Распределенная командная система

• ДНР —директор Национальной разведки

• Министерство обороны —Department of Defense

• DPU—водолазная двигательная установка

• DS&T—Директорат науки и технологий

• EAB—Аварийный воздухозаборник

• EBE—Аварийное Дыхательное оборудование

• Восемнадцатилетний Дельта — медицинский техник Сил специального назначения и специалист по оказанию первой помощи

• Эмбер — первая американская оперативная группа по борьбе с терроризмом, проводящая секретные операции

• ЭМИ—электромагнитный импульс

• ЭКСФИЛЬТРОВАТЬ—Exfiltrate

• Операционная база FOB—Forward

• FSRU—Плавучая установка хранения и регазификации

• GSW—Огнестрельное ранение

• ОРЕОЛ —высотное, низкое отверстие

• HUMINT—Человеческий Интеллект

• HVT — Ценная цель

• IC—Разведывательное сообщество

• INFIL—Проникать

• ISR—Разведка, наблюдение и рекогносцировка

• ДЖО—младший офицер

• JSOC—Объединенное командование специальных операций

• JSOTF— Объединенная оперативная группа специальных операций

• KIA—Погиб в бою

• LAN—локальная вычислительная сеть

• LNG —сжиженный природный газ

• MARSOC—Командование специальных операций Корпуса морской пехоты

• MEDEVAC—Медицинская эвакуация

• NCTC—Национальный контртеррористический центр

• NOC—Неофициальная обложка

• АНБ —Агентство национальной безопасности

• NVGs—Очки ночного видения

• ОДИН —офис директора национальной разведки

• OGA—Другое Государственное учреждение

• ONI—Управление военно-морской разведки

• OPSEC—Оперативная безопасность

• Внебиржевой офицер тактического командования

• Параджампер в Пижаме/ Служба спасения ВВС

• QRF—Сила быстрого реагирования

• РПГ—Реактивный гранатомет

• SAD—Отдел специальных мероприятий

• SAPI—Защитная вставка для стрелкового оружия

• SBS—Специальная лодочная служба

• SCIF—Чувствительный Разделенный информационный объект

• SDV—Средство доставки уплотнений

• SEAL — Морские, воздушные и сухопутные группы, Военно-морской спецназ

• Министр обороны США

• SIGINT—Сигнальная разведка

• SITREP—Отчет о ситуации

• SOAR—Авиационный полк специального назначения

• SOCOM—Командование специальных операций

• SOG—Группа специальных операций

• SOPMOD—Модификация для специальных операций

• Квалификационный тренинг SQT—SEAL

• TAD—Временная дополнительная обязанность

• TOC—Центр тактических операций

• TMT—Команда тактической мобильности

• БПЛА —беспилотный летательный аппарат

• USN—Военно-морской флот США

• ВЕВАК — министерство разведки Ирана, аналог ЦРУ

• Зета — Тайные действия России и шпионская деятельность

БЛАГОДАРНОСТЬ

Мы хотели бы поблагодарить нашего замечательного редактора по разработке Кейтлин Александер за то, что она была проницательным автором во время нашего путешествия первого уровня. Мы многому научились, работая с вами, и благодаря вашему руководству мы стали лучшими рассказчиками историй. Также мы хотим выразить особую благодарность нашему замечательному редактору Джону и корректору Лиз, чье внимание к деталям и непревзойденное знание предмета. Истории не были бы такими же без вашей целеустремленности, таланта и проницательности.

ОБ АВТОРАХ


Фото (C) 2012 Дженнифер Хенсли


Фото (C) 2015 Венди Уилсон

Автор бестселлера Wall Street Journal Брайан Эндрюс - ветеран ВМС США, сотрудник Park Leadership и бывший офицер подводной лодки со степенями университетов Вандербильта и Корнелла. Он автор трех получивших признание критиков высокотехнологичных триллеров: Перезагрузка, Игра "Проникновение" и Директива Калипсо.

Автор бестселлеров Wall Street Journal Джеффри Уилсон работал актером, пожарным, парамедиком, пилотом реактивного самолета и инструктором по дайвингу, а также сосудистым хирургом и травматологом. Он прослужил в Военно-морском флоте США четырнадцать лет и неоднократно работал боевым хирургом в команде морских котиков, базирующейся на Восточном побережье. Автор трех отмеченных наградами сверхъестественных триллеров - "Кольцо предателя", "Доноры" и "Превращение в черное" — и основанного на вере триллера "Раздираемый войной", он живет со своей женой Венди и их четырьмя детьми на юго—западе Флориды.

"Красный призрак" - пятый роман из серии триллеров первого уровня. Эндрюс и Уилсон также являются соавторами серии триллеров Ника Фоули ("Красный Пекин" и "Черный Гонконг") под псевдонимом Алекс Райан. Чтобы быть в курсе их последних выпусков, следите за Брайаном и Джеффом на их авторских страницах Amazon или посетите www.andrews-wilson.com, чтобы подписаться на их список рассылки.