# Двойной выстрел (серия романов Стивена Лезера, книга 8)

Стивен Лезер

Лезер Стивен

Двойной выстрел (серия романов Стивена Лезера, книга 8)

Origin: http://samlib.ru/i/inzhener_l/dwojnojwystrelserijaromanowstiwenalezerakniga8.shtml

Создан: 29/06/2026, изменен: 29/06/2026, 836k

Роман: Детектив, Приключения

____________________________________________________________

Двойной выстрел (серия романов Стивена Лезера, книга 8)

Она была самой богатой маленькой девочкой в мире. Богата так, что и не снилось алчному человеку, богата почти непостижимо. Пока она играла в прибое, хихикая, визжа и убегая от волн, официант в белом пиджаке медленно полировал хрустальный бокал и пытался представить, каково это - иметь так много денег. Проценты по процентам по-прежнему были больше, чем он заработал бы за всю жизнь. Может быть, и за тысячу жизней. Он старательно отполировал кристалл, и когда подставил его средиземноморскому солнцу, тот заискрился, как бриллиант. На нем были белые хлопчатобумажные перчатки, чтобы пальцы не касались чистой поверхности. Он поставил его на массивный серебряный поднос и потянулся за другим бокалом.

Маленькая девочка опустилась на колени у кромки воды, подобрала что-то, возможно, песчаного краба или красивую ракушку, и вприпрыжку побежала через пляж к своим опекунам, которые сидели вместе под огромным зонтиком. Этот мужчина был ее дедушкой, состоятельным по своему праву, но далеко не таким богатым, как маленькая девочка. Женщина была ее двоюродной бабушкой, иссохшей оболочкой человеческого существа, закутанной в черную шаль, несмотря на палящую жару. Маленькая девочка показала им, что она нашла, и они доброжелательно улыбнулись. То, что они любили и лелеяли ее, не вызывало сомнений. Даже со своего поста в сотне футов от зонтика официант видел это по их глазам. Старик взъерошил мокрые волосы девушки, и ее смех зазвенел, как стеклянный колокольчик. Старуха улыбнулась беззубой улыбкой и сказала что-то по-гречески.

‘ Нет, тетя, ’ увещевала девочка. ‘ Сегодня английский. Сегодня мы должны говорить по-английски. Официант поднял второй бокал и осмотрел его. Маленькая девочка изучала английский, испанский и русский в дополнение к своему родному языку. Ей было всего восемь лет, но ее уже готовили к жизни, которая лежала перед ней. Жизнь в богатстве и власти, жизнь, в существование которой мало кто в мире поверил бы. Каково это - иметь так много, размышлял официант? И все же, подумал официант, ее также следует пожалеть, потому что огромное богатство досталось дорогой ценой. Она была сиротой: ее мать и отец погибли в результате аварии моторной лодки в прошлом году. Теперь, когда она смеялась и играла, у нее была только компания ее престарелых опекунов и мужчин в темных очках.

Рядом с зонтиком стояли трое телохранителей, крупных мужчин, широкоплечих и мускулистых, их головы постоянно поворачивались, хотя в радиусе полумили не было ни одного незнакомца. Это был частный пляж, на частном острове, один из дюжины или около того домов по всему миру, принадлежащих ее трастовому фонду, но телохранители никогда не теряли бдительности. Они были одеты в шорты и яркие рубашки, а на носу у них были белые пятна солнцезащитного крема, но никто никогда не принял бы их за отдыхающих. Время от времени морской бриз приподнимал их свободные рубашки, обнажая пистолет в кобуре или пистолет-пулемет. В дополнение к трем телохранителям на пляже, в доме было еще двое и еще десять человек спали или отдыхали в казармах рядом с бассейном. Маленькая девочка была под охраной каждую минуту каждого дня; даже когда она спала, двое мужчин стояли у двери ее спальни, а еще двое - под окном. Она была самой богатой маленькой девочкой в мире, и она была самой защищенной.

Официант поставил бокал на поднос и накрыл его накрахмаленной белой салфеткой, чтобы принесенный ветром песок не осквернил хрусталь. Он вспотел и с трудом подавил желание вытереть лоб рукавом куртки. Он настороженно поглядывал на старика. Был почти полдень, и скоро ему захочется выпить свой первый за день бокал узо.

Маленькая девочка побежала обратно к морю, прыгая по горячему песку, пока не добралась до более прохладной кромки воды. Она присела на корточки и развела руки ладонями вверх, выпуская ракообразное, которое она с такой гордостью показывала пожилой паре. Это был маленький краб, и он метнулся в сторону, ища убежища во влажном песке. Через несколько секунд он зарылся в безопасное место, и маленькая девочка помахала ему рукой на прощание.

Далеко в море мощный скоростной катер рассекал волны. Один из телохранителей поднес к глазам бинокль и несколько минут изучал его. Он заговорил с другими мужчинами на идише. Они были израильтянами, как и все защитники ребенка. Официант знал, что это не имело никакого отношения к религии, просто телохранители, обученные в Израиле, были лучшими в мире. Если потребуется, они умрут, защищая своего подопечного.

Старик посмотрел на официанта и кивнул. Официант достал ведерко со льдом и бутылку узо из газового холодильника и поставил их на поднос. Он держал его обеими руками в перчатках, осторожно ступая по раскаленному песку, горячему даже через его ботинки на кожаной подошве. Как только он вышел из тени массивного зонта над баром, то почувствовал, как солнце припекает его волосы, а по шее стекает струйка пота. Теперь все трое телохранителей стояли примерно в пятидесяти футах позади маленькой девочки, глядя поверх ее головы на быстроходный катер, который описывал дугу по волнам, удаляясь от пляжа. Там было еще что-то на идише и пожатие плечами.

Кубики льда влажно позвякивали в ведерке для льда, и официант особенно тщательно ставил ноги на зыбучий песок. Старик наклонил голову поближе к пожилой женщине, внимательно слушая. Вероятно, она предупреждала его о чрезмерном употреблении алкоголя, подумал официант и улыбнулся про себя. Телохранители стояли сбоку от официанта, все еще глядя на море. Он убрал правую руку с подноса и бросил крышку ведерка со льдом на песок, прежде чем схватиться за автоматический пистолет с глушителем. Металл был охлажден льдом, и он почувствовал, как приятно это ощущается сквозь хлопчатобумажные перчатки, когда направил пистолет между лопаток ближайшего телохранителя и дважды выстрелил. Мужчина упал на песок, когда официант произвел еще два выстрела в спину среднего телохранителя. Пистолет издал не больше звука, чем детский кашель, и третий телохранитель только начал поворачиваться, когда официант всадил ему в спину две пули со ртутными наконечниками. Краем глаза официант видел, как пожилая пара с трудом поднимается на ноги, но он знал, что они ничего не могут поделать. Они были слишком стары, слишком немощны, чтобы делать что-либо, кроме как смотреть.

Официант перешагнул через ноги одного из мертвых телохранителей, пистолет теперь был теплым на ощупь. Ребенок стоял на коленях в песке, пытаясь найти краба. Она посмотрела на него, когда он приблизился, улыбаясь, потому что на острове были только друзья, друзья и защитники. Она нахмурилась, увидев пистолет в его руке. Официант улыбнулся ей сверху вниз. ‘ Тебе страшно? - тихо спросил он.

Она посмотрела на него и снова с надеждой улыбнулась. - Нет, - сказала она, - я не такая.

Официант кивнул и выстрелил ей в голову, затем в грудь. Позади себя он услышал жалобный вопль, больше похожий на вой, чем на крик. Он не мог сказать, был ли это старик или женщина. Вдалеке быстроходный катер направлялся в сторону берега, его двойные двигатели ревели. Официант подбежал к нему, когда кровь самой богатой маленькой девочки в мире впиталась в песок.

Майк Кремер вытер запотевшее стекло такси и выглянул наружу. Дождь прекратился, хотя дворники такси продолжали шуршать взад-вперед. "Вы можете высадить меня здесь", - сказал он водителю, угрюмому мужчине, который за всю дорогу от паромного терминала не произнес ни слова.

‘ Как вам будет угодно, ’ сказал водитель, нажимая на тормоза. Кремер не мог припомнить, чтобы сказал что-нибудь, что могло обидеть этого человека. Может быть, он просто услышал какие-то плохие новости. Кремер сунул мужчине в руки двадцатифунтовую банкноту и сказал, чтобы сдача осталась у него, испытывая некоторое удовольствие от того факта, что впервые лицо водителя расплылось в улыбке. ‘Теперь вы уверены?’ спросил водитель, как будто большие чаевые заставили его передумать. "Место, которое вам нужно, находится дальше по склону, это не проблема".

‘ Я хочу прогуляться, ’ сказал Кремер, открывая дверь и закидывая на плечо спортивную сумку. Он поплелся вверх по склону, ветер дул ему в спину. Он и сам не совсем понимал, почему шел пешком, а не подъезжал к двери. Это было как-то символично, но он никому не смог бы объяснить символизм. Это было как-то связано с тем, что он пришел на своих двоих, шел как мужчина, а не был подвезен, как инвалид, но даже это казалось слишком упрощенным. Он сунул руку в карман куртки и нащупал два медных ключа. Поверенный сказал, что один от входной двери, а другой от кухонной. Кухонная дверь тоже была заперта изнутри на засов, так что ему пришлось войти через парадный вход.

Он поставил сумку на тротуар и повернулся, чтобы посмотреть на гавань. Слева покачивались рыбацкие лодки Хоута, крепкие рабочие лодки, сбившиеся в кучу, словно укрываясь от пронизывающего холодного ветра, но более чем способные выдержать самое худшее, что могло обрушить на них Ирландское море. Справа - лодки яхт-клуба выходного дня, их стальные канаты поют на ветру, их девственно белые корпуса мягко покачиваются на волнах, аккуратно выстроенные рядами вдоль деревянных понтонов пристани, как солдаты на параде. Здание яхт-клуба было кремово-желтого цвета, его современные линии контрастировали с обветшалой рыбацкой деревушкой. За клубом была автостоянка, но там стояли только две машины, и одна была грузовиком для доставки. Моряки хорошей погоды, подумал Кремер, а сегодня погода была не из приятных. Он снова закинул спортивную сумку на плечо и хмыкнул. Высоко над его головой кружили чайки, требуя внимания. Кремер вытянул шею и уставился на них. Они напомнили ему стервятников, слетающихся над умирающим животным. Кремер невольно улыбнулся этой картине.

Коттедж находился недалеко от гребня холма, в сотне футов или больше от ближайшего соседа. Он был маленьким и приземистым, гранитный дот с крошечными окнами и круто покатой крышей, построенный так, чтобы противостоять бушующему морю и штормам, которые налетали с северо-востока. Это был прочный дом, дом, который пережил людей, его построивших, и который сохранится для будущих поколений. Шторы были задернуты, а окна закопчены. По словам адвоката, коттедж пустовал более шести месяцев. Рынок недвижимости переживал спад, и дом был слишком мал для большинства людей. Вот почему он смог купить его так дешево. Кремер знал, что была и другая причина. Мало кто хотел переезжать в дом, где кто-то умер. Кремеру в любом случае было все равно.

Он бросил спортивную сумку на каменную ступеньку и вставил ключ в ржавый замок. Ключ заскрежетал, и на мгновение ему показалось, что он откажется поворачиваться, но затем он щелкнул, и он толкнул потрепанную дубовую дверь. Он переступил порог, волоча за собой холщовую сумку. Дверь открылась в гостиную, слева от него был большой кирпичный камин, справа - узкая лестница. Рядом с камином стояло мягкое кресло. Кремер заметил, что кожа на подлокотниках была вся потерта, а на спинке кресла, где предыдущий пассажир часами сидел, уставившись в огонь, виднелось темное жирное пятно. Он закрыл за собой дверь. Воздух был спертым и сырым, поэтому он распахнул единственное окно и впустил холодный соленый морской бриз. Рваные занавески, давно выцветшие и местами тонкие, трепетали на сквозняке, как пойманные птицы. В каминной решетке валялся пепел, а на полу у стула стояла фаянсовая пепельница с единственной сигаретой, погашенной и разломанной пополам. Рядом с ним стояла заляпанная чаем кружка с зазубринами и трещинами. Кремер чувствовал себя детективом на месте преступления, хотя не было никаких сомнений в том, что убило старика, который раньше жил в этом доме: обширный сердечный приступ во сне, вызванный чрезмерным употреблением виски, жареной пищи и недостаточными физическими упражнениями, вкупе с тем фактом, что он перевалил за отведенные ему тридцать десять лет на десятилетие или даже больше.

Дверь из ДСП вела в компактную кухню с древним холодильником, покрытой коркой грязи газовой плитой и уэльским комодом. Кремер открыл дверцу холодильника, и загорелся свет. Адвокат пообещал снова подключить электричество, и он сдержал свое слово. Пакет давно забытого сыра лежал в задней части холодильника, черный внутри пластиковой обертки, рядом с наполовину использованной бутылкой томатного кетчупа Heinz, лежащей на боку, как будто ее в спешке туда бросили. Кремер закрыл дверь. Лестница вела в спальню с одной кроватью, и Кремер почувствовал запах того, что находилось внутри, прежде чем толкнул дверь. Комната была размером всего двенадцать на десять футов, немногим больше камеры с односпальной кроватью и шкафом. Простыни и одеяла были отброшены в сторону, как будто жилец выпрыгнул из постели, но Кремер знал, что старика увезли работники скорой помощи, потому что он был мертв уже неделю, прежде чем кто-то постучал в его парадную дверь. Простыни были испачканы несвежей мочой и фекалиями, а на пожелтевшей подушке виднелась давно засохшая кровь. Кремер открыл окно и глубоко вдохнул свежий воздух.

Дверь в углу комнаты вела в крошечную ванную комнату с такой маленькой ванной, что ему было бы трудно сидеть в ней, не говоря уже о том, чтобы лечь, умывальником и унитазом. Белая пластиковая крышка была откинута, и Кремер спустил воду, не открывая ее. Сыр оказался достаточно неприятным сюрпризом.

Он снял с кровати испачканные простыни и наволочку и отнес их вниз. У холодильника стояла картонная коробка со старыми банками и несколькими пустыми бутылками из-под виски. Кремер бросил простыни на мусор, затем отпер кухонную дверь и выбросил коробку наружу, в небольшой огороженный двор. К стене был прислонен ржавый велосипед с отсутствующим седлом и порванной цепью - напоминание о тех днях, когда старик мог кататься по деревне. Кремер закрыл дверь. Воздух стал свежее, и он мог дышать, не борясь с позывами к рвоте, но теперь было слишком холодно, чтобы снимать куртку. Там был уголь в медном ведерке и газета на подоконнике, и вскоре в камине разгорелся огонь. Он потер руки и протянул их, грея перед огнем, пока сидел в кресле старика. ‘Нет места лучше дома", - пробормотал он себе под нос. Крики чаек снаружи становились все громче и настойчивее.

Полковник уперся локтями в колени и склонился над шахматной доской, его лоб прорезали глубокие морщины, когда он изучал фигуры. Он издал тихий кудахтающий звук, обдумывая варианты. Ладья казалась лучшей ставкой. Он сел и потянулся за фигурой, затем остановился на полпути, его рука зависла над доской. Нет, слон. Сначала слон, потом ладья. Он передвинул слона, сильно прижимая фигуру к доске, чтобы она была зарегистрирована компьютером.

Крошечный красный огонек замигал сбоку пластиковой панели, давая ему знать, что компьютер думает. Полковник испытывал сильную неприязнь к мигающему огоньку. Компьютер для игры в шахматы был у него всего две недели, но это, без сомнения, был самый способный игрок, с которым он когда-либо сталкивался. На самом высоком уровне она могла победить его в семидесяти пяти процентах случаев, и он был полон решимости продолжать играть до тех пор, пока не сможет постоянно улучшать ее. Зазвонил телефон, и он поднял трубку, не отрывая глаз от доски. Он начал сомневаться. Возможно, было бы лучше сначала сделать ход ладьей, а потом атаковать слоном. - Да? - сказал он.

- Майк Кремер всплыл на поверхность, - произнес голос, который полковник сразу узнал.

‘ Где? Он откинулся на спинку стула.

‘ Ирландия. Мы видели его в Холихеде, когда он садился на паром, идущий в Дан-Лаогэр.

- Сомнений нет?

Звонивший шмыгнул носом. - Совсем никакого.

- Где он сейчас? - спросил я.

‘ Хоут, к северу от Дублина. Он купил там коттедж.

‘ Он что? Полковник закрыл глаза, словно от боли. - Что, черт возьми, он задумал? - спросил он.

Вопрос был риторическим, но звонивший ничего не ответил. - Мы надеялись, что вы сможете нам сказать.

Майк Кремер надел свою охотничью куртку и застегнул ее до самого горла, закрывая за собой входную дверь. Он не потрудился запереть ее. Он засунул руки поглубже в карманы и зашагал по дороге. Пожилая женщина, стоя на стремянке, мыла окна соседнего коттеджа, и, проходя мимо, Кремер пожелал ей доброго утра. Он нашел универсальный магазин напротив западного пирса и купил кофе, молоко, сахар и газету - не потому, что в ней было что-то, что он хотел почитать, а потому, что это нужно было для разжигания огня. Он не был голоден, но, тем не менее, положил яйца, бекон и буханку хлеба в проволочную корзину для покупок, прежде чем передать ее молодому парню за прилавком. - Вы здесь на каникулах? - спросил мальчик, складывая покупки Кремера в синий пластиковый пакет.

- Не-а, я здесь живу, - сказал Кремер, протягивая двадцатифунтовую банкноту.

Мальчик нахмурился. ‘ В Хауте? Господи, я делаю все возможное, чтобы уехать. Здесь ни для кого ничего нет. Он отдал Кремеру сдачу.

‘ Здесь есть все, что мне нужно, ’ сказал Кремер. ‘ Увидимся.’ Он прошел вдоль берега моря к пабу, построенному из того же камня, что и его коттедж. Трое рыбаков в ярко-оранжевых непромокаемых куртках пили в баре и все как один повернулись к нему, когда он вошел внутрь. Они выглядели как братья: лысеющие, широкоплечие, с румяными щеками и руками, скрюченными от слишком длительного пребывания в морской воде и холодных ветров. Кремер кивнул в знак приветствия и отошел в дальний конец бара, где у почтенной барменши заказал двойную порцию знаменитого рябчика. Он залпом осушил виски и одобрительно причмокнул губами.

- Вкусно? - спросила барменша.

- О да, - сказал Кремер.

-Ещеодин?

‘ Определенно. И выпей сам. Пока ты этим занимаешься, я бы хотел угостить вон тех парней выпивкой.

Барменша просияла и снова наполнила его стакан. - Вы что, празднуете или что-то в этом роде?

‘ Или что-то в этом роде, - сказал Кремер. Он поднял бокал и произнес тост за рыбаков.

Мальчик сидел перед телевизором и смотрел, как ракета взмывает в небо. Ровный, лишенный эмоций голос называл цифры, но мальчик не знал, к чему они относятся. Да ему и было все равно. Он сидел с открытым ртом, пока ракета и ее три астронавта направлялись к Луне. Луна. Они действительно летели на Луну. Прямо как в комиксах. Мальчик откинулся назад и уперся руками в пол, уставившись на экран. Он попытался представить, каково это - находиться в космической капсуле, пить через трубочку и ходить в туалет в скафандре. Мальчику захотелось в туалет, но он не хотел пропустить ни секунды запуска. Он сжал ноги вместе и выбросил из головы мысли о своем полном мочевом пузыре. Он услышал, как кто-то окликнул его по имени, но проигнорировал это и придвинулся ближе к экрану, пока его ноги не оказались почти под телевизором. Что-то отвалилось от днища ракеты, и на мгновение он подумал, что что-то пошло не так, но затем услышал отрывистый голос, сказавший, что отделение прошло успешно, и он понял, что все в порядке.

Мать снова позвала его, и мальчик наклонился вперед и прибавил громкость. Ракета казалась маленькой точкой в небе, за которой тянулся густой белый шлейф. Мальчику стало интересно, в какой момент ракета на самом деле находилась в космосе, а не в небе, и была ли где-то наверху линия, разделяющая их.

Из спальни его матери донесся стук трости по потертому ковру. Мальчик медленно поднялся на ноги. Стук повторился, на этот раз быстрее. Мальчик вышел в коридор и посмотрел на лестницу. Его ноги налились свинцом. Мать снова позвала его по имени, и мальчик положил руку на перила. Он поставил ногу на первую ступеньку. Он всем сердцем желал видеть своего отца, но тот был на работе и вернется только через несколько часов. С шестой ступеньки он мог видеть дверь спальни своих родителей, выкрашенную в тот же бледно-зеленый цвет, что и остальные двери в доме. Мальчик прожил в этом доме всю свою жизнь и не мог припомнить, чтобы они когда-нибудь были другого цвета. Он поднимался по лестнице, перешагивая через ступеньку, останавливаясь между каждой ступенькой, не сводя глаз с двери. - Где ты? - крикнула его мать, затем он услышал ее кашель.

‘ Я иду, ’ крикнул он и взбежал по последним ступенькам. Он взялся за дверную ручку и толкнул дверь. Его мать стояла на кровати на четвереньках, ее тело сотрясал надрывный кашель. Ее мышино-каштановые волосы были спутаны, глаза покраснели и опухли, а на синей фланелевой ночной рубашке спереди виднелись пятна. Она подняла глаза, когда он вошел в комнату и остановился в изножье кровати.

На глаза мальчика навернулись слезы. - Чего ты хочешь, мама? - спросил он.

Его мать присела на корточки и обхватила руками живот. - Я просто хочу поправиться, - заплакала она.

‘ Я тоже, ’ сказал мальчик. - Я тоже этого хочу.

Она протянула руки, и он забрался на кровать и прильнул к ней. Она погладила его по затылку ладонями и издала тихие успокаивающие звуки. ‘ Ты должен быть сильным, ’ прошептала она. ‘ Мне понадобится твоя помощь. Мальчик уткнулся лицом во фланелевую ночнушку, от которой пахло тошнотой.

Мужчина в инвалидном кресле остановился, чтобы осмотреть вешалку с яркими галстуками, пропуская шелк сквозь пальцы в перчатках. Продавец в безупречном темно-синем костюме поднял бровь, но мужчина в инвалидном кресле покачал головой. Просто смотрел. Он положил руки на колеса и подтолкнул кресло вперед. Люди, проходившие мимо него, старательно избегали зрительного контакта, как будто их смущала его инвалидность.

Он медленно перекатился к секции костюмов. Его ноги были обернуты толстым синим шерстяным одеялом, и он чувствовал, как по бедрам стекают струйки пота. Молодой ассистент снимал мерку с пожилого мужчины, в то время как его гораздо более молодая, покрытая мехом и явно скучающая жена наблюдала за происходящим. Двое японских туристов снимали костюмы с вешалок, держали их в руках и оживленно разговаривали. Мужчина в инвалидном кресле улыбнулся про себя. По сравнению с Токио цены в Harrods, вероятно, были бросовыми. Он никогда не платил за одежду по ценам Harrods, никогда не носил ничего с этикеткой, которую можно было бы узнать.

Араб ворвался в отдел мужской одежды в сопровождении двух руководителей Harrods и троицы телохранителей. Телохранители были коренастыми мужчинами в черных костюмах и затемненных солнцезащитных очках, у них были густые усы в тон. Двойники Саддама Хусейна. Их глаза метались туда-сюда, как прожекторы, но человек в инвалидном кресле с некоторым удовлетворением отметил, что они смотрят прямо сквозь него. Калеки всегда были невидимы. Араб был одет в полное облачение пустынника и выглядел как кто-то из Лоуренса Аравийского, совершенно неуместный среди вешалок с сшитыми на заказ костюмами. За арабом шли три женщины в черных одеждах, их лица были закрыты, за исключением глаз. Одна из них явно была матерью араба, она была невысокой и коренастой и двигалась, как буй, покачивающийся в бурном море. Две другие были его женами. Мужчина в инвалидном кресле двинулся вперед.

Одной из жен была принцесса Саудовской Аравии, и, судя по всему, она была сложена как российская тяжелоатлетка. Другая, его вторая жена, была бывшей звездой Плейбоя из Юты, которая собиралась начать карьеру в кино, но вместо этого остановила свой выбор на шейхе и его миллионах. В черных одеждах было невозможно отличить двух жен друг от друга. Мужчина сунул руку под одеяло.

Менеджер отдела мужской одежды разглагольствовал о том, какая для него честь снова видеть уважаемого клиента, потирая руки и подобострастно кланяясь. Один из телохранителей подошел поближе к инвалидному креслу, разглядывая мужчину, стоявшего у раздевалки. Мужчина в инвалидном кресле улыбнулся телохранителю, но тот проигнорировал его. Пистолет с глушителем дважды кашлянул под одеялом, и телохранитель упал навзничь, кровь из двух больших черных дыр растеклась по его белой рубашке.

Мужчина в инвалидном кресле встал, выскальзывая из-под одеяла, как змея, сбрасывающая кожу. Он сделал три шага вперед и дважды выстрелил второму телохранителю в грудь. Мужчина был мертв еще до того, как у него подогнулись колени. Третий телохранитель потянулся за пистолетом, когда получил пулю в грудину. Когда он рухнул вперед, схватившись за грудь, как жертва сердечного приступа, мужчина выстрелил ему в голову, брызнув кровью и мозгом на витрину с галстуками.

Покупатели начали кричать и разбегаться к выходам, но мужчина был оазисом спокойствия среди паники. Он направил пистолет на араба. Глаза араба расширились от ужаса, но почти сразу же он заметно расслабился. Пожилая женщина пятилась назад, закрыв лицо руками, открыв рот и издавая громкие храпящие звуки.

Две жены стояли неподвижно, застыв от ужаса. Вблизи мужчина мог разглядеть, что одна из них была темноволосой, с карими глазами и рябой кожей. Очевидно, не центральная обложка.

Он повернулся к другой женщине, навел пистолет между ее большими голубыми глазами и выстрелил, затем шагнул вперед и снова выстрелил ей в грудь, когда она упала.

Мужчина развернулся на каблуках и быстро зашагал к лестнице, держа пистолет наготове. Люди разбегались от него, освобождая ему дорогу. Позади него раздавались крики, но он продолжал идти, опустив голову. Он добрался до лестницы и спустился на первый этаж, прижимая пистолет к боку. Он дошел до Египетского зала и спустился на эскалаторе на нижний этаж. Крики к этому времени стихли, и к тому времени, когда он сошел с эскалатора, никто не обращал на него никакого внимания. Он повернул налево и быстрым шагом направился к отделу канцелярских принадлежностей, как будто у него на уме не было ничего более неотложного, чем покупка письменного набора для руководителей.

Дверь в кладовую с канцелярскими принадлежностями была не заперта, как он и предполагал. Мужчина засунул пистолет за пояс и застегнул поверх него куртку, пересекая складское помещение и направляясь ко входу в туннель. Трубы отопления тянулись по всей длине крыши туннеля, и он вскочил и стащил коричневую куртку кладовщика, которую повесил туда раньше. Туннель впереди поворачивал направо, и мужчина увидел, что он один. Он отряхнул пальто и надел его, проходя между коробками с товарами, ожидающими, когда их отнесут в магазин. Туннель был основным путем доставки товаров в магазин, и именно по этой причине грузовики с доставкой редко появлялись на улицах Найтсбриджа выше.

Взглянув в круглое зеркало, расположенное на изгибе туннеля, он увидел нескольких рабочих, направляющихся в его сторону, поэтому опустил голову и шел целеустремленно. Ему не бросили вызов, как и тогда, когда он попробовал пробежаться двумя днями ранее.

Мимо прогрохотало несколько электромобилей, доверху нагруженных коробками, но водители не обратили на него никакого внимания. Туннель был около пятисот футов в длину и вел к двум лифтам, которые поднимались к основным складским помещениям Harrods. Мужчина проигнорировал лифты и помчался вверх по лестнице к единственной выходной двери, которая выходила на Тревор-сквер. Свежелицый охранник, прижимая к уху телефонную трубку, смотрел в его сторону с открытым от удивления ртом, а мужчина вытащил пистолет и выстрелил ему в горло, даже не сбавляя шага. Охранник все еще умирал, когда мужчина закрыл выходную дверь и вышел на солнечный свет. Десять минут спустя он был в метро, направляясь к вокзалу Виктория.

Майк Кремер держал в руке полупустую бутылку знаменитого Grouse, взбалтывая виски и глядя в огонь. Ранее он сделал себе бутерброд с беконом, но тот так и остался нетронутым на тарелке у стула. Он чувствовал, как виски обжигает слизистую оболочку его пустого желудка, и знал, что должен что-нибудь съесть, но у него не было аппетита. Струйка сажи упала в дымоход, напугав его. Дымоход, вероятно, не прочищали годами, хотя огонь горел достаточно хорошо.

Он посмотрел на свои наручные часы, скорее по привычке, чем потому, что хотел узнать время. Ему все равно было некуда идти. Была почти полночь. Он откинулся на спинку старого кресла. Оно было удобным и, казалось, подстраивалось под его форму, как живое существо. Он передвинул его так, чтобы видеть входную дверь и окно и держаться спиной к стене, хотя все еще находился достаточно близко к камину, чтобы чувствовать его тепло. Кремер покачал головой из стороны в сторону. Он чувствовал напряжение в своей шее, мышцы были напряжены и неподатливы. Он зевнул, и его челюсть щелкнула, еще один признак того, что он был в напряжении. Он встал на ноги и поднялся по лестнице.

У него не было возможности купить в деревне свежие простыни или наволочку, поэтому он довольствовался грубыми одеялами и испачканной подушкой. Ему доводилось проводить ночи в местах и похуже, и он не испытывал угрызений совести, ложась спать в постель мертвеца. Кремер уже давно миновал стадию веры в привидения. Он улыбнулся про себя. Знаменитый Граус был единственным духом, в которого он хоть немного верил в эти дни. Он поставил бутылку на пол у кровати, а затем достал из наплечной кобуры 9-миллиметровый автоматический браунинг Hi-Power и положил его под подушку. Это была пятая ночь Кремера в коттедже. Он не думал, что это продлится долго.

Томас Маккормак наносил последние штрихи на мушку для ловли форели с ярко-красными перьями собственного дизайна, когда на его рабочем столе зазвонил телефон. Он вздохнул и прекратил то, что делал. Это был Эйдан Туоми, старый друг и коллега, но после минимума любезностей Маккормак понял, что это не светский визит.

‘ Томас, здесь один британец, ’ сказал Туоми шепотом, как будто не хотел, чтобы его подслушали. - По-моему, это нахал. Живет в коттедже старика Рафферти.

Маккормак скорчил гримасу, изучая недоеденную муху. - Вы уверены, что он вам не родственник?

Туоми фыркнул в трубку. ‘ Рафферти связан с Нахалом? Он перевернется в гробу из-за тебя, Томас. Нет, у Рафферти не было родственников по ту сторону моря. Он был последним в своем роду. Детей у него не было, а жена умерла несколько лет назад. Местный поверенный продал коттедж, замок, инвентарь и бочку. Потом сюда въезжает этот британец.

- И ты думаешь, что он из SAS?

‘ Я бы поставил на это свою жизнь, Томас. Он определенно из армии, это точно. Я насмотрелся на ублюдков в свое время, ты это знаешь. Он был в пабе, один, пил. И он совершал долгие прогулки, как будто чего-то ждал.

‘ Значит, не похоже, что он старается держаться в тени? ’ нетерпеливо спросил Маккормак. Он недоумевал, почему Туоми беспокоит его по такому пустяковому поводу. Если бы SAS проводила операцию под прикрытием в Хауте, этот человек вряд ли стал бы пить в местном пабе.

‘ Я подумал, может быть, у мальчиков есть какие-нибудь дела в Хауте. Что-нибудь, что они предпочли бы держать при себе.

‘ Ничего особенного, Эйдан. Поверь мне на слово.

‘ Да, достаточно верно, достаточно верно. Но дело в том, как он себя ведет. Как будто он ждал, что что-то произойдет.

Маккормак раздраженно прищелкнул языком. Инициатива - это хорошо, но ему не нравилось, что его время тратится впустую. ‘ Что ж, спасибо за подсказку, Эйдан. Я возьму это на заметку.

‘ Кремер, ’ представился Туоми. ‘ Майк Кремер. Так его зовут.

У Маккормака отвисла челюсть. - Что? - спросил он.

‘ Майк Кремер. Так его зовут. Именно это он и сказал Пэдригу в пабе. Я также справился у поверенного, и это имя указано в документах на коттедж.

‘Этот Кремер. Опишите его." Маккормак сидел, сгорбившись над телефоном, делая пометки на листе бумаги, забыв о мухе.

‘ Ростом чуть больше шести футов, худощавый, но выглядит так, будто может сам о себе позаботиться. Глубоко посаженные глаза, нос немного крючковатый и выглядит так, словно его могли сломать. Каштановые волосы, немного длинноваты. У него заметный акцент, но он определенно не ирландец. Он сказал Пэдригу, что родом из Шотландии.

- Он сказал Пэдригу, что делает в Хауте?

‘ Наслаждаюсь морским воздухом, вот и все, что он сказал. Как ты думаешь, Томас? Правильно ли я поступил, позвонив тебе?

‘ О да, ’ сказал Маккормак. ‘ Иисус, Мария и Иосиф, вы поступили совершенно правильно. Теперь послушай меня, Эйдан, и слушай внимательно. Оставайтесь на месте. Я пришлю кого-нибудь туда как можно скорее. Убедитесь, что никто не приближается к нему, я не хочу, чтобы кто-нибудь задавал ему вопросы. Я не хочу, чтобы его спугнули, ладно?

‘ Конечно. Но я не думаю, что ваш человек куда-нибудь денется. Он хорошо устроился в коттедже.

Маккормак положил трубку и сел, уставившись на свое отражение в зеркале на стене. Кремер, нахал, вернулся в Ирландию, сидит в пабе, как будто ему на все наплевать. Это не имело смысла. В этом вообще не было никакого смысла.

Молодой человек сбавил скорость до пешеходной, внимательно изучая номера на домах. ‘ Вот оно, ’ сказал он своей пассажирке. - Номер шестнадцать.

- Как зовут этого парня? - спросил пассажир, рыжеволосый парень лет тридцати пяти, с бледной кожей и водянисто-зелеными глазами.

Туоми. Эйдан Туоми.

-Никогда о нем не слышал.

Водитель остановил машину и повернулся, чтобы посмотреть на своего пассажира. ‘ Да, но он, вероятно, тоже о тебе не слышал, Поли. Разница в том, что Эйдан Туоми отыграл десятку в Кеше за "Правое дело", и к нему прислушивается Маккормак, так что я был бы осторожен с тем, что ты говоришь, слышишь?"

Поли поднял руки, сдаваясь. ‘ Я слышу тебя, Дэви. Господи, какой ты сегодня обидчивый.

Дэви пожал плечами. Он был на пару лет старше Поли и с тех пор, как умер их отец, привык быть мужчиной в семье. Он провел рукой по своим густым волосам песочного цвета. ‘ Это важно, Поли. Мы не можем позволить себе облажаться.

‘ Мы не будем, ’ сказал Поли. Он открыл отделение для перчаток и достал револьвер, проверив, что все патроны заряжены. Это было старое ружье, когда-то принадлежавшее их отцу, хотя им никогда не пользовались в гневе. Последние пять лет он пролежал под половицами чердака, завернутый в промасленную тряпку.

- Какого черта ты с этим делаешь? - прошипел Дэви.

- Нам это может понадобиться.

- Маккормак сказал, чтобы мы наблюдали за этим парнем и докладывали о нем, пока не приедут ребята.

-Ичто?

‘ Значит, было приказано смотреть, а не стрелять. Нам не понадобится пистолет, Поли. Он забрал его у брата и засунул под переднее сиденье. - Маккормак оторвет тебе яйца, если нас поймают с этим.

‘ Кто нас поймает? Здесь не Север.

Дэви уставился на него. ‘ Просто делай, что тебе говорят, ладно? Мы наблюдаем, мы ждем, и все.

- Значит, вся слава достанется ребятам из Белфаста?

‘ Так оно и есть. Не волнуйся, придет и наша очередь. Он вылез из машины и направился по дорожке к парадной двери красивого бунгало, из которого открывался вид на море внизу. Сад был ухожен, трава аккуратно подстрижена, а в центре лужайки стояла каменная купальня для птиц. Поли последовал за ним, обиженно глядя.

Дэви позвонил в дверь, и входная дверь тут же открылась. Туоми покосился на двух своих посетителей, как будто ему нужны были очки. - Привет, мальчики, ваш папа в машине, да?

‘ Нет, мы... . - начал Поли, но Дэви заставил его замолчать злобным взглядом.

- Нас прислал Томас, - сказал Дэви.

‘ О, это Томас, не мистер Маккормак? ’ сказал Туоми. Он озорно ухмыльнулся. - Я просто прикалываюсь над вами, ребята, заходите.

Он провел их в свою гостиную и, не спрашивая, налил им большие порции виски. Он вручил им наполненные до краев стаканы и сел на диван с цветочным рисунком. - Значит, вас здесь только двое? - спросил он.

- Из Белфаста едут четверо, - сказал Дэви.

- Вы знаете их имена?

Дэви покачал головой. Он почувствовал, как краснеют его щеки, когда понял, что это признак того, насколько низко он стоит в организации. -Томас хотел, чтобы мы следили за этим Нахалом, пока они не приедут.

Туоми осушил свой стакан. ‘ Тогда я лучше покажу вам, где он. Мы воспользуемся моей машиной. Я возьму свое пальто, похоже, собирается дождь.

Майк Кремер стоял на дамбе спиной к гавани. С его лица стекали капли, и когда он облизал губы, то почувствовал привкус соли. Сквозь пелену дождя он мог разглядеть огромный горб кварцитовой породы под названием Ирландский глаз, возвышающийся в кипящем море подобно огромному айсбергу. Дождь хлестал по лицу, но это были мелкие брызги, а не пронизывающий ливень. Если бы не холодный ветер, это было бы освежающе.

Стена огибала пристань, укрывая яхты от бурной воды, а в дальнем конце виднелся маяк, луч которого уже устремлялся в море, направляя рыбацкие лодки домой. Черный лабрадор с мокрой блестящей шерстью подошел и обнюхал ботинки Кремера, виляя хвостом. Кремер рассеянно потрепал его по голове. Он повернулся, чтобы идти обратно вдоль стены к гавани. У яхт-клуба была припаркована одинокая машина. В ней сидели трое мужчин, старик и двое, которым было не больше подростков. ‘ Началось, ’ сказал он собаке. Собака зарычала, как будто поняла, и Кремер улыбнулся. Старик и двое детей. Гарантирую, что на подходе будет еще больше.

Полицейский в форме отодвинул свой деревянный стул и вытянул длинные ноги. Он зевнул и повернулся, чтобы посмотреть, как хорошенькая чернокожая медсестра идет по коридору. Ее бедра сексуально покачивались, и, поворачивая за угол, она оглянулась через плечо и ухмыльнулась. Полицейский ухмыльнулся в ответ. Чашка холодного кофе стояла нетронутой рядом с его креслом, рядом с дневным выпуском "Baltimore Sun.

Коп встал и выгнул спину. Ему не нравилось подолгу сидеть, особенно в коридоре переполненной больницы. Он ненавидел больницы. Когда придет его очередь умирать, он надеялся, что это произойдет на улице или в постели с горячей блондинкой, а не в какой-нибудь выкрашенной белой краской комнате с протянутыми к венам трубками и вонючим судном на полу. Он невольно вздрогнул. Сейчас было не время думать о смерти.

Двери лифта в конце коридора с шипением открылись, и оттуда вышел молодой врач в белом халате. Он был высоким, с копной черных волос, которые падали ему на глаза, когда он шел к полицейскому в форме. Он нес небольшой поднос из нержавеющей стали, накрытый белой тканью. Коп кивнул в знак приветствия, и доктор собрался пройти мимо. Коп поднял руку, останавливая его. - Эй, напарник, - сказал он.

Доктор нахмурился. На нем были очки в металлической оправе, и он щурился, как будто не привык к ним. ‘ Я должен взять образец крови, ’ нетерпеливо сказал он. Коп изучил обтянутый пластиком идентификационный значок, приколотый к верхнему карману белого халата доктора. Маленькая цветная фотография соответствовала лицу мужчины. Джон Теобальд, доктор медицины, сердечно-сосудистое отделение. - Я вас раньше не видел, - сказал полицейский.

‘ На самом деле это не моя проблема, не так ли? ’ спросил доктор. - Теперь вы позволите мне добраться до моего пациента или нет?

‘ Но он ведь не ваш пациент, не так ли? ’ спросил полицейский. Он постучал по блокноту, который держал в руке. ‘ Вашего имени нет в списке допущенного медицинского персонала. Он осторожно приподнял ткань и заглянул под нее. На подносе лежали одноразовый шприц, пара ватных шариков и маленький флакончик с антисептиком.

‘Я был в отпуске", - объяснил врач. "Это мой первый день после возвращения".

- Сегодня вторник, - сказал полицейский, снова накрывая поднос салфеткой.

‘ Что вы имеете в виду? Доктор был раздражен.

- Я имею в виду, разве обычно понедельник не был бы твоим первым днем возвращения?

‘ Я опоздал на самолет. Послушайте, что это? Что здесь происходит? Его голос сердито повысился.

Полицейский поднял руку, как будто останавливал движение. ‘ Док, я просто делаю свою работу. Этот человек - очень важный свидетель по федеральному делу...

‘ Этот человек - пациент, пациент, который только что перенес серьезную операцию на сердце, и я должен сделать ему анализы, чтобы убедиться, что операция прошла гладко, ’ перебил доктор. ‘ А теперь убирайся с моей дороги. Если ты так волнуешься, почему бы тебе не пойти со мной?

Коп несколько секунд выдерживал взгляд доктора, затем медленно кивнул. Он открыл дверь и последовал за доктором внутрь. Кардиомонитор тихо запищал. Единственным другим звуком в комнате было прерывистое дыхание пациента. Полицейский держал руку на кобуре, пока доктор ставил поднос на прикроватный столик. Врач натянул пару резиновых перчаток, откинул ткань и протер антисептиком левую руку пациента, затем быстро взял образец крови и наложил небольшой пластырь на место прокола.

‘ Довольны? ’ спросил доктор, кладя наполненный кровью шприц на поднос и направляясь с ним к двери. Коп отошел с дороги доктора и придержал для него дверь.

- Док, я просто делаю свою работу.

‘ Да, ’ сказал доктор. - Ты и гестапо. - Он выглядел так, словно собирался сказать что-то еще, но потом просто покачал головой и вышел.

Коп оскалил зубы в спину уходящему врачу и медленно закрыл дверь. Он подошел к кровати и посмотрел на пациента сверху вниз. Глаза мужчины открылись, как будто он осознал, что за ним наблюдают. Электронный звуковой сигнал участился. - Со мной все будет в порядке? - прохрипел пациент.

‘ Персиковый кин, ’ сказал полицейский, доставая пистолет из блестящей черной кобуры. Из внутреннего кармана кожаной куртки он достал выпуклый глушитель и аккуратно ввинтил его в ствол пистолета. ‘ Просто персиковый кин. Он направил оружие в лицо мужчине и выстрелил один раз, затем, когда его тело сотрясла судорога, он произвел второй выстрел в только что восстановленное сердце.

Эйдан Туоми заваривал чай, когда раздался звонок в дверь. Он поставил чайник обратно на плиту и прошел по коридору. Сквозь рябое стекло входной двери он разглядел четыре фигуры. Он открыл ее и сделал шаг назад. "Боже мой, говорите о лице из прошлого", - сказал он.

Широкоплечий мужчина, шедший впереди группы, широко улыбался. Ему было под сорок, на десять лет моложе Туоми, с черными вьющимися волосами и окладистой бородой. ‘Эйдан, ты старый негодяй. Как дела? ’ спросил посетитель. Двое мужчин обнялись. Эйдан Туоми и Дермотт Линч вместе отбывали срок в камерах Лонг-Кеша - Туоми за хранение винтовки Armalite, Линч за нападение на солдата на контрольно-пропускном пункте - и во время их заключения именно Туоми показал Линчу, как заварить идеальную чашку чая. Взамен молодой человек научил Туоми изготавливать взрывчатку из удобрений и машинного масла. ‘Я думал, вы ушли на пенсию, и вот вы приводите к нам нахала", - усмехнулся Линч. Он представил трех своих спутников, мужчин с жесткими лицами и крепкими телами. Все они были вооружены спортивными сумками, как футбольная команда, готовящаяся к выездному матчу. На обочине были припаркованы две большие неприметные машины.

Туоми провел их в гостиную, а затем принес чайник. Линч изумленно покачал головой. "Ты всегда выбирала время чертовски точно", - сказал он.

Туоми кивнул на шкафчик у окна. ‘ Достань чашки, будь добр, Дермотт. И еще там есть бутылка "Джеймсона".

-Кто следит за вашим человеком? - спросил Линч, разливая щедрые порции виски.

‘ Два маленьких мальчика. Дэви и Поли Куинн.

‘ Да, я знал их старика, - сказал Линч. - Как у них дела?

- Они наблюдали за коттеджем весь день, каждый час кто-нибудь из них звонил.

Линч указал на одну из спортивных сумок, которые принесли мужчины. "У нас там есть портативные рации, больше не будет необходимости звонить", - сказал он.

- Господи, надеюсь, ты захватил с собой не только рации, - сказал Туоми.

Линч от души рассмеялся. ‘ Ты бы сейчас не пытался научить свою бабушку сосать яйца, правда? Он наклонился и открыл пакет, стоявший у его ног. Внутри был автомат Калашникова со складным металлическим прикладом, разобранный на составные части. Он быстро собрал его и вставил изогнутый магазин. Он ухмыльнулся. - А теперь покажи мне этого нахала.

Зазвонил телефон, и Туоми подошел снять трубку. ‘ Это Дэви, ’ сказал он, прикрыв трубку ладонью. - Хочешь поговорить?

Линч покачал головой. ‘ Где Кремер? - спросил он.

Туоми передал вопрос Дэви. - Он снова на причальной стенке, - сказал Туоми Линчу, прикрывая рукой трубку.

-Чемзанимаюсь?

‘ Просто стоит там. Это все, что он делает. Он ходит и стоит, глядя на море.

- Ты думаешь, он чего-то ждет?

Туоми пожал плечами. - Может быть.

Линч кивнул. - Скажи Дэви, что мы встретимся с ним перед аббатством Святой Марии.

Туоми сидел на пассажирском сиденье рядом с Линчем, когда они ехали к руинам приходской церкви, откуда открывался вид на гавань, и предавался воспоминаниям о былых временах. Дождь все еще лил, и дворники мотались из стороны в сторону, пока они взбирались на холм к церкви. Они обнаружили Дэви, который стоял, скрестив руки на груди, и притопывал ногами, чтобы согреться. Он оделся не для прогулки. Линч жестом пригласил его сесть на заднее сиденье машины, рядом с Пэтом О'Риорданом, коренастым фермером из Баллимены, который был ответственен за гибель трех британских солдат. Дэви узнал О'Риордана, и его глаза расширились, когда он осознал уровень людей, приехавших из Белфаста. Он был в прославленной компании.

- Где твоя машина? - спросил Линч, поворачиваясь на сиденье.

‘ Он у моего брата, ’ вздрогнул Дэви. - Он припарковался на западном пирсе, напротив "Нахала’. Вода стекала с его волос на свитер. Он смахнул мокрые волосы с глаз.

Туоми протянул Линчу мощный бинокль. "Это твой человек там, внизу, на дамбе", - сказал он.

Линч навел бинокль, держась за руль, чтобы не упасть. - Это он, совершенно верно, - сказал Линч.

‘ Ты его знаешь? - Выпалил Дэви и замолчал, смущенный своей вспышкой.

- Да, парень, я уже встречался с сержантом Кремером.

- Что ты хочешь делать, Дермотт? - спросил Туоми.

‘ Мы ждем, ’ ответил он, все еще прижимая бинокль к глазам. - Мы ждем и наблюдаем.

- Ты думаешь, это подстроено?

‘ Посмотри на него, Эйдан. Стоит там такой же смелый, как медь. Он как ловушка с наживкой, а мы крысы. Мы ничего не будем предпринимать, пока не убедимся, что он один. Он передал бинокль Туоми и снова повернулся к Дэви. - Чем он занимался? - спросил я.

Дэви потер руки. ‘ Он прогуливается по пляжу, он ходит взад и вперед по стенке гавани. По словам парня в магазине, он покупает немного еды: хлеб, молоко, только самое необходимое. Похоже, он мало ест, больше пьет. Знаменитый рябчик. Он покупает в пабе по бутылке в день.

- В коттедже есть телефон? - спросил я.

Дэви покачал головой.

- Он разговаривал с кем-нибудь, с незнакомцами?

Еще одно покачивание головой.

-Посетители?

‘ По словам соседей, нет. Он держится особняком, но местным кажется достаточно дружелюбным. Он не делал секрета из того, кто он такой.

‘ Молодец, ты молодец. Дэви гордо улыбнулся, когда Линч повернул ключ в замке зажигания. ‘ Давай заедем к нему в коттедж, пока он там, - сказал он. - Показывай дорогу.

Томас Маккормак уставился на рябь на поверхности реки. - Что ты об этом думаешь, Джо? Думаешь, он согласится?

Джозеф Коннолли ухмыльнулся. ‘ Все зависит от запястья, Томас. Попробуй.

Маккормак отвел руку назад и запустил мушку, описав дугу в воздухе. Она опустилась на воду, но форель внизу демонстративно отказалась клевать. Коннолли усмехнулся про себя. "Он хитрый старый ублюдок, это верно".

Маккормак снова намотал леску. Двое мужчин почти полчаса стояли по бедра в быстрой воде, но ни один из них ничего не поймал, не говоря уже об огромной форели, которая, как говорили, обитала в тенистом местечке под прибрежным дубом. ‘Давай, покажи свой лучший удар", - сказал Маккормак. Он сдвинул очки в роговой оправе на переносицу. Очки и седеющие волосы придавали ему ученый, почти школьный вид, что противоречило его роли члена исполнительной власти армии ИРА, человека, который регулярно принимал решения о жизни или смерти. Это была страстная речь Маккормака, результатом которой стал мощный взрыв заминированного автомобиля, причинивший финансовому центру Лондона ущерб в миллионы фунтов стерлингов, и это была идея Маккормака привлечь американского снайпера с мощной винтовкой, который убил полдюжины сотрудников сил безопасности выстрелами с дальнего расстояния через границу.

Коннолли был одним из сторонников жесткой линии в Совете армии и одним из самых резких критиков прекращения огня 1994 года и последовавшего за ним мирного процесса. Недоверие Коннолли к британскому правительству граничило с паранойей, и его пришлось долго убеждать, прежде чем он согласился поддержать мирную инициативу Джерри Адамса.

Маккормак наблюдал, как Коннолли закинул мушку - плавное движение, которым Маккормак не мог не восхититься. Коннолли ловил рыбу нахлыстом более полувека, а Маккормак был относительным новичком, но даже если бы он ловил рыбу еще сто лет, он не думал, что когда-нибудь был бы так же хорош, как старик. ‘Ну же, ублюдок, разве это не самая красивая и вкусная муха, которую ты когда-либо видел?’ Коннолли прошептал невидимой добыче. Маккормак затаил дыхание, уверенный, что на этот раз рыба клюнет на наживку, но блестящая голубая муха осталась нетронутой на поверхности. - Конечно, сегодня не мой день, - проворчал Коннолли, сматывая леску.

Маккормак вытащил из внутреннего кармана своей вощеной хлопчатобумажной куртки оловянную фляжку, отвинтил крышку и предложил своему спутнику. Покрытая печеночными пятнами рука Коннолли слегка дрожала, когда он брал фляжку, но Маккормак сделал вид, что не заметил этого. Коннолли только что исполнилось семьдесят, и, хотя его ум по-прежнему был острым, как бритва, ходили слухи, что у него развилась болезнь Паркинсона. Не то чтобы этот человек был инвалидом, и Маккормак заметил, что Коннолли не трясло, когда он был сосредоточен на рыбалке. Маккормак надеялся, что слухи были ложными и что дрожь была не более чем симптомом старости, таким же, как редеющие седые волосы, пигментные пятна и слуховой аппарат, засунутый за правое ухо. Старик отпил из фляжки, вернул ее и начал привязывать к леске другую муху. ‘ Этот Кремер, - сказал он, не поднимая глаз. - Что ты об этом думаешь?

Маккормак улыбнулся. Хитрый старый ублюдок прочитал его мысли. ‘ Это не подстроено, - медленно произнес он. ‘ Он сам по себе. Что бы он ни задумал, он больше не в SAS.

-Может быть, и пять.

Не-а. Британская разведка и пальцем не тронула бы его. С Кремером покончили некоторое время назад. Он слишком хорошо известен здесь, и в любом другом месте от него не было бы никакой пользы. Кроме того, если Пятая использовала его, зачем им сажать его в Хоут?

Коннолли пожал плечами, сосредоточившись на своем узле. ‘ Скажи мне ты, Томас. Ты тот, кто не даст соврать спящим собакам.

Маккормак уловил предостережение в голосе пожилого человека и понял, что ему следует действовать осторожно. ‘Это собака-убийца, которая заслуживает того, чтобы ее усыпили, Джо. Мирный процесс или не мирный процесс".

‘ Тут спорить не о чем, ’ сказал Коннолли, выпрямляясь и глядя ему в глаза. ‘ Я просто не хочу, чтобы это обернулось против тебя, вот и все. Он помолчал. - Нет никаких сомнений, что это Кремер?

‘ Никаких. Дермотт видел его пять лет назад, вблизи.

‘Близко? Насколько близко?

‘Мы держали Кремера на ферме с другим агентом под прикрытием. Напарник Кремера умер во время допроса, Кремеру повезло, что он остался жив. Дермотт был одним из команды, охранявшей его.

- Кремер знаком с Дермоттом? - спросил Коннолли.

‘ Дермотт говорит, что нет. Большую часть времени Кремер был в капюшоне или с завязанными глазами.

Коннолли устремил на Маккормака пристальный взгляд-бусинку. - У Дермотта есть личный интерес, не так ли?

Маккормак кивнул. ‘ Да. Но речь не об этом.

-И Кремер совсем один?

‘ В этом нет никаких сомнений. Дермотт держал его под круглосуточным наблюдением последние три дня. К Кремеру никто не подходил, он не звонил по телефону, и других незнакомцев в деревне нет.

‘ Ты думаешь, он чокнутый? У него был какой-то нервный срыв?

‘ Это возможно. Он определенно ведет себя неразумно.

- Почему бы не привлечь его к ответственности? - спросил Коннолли.

‘ Потому что нам ничего от него не нужно. Кроме того, чтобы он был примером того, что мы делаем с нашими врагами.

Шлепающий звук на дальнем берегу реки привлек внимание Коннолли. Он прикрыл глаза рукой, но ничего не смог разглядеть. - Да, этот ублюдок заслуживает пули, это точно, - сказал он.

- Значит, у меня есть разрешение Совета армии?

Коннолли натянуто улыбнулся. ‘ Давайте просто скажем, что слез пролито не будет. Но мы не будем брать на себя ответственность, по крайней мере официально. С политической точки зрения это слишком деликатно; вы же знаете, как обстоят дела в данный момент. Но Кремер стал причиной смерти слишком многих наших людей, чтобы мы могли оставить его в покое. ’ Коннолли облизал губы, и они влажно заблестели. - Когда? - спросил он.

Маккормак осушил фляжку и сунул ее обратно в карман. ‘ Завтра утром. Пораньше.

Коннолли положил руку на плечо Маккормака. ‘ Просто будь осторожен, Томас. Если что-нибудь пойдет не так. . Он оставил фразу висеть в воздухе, и Маккормак кивнул. Он понял. Ошибок быть не должно.

Дермотт Линч уплетал сосиски с жареной картошкой на безупречно чистой кухне Эйдана Туоми, когда зазвонил телефон. Туоми открыл дверь в холле и через несколько секунд появился в дверях кухни. - Это Томас, - сказал он.

Линч кивнул и отложил нож и вилку. ‘ На этом все, - сказал он. Он сделал глоток чая и вытер рот тыльной стороной ладони. Он поднял трубку. - Да, Томас.

‘ Это беглец, ’ сказал Маккормак. - Завтра утром.

- Прекрасно, - сказал Линч.

-Вы уверены, что он один?

- Совершенно уверен.

-И он ничего не подозревает?

- Он даже не оглядывается через плечо.

- Где ты собираешься это сделать?

‘ Морская стена. Каждое утро он первым делом отправляется на прогулку. Стоит возле маяка и смотрит на море, как жена рыбака.

-Будь осторожен, Дермотт.

- Он легкая добыча.

‘ Просто слушай, что я говорю. Я не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал.

Линч тихо рассмеялся. ‘ Кроме Кремера, ты имеешь в виду? Он все еще посмеивался, когда вернулся на кухню. Туоми снова наполнял их кружки дымящимся чаем. - Готово, - сказал Линч, садясь за стол и беря нож и вилку.

- Какой у тебя план? - спросил Туоми.

‘ Мы возьмем его на дамбе. Там ему некуда будет бежать.

- Тебя могут увидеть.

Линч презрительно фыркнул. "Нас могут увидеть, но я сомневаюсь, что найдутся свидетели", - сказал он.

‘ Да, совершенно верно, - сказал Туоми, прихлебывая чай. Он поставил кружку. ‘ Я бы хотел, чтобы ты оказал мне услугу, Дермотт. Линч прищурился, не донеся вилку до рта. ‘ Не для меня, ты понимаешь, для Куиннов. Они донимали меня...

Линч понимающе ухмыльнулся. ‘ И они хотят участвовать в убийстве? Туоми кивнул. ‘ Конечно, без проблем. Самое время пустить мальчикам кровь".

Майк Кремер проснулся от криков чаек. Он скатился с кровати и умылся в ванной, прежде чем переодеться в ту же одежду, в которой был всю неделю. Прежде чем спуститься вниз, он достал браунинг из-под испачканной подушки и засунул его сзади за пазуху брюк.

Он сварил себе кофе и, усевшись в кресло старика, стал пить его. На кухне лежали пакеты с хлебом и колбасой, но ни один из них не был открыт. Недопитая бутылка "Знаменитого грауза" стояла в очаге, и он потянулся и плеснул немного в свою кружку. "Не совсем ирландский кофе", - иронично подумал он, но достаточно близко". Пистолет торчал у него из поясницы, поэтому он достал его и положил к себе на колени. Браунинг бельгийского производства с тринадцатью патронами в обойме был хорошим оружием для ведения перестрелки с несколькими противниками. Как правило, Кремер никогда не попадал в положение, когда ему приходилось стрелять более чем по двум целям, но он знал, что ситуация, к которой он шел, была исключением, подтверждающим правило. Одноразовый. Он разобрал пистолет в полевых условиях и проверил спусковой механизм, затем хорошо отработанными движениями собрал его заново, прежде чем осушить свою кружку. Другой причиной выбора Браунинга была его надежная работа и тот факт, что его редко заедало. За все годы службы в SAS у него не было ни одного отказа. Он встал, поморщившись при этом.

Наплечная кобура висела с обратной стороны входной двери, ее гибкая кожа блестела на солнце, которое просачивалось сквозь грязные окна. Он надел его, убрал браунинг в кобуру и накинул куртку. У него было сильное предчувствие, что сегодня тот самый день. Ожидание закончилось.

Со своего наблюдательного пункта среди руин аббатства Святой Марии Поли Куинн наблюдал, как Кремер медленно идет по дороге к гавани, засунув руки в карманы. Кремер сидел, опустив голову, как будто глубоко задумавшись. Поли задавался вопросом, что происходит в голове у этого Нахала, знает ли он, что сегодня его последний день на земле. Поли поднес рацию ко рту. - Он уже в пути, - сказал он.

"Я вижу его", - сказал Линч, который сидел с Пэтом О'Риорданом на парковке яхт-клуба.

Поли положил рацию обратно в карман и прижал бинокль к глазам. Он не хотел упустить ни секунды. Его единственным сожалением было то, что он не будет ближе к месту действия. Он бы предпочел отправиться в путь вместе со своим братом, но Линч сказал, что кто-то должен быть на высоте, а он был самым младшим. "Однажды, - подумал Поли с оттенком горечи, - однажды он больше не будет самым молодым". Он им покажет.

Краем глаза Кремер заметил отблеск света из старой церкви. Его сердце учащенно забилось, и он сделал несколько глубоких вдохов. Он боролся с желанием повернуть голову и посмотреть на холм, когда завернул за поворот дороги и увидел раскинувшуюся перед ним гавань.

Две рыбацкие лодки отчаливали от западного пирса, оставляя за собой клубы грязно-серого дыма. Внизу, на пляже, двое темноволосых мужчин бросали палку черному лабрадору. Они медленно шли по песчаной полосе в сторону пристани для яхт. Собака металась взад-вперед, ее лай уносился ветром прежде, чем достигал ушей Кремера. Кремер узнал собаку, но не людей. Рядом со зданием яхт-клуба было припарковано несколько машин. В одной из машин неподвижно сидели двое мужчин. Кремер повертел головой, пытаясь расслабить мышцы шеи. Он напрягся, и сейчас было не время напрягаться.

‘ Ладно, давайте поймаем ублюдка, ’ сказал Линч, засовывая рацию в отделение для перчаток. Он открыл дверцу и подошел к багажнику. Наклонившись над своей темно-синей сумкой, он достал автомат Калашникова, в то время как О'Риордан стоял у него за спиной, прикрывая его от дороги. Линч был одет в длинный плащ, расстегнутый спереди, и держал внутри штурмовую винтовку, прижимая ее вплотную к телу. - Ладно, - сказал он, отходя от машины, в то время как О'Риордан вытащил пистолет из сумки и сунул его в карман своей кожаной куртки-бомбера.

Они шли через автостоянку, ветер трепал их волосы и поднимал рябь на лужах у их ног. Впереди них Кремер ступил на дамбу и направился к маяку.

Дэви Куинн сидел на деревянной скамейке перед общественными туалетами с газетой на коленях. Он встал, так крепко сжимая сложенную газету, что побелели костяшки пальцев. Он кивнул Линчу и зашагал по дороге.

Кремер стоял на дальнем конце дамбы, вглядываясь в море. Он медленно повернул голову влево и увидел, что двое мужчин подошли ближе. В полумиле от них. Собака бегала кругами вокруг них, но они перестали с ней играть. Двое крупных мужчин вышли из машины и целеустремленно шли через автостоянку. И мальчик, мальчик шел по дороге, держа плохо спрятанный пистолет, как будто боялся, что тот разобьется, если он его уронит. Пять, подумал он. Пять плюс тот, что на холме, - шесть.

Он вытер лицо руками и зевнул. Он знал, что это было не от усталости. Это было напряжение. Он вытащил из кармана упаковку жевательной резинки и развернул палочку. Ветер сорвал зеленую обертку с его пальцев, когда он сунул жвачку в рот, и он повернулся, чтобы посмотреть, как она кружится в воздухе. Он нахмурился, увидев одинокую фигуру, стоящую на дамбе, там, где она пересекалась с дорогой. Как он мог пропустить такую?

‘ Откуда он, черт возьми, взялся? ’ прошипел Линч. Он положил руку на плечо О'Риордана, удерживая его. ‘ Подожди немного, Пэт. Давайте посмотрим, что задумал этот парень. ’ Линч посмотрел на парня из Куинна, который стоял на тротуаре, не зная, что делать. Линч кивком головы показал Дэви, чтобы тот возвращался на скамейку запасных.

- Может быть, он просто вышел прогуляться, - нерешительно предположил О'Риордан.

‘ Да. Может быть.

Мужчине было за пятьдесят, возможно, и старше, он был одет в зеленую куртку Barbour, кепку и зеленые резиновые сапоги. Он ходил с палкой, хотя Линчу показалось, что это было сделано скорее для пущего эффекта, чем потому, что мужчина нетвердо держался на ногах. Он быстро зашагал вдоль дамбы, помахивая тростью, как военной тростью.

С того места, где они стояли, Линч не мог видеть Фицапатрика и Маквея на пляже. Он просто надеялся, что у них хватит ума сдержаться.

Кремер не обернулся, когда человек в куртке "Барбур" присоединился к нему на краю дамбы. - Отличный денек для этого, - дружелюбно сказал мужчина.

Верхняя губа Кремера вздернулась, но он по-прежнему не повернулся лицом к посетителю. - Хороший денек для чего?

‘ За то, что ты делаешь. Он постучал тростью по земле. - Что, черт возьми, вы делаете, сержант Кремер?

- Единственный, у кого сейчас есть звание, - это вы, полковник.

Полковник снова постучал тростью. Он повернулся спиной к морю. ‘ Я насчитал пять, - сказал он. - Как ты думаешь, пяти будет достаточно?

‘ Шесть, ’ сказал Кремер. - Один на холме.

Полковник принял поправку с едва заметным намеком на улыбку. ‘Они, должно быть, действительно ненавидят тебя, раз делают это, понимаешь? Юнионисты обязаны заявить, что это нарушение режима прекращения огня".

- Может быть, - сказал Кремер.

‘ Если только они не планируют убрать все улики. Если не будет тела, я полагаю, не будет и доказательств того, что это вообще произошло. Не теперь, когда ты больше не в полку. Не похоже, что по тебе будут скучать, не так ли?

- Спасибо, полковник, - с горечью сказал Кремер.

- Вы знаете, кто они? - спросил я.

Кремер пожал плечами. ‘ Это не имеет значения. Он впервые заметил, что на полковнике синий галстук, украшенный маленькими крылатыми кинжалами. Кремер улыбнулся. Только полковник мог выступить против команды наемных убийц ИРА в форме полка Специальной воздушной службы.

‘ Шоу ведет Дермотт Линч. С ним Пэт О'Риордан. Внизу, на пляже, у вас Джерри Фитцпатрик и Фергюс Маквей. Мы не смогли опознать подростка.

-Линч хорош.

‘ О да, он хорош. И, конечно, у него к тебе личный интерес. Мы бы тоже хотели связаться с О'Риорданом. Но остальные относятся строго ко второму дивизиону.

Полковник посмотрел на часы, затем снова повернулся лицом к морю.

- Чего вы хотите, полковник?

‘ Поболтать. У тебя ведь есть время поболтать, не так ли?

Кремер вяло пожал плечами. - Я бы предпочел побыть один, если вы не возражаете.

‘ Но вы ведь не один, не так ли, сержант Кремер? В вашу сторону направляется вооруженное до зубов подразделение активной службы ИРА.

- Тогда тебе лучше уйти, а?

Полковник печально покачал головой. - Так поступать нельзя, Джокер.

Это прозвище вызвало у Кремера улыбку. Прошло много времени с тех пор, как им кто-то пользовался. - Сделать что?

- Знаешь что.

Кремер вздохнул и ссутулил плечи. - Вы не понимаете, о чем говорите, - решительно заявил он.

- Я знаю, что ты умираешь.

Впервые Кремер взглянул на полковника. - Мы все умираем, - ядовито сказал он.

‘ Сколько времени? ’ спросил полковник. - Сколько времени дал вам врач?

- Если ты здесь, то уже знаешь.

‘ Два месяца. Самое большее - три месяца. Последние несколько недель будут сопровождаться невыносимой болью. Тебе нужно будет стоять под капельницей, но даже этого будет недостаточно.

- Значит, ты знаешь, почему я здесь.

‘ Потому что ты боишься умереть на больничной койке, крича в агонии. Без друзей. В одиночестве.

Кремер сморщил нос при виде картинки. - Спасибо, что подсластили ее для меня, полковник.

"Рак кишечника - не самый приятный способ умереть".

- Это ты мне говоришь.

‘ Итак, ты решил пасть в бою. Умереть как солдат, в бою.

Кремер улыбнулся и откинул пиджак, чтобы полковник мог увидеть Браунинг в кобуре. Он оглянулся через плечо. Мужчины на пляже все еще направлялись в их сторону. Линч и О'Риордан стояли на автостоянке и разговаривали. ‘Вам следует уйти, полковник. Это будет неприятно".

‘ Выслушай меня, Джокер. Так поступать нельзя.

Взгляд Кремера посуровел. - При всем моем уважении, полковник, вы ни хрена не понимаете, о чем говорите.

Полковник выпятил вперед свою квадратную челюсть. Его челюсть и широкий нос, который был несколько раз сломан, придавали этому человеку обманчиво простой вид, но Кремер знал, что его коэффициент интеллекта достигает 150-ти и он входит в число двенадцати лучших шахматистов Соединенного Королевства. - Я могу предложить вам способ получше.

‘ Да, точно. Что вы хотите, чтобы я сделал? Проглотить свой пистолет? Я пытался, полковник. Я не могу.

Полковник покачал головой. ‘ Это не то, что я предлагаю. Я предлагаю тебе шанс сделать что-нибудь стоящее в последние несколько недель.

Кремер нахмурился, затем отвел взгляд. - Я слушаю.

За последние два года по всему миру произошла серия убийств. Бизнесмены, политики, преступники - все убиты одним человеком. Профессиональный убийца, который убьет любого, если назначит подходящую цену. Его так и не поймали, и мы понятия не имеем, кто он такой.

‘ Мы? "Мы" - это как в SAS?

- ФБР, Интерпол, МИ-6, СВР, Моссад.

- Все хорошие парни, да?

Полковник проигнорировал замечание. ‘ Он любит подбираться поближе, этот убийца. Он всегда пользуется пистолетом. У нас есть десятки свидетелей, но мы не знаем, как он выглядит.

Кремер нахмурился. - В этом нет смысла.

‘ О, у нас есть десятки описаний. Он невысокий. Он высокий. Он худой, у него избыточный вес, он лысеет, у него борода, голубые глаза, карие глаза, бледная кожа, загорелый. Единственное, в чем мы уверены, так это в том, что он белый и мужского пола.

- Мастер маскировки, - сказал Кремер, улыбнувшись клише.

Полковник пожал плечами. ‘ Он пользуется контактными линзами, он отращивает волосы на лице по мере необходимости. Он набирает вес, он снимает его. Может быть, он даже сделал пластическую операцию. Нет ничего, чего бы он не сделал, чтобы добиться успеха".

Кремер медленно обернулся. Люди на автостоянке снова зашагали. Скоро они будут у дамбы. Он с тревогой посмотрел на полковника, которого, казалось, не волновало приближение убийц. - Чего вы от меня хотите?

- Ты знаешь, что такое Козел-Иуда?

Кремер покачал головой.

‘ Допустим, ты пытаешься поймать тигра в ловушку. Можешь сколько угодно рыскать по джунглям, ты и волоска не увидишь. Ты на его территории. Вы напрасно тратите время, пытаясь охотиться на него. Итак, что вы делаете, вы берете молодую козу, козленка, и привязываете ее на поляне. Затем вы сидите сложа руки и ждете. Тигр ищет блеющую козу, и БАЦ! Один мертвый тигр.

‘ Козел-Иуда? ’ повторил Кремер. - По-моему, это больше похоже на приманку. Это то, что вы мне предлагаете? Шанс стать приманкой?"

‘ Я предлагаю тебе шанс сразиться с самым успешным убийцей в мире, Джокером. Насколько нам известно, он никогда не проигрывал. Ни разу не был пойман и ни разу не потерпел неудачу. Разве это не было бы для вас большим испытанием? Эти ублюдки там, внизу, могут называть себя подразделением активной службы ИРА, но мы-то знаем лучше, не так ли? Они головорезы-психопаты с оружием, вот и все. Конечно, ты умрешь с пистолетом в руке и кровью, текущей по твоим венам, но нет никакой чести в том, чтобы быть застреленным, как бешеная собака. Огромное количество людей - вот единственное преимущество, которое у них будет. Они просто будут продолжать стрелять, пока ты не умрешь. Ты получишь парочку из них, может быть, больше, но посмотри, в какой компании ты будешь умирать. Чертовы колокола Ада, Джокер, ты не уделил этим ублюдкам и времени суток, и все же хочешь умереть вместе с ними?"

Поли Куинн поводил биноклем из стороны в сторону, высматривая Фицпатрика и Маквея. Они промелькнули у него перед глазами, и он медленно развернул их обратно, пока не попал точно в центр. Они остановились на пляже и наблюдали за Кремером и вновь прибывшим. Маквей почесал в затылке, и Фицпатрик пожал плечами. Маквей что-то сказал, и Фицпатрик кивнул, затем они пошли, вытаскивая пистолеты из-под курток. Поли навел бинокль на Линча и О'Риордана, которые широкими шагами направлялись к дамбе. О'Риордан на ходу обернулся и жестом пригласил Дэви следовать за ними.

Поли поискал глазами брата и обнаружил, что тот быстро идет по дороге, сжимая в руке газету. Поли улыбнулся. Его брат выглядел напряженным, но он делал именно то, что ему было сказано, следуя за Линчем и О'Риорданом, готовый отрезать Кремеру путь к отступлению, если тот попытается обойти их. Поли задавался вопросом, удастся ли Дэви застрелить Нахала. Боже, он надеялся на это. Он задавался вопросом, кто был этот человек в куртке Barbour и почему он так серьезно разговаривал с Кремером. Кем бы он ни был, он был все равно что мертв. Линч, очевидно, решил убрать и его.

Кремер ничего не ответил. Он уставился на горизонт и сделал несколько глубоких вдохов. Полковник ждал, когда он заговорит. - Почему он рискует? - спросил я. Наконец Кремер спросил. ‘ Почему он всегда делает это вблизи? Есть более простые способы убивать. Более безопасные способы.

Полковник кивнул. - В ФБР считают, что ему это нравится. Он хочет видеть, как умирают его жертвы. Он серийный убийца, но серийный убийца, которому платят за его работу. Вопрос не в том, будет ли он убивать снова, вопрос в том, когда. Он будет продолжать убивать, пока мы его не остановим, потому что он делает это не ради денег. Он делает это ради острых ощущений.

- И ты хочешь, чтобы этот парень попытался убить меня?

Полковник повернулся и посмотрел на Кремера. Тот медленно покачал головой. ‘ Нет, ’ тихо сказал он, его голос был едва слышен из-за шума волн, разбивающихся о стену. - Мы почти уверены, что у него все получится.

Кремер ничего не сказал.

‘ Этот человек не оставил никаких вещественных доказательств, ’ продолжил полковник. ‘ Ни отпечатков пальцев, ни образцов крови или тканей, ничего. Если мы поймаем его рядом с вами с пистолетом в руке, этого будет недостаточно. Это даже не покушение на убийство, это просто владение оружием, и, насколько нам известно, у него может быть лицензия на это. Даже если он направит на вас пистолет, что мы имеем? Угрожающее поведение? Возможно, покушение на убийство. Если нам повезет, он сядет на пять лет. Нет, он должен нажать на курок. Как только он это сделает, мы его поймаем.

Кремер кивнул, наконец-то поняв. - А если он нажмет на курок, я умру?

Полковник кивнул. ‘ Но у тебя будет шанс. Ты будешь вооружен; если увидишь, что он направляется к тебе, сможешь выстрелить первым. Это лучший шанс, чем у Козла Иуды.

- Он убьет меня, - решительно заявил Кремер.

‘ Но ты умрешь с честью. В бою. Против настоящего профессионала. Разве это не лучший способ умереть? Лучше, чем быть застреленным этими головорезами?"

Кремер уставился на море. - Вы хотели бы отправиться туда именно так, полковник?

‘ Да, если бы у меня был выбор. Голос полковника был ровным. ‘ Тебе решать, Джокер. Если ты хочешь, чтобы это произошло сейчас, я просто уйду.

Полковник посмотрел в сторону людей на пляже. Они были примерно в четверти мили от него, все еще направляясь в их сторону. Двое других мужчин достигли конца дамбы, а юноша шел по дороге позади них, держа газету в обеих руках. ‘ У вас мало времени, ’ сказал полковник. Он постучал палкой по бетону, и треск раздался, как выстрелы.

Кремер холодно усмехнулся. ‘ Это правда, - сказал он. Он помолчал. - Откуда вы знаете, что он придет за мной?

‘ Мы знаем, кто будет одной из его предполагаемых жертв. Я объясню позже, но мы ищем кого-нибудь на его место. Он помолчал. "Ну и что?"

Кремер потер подбородок и вздохнул. - Ладно.

- Ты уверен? - спросил я.

Кремер прищурился и внимательно посмотрел на полковника. ‘ Что? Теперь вы пытаетесь отговорить меня от этого? Я сказал, что сделаю это. Я сделаю это".

Полковник положил руку Кремеру на плечо и сжал его. - Спасибо.

Кремер покачал головой. ‘ Я делаю это не для вас, полковник. Я делаю это для себя. Но сначала мы должны позаботиться о них. ’ Он кивнул в сторону дамбы, где двое бойцов ИРА быстро приближались к ним. Тот, что в плаще, держался обеими руками за бока, сжимая что-то. Оружие, вероятно, штурмовую винтовку. Мужчины на пляже бросились бежать, держа ружья наготове.

Полковник достал из кармана пиджака маленький приемопередатчик, нажал кнопку передачи и быстро заговорил в него. Кремер не смог разобрать, что сказал этот человек, но через несколько секунд он услышал рев двух массивных турбин, и огромный красно-бело-синий вертолет Westland Sea King появился из-за ирландского ока. Его несущий винт наклонился вперед, и он помчался по воздуху к ним. ‘ Черт бы вас побрал, полковник, - прокричал Кремер, перекрывая шум двигателей. - Ты знал, что я соглашусь, не так ли?

Полковник ничего не сказал, когда вертолет сделал круг, а затем снизился так, что завис всего в нескольких футах над стенкой гавани, размахивая несущими винтами воду внизу. Он махнул тростью Кремеру, чтобы тот садился первым. Кремер бросил последний взгляд через плечо, оглушенный ревом турбин. Бородатый мужчина вытащил из-под плаща автомат Калашникова и держал его в руке, по-видимому, не уверенный, стрелять или нет. На какое-то мгновение они встретились взглядами, и Кремер почувствовал, как ненависть изливается из этого человека, затем из живота Морского короля высунулась рука и наполовину втянула, наполовину втащила его внутрь.

Линч перевернул автомат Калашникова и сунул его обратно под плащ, когда огромный вертолет оторвался от земли и резко накренился влево.

- Что, черт возьми, все это значит? - спросил О'Риордан.

‘ Черт меня побери, если я знаю, ’ сказал Линч. Он смотрел вслед "Морскому королю", уносящемуся по волнам, его вьющиеся черные волосы развевались за спиной. Фицпатрик и Маквей подбежали, тяжело дыша.

‘ Уберите оружие, ребята, ’ сказал Линч. - Мы здесь не для того, чтобы стрелять по вертолетам.

Двое мужчин сунули пистолеты в карманы своих курток. - Что происходит, Дермотт? - спросил Маквей.

Линч проигнорировал его. Он развернулся и посмотрел на харбор-роуд, наполовину ожидая увидеть колонну вооруженных солдат, направляющуюся в их сторону. Улица была пуста. Это была не ловушка. За это стоило быть благодарным, но внезапный уход нахала от этого стал еще более ошеломляющим.

У Фицпатрика затрещала рация, и они услышали встревоженный голос Поли Куинна. ‘ Что происходит? Куда он делся?

- Выключи эту штуку, - рявкнул Линч, направляясь к машине.

Майк Кремер сидел, скрестив руки на груди, пока огромный вертолет низко и быстро летел над волнами. Один из членов экипажа "Си Кинг Кинг" вручил ему наушники с мягкой подкладкой, и Кремер надел их, благодарный за избавление от оглушительного рева двигателей. Голова Кремера была полна вопросов, но он ничего не сказал. Полковник сел на сиденье перед окном аварийного выхода и протянул руку. Кремер протянул ему свой браунинг Hi-Power.

Кремер оглядел каюту. Этот "Морской король" не походил ни на один другой, в котором он когда-либо бывал. Он был набит электрическим оборудованием, часть которого он узнал. Там было множество экранов радаров, гораздо больше, чем он ожидал увидеть в поисково-спасательном вертолете, и станция обработки данных Marconi LAPADS. Член экипажа, который затащил его в вертолет и дал ему наушники, сидел в кресле оператора гидролокатора перед стойками с приборами гидролокатора и радара. Кроме того, там было много оборудования, которого Кремер никогда раньше не видел, оборудования без фирменных наименований или каких-либо этикеток.

Вертолет накренился вправо, снижаясь. В иллюминатор позади полковника Кремер увидел небольшую яхту, рассекающую волны. Они направлялись на восток. Кремер улыбнулся про себя, представив себе группу захвата ИРА, стоящую на дамбе. Сплошные прелюдии и никакого оргазма, вооруженные до зубов, и стрелять не во что.

Он задавался вопросом, правильно ли он поступил, с такой готовностью согласившись отправиться с полковником. Полковнику он ничего не был должен. Прошло уже больше семи лет с тех пор, как Кремер покинул полк. С тех пор он работал на него всего один раз, и это чуть не закончилось слезами. Кремер закрыл глаза и прислонился спиной к металлической переборке. Полковник и тогда использовал его как приманку, отправив в Штаты по следу Мэри Хеннесси, террористки ИРА, пытавшей и убившей подругу Кремера. По крайней мере, на этот раз Кремер знал, во что ввязывается. По крайней мере, на этот раз он знал, каковы шансы выжить.

Что сказал полковник? Убийца, который любил подбираться поближе. Убийца, которого так и не поймали. Убийца, который был настолько успешен, что единственным способом остановить его было использовать Козла-Иуду. Возможно, это действительно был бы лучший способ умереть. Кремер видел, как умирало много мужчин и женщин, и он знал, что были хорошие способы и были плохие, и что у большинства людей не было возможности выбирать. Он снова открыл глаза. Полковник отвинчивал крышку с термоса из нержавеющей стали. Он налил черный кофе в пластиковую кружку и предложил ее Кремеру. Кремер покачал головой.

Полковник всегда умел читать его как открытую книгу. Он знал, что Кремер согласится на это задание, и принял соответствующие меры. Кремеру стало интересно, был ли у этого человека запасной вариант, кто-то другой, кто согласился бы на эту работу, если бы Кремер отказался от нее. Он также поинтересовался, отказался ли уже кто-нибудь еще от этой миссии.

Оказавшись на значительном удалении от земли, вертолет начал набирать высоту, и вскоре они оказались на высоте нескольких тысяч футов над морем. Сначала Кремер предположил, что они сядут на корабль, но вскоре понял, что вертолету предстоит долететь до материковой части Великобритании. Он откинулся на спинку стула. Ничего не оставалось делать, кроме как ждать.

Дермотт Линч и Пэт О'Риордан въехали в Дублин по Хоут-роуд. Линч кипел от злости, уставившись в окно, его губы были сжаты в тонкую линию. Первоначальный план состоял в том, чтобы сдать оружие и уехать обратно на Север, но исчезновение Кремера все изменило.

Они миновали Тринити-колледж, и Линч нахмурился, взглянув на ярко-синие часы на верхушке серого каменного здания. Было чуть больше десяти утра. - Забудьте об этом, Дермотт, - сказал О'Риордан.

‘Почему он был там?’ - спросил Линч. ‘Это было так, как будто он ждал нас. Потом внезапно его унесло. В этом нет никакого смысла.

‘ В этом не должно быть смысла. Он ушел, и все.

Линч почесал бороду. ‘ Британцы что-то задумали, Пэт. Они издеваются над нами, и я хочу знать почему. Может быть, Маккормак узнает.

- Ты хочешь, чтобы я остался?

Линч покачал головой. - В этом нет необходимости. Возвращайся на свою ферму. Я поговорю с Маккормаком, а вечером сяду на обратный поезд.

О'Риордан резко затормозил, чтобы не столкнуться с автобусом. Линч не был пристегнут ремнем безопасности, и его качнуло вперед. ‘ Извините, ’ сказал О'Риордан. - Я не привык водить машину в городе.

"Просто думай о них как о коровах", - сказал Линч.

‘ Да, Дермотт, я так и сделаю, ’ с усмешкой сказал О'Риордан. Поток машин полз по Дам-стрит, и О'Риордан жал на тормоз так, словно сидел за рулем трактора. "Братья Куинн все сделали правильно", - сказал он.

‘Они были хороши", - согласился Линч. "У Дэви есть потенциал, Поли все еще немного молод".

- Они оба увлечены.

‘ Да, но это не всегда преимущество, Пэт, ты же знаешь. Я не уверен, что когда-либо хотел бы, чтобы моя жизнь зависела от таких, как Поли Куинн.’ Линч провел рукой по бороде и уставился на поток машин, как будто мог заставить его исчезнуть одним усилием воли. - Я выйду здесь, - сказал он.

- Да, возможно, так будет лучше всего.

Линч повернулся и поднял сумку с заднего сиденья. В ней были автомат Калашникова и пистолеты, с которыми они обращались в Хауте. Линч без колебаний пронес оружие по улицам Дублина. Он попрощался с О'Риорданом, вылез из машины и пошел по тротуару. Толпа французских студентов с красными и зелеными рюкзаками преградила ему путь, и он с улыбкой прошел сквозь них. Симпатичная молодая девушка с длинными светлыми волосами ударилась о его сумку и взвизгнула. Она потерла ногу и укоризненно посмотрела на Линча. Он сочувственно улыбнулся. - Прости, любимая, - сказал он.

Вертолет начал снижаться, и Майк Кремер сглотнул, чтобы унять шум в ушах. Прямо под ними были серо-голубые волны, слева простирался широкий пляж, а за полоской песка виднелись леса и вспаханные поля. Он посмотрел на часы и быстро подсчитал: если предположить, что они летели с обычной крейсерской скоростью "Си Кинга" в 140 узлов, то, вероятно, находились где-то над Уэльсом. Вдалеке он увидел три холма, поросшие лесом у подножия, но голые на вершине, похожие на лысеющих мужчин. На крышке одного из них была микроволновая радиостанция, но Кремер недостаточно хорошо знал страну, чтобы определить ее местонахождение. Вертолет накренился вправо, и внизу он увидел большой полуостров, торчащий в сторону Ирландии. Пока вертолет продолжал снижаться, Кремер разглядел пышные зеленые поля, усеянные овцами, изолированные перелески и россыпь небольших ферм, затем они пролетели над руинами замка к тому, что выглядело как большой загородный дом, расположенный на собственной территории. Вертолет сделал круг над домом, прежде чем снизиться для посадки.

У Кремера болели уши от постоянного рева турбин "Морского короля", а мягкие наушники были влажными от пота. Он не любил вертолеты, хотя семь лет назад один из них спас ему жизнь, доставив в больницу в Белфасте с разорванными кишками. Он умер бы в машине скорой помощи, в этом нет сомнений; только Рысь могла вовремя добраться до городской больницы Белфаста. Но это не означало, что ему нравилось путешествовать в машинах. Он никак не мог избавиться от ощущения, что все дело зависит от одной гайки, удерживающей вращающиеся лопасти на месте. Если так пойдет и дальше, то долгой и спокойной ночи. Тем не менее, были способы умереть и похуже. Гораздо хуже.

У Кремера скрутило живот, когда вертолет вспыхнул и пошел на посадку, и он почувствовал кислый привкус желчи в горле. Он сглотнул, закашлялся и снова сглотнул, а затем вертолет снизился, его винты замедлились. Член экипажа поднялся со своего места и открыл дверь. Кремер выбрался вслед за полковником. Кремер низко опустил голову, хотя и знал, что зазор между винтами достаточный. Они подбежали к передней части "Морского короля", подальше от вращающегося рулевого винта, затем полковник показал пилоту поднятый большой палец, и вертолет снова поднялся в небо, нисходящий поток примял траву вокруг них и рвал их одежду, как тысяча крошечных рук.

Кремер смотрел, как вертолет улетает на запад. ‘ Сюда, ’ сказал полковник, ведя его к зданию, которое Кремер видел с неба. Он был построен из красного кирпича, в три этажа высотой и увенчан шиферной крышей. По обе стороны от главного входа было два крыла, где круглая подъездная дорожка огибала каменный фонтан, который, похоже, не работал. В этом месте чувствовалась какая-то запущенность, как будто в нем некоторое время никто не жил.

Вертолет высадил их внутри каменной стены, окружавшей дом и несколько акров лужайки. Кремер увидел двух мужчин, стоящих по обе стороны больших кованых железных ворот, крупных мужчин в кожаных куртках, джинсах и тренировочных ботинках.

‘ Еще несколько месяцев назад в этом здании была подготовительная школа для девочек, ’ объяснил полковник. - Ночью становится немного прохладно, но нас никто не побеспокоит.

У входа стоял еще один охранник. Он приветствовал полковника коротким кивком и приветствовал Кремера легкой улыбкой. Они вошли в огромный вестибюль, который поднимался на самый верх здания. Широкая каменная лестница вилась вверх, мимо длинной тонкой люстры, покрытой пылью. Коридоры вели влево и вправо, и Кремер заметил череду выкрашенных в белый цвет дверей, все закрытые. ‘ Классные комнаты вон там, ’ сказал полковник, указывая налево. ‘ Мы будем есть в столовой, справа. Я пользуюсь кабинетом вон там. Я выделил вам спальню для персонала на втором этаже.

‘ Как долго я здесь пробуду? - Спросил Кремер.

‘ Неделю. Может, дольше. Сначала я хочу, чтобы ты прочитал все файлы, и я хочу познакомить тебя кое с кем.

Полковник направился вверх по лестнице, постукивая тростью по каменным ступеням. Он повел Кремера на второй этаж и провел по коридору в большую комнату, где стояли кровать, продавленное кресло, старый дубовый шкаф и такой же туалетный столик. Под створчатым окном стоял стол, заваленный папками. Полковник указал тростью на бумаги. ‘ Это копии папок, хранящихся в различных правоохранительных органах, которые расследовали убийства. Для тех, кто в Европе, я включил только документы Интерпола. Насколько я помню, языки не были твоей сильной стороной.

-Да, мой полковник, ’ сухо ответил Кремер с намеренно чудовищным акцентом. Он подошел к столу и провел рукой по папкам. Его окно выходило на заднюю часть школы, и он мог видеть большую автостоянку с полудюжиной автомобилей, сгруппированных в одной секции, а справа - ряд одноэтажных зданий с большими металлическими дымовыми трубами. Сквозь окна он мог разглядеть огромные духовки, кухонное оборудование и ряды шкафов и стеллажей из нержавеющей стали, так что Кремер предположил, что это бывшие школьные кухни.

‘ Я распоряжусь, чтобы вам прислали еды. Читайте сегодня как можно больше, а завтра мы начнем всерьез, - сказал полковник. Он остановился в дверях. - У вас есть какие-нибудь вопросы?

Кремер покачал головой. ‘ Вероятно, так и будет, после того как я все это прочитаю. Только одно.

Полковник улыбнулся. - Знаменитый куропатка?

Кремер был удивлен. - Неужели я настолько прозрачен?

- Вот уж не думал, что виски так благотворно действует на твой желудок.

Кремер пожал плечами. ‘ Несколько лет назад это был бы хороший совет. Теперь немного поздно.

‘ Человек, чье место ты занимаешь, пьет красное вино. Он никогда не притрагивается к виски.

- Значит, когда я займу его место, я буду пить вино.

- Просто чтобы ты знал.

‘Я слышу вас, полковник. В SAS было обычной практикой, когда солдаты и унтер-офицеры обращались к своим офицерам ‘Босс", но Кремер никогда не мог заставить себя использовать более неформальное обращение к полковнику.

Полковник постучал тростью по голым доскам пола. ‘ Я принесу его вам сегодня вечером. Он закрыл за собой дверь.

Полчаса спустя, когда Кремер все еще просматривал первое досье, раздался стук в дверь. ‘ Войдите, ’ сказал он, не поднимая головы. Женщина средних лет, пухленькая, с приятным лицом, с волосами, собранными сзади в пучок, толкнула локтем дверь и внесла поднос с тарелкой сэндвичей и стаканом молока. Она представилась как миссис Эллиот, сделав ударение на "Миссис", и оставила поднос на туалетном столике. Он подумал, что лучше не спрашивать миссис Эллиот о виски. Она не была похожа на любительницу выпить.

Собаки выскочили из стартовых ворот на полной растяжке, их лапы вздымали клубы песка на дорожке. Толпа вопила, когда борзые бросились за механическим зайцем, но Томаса Маккормака, казалось, больше интересовала программа, которую он держал в руках. - Следующий заезд, шестой, - сказал он уголком рта.

‘ Да? ’ сказал Дермотт Линч. - Это один из ваших?

Маккормак искоса лукаво взглянул на Линча. - Нет, но он выиграет.

Линч изучал фигуру собаки, когда борзые завернули за первый поворот. В последних трех гонках он финишировал без места, но он знал, что лучше не подвергать сомнению советы Маккормака. У Маккормака было несколько борзых, и по крайней мере два вечера в неделю его можно было встретить на собачьем ипподроме в дублинском Шелборн-парке.

Линч поднял глаза, когда фаворит пересек финишную черту и оказался в ожидающих объятиях девушки. Она была хорошеньким молодым созданием с волосами цвета меди до плеч и фигурой, которую не мог скрыть даже синий комбинезон. В любой другой день Линч испытал бы искушение завязать с ней разговор, но визит на собачий ипподром не был светским мероприятием. Его вызвал туда Маккормак.

Линч взглянул на табло результатов в дальнем конце стадиона. Небольшие шансы на фаворита означали, что никто не разбогатеет на этой гонке, но собака, на которую дал чаевые Маккормак, будет бежать со счетом двенадцать к одному. Двое мужчин вернулись в зал для приема ставок и встали в очередь, ожидая возможности сделать свои ставки.

Маккормак дал кассиру пригоршню банкнот и попросил положить их на шестой номер, чтобы выиграть. Линч достал бумажник. Секунду или две он колебался, а затем достал все банкноты, которые в нем были. Он обдумывал варианты пари в обе стороны, но Маккормак стоял у него за плечом и наблюдал. Линч передал все банкноты. ‘Номер шесть, для победы", - сказал он. Маккормак улыбнулся и кивнул.

Они вышли на улицу посмотреть, как выгуливают собак. Номер шесть выглядел хорошо, его шерсть блестела, задние конечности были сильными и хорошо развитыми, он высоко держал голову, как будто знал, что его ждет победа. ‘У вас есть собака, участвующая в этой гонке?’ - Спросил Линч.

Маккормак кивнул на коричневую собаку в дальнем конце очереди, безучастно обнюхивающую обувь своего проводника. ‘Он продвигается, но пройдет еще несколько месяцев, прежде чем он достигнет пика’. Они покинули демонстрационную площадку и направились к трассе. - Итак, Дермотт, что произошло?

‘ Ниоткуда прилетел вертолет. Чертово ниоткуда. Поднял его и улетел с ним.

-Армия?

‘ Нет. Не армия. Это было красное, белое и синее. Солдат не было видно. Это действительно тайна, и если есть что-то, чего я не выношу, так это тайну.

Маккормак снял очки в роговой оправе и протер их носовым платком. - Как ты думаешь, что он задумал?

‘ Я не знаю. Что бы это ни было, я думаю, что план изменился. Не думаю, что он ожидал вертолет. Или человек, который появился на дамбе.

- Этот человек, есть какие-нибудь предположения, кто это был?

Линч покачал головой. ‘ Я думаю, военный. Он ходил как солдат. В руках держал палку.

-Вооружен?

-Не могу сказать.

‘ А что с вертолетом? У экипажа было оружие? Маккормак снова надел очки и посмотрел поверх них.

Линч на секунду задумался, а затем покачал головой. ‘ Нет. Я видел только одного из команды, он затащил Кремера внутрь, но он не был вооружен, я уверен в этом.

Маккормак на ходу постукивал программкой по ноге, задумчиво опустив голову. Почти минуту он молчал. - Я думаю, нам придется забыть об этом, Дермотт.

- Мне нужен этот ублюдок, - яростно заявил Линч.

‘ Знаете, Коннолли был не в восторге от того, что мы вообще взялись за Кремера. "Пусть спящие собаки лгут", - сказал он. Его пришлось немного уговорить.

‘ Да? Линч почесал бороду, как будто она чесалась.

‘ Да. Я должен был нести за это единоличную ответственность. Если бы что-то пошло не так, я бы сам объяснял это Совету армии. И это, черт возьми, чуть не пошло не так. Нам повезло, что это была не ловушка, верно?

‘ Я бы так не сказал, Томас. Мы неплохо зашили Хоута. Если бы там была SAS, мы бы знали об этом.

‘ Может быть, и так. Но чем бы ни занимался Кремер, теперь все кончено.

- Он мне нужен, - сказал Линч.

‘ Я знаю, что хочешь. Но у тебя есть личный интерес, Дермотт, давай не забывать об этом.

‘ Позволь мне пойти за ним. Пожалуйста. Я прошу как друг.

Маккормак тихо фыркнул. ‘ Ты не можешь просить меня об этом как друга, и ты это знаешь. Вы можете обратиться с подобной просьбой только ко мне как к члену армейского руководства.

Вот-вот должна была начаться следующая гонка, и зрители начали высыпать из зала для приема ставок и собираться вокруг трассы. Букмекеры на трассе лихорадочно подсчитывали новые коэффициенты. Линч видел, что шансы на шестой номер уже уменьшались. - А если я спрошу вас как члена армейского руководства?

‘ Тогда мне придется отклонить вашу просьбу. Если вы непреклонны, я мог бы обсудить это с Советом армии, но я знаю, каков будет их ответ. И вы тоже. Они слишком многое могут выиграть от мирного процесса, они не собираются ставить его под угрозу из-за одного человека".

- Даже такой человек, как Кремер?

‘ Даже для Кремера. Послушайте, Дермотт, если бы это зависело от меня, я бы, конечно, сказал "да". Черт возьми, я бы даже помог нажать на курок. Но вы знаете, что нам сказали в 1994 году. Никаких индивидуалистов. Никаких отколовшихся групп. Мы говорим и действуем в один голос.

Кинологи повели собак к стартовым воротам. ‘Мы были так чертовски близки", - прошипел Линч. - Минутой раньше, и мы бы его схватили.

‘ Но ты этого не сделал, ’ тихо сказал Маккормак. - Значит, теперь все кончено.

Линчу хотелось возразить, но он знал, что это бесполезно. - Как скажешь, Томас.

‘Молодец’. Гонка вот-вот должна была начаться, но Маккормак уже просматривал программу, как будто исход был предрешен. ‘ Второе место в гонке после этого. Гарантирую. Он поднял глаза и улыбнулся. - Ты сможешь воспользоваться своим выигрышем в этой гонке.

- Спасибо. Спасибо за подсказку.

- Когда ты возвращаешься в Белфаст?

‘ Завтра утром. Я сяду на первый поезд.

‘ Хорошо. Я хочу, чтобы ты сделал для меня одну маленькую работенку, когда вернешься.

‘ Конечно, Томас. Как скажешь.

Маккормак изучал программу, когда ловушки открылись и борзые вырвались наружу, как снаряды из миномета.

Майк Кремер лежал на спине и слушал пение дроздов - приятный контраст с дикими криками чаек, которые он слышал, когда просыпался в последний раз. Он открыл глаза и, прищурившись, посмотрел на наручные часы. Было около пяти, хотя на улице уже рассвело. Он скатился с односпальной кровати, прошлепал по голым доскам пола к окну и раздвинул тонкие занавески. Коренастый мужчина в серой спортивной куртке стоял посреди лужайки, прижимая ко рту рацию. Он поднял голову и помахал Кремеру рукой. Кремер помахал в ответ.

Справа, за лужайками, но все еще внутри стены, окружавшей участок, располагались три теннисных корта, выстроившихся в ряд, как игральные карты в игре "Найди леди", а за ними - площадка для игры в крокет, обручи на которой все еще были на месте. Кремер провел руками по волосам. Он понюхал подмышки и сморщил нос. Ему позарез нужен был душ. У кровати стояла на три четверти пустая бутылка "Знаменитого грауза". Полковник заговорил об этом, когда стемнело, и сидел на кровати в компании Кремера, пил виски и произносил тосты за старые времена, за дни до того, как Кремера застрелили и пытали, и до того, как рак начал разрастаться. Кремер отвинтил крышку с бутылочки, подержал ее, как жидкость для полоскания рта, прежде чем проглотить и поморщился, когда жидкость попала ему в горло.

Он бросил бутылку на кровать и пошел в ванную, выложенную плиткой от пола до потолка. Затирка была черной и в пятнах, а из ванны доносился запах плесени. Насадка для душа была размером с крышку кастрюли, и Кремер включил ее. К его удивлению, вода почти сразу стала очень горячей.

На полке над раковиной стояли банка ментоловой пены для бритья, упаковка одноразовых бритв, зубная щетка в пластиковой упаковке и тюбик зубной пасты Colgate для борьбы с зубным камнем. Кремер взял зубную пасту и улыбнулся, гадая, кто делал покупки и почему они выбрали формулу для борьбы с зубным камнем. Он почистил зубы и побрился, а затем забрался в ванну и встал под душ. Занавески в душе не было, и вода каскадом стекала с его тела на кафельный пол. Он заметил свежий кусок мыла в мыльнице в форме раковины и тщательно им вымылся. Он и не подозревал, как давно не чувствовал себя по-настоящему чистым.

Он завернулся в чистые полотенца, сел на кровать и, вытираясь, прочитал еще одно досье. Это было американское убийство; жертвой был чикагский юрист. Клиентами адвоката были несколько фигур мафии, и чикагские газеты предположили, что это убийство было одним из серии убийств "око за око", когда две криминальные семьи боролись за контроль над прибыльными контрактами на заливку бетона. Однако полицейское досье так и не было закрыто, и последнее дополнение — служебная записка марсельского отделения Surete - в ответ на официальный запрос Полицейского управления Чикаго — указывало, что вдова юриста в течение года повторно вышла замуж и что она и ее новый муж сейчас живут на юге Франции. Новый мужчина в ее жизни был на двадцать лет моложе и намного беднее, чем был ее муж. Файл также содержал их совместную фотографию: она с чересчур подтянутыми щеками и слегка приоткрытыми глазами, что указывало на подтяжку лица, он с грудью тяжелоатлета, зачесанными назад волосами и внешностью кинозвезды. Ее допрашивали несколько раз, но не было никаких улик, связывающих ее с убийцей. Это выглядело как идеальное преступление, но Кремера не волновало, кто финансировал убийство, его интересовал сам убийца.

Тот факт, что в обеих перестрелках участвовал один и тот же мужчина, не подлежал сомнению. Два выстрела, один в лицо, второй в грудь: это, по-видимому, было фирменным знаком убийцы. Когда Кремер посещал Дом убийств SAS в Херефорде, его тоже обучали ‘двойному попаданию" — двум выстрелам, произведенным быстро подряд. Однако инструкторы SAS подчеркивали важность прицеливания в туловище, чтобы было меньше шансов промаха — выстрелы в голову считались слишком рискованными.

Убийца вошел в офис адвоката и застрелил его на глазах у его секретарши. Описание убийцы, данное секретаршей, было подробным, но бесполезным: каштановые волосы, карие глаза, рост чуть меньше шести футов, слегка загорелая кожа. Кремер знал, что любая из этих характеристик может быть изменена. Краска для волос, цветные контактные линзы, подтяжки обуви, шезлонги или крем для загара. Впечатление художника было составлено на основе описания секретарши и компьютерной подгонки фотографий, и хотя они действительно были похожи друг на друга, у них было мало общего с изображениями в других файлах, которые читал Кремер.

Все файлы об убийствах, имевших место в Америке, содержали информационные бюллетени ФБР по идентификации лиц, которые были заполнены агентами-расследователями до того, как были составлены фотографии. Они содержали список черт лица, и свидетелей попросили отметить соответствующие графы. Кремер взял листы из разных папок и сравнил их. Они были такими же разрозненными, как и фотографии, подходящие по размеру. Форма головы могла быть классифицирована как овальная, круглая, треугольная, длинная или прямоугольная. Все графы были отмечены по крайней мере одним из свидетелей. Рот можно было бы классифицировать как средний, обе губы толстые, обе губы тонкие, губы неодинаковые, большие или маленькие. Большинство свидетельских показаний оценивались как средние, но был по крайней мере один свидетель, который соответствовал каждой из других категорий. Казалось, все сходились на том, что брови у этого мужчины были средними, уши - средними, подбородок - средним, нос - средним, но последовательности не было. Два свидетеля сказали, что у мужчины был двойной подбородок, один сказал, что его брови сходились посередине, другой сказал, что у него были оттопыренные уши. Кремер начинал понимать, что имел в виду полковник, когда сказал, что у них есть множество описаний, но нет реального представления о том, как выглядел убийца.

Он закончил вытираться и огляделся в поисках чистой одежды. Ее не было, комоды и гардеробы были пусты. Кремер пожал плечами и натянул одежду, в которой прибыл. Казалось, полковник подумал не обо всем.

Спускаясь по главной лестнице, он почувствовал запах бекона, а когда вошел в столовую, полковник уже был там, сидел за одним из длинных обеденных столов и уплетал жареный завтрак. Полковник взял свою кружку с кофе и кивнул на сервировочные подносы из нержавеющей стали, выстроившиеся в ряд на столике у двери. ‘ Угощайтесь, - сказал он. ‘ Если вам еще что-нибудь понадобится, миссис Эллиотт вам это приготовит. Она отличный повар.

Кремер прошелся вдоль ряда подносов. Там были яичница-глазунья, хрустящий бекон, сосиски, помидоры, поджаренный хлеб и даже копченая рыба - этого хватило бы, чтобы накормить батальон. Кремер не был голоден, но знал, что должен поесть. Он положил себе на тарелку яичницу-болтунью и сел напротив полковника. Миссис Эллиот выбежала из кухни с двумя дымящимися кувшинами. ‘ Кофе или чай? ’ спросила она. Она принюхалась, и у Кремера возникло отчетливое впечатление, что она чувствует запах виски в его дыхании.

Кремер попросила чаю. Полковник подождал, пока она вернется на кухню, прежде чем спросить Кремера, как ему спалось. Кремер пожал плечами. ‘ Все как обычно, ’ сказал он. Полковнику не нужно было указывать на мешки у него под глазами, Кремер видел, как они смотрели на него, когда он брился.

- У вас была возможность ознакомиться с какими-нибудь файлами?

- Полдюжины, в деталях.

Полковник отставил кружку с кофе. - Есть какие-нибудь соображения?

Кремер пожал плечами и размешал вилкой яичницу. ‘ Половина хитов была в Штатах, верно? Это наводит на мысль, что убийца - американец.

‘ Возможно. Или это может означать, что американцы охотнее нанимают профессионалов для совершения убийств.

Кремер кивнул. ‘ Я не могу понять, почему он сначала стреляет им в лицо. Ты знаешь правила. Два выстрела в грудь, затем один в голову на всякий случай, если у вас есть время. Но только если у вас есть время. В Доме убийств это два выстрела в грудь, затем переходим к следующей цели. Мы не можем позволить себе роскошь стрелять в голову.

- Что это значит?

‘ Что, я полагаю, означает, что он не обучен SAS, ’ ответил Кремер. "На самом деле, я не могу припомнить ни одной группы спецназа, которая обучала бы своих людей стрелять в голову".

‘ Возможно, он был не согласен с тем, как его обучали, ’ предположил полковник, когда Кремер отправил в рот вилку с яичницей и проглотил, не жуя. ‘ Помните, он всегда находится очень близко к цели. В пределах десяти футов, часто ближе. На таком расстоянии попадание в голову менее рискованно.

Кремер пожал плечами и снова помешал яичницу. Яичница-болтунья была вкусной, жирной, с привкусом сыра, но у него не было аппетита. ‘Однако это вопрос тренировки", - сказал он. "Если в тебя вбили умение убивать одним способом, чертовски трудно сделать это другим".

‘ Мы можем обсудить это с профайлером, когда он прибудет, ’ сказал полковник, кладя нож и вилку на тарелку. Словно по волшебству, появилась миссис Эллиот и унесла его.

‘ Профайлер? В чем там дело?

Полковник обхватил руками дымящуюся кружку. Обеденный зал был похож на пещеру, и пропановый обогреватель в конце стола давал мало тепла. ‘ Человек, которого мы ищем, профессиональный убийца, в этом нет никаких сомнений. Именно так на это посмотрела бы полиция. Психиатр может придерживаться другой точки зрения. Он мог бы смотреть на него как на убийцу, который продолжает убивать. Серийный убийца. А у серийных убийц вырабатываются стереотипы. Анализируя эти стереотипы, мы могли бы составить представление о том, что движет им. У ФБР есть группа специалистов, базирующаяся в Куантико, которые составляют профиль серийных убийц для полиции по всей стране.

-И один из этих специалистов работает над нашим убийцей?

‘ ФБР провело первоначальное профилирование, но теперь нам помогает парень, который раньше работал в Бюро, ’ сказал полковник. - Его зовут Джекман. Раньше он был одним из их лучших оперативников, а теперь руководит частным профильным агентством в Бостоне.

Кремер проглотил еще один кусок яичницы, не разжевывая. - Частный специалист по составлению профиля серийного убийцы?

Он консультирует компании по подбору персонала, останавливает их от найма плохих парней. Его приглашают помогать кинозвездам с проблемами фанатов, преследователей и тому подобного. И он помог раскрыть несколько дел о похищениях, когда полицию не вызывали. Некоторые из крупнейших страховых компаний используют его.

Кремер нахмурился. Он запил яичницу чаем. ‘ Я не понимаю, полковник. Почему Бюро нам не помогает?"

‘ В штате ФБР меньше дюжины профайлеров и один менеджер, и у них ограниченный бюджет. В общей сложности они составляют около восьмисот профилей в год, но им приходится отклонять по меньшей мере двести. Общий бюджет Бюро на профилирование составляет чуть более миллиона долларов в год, несмотря на всю огласку, которую получает подразделение. У них даже нет времени составлять письменные отчеты по многим делам, которыми они занимаются — они консультируют правоохранительные органы по телефону по всей Америке. Но Джекман может уделить нам столько времени, сколько нам нужно. За последние три месяца у него был доступ ко всем материалам дела. Я хочу, чтобы вы встретились с ним, прежде чем мы отправим вас на место.

Кремер отложил вилку. Большая часть яичницы-болтуньи осталась нетронутой на тарелке. - Что он сможет мне сказать?

- Возможно, он сможет дать вам представление о том, что за человек убийца, составить вам профиль, чтобы вы узнали его, когда он выступит против вас.

Кремер слабо улыбнулся. ‘ Выступает против меня? Вы имеете в виду, пытается убить меня.

‘ Неважно. Это даст тебе преимущество.

‘ Я возьму все, что смогу достать, ’ сказал Кремер. Он потер живот.

Полковник обеспокоенно наклонился вперед. - С вами все в порядке?

- Немного болит, но не так сильно, как будет через несколько недель.

‘ Позже придет врач. Он тебя осмотрит.

‘ Меня осматривали эксперты, полковник. Я получил все необходимые дополнительные заключения.

‘ И все же я хочу, чтобы он осмотрел тебя. Возможно, он сможет прописать что-нибудь обезболивающее.

Кремер покачал головой. ‘ Я так не думаю, - сказал он. ‘ Обезболивающие только замедлят мое выздоровление. Кроме того, боль дает мне знать, что я все еще жив. Он отодвинул тарелку и осушил свою кружку.

Они оба посмотрели на дверь, услышав шаги в коридоре. Невысокий, дородный мужчина с большим портфелем в руках вошел в столовую, двигаясь быстро, как будто выбивался из графика. На нем были темно-синий блейзер и черные брюки, а его ботинки блестели так, словно их только что начистили. Полковник встал. - Доктор? - спросил Кремер.

- Портной, - сказал полковник.

‘ Портной? На кой черт мне портной?

- Человека, чье место ты займешь, не увидели бы мертвым в такой одежде, как твоя, Джокер.

Портной поставил свой портфель на стол, открыл его и достал мерную ленту и маленькую записную книжку. ‘ Выше, выше, выше, ’ сказал он Кремеру, говоря так же быстро, как и шел. Кремер поднялся на ноги и развел руки в стороны. Полковник улыбнулся, когда портной принялся снимать с Кремера мерки и заносить их в свой блокнот. - Мы говорили, три костюма?

‘ Совершенно верно, - подтвердил полковник. ‘ Все в темную полоску, двубортное, без отворотов. Дюжина рубашек, все белые, с двойными манжетами. Носки, нижнее белье, выбор повседневных рубашек и брюк. Консервативно.’

- Конечно, конечно, - сказал портной, опускаясь на колени перед Кремером и ловко снимая мерку с внутренней стороны штанины.

‘ И пальто, ’ добавил полковник. ‘ Кашемировое. Кремер поднял бровь. ‘ Качество бросается в глаза, - объяснил полковник. - Особенно когда подходишь близко.

Портной измерил руки Кремера, его талию и грудь. - С какой стороны вы будете держаться? - спросил портной Кремера.

- С собой? - растерянно переспросил Кремер.

- Наплечная кобура, - сказал портной.

- Левая сторона, - сказал Кремер.

‘ Хорошо, хорошо. Портной повернулся к полковнику. ‘ А как насчет аксессуаров? - спросил он. - Ремни, галстуки, запонки?

‘ Оставляю это на ваше усмотрение, ’ сказал полковник. - Принесите подборку.

‘ Конечно, ’ сказал портной. - Конечно.

- А обувь вы можете поставить?

‘ Конечно, конечно. Портной выжидающе посмотрел на Кремера.

- Десять с половиной, - ответил Кремер.

Портной сделал пометку, встал, взял свой портфель и вышел.

- Настоящий смерч, - сказал Кремер, все еще держа руки по швам.

‘ Он позорит парней в Гонконге, - сказал полковник. - У него все будет готово в течение сорока восьми часов.

- И они останутся у меня после того, как все закончится?

Полковник начал было отвечать, но потом понял, что Кремер говорит с сарказмом. Он почти печально покачал головой. - Я забыл, почему тебя назвали Джокером, - сказал он.

Кремер пожал плечами и снова сел. - Так когда это произойдет?

‘ Несколько дней. Нужно еще кое-что подготовить.

- Только не затягивай, - предупредил Кремер.

Верхняя полка кладовой находилась вне пределов досягаемости мальчика, поэтому ему пришлось встать на стул, чтобы дотянуться до банки тушеной говядины. Он открыл банку, высыпал содержимое в кастрюлю и тщательно размешал на газовой плите. Когда тушеное мясо начало пузыриться и плеваться, он перелил его на тарелку и отнес наверх, запив стаканом молока. Его мать сидела, подперев спину подушками. Трость лежала на покрывале рядом со стопкой старых журналов. - Я приготовил тебе обед, - сказал мальчик.

Его мать улыбнулась. - Ты хороший мальчик, - сказала она.

Мальчик отнес тарелку и стакан к прикроватному столику и поставил их рядом с коробкой салфеток. Он протянул матери вилку. - Это тушеная говядина, - сказал он.

- Мое любимое.

‘ Это не твое любимое блюдо. Ты всегда говоришь, что твое любимое блюдо - жареный цыпленок. Но я не смогла приготовить жареного цыпленка.

‘ Это мое любимое блюдо сегодня. Она взяла вилку, и мальчик придержал для нее тарелку, пока она накалывала маленький кусочек мяса. Она медленно прожевала, затем кивнула. - Вкусно.

‘ Да? Ты уверен?

‘ Конечно, я уверена. Она протянула руку и взъерошила ему волосы. - Как сегодня в школе?

‘ Думаю, все в порядке. Он стоял, наблюдая за ней, ожидая, когда она возьмет второй кусочек, но она положила вилку обратно на тарелку и легла, морщась при каждом движении. ‘ Попробуй еще, ’ настаивал он. "Это вкусно".

‘ Может быть, позже. Голос у нее был усталый. У нее всегда был усталый голос, подумал мальчик. Как будто она потеряла надежду.

‘ Я что, неправильно приготовил? спросил он, нахмурившись.

Она улыбнулась. ‘ Ты все прекрасно приготовил. Я просто устала, вот и все.

Мальчик поставил тарелку на прикроватный столик и протянул ей стакан молока. ‘ Молоко полезно для здоровья, - сказал он. Она сделала глоток. На ее верхней губе осталась белая пенистая полоска. Он протянул руку и вытер молоко с ее губы. - Когда тебе станет лучше, мам? - спросил он.

- Я не знаю, - сказала она.

-Скоро?

‘ Может быть, скоро. Она похлопала по краю кровати, и он забрался на нее и сел рядом. ‘ Ты знаешь, где папа хранит мои лекарства? ’ спросила она. Мальчик кивнул. ‘ Думаю, мне нужно еще, - сказала она. ‘ Можешь принести мне? Мальчик прикусил внутреннюю сторону губы. ‘Ты можешь сделать это для меня, не так ли?" - спросила она. Мальчик пожал плечами. ‘Пойди и принеси это для меня. Пожалуйста".

‘ Папа говорит. . - Он замолчал, не в силах закончить предложение.

Мать протянула руку и похлопала его по ноге. - Что сказал твой папа?

Мальчик глубоко вздохнул. ‘ Папа говорит, что только он может дать тебе лекарство. Он сказал, что тебе нельзя его принимать.

Его мать кивнула, как будто поняла. - Я уверена, что если бы папа знал, как сильно я нуждаюсь в лекарстве, он дал бы мне его.

Мальчик отвернулся и уставился на дверь. - Папа сказал не делать этого.

Его мать начала кашлять. Мальчик взял коробку с салфетками и достал одну для нее. Она взяла ее и прижала ко рту, ее грудь тяжело вздымалась. Он с тревогой наблюдал, пока приступ кашля не прошел. Когда она отняла салфетку ото рта, на ней были пятна крови. Его мать скрутила салфетку, как будто скрывая признаки своей болезни. - Тебе придется мне помочь, - сказала она.

Дермотт Линч медленно вел "Форд Гранада" по изрытой колеями дороге, руль грозил вырваться у него из рук в перчатках. Только после того, как он взял машину в руки, он понял, что это автоматический двигатель, и ему было трудно вспомнить, что нельзя пользоваться левой ногой. У него не было выбора — автомобиль был присвоен для него двумя подростками, действовавшими по приказу ИРА, и оставлен на автостоянке недалеко от железнодорожного вокзала Белфаста с ключом зажигания в выхлопной трубе. "Гранада" принадлежала пожилой паре, жившей на окраине Белфаста, и они заявили бы о ее краже только на следующий день, если бы знали, что для них хорошо.

Дэви Куинн сидел на переднем пассажирском сиденье, шмыгая носом, как будто у него начиналась простуда. Его брат Поли сидел сзади. Время от времени поглядывая в зеркало заднего вида, Линч видел, что младший брат Куинна нервничает. Его щеки раскраснелись, а на лбу выступили тонкие струйки пота. ‘ Ты в порядке, Поли? - Спросил Линч.

Поли дернулся, как ужаленный. ‘ Что? О да. Я в порядке.

‘Хороший парень", - сказал Линч, улыбаясь про себя. Томас Маккормак настоял, чтобы на эту работу взяли мальчиков Куинн. Они оба хорошо вели себя в Хауте, но выстрелов не было, и никто не пострадал. Важно было выяснить, как мальчики отреагируют под давлением. Он посмотрел на Дэви. Дэви был намного более уверен в себе из двух братьев и обладал всеми задатками идеального волонтера. Он обладал острым умом, но при необходимости молчал. Линч был слишком хорошо осведомлен о том, сколько операций было провалено из-за подростка, который сильно напивался, хвастаясь перед своими приятелями или подругой. Прекращение огня означало, что для добровольцев организации стало более важным, чем когда-либо прежде, хорошо себя вести. ИРА не ликвидировалась, она просто уходила еще дальше в подполье, ожидая призыва вернуться к насилию, если политический процесс не принесет результатов. Необходимо было поддерживать дисциплину, обучать добровольцев, а подразделения действующей службы продолжали собирать данные о предполагаемых целях в Ирландии и на материке.

Если Дэви будет хорошо себя вести, Линч порекомендует направить его на специализированную подготовку с целью отправки на материк в составе подразделения активной службы под глубоким прикрытием. Не было никаких сомнений в том, что он был предан Делу. Его отец был застрелен в пабе на Фоллс-роуд тремя мужчинами в лыжных масках только по той причине, что он был католиком. На похоронах Пэдди Куинна не было никаких воинских почестей, никаких пистолетных выстрелов или триколора, развешанного над гробом, потому что он отказался иметь какое-либо отношение к ИРА. Но его сыновья - это совсем другое дело. Они присоединились к организации через неделю после похорон отца, несмотря на протесты матери.

Дорога свернула влево, и в поле зрения появилась ферма О'Риордана - ветхое скопление выветрившихся каменных построек, серый металлический амбар и сверкающая белизной силосная яма. Линч припарковался перед бункером и сказал братьям Куинн оставаться в машине.

О'Риордан успел открыть дверь фермерского дома прежде, чем Линч подошел к ней с протянутой рукой. Они пожали друг другу руки, и Линч почувствовал твердые мозоли на ладонях О'Риордана. Это была небольшая ферма, и даже с учетом субсидий Европейского сообщества она не приносила О'Риордану достаточного дохода, чтобы нанять более двух работников, поэтому большую часть тяжелой работы ему приходилось выполнять самому.

От одной из пристроек донесся едкий запах свиного навоза, и Линч скривился. Он предпочитал свинину, нарезанную ломтиками и обжаривающуюся на сковороде. О'Риордан рассмеялся над его дискомфортом и хлопнул его по спине. - Ты никогда не выносил деревню, не так ли?

Линч откашлялся и сплюнул на траву. ‘ Полагаю, вам нужно что-то, что разделит города, - проворчал он. - Ты готова? - спрашиваюя

‘ Да. Товар в конюшне. О'Риордан засунул руки в карманы коричневых вельветовых брюк и направился с Линчем к одноэтажному зданию конюшни. Он толкнул дверь в пустую кабинку и держал ее открытой, пока Линч входил внутрь.

‘ Господи, Пэт. Как ты можешь жить с такой вонью? - спросил Линч, зажимая нос.

О'Риордан вошел в стойло и закрыл дверь. Он вдохнул и ухмыльнулся. ‘Нет ничего плохого в небольшом количестве лошадиного дерьма", - сказал он. ‘Это доставляет розам удовольствие’. Он взял лопату, прислоненную к побеленной стене, и использовал ее, чтобы убрать солому из угла. Он просунул край лопаты в щель между двумя каменными плитами и поднял одну из них. Под ней стояли три молокобойки из нержавеющей стали. ‘ Не поможешь мне? ’ попросил О'Риордан, кладя лопату на пол. Вместе они вытащили маслобойки. О'Риордан отвинтил крышки и одну за другой вытряхнул более дюжины упаковок в полиэтилене. - Выбирайте оружие, - сказал он.

Линч посмотрел на посылки. - Что у тебя?’ спросил он.

- Обрез, восточногерманский автомат Калашникова, чешская штурмовая винтовка модели 58В, пара " Узи", ...

- Вы же знаете, мы не собираемся воевать, - перебил Линч.

О'Риордан проигнорировал его и продолжил перечислять. ‘ ... Полдюжины чешских M1970, они такие же, как Walther PPK, румынский TT33, китайский Tokarev, пара браунингов, 9-миллиметровая Beretta. . Он потыкал свертки ногой. ‘О да, старый кольт 45-го калибра, но из него не стреляли лет десять или около того, и он, вероятно, оторвет тебе руку’. Он встал и упер руки в бока. - Как ты себя чувствуешь?

Линч поджал губы и поскреб бороду. ‘ Итальянец, - сказал он наконец. - Я чувствую себя итальянцем.

О'Риордан наклонился и поднял один из пакетов. Линч развернул полиэтилен. Внутри лежала "Беретта", завернутая в промасленную ткань, с двумя обоймами патронов. Он проверил действие и одобрительно кивнул. - Ты из нее стрелял? - Спросил Линч.

‘ Да, но там чисто. А как насчет мальчиков?

‘ Браунинги. Но убедитесь, что они на предохранителе.

О'Риордан ухмыльнулся. ‘ И я возьму дробовик. На всякий случай.

-На всякий случай?

‘ Да. На случай, если нам придется напрячься.

- Мы не будем, - сказал Линч.

‘ Посмотрим. О'Риордан сложил оставшееся оружие в металлические маслобойки, и Линч помог ему закопать их обратно в землю.

- У вас здесь настоящий арсенал, - сказал Линч, возвращая каменную плиту на место и набивая ее соломой.

‘ Всегда хорошо иметь немного денег, отложенных на черный день. Под пальто у О'Риордана была специально изготовленная нейлоновая перевязь, и он сунул в нее обрез, после чего вышел на улицу. Пока Линч относил пистолеты в "Гранаду", О'Риордан повел коричнево-белую кобылу из соседнего стойла в то, где было спрятано оружие. Линч протянул Дэви все еще завернутые браунинги через окно. - Проверь их, затем спрячь под сиденьями, - сказал он.

Он засунул "Беретту" за пояс брюк, а запасную обойму - во внутренний карман кожаной куртки, прежде чем вернуться и присоединиться к О'Риордану, запиравшему дверь кабинки на засов. Лошадь внутри фыркнула, словно возражая против того, что ее заперли. Линч прекрасно понимал, что чувствует кобыла. Он провел три года, прислушиваясь к звуку закрывающихся дверей камеры, и это был не тот опыт, который ему хотелось бы повторить.

О'Риордан подмигнул Линчу. - Ты готов?

‘ Конечно. Он посмотрел на часы. Было два часа. Он хотел закончить работу до пяти, пока не вернулся хозяин дома. - Где дрель? - спросил я.

"Атакую".

‘ Нападаете? Линч нахмурился.

‘ Заряженный, ’ поправил себя О'Риордан. ‘ Я подключил его на ночь. Жена подумала, что я планирую что-то сделать своими руками. Она будет разочарована, не так ли? Я схожу за ним.

О'Риордан исчез в доме и примерно через минуту появился снова с аккумуляторной дрелью Black and Decker. Он направил его на Линча, нажал на спусковой крючок, и сверло зажужжало. - Ладно, поехали, - сказал он, кладя дрель в белый пластиковый пакет для переноски.

Дэви Куинн забрался на заднее сиденье "Гранады", не дожидаясь приглашения. О'Риордан сел на переднее сиденье и приветственно кивнул братьям, но ничего не сказал.

Четверо мужчин молча ехали в Западный Белфаст. Въезжая в город, они миновали колонну серых внедорожников RUC, двигавшихся в противоположном направлении, их окна были защищены стальной сеткой. - Ублюдки, - прошипел О'Риордан себе под нос.

Линч натянуто улыбнулся. ‘ Скажи спасибо, что они едут не в нашу сторону, - сказал он. Он свернул на боковую дорогу и припарковался перед пабом. Как и у Лэндроверов, окна паба были закрыты проволочной сеткой. Двое молодых людей в анораках и джинсах стояли у входа и курили сигареты. Тот, что был повыше, кивнул Линчу.

Линч не потрудился запереть дверцы машины, и четверо мужчин целеустремленно зашагали по дороге: Линч и О'Риордан впереди, братья Куинн следовали вплотную за ними. Мимо прошла женщина в дешевом матерчатом пальто, толкая двух плачущих младенцев в коляске. Два мальчика с грязными лицами и ободранными коленями сели на бордюр, свесив ноги в канаву, и повернулись, чтобы посмотреть, как мимо проходят мужчины. Линч не беспокоился о свидетелях, он находился на католической территории.

Дом, который они искали, стоял посреди кирпичной террасы, один из сотен почти одинаковых домов, отличавшихся только цветом облупившейся краски на деревянной обшивке. Линч нажал на дверной звонок, и О'Риордан жестом велел братьям Куинн отойти в сторону, подальше от посторонних глаз. Они услышали шаги, затем дверь открыла полная седовласая женщина в платье с цветочным принтом и мешковатом зеленом кардигане. Прежде чем она успела что-либо сказать, Линч вытолкнул ее обратно в коридор и вытащил свою "Беретту". Женщина начала дрожать и открыла рот, чтобы закричать. Линч свирепо посмотрел на нее. ‘ Тише, ’ прошипел он и зажал ей рот рукой. О'Риордан проскользнул мимо и остановился у подножия лестницы. ‘ Где мальчик? ’ прошептал Линч. Взгляд женщины выдал ее, она метнулась в сторону лестницы. Дэви Куинн закрыл входную дверь и запер ее. Из кухни Линч услышал металлический звук транзисторного радиоприемника. - Кто-нибудь еще в доме есть?

Женщина попыталась заговорить, и Линч убрал руку от ее рта. ‘ Моя дочь, ’ сказала она. - Ей всего двенадцать.

- Где она? - спросил я.

- Пожалуйста, не делай нам больно, сынок. Мы добрые католики. Мальчик и мухи не обидит.

‘ Где она? - Повторил Линч, держа пистолет у ее лица.

‘ На кухне. Произошла ошибка, сынок, ты не можешь...

Линч сделал знак Поли, и подросток рукой заставил женщину замолчать. У Поли и Дэви оба были наготове. Поли вспотел, но Дэви казался спокойным. Они оба смотрели на Линча, ожидая указаний.

‘ Проводи ее в гостиную, ’ прошептал Линч Поли. Пока Поли заносил женщину в комнату, Линч вместе с Дэви прошел по коридору на кухню. Молодая девушка с волосами мышиного цвета, собранными сзади в конский хвост, сидела за маленьким столиком и читала журнал. Она оглянулась через плечо, когда Линч подошел к ней сзади, и ее глаза расширились от ужаса.

‘ Ты здесь из-за Джер, не так ли? ’ спросила она дрожащим, как у испуганного кролика, голосом. ‘ Я рассказала ему. Я сказал ему, что однажды ты придешь за ним. Я, черт возьми, сказал ему, что и сделал.

Линч проигнорировал вопрос. Он взял кухонное полотенце и бросил его Дэви, затем схватил девушку за воротник рубашки и рывком поставил на ноги. Он наполовину тащил, наполовину нес ее по коридору в гостиную.

Женщина сидела, сгорбившись, на потертом диване и перебирала четки. Линч опустил девочку рядом с ее матерью. ‘ Пожалуйста, сынок, не делай больно моему мальчику, ’ захныкала женщина. Она обняла девочку и притянула к себе.

- Ваш парень продавал наркотики детям, - решительно заявил Линч.

‘ О нет, сынок, ты ошибаешься. Мой Джер - хороший мальчик. Может быть, немного дикий, но у него доброе сердце. . Она начала тихо плакать.

На стене над головой женщины висел портрет папы Римского, а рядом с ним фотография Джона Ф. Кеннеди в черной рамке. Женщина подняла глаза и уставилась на фотографии, словно умоляя их о поддержке. Линч не испытывал к ней сочувствия. Он знал, что ее уже предупредили о торговле наркотиками ее сына. Если она не была готова поддерживать порядок в своей семье, то организация была готова. Любыми средствами.

‘ Оставь их здесь, - сказал он Поли. Он опустился на колени перед женщиной и положил руку на четки. ‘ Мы не собираемся убивать твоего мальчика, но если ты кому-нибудь расскажешь, хоть кому-нибудь, мы вернемся. Ты понимаешь?

‘ Не делай ему больно, ’ шмыгнула носом она. - Пожалуйста, не делай ему больно.

‘ Ты понимаешь? - Повторил Линч. ‘ Скажи что-нибудь, и мы вернемся. И это будет не только ради мальчика.

Женщина кивнула. Она отвела глаза и начала бормотать Молитву Господню, перебирая пальцами полированные янтарные бусины четок. Линч выпрямился и кивком головы пригласил Дэви следовать за ним. Они присоединились к О'Риордану у подножия лестницы. О'Риордан достал из-под пальто свой обрез. Он кивнул Линчу, и они молча двинулись вверх по лестнице, Дэви замыкал шествие.

На верхнюю площадку вели четыре двери. Только две были закрыты. Линч приложил ухо к одной из дверей, но ничего не услышал. Он осторожно открыл ее. Это была ванная, дешевый желтый набор для ванной комнаты с зеленым вязаным чехлом на сиденье унитаза и таким же чехлом на запасном рулоне туалетной бумаги. Он закрыл дверь.

Дэви дышал как паровоз, его ноздри раздувались. В левой руке у него было кухонное полотенце, в другой - браунинг, и Линч с удовлетворением увидел, что он снят с предохранителя и ствол направлен прямо вверх. Его палец был вне спусковой скобы, как ему и было сказано. Дэви нервно сглотнул, когда Линч прошел мимо него и остановился у второй двери. Линч взялся за ручку, кивнул О'Риордану и распахнул дверь.

Мальчик стоял посреди спальни, спиной к ним. Он слушал Sony Walkman через наушники и играл на воздушной гитаре, мотая своими длинными рыжими волосами назад и вперед в такт музыке. Трое мужчин гуськом вошли в комнату, и Дэви закрыл за ними дверь. Это была типичная комната подростка: плакаты рок-н-ролла на стене, куча грязного белья в углу, дешевый книжный шкаф, обшитый шпоном, заполненный книгами в мягких обложках, и односпальная кровать с разбросанным постельным бельем. Здесь пахло старыми носками и потом и было почти так же неприятно, как в конюшне, где О'Риордан хранил свое оружие.

Мальчик резко обернулся и замер, увидев своих посетителей. У него отвисла челюсть, затем он внезапно перешел к активным действиям, бросившись поперек кровати и схватившись за окно. О'Риордан бросил сумку на пол, шагнул вперед и схватил мальчика за ногу, сильно дернув его и бросив на живот. Мальчик начал кричать, когда О'Риордан сел поперек его позвоночника, пригвоздив его к кровати. Мальчик замахал руками, но О'Риордан вскарабкался ему на спину и удержал его коленями. - Отвалите, ублюдки! - завопил мальчишка, брыкаясь и извиваясь даже под весом О'Риордана.

‘ Дэви, давай, парень, ’ подбодрил его О'Риордан. - Продолжай.

Дэви бросился вперед и кухонным полотенцем заткнул рот сопротивляющемуся мальчику, затем обошел кровать и схватил мальчика за лодыжки. О'Риордан наклонил голову к лицу мальчика. Полотенце заглушало его крики. Его щеки были испещрены старыми шрамами от прыщей, а рыжие волосы были нечесаными и грязными, усыпанными перхотью. О'Риордан схватил его за прядь волос и дернул голову назад. ‘ Послушай меня, Джер. Это произойдет независимо от того, будешь ты сопротивляться или нет, ты меня слышишь? Мальчик ничего не сказал, но продолжал пытаться встать. О'Риордан приставил дуло дробовика к виску мальчика и постучал по нему достаточно сильно, чтобы было больно. ‘ Если ты будешь сотрудничать, они смогут подлатать тебя, и ты встанешь на ноги через несколько месяцев. Продолжай издеваться над нами, и ты никогда больше не сможешь ходить. Решать тебе. Я достучался до тебя, Джер? Мальчик внезапно замер. ‘ Так-то лучше, ’ сказал О'Риордан. ‘ А теперь прими свое наказание как мужчина, и мы все сможем идти своей дорогой. Он сел, удерживая свой вес на лопатках мальчика.

Линч протянул руку к талии мальчика спереди, расстегнул кожаный ремень и спустил джинсы до лодыжек. ‘Сядь ему на икры, это помешает ему брыкаться", - сказал Линч Дэви, и молодой человек подчинился. Мальчик заплакал, его слезы запачкали подушку.

Линч был ветераном более дюжины ударов по колену и знал, как важно с самого начала взять себя в руки и не дать жертве возможности сопротивляться. Удар по колену был особенно жестокой формой наказания, но он срабатывал, служа постоянным напоминанием как жертве, так и окружающим. Независимо от того, насколько хороши хирурги — а хирурги в Белфасте были лучшими в мире по ремонту и замене разрушенных суставов, — колено никогда не будет таким хорошим, как новое. Даже после прекращения огня ИРА использовала наколенники для наказания наркоторговцев, насильников и увеселителей, и такие люди, как Линч, стали экспертами в этой технике. О'Риордан не солгал, когда сказал мальчику, что это может быть сделано легко или болезненно. В зависимости от того, как использовался пистолет или дрель, могла быть просто повреждена коленная чашечка или раздроблена нога. Сверление сбоку было достаточно болезненным, но сверление с тыльной стороны колена раздробило бы коленную чашечку на десятки осколков.

Линч достал дрель из сумки и включил ее. Он нажал на спусковой крючок, и долото зажужжало. Тело мальчика сотрясла судорога, и Линч надавил на него обеими руками. Подушка и кляп заглушали большую часть шума.

- Все в порядке? - спросил О'Риордан.

‘ Да, ’ сказал Линч. Он оглянулся через плечо и увидел, что глаза Дэви Куинна закрыты. Линч улыбнулся. Первое всегда было самым трудным. Линч приложил вращающийся наконечник к левому колену мальчика сбоку со всей точностью и осторожностью хирурга. Крови было очень мало, когда долото прорвалось сквозь плоть, затем шум дрели сменился с пронзительного воя на глухой скрежет, когда она разрывала хрящ. Дрель задрожала в руке Линча, когда долото заскрежетало по кости, и он изо всех сил старался удерживать ее ровно.

Дэви открыл глаза, но быстро закрыл их, когда увидел выступающий на дальней стороне колена разрез, покрытый кровью, плотью и кусочками белых хрящей. Мальчик неподвижно лежал на кровати, его лицо было смертельно бледным. Линч знал, что обычно они теряли сознание скорее от страха, чем от боли. Если бы они действительно хотели заставить жертву помучиться, они бы разбудили его, прежде чем работать над вторым коленом, но мальчику надели шапку скорее в назидание другим, чем для того, чтобы причинить ему боль. Линч продолжал вращать долото, вытаскивая его из поврежденного колена, чтобы оно не заклинило, затем вытер лоб тыльной стороной руки и вернулся к работе, просверлив второе колено так же легко, как и первое. Закончив, он вытащил долото, выключил дрель и положил ее обратно в сумку. О'Риордан слез с лежащего без сознания мальчика и развязал кляп. Слюна капнула на подушку.

Линч осмотрел раны мальчика. Было небольшое кровотечение, но оно не представляло угрозы для жизни. Он взял простыню и обернул ею ноги мальчика. ‘ С ним все будет в порядке, - сказал он. - Теперь ты можешь слезать, Дэви.

Трое мужчин спустились в гостиную, где Поли стоял над женщиной и ее дочерью, держа Браунинг обеими руками. ‘Подождите пять минут, затем вызовите скорую", - сказал О'Риордан женщине. ‘Убедитесь, что они отвезут его в "Ройял Виктория", и, если у вас будет возможность, спросите мистера Палмера. Он лучше всех подходит для коленных чашечек, ясно?

Женщина кивнула и поцеловала четки. ‘ Спасибо, сынок, ’ прошептала она. Девочка разрыдалась и уткнулась головой в колени матери.

Линч отвез братьев Куинн на Фоллс-роуд и высадил их в нескольких минутах ходьбы от их дома, затем направился в M2 и Ballymena. ‘Я когда-нибудь рассказывал тебе о первом каппинге, на котором я был?’ - спросил Линч. О'Риордан покачал головой. ‘Это был парень, который фотографировал маленьких мальчиков голышом. Не трогал их, но он направлялся в ту сторону, так что ему нужно было преподать урок. Вы знаете Пэдди Маккенну? Сейчас он в Кеше.

- Да, слышал о нем.

‘ Да, ну, мы вчетвером подобрали парня и отвезли его в Килбрайд, чтобы сделать грязное дело. Пэдди принес дрель. Это был и его первый кэппинг. Итак, мы прижали парня на поле и говорим Пэдди, чтобы он продолжал. Он начинает оглядываться по сторонам. Какого хрена ты ждешь, говорим мы. “Где розетка?” он спрашивает. “Где гребаная розетка?”

О'Риордан оглушительно расхохотался. - Легко совершить ошибку, - сказал он, вытирая глаза.

Только когда они ехали по дороге, ведущей к ферме О'Риордана, он поднял тему Майка Кремера. - Что сказал Маккормак? - спросил он.

‘Пусть спящие собаки лежат". Вот что он сказал.

О'Риордан тихо фыркнул. - К черту все это ради игры в солдатики.

‘ Да. Но что мы можем сделать? Как я собираюсь выследить вертолет? Они могли улететь куда угодно.

О'Риордан покачал головой. ‘ Нигде, Дермотт. То, что взлетает, должно опускаться. И Диспетчерская служба, должно быть, отслеживала это. Ты мог бы попробовать спросить у них.

‘ О, конечно, я просто позвоню им и спрошу, не видели ли они, как вертолет подобрал Нахала в Хауте. Я могу только представить себе их ответ.

‘ Это был Морской король, не так ли? Мне так показалось.

‘ Полагаю, что да. Это был здоровенный ублюдок, это точно, а не обычный армейский вертолет. Я никогда раньше не видел красных, белых и синих вертолетов. Обычно они серые или зеленые.

- А как же "Полет королевы"? - спросил О'Риордан.

‘ Да, это мог быть сам герцог Эдинбургский, приехавший, чтобы забрать нашего человека. Как далеко они могут зайти, есть идеи?

О'Риордан пожал плечами. ‘ Может быть, несколько сотен миль. Они направлялись на восток, но это ничего не значит. Они могли бы сделать круг и направиться на север.

‘ Белфаст? Да, это возможно. У нас есть знакомые в управлении воздушного движения?

‘ Я поспрашиваю. Но тебе лучше быть осторожным. Маккормаку не понравится, если он подумает, что ты действуешь за его спиной.

- Да, да, да.

‘ Я серьезно, Дермотт. Маккормак - опасный человек, которому опасно перечить.

‘ Я знаю. Я просто наведу кое-какие справки, вот и все.

Майк Кремер в глубокой задумчивости прогуливался по крокетной площадке, когда услышал, как полковник зовет его из застекленных окон в задней части главного здания. Он поднял голову. Полковник размахивал своей тростью, как будто пытался вернуть заблудившегося ретривера. Кремер улыбнулся при этой мысли. Ротвейлер был бы лучшим сравнением. В течение последних нескольких лет службы в SAS полковник имел тенденцию использовать Кремера в операциях, где качества хорошо обученной служебной собаки были более востребованы, чем способность вернуть мертвую птицу.

Кремер зашагал по траве. Слева от него, у ряда высоких хвойных деревьев, отделявших теннисные корты от лужайки, стоял широкоплечий мужчина в темно-синей спортивной куртке, один из нескольких солдат SAS, несущих караульную службу. Ветер подхватил пальто, и Кремер мельком увидел пистолет-пулемет в кобуре подмышкой.

Когда Кремер подошел к окну, полковник уже вернулся в дом. Оно вело в большую, просторную комнату, которая, судя по всему, была кабинетом директрисы. Полковник сидел за огромным дубовым столом. Стены были голыми, но на выцветших обоях виднелись продолговатые отметины там, где на протяжении поколений висели фотографии команд по нетболу и лакроссу в рамках. Войдя в комнату, Кремер заметил еще одного человека, стоявшего у пустого книжного шкафа. - Кремер, это доктор Грин, - представил полковник.

Доктор шагнул вперед и пожал руку Кремеру. Ростом он был чуть меньше шести футов, лет пятидесяти с небольшим, с зачесанными назад седыми волосами и в очках в золотой оправе с бифокальными линзами. На нем был коричневый кардиган с кожаными заплатками на локтях, а в руках он держал маленькую кожаную медицинскую сумку. "Разденьтесь до пояса", - сказал врач.

-Сверху или снизу?

Доктор посмотрел на Кремера поверх очков с веселой улыбкой на лице. - Как вам будет угодно, сержант Кремер.

Кремер снял китель и расстегнул рубашку. Полковник не двинулся с места, чтобы уйти. Он прочитал выражение лица Кремера. - Вы не возражаете, если я останусь? - спросил он, и Кремер покачал головой.

Доктор тихонько присвистнул сквозь зубы, когда Кремер бросил рубашку на стол. Он подошел и осторожно прикоснулся к толстому рельефному шраму, который неровно пересекал живот Кремера. ‘ Вдоль и поперек. Как будто кто-то пытался выпотрошить тебя.

‘ Примерно так и произошло. Я потерял несколько футов трубки, и мне пришлось большую часть года носить колостомический мешок, но, думаю, мне повезло ".

‘ А это? Врач коснулся правой груди Кремера. Там, где когда-то был сосок, виднелся шрам.

Кремер пожал плечами. - Секатор.

Доктор обошел Кремера, обратив внимание на остальные шрамы на его теле. Он легонько тронул его за левое плечо. - А.45? - спросил он.

‘ А.357, я думаю. Пуля прошла навылет, так что они так и не нашли пулю.

‘ А это? Доктор нажал на маленькую рану на другом плече.

- Нож для фруктов.

- А эта тонкая, которая тянется вокруг твоего живота?

- Нож "Стэнли".

Доктор удивленно покачал головой. - Похоже, у вас много врагов, сержант Кремер.

-Только один.

- Все это с тобой сделал один мужчина?

‘ Это была женщина. Она причинила больше всего вреда.

‘ Женщина? Доктор присвистнул сквозь зубы. - Не хотел бы я встретиться с ней темной ночью.

‘ Ее звали Мэри Хеннесси. Она была террористкой ИРА. Сейчас она мертва.

Доктор снова встал перед ним и осмотрел толстый шрам поперек живота. - Должно быть, это нанесло много повреждений изнутри.

‘ Расскажи мне об этом. Если бы меня не доставили вертолетом в больницу, я бы умерла.

- Она тебя мучила, эта женщина?

- Она пытала моего друга. Он умер за несколько мгновений до того, как меня спасли. Она сделала это с моим животом перед тем, как сбежать. Думаю, она хотела, чтобы я умирал медленно, в мучительных муках. Ее желание почти исполнилось. Остальное она сделала со мной два года спустя.

Доктор заставил Кремера открыть рот и достал маленький фонарик из кармана его кардигана. Он пристально посмотрел на горло Кремера, затем прижал пальцы к его шее сбоку, словно проверяя, нет ли шишек. ‘Кажется, все в порядке", - пробормотал он, затем надавил Кремеру на живот плоской стороной ладони. Кремер поморщился. Врач нажал снова, на этот раз ниже, и Кремер хмыкнул. - Больно? - спросил доктор.

- Немного.

- Думали ли врачи в Мадриде, что рак может быть результатом травмы?

Кремер кивнул. ‘ Это вкупе со стрессом. И моим пьянством.

Врач кивнул. - Насколько сильные боли вы испытываете в целом?

- В общем, все в порядке. Время от времени покалывает. Больше всего болит, когда я ем.

- А как у тебя с аппетитом?

‘ Почти все прошло. Отчасти потому, что это больно, но в основном я просто большую часть времени не голоден.

-Истекаеткровью?

- Да. Вот почему я в первую очередь поехал в больницу. У меня все почернело.

- И вы теряли вес? - спросил я.

‘Я похудел со 184 фунтов до 170. Я думал, это потому, что я перестал есть".

‘ И вы продолжаете терять вес? Кремер кивнул. - Врачи в Испании, сколько времени они вам дали?

‘ Три месяца. Максимум.

Доктор фыркнул. ‘ Я видел рентгеновские снимки. Я бы сказал, что они настроены оптимистично. ’ Он выпрямился и подошел к своей сумке. - Сейчас я сделаю тебе укол витаминов и приму несколько таблеток.

‘ Только не обезболивающие. Я не хочу обезболивающих.

‘ Просто витамины. Но скоро тебе понадобятся обезболивающие.

- Да, но я посмотрю этому в лицо, когда придется.

‘ Я тебе кое-что оставлю, возьми, если понадобится. А ближе к концу тебе понадобится что-нибудь покрепче. Я распоряжусь, чтобы вам дали морфий, и вы сможете принять дозу сами.

- До этого не дойдет.

- Ты так думаешь сейчас, но ближе к...

- До этого не дойдет, - настаивал Кремер.

Доктор несколько секунд выдерживал его взгляд, а затем кивнул в знак согласия. Он открыл свою сумку и достал завернутый в пластик шприц и флакон с бесцветной жидкостью. Он ввел Кремеру витамины и дал пузырек с таблетками. ‘Это всего лишь поливитамины’, - объяснил он. "Они восполнят то, чего вы не получаете с пищей. На вашем месте я бы пил молоко, может быть, яйца, если вы сможете их не употреблять. Фрукты были бы полезны, но в небольших количествах. Лучше есть понемногу, чем пытаться проглотить большие порции. Он оглянулся через плечо на полковника. - В обычной ситуации я бы посоветовал ему успокоиться, но, полагаю, в данном случае это не вариант, не так ли?

- Сержант Кремер будет работать, это правда.

- Ну, да поможет ему Бог, это все, что я могу сказать.

- Сомневаюсь, что он согласится, но спасибо за сочувствие, - едко сказал Кремер.

Врач протянул Кремеру еще один пузырек, на этот раз с зелеными капсулами. ‘ От боли, - сказал он. ‘ Не на пустой желудок. Не более одного за раз. И не более шести за один двадцатичетырехчасовой период.

- Спасибо, Док, - сказал Кремер.

- Я имел в виду то, что сказал насчет того, чтобы достать тебе морфий.

- И я имел в виду то, что сказал, что до этого не дойдет, - сказал Кремер, снова надевая рубашку.

Дермотт Линч сидел, положив ноги на кофейный столик, и смотрел девятичасовые новости Би-би-си, когда зазвонил телефон. Он позволил своему автоответчику принять звонок, наблюдая, как промышленный корреспондент Би-би-си объясняет последние мрачные данные по торговле. Он открутил крышку на охлажденной банке разливного "Гиннесса" и ловко налил ее в высокий стакан, когда запись объявила, что он не может подойти к телефону. Услышав голос Пэт О'Риордан, он поставил стакан и поднял трубку. - Да, Пэт, я здесь.

- Контрольные вызовы, не так ли? - спросил О'Риордан.

‘ Просто снимаю нагрузку с ног. Решил, что заслужил отдых. Как дела?

- Надеюсь, тебе не хочется помогать мне чистить свиней, не так ли?

- Ты совершенно прав.

- Хочешь чего-нибудь выпить?

Линч смотрел, как "Гиннесс" оседает в бокале, образуя густую кремовую корочку на поверхности. - Ты читаешь мои мысли, - сказал он.

Миссис Эллиот подала тушеную курицу с клецками с травами, свежеприготовленный чесночный хлеб и картофельное пюре с маслом. Полковник и Кремер ужинали одни в огромном обеденном зале рядом с пропановым обогревателем. Полковник открыл бутылку кларета, но Кремер отказался. Вместо этого он выпил стакан молока. С добавлением большого количества Знаменитого Куропатки.

Кремер поиграл с едой, откусывая маленькие кусочки и тщательно пережевывая, прежде чем проглотить. Полковник наблюдал, как он ест. - Плохо? - спросил он.

‘ Еда отличная. Кремер отложил вилку. ‘ У меня никогда не было особого аппетита, даже когда я был в хорошей форме. Он взял папку, которую читал перед ужином. ‘ Вы читали эту? ’ спросил он. - Убийство в "Хэрродс"?

- Вторая жена министра иностранных дел Саудовской Аравии. Энн-Мари Уилкинсон. В Метрополитен считают, что за убийство заплатила первая жена.

- Полагаю, дешевле, чем развод.

‘ Я не думаю, что саудовцы утруждают себя разводом, не так ли? ’ спросил полковник. - Я думаю, они просто берут столько жен, сколько хотят. Кремер пожал плечами и сделал большой глоток молока, затем добавил еще виски. ‘ В любом случае, деньги были у первой жены, ’ продолжил полковник. "Она была родственницей королевской семьи Саудовской Аравии, и, похоже, ее возмущало все то внимание, которое уделялось Энн-Мари".

Кремер показал ксерокопию отпечатанного на машинке отчета. - Она была беременна.

Полковник кивнул. ‘ Я знаю. Это еще одна причина, по которой они думают, что ее убили. У него было трое детей от первой жены, возможно, она не хотела конкуренции. Что у тебя на уме?"

‘ Он убил беременную женщину. Чтобы застрелить беременную женщину, нужен особый тип убийцы, вам не кажется?

Полковник отложил нож и вилку. - Я знал многих, кто сделал бы это, не задумываясь.

‘ Профессионалы? Ты так думаешь?

Полковник наклонился над тарелкой. ‘ Вы убивали женщин, сержант Кремер. За королеву и страну. И солдатское жалованье.

‘ Я убивал террористов женского пола, полковник. Есть разница. И убийство Киприано. Девочка. Восьми лет. Он убил восьмилетнюю девочку.

Полковник осторожно поболтал красное вино в бокале и уставился на него. ‘ Ему хорошо платят за то, что он делает. Как мы слышали, по полмиллиона долларов за хит. Возможно, деньги облегчают задачу.

-Я так не думаю.

- Вы хотите сказать, что, если бы вам предложили полмиллиона долларов, вы бы этого не сделали?

Кремер резко поднял голову. ‘ Ребенок? Нет, я бы не стал. А вы?

‘ Конечно, нет. Ни за какую сумму. Но мы говорим не обо мне, а о ком-то, кто готов убивать за деньги. Тебя учили убивать. И ты убивал только по той причине, что тебе приказали. Ладно, есть вещи, которые ты бы не стал делать, но не у всех одинаковая степень морального осуждения.

Кремер уклончиво кивнул, но его глаза сузились, когда он изучал лицо полковника. ‘ Что, если это было в интересах национальной безопасности, полковник? Тогда бы ты это сделал?"

Полковник несколько секунд смотрел на Кремера, хотя Кремеру показалось, что молчание растянулось в бесконечность. Полковник перестал вертеть в руках вино и осушил бокал. Он собирался ответить, когда появилась миссис Эллиот. Полковник поставил свой бокал, пока она собирала тарелки, и нахмурился, увидев, сколько Кремер оставил. Когда она вернулась на кухню, полковник встал и извинился, сказав, что ему нужно лечь пораньше. Вопрос без ответа повис в воздухе, как черная дождевая туча.

Паб находился недалеко от Фоллс-роуд, в здании из красного кирпича с металлическими ставнями на окнах и трехцветным оранжево-бело-зеленым флагом, висящим над входной дверью. Коренастый мужчина в коричневом плаще стоял у двери, глубоко засунув руки в карманы, его взгляд был настороженным.

- Добрый вечер, Дэнни, - поздоровался Линч.

- Как самочувствие, Дермотт? - спросил мужчина.

‘ Справляюсь. Занят сегодня вечером?

- Да, внутри изрядная толпа. - Он толкнул металлическую дверь, и Линч услышал звуки скрипки, на которой играли скорее с энтузиазмом, чем умело.

Линч скорчил гримасу. - Это должно скоро вывести их из игры, - сказал он, и швейцар рассмеялся.

Несколько голов повернулись, когда Линч направился к бару. В дальнем углу скрипач, бородатый мужчина лет шестидесяти, одетый в клетчатую рубашку и мешковатые хлопчатобумажные брюки, с упоением пилил на своей скрипке. Позади него стояли анорексично худая блондинка с аккордеоном и мужчина средних лет с жестяным свистком, хотя они сидели со своими инструментами на коленях, наблюдая за выступлением старика.

Двое мужчин в кожаных куртках расступились, пропуская Линча в бар. Бармен немедленно подошел и приветствовал его по имени. В районе Фоллс было немного баров, где Дермотта Линча не знали и не уважали. Он заказал "Гиннесс" и, ожидая, пока ему нальют, оглядел бар в поисках знакомых лиц. Седовласый старик в овчинной куртке и усталого вида лохматая дворняга, сидевшая у его ног, молча кивнули в знак приветствия, и Линч кивнул в ответ. Группа подростков замолчала, когда взгляд Линча скользнул по ним. Линч заметил одного из парней, который присматривал за "Гранадой", пока он накладывал коленную повязку, но тот не подал виду, что узнал его.

Скрипач сел под разрозненные аплодисменты, затем светловолосая девушка начала играть на своем аккордеоне, сосредоточенно кивая головой взад-вперед и поджав губы. Бармен поставил пинту "Гиннесса" перед Линчем и взял у него деньги. Линч сделал большой глоток и вытер рот тыльной стороной ладони. Пэт О'Риордан появилась рядом с ним. - Похоже, тебе это понравилось, Дермотт.

Линч ухмыльнулся и подмигнул О'Риордану. - Ты сам не выпьешь пинту?

О'Риордан наблюдал, как блондинка играет на аккордеоне. - Конечно, она симпатичная девушка.

- По-моему, немного тягучий, - сказал Линч, поймав взгляд бармена, и указал на свой стакан, показывая, что хочет еще "Гиннесса" для О'Риордана. О'Риордан был женат, у него было четверо маленьких детей, и Линч знал, что он предан своей семье, но ему нравилось притворяться, что у него рассеянный взгляд. Принесли "Гиннесс" О'Риордана, и он с удовольствием пригубил его. Скрипач и трубач присоединились к аккордеонисту в бунтарской песне, под которую несколько выпивох постукивали ногами и подпевали. Двое мужчин некоторое время слушали музыку, наслаждаясь атмосферой паба, чувством благополучия, которое исходило от осознания того, что они были среди друзей. Линч осушил свой бокал и заказал еще два напитка. Пока они ждали, пока "Гиннесс" настоится, О'Риордан сунул Линчу листок бумаги. ‘Это ваш человек’, - сказал О'Риордан. ‘Он работает в аэропорту Дублина. Его брат сейчас в Кеше, делает пятикратную растяжку, ему сказали, что он ожидает вашего визита.

На листке бумаги было два телефонных номера: домашний и рабочий. - Я приеду завтра утром, - сказал Линч.

Песня повстанцев подошла к концу под восторженные аплодисменты и топот ног. ‘Завтра ты этого не сделаешь", - сказал О'Риордан. - Маккормак хочет, чтобы ты сделал для него одну маленькую работенку.

Линч вздохнул. - Еще одно надевание шапки?

О'Риордан покачал головой. ‘ Больше, Дермотт. Намного больше.

Майк Кремер сидел на кровати, прислонившись спиной к стене. На его коленях лежало досье по первому убийству, которое было приписано убийце. Это произошло в Майами, почти ровно два года назад. Колумбийский наркобарон сидел в ночном клубе со своими двумя семнадцатилетними подружками, нюхал кокаин и пил шампанское. За соседним столиком сидели трое телохранителей. В папке были фотографии последствий: трое телохранителей распростерлись на фиолетовом ковре, их пистолеты все еще были в кобурах, наркобарон все еще сидел прямо, посреди лба у него был третий глаз, рубашка вся в крови.

В ночном клубе побывало более двухсот человек, и существовало почти столько же версий произошедшего. Даже блондинки наркоторговца различались по цвету гавайской рубашки, в которую был одет убийца, и типу оружия, которое он носил. Одна из девушек подумала, что это автоматический пистолет, другая сказала, что это "Магнум" 357 калибра. Кремер решил, что их описания бесполезны. Он сомневался, что кто-нибудь из девушек разбирался в оружии, а в темном ночном клубе, где все кричат и паникуют, было мало шансов, что они смогут точно описать оружие.

Убийца был на танцполе, танцевал в одиночестве, и он направился к бару, подождав, пока не окажется прямо рядом со столиком, за которым сидели телохранители, прежде чем вытащить пистолет. Оставив в стороне то, что сказали девушки, Кремер предположил, что это был маленький пистолет, который можно было легко спрятать. Согласно отчету судмедэксперта, это был пистолет калибра 9 мм, но это только сузило число возможностей, даже близко не приблизившись к идентификации оружия.

Использование 9-миллиметрового оружия для попадания имело смысл, оно было стандартным для антитеррористических групп по всему миру. Его основным недостатком была тенденция проходить прямо сквозь цель. В отличие от пули калибра 22 мм, которая вращается и кувыркается, разрывая внутренние органы и кровеносные сосуды, пуля калибра 9 мм проходит сквозь человеческое тело, если не задевает кость, что приводит к потенциальным проблемам в ситуациях с заложниками. SAS использовала дробящиеся пули Splat, изготовленные из смеси полимера и металла, не содержащего свинец, которые гарантированно разрушались при ударе, но которые также были способны первыми пройти сквозь укрытие. Убийца использовал патроны с ускоренной передачей энергии с пластиковыми сердечниками, которые вращались при контакте, имитируя действие и массивное повреждение тканей 22-го калибра. Кремер не был уверен, почему убийца беспокоился — природа пули мало что меняла при выстреле в упор в лицо.

Всего убийца произвел девять выстрелов. По одному на троих телохранителей, два на наркоторговца, затем еще два в грудь одного из телохранителей, который пытался вытащить свой собственный пистолет, несмотря на то, что был ранен в горло. На выходе из ночного клуба убийце бросил вызов один из швейцаров в смокинге, и он дважды выстрелил в него. Девять пуль. Определенно не револьвер.

У многих 9-миллиметровых пистолетов было по восемь или девять обойм в обойме, но Кремер сомневался, что убийца вошел бы в такое многолюдное место, как ночной клуб, и произвел все свои выстрелы. Он хотел бы иметь что-нибудь в запасе. О второй обойме не могло быть и речи, но смена обойм потребовала бы времени, и он был бы уязвим во время замены. Кремер предпочел бы Браунинг Hi-Power, эффективный на расстоянии до сорока футов и с тринадцатью патронами в магазине, но он предположил, что убийца использовал что-то вроде SIG-Sauer P226, в котором было пятнадцать патронов. Это было всего лишь предположение, потому что он знал, что были буквально десятки других возможностей: немецкая компания Heckler & Koch выпустила пистолет калибра 9 мм с тринадцатизарядным патроном P7A13; у французов был MAB P15 с магазином на пятнадцать патронов; у итальянцев была серия Beretta Model 92 с магазинами от восьми до пятнадцати; у чехов был CZ 9mm Model 75 с пятнадцатизарядным патроном; у австрийцев был Glock, изготовленный из легкого полимера и доступный с магазинами на пятнадцать, семнадцать и девятнадцать патронов. В большинстве европейских стран были фабрики, выпускавшие крупнокалиберные 9-миллиметровые пистолеты, и десятки тысяч попали в Штаты, легально или иным образом.

Кремер помассировал переносицу и моргнул. Даже если бы у убийцы было любимое оружие, и даже если бы он смог его идентифицировать, это знание не принесло бы ему никакой пользы. К тому времени, когда Кремер уставится в дуло пистолета, которым пользовался убийца, будет уже слишком поздно. Бах. Одна пуля в лицо. Бах. Вторая в сердце. Потом ничего, кроме темноты.

Раздался стук в дверь спальни. ‘ Войдите, миссис Эллиот, ’ сказал он, закрывая папку и бросая ее на кровать. Он узнал ее стук, два быстрых стука подряд, как двойной стук в Доме убийств.

Миссис Эллиот внесла в комнату поднос и поставила его на стул у кровати. ‘ Вам перекусить, мистер Кремер, - сказала она. - Горячие бутерброды с молоком и ветчиной.

‘ Спасибо, миссис Эллиот. Вам не следовало беспокоиться. Большая часть еды, которую она приносила ему в комнату, заканчивалась тем, что ее спускали в унитаз, хотя обычно он пил молоко. Ее взгляд едва скользнул по бутылке "Знаменитого грауза", но Кремер почувствовал ее неодобрение.

- Не беспокойтесь, мистер Кремер, - сказала она и исчезла за дверью, ее платье затрепетало, как парус на ветру.

Кремер налил в молоко двойную порцию виски и, отпив глоток, снова взялся за папку. Кремер задумался, какое значение имел тот факт, что убийство в Майами было первым. Единственными связующими звеньями между всеми убийствами в файлах, которые Кремер прочитал, были пистолет и место двух выстрелов. Убийство в Майами было быстрым и эффективным, как будто убийца точно знал, что делает. Кремер задумался, действительно ли он убивал раньше, но использовал другой метод, чтобы смерти не были включены в расследование. Убийство казалось слишком профессиональным, чтобы быть первым. Возможно, он убивал многими разными способами, прежде чем сосредоточиться на своем предпочтительном методе?

Оставался также вопрос о том, как вообще был нанят убийца. Стать наемным убийцей — это совсем не то же самое, что стать врачом или бухгалтером - нельзя было просто переехать в офис и повесить табличку на свою дверь. Наемные убийцы должны были иметь послужной список, они должны были доказать, что они могут убивать и это сойдет им с рук, и они должны были доказать, что им можно доверять. Кремер слышал о бывших солдатах и наемниках, которые стали наемными убийцами, но обычно такие убийцы были подготовленными мафией профессиональными преступниками, которые прошли обучение, прежде чем стать полноценными убийцами. Убийцы не появлялись просто так из ниоткуда. Нужно было приобретать навыки, осваивать техники. Кремер знал, потому что он был убийцей и его обучали лучшие.

Он уронил папку на пол и взял следующую. Она была в несколько раз толще, чем папка из Майами, и, просматривая ее, Кремер вскоре понял почему. Жертвой был британский член парламента, шотландец, назначенный на министерский пост, который был близким другом премьер-министра. Кремер смутно припоминал, что читал об убийстве, но в то время его больше беспокоили боль в животе и мрачные лица испанских врачей. Он просмотрел полицейские отчеты. Убийца был одет как полицейский на мотоцикле и остановил служебный "Ровер" депутата, когда тот отъезжал от недавно открывшегося завода по производству полупроводников. Убийца спокойно подождал, пока водитель опустит стекло, затем выстрелил в плечо охраннику полицейского и убил полицейского двумя выстрелами, одним в лицо, другим в сердце. Описания, предоставленные раненым телохранителем и водителем, были хуже, чем бесполезны — убийца был в шлеме, закрывающем все лицо, с опущенным затемненным забралом и в черных кожаных перчатках. Среднего роста, среднего телосложения.

Полиция Стратклайда начала предварительное расследование, но из столичной полиции была направлена группа офицеров Специального отдела, чтобы взять дело в свои руки. Несмотря на улики, расследование зашло в тупик. Сгоревший мотоцикл был обнаружен в поле за пределами Карлайла несколько дней спустя, но на нем не было никаких улик судебной экспертизы.

Кремер прочитал служебную записку Специального отдела Службы безопасности с запросом о возможных мотивах убийства, и ответ, отправленный двумя днями позже, был уклончивым. Депутат был женат, имел двоих детей-подростков, не имел известных сексуальных связей вне брака, по профессии был юристом и не имел спорных деловых интересов.

Служба безопасности, однако, указала, что депутат помог организовать кампанию по прекращению разработки американской нефтяной компанией двух огромных морских нефтяных месторождений для Ирана. Компания уже собиралась подписать контракт на миллиард долларов, когда депутат парламента поднял этот вопрос в Палате общин. Британцы оказывали давление на российское правительство, чтобы оно не поставляло иранцам ядерные реакторы, и депутат парламента произнес волнующую речь, в которой пожаловался, что несправедливо просить русских прекратить торговлю с Ираном в то время, когда американцы собирались помочь стране разрабатывать ее нефтяные ресурсы. Вмешался Государственный департамент, и сделка была заблокирована. ‘Возможно, ’ говорилось в служебной записке Службы безопасности, ‘ что убийство было местью за заблокированный контракт’. Кремер тонко улыбнулся. В меморандуме не говорилось, кто мог заплатить за удар - иранцы или нефтяная компания. При том способе, которым крупный бизнес действовал в наши дни, это могло быть и то, и другое.

Между Специальным отделом и ФБР существовала целая пачка переписки, в которой обменивались информацией о наемных убийцах, которые могли быть готовы убить такую важную цель, но было ясно, что расследование ни к чему не привело. Об этом свидетельствует служебная записка из Специального отдела в канцелярию премьер-министра примерно через три месяца после убийства. Премьер-министр не ответил на служебную записку Специального отдела; вместо этого он написал полковнику служебную записку из семи слов. ‘Требуются немедленные действия. Докладывайте непосредственно мне’. Неподписанная записка объясняла кое-что, что беспокоило Кремера с тех пор, как он начал разбираться в кипе папок. Кремер недоумевал, почему полковник и SAS должны возглавлять охоту на наемного убийцу, особенно на того, кто, судя по всему, был наиболее активен в Соединенных Штатах. Теперь ответ был ясен; это было сделано не только для того, чтобы предотвратить дальнейшие убийства. Премьер-министр воспринял это лично. Он хотел отомстить за погибшего друга.

С холмов вокруг Кроссмаглена спускался туман, холодный, сырой туман, от которого Линча пробирало до костей. Он поежился и посмотрел на О'Риордана. - Отличный денек для этого, - сказал он.

‘ Не думаю, что городской парень вроде тебя часто встает до рассвета, ’ сказал О'Риордан. На нем была зеленая непромокаемая куртка, широкополая твидовая шляпа и зеленые резиновые сапоги. Если бы не автомат Калашникова, который он держал в руках, он выглядел бы настоящим фермером-джентльменом до мозга костей.

- По прогнозу было солнце, - сказал Линч, потирая руки, чтобы согреться.

О'Риордан скривился. ‘ Здесь нельзя предсказать погоду, - сказал он. ‘ Она меняется с минуты на минуту. Тебе следовало надеть непромокаемую куртку, это точно.

‘Да, теперь ты мне скажи’. Линч надел черную кожаную куртку с овчинным воротником, которая уже промокла насквозь, и синие джинсы, которые впитывали влагу, как губка. Капли росы усеяли его бороду и усы, а вода ручейками стекала по затылку.

Двое мужчин стояли у "Лендровера" О'Риордана, который они припарковали под каштаном, но укрытия от него было мало, поскольку влага окутывала их со всех сторон, как саван. Линч посмотрел на свои наручные часы. Было почти пять. О'Риордан был прав, он редко вставал с постели раньше десяти и остро не любил утро.

Дэви и Поли Куинн спрыгнули с кузова забрызганного грязью грузовика неподалеку, затем залезли внутрь и вытащили большие лопаты.

- Думаешь, мы должны им помочь? - спросил О'Риордан.

Линч ухмыльнулся. - Упражнение пойдет им на пользу, - сказал он.

‘ Разве ты не велел им взять перчатки? К тому времени, как они закончат, у них будут волдыри размером с мячи для гольфа.

‘ Вылетело из головы, ’ сказал Линч. Он присел на бампер "Лендровера" О'Риордана и застонал. - Боже, как я ненавижу утро, - сказал он.

Дэви подошел, перекинув лопату через плечо. ‘ Все в порядке? - весело спросил он.

О'Риордан встал спиной к дереву и отсчитал двадцать шагов. Он разгреб пяткой влажную землю. - Здесь сокровище, мои сердечные, - прорычал он.

- Насколько она глубокая? - спросил Поли, присоединяясь к брату.

‘ Футов шесть. Может, чуть больше. Напрягитесь, ребята. У нас не весь день впереди.

Когда братья начали копать, О'Риордан вернулся к Линчу. Линч снова посмотрел на свои наручные часы.

‘ С нами все будет в порядке, ’ заверил О'Риордан. ‘ Полчаса, потом пятнадцать минут на загрузку, пятнадцать минут на наполнение ямы. Мы уезжаем через час.

‘ Мне просто не нравится быть на виду, вот и все. Он прищурился на краснеющее небо. Птицы уже начали приветствовать приближающийся рассвет.

О'Риордан прислонил штурмовую винтовку к машине и просунул голову в окно со стороны водителя. Он достал термос. - Кофе?

Линч кивнул, и О'Риордан разлил дымящийся черный кофе в две пластиковые кружки. Поли Куинн посмотрел на них, но О'Риордан кивнул на яму. - Продолжай копать, сынок.

Майк Кремер лежал на спине, уставившись в потолок. Он думал о смерти. О своей собственной смерти. Кремер не боялся смерти. Действие обычно было менее болезненным и стрессовым, чем то, что к нему привело. Смерть часто может быть долгожданным освобождением, избавлением от боли, выходом из положения. Его правая рука погладила рельефный шрам на животе, когда он вспомнил, как был так уверен, что умирает, когда лежал на полу вертолета "Рысь" в пропитанных кровью брюках и с внутренностями в руках.

Вертолету потребовалось около двадцати минут, чтобы долететь до больницы в Белфасте, и каждую секунду он был в сознании. Двое солдат пытались остановить кровотечение, но они не знали, что делать с его кишками, кроме как наложить на рану полевую повязку. Боли было на удивление мало, и именно поэтому Кремер был так уверен, что умирает.

Он закрыл глаза и содрогнулся, вспомнив, как умер Мик Ньюмарч. Смерть для Мика была нелегкой, но Мэри Хеннесси не хотела, чтобы так было. Она использовала болторезы на его пальцах и раскаленную кочергу, чтобы прижечь раны, чтобы он не истек кровью до смерти. Она часами мучила его, как кошка, играющая с мышью, а потом кастрировала и смотрела, как он истекает кровью. Тогда настала очередь Кремера, его очередь быть привязанным к кухонному столу в уединенном фермерском доме, подвергаться допросу, в то время как снаружи стояли вооруженные люди ИРА. Он вспомнил, как она нахмурилась, услышав, как мужчины кричат, что им нужно уходить, что SAS уже в пути, и он вспомнил, как она улыбнулась, показывая ему нож, позволив ему блеснуть в свете флуоресцентных ламп, прежде чем вонзить его в живот и широко вспороть его. ‘Умри, ублюдок", - прошептала она, когда потекла кровь, а затем ушла, не оглядываясь. Но Кремер не умер. Солдаты затолкали его в вертолет и сидели с ним, убеждая оставаться в сознании, пока они летели в город, затем врачи снова собрали его, залатали, как могли. Шесть месяцев спустя он покинул полк. Выпивка в Paludrine Club - баре SAS в казармах Stirling Lines в Херефорде, пара абзацев в "Марсе" и "Минерве", полковом журнале, и снова на Гражданскую улицу. Вчерашний человек.

Нет, Майк Кремер смерти не боялся. Больше не боялся. Он посмотрел смерти в лицо и был готов принять ее с распростертыми объятиями. Теперь его волновал только способ собственной смерти. И полковник указал ему путь, способ умереть с честью. В бою.

Сет Рид отправил в рот последний кусочек кровяной колбасы и с наслаждением прожевал. Девятилетний сын Рида, Марк, скривил лицо. ‘Папа, как ты можешь? Ты ешь свиную кровь!"

Рид откинулся на спинку стула и похлопал себя по внушительному животу. ‘ Ага. И это было восхитительно.

‘Фу ты. Мальчик все еще наполовину доедал свой завтрак, и Рид указал на ломтик бекона и половинку сосиски, которые остались у него на тарелке.

‘ Как ты думаешь, что это? - спросил он.

"Бекон".

‘ Свинья. Вот что это такое.

- Да, но это не свиная кровь.

Ложка хлопьев Кимберли Рид внезапно замерла на пути ко рту, когда она сердито посмотрела на мужа и сына. - Ребята, не могли бы мы, пожалуйста, оставить это в покое?

- Он первый начал, - сказал Рид, указывая на Марка.

-Нет.

-Я тоже.

Кимберли вздохнула и покачала головой. ‘ Вы двое невозможны. Я не знаю, кто из вас хуже.

Рид и его сын указали друг на друга. - Это он, - сказали они в унисон.

Хозяйка квартиры, высокая, худая, как палка, женщина с седеющими волосами, собранными сзади в тугой пучок, появилась в дверях с кофейником в руках. - Все в порядке? - спросила она.

- Прекрасно, миссис Макгрегор, - сказала Кимберли.

-Еще кофе?

Кимберли сверкнула своей девичьей улыбкой. - У вас есть кофе без кофеина? - спросила она.

Миссис Макгрегор покачала головой. ‘ Боюсь, что нет, дорогая. Как насчет чашечки хорошего чая?

- Чай без кофеина?

Миссис Макгрегор снова покачала головой, снова наполняя чашку Рида. - Боюсь, к нам не часто обращаются за этим.

‘ Ничего страшного. Апельсиновый сок подойдет.

Миссис Макгрегор снова наполнила кофейные чашки семьи, сидевшей за соседним столиком, и поспешно вышла из столовой.

- Мы готовы ехать? - спросила Кимберли.

Рид осушил свою чашку и причмокнул губами. Его сын допил апельсиновый сок и повторил действия отца. ‘ Конечно, ’ сказал Рид. - Почему бы тебе не получить чек, пока я схожу за сумками?

В прихожей висела кнопка звонка, и Кимберли нажала на нее, пока ее муж поднимался наверх. Миссис Макгрегор вышла из кухни, вытирая руки. Кимберли дала ей денег на ночлег и завтрак, и банкноты исчезли под фартуком миссис Макгрегор, как кролик, ныряющий в свою норку. - Так куда ты собираешься дальше, дорогой? - спросила она.

‘ В Уотерфорде, на юге, - ответила Кимберли. ‘ Мы собираемся осмотреть хрустальную фабрику. Я хочу купить несколько бокалов для шампанского.

- Было бы неплохо, если бы ты теперь вел машину осторожно.

‘ О, Сет будет за рулем, миссис Макгрегор. Мы не смогли раздобыть автомат, а я не умею переключать передачи. Только не левой рукой.

Рид с трудом спустился по лестнице, держа в обеих руках чемоданы, а на одном плече висела дорожная сумка. Кимберли с тревогой посмотрела на него. В прошлом году у него был небольшой сердечный приступ, и, хотя в больнице с ним все было в порядке, она все еще беспокоилась всякий раз, когда он напрягался. Жареный завтрак с высоким содержанием холестерина также не помог бы его артериям, и он выпил слишком много кофе. Она протянула руку, чтобы взять один из чемоданов, но он покачал головой. - Милая, я справлюсь.

Семья попрощалась с хозяйкой квартиры, а затем Кимберли и Марк последовали за Ридом по дорожке к их припаркованной машине. Он загрузил ящики в багажник, и через пять минут они выехали на шоссе А29, направляясь на юг. До Уотерфорда было почти 160 миль езды, но они никуда не спешили, и Рид решил ехать проселочными дорогами, чтобы они могли насладиться пышной сельской местностью вдали от своего дома в Финиксе, штат Аризона.

Они ехали меньше получаса, когда Марк объявил, что хочет в туалет.

‘ Ванная? ’ спросила Кимберли, оглядываясь через плечо. ‘ Это Ирландия, милая, а не автомагистраль между штатами. Здесь нет питстопов.

‘ Мама. . - Захныкал Марк.

- Если он должен уйти, пусть уходит, - сказал Рид.

‘ Ты не можешь немного подождать, милая? ’ спросила Кимберли. Марк покачался взад-вперед на своем сиденье и свел ноги вместе. ‘ Думаю, что нет, ’ пробормотала Кимберли. Она взяла с приборной панели сложенную карту. ‘ Дандолк - ближайший город, Сет. Мы можем сделать крюк?

- Мама... - взмолился Марк с заднего сиденья.

‘ Милый, пожалуйста, - взмолилась Кимберли. - Просто подожди немного, не можешь?

Марк покачал головой, и Кимберли вздохнула. Она положила карту обратно на приборную панель и похлопала мужа по бедру. - Нам придется остановиться.

-Здесь?

-Кудаугодно.

‘ Как дела, ребята? Позвонил Линч. Он мог видеть только макушки голов Поли и Дэви Куиннов, когда они выгребали лопатами влажную землю из ямы. Не получив ответа, он пересек поле и остановился, глядя сверху вниз на двух мальчиков. Они вспотели и тяжело дышали, но, к их чести, копали так же быстро, как и в первый раз. ‘ Как дела? - повторил он.

Дэви Куинн поднял глаза и вытер лоб рукавом. - Все в порядке, - выдохнул он.

Поли Куинн вонзил лопату в почву и ногой углубил ее. - Поли, тебе лучше успокоиться, - сказал Линч.

- Со мной все в порядке, - сказал Поли, с ворчанием вытряхивая землю из ямы.

- Да, возможно, но я беспокоюсь о Семтексе.

Поли перестал копать. Он уставился на почву под ногами, затем на Линча. - Семтекс? - переспросил он.

‘ Ага, ’ лаконично ответил Линч. - Ну, знаешь, штуковина, которая взрывается.

Поли посмотрел на Дэви. - Ты ничего не говорил об отсутствии Семтекса, - сказал он.

‘ Я не знал, ’ сказал его брат. - Но это ведь ничего не меняет, правда?

Поли нахмурился. ‘ Думаю, что нет. Он осторожно постучал по земле концом лопаты.

‘ С вами все будет в порядке, ребята, ’ сказал Линч, который не хотел заходить в шутке слишком далеко. Он хотел как можно быстрее убраться с поля боя. - Я бы не стоял здесь, если бы это было опасно, не так ли?

Дэви ухмыльнулся и снова начал копать. Поли последовал его примеру, но был все еще гораздо менее энергичен, чем раньше. Линч наблюдал. О'Риордан подошел к нему сзади, все еще прижимая к груди свой "Калашников".

Лопата Дэви ударилась обо что-то пластиковое. Поли вздрогнул, как будто его ударили, и Линч улыбнулся, видя дискомфорт мальчика. ‘ Передайте мне лопаты, ребята, ’ сказал он. - Затем соскребите землю руками.

Мальчики сделали, как им было сказано. Они рылись в земле руками, как собаки в поисках кости. После нескольких минут раскопок они наткнулись на большой мусорный бак, запаянный в пластик. Линч посмотрел на О'Риордана. ‘Это боеприпасы’, - сказал он. - Бронебойные патроны для М60.

Линч кивнул. ‘ Ладно, парни. Передайте это сюда.

Братья Куинн подняли мусорное ведро, Линч и О'Риордан вытащили его из ямы.

Мальчики вернулись к раскопкам. Они откопали еще два больших пакета, длинных и тонких, завернутых в толстый полиэтилен. - М60, - сказал О'Риордан.

- И они тоже, - сказал Линч.

Линч и О'Риордан отнесли три объемистых свертка к грузовику и погрузили их в кузов, пока Дэви и Поли продолжали копать. "Есть какие-нибудь идеи, что Маккормак планирует с этим делать?" - спросил Линч.

‘ Полагаю, закопайте это где-нибудь в другом месте, - сказал О'Риордан. "Он хочет сохранить хорошие вещи, а старые передать армии".

Линч вытер руки о джинсы. "Таким образом, это выглядит так, как будто мы проводим демилитаризацию, когда все, что мы делаем, - это выбрасываем наш хлам".

‘ Это всего лишь связи с общественностью, Дермотт, ты же знаешь. Благодаря этому Дублин и Лондон выглядят привлекательно, это возможность сфотографироваться для армии, и мы избавляемся от снаряжения, которое, вероятно, все равно упало бы нам на лицо. Кажется, чертовски выгодная сделка для всех. Продавцы тоже это делают.

Они вернулись к яме. Дэви и Поли обнаружили еще два пластиковых контейнера и сундук, накрытый полиэтиленом. О'Риордан указал на грудь. - Это Семтекс, - сказал он.

- Как давно это здесь? - спросил Линч.

‘ Три года, ’ ответил О'Риордан. ‘ Но до этого его часто перемещали, и срок его продажи давно истек. Он попал сюда в 1985 году, но Бог знает сколько времени до этого пролежал на складе в Триполи. Маккормак хочет, чтобы его оставили здесь. Он указал на один из пластиковых контейнеров. ‘ Это пистолеты, патроны и несколько ручных гранат. Они остаются. Он указал на другой контейнер. - Это бельгийские одноразовые минометы. Они по последнему слову техники, но Маккормак хочет, чтобы и их оставили здесь. Они станут трофеем для армии, и это создаст впечатление, что мы серьезно относимся к прекращению огня".

О'Риордан заглянул в дыру. - Там должен быть еще один пакет, - сказал он.

Дэви опустился на четвереньки и принялся копать руками. Через несколько минут он снова сел на пятки. - Понял, - торжествующе сказал он.

‘ Вот это, ’ сказал О'Риордан, указывая на завернутый в полиэтилен сверток, ‘ нечто действительно особенное. Это 66-мм M72 A2.

Линч устало вздохнул. ‘ Мне нравится, когда ты говоришь непристойности, - сказал он. - Что, черт возьми, это такое, Пэт?

‘ Базука, ’ ухмыльнулся О'Риордан. ‘ Из Штатов. Это одноразовый снаряд для одного человека, у него есть ракета весом в один килограмм, которая может разнести танк на куски.

‘ Господи Иисусе, ’ сказал Линч. - Сколько у нас таких?

‘ Только тот, о котором я знаю, ’ сказал О'Риордан. ‘ Его прислали в качестве образца незадолго до прекращения огня в 1994 году. Мы собирались купить еще, но потом ФБР добралось до нашего поставщика. О'Риордан наклонился над дырой. ‘ Передай это, Дэви. И будь осторожен.

Дэви передал завернутый в полиэтилен сверток О'Риордану, который нежно держал его на руках.

Линч протянул руку Дэви и вытащил его из ямы. Они оба помогли выбраться Поли. ‘ Хорошо, ребята. Теперь заполняйте.

Братья были измучены, но принялись за дело изо всех сил, загребая влажную землю обратно в яму. Линч вернулся к грузовику, где О'Риордан укладывал базуку к остальному оружию. ‘ Ты сможешь справиться с этим дальше? Спросил Линч.

О'Риордан поднял бровь. ‘ Что у тебя на уме? - спросил он.

‘ Я хочу съездить в Дублин, повидаться с вашим человеком. Он заканчивает работу в полдень.

‘ Да? Что потом? ’ спросил О'Риордан. Он накрыл оружие брезентом.

‘ Зависит от того, что он мне скажет. Если я смогу выйти на след этого вертолета, я хочу напасть на след Кремера.

Глаза О'Риордана сузились, и он прищелкнул языком. ‘ Запомни, что я сказал раньше. Сначала тебе нужно все прояснить.

- Я знаю.

- Как ты собираешься добраться до Дублина?

Линч ухмыльнулся. ‘ Я надеялся, что смогу одолжить "Лендровер". Ты ведь будешь в грузовике, верно?

О'Риордан усмехнулся. - Ты сделаешь все, чтобы избежать работы, не так ли?

‘ Брось, Пэт, с этого момента все покатилось под откос. Тяжелая работа окончена. Все не так, как было в старые времена — граница больше не является барьером. Ты можешь делать это с закрытыми глазами. А ребята Куинн перенесут все за тебя.

О'Риордан выбрался из кузова грузовика. - Да, тогда давай, мягкотелый ублюдок.

Когда Линч уезжал на "Лендровере", он увидел, как Дэви и Поли сгребают остатки земли в яму. Поли бросил лопату и показал ладони старшему брату, явно жалуясь на волдыри.

Портной появился как раз в тот момент, когда Кремер и полковник заканчивали завтракать, и ворвался в комнату с таким видом, словно выбивался из графика. ‘ Доброе утро, доброе утро, ’ сказал он. У него были два больших чемодана Samsonite, и он что-то проворчал, ставя их на дальний конец стола, за которым сидели двое мужчин.

-Вуаля!- сказал он, с размаху открывая коробки.

-Вуаля?- повторил Кремер, позабавленный энтузиазмом дородного мужчины.

Портной не обратил на него внимания и начал выкладывать на стол свертки из коричневой бумаги. ‘ Рубашки, белые, с двойными манжетами. Рубашки поло. Нижнее белье, боксеры, самых разных цветов. Носки, черные. Галстуки на выбор, все шелковые, конечно.

- Конечно, - повторил Кремер.

‘ Брюки коричневые. Брюки цвета хаки. Брюки серые. Он поднял бумажный пакет, как фокусник, извлекающий кролика из своего цилиндра. ‘ Аксессуары. Ремни, запонки, я взял на себя смелость добавить несколько булавок для галстука. Портной посмотрел на полковника. ‘Я бы предпочел внести некоторые коррективы в костюмы и пальто, если у нас будет время", - сказал он. ‘Я мог бы вернуть их сюда завтра утром. Это не обязательно, но. . Он слегка пожал плечами.

Полковник кивнул. - Завтра все будет в порядке.

‘ Превосходно, превосходно, ’ сказал портной. Он достал костюм и протянул его Кремеру.

Кремер кивнул. - Выглядит великолепно, - сказал он.

Портной нетерпеливо поцокал языком. - Примерьте, пожалуйста, - попросил он.

Кремер сделал, как ему сказали, затем застыл как вкопанный, пока портной суетился вокруг него, делая ловкие пометки на материале кусочком мела и что-то записывая в свой блокнот. Кремер примерил все три костюма, затем кашемировое пальто, и портной спрятал их обратно в витрины.

‘ Итак, увидимся завтра в это же время, ’ сказал портной полковнику. Он исчез из столовой так же быстро, как и появился.

‘ Он шьет вам костюмы? Кремер спросил полковника.

- Я не мог позволить себе такие цены, - сказал полковник с натянутой улыбкой.

Кремер снова налил себе чаю из большого фаянсового чайника. Миссис Эллиот заварила чай по-армейски, обжигающе горячий и крепкий, и, насколько он знал, с добавлением для пущей убедительности порции брома. ‘Этот парень, за которого я заступаюсь", - сказал он. ‘Когда я узнаю о нем? Я даже не знаю, кто он".

‘ Шаг за шагом, Джокер. Сначала я хочу, чтобы ты знал, с чем столкнешься.

- Кажется, у меня появилась хорошая идея.

‘ Возможно, но я бы хотел, чтобы вы ознакомились со всеми файлами, прежде чем мы перейдем к следующему этапу. И есть еще несколько тестов.

-Медицинский?

‘ Нет. Я приведу инструктора из Тренировочного крыла.

- Кто-нибудь, кого я знаю?

Полковник слабо улыбнулся. ‘ Сомневаюсь, - сказал он. - Вас долго не было.

Сет Рид остановил машину у пролома в живой изгороди. Он обернулся и кивнул сыну. - Вот ты где, - сказал он.

- Поле? - переспросил Марк, и лицо его скривилось от отвращения.

‘ Нищим выбирать не приходится, ’ сказал Рид. - Может, ты предпочтешь подождать, пока мы доберемся до Дандолка?

- Не могу дождаться, - сказал Марк, берясь за дверную ручку.

- Берегись крыс, - предупредил Рид.

Рука Марка замерла в воздухе. - Крысы?

‘ Размером с кошку. Миссис Макгрегор рассказывала нам о них.

Марк посмотрел на мать.

‘ Твой отец шутит, ’ сказала Кимберли. - Это все его извращенное чувство юмора.

Марк открыл дверцу машины и посмотрел на густую траву, бегущую вдоль живой изгороди.

‘ Продолжай, малыш. Я пошутил.

- Ты уверен? - спросил Марк, все еще не убежденный.

-Клянусь моим сердцем.

Марк выскользнул из машины и осторожно побрел по влажной траве через пролом в живой изгороди в поле. - Разве тебе не следует пойти с ним? - спросила Кимберли.

‘ Что? Когда там крысы размером с кошек?

- Я просто подумал...

‘Милая, это Ирландия. Мы у черта на куличках. Вряд ли на него нападут в поле, не так ли?

Кимберли надулась. Рид подождал целых пять секунд, прежде чем открыть дверь и последовать за сыном. По опыту он знал, что надутые губы были лишь первым оружием во впечатляющем арсенале его жены. Уступать на раннем этапе всегда было менее болезненно. - Спасибо, милый, - крикнула она ему вслед.

Дэви Куинн включил передачу и покатил по изрытой колеями трассе. Пэт О'Риордан оперся рукой о приборную панель, чтобы не упасть. ‘ Спокойно, Дэви, ’ сказал он. ‘ Не торопись. Мы никуда не спешим. Помни, что у нас в кузове.

‘ Ладно. Извини. Лицо Дэви покраснело.

‘ Скажи спасибо, что у нас на борту нет Семтекса, - сказал О'Риордан. Он усмехнулся. - Ты там в порядке, Поли? - позвал он.

Поли Куинн был сзади, следил за тем, чтобы оружие не слишком перемещалось. ‘ Да. Без проблем.

Дэви свернул с трассы на узкую дорогу, тянувшуюся между полями. О'Риордан посмотрел на часы. - Мы опаздываем? - спросил Дэви, явно встревоженный.

О'Риордан улыбнулся энтузиазму мальчика. Он так стремился угодить, что это было почти болезненно. ‘ Немного, но беспокоиться не о чем. О'Риордан нисколько не беспокоился о пересечении границы с Южной Ирландией. После прекращения огня все дороги, связывающие Республику с Северной Ирландией, были вновь открыты, а пограничные посты демонтированы. Солдаты больше не проверяли машины, и теперь проехать границу было так же легко, как проехать из Лондона в Манчестер.

- А что будет с вещами, которые мы оставили? - спросил Дэви.

- Об этом сообщат через несколько дней. Дайте погоде шанс уничтожить улики. Организация готовится передать властям более десятка запасов оружия в знак доброй воли".

- Но мы сохраняем все хорошее, верно?

О'Риордан подмигнул. - Ты угадал.

Сет Рид стоял у живой изгороди, ожидая, когда его сын закончит ходить в туалет. Пейзажи Южной Армы захватывали дух: пологие холмы, сорок оттенков зеленого, обещанные его турагентом, даже приторный туман обладал воздушностью, которая смягчала цвета и придавала пейзажу ощущение наспех нарисованной акварели. Трудно было поверить, что до недавнего времени этот район был одним из самых опасных в мире, где британских солдат приходилось перевозить на вертолетах, потому что им грозила смерть и увечья, если они осмеливались идти пешком.

Когда его жена впервые предложила ему провести отпуск в путешествии по Ирландии, он отказался. Ее семья родом из Республики, и она стремилась вернуться к своим корням и прочувствовать страну, которую ее предки покинули почти столетие назад, но Рид считал, что еще слишком рано, что мир еще не доказал, что он прочный. Она надулась и уговорила турагента позвонить ему напрямую. Турагент был убедителен, он даже пошутил, что в Ирландии Тростник будет безопаснее, чем практически где-либо в Штатах, и что самая большая опасность, с которой они столкнутся, - это похмелье от "Гиннесса". Кимберли и турагент уговорили Рида, и после недели, проведенной в деревне, Рид был рад, что они приехали: вокруг было относительно мало туристов, ездить по дорогам было одно удовольствие, а люди были неизменно дружелюбны и гостеприимны. Когда он вернется в Штаты, он определенно собирался порекомендовать Изумрудный остров своим друзьям. Несколько капель дождя попали на его куртку, а когда он поднял глаза, еще больше упало на лицо. ‘ Пошли, Марк, ’ позвал он. - Идет дождь.

Марк появился из-за куста, вытирая руки о колени.

- Всев порядке? - спросил Рид.

‘ Конечно, ’ сказал Марк. Они вместе вернулись к машине. - Можно я сяду спереди, папа?

- Спроси свою маму.

Кимберли согласилась. Она вышла из машины и села на заднее сиденье, пока Рид заводил двигатель. Единственное, что ему до сих пор не нравилось в этой поездке, - это выбор арендованного автомобиля, который забронировало турагентство. Это была четырехдверка, но без автоматики, и в ней не было ни одного из дополнительных устройств, которые американцы считают само собой разумеющимися, таких как подушки безопасности и кондиционер.

Марк забрался на сиденье, освобожденное его матерью. Рид попытался включить дворники, но нажал не на тот рычаг управления, и вместо этого загорелся указатель поворота. Он выключил указатель поворота и, набирая скорость, повозился с рычагом стеклоочистителя. ‘ Пристегнись, дорогой, ’ упрекнула Кимберли у него за спиной. - К тебе это тоже относится, Марк.

Рид вцепился в руль правой рукой, нащупывая пряжку ремня безопасности. Дождь внезапно усилился, застилая обзор. Он понял, что включал дворники только с перерывами.

- Милый, ты не на той стороне дороги, - сказала Кимберли.

Рид выругался про себя. Он все время забывал, что ирландцы, как и британцы, настаивают на том, чтобы ехать слева. Он отпустил пряжку ремня безопасности и потянулся к рычагам управления стеклоочистителями, одновременно поворачивая руль вправо. Включились дворники, смывая воду с ветрового стекла. Только тогда он увидел грузовик, направляющийся прямо на них. Сзади закричала Кимберли.

О'Риордан не видел белую машину, пока они почти не поравнялись с ней, несущейся поперек дороги, как будто водитель потерял управление. Дэви Куинн нажал на клаксон и ударил по тормозам, но О'Риордан почувствовал, что большой грузовик начал скользить по мокрому асфальту. Он схватился за руль.

‘ Все в порядке, я справлюсь, я справлюсь! Дэви кричал.

Несмотря на протесты Дэви, О'Риордан видел, что грузовик направляется к машине. Он сильнее вывернул руль, пытаясь увести грузовик влево, с дороги автомобиля. Дорога была узкой; места едва хватало для двух машин, даже если бы они ехали совершенно прямо. Поскольку машина стояла посреди дороги, столкновение было неизбежно.

О'Риордан увидел водителя, мужчину средних лет с седеющими волосами, который боролся с рулем. Он мельком увидел ребенка на переднем пассажирском сиденье с открытым от ужаса ртом. Затем раздался глухой хлопок, и машину развернуло вправо, ветровое стекло разлетелось вдребезги.

Дэви что-то кричал, но О'Риордан не мог разобрать, что он говорит, поскольку колеса грузовика оторвались от асфальта. Мокрые ветки хлестнули по ветровому стеклу, и грузовик резко накренился влево. Грузовик наполовину съехал с дороги, и шины на травянистой обочине сцеплялись сильнее, чем на мокром асфальте, поэтому чем сильнее Дэви тормозил, тем сильнее грузовик отклонялся влево. Руль вывернулся из рук Дэви. О'Риордан почувствовал, как ремень безопасности впился ему в грудь, грузовик дернулся, встал на дыбы и врезался в изгородь. О'Риордан рухнул вперед, его колени врезались в приборную панель, руки замахали от удара. Внезапно все стихло.

О'Риордан покачал головой. Ремень безопасности туго натягивался на шею, мешая дышать, и он нащупал пряжку. Он нашел его и отстегнул ремень, хватая ртом воздух, когда нейлоновый ремешок ослабел. Он потер горло и посмотрел на Дэви, который склонился над рулем. О'Риордан потряс его за плечо. - Дэви? - позвал он.

Дэви медленно повернулся. Его глаза были стеклянными, и О'Риордан понял, что он в шоке, но в остальном он казался невредимым. О'Риордан повернулся на своем сиденье. ‘ Поли? ’ крикнул он. - Ты в порядке?

‘ Думаю, да, - ответил Поли с заднего сиденья грузовика. - Что случилось?

О'Риордан не смог сдержать усмешку от банальности вопроса. Он попытался открыть дверь, но ее заклинило. - Дэви, нам придется выйти с твоей стороны, - сказал он.

Послышалось шипение выходящего пара и серия щелчков двигателя, как будто он не совсем заглох. Дэви нащупал ручку и толкнул дверцу. Грузовик накренился под углом сорок пять градусов, и им пришлось спрыгнуть через открытую дверь на землю. Поли на четвереньках выбирался из кузова грузовика. Дэви пошел помогать своему брату, пока О'Риордан осматривал повреждения. Колеса грузовика съехали в кювет, и он стоял на живой изгороди. Передняя ось была сломана, сломанная ветка дерева проткнула одну из шин, а передняя часть автомобиля представляла собой искореженное месиво. Грузовик никуда не собирался уезжать, даже если бы они смогли найти какой-нибудь способ вернуть его на дорогу.

Дэви помог Поли подняться на ноги. Грузовик застонал, как умирающий слон, и накренился еще левее, его боковые колеса все глубже увязали в канаве. О'Риордан потер подбородок, гадая, что, черт возьми, они собираются делать.

Машина, в которую они врезались, перевернулась поперек дороги и лежала носом в канаве на дальней стороне дороги. Багажник машины распахнулся, и О'Риордан увидел, что он заполнен чемоданами. На земле рядом с машиной лежал небольшой сверток с одеждой, но, присмотревшись к нему повнимательнее, О'Риордан понял, что это ребенок. Мальчик. Он подошел посмотреть, нельзя ли что-нибудь сделать, но еще до того, как он подошел ближе, он увидел по крови и углу наклона шеи мальчика, что тот мертв. Очевидно, при ударе его выбросило через ветровое стекло.

Дэви подошел к О'Риордану сзади. ‘Пэт, куда мы идем? .? - Его голос оборвался, когда он увидел тело. ‘ О Господи, ’ сказал он. - Он...?

‘ Да, ’ сказал О'Риордан. ‘ Возвращайся к грузовику. Присматривай за другими машинами. О'Риордан обошел тело мальчика и заглянул в машину. Водитель наполовину просунулся сквозь разбитое ветровое стекло, его горло было разорвано, а нижняя челюсть превратилась в кровавое месиво. Дождь смыл его кровь с капота, красная полоса на белом металле. На заднем сиденье была женщина, без сознания, но все еще удерживаемая на месте ремнем безопасности. О'Риордан вытер лоб рукавом. Он прикрыл глаза ладонью и заглянул в машину. Крови, похоже, не было. Вероятно, она была женой убитого мужчины, матерью мертвого ребенка. Судя по чемоданам, туристы. - Господи, что за бардак, - пробормотал О'Риордан себе под нос.

Он вернулся к братьям Куинн. О'Риордан знал, что должен принять решение, и быстро. Район, в котором они находились, не был густонаселенным, но это был только вопрос времени, когда появится другая машина. Они могли ждать и надеяться, что появится фургон или грузовик, который они могли бы затем реквизировать и использовать для вывоза груза, но если бы появилась полиция, у них были бы большие неприятности. Если бы только Линч не взял "Лендровер". Братья Куинн нервно наблюдали за ним, ожидая, когда он примет решение. Поли широко раскрытыми глазами смотрел на тело мальчика, распростертое на земле. Дэви положил руку Поли на плечо, словно удерживая его. Дождь усилился, капли барабанили по крыше грузовика. По крайней мере, плохая погода означала, что их вряд ли заметит пролетающий вертолет. О'Риордан стоял, уперев руки в бока, и смотрел на неисправный грузовик. Они могли унести оружие, но недалеко. Если бы они закопали их в ближайшем поле, полиция обязательно нашла бы их.

О'Риордан повернулся и посмотрел на братьев Куинн. ‘ В путь, ребята, - сказал он. ‘ Срежьте через поля, не попадайтесь на глаза. Уезжай отсюда как можно дальше. Потерпи пару часов, потом лови попутку. Хорошо?

Дэви кивнул, но Поли продолжал смотреть на маленькое тело. ‘ Поли, мы ничего не можем сделать, - сказал О'Риордан. - Это был несчастный случай.

‘ С ним все в порядке, - сказал Дэви. ‘ Я присмотрю за ним. ’ Он подтащил брата к воротам с пятью перекладинами и помог ему перелезть. Они исчезли под дождем.

О'Риордан забрался в кузов грузовика и сорвал полиэтилен с одноразовой базуки. Он был одним из полудюжины добровольцев, прошедших учебный курс по эксплуатации М72. Бывший "Зеленый берет" прилетел из Штатов, чтобы продемонстрировать стрельбу из этого оружия, используя точную копию.

О'Риордан шел по дороге, пока не оказался примерно в пятидесяти метрах от грузовика, затем спрыгнул в кювет. Он открыл телескопическую пусковую установку и поднял передний и задний прицелы. M72 был на удивление легким, весил всего около трех фунтов. Он зарядил его и приложил к плечу, крепко сжимая оружие в ожидании отдачи.

‘ Господи, какая потеря, ’ прошептал он. Он выстрелил, и сразу же раздался оглушительный свист, когда трубка дернулась в его руках. Ракета полетела в сторону грузовика, оставляя за собой белый дымный след. Она попала в грузовик сразу за кабиной водителя и взорвалась шаром желтого пламени. О'Риордан пригнул голову, когда мимо него пролетели обломки. Раздались сотни более мелких взрывов, когда взорвались боеприпасы. О'Риордан пригнулся к канаве, пока взрывы не стихли. Кусок металла ударил его в плечо, но недостаточно сильно, чтобы причинить какой-либо вред. Она лежала в мокрой траве рядом с его ногой. Это была не пуля, она выглядела как обломок шасси грузовика.

Когда он снова поднял голову, грузовик горел, густые клубы дыма спиралью поднимались в свинцовое небо. О'Риордан подошел как можно ближе и бросил трубку от миномета в огонь. Грузовик яростно горел, несмотря на дождь, и О'Риордан сомневался, что к тому времени, когда он догорит, от него много что останется. Он подбежал к воротам, перепрыгнул через них и побежал трусцой по недавно вспаханному полю.

Дермотт Линч допивал половину пинты "Гиннесса" в пабе в районе Темпл-Бар в Дублине, когда увидел экстренную новость. Бармен прибавил громкость телевизору, прикрепленному к стене у входа в мужской туалет, и стоял, глядя на него, скрестив руки на груди. Диктор RTE1 читал с листа бумаги. Мужчина и ребенок убиты. Женщина в больнице. Сначала Линч подумал, что это дорожно-транспортное происшествие, но затем изображение сменилось кадрами сгоревших обломков грузовика, наполовину лежащих в канаве.

Линч поставил свой "Гиннесс". Холодное покалывание пробежало у него по спине. Что, черт возьми, пошло не так? Диктор сказал, что в грузовике, как полагают, находилось оружие и боеприпасы. Полиция разыскивает водителя грузовика, но свидетелей аварии пока нет. Линч нахмурился. Если грузовик был уничтожен в результате аварии, то что случилось с Пэтом и ребятами Куинн?

Линч обдумал последствия смертей. Совет армии ИРА проведет расследование и потребует выяснить, что пошло не так. Ему придется объяснить, почему он ушел от О'Риордана и братьев Куинн, и хотя он не думал, что совершил ошибку, поступив так, он сомневался, что Маккормак воспримет это именно так. Полиция сделает все возможное, чтобы выяснить, что произошло, и это также повлечет за собой политические последствия. Протестантские военизированные формирования без колебаний заявят, что инцидент был нарушением режима прекращения огня. Линч знал, что ему придется позвонить Маккормаку, но сначала он хотел поговорить с авиадиспетчером. Маккормак потребует немедленной встречи, Линч был уверен в этом. И он настоял бы, чтобы Линч залег на дно, может быть, даже остался в Дублине, пока все не уляжется.

Диктора сменила американская мыльная опера, и бармен убавил громкость. Линч уставился на экран невидящими глазами. Он гадал, где Пэт и все ли с ним в порядке. Должно быть, он сбежал с ребятами Куинн, но это не объясняло состояние грузовика. Может быть, он поджег грузовик, чтобы уничтожить улики. Это, по крайней мере, имело смысл. Линч тряхнул головой, чтобы прояснить мысли. Плакать из-за пролитого молока было бесполезно. Он отхлебнул "Гиннесса" и тыльной стороной ладони вытер сливочную пену с бороды.

Перед Линчем на столе лежал номер Daily Telegraph, но не потому, что он был постоянным читателем британской газеты, а потому, что это послужило бы четким сигналом для человека, с которым он хотел встретиться. Сутулая фигура вошла в дымный полумрак паба и посмотрела налево и направо. Линч понял еще до того, как они встретились взглядами, что это был человек, с которым он должен был встретиться. Его звали Люк Макдоно. Он никогда не был членом ИРА, но сочувствовал Делу, и хотя он никогда не принимал активного участия ни в одной террористической операции, он был достаточно счастлив предоставить информацию.

Макдоно подошел к столу Линча и взглянул на газету. Линч встал и пожал мужчине руку. Кожа Макдоно была бледной и пастозной, как будто он мало бывал на солнце, а ногти обкусаны до костей. Линч задумался, было ли это результатом напряженной работы этого человека или он просто нервничал. Он спросил, что из Макдоноу хотели бы выпить. ‘ Апельсиновый сок, ’ сказал он почти извиняющимся тоном и сел, пока Линч ходил за ним. Когда Линч вернулся к столу, Макдоно листал газету. Он поставил его на стол и взял свой бокал, прежде чем выпить за Линча. - Завтра я работаю в раннюю смену, - сказал он в качестве объяснения.

- Да, держу пари, тебе нужна ясная голова в твоей работе, это верно, - сочувственно согласился Линч.

‘Расскажи мне об этом, ’ попросил Макдоно. Он поставил свой бокал, сцепил пальцы под подбородком и посмотрел на Линча так, словно изучал экран радара. По обе стороны его светло-серых глаз были глубокие морщинки, как будто он много времени проводил прищурившись. ‘Ваш человек спрашивал меня о вертолете, летавшем в Хоут и обратно несколько дней назад. Морской король, сказал он.

Линч кивнул. ‘ Да. Он облетел Айрленд Око, подобрал двух человек и улетел на восток. Вы видели это на своих экранах?"

‘ Нет, не лично. Я работал с наземным контролем. Но я проверил наши записи, и мы были в контакте с ним. Неудивительно, что дублинский радар опускается примерно на тридцать футов над уровнем моря повсюду вокруг. Он не мог приблизиться к Хауту ближе чем на двадцать миль, не будучи замеченным.

- Откуда он взялся? - спросил я

Макдоно начал грызть мякоть под ногтем, обгладывая ее, как песчанка. Зубы у него были желтые, как у крысы, и он украдкой оглядывался по сторонам, как будто боялся, что его отчитают за эту привычку. ‘Невозможно сказать наверняка", - сказал он. ‘Они не представили план полета. Они шли курсом 280 градусов, но это ничего не значит. Макдоно перестал грызть ногти. ‘ Ваш человек сказал, что "Морской король" был красно-бело-синим. Красный хвост, белое тело, синева внизу?"

- Совершенно верно, - сказал Линч.

Глаза Макдоно сверкнули. Он сложил руки вместе и спрятал их под стол, словно пряча. "Я думаю, это мог быть один из магазинов Westlands, находящихся в ведении Управления закупок Министерства обороны".

-Не из армии?

Макдоно покачал головой. ‘ Нет, они используют их для испытаний радаров и экспериментальных работ. Остается загадкой, что он делал в Хауте, его даже не должно было быть в воздушном пространстве Ирландии".

‘ Ладно, давайте предположим, что это был вертолет, ’ сказал Линч. - Куда он мог подеваться?

‘ Они, конечно, приземлились не в Дублине, и куда бы они ни направились, они, должно быть, обходили аэропорт стороной. Я связался с Белфастом, и у них нет записей о высадке "Морского короля" там в то время, о котором вы говорите. Вокруг было полно армейских рысей и пум и пара чинуков, но ни одного Морского короля.

- Но они могли приземлиться где-нибудь еще, подальше от аэропортов?

‘ О, конечно. Поле, даже на корабле в море. Судя по звуку, я бы сказал, что они отправились на материк.

‘ Да? Почему? Линч подался вперед, внезапно заинтересовавшись.

- Зачем еще им использовать "Си Кинг"? У него огромная дальность полета, более 750 миль при стандартной загрузке топлива. И если это был вертолет для руководителей закупок, его можно было легко оснастить дополнительными баками. Он мог долететь до Лондона. Дальность полета рыси составляет менее 400 миль, а в Ирландии они встречаются гораздо чаще, чем Морские короли. Даже "Вестленд Уэссекс", который использует 72-я эскадрилья на севере, может пролететь всего около 350 миль на стандартных баках, возможно, 500 со вспомогательным топливом. Нет, если они взяли на себя труд использовать Sea King, то на то должна была быть причина, и дальность полета - это единственное, что я могу придумать. Если бы они остались в Ирландии или высадились в море, то наверняка использовали бы "Рысь" или "Уэссекс".

Линч взволнованно кивнул. - Хорошо, итак, если мы предположим, что он пересек Ирландское море, как мне узнать, где он приземлился?

‘ Вам нужно поговорить с кем-нибудь вроде меня в Великобритании. Сначала в Уэльсе. Там пилот должен был зарегистрироваться. Но я там никого не знаю, во всяком случае, никого из ирландцев. Но я мог бы попробовать сам.

‘ Сколько времени это займет? - Спросил Линч.

‘ Зависит от обстоятельств, - сказал Макдоно. Он провел пальцем по краю своего стакана, затем облизал его. ‘Существует множество причин, по которым УВД Дублина может запросить информацию о рейсе на материк. Если я столкнусь с каким-либо сопротивлением, я немедленно откажусь, но я не думаю, что возникнут проблемы. Я не хотел пытаться, не посоветовавшись сначала с тобой.

‘ Хороший человек, ’ сказал Линч. - Я позвоню тебе завтра, чтобы узнать, как у тебя дела. ’ Он осушил свой стакан и встал. Он крепко пожал Макдоно руку. ‘Оставьте газету себе, на мой вкус, она немного праворадикальная’. Линч вышел из паба и прошел через Темпл-бар в поисках телефонной будки. Подросток в синем джинсовом комбинезоне играл на саксофоне, согнувшись почти вдвое в талии, вкладывая в него все свое сердце и душу, скорбные ноты эхом отдавались в узком переулке, где он стоял с открытым кейсом у ног. Проходя мимо, Линч бросил в витрину пару монет, но парень сидел с закрытыми глазами и никак не отреагировал. Казалось, что каждое второе здание в Темпл-Баре ремонтировалось предпринимателями, привлеченными налоговыми льготами городского совета. До недавнего времени этот район к югу от реки Лиффи был захудалым пристанищем наркоманов, грабителей и проституток, но постепенно он превратился в развлекательный центр по типу лондонского Ковент-Гардена с ресторанами, барами и специализированными магазинами. Он нашел телефонную будку, и Маккормак ответил после третьего гудка. ‘ Томас? Это я. "Линч так же неохотно называл имена на открытой линии к югу от границы, как и в Белфасте.

-Где ты, черт возьми, был? - спросил я.

Линч нахмурился. Это было не похоже на Маккормака - использовать ненормативную лексику, даже в состоянии стресса. ‘Я здесь. В Дублине.

-Вы слышали, что произошло?

-Ага.

- Нам нужно встретиться. Немедленно.

‘ Да. Я знаю.

- Где ты? - спросил я.

"Темпл Бар".

‘ Я заеду за тобой через тридцать минут. Колледж-Грин, напротив Банка Ирландии.

‘Я буду там’. В ухе щелкнуло. Линч постучал трубкой по виску. Маккормак был недоволен. Очень несчастен.

Полковник откинулся на спинку стула и положил трость на стол. Кремер стоял у французских окон, глядя поверх лужайки на главные ворота, где спиной к зданию стояли двое мужчин в джинсах и спортивных куртках. За последние несколько дней Кремер видел по меньшей мере двенадцать разных охранников, все они были членами 22 SAS. По иронии судьбы, когда он больше всего нуждался в защите, когда он был в реальном мире, занимая место цели, он был более или менее предоставлен сам себе. Козел-Иуда. Приманка. Ожидание удара убийцы.

Голос полковника вывел его из задумчивости. - Вы подробно ознакомились со всеми документами?

Кремер повернулся к нему лицом. ‘ Да. Все.

‘ Так ты знаешь, с кем столкнешься? Он никогда не проигрывал. Его никогда не ловили. Никогда не вытаскивает пистолет, пока не подойдет вплотную. Как ты думаешь, каковы твои шансы, Джокер?

Кремер склонил голову набок. - В долгосрочной перспективе - ноль.

Полковник прочистил горло, как будто что-то его раздражало. - Я имел в виду ваши шансы убрать его.

Кремер пожал плечами. На нем были джинсовая рубашка и черные джинсы Levi's. Костюмы, хотя и были сшиты по индивидуальному заказу, всегда казались тесными, и он пользовался любой возможностью, чтобы переодеться. ‘Если я смогу привлечь к нему внимание, думаю, у меня будут хорошие шансы’. Он скрестил руки на груди. ‘ Проблема в том, что я не могу вытащить пистолет, пока не буду уверен, что это он. И я не буду уверен, пока он не наставит на меня пистолет.

Полковник изучал Кремера немигающими карими глазами. - И что вы об этом думаете?

‘ Перестаньте, полковник, мы оба знаем, почему я это делаю. Кто в кого стреляет первым, на самом деле не имеет значения, не так ли?

- Я не посылаю тебя на самоубийственную миссию, Джокер.

Кремер ответил полковнику пристальным взглядом. - А вы нет?

Двое мужчин молча посмотрели друг на друга. Первым заговорил полковник. - И вы по-прежнему готовы действовать?

- Именно поэтому я здесь.

Полковник постучал пальцами по столу. ‘ Следующий этап - сделать ваши фотографии, которые будут отправлены в ФБР в Майами вместе с подробностями о передвижениях объекта. Оттуда они будут переправлены в Цюрих. Как только контракт с "Цюрихом" будет подписан, пути назад не будет. Ты понимаешь это, Джокер? При том, как работает этот убийца, после заключения контракта никаких дальнейших контактов не будет.

- Просто делайте то, что должны, полковник.

Полковник медленно кивнул. - Я так и сделаю.

‘ Итак, когда я уйду отсюда? Кремер сел и скрестил ноги в лодыжках.

- Нам еще предстоит кое-что сделать, - сказал полковник.

‘ Ты еще не объяснил, чем я буду заниматься. И что происходит с парнем, которого я заменяю?

‘ Сначала я хотел убедиться, что вы участвуете в операции. Полковник взял тонкую синюю папку и передал ее через стол. ‘ Это цель. Эндрю Вандер Майер. Мультимиллионер, заработавший сам.

Кремер открыл папку. Внутри было всего два листа бумаги. - Это все? - спросил я.

‘ Вот и все. В общественном достоянии очень мало информации о Вандере Майере. И нет фотографий. Это в нашу пользу. Независимо от того, сколько исследований проведет убийца, он не получит больше, чем есть у вас там.

- И кто же хочет его смерти?

- Бывший деловой партнер, юрист по имени Фрэнк Дисченца.

Кремер нахмурился. ‘ Итальянец? Почему он не нанял мафию для убийства?

Полковник улыбнулся. ‘ Не все итальянцы связаны с мафией, Джокер. А мафия может быть палкой о двух концах. Если они что-то для вас сделают, то в конце концов придут за оказанной услугой, которую нужно отплатить. Наш человек работает только за наличные.

- А как вы узнали, что эта Дискенца планировала убить Вандера Майера?

Ранее в этом году Налоговое управление и ФБР провели совместную операцию по наблюдению за Дискензой, и на одном из своих телефонных прослушиваний они прослушали цюрихское соединение. Дискенца был осмотрителен, но один из агентов ФБР услышал достаточно, чтобы понять, что происходит.

-Кому звонил Дисченца? - спросил я.

‘ Банкир из Цюриха. Очень маленький банк, только для частных клиентов, только медная табличка на стене и пара телефонов. Банкир - всего лишь посредник, посредник. Клиент связывается с банкиром, банкир перечисляет гонорар и передает детали. Это чертовски близкая к совершенству система.

-И Discenza сотрудничает?

‘ У него нет выбора. ФБР арестовало его за сговор с целью совершения убийства, налоговое управление - за крупное уклонение от уплаты налогов. Ему грозил длительный тюремный срок по обоим пунктам обвинения, так что да, он сотрудничает.

Кремер нахмурился. - Но что именно я должен делать?

‘ Вы живете жизнью Вандера Майера. Вы посещаете его дома, путешествуете на его личном самолете.

Кремер покачал головой. ‘ Жить его жизнью? Откуда я узнаю, что делать? Куда идти?

‘ Тебе помогут. У него есть личный ассистент, который повсюду ездит с ним, и она будет сопровождать тебя на каждом шагу. Вандер Майер будет на своей яхте, он будет эффективно управлять своим бизнесом оттуда, но он будет вести себя так, как будто он там, где находитесь вы. Если вы будете в его лондонской квартире, он скажет, что звонит из Лондона, и так далее.

Кремер изучил листы. ‘ Торговец оружием? Он торговец оружием?

‘ Скорее посредник, чем настоящий дилер. Вы не пойдете к Эндрю Вандеру Майеру, если хотите купить пару дюжин автоматов Калашникова. Но если вы хотите оснастить свои военно-воздушные силы новейшими ракетами класса "воздух-воздух" и ваша страна внесена в черный список ООН, тогда он ваш человек".

- Я ничего не смыслю в торговле оружием.

‘ Вам и не нужно, ’ сказал полковник. ‘ Вы не будете участвовать ни в каких деловых встречах, Вандер Майер обо всем позаботится со своей яхты. Его помощник разберется с любыми возникающими мелочами.

Второй лист в папке содержал список дат и мест. ‘ Это мой маршрут? ’ спросил Кремер. Полковник кивнул. ‘ Я объезжаю окрестности. Лондон. НЬЮ-ЙОРК. Гонконг. Париж. Санкт-Петербург.

- Именно такой жизнью живет Вандер Майер.

Кремер оторвал взгляд от маршрута. - Это на следующие две недели.

‘ Мы не знаем, сколько времени пройдет, прежде чем убийца сделает свой ход. Надеюсь, это произойдет скорее раньше, чем позже.

‘ Надеюсь, ’ тихо повторил Кремер. Его правая рука потянулась к животу, как будто у него был собственный разум, и Кремер остановил ее. Вместо этого он почесал ухо. Тот факт, что рак постепенно пожирал его, никогда не покидал его мыслей, даже когда боль отступила, превратившись в нечто большее, чем тупая ноющая боль. Четыре недели. Это было долгое время, когда ты ждал смерти.

- Вас это устраивает? - спросил полковник.

-Прекрасно.

Полковник выдвинул ящик стола и достал синий американский паспорт. Он протянул его. - Тебе это понадобится, когда ты покинешь страну.

Кремер взял паспорт. Это была его фотография, но внутри стояло имя Эндрю Вандер Майер.

OceanofPDF.com

‘Это подлинник, у вас не возникнет с ним никаких проблем’, - сказал полковник. "Государственный департамент США оказывает нам полное содействие’. Он бросил на стол еще три паспорта разного цвета: один был британским паспортом европейского образца, другой - уругвайским, третий - израильским. Кремер нахмурился. - Он еврей? - удивился я.

Полковник покачал головой. ‘ Нет, но у него много дел с Израилем. Я тоже оказал им много услуг.

Кремер просмотрел паспорта. На всех была его фотография, но данные Вандера Майера.

Он путешествует с любым паспортом, который ему удобнее всего. Его ассистентка позаботится обо всех ваших приготовлениях к поездке так же, как она это делает для него. Она скажет вам, какой из них использовать.

Кремер кивнул и положил паспорта обратно на стол. ‘ Эта девушка. Ассистентка. Как много она знает?

- Она знает, что Вандеру Майеру угрожали, и она знает, что ты на какое-то время займешь его место.

- Она знает, что ей тоже грозит опасность?

‘ Нет никаких признаков того, что ей угрожает опасность. Убийца нападает на телохранителей и цель.

- Он ударил охранника в "Хэрродс".

‘ Но никаких невинных свидетелей. Он очень разборчив.

‘ Надеюсь, ради ее же блага, ты прав. Когда я с ней встречусь?

‘ Завтра. Она прилетает из Штатов.

- А Вандер Майер?

- Тебе лучше не знать, где он.

Кремер посмотрел на два отпечатанных листа в папке и медленно кивнул. - Итак, убийца ищет Вандера Майера, а находит меня. И как вы его поймаете? Предположим, он справится с теми телохранителями, которых вы мне дадите, и предположим, ему удастся меня убрать, что тогда?

‘ За тобой все время будут следить другие люди. Он не уйдет, я тебе это обещаю.

Кремер закрыл папку. - Он уже убегал раньше.

- Тогда мы этим делом не занимались.

- Но если твои люди подойдут слишком близко, они его спугнут.

- Они не подойдут слишком близко, - решительно сказал полковник.

Кремер положил папку на стол. ‘ Вы собираетесь задействовать снайперов, не так ли? У вас нет намерения пытаться задержать его. Ты просто сведешь его с ума.

Полковник поднял бровь. ‘ Да, будут случаи, когда поблизости окажутся снайперы. Но вы не будете так часто бывать на открытом месте, а снайпер не обеспечит вам никакой защиты, когда вы находитесь в помещении. Когда вы будете внутри, мои люди окажутся поблизости, но они не смогут защитить вас от нападения. Если они будут достаточно близко для этого, их можно будет увидеть. Они здесь для того, чтобы задержать убийцу, а не для того, чтобы предотвратить покушение. Я ясно это понимаю?

‘ Как кристал, полковник. Я прав, не так ли? Вы ведь не собираетесь его арестовывать, не так ли? Речь идет не о том, чтобы привлечь его, а о том, чтобы убрать, верно?

Полковник выдохнул через нос, его губы сжались в тонкую линию, пока он изучал Кремера. - Для вас это проблема?

Кремер покачал головой. ‘ Чего бы это ни стоило, полковник. Чего бы это ни стоило.

‘ Хороший человек. Полковник выдвинул ящик стола и достал другую папку, на этот раз состоящую более чем из сотни листов формата А4 в прозрачном пластиковом переплете. ‘ Я все думал, показывать вам это или нет. Это отчет, который мы получили от профайлера Бернарда Джекмана.

- Эксперт из ФБР, о котором вы говорили?

- Бывший эксперт ФБР, - поправил полковник.

- Мне показалось, ты сказал, что я собираюсь встретиться с ним.

- Да. Его ждут завтра или послезавтра. Но он дал мне этот отчет. Это его характеристика человека, которого мы ищем. Полковник постучал по папке своими толстыми короткими пальцами. "Проблема в том, что если мы сосредоточимся на его профиле и выяснится, что Джекман ошибается, вы можете не заметить настоящего убийцу".

Кремер кивнул. - Хорошо, но, по крайней мере, это могло бы дать мне некоторые подсказки относительно того, кого мы ищем.

Полковник швырнул прозрачную пластиковую папку через стол, и она упала поверх папки Вандера Майера. ‘ Просто имейте в виду, что это не точная наука. Было несколько случаев, когда профилировщики ошибались. Иногда с катастрофическими последствиями. Прочтите это внимательно.’

Кремер взял две папки. Внезапная боль пронзила его живот, и он застонал. Волна тошноты прокатилась по его животу, и он глубоко вздохнул, пытаясь подавить ее.

- С вами все в порядке? - спросил полковник, явно обеспокоенный.

Кремер выдавил улыбку. - Буду рад, - сказал он.

Со свинцового неба стекала легкая морось, когда Маккормак подъехал к зданию Банка Ирландии на черном BMW с откидным верхом. Линч впервые увидел машину Маккормака, и это застало его врасплох. Маккормаку пришлось дважды сигналить, прежде чем Линч понял, что это он. Линч ожидал, что он окажется за рулем универсала или комфортабельного салона, а не мощного спортивного автомобиля.

Линч забрался на переднее сиденье. Маккормак не сделал попытки пожать ему руку, но Линч не мог сказать, было ли это потому, что мужчина был зол, или потому, что ему просто хотелось поскорее уехать. Движение было интенсивным, и Маккормак включил передачу и отъехал от обочины, осторожно пристраиваясь перед автобусом. Линч посмотрел на мягкий верх машины и задался вопросом, что же, черт возьми, убедило Маккормака купить кабриолет. Ирландское лето, как известно, было коротким, и дожди шли чаще, чем без них.

‘ Моя машина в гараже, - сказал Маккормак, словно прочитав его мысли. - Это машина жены. Дворники на ветровом стекле сновали взад-вперед, шепча, как убийцы.

‘ Хорошая машина, это верно, ’ сказал Линч. Он провел пальцем по крыше и подумал, какая из себя миссис Маккормак. Маккормак вел машину с большой осторожностью, постоянно посматривая в зеркало заднего вида и поворачиваясь, чтобы проверить свои слепые зоны. Он неукоснительно указывал дорогу, редко переводил машину со второй передачи и оставлял такое большое пространство между BMW и идущей впереди машиной, что его постоянно обгоняли. Линч не знал, всегда ли Маккормак водил машину так осторожно или это было просто потому, что он был за рулем машины своей жены.

Маккормак подождал, пока они не проехали Феникс-парк, прежде чем заговорить. ‘ Так что же пошло не так? - спросил он.

Линч пожал плечами и выглянул в боковое окно. Вдалеке виднелся величественный крест, отмечавший место, где папа Иоанн Павел II обратился к сотням тысяч католиков во время своего визита в страну в 1979 году. ‘Черт возьми, если я знаю, Томас. Ты говорил с Пэт?

Маккормак покачал головой. ‘ Нет. И мальчиков Куиннов тоже нигде нет. Тут полный бардак, Дермотт.

‘ Я знаю только то, что видел по телевизору. Должно быть, это был несчастный случай.

‘ Несчастный случай? ’ резко переспросил Маккормак. ‘ Это чертова катастрофа. Они проехали мимо внушительной резиденции американского посла. "Это вызовет всевозможные проблемы в Штатах", - сказал он.

‘ Ага, ’ согласился Линч. - Туристы, сказали по телевизору.

‘ Девятилетний мальчик, ’ сказал Маккормак. ‘ Мы убили девятилетнего мальчика. Линчу пришлось восхититься тем, как Маккормак произнес ‘мы", как будто он включал себя в это фиаско, а не дистанцировался от него. ‘Зачем вы приехали в Дублин, Дермотт?’ - Спросил Маккормак.

- Мне нужно было кое с кем повидаться.

‘ Вы не могли бы сказать мне, кто именно? Вопрос был задан гладко, но Линч знал, что его допрашивает эксперт и что лгать нет смысла.

‘ Парень, который работает в аэропорту Дублина. Люк Макдоно. Пэт назвала мне его имя.

‘ А зачем вам понадобилось разговаривать с этим Макдоно? Маккормак вгляделся в лобовое стекло, затем указал налево и проехал мимо небольшого озера, держа руль так, словно он был сделан из фарфора.

‘ Он работает в управлении воздушного движения, ’ сказал Линч. - Я пытался выяснить, что случилось с вертолетом, который подобрал Кремера.

Губы Маккормака сжались так плотно, что их почти не осталось. Линч вздрогнул, как будто температура в машине упала градусов на десять. "Я думал, что ясно изложил свою точку зрения по этому вопросу", - сказал Маккормак в конце концов.

- Я просто хотел выяснить, куда улетел вертолет.

-А потом?

‘ Тогда я собирался сказать вам, что знаю, где Кремер, и попросить вашего разрешения отправиться за ним. ’ Маккормак искоса взглянул на Линча поверх очков в роговой оправе, как заботливый дядюшка. Линч знал, что внешность обманчива. В Томасе Маккормаке не было ничего доброго.

‘ И поскольку вы хотели поехать в Дублин, у О'Риордана была только одна машина? Грузовик?

‘ Полагаю, что да. Да.

Маккормак переключил машину на третью передачу всего во второй раз с тех пор, как Линч сел в BMW. Линч облизал губы. Он ничего не сказал. Он ничего не мог сказать. ‘Итак, из-за того, что вы решили проигнорировать то, что я сказал о преследовании Кремера, мы потеряли запас высококачественного оружия, погибли двое невинных прохожих, мы потеряем одному Богу известно, сколько денег от Штатов, а СМИ к северу и югу от границы будут жаждать нашей крови. Как вы считаете, это справедливое изложение ситуации?

Слова Маккормака были холодными и бесстрастными, как будто он составлял список покупок. Линч не был уверен, стоит ли ему извиняться. Он знал, что извинения ничего не значат. ‘ Это была моя вина, ’ тихо сказал Линч. ‘ Я беру ответственность на себя. Я попросил Пэта закончить, пока я еду в Дублин. Ему это не понравилось.

‘По крайней мере, один из вас вел себя профессионально", - сказал Маккормак, снова переключаясь на вторую передачу и плавно тормозя. BMW развивал скорость чуть меньше 25 миль в час. ‘ Сегодня вечером собирается Военный совет, Дермотт. Я сделаю все, что смогу.

- Как ты думаешь, что произойдет?

‘ Если повезет, устное предупреждение. Шлепок по костяшкам пальцев. Ты хороший доброволец, ты сделал больше, чем положено. Каждый допустил по одной ошибке." Маккормак увеличил скорость дворников на ветровом стекле, хотя дождь, казалось, утих. ‘ Однако мне придется преуменьшить причину вашего приезда в Дублин. Мы бы не хотели, чтобы все знали, что вы не подчинялись приказам, не так ли?

‘ Спасибо, Томас. Я ценю это. Линч тихонько постучал пальцами по приборной панели, когда Маккормак включил индикатор и съехал на обочину. Они снова оказались перед коринфскими колоннами и ионическими портиками Банка Ирландии.

‘ Будь осторожен в Белфасте, Дермотт, ’ сказал Маккормак. - И забудь о Кремере, ладно?

Линч открыл дверцу и выбрался под моросящий дождь. ‘ Конечно, Томас. И еще раз спасибо. Он закрыл дверь и смотрел, как BMW медленно выезжает из машины, мигая контрольной лампочкой. Линч поднял воротник куртки, ссутулил плечи и направился к своей машине. Он ни за что не смог бы забыть Кремера. По крайней мере, пока тот не был мертв и похоронен, а Линч не станцевал на его могиле.

Мальчик ворочался в своей односпальной кровати, не в силах заснуть. Он откинул одеяло и сел. Он прижался ухом к стене, сморщив лицо, пока слушал. Его мать плакала, плакала, как обычно, когда смотрела грустный фильм. Внезапно она начала кричать. Крики боли. Крики страдания. Мальчик прикусил нижнюю губу так сильно, что пошла кровь. Он слышал, как отец пытается утешить ее, но она кричала на него, говорила, что с нее хватит, что она хочет умереть. Мальчик упал на кровать и зарылся головой в подушку, пытаясь заглушить крики. Несмотря на подушку, он все еще слышал ее. Он начал напевать себе под нос, используя свой собственный голос, чтобы заглушить звуки ее страданий.

Кремер шел по коридору к спортивному залу, его шаги эхом отражались от выложенных зеленой плиткой стен. Через каждые десять шагов он проходил мимо выкрашенного в зеленый цвет стального радиатора, холодного и неиспользуемого теперь, когда школа опустела. Полковник объяснил, что учреждение стало жертвой экономического спада и растущего нежелания родителей отдавать своих детей в школы-интернаты. Было выдано разрешение на застройку здания под конференц-центр, но тем временем оно было реквизировано Министерством обороны.

В конце коридора были двойные двери. Кремер толкнул их и ступил на деревянный пол спортзала. Он был достаточно велик, чтобы вместить две площадки для игры в нетбол, а по его стенам тянулись перекладины для скалолазания. В одном конце комнаты, примерно в тридцати футах над головой, с потолка свисали толстые канаты, а у стены были сложены различные покрытые пылью гимнастические снаряды: конек для прыжков, батут, деревянные скамейки, коробка с нетболами. На другом конце стоял мужчина в серой толстовке и синих джинсах. Широкоплечий, с короткими темно-русыми волосами, он деловито вставлял патроны в магазин. Он поднял глаза и кивнул Кремеру. ‘ Сержант Кремер? - спросил он. Он был выше Кремера, около шести футов четырех дюймов, с телосложением боксера и крупным подбородком, который он выставил вперед, ожидая ответа Кремера.

‘ Меня зовут Майк, ’ представился Кремер. ‘ Дни моей службы в армии остались позади. Очень, очень далеко позади.

Мужчина ухмыльнулся и протянул крупную руку с идеально ухоженными ногтями. ‘ Аллан, - сказал он. ‘ Учебное крыло, 22 SAS. Рад познакомиться с тобой, Майк. Я много о тебе слышал. "Пожимая руку, Кремер почувствовал силу в толстых пальцах Аллана. Это была рука убийцы, и хотя мужчина улыбался, Кремер знал, что смотрит в глаза убийце. У Аллана был слегка отстраненный взгляд, который появлялся из-за того, что он видел, как умирает слишком много людей, и понимал, что он несет ответственность за их смерти. Кремер узнал этот взгляд. Он видел это каждый раз, когда смотрелся в зеркало.

Аллан стоял у длинного стола, на котором лежала коробка с патронами и несколько пар защитных наушников. У одной из стен была возведена стена из мешков с песком высотой в два человеческих роста, а перед ней стояли пять картонных фигурок с мишенями в яблочко над сердечками. Мишени находились примерно в двадцати футах от стола. ‘ Ты предпочитаешь браунинг Hi-Power, верно, Майк? ’ спросил Аллан. Впервые Кремер осознал, что у него слабый ирландский акцент. Дублин, может быть, и точно не с Севера.

Кремер кивнул, Аллан вставил обойму в "Хай-Пауэр" и протянул ему. Это был собственный пистолет Кремера, тот самый, который полковник отобрал у него в вертолете: FN Hi-Power Mark 3 бельгийского производства, длиной восемь дюймов и весом чуть меньше двух фунтов. Двухрядный магазин в шахматном порядке придавал пистолету прочную рукоятку - лишь одна из причин, по которой Кремер отдал предпочтение этому оружию.

‘ Большинство наших парней теперь пользуются "Глоками", - сказал Аллан. - Они легче, и обоймы у них больше.

‘ Да, я слышал, ’ сказал Кремер. ‘ Мне самому не понравилась отдача. Я предпочитаю оружие потяжелее.

‘ Разные удары, ’ признался Аллан, пожав плечами, и протянул Кремеру один из комплектов защитных наушников. ‘Давай посмотрим, на что ты способен", - сказал он, надевая наушники. "Возьми цель слева".

Кремер отвел затвор и дослал патрон в патронник, держа пистолет направленным вниз, когда повернулся лицом к мишеням. ‘ Быстро или медленно? - спросил он.

- Решать тебе.

Кремер кивнул. Он поднял браунинг двумя руками, прицелился вдоль ствола, полностью вытянув руки, и выстрелил один раз. Пуля попала чуть ниже сердца и немного левее. Он выровнялся и выстрелил снова, затем разрядил всю обойму группами по два человека.

Воздух наполнился горьким запахом кордита, и у него заболела ладонь правой руки. Он снял защитные наушники и подошел к мишени. ‘Хорошая группировка", - признал Аллан. ‘Очень хорошая’. Шесть выстрелов попали точно в яблочко, все остальные, кроме двух, можно было прикрыть чайной чашкой. ‘ Но ты сжульничал с прицельным выстрелом. В Доме убийств таких не делают.

‘ Да, я знаю. Ты хочешь, чтобы я пошел снова?

Аллан ухмыльнулся, показав небольшую щель между двумя передними зубами. ‘ Майк, мы только начали, ’ сказал он, похлопав его по спине. Его огромная рука ощущалась Кремером как лопата между лопаток. "Тренируйся усердно, сражайся легко" - вот девиз Тренировочного крыла.

Аллан попросил Кремера выпустить еще одну обойму во вторую мишень, и на этот раз ему удалось попасть всеми тринадцатью выстрелами в яблочко. Аллан одобрительно кивнул. ‘ Лучше, ’ сказал он. - Ты всегда пользуешься двойным нажатием?

-В значительной степени.

Аллан взял браунинг у Кремера и вынул обойму. ‘Мы начали обучать наших новобранцев устойчивой огневой мощи в рамках нашей боевой подготовки в ближнем бою. Давай посмотрим, как ты разрядишь обойму как можно быстрее.

- В одну цель?

‘ Конечно. Никогда не знаешь, есть ли у террориста пульт дистанционного управления или спрятанное оружие. Двух выстрелов может оказаться недостаточно, чтобы вырубить его мгновенно.

Кремер поднял бровь. ‘ Вы считаете? У меня никогда не было проблем.

‘ Я видел парня, пытавшегося уползти с двумя пулями в груди. Более чем достаточно времени, чтобы взорвать бомбу. - Он зарядил еще одну обойму в браунинг и вернул его. ‘ На этот раз покрепче сожми левую руку и расслабь правую. Это поможет контролировать отдачу и позволит вашему пальцу на спусковом крючке быть более гибким.

Кремер, нахмурившись, взял пистолет. - Ты ведь знаешь, с чем я столкнусь, верно?

Аллан кивнул. ‘ Конечно. Потерпи немного, Майк, рано или поздно мы доберемся туда. Кремер встал перед средней мишенью, когда Аллан достал из заднего кармана секундомер. - Когда будешь готов, - сказал он.

Кремер выровнял дыхание, выпрямил руку и выстрелил тринадцать раз, нажимая на спусковой крючок так быстро, как только мог. Когда он закончил, палец на спусковом крючке болел, а запястье болело так, словно его сломали. Он извлек обойму и посмотрел на Аллана.

- Пять целых две десятых секунды, - сказал Аллан.

Кремер помахал правой рукой, пытаясь восстановить кровообращение в указательном пальце. - Это хорошо?

Аллан пожал плечами. - С практикой ты должен сократить время до трех секунд.

- Не вижу в этом смысла.

- В чем смысл? На тебя на расстоянии восьми, может быть, девяти футов надвигается парень с заряженным пистолетом в руке. Его адреналин будет повышен, он будет двигаться к вам, вам придется вытащить свое оружие, прицелиться и выстрелить через одну, может быть, две секунды. При всем желании ваша цель будет повсюду. Одного выстрела может и не хватить. Даже двух. Тебе придется продолжать стрелять до тех пор, пока парень не умрет, чтобы иметь хоть какую-то надежду опередить время.

Кремер тонко улыбнулся. В старые времена имена солдат SAS, погибших в бою, были указаны на мемориальных досках на Полковой часовой башне. Когда в 1984 году казармы и штаб-квартира SAS были перестроены, мемориальные доски перенесли за пределы Полковой часовни, но отбить бой часов по-прежнему означало остаться в живых. Кремер понял, что Аллан не осознавал иронии своего заявления — что у Кремера не было абсолютно никаких шансов опередить время.

Аллан подошел к мишени. ‘ Твоя точность пошла на убыль. Посмотри на это.

Кремер присоединился к нему у картонной мишени. Он был прав. Один из выстрелов попал в голову, и хотя большинство по-прежнему были в области сердца, разброс был гораздо больше, чем раньше. ‘Да, я понимаю, что вы имеете в виду", - сказал Кремер. По крайней мере, три выстрела не были стопорными. - Значит, мы собираемся продолжать практиковаться, верно?

Аллан покачал головой. - Ты будешь тренироваться, а я буду наблюдать.

Кремер вернулся к столу и взял новую обойму. На полу стояла стопка коробок со свежими патронами. Сотни и сотни выстрелов.

Дэви Куинн отнес поднос с напитками к столу и поставил его перед своим братом. Он протянул Поли одну из пинт светлого пива "Харп" и поставил бокалы перед двумя крашеными блондинками. Они пили с девушками большую часть пары часов, и Дэви никак не мог вспомнить их имена. - А дамам "Малибу" и ананасовый сок, - сказал он, размашисто задвигая поднос за спинку стула.

‘ Спасибо, ’ сказала более высокая из двух блондинок, машинистка, которую, как помнил Дэви, звали Норин. Ее подругой, он был почти уверен, была Лора, и она была безработной, как и большинство девушек, которых знал Дэви. Дэви и Поли познакомились с девушками в трех пабах назад и были счастливы присоединиться к братьям, при условии, что им не нужно было самим покупать выпивку. Девушки были достаточно хорошенькими и веселыми, и, похоже, они были бы счастливы пройти весь путь до конца. Лора, конечно, была такой, она позволила Дэви засунуть руку ей под юбку, и однажды, когда Норин ушла в Дамскую комнату, а Поли был в баре, покупая очередную порцию выпивки, она засунула язык ему в рот и, черт возьми, чуть не задушила его. Она одарила его лучезарной улыбкой и поднесла бокал к губам. Дэви подмигнул Поли, призывая его постараться повеселиться.

Дэви пригласил своего брата куда-нибудь погулять, пытаясь подбодрить его. Они шли пешком почти четыре часа, прежде чем поймали попутку в фургоне доставки, который направлялся в Белфаст. Они замерзли, промокли и были несчастны, и водитель сжалился над ними, предложив поделиться своей фляжкой куриного супа. Мужчине стало любопытно, почему они путешествовали автостопом без сумок, и Дэви рассказал ему историю о ссоре со своими подружками, добавив, что девушки бросили их возле загородного паба и сели в машину. Мужчина громко расхохотался, обнажив полный рот покрытых никотином зубов.

Они прождали до раннего вечера, но Пэт О'Риордан так и не вышел на связь. Дэви решил, что ничего не выиграет, оставаясь дома, поэтому уговорил своего младшего брата пойти куда-нибудь выпить. Всего лишь короткая встреча, таков был первоначальный план, но потом они познакомились с девушками.

Поли потягивал свое пиво, опустив голову, словно в молитве. Дэви решил, что Поли уже достаточно выпил и скоро пора заканчивать. Лора поставила свой бокал. Вокруг ободка виднелся жирный след помады, под цвет ее ногтей. Дэви не мог оторвать глаз от ногтей, они были самыми длинными, которые он когда-либо видел, и он продолжал представлять, как они будут царапать его спину. - Ты скоро готова ехать? - спросила Лора, заправляя свои длинные светлые волосы за уши.

- Куда идти? - спросил Дэви.

- Мои родители на юге. Гостят у дяди в Корке.

‘ Правда? Дэви не мог поверить в свою удачу.

‘ Да, они вернутся только завтра вечером. Ее нога прижалась к его ноге под столом.

Дэви вознес про себя благодарственную молитву тому святому, который приглядывал за ним в ту ночь. - Давай, Поли, выпей, - сказал он.

Поли не поднял головы. - Он взбешен, благослови его господь, - сказала Норин.

Возле уха Дэви звякнула консервная банка, и он огляделся. Подросток с рыжими волосами и всклокоченными усами держал банку и подтолкнул ее вперед, почти под нос Дэви. ‘Для общего дела", - сказал он. Дэви сунул руку в карман джинсов и вытащил пятидесятипенсовую монету. Он бросил ее в банку, и подросток помахал ею перед Поли. Поли изо всех сил пытался сосредоточиться на этом. - Ради Дела, - повторил подросток.

- Отвали, мы сегодня внесли свою лепту в Общее Дело, - сказал Поли.

Подросток снова потряс банкой. На нем был бумажный триколор - оранжевый, белый и зеленый, и буквы, которые ИРА нанесла по трафарету черными чернилами.

‘ Я сказал, отвали. Мы уже уступили. Поли сел, его глаза были налиты кровью и слезились. "Мы сегодня чуть не погибли за это Дело, мы, блядь, чуть не умерли".

Поняв, что пожертвования от Поли он не получит, подросток пересел за другой стол. Худощавый мужчина лет двадцати с небольшим, одетый в выцветшие джинсы и черную кожаную мотоциклетную куртку, бросил в банку несколько монет, не поднимая глаз. - Что значит "ты чуть не умерла"? - спросила Норин, ее любопытство было задето.

‘ Ничего, ’ быстро ответил Дэви. ‘ Он ничего не имеет в виду. Он наклонился вперед и предостерегающе ткнул пальцем в лицо брата. - Просто заткнись на хрен.

Поли схватил его за палец и торжественно потряс. ‘ Хорошо, Дэви. Лучше всего сказать "Мама".

Дэви сердито посмотрел на младшего брата и взял свою пинту светлого пива. Он осушил ее и поставил пустой стакан на стол. - Я забираю его домой, - сказал он.

‘ А как же... .? - спросила Лора, но Дэви проигнорировал ее и поднял брата на ноги.

- Может быть, в другой раз, - сказал он.

Лаура умоляюще посмотрела на него. ‘ Послушай, почему бы нам не помочь тебе отвезти Поли домой, а потом ты сможешь вернуться со мной. ’ Она откинула волосы в сторону, зная, что это ее лучшая черта. Она сверкнула голубыми глазами. Ее вторая лучшая роль.

Дэви поддался ее чарам. - Хорошо, - согласился он.

‘ Отлично, ’ сказала Лора. Она взяла свою сумочку, затем помогла Дэви донести брата до двери. Норин последовала за ним, нетвердой походкой ступая на белых шпильках.

Когда братья Куинн выходили из паба, мужчина в мотоциклетной куртке допил пинту "Гиннесса", взял газету и пожелал бармену спокойной ночи.

Выйдя на холодный воздух, мужчина посмотрел по сторонам, затем медленно пошел по улице, похлопывая газетой по ноге и тихонько насвистывая. Он остановился, чтобы заглянуть в витрину обувного магазина, и наклонился, чтобы рассмотреть пару коричневых кожаных ковбойских сапог, используя отражения в стекле, чтобы убедиться, что за ним никто не следит. Улица была пуста. Где-то вдалеке разбилась бутылка, и высоко над головой раздался грохот невидимого вертолета, но в остальном он мог быть в городе один.

Робби Киркбрайд, ‘Сэнди’ для своих коллег из 14-й разведывательной роты армии, работал под прикрытием в Белфасте в течение семи месяцев, делая немногим больше, чем подписываясь на пособие по безработице и слоняясь по городским пабам, подбирая тут и там лакомые кусочки - имя, лицо, обрывки информации, которые, как надеялись эксперты из Группы разведки и безопасности, смогут использовать для составления общей картины, выжидая, пока не почувствует себя достаточно уверенно, чтобы проникнуть в низшие эшелоны ИРА. Прекращение огня или его отсутствие, армия продолжала собирать разведданные об организации точно так же, как ИРА продолжала собирать информацию о возможных целях. Обе стороны были полны решимости быть готовыми к возобновлению насилия.

По пути к телефонной будке он уронил газету и, наклонившись, чтобы поднять ее, в последний раз проверил позади себя. По-прежнему чисто. Он вошел в телефонную будку и набрал номер своего диспетчера.

Кремер, Аллан и полковник сидели в столовой с чашками кофе перед собой. Кремер устал как собака, обе его руки болели от постоянных стрельб, а в ушах звенело. Во время шестинедельного курса подготовки к рукопашному бою в Доме убийств в Херефорде он делал более тысячи выстрелов в день, но была огромная разница между подготовкой к рукопашному бою и стрельбой, стоя перед мишенью на расстоянии вытянутой руки.

- И как он справился? - спросил полковник Аллана.

‘ Просто отлично, ’ сказал Аллан. Он переоделся в брюки цвета хаки и белую футболку, подчеркивающую его предплечья тяжелоатлета. - Завтра мы посмотрим, как он справится с оружием поменьше.

‘ Я что-то упускаю? ’ спросил Кремер. Он впервые услышал об использовании другого оружия. Он предполагал, что воспользуется своим Браунингом.

‘ Человек, за которого вы будете отвечать, не носит оружия, ’ объяснил полковник. - Ты ни за что не сможешь носить при себе пистолет размером с Браунинг так, чтобы его никто не заметил.

- И это не тот вид оружия, который вы сможете быстро выхватить, - добавил Аллан.

Кремер раздраженно вздохнул. ‘ Так что же все-таки было сегодня? Вы хотите сказать, что я зря тратил время?

Аллан покачал головой. ‘ Ни в коем случае. Я хотел, чтобы вы привыкли к быстрой стрельбе из Браунинга, тогда, когда вы будете использовать оружие меньшего размера, вам будет намного легче. Это будет похоже на переход от стандартного армейского парашюта к куполу ramair".

Полковник посмотрел на Кремера, слегка склонив голову набок, словно ожидал возражений. Кремеру захотелось пожаловаться на то, что информация поступает к нему по частям, но он знал, что это покажется непрофессиональным, поэтому промолчал.

‘ У вас будет только один шанс разобраться с этим парнем, ’ сказал полковник. - Я хочу, чтобы вы были готовы настолько, насколько это возможно.

- И это означает использование оружия меньшего размера?

Полковник кивнул. ‘ Манера действий этого убийцы такова, что он не вытащит оружие, пока не окажется в нескольких шагах от вас. Ты не можешь позволить себе реагировать, пока он не раскроет свое прикрытие.

‘ Так что, когда вы увидите его пистолет, вам придется немедленно двигаться, - сказал Аллан. ‘ Тип оружия не имеет значения, по крайней мере, на таком близком расстоянии. Вам просто нужно прицелиться и продолжать стрелять. Что более важно, так это как можно быстрее вытащить пистолет. А "Хай-Пауэр" - это просто слишком мощное оружие.

Кремер осушил свою чашку. Аллан взял кофейник, чтобы налить ему еще, но Кремер покачал головой. ‘ А как насчет телохранителей? он спросил. - У цели обычно есть защита?

‘ Да, двое, один из них работает водителем, - сказал полковник. - Мы собираемся придерживаться этого.

- И что они думают по этому поводу? - спросил Кремер.

Аллан улыбнулся. - Это должно быть весело, - сказал он, поднимая чашку за Кремера.

Глаза Кремера расширились от удивления. - Вы?

‘ Конечно. Обычные телохранители цели хороши, но они не обучены SAS. К тому же эта операция требует особых навыков, это непростая работа телохранителя.

- Что вы имеете в виду?

Полковник откашлялся. ‘ Аллан имеет в виду, что обычная функция телохранителя - защищать клиента любой ценой, при необходимости подставляться под пулю. Но в данном случае главной задачей будет задержание убийцы.

‘ Задержать? Или убить?

Полковник слабо улыбнулся. - Как скажешь.

Кремер посмотрел на Аллана с возросшим уважением. В большинстве файлов, которые он читал, убийца сначала убирал телохранителей жертвы. Аллан, должно быть, знал, во что ввязывается, но, казалось, был совершенно спокоен такой перспективой. Аллан улыбнулся, увидев выражение лица Кремера. ‘Это не так безумно, как кажется", - сказал он. "На нас будут кевларовые бронежилеты, и мы будем ожидать попадания".

Кремер кивнул. Аллан был прав, большинство телохранителей были убиты выстрелами в грудь. Пули попали в лицо только основным мишеням. - Кто второй телохранитель? - спросил он.

‘ Парень по имени Мартин, ’ сказал Аллан. ‘ Бывший ирландец. Рейнджерское крыло. Последние несколько лет он руководил собственной охранной фирмой, в основном телохранителями. Ты встретишься с ним завтра.

Кремер встал и отошел от скамьи, тянувшейся во всю длину стола. Газовый обогреватель на пропане шипел, его голубоватое пламя колыхалось на сквозняке, который гулял по всей длине огромной столовой. ‘ Я пошел спать, ’ сказал он. ‘ Увидимся завтра. Он оставил полковника и Аллана сидеть в тишине, а сам направился в свою спальню.

Поли Куинн лежал на своей кровати, читал комикс и доедал пачку пищеварительного печенья. Его окно было приоткрыто на несколько дюймов, чтобы впустить в комнату свежий воздух, и он мог слышать звуки игры детей в футбольный мяч на улице внизу. Он стряхнул крошки с груди и взял еще одно печенье из пакета на прикроватном столике.

Внизу зазвонил телефон. Его мать позвала Дэви, и через пару минут в дверь Поли постучали. Он посмотрел поверх комикса. Это был Дэви. Дэви закрыл дверь и сел на край кровати. - Это был Пэт О'Риордан, - сказал он.

‘ Да? Чего он хочет?

‘ Мы должны залечь на дно. Он услышал, что прошлой ночью нас не было, и недоволен. Мы должны оставаться дома, пока не получим от него вестей.

‘ Он злится на меня, да? Он слышал, что я разозлился. Черт. Прости за вчерашний вечер. Я был не в порядке.

‘ Да. Ты должен быть осторожен со словами, Поли. Мы больше не дети. Правила больших мальчиков, ты знаешь?

‘ Да, я знаю. Это больше не повторится, это точно. По крайней мере, это не был полный проигрыш. Ты получил свою дыру, верно?

Дэви развратно ухмыльнулся. ‘ Это мне знать, а тебе мечтать, ’ поддразнил он. - У тебя есть номер Норин? - спросил он.

Поли покачал головой. ‘На самом деле мне это было неинтересно’, - сказал он. "Она была не в моем вкусе, понимаешь?"

Дэви улыбнулся своему младшему брату. Ему восемнадцать лет, а он все еще нервничает из-за девчонок. - У меня есть ее номер, ’ сказал он. - Она хочет, чтобы ты ей позвонил.

Поли просиял. - Ты серьезно?

‘ Конечно. Ты ей понравился. Бог знает почему.

Поли положил комикс на грудь и уставился в потолок. Дэви видел, что у него что-то на уме. - В чем дело? - спросил он.

Поли сморщил нос. ‘ То, что произошло вчера. С американским парнем. И его отцом.

- Это была не наша вина, Поли.

‘ Да, но мы убили их. Они мертвы, а мы сделали это.

Дэви потер подбородок. Он не брился, но его кожа все еще была гладкой, лишь с легким намеком на щетину. ‘ Мы не убивали их, Поли. Они ехали не по той стороне дороги, черт возьми. И если кто-то и виноват, так это Пэт, которая схватилась за руль.

‘ Наверное, ’ сказал Поли. Его голос звучал неубедительно.

Дэви встал и подошел к окну. ‘ Послушай, Пэт сделал все, что мог. Он вызвал "скорую помощь" для этой женщины, с ней все в порядке. Парень и девочка были мертвы, никто ничего не мог для них сделать. Это был несчастный случай, Поли. Если бы на дороге не мы, это мог быть кто-то другой. Они просто оказались не в том месте и не в то время. Дэви положил руки по обе стороны окна и вытянул шею, чтобы посмотреть вниз.

‘ В чем дело? - Спросил Поли.

- Копы, - сказал Дэви.

Поли подошел и встал рядом с братом. Внизу он увидел три серых бронированных "лендровера". Пара домохозяек в толстых шерстяных пальто и платках на головах смотрели, как они проезжают мимо. В дни, предшествовавшие прекращению огня, "Лэндроверы" из РУК сопровождались вооруженными солдатами, и воздух был бы наполнен звуком ломающегося металла, когда женщины в этом районе стучали крышками от мусорных баков по асфальту, предупреждая католическую общину о приближении армии. Теперь полиция прошла через этот район без происшествий.

‘ Эти ублюдки действуют в полную силу, ’ сказал Дэви. - Интересно, за кем они сегодня охотятся?

‘ Это из-за нас, не так ли? - Встревоженно спросил Поли. - Это мы им нужны.

Дэви облокотился на подоконник и посмотрел вниз. ‘ Расслабься, у них нет причин искать нас. Они могут охотиться за кем угодно. Первые два "лендровера" промчались мимо здания, и Дэви вздохнул с облегчением. Но у него перехватило дыхание, когда все трое с визгом остановились и офицеры Королевской полиции в пуленепробиваемых жилетах рассыпались веером, держа оружие наготове. Они бросились через полосу травы перед многоквартирным домом ко входу. Поли попятился от окна. Комикс выпал у него из рук, забытый. ‘Это мы, Дэви. Я знаю, что это так.

Дэви ободряюще улыбнулся. ‘ Нет, там много квартир. У них нет причин преследовать нас.

- Да, но...

Дэви перебил его. ‘ У них нет причин преследовать нас, ’ повторил он. - Запомни это. - Он собирался сказать что-то еще, когда услышал топот ног по бетонной лестнице, за которым последовал стук ботинка о входную дверь.

‘ О Господи, это мы, - сказал Поли. - Они пришли за нами. - Его лицо побелело, а руки дрожали.

‘Все в порядке, у нас все чисто", - сказал Дэви. ‘Только не паникуйте’. Внизу кричала их мать. Во входную дверь снова пнули, на этот раз сильнее.

Поли опустился на колени и дрожащими руками вытащил из-под кровати старый клетчатый чемодан. Дэви нахмурился, когда Поли щелкнул защелками и открыл его. Внутри была его коллекция комиксов. Дэви направлялся к двери спальни, когда Поли швырнул стопку комиксов на пол и достал револьвер их отца. Дэви остановился как вкопанный. - О черт, нет, - сказал он.

- Я собирался выбросить это, Дэви, честное слово, собирался.

Послышался звук трескающегося дерева, новые крики их матери, затем настойчивые мужские голоса, приказывающие ей убраться с дороги. Она снова закричала, но крик оборвался. По лестнице затопали тяжелые ботинки. Что-то упало на пол.

Поли сидел на полу с пистолетом в руках, уставившись на него так, словно не знал, что это такое. Дэви посмотрел на револьвер, затем на окно. Он должен был как-то избавиться от него. Может быть, ему удастся выбросить его на крышу, спрятать в водосточном желобе, сделать что-нибудь, что угодно, прежде чем полиция ворвется в спальню. Он выхватил оружие у Поли и бросился к окну. Его сердце бешено колотилось, кровь стучала в голове. Он толкнул створку окна, но прежде чем полностью распахнул ее, услышал, как за его спиной хлопнула дверь. Он развернулся, подняв пистолет, чтобы показать, что не собирается им пользоваться, его рот был открыт, чтобы крикнуть, чтобы они не стреляли, но прежде чем он успел произнести хоть слово, он понял, что было слишком поздно. Время, казалось, остановилось. Полицейский, стоявший в дверях, был ненамного старше Дэви, у него были прыщи на лбу и родинка с растущими из нее волосками сбоку от носа. Его пистолет был направлен в грудь Дэви, и Дэви видел, как его палец напрягся на спусковом крючке. Позади молодого полицейского стоял другой мужчина с пистолетом. Он крикнул, чтобы Дэви бросил оружие. Дэви хотел объяснить, что револьвер даже не был заряжен, но слова не шли с языка. Он почувствовал, что его мочевой пузырь опустел, и ему внезапно стало стыдно за то, что он намочил штаны, как испуганный ребенок. Руки Поли были подняты в воздух, как будто он сдавался ради своего брата, его глаза были широко раскрыты и недоверчивы.

Дэви знал, что должно было произойти, но был бессилен что-либо сделать, чтобы остановить это. Пистолет молодого полицейского дернулся вверх, и Дэви почувствовал, как пули вонзились ему в грудь, когда он отшатнулся назад, ударившись головой о окно. Он услышал, как разбилось стекло, но не почувствовал, как осколки впились ему в кожу головы. Он сполз на пол, прижав руки к груди, его рот беззвучно открывался и закрывался.

Кремер вытирался насухо, когда раздался стук в дверь спальни. ‘ Да? ’ позвал он, обматывая полотенце вокруг талии. Это был Аллан с большими ножницами в руках. Он щелкал ими с озорной улыбкой на лице. - Для чего они нужны? - подозрительно спросил Кремер.

‘ Надо привести тебя в приличный вид, - сказал Аллан. - Инструкции полковника.

‘ Да? Какую часть моей анатомии вы планируете удалить?

- Короткая спина и бока, - объяснил Аллан, жестом приглашая Кремера сесть на кровать.

Кремер сел. - Вы отдаете себе отчет в том, что делаете?

- Не совсем, но я готов попробовать. - Он угрожающе щелкнул ножницами.

- Ты, должно быть, шутишь.

‘ Да ладно тебе, Майк. Насколько это может быть сложно? Просто не двигайся, вот и все. Он двинулся к Кремеру, высоко держа ножницы.

Кремер зажал уши руками и откинулся на кровать. - Держи эти штуки подальше от меня, ты, сумасшедший ублюдок! - крикнул он.

Аллан расхохотался и, распахнув дверь, увидел миссис Эллиот. ‘ Боюсь немного порезаться. ’ Он протянул ей ножницы. - Делами будет заниматься миссис Эллиот.

- У меня трое детей, мистер Кремер, так что я знаю, что делаю, - сказала женщина.

Кремер покосился на Аллана. - Почему?

‘ Ты в последнее время смотрела на себя в зеркало? Выглядишь дерьмово.

- Спасибо, Аллан.

Не, серьезно, мы должны подготовить тебя к фотографиям. Судя по тому, как ты выглядишь, никто не поверит, что ты человек, достойный охраны. Ты выглядишь так, словно последние три недели провела в канаве, твои волосы...

‘ Ладно, ладно, ’ сказал Кремер, садясь. ‘ Я понял сообщение. Он увидел, как миссис Эллиот смотрела на шрамы на его животе и груди с выражением ужаса на лице. ‘Последний парикмахер сделал это со мной", - сказал он. - Вот почему я так боюсь ножниц.

Миссис Эллиот нахмурилась, потом поняла, что он шутит. Она фыркнула, пошла в ванную и вышла оттуда с другим полотенцем, которое накинула Кремеру на плечи.

- У вас там где-нибудь намечено прощание, мистер Кремер?

‘ Думаю, с левой стороны, - сказал Кремер. Прошел почти год с тех пор, как он последний раз был в парикмахерской. Обычно он сам делал эту работу маникюрными ножницами, когда она становилась слишком длинной. Аллан стоял и наблюдал, уперев руки в бока. ‘ Неужели тебе нечем заняться получше? - Спросил его Кремер.

- Нет, - сказал Аллан, усмехнувшись смущению Кремера.

Миссис Эллиотт начала расчесывать волосы Кремера, мокрые пряди прилипли к его лицу. Кремер знал, что Аллан прав, он действительно выглядел дерьмово. Возможно, они смогли бы изменить его внешность, но он сомневался, что новая стрижка изменит его самочувствие.

Поли Куинн лежал лицом вниз на матрасе, но даже с закрытыми глазами от света было никуда не деться. Он колотил в дверь камеры и орал до тех пор, пока у него не пересохло в горле, но они не выключили лампы дневного света, которые светили из-за защитного стекла. Они забрали его одежду и дали ему пару зеленых комбинезонов. Они были ему слишком велики и шершавыми на коже, как мелкая наждачная бумага.

Он знал, что все должно было быть не так. Его должны были спросить, нужен ли ему адвокат, ему должны были разрешить позвонить по телефону, ему должны были хотя бы дать попить воды. У него так болело горло, что он едва мог глотать. Он понятия не имел, как долго они будут держать его в камере и как долго он уже там пробыл. При постоянном освещении он никак не мог понять, день сейчас или ночь.

Он перевернулся на спину и потер глаза, все еще влажные от слез. Офицеры королевской полиции, которые затащили его в бронированный "Лендровер", отказались отвечать на его вопросы, они просто сидели рядом с ним в угрюмом молчании, в их глазах не было ничего, кроме презрения и ненависти. В машине не было окон, и он понятия не имел, куда они его отвезли. В конце концов его вытащили и передали трем мужчинам в повседневной одежде, крепко сбитым мужчинам с короткими стрижками и широкими плечами, которые выглядели так, словно были армейцами, но не носили форму.

Поли сел и прислонился спиной к побеленной стене. Если не считать матраса на полу, камера была пуста. Там не было даже туалета. Насколько знал Поли, в полицейских камерах всегда были туалеты. И смотровые люки в двери, чтобы они могли заглядывать внутрь. Металлическая дверь в камеру была выкрашена в белый цвет, и в ней не было ни люка, ни даже замочной скважины. Куда бы его ни отвели, это был не полицейский участок. Он обхватил голову руками и начал рыдать. Он хотел свою мать, и он хотел Дэви. Мысли о брате заставляли его плакать еще сильнее. В Дэви стреляли три раза, может быть, четыре, и Поли видел, как жизнь покидает его глаза, оставляя их холодными и пристальными. Полиция не позволила Поли прикоснуться к своему брату, он просил и умолял, но они оттащили его.

Он сам виноват в том, что его брат был убит. Ему не следовало хранить пистолет, не следовало отдавать его Дэви. Он начал биться затылком о стену, сначала мягко, потом сильнее, не обращая внимания на боль, желая повернуть время вспять, желая умереть вместо своего брата.

Майк Кремер услышал выстрелы, когда шел по коридору в спортзал. Он сосчитал количество скорострельных выстрелов. Всего их было восемнадцать, выпущено меньше, чем Кремеру потребовалось, чтобы сделать два шага. Открыв дверь, он увидел Аллана, разглядывающего одну из картонных мишеней в человеческий рост. - Доброе утро, Майк, - бросил он через плечо.

- Как вы справились? - спросил Кремер.

‘ Тебе лучше не знать, это бы тебя только угнетало, ’ усмехнулся Аллан, вынимая пустой магазин из пистолета. ‘Первоклассная стрижка. Может быть, я попрошу миссис Эллиот показать мне, что к чему. На полу валялись пустые латунные гильзы. - Вы видели одну из этих? - спросил я. Он протянул пистолет рукоятью вперед.

Кремер покачал головой. Поперек ствола были слова "Хеклер и Кох", а на прикладе был выбит VP70. - Это пистолет-пулемет "Хеклер энд Кох ВП70". Стреляет только двойным действием, так что предохранителя нет, начальная скорость 1180 футов в секунду, восемнадцать патронов в обойме, весит два с половиной фунта в полном снаряжении.

‘ Приятное ощущение, - сказал Кремер, взвешивая его на ладони. ‘ Вы собираетесь носить это с собой? Он вернул его Аллану.

- Не, это у Мартина, я просто играюсь с ним. Я остановлюсь на Glock 18. Аллан взял со стола плечевой приклад и вставил его в заднюю часть пистолета. ‘Вот в чем фишка, здесь, на верхней передней панели приклада, есть переключатель, который позволяет настроить его на стрельбу очередями по три патрона, полностью автоматически’. Он подарил Кремеру пару защитных наушников. - Посмотри на это.

Аллан перевел переключатель в положение ‘3’ и прицелился в цель, уперев приклад в плечо и прицелившись в ствол. Он нажал на спусковой крючок, и раздались три выстрела, так близко друг от друга, что их было почти не различить. Аллан произвел все восемнадцать выстрелов по мишени, и Кремер был впечатлен, увидев, что все они попали в центр яблочка. Аллан был одним из лучших стрелков, которых Кремер когда-либо видел.

Кремер одобрительно кивнул. - Отличная стрельба.

‘ Да, но я к этому не привыкла. Как я уже сказала, на самом деле это ребенок Мартина.

Он подошел к столу и указал рукой на несколько пистолетов. - Взгляни на это, Майк.

Кремер склонился над столом и изучил три пистолета. Все три были значительно меньше его браунинга Hi-Power.

- Тот , что справа , - это...

‘ "Вальтер ППК’, - перебил Кремер. ‘ Калибр 7,65 мм, самозарядный, полуавтоматический. Семь патронов в обойме. Он передернул затвор и дослал патрон в патронник. - Это то, что использовал Джеймс Бонд, верно?

‘ Этого я не знаю, но он был разработан для немецких служб. PPK расшифровывается как Polizei Pistole Kurz. И это 9-миллиметровая версия, которая у вас есть. Мы сделали ей очень легкий спусковой крючок, для этого достаточно нажатия чуть более чем на два фунта. Это относится ко всему здешнему оружию.

Кремер поставил пистолет на предохранитель и положил обратно на стол. Вторым пистолетом была "Беретта" модели 1934 года. Кремер поднял его. Она была короче длины его ладони по крайней мере на дюйм.

Он весит столько же, сколько PPK, около одного с четвертью фунта, и у него также есть магазин на семь патронов. Он еще 9 мм. Честно говоря, не такой уж большой выбор между ним и "Вальтером".

Кремер положил его обратно на стол и взял третий пистолет. Это было похоже на детскую игрушку, а в нижней части приклада было написано слово "Детка". Над ним он заметил логотип FN, обозначавший бельгийскую компанию Fabrique National Herstal Lige, производителя браунинга Крамера.

‘ Это младший брат твоего Hi-Power, - сказал Аллан. ‘ На самом деле он продавался под названием Baby Browning. FN производит их с 1906 года, но в наши дни их не так уж много. В Штатах они запрещены.

Кремер поднял бровь. - Потому что они такие маленькие?

‘ Совершенно верно. Это слишком легко скрыть. Для тебя это настоящий плюс.

Кремер пощупал вес. ‘ Полфунта? - спросил он.

‘ Семь унций, ’ сказал Аллан. ‘ Это действительно нечто, не так ли? Длина ствола - два и одна восьмая дюйма, общая длина - четыре дюйма.

- Это дамский пистолет, - сказал Кремер.

‘ Ты не поверишь, - сказал Аллан. ‘ Механически он такой же, как.Карманный автоматический пистолет 25 ACP, который делал Кольт. Вы бы не стали использовать его при тушении пожара, и на расстоянии десяти футов это обычный огнестрел, но вблизи он уложит человека.

Кремер уставился на пистолет. Трудно было поверить, что это крошечное оружие могло убить человека. Ствол был короче его указательного пальца. ‘Я не знаю, Аллан", - сказал он. "Не похоже, что для меня это будет достаточно сильным ударом".

Аллан неопределенно пожал плечами. ‘ Решать вам. Мы пока не должны решать, но я бы хотел, чтобы вы ознакомились со всеми тремя. Он протянул Кремеру кожаную подмышечную кобуру с ремнями. ‘ Надень это. Пора нам потренироваться в стрельбе.

Кремер отложил "Бэби Браунинг", и Аллан помог ему застегнуть ремни и подогнать кобуру так, чтобы она плотно прилегала к рубашке. Кремер взял Walther PPK. Кожа была гладкой и эластичной, и пистолет входил и выходил с минимальным трением.

‘ Сначала будь спокоен, ’ сказал Аллан. ‘Отведите оружие правой рукой, затем, когда вы толкаете пистолет вперед, поднесите левую руку к правой, так же, как вы делали при стрельбе статически. Помните, крепко возьмитесь левой рукой и расслабьте правую.

- Понял, - сказал Кремер, засовывая пистолет в кобуру.

‘Выстрелите несколько раз, чтобы прочувствовать суть розыгрыша, не торопитесь и стреляйте с полностью вытянутыми руками. Как только вы освоитесь с действием, я хочу, чтобы вы забыли об изображении прицела. Я хочу, чтобы вы стреляли до того, как вытянете руки, просто разрядите обойму как можно быстрее. Ты будешь так близко к цели, что прицеливание будет пустой тратой времени.

Кремер надел защитные наушники. ‘ Ладно, давайте перейдем к делу. Аллан снял мишень, которой пользовался, и установил новую. - Семь выстрелов, быстрый огонь, - сказал Аллан, стоя в стороне.

Дермотт Линч зевнул и открыл глаза. Он перевернулся и уставился на длинные каштановые волосы девушки, лежащей рядом с ним, гадая, как быстро он сможет избавиться от нее, не причинив вреда. Она была достаточно милой девушкой и потрясающей любовницей, но Линч любил по утрам оставаться один. Ее звали Мэгги. Мэгги О'Брайен. Она была чувственной, даже пухленькой, с миловидным личиком и самыми зелеными глазами, которые он когда-либо видел, если не считать кошачьих. Она работала барменшей в пабе на Гросвенор-роуд и время от времени заглядывала в постель Линча. Ей только что исполнилось двадцать, и она знала, что у их отношений нет будущего, но секс был великолепным, и Линч был совершенно счастлив время от времени обращаться к ней за физическим утешением. Он просто хотел, чтобы у нее вошло в привычку уходить до утра.

У Линча было несколько подружек в Белфасте. Много лет назад он принял решение не жениться и даже не вступать в долгосрочные отношения. Его положение активного члена ИРА означало, что связи делали его уязвимым как для сил безопасности, так и для протестантских террористических организаций. Лучше быть холостяком. Он происходил из большой семьи, и у него было более чем достаточно племянников и племянниц, чтобы восполнить отсутствие собственных детей.

Всякий раз, когда это было возможно, Линч предпочитал заниматься любовью со своими подружками на их территории, чтобы потом ускользнуть, быстро поцеловав в щеку, а затем на такси домой. Однако Мэгги жила со своими родителями, так что у него не было другого выхода, кроме как забрать ее к себе в свой маленький домик с террасой. Она что-то пробормотала во сне и прижалась к нему спиной. Ее обнаженная плоть была теплой на его бедрах, но Линч отодвинулся, увеличивая расстояние между ними. Секс был на ночь, им можно было заниматься в темноте. Рука Мэгги скользнула ей за спину и просунулась ему между ног, и он понял, что она не спит. Она взяла его за руку и мягко сжала, подбадривая, желая его, но Линч нисколько не возбудился. Он выскользнул из кровати и прошлепал в ванную.

‘ Дермотт. Иди сюда, - простонала Мэгги.

Линч притворился, что не расслышал, и закрыл дверь ванной. Он склонился над раковиной и уставился на свое отражение в зеркале. Его глаза были налиты кровью - результат ночной попойки, а в бороде виднелись крошки. Перед сном он съел пакет чипсов с солью и уксусом. Он по-волчьи ухмыльнулся. Одному Богу известно, почему Мэгги захотелось прикоснуться к нему первым делом с утра. Он выглядел дерьмово. Он прикрыл рот ладонью, выдохнул, а затем шмыгнул носом. Да, от него тоже сильно пахло.

Пока он чистил зубы, он наполнил ванну. Когда он выплевывал пену в раковину, раздался звонок в дверь. Он обернул полотенце вокруг талии и вернулся в спальню. Мэгги растянулась поперек кровати, прикрытая только простыней. Это мало скрывало ее пышное тело, но Дермотт не поддался искушению. Он подошел к окну и выглянул наружу. Это был Пэт О'Риордан, одетый так, словно приехал прямо со своей фермы.

Линч спустился вниз и впустил его. О'Риордан многозначительно посмотрел на свои наручные часы. ‘ Знаю, знаю, ’ сказал Линч. ‘ У меня была тяжелая ночь. Что случилось?

‘ Вчера в доме Куиннов были копы. Дэви мертв, а Поли исчез.

- Черт, - выругался Линч.

‘ Ага. Черт.

- Хочешь кофе? - спросил я.

- Есть что-нибудь покрепче?

‘ Никогда не прикасайтесь к этому напитку, ’ с улыбкой сказал Линч. Он провел О'Риордана в гостиную и налил большие порции виски "Джеймсон". Они чокнулись и выпили. Линч жестом пригласил О'Риордана сесть на диван.

- Становится все хуже, - сказал О'Риордан.

‘ Хуже? Как может быть хуже?

‘ Вы не читали газет, не так ли? Линч покачал головой. О'Риордан вздохнул. ‘Парень, который был за рулем машины, он родственник американского политика. Член Палаты представителей".

‘ О черт, ’ сказал Линч. Он откинул голову на спинку стула и уставился в потолок. "Блядь, блядь, блядь".

‘ Да, расскажи мне об этом. Он был одним из тех, кто добивался дополнительных грин-карт для ирландцев.

-О Господи.

‘ Это еще не все. Его жена родственница Кеннеди. Кеннеди, Дермотт.

Линч закрыл глаза. - Пэт, если ты скажешь мне, что она сестра папы Римского, я думаю, что просто превзойду себя.

‘Это будет очень грязно", - сказал О'Риордан. "Они перевернут небо и землю, чтобы добраться до нас. Американцы собираются оказать давление на ирландское правительство и британцев. Мы по уши в дерьме".

Линч выпрямился и провел рукой по бороде. ‘ Только если они узнают, что это были мы, - сказал он. - Вы говорите, Дэви мертв?

‘ Застрелен копами. У него был пистолет.

- Не один из наших?

О'Риордан покачал головой. ‘ Пистолет его отца. Насколько я слышал, он даже не был заряжен.

- Бедный ублюдок.

‘ Ну, если хочешь знать мое мнение, так им и надо за то, что у них есть эта чертова штука. Он помолчал. - Ты не задал главного вопроса, - сказал он.

Линч сел в мягкое кресло и положил босые ноги на кофейный столик. - Вы имеете в виду, почему полиция была в их доме?

О'Риордан приподнял бровь. - Неосторожные разговоры стоят жизней.

‘ Это был бы не Дэви. Я уверен в этом. ’ Он сделал глоток виски и прополоскал рот, прежде чем проглотить. - Ты сказал, Поли ушел?

‘ Мы послали к семье адвоката, и он пытается выяснить, где он находится. Но мы не думаем, что он больше не у КРУ.

‘ Ты что, думаешь, его держат пятеро? Если это так, он заговорит.

‘ Да. Я знаю.

- Мы можем связаться с ним?

- Мы даже не знаем, где он.

Некоторое время двое мужчин сидели молча. Наверху Мэгги реквизировала воду для ванны Линча. О'Риордан ухмыльнулся, услышав плеск. - Кто-нибудь, кого я знаю? - спросил он.

‘ Да. Твоя жена.

О'Риордан скорчил гримасу и допил свой виски. Он протянул пустой стакан, но Линч кивком головы пригласил О'Риордана налить себе.

- Вы уже говорили с Маккормаком? - спросил Линч.

‘ Да. Вот почему я здесь. Он хочет, чтобы мы затаились. Пока они не разберутся с Поли. Он в ярости.

‘ Потрясающе, ’ сказал Линч. Он со стуком поставил стакан на стол. ‘ Черт, черт, черт. Это была гребаная идея Маккормака взять Куиннов с нами.

- Он знает это, Дермотт, но на вашем месте я бы не бросал это ему в лицо.

- Что ты собираешься делать? Наверху Мэгги запела ирландскую народную песню.

- Я еду на юг. У меня есть друзья в Килларни, но я продолжу двигаться.

- А как же ферма? - спросил я.

‘ МаКкормак собирается прислать кого-нибудь на помощь. О'Риордан наклонился и снова наполнил бокал Линча. - Он хочет, чтобы ты убрался из страны.

Линч кивнул. ‘ Нет проблем. Я переплыву реку.

- Где ты остановишься?

‘ Лучше тебе этого не знать, Пэт. Я буду поддерживать связь с Маккормаком. Он сделал еще глоток. "Это становится действительно грязным, не так ли?"

‘ Расскажи мне об этом. ’ Он поднял голову на звук всплеска. - Ты собираешься представить меня своему другу?

- Все, что я собираюсь тебе представить, - это свою ногу под твою задницу, - сказал Линч.

О'Риордан поставил пустой стакан и, ухмыляясь, поднялся на ноги. Он протянул руку, Линч встал и крепко пожал ее. О'Риордан шагнул вперед и заключил Линча в медвежьи объятия, сжимая его так крепко, что воздух вырвался у него из легких. - Береги себя, мягкотелый ублюдок, - сказал О'Риордан.

- Да, ты тоже, - ответил Линч, задыхаясь.

Проводив О'Риордана, Линч вернулся наверх. Мэгги была в спальне, вытираясь насухо полотенцем. - Кто это был? - спросила она.

- Никто, - ответил Линч.

Мэгги лукаво улыбнулась и позволила полотенцу упасть на пол. Она уперла руки в свои пышные бедра, посмотрела на кровать, а затем снова на Линча. Она приглашающе приподняла бровь, но он повернулся к ней спиной и направился в ванную. - Покажи себя, ладно, любимая? - сказал он.

Он услышал, как она хлопнула входной дверью, несколько минут спустя, когда сбривал бороду короткими, осторожными движениями опасной бритвы.

Когда Кремер и Аллан вошли в столовую, полковник уже уплетал яичницу с беконом. Напротив них сидело новое лицо - крупный мужчина с коротко остриженными темными волосами, немного ниже Аллана, но с такими же широкими плечами. Он представился Мартином, вторым телохранителем и водителем.

Кремер положил себе яичницу-болтунью, а затем налил себе чашку терпкого чая миссис Эллиот. Тарелка Мартина была завалена яичницей, беконом, сосисками, печеной фасолью, кровяной колбасой, помидорами, а на гарнире у него лежало с полдюжины ломтиков намазанных маслом тостов. Он улыбнулся, увидев крошечную порцию яиц Кремера. ‘ Нет аппетита, Майк? - спросил он с набитым ртом.

Полковник поднял взгляд на Кремера, и Кремер увидел, как его глаза слегка сузились. Он понял, что Аллану и Мартину не сообщили о его болезни. Кремер почти незаметно кивнул, а затем ухмыльнулся Мартину. "Никогда не был любителем перекусить рано утром", - сказал он, используя сленг SAS для обозначения еды.

- Стрижка - это большое улучшение, - сказал полковник.

- Да, она знает, что делает, - согласился Кремер.

Аллан сел напротив Мартина с тарелкой жареной еды. ‘ Когда ты здесь появился? - спросил он.

‘ Вчера поздно вечером. Я был в Лондоне, охранял голливудскую звезду и ее парня.

‘ Да? Собираешься назвать имена?

Мартин покачал головой. - Те деньги, которые они мне платят, гарантируют конфиденциальность.

Аллан рассмеялся и все равно назвал Кремеру имена. "Я не знал, что он педик", - сказал Кремер.

- Да, и его жена тоже, - сказал Мартин, откусывая кусочек от тоста.

Их разговор был прерван появлением портного, который суетливо вошел в комнату с чемоданами в обеих руках. - Доброе утро, доброе утро, - сказал портной, ставя коробки на один из столов.

Мартин посмотрел на Аллана. ‘ Портной, ’ сказал Аллан. Мартин кивнул, как будто это все объясняло.

Кремер отложил вилку и примерил один из костюмов, пока портной ходил вокруг него, кивая и закусывая губу. - Хорошо, хорошо, - сказал он, поглаживая Кремера по плечам и опускаясь на колени, чтобы проверить брюки.

- Идеально подходит, - сказал Кремер, разводя руки в стороны.

‘ Конечно, ’ чопорно ответил портной. Он помог Кремеру надеть пальто, а затем отступил назад, чтобы лучше видеть.

‘ Первый класс, ’ сказал полковник. Портной с энтузиазмом кивнул, подхватил свои пустые чемоданы и почти выбежал из столовой.

- Этот парень что-то принимает? - спросил Мартин, изумленно качая головой.

‘ Лучший портной на западе, - сказал Кремер, расхаживая взад-вперед в пальто. - Но он знает свое дело.

‘ Мы будем фотографировать сегодня днем, ’ сказал полковник. Он кивнул на потертые кроссовки Кремера "Рибокс". - Не забудь туфли.

‘ Фотографии? ’ озадаченно переспросил Кремер. - Какие фотографии?

‘ Для убийцы, ’ сказал полковник. - Он захочет знать, как выглядит цель.

Пальто вдруг стало тяжелым, как доспехи. Кремер снял его и перекинул через руку. Аллан и Мартин склонили головы над тарелками и сосредоточились на еде. Кремер вздрогнул, как будто только что почувствовал сквозняк. Это был первый раз, когда о нем упомянули как о цели.

Дермотт Линч взял такси до аэропорта и купил билет на ближайший рейс Aer Lingus до лондонского аэропорта Хитроу. Он взял номер "Айриш таймс" и сел читать. На первой полосе красовалась большая фотография мужчины средних лет, симпатичной блондинки и маленького мальчика. Сет Рид и его семья. Отец и сын погибли в результате столкновения с грузовиком, полным оружия ИРА. Женщине дали успокоительное, и она ждала, когда ее родственники прилетят из Штатов. Линч просмотрел статью.

Там были обычные язвительные цитаты протестантских политиков, осуждающих инцидент, и краткое заявление временных властей, в котором говорилось, что они сожалеют о гибели двух туристов, но что они непричастны к инциденту. Представитель ИРА заявил, что им ничего не было известно о перемещении тайника с оружием и что они начали внутреннее расследование, в то время как неназванный представитель служб безопасности заявил, что было ясно, что оружие забирали с целью его сокрытия.

Журналисты газеты также связались с несколькими высокопоставленными американскими политиками, которые были единодушны в своем гневе и скорби. Представитель Совета по туризму Северной Ирландии предупредил, что эти смерти могут привести к потере провинцией миллионов фунтов стерлингов. Американцы уже отменили десятки праздников, опасаясь возврата к насилию прошлого.

Нигде в газете не было никаких упоминаний об аресте Поли Куинна или о расстреле его брата. Линч гадал, сколько времени пройдет, прежде чем мальчик заговорит. Люди покруче Поли Куинна раскалывались на допросах. Он бросил газету в мусорное ведро и пошел к выходу на посадку.

Кремер стоял перед зеркалом в полный рост. Даже в сшитом на заказ костюме и объемном кашемировом пальто было заметно, что он похудел. Одежда помогала скрыть, насколько он болен, и, по крайней мере, он не выглядел слишком изможденным. Его глаза всегда были глубоко посажены, и с тех пор, как он был подростком, он выглядел так, словно нуждался в хорошем ночном сне, каким бы отдохнувшим он ни был. Аллан принес зеркало из одной из спален и установил его в спортзале, чтобы Кремер мог попрактиковаться в извлечении оружия. Это было нелегко. У Кремера не было проблем со стрельбой из PPK. Под руководством Аллана он стал таким же искусным в обращении с пистолетом, как и со своим любимым Браунингом, и его кучность на расстоянии десяти метров была такой же хорошей, какой он достигал, когда служил в SAS. Но у него не получалось лучше обращаться с оружием. Это действие казалось совершенно неестественным, его рука должна была двигаться вверх, а затем внутрь, пальцы должны были дотянуться до приклада, палец на спусковом крючке должен был скользнуть в спусковую скобу, и он должен был вытащить оружие так, чтобы оно не зацепилось за одежду.

Кремер расправил плечи и почувствовал, как кобура подмышкой сильнее прижалась к его груди. У репетиций в пальто было одно преимущество: когда он, наконец, снимет его, ему будет намного легче вытащить пистолет. Он посмотрел ему в глаза и оскалил зубы. ‘Ты со мной разговариваешь?" - спросил он свое отражение. Отражение ухмыльнулось в ответ. "Ты со мной разговариваешь?" - спросил Кремер, на этот раз громче.

Его рука метнулась под куртку и вытащила PPK, его глаза не отрывались от своего отражения. Он направил пистолет на зеркало, держа палец на спусковом крючке. - Я спросил, ты со мной разговариваешь?

Аллан хихикнул где-то у него за спиной. ‘ Тебе становится лучше, - сказал он. "Я бы все же не стал подражать Де Ниро".

Кремер выпрямился и убрал PPK обратно в кобуру. - Я все еще слишком медлителен, не так ли? - спросил он.

‘ Может быть, ’ согласился Аллан. - Зависит от обстоятельств.

‘ Зависит? От того, не забудет ли он завязать шнурки и не споткнется ли о них? Разглаживая воротник пальто, он повернулся к Аллану.

- От того, сможет ли он пройти мимо нас с Мартином.

Кремер вздохнул и медленно кивнул. - Да, я все время забываю, что он, вероятно, попытается убрать тебя первым.

- Он всегда убирал телохранителей, прежде чем идти на цель, - согласился Аллан.

Кремер похлопал Аллана по плечу. - Спасибо, - сказал он.

Аллан выглядел удивленным. - За что?

‘ За тренировку. За то, что подтолкнул меня.

‘ К черту все, Майк, это то, чем я занимаюсь. Я обучаю людей. Ты просто еще одна работа. ’ Он ухмыльнулся. - Но облажайся в тот день, и я поклянусь, что не имею к тебе никакого отношения.

Кремер усмехнулся и снова повернулся к зеркалу. ‘ Давай попробуем еще раз, - сказал он. Он снова расправил плечи, затем напрягся, когда понял, что кто-то только что вошел в спортзал. Это была девушка восточной внешности с короткими черными волосами, и она смотрела на Кремера с насмешливым выражением в темно-карих глазах. Кремер нахмурился, глядя на ее отражение. Он не слышал, как открылась дверь спортзала, и не заметил, как она прошла по деревянному полу. Когда он повернулся к ней лицом, то увидел, что Аллан тоже на мгновение смутился.

‘ Вы что-то ищете, мисс? - Спросил Аллан.

Девушка продолжала внимательно рассматривать Кремера. Ростом она была чуть больше пяти футов, хотя черные сапоги на высоком каблуке добавляли ей пару дюймов роста. На ней были черные джинсы и черная куртка поверх белой футболки, а на шее висела единственная золотая цепочка. Ему было трудно определить ее возраст; у нее была мягкая, без морщин кожа подростка, но уравновешенность и властность женщины за тридцать. - Он совсем на него не похож, - сказала она.

Полковник переступил порог и постучал тростью по полу. ‘ Ему и не нужно, ’ сказал полковник. - Очень немногие знают, как он выглядит. Полковник повернулся к Кремеру. - Это Су-мин, ассистентка Вандера Майера.

Кремер не знал, как поприветствовать девушку. Он шагнул вперед и протянул руку, но вместо того, чтобы пожать ее, она повернула ее ладонью вверх. У нее были руки ребенка, мягкие и гладкие, но ногти были длинными и выкрашены в темно-красный цвет. Контраст между детскими пальцами и взрослыми украшениями вызывал тревогу, и у Кремера сжалось горло. Она посмотрела на его ладонь и медленно провела по линиям указательным пальцем, царапая ногтем кожу. Кремер вздрогнул.

Полковник пересек комнату и встал позади девушки, пока она изучала ладонь Кремера. Его шаги эхом разносились по огромному спортивному залу, и только тогда Кремер понял, что Су Мин при ходьбе не производила шума, несмотря на свои ботинки.

‘ Видишь что-нибудь, что тебе понравилось? - пошутил Кремер, но она никак не отреагировала. Она провела ногтем по основанию его большого пальца. Жест был чувственным, и при любых других обстоятельствах он бы подумал, что девушка флиртует с ним, но она была полностью сосредоточена.

Полковник нетерпеливо фыркнул, но Су минг проигнорировал его и продолжал смотреть на руку Кремера. Кремер посмотрел на макушку девушки. Ее волосы были черными как смоль и блестели в свете ламп дневного света. Внезапно она подняла голову, и он обнаружил, что смотрит прямо ей в глаза. ‘ Вы читаете по ладони, не так ли? - Спросил Кремер.

‘ Я разбираюсь в людях, - сказала она с презрением в голосе. Она отпустила его руку и повернулась к полковнику. - Это не сработает, - сказала она.

Полковник поднял брови. - Что вы имеете в виду?

Девушка склонила голову набок и сморщила носик. ‘ Вы напрасно тратите время. Этот мужчина вам не подходит.

‘ Неподходящий? ’ недоверчиво переспросил Кремер. - Что значит "неподходящий"?

‘ Сержант Кремер - хорошо обученный солдат, ’ сказал полковник. - Я ему полностью доверяю.

Девушка не ответила, но едва заметно пожала плечами, что могло означать все, что угодно. Для Кремера это означало презрение; по какой-то причине девушка сразу невзлюбила его.

- Можете ли вы сказать мне, почему вы так себя чувствуете? - тихо спросил полковник.

‘ Мистер Вандер Майер никогда не просит меня объясняться, - сказал Су мин. ‘ Я просто делюсь наблюдениями. От вас зависит, будете ли вы действовать в соответствии с ними.

Кремер посмотрела на свою ладонь, как будто сеть линий и складок могла рассказать ему о том, что ее расстроило. - Что ты видел? - спросил он.

Девушка повернулась к нему. Она снова взяла его за руку и провела пальцами по его ладони. Кремер почувствовал, как у него похолодел позвоночник, и поежился. Внезапно он был уверен, что Су мин знает, что с ним не так, что она каким-то образом обнаружила рак, который рос внутри него. Кремер сглотнул. У него пересохло во рту. Она посмотрела на него, и он понял, что слово, слетевшее с ее губ, было "смерть" и что она собиралась произнести это вслух. Он прочистил горло. - Что ты видишь? - повторил он.

Лицо девушки было лишено каких-либо эмоций. Она посмотрела на него снизу вверх с не большим сочувствием, чем посмотрела бы на механизм, холодная и бесстрастная, как модель с подиума. Она слегка откинула голову назад, и ее губы приоткрылись, обнажив идеальные белые зубы. В спортзале воцарилась полная тишина. Кремер не мог оторвать глаз от девушки, но чувствовал, что полковник и Аллан напряженно прислушиваются к тому, что она скажет. Су Мин кивнула, как будто решила рассказать ему, но прошла еще секунда или две, прежде чем она заговорила. ‘ Печаль, ’ тихо сказала она. "Я вижу великую печаль".

Кремер убрал руку и засунул ее поглубже в карман пальто, словно пытаясь спрятать ее от нее. Она продолжала пристально смотреть ему в глаза, и на этот раз Кремер понял, что видит там что-то; что-то, приводящее в замешательство, похожее на жалость.

Девушка внезапно развернулась и пошла прочь, ее ботинки бесшумно ступали по деревянным половицам. Трое мужчин смотрели ей вслед. Только когда за ней закрылась дверь, Аллан повернулся и посмотрел на Кремера. ‘ Не знаю, как ты, Майк, но я бы дал ей шанс. Кремер не рассмеялся.

Поли Куинн расхаживал по своей камере, как зверь в клетке. Он не спал, отчасти из-за света, но также и потому, что кто-то продолжал барабанить в дверь его камеры с нерегулярными интервалами. Ему не давали ничего есть или пить, и у него сильно болела голова. Еще он был напуган, напуган больше, чем когда-либо в своей жизни. Он понял, что полиция ворвалась в дом не из-за старого револьвера. Они, должно быть, знали, что он причастен к гибели туристов. Ему грозило обвинение в убийстве. Пожизненное заключение. Он ходил все быстрее и быстрее. Жизнь за решеткой. Ему было всего восемнадцать лет. Означала ли жизнь жизнь? Они действительно будут держать его в тюрьме до самой смерти? Это было несправедливо. Все, что он сделал, это выкопал вещи и забрался в кузов грузовика.

Поли поинтересовался, были ли Линч и О'Риордан также арестованы. Он остановился, когда его поразила мысль, что один из них назвал его имя полиции. На глаза снова навернулись слезы. Он услышал шаги снаружи, затем звук отодвигаемых засовов. Дверь распахнулась. Двое мужчин в кожаных куртках-бомберах и джинсах целеустремленно вошли. ‘Мне нужен адвокат", - сказал Поли, но мужчины проигнорировали его. Они схватили его за руки и потащили к выходу. В коридоре ждал третий мужчина, постарше, с седеющими волосами и красноватыми щеками. В руках у него был черный капюшон, и он накинул его на голову Поли.

‘ Я хочу позвонить, ’ запротестовал Поли. Его потащили по коридору в комнату. Его отбросило назад, и он попытался удержать равновесие, но вместо того, чтобы упасть на пол, рухнул в кресло. Он услышал, как хлопнула дверца, а затем с его головы сорвали капюшон.

Мужчина в темно-коричневом костюме сидел за столом, перед ним лежал блокнот, а в руке он держал авторучку. На галстуке у него были маленькие уточки. Поли моргнул и покачал головой. Он почувствовал тошноту, его вырвало, и во рту появился привкус желчи. ‘ Кто был с тобой, Поли? ’ спросил мужчина. Ему было за тридцать, с темно-каштановыми волосами, которые постоянно падали на глаза, и вздернутым, почти женственным носом.

- Кто вы? - спросил Поли.

-Кто был с вами? - спросил я.

Поли понял, что спиной к двери стоит еще один мужчина, и оглянулся через его плечо. Он был немного старше человека с ручкой, одет в зеленый твидовый пиджак и черные брюки. В руке он держал капюшон.

- Мне нужен адвокат, - сказал Поли.

- Нет, не знаете, - сказал мужчина в дверях.

- Я хочу позвонить маме.

- Маменькин сынок, да? - спросил мужчина с ручкой.

Лицо Поли вспыхнуло. - Она будет беспокоиться обо мне.

- Она будет волноваться еще больше, когда узнает, что ты сделал.

‘ Я ничего не делал. Вы из полиции?

Человек с ручкой улыбнулся и что-то записал в блокноте. ‘ Мы знаем, что с вами был ваш брат. Кто еще?

- Я не понимаю, о чем ты говоришь.

‘ Грузовик. Оружие. Тяжелая штука, Поли. Очень тяжелая штука.

Поли сглотнул. Он все еще чувствовал вкус желчи и фыркнул, пытаясь прочистить горло. - Я ничего не знаю об отсутствии оружия.

‘ Ты знаешь, что умер ребенок, Поли? Поли пожал плечами. ‘ Мы знаем, что ты был всего лишь наемным работником, Поли. Нам нужен не ты. Это большие мальчики. Нам нужны их имена.

- Ты же знаешь, что они делают с зазывалами.

Человек с ручкой слабо улыбнулся. ‘ Они все равно сделают это с тобой, Поли. Если ты не поможешь, ты все равно что покойник.

У Поли отвисла челюсть. - Вы не можете держать меня здесь, - сказал он.

‘ О, конечно, можем, ’ сказал мужчина у двери. - Кроме того, вы здесь для вашей же безопасности.

- О чем, черт возьми, ты говоришь?

‘ Они знают, что ты у нас в руках, Поли, ’ сказал человек с ручкой. ‘ И они знают, что ты заговоришь. Думаешь, они доверяют твоему молчанию? Такой парень’ как ты? Он покачал головой. ‘ Нет, Поли. Они думают, что ты сейчас изливаешь душу. И чем дольше мы тебя продержим, тем больше они будут убеждены, что ты болтаешь.

‘ Вы не из полиции? Поли знал, что они не из RUC, потому что RUC доставляла арестованных добровольцев ИРА в свой центр допросов в Каслри. И где бы его ни держали, это был не Каслри. Там не было камер, записывающих интервью, и Поли сказали, что полиция должна записывать все свои вопросы.

‘ Нет, это не так. Но у нас есть право проверить вас перед допросом в КРУ. Ты поймешь, когда это произойдет, Поли, потому что тебя арестуют, и они набросятся на тебя, как на сыпи. Тебе лучше поговорить с нами, поверь мне. Но если вы действительно хотите, чтобы мы передали вас Королевскому королевству, мы передадим.

Поли недоверчиво нахмурился. - Ты сделаешь это?

Мужчина откинулся на спинку стула и постучал ручкой по блокноту. ‘ Конечно. Мы могли бы устроить это прямо сейчас.

Поли встал. ‘ Хорошо. Это то, чего я хочу. Комбинезон хлопал у него по ногам, а рукава свисали на руки.

- Я могу заверить вас, что в течение двенадцати часов после того, как вас доставят в полицию, вы будете мертвы.

-Мертв?

‘ ИРА не рискнет оставить тебя в живых, Поли. Я могу это гарантировать. Они защитят больших парней.

- Чушь собачья. Ты не понимаешь, о чем говоришь, - сказал Поли, повысив голос. - А ты вообще кто такой?

Человек с ручкой улыбнулся. ‘ Пять, ’ тихо сказал он. - МИ-5.

Поли почувствовал слабость в ногах. Он сел и провел руками по сальным немытым волосам.

- Как это? - крикнул Кремер, держась за ручку дверцы сверкающего серого Mercedes 560 SEL.

‘Слишком позировала", - ответил фотограф из окна второго этажа. ‘Посмотрите направо, затем медленно отведите голову назад’. Кремер сделал, как ему сказали, под серию щелчков и жужжания двигателя камеры. ‘Лучше", - крикнул фотограф. ‘ Ладно, Су Мин, теперь ты можешь выходить из машины. ’ Су мин открыла дверцу машины и вылезла со скучающим выражением лица. Камера щелкнула снова.

Полковник стоял у входа в здание, опираясь на трость, и наблюдал. Аллан встал перед Кремером, словно прикрывая его. Камера щелкнула снова, словно автоматическое оружие быстро выстрелило. Полковник ступил на посыпанную гравием подъездную дорожку и посмотрел на фотографа. ‘ Позовите также водителя, ладно? ’ крикнул он. - И убедись, что Су Мин есть на всех снимках.

- Да, босс, - ответил фотограф.

Мартин сидел на водительском сиденье, положив руки на руль. Он вылез из "Мерседеса" и подошел к Кремеру и Аллану. Су-Мин показал задний кадр. Камера над головой полковника продолжала щелкать. Было жизненно важно, чтобы фотографии выглядели так, как будто они были сделаны с большого расстояния и без ведома испытуемых.

На двух телохранителях под рубашками были надеты легкие пуленепробиваемые жилеты. Жилеты были едва заметны, но полковник знал, что убийца был профессионалом. Он поймет, что на них бронежилеты, и выстрелит соответственно. Полковник не упомянул об этом факте Аллану и Мартину, но они тоже были профессионалами и прекрасно понимали, какому риску подвергаются. Сшитые на заказ костюмы хорошо смотрелись на Кремере, как будто его место было в зале заседаний, а не на больничной койке. На Кремере не было пуленепробиваемого жилета. В этом не было смысла. Первый выстрел убийцы в намеченную цель всегда был нанесен в лицо.

Это была квартира с двумя спальнями на втором этаже многоквартирного дома в Мейда-Вейл. Квартира была длинной и узкой, и Дермотту Линчу пришлось пройти через кухню, чтобы попасть в свою спальню. Комната была размером с тюремную камеру, три на два шага, с деревянной кроватью, встроенным шкафом и единственным стулом.

- Это не "Савой", - сказал человек, который показывал Линчу окрестности. Он был строительным подрядчиком, родом из Каслбара в графстве Мэйо, приземистый мужчина с широкими плечами, легкой улыбкой и склонностью отпускать скверные шутки. Его звали Имон Фоули, и десять лет назад он жил в Белфасте и был активным членом ИРА, в основном занимаясь сбором средств и помогая отмывать незаконные доходы организации. Он продолжал оказывать любую поддержку, какую только мог, и после того, как переехал в Лондон.

- Все в порядке, - сказал Линч, бросая чемодан на кровать.

‘ Есть какие-нибудь предположения, как долго вы пробудете здесь? - Спросил Фоули.

‘ Я перееду примерно через неделю. Это проблема?

‘ Оставайся столько, сколько захочешь, Дермотт. Mi casa es tu casa.’

Линч выглянул в окно на раскинувшийся внизу сад. Маленький мальчик играл на качелях, болтая ногами в воздухе и раскачиваясь взад-вперед. Ему стало интересно, сколько лет мальчику. Вероятно, того же возраста, что и малыш Рид.

- Чаю? - спросил Фоули у него за спиной.

‘ Звучит заманчиво. Почему бы мне не приготовить это? Линчу уже доводилось пить чай Фоули, и ему не хотелось повторять этот опыт.

Пони продолжал отклоняться вправо, и маленькой девочке потребовались все силы, чтобы направить его прямо к забору. Она сильно ударила его пятками по бокам, и пони фыркнул и подпрыгнул, преодолев полосатую полосу в красно-белую полоску с запасом в несколько дюймов. Девушка остановила пони, ее лицо раскраснелось от волнения. Зрители разразились аплодисментами, услышав объявление о том, что первый за день раунд прошел чисто.

"Она прирожденная, это верно", - сказал Томас Маккормак, одобрительно кивая.

‘ Естественно, задница моя, ’ сказал Джозеф Коннолли. - Ее тренировали лучшие. Моя дочь считает, что к шестнадцати годам юная Теодора станет олимпийским чемпионом. Говорю тебе, Томас, это стоит целое состояние.

- Хотя оно того стоило.

‘ А? Что ты сказал?

- Я сказал, что, возможно, оно того стоит.

Коннолли постучал пальцем по слуховому аппарату за правым ухом. ‘Эта чертова штука барахлит всю неделю", - пожаловался он. - Скажи что-нибудь еще.

- Что ты хочешь, чтобы я сказал?

-Все,чтоугодно.

Маккормак посмотрел поверх очков в роговой оправе. ‘ Проверка, проверка, проверка. Раз, два, три.

‘ Ха-ха-ха, черт возьми, - нахмурился Коннолли. - Пойдем, прогуляемся.

Когда они уходили с открытой арены, к ним подбежала маленькая девочка. "Дедушка, дедушка, ты меня видел?"

‘ Действительно, ’ сказал Коннолли, наклоняясь и лучезарно улыбаясь ей. - Чистый раунд.

‘ Единственный чистый раунд, ’ гордо сказала она. - Ты видел, как я чуть не пробила третий барьер?

-Нет, ты все сделал правильно.

Теодора сморщила нос. - Уверена, в следующем раунде я выступлю лучше.

- Держу пари, что так и будет.

- Скоро мне понадобится пони побольше.

‘ Да, твоя мама говорила мне. Посмотрим, что мы сможем сделать, когда наступит Рождество.

‘ Ты серьезно, дедушка? ’ спросила она, подпрыгивая на месте. - Ты действительно серьезно?

‘ Посмотрим, Теодора. А теперь иди и найди свою мамочку.

Девочка убежала, а Коннолли печально улыбнулся Маккормаку. ‘Это никогда не прекращается, не так ли? Вы просто заканчиваете платить за своих детей, и тогда появляется целое новое поколение ’. Позади них раздался звонок, когда другой гонщик начал объезжать трассу. Коннолли снова постучал по своему слуховому аппарату. ‘ Это дело с Кроссмагленом. Это чертов кошмар.

‘ Да, достаточно того, что был убит турист, но убить человека, связанного с американским политиком-тяжеловесом. Иисус, Мария и Иосиф, удача не может быть хуже этого.

‘ И ребенок. Не забудь о ребенке.

‘ Да, Джо. Я не забыл о парне.

‘ Нам придется что-то предпринять, - сказал Коннолли. - Что-нибудь решительное.

Маккормак кивнул, достал из кармана свою оловянную фляжку и протянул ее Коннолли. Старик покачал головой. - Не сейчас, спасибо, - сказал он.

Военный совет жаждет крови, и у Шинн Фейн тоже разбит нос. Они хотят знать, что они делали с оружием в грузовике. Ты ведь понимаешь, к чему они клонят, не так ли?

Маккормак кивнул. Он убрал фляжку, так и не откупорив.

‘ Я ведь ясно дал понять, не так ли? Я же говорил вам, что тайник с оружием должен быть передан в целости и сохранности, не так ли?

- Ты это сделал.

Коннолли прищурился. - Ты уверен в этом, Томас?

Маккормак твердо выдержал его взгляд. - Абсолютно уверен, Джо.

Коннолли удовлетворенно кивнул. - Значит, все, что нам нужно сделать, - это свести концы с концами.

‘ Что ты имеешь в виду? Коннолли не ответил, и Маккормак задумался, расслышал ли он вопрос. Двое мужчин прошли вдоль ряда пустых прилавков. Девушка-подросток выплеснула ведро воды в дальний прилавок и начала скрести пол жесткой щеткой. Мужчины обходили ее стороной, чтобы их не забрызгало.

‘ Этот парень, Куинн, собирается заговорить, ’ сказал Коннолли. - Он разрыдается, как младенец, еще до того, как с ним закончат Пятеро. Он откажется от Пэт и Дермотта. Он откажется от собственной матери.

У Маккормака похолодело в животе. Он прекрасно представлял, что последует дальше. - Мы знаем, где его держат?

‘ Да. Но мы не можем добраться до него. Об этом не может быть и речи. Где они?

Маккормак снял очки в роговой оправе и протер их красным носовым платком. ‘ Пэт гостит у двоюродного брата на Юге. Дермотт в Великобритании.

- Это только вопрос времени, когда они будут привлечены.

-Или убрали.

Коннолли покачал головой. ‘ Нет, SAS не убьет их, я уверен в этом. Британцы захотят судебного разбирательства, они захотят показать янки, что они держат ситуацию под контролем".

‘ В конце концов, мы доберемся до парня Куинна. Если будет суд, ему понадобится адвокат. Таким образом мы доберемся до него. Его адвокат объяснит ему, что будет с его семьей, если он даст показания.

‘ К тому времени будет слишком поздно. Ущерб будет нанесен. Позади них раздались одобрительные возгласы, и они услышали, как диктор сказал, что еще один гонщик проехал круг без каких-либо ошибок. - Теодоре это не понравится, - пробормотал Коннолли почти про себя.

‘Наихудший из возможных сценариев - это то, что Пэт и Дермотт предстанут перед судом", - сказал Маккормак. ‘Но они не будут говорить. Я гарантирую это.

‘ Я знаю, ’ сказал Коннолли. - Я знаю, что они не будут разговаривать.

Маккормак закончил протирать очки и снова надел их. ‘ Они хорошие люди, Джо. Они отдали свои жизни Правому Делу. Коннолли повернул голову, чтобы посмотреть на Маккормака, и Маккормак точно знал, что происходит у него в голове. - О Господи, Джо. Нет. Должен быть другой способ, - сказал он.

‘ Мы не можем допустить, чтобы они предстали перед судом, ’ тихо сказал Коннолли. - Это нас уничтожит.

- Значит, мы помогаем им исчезнуть.

‘ Куда? Куда они могут пойти, где их никогда не найдут? Мир стал меньше, чем раньше, Томас. Спрятаться больше негде. Не для террористов".

Некоторое время двое мужчин шли молча. Маккормак поглубже засунул руки в карманы пальто. Он вздрогнул. - Я позабочусь об этом, - сказал он.

‘ Хороший человек. Я знал, что ты согласишься. Ты все еще работаешь в субботу?

‘Абсолютно", - ответил Маккормак. Он нерешительно улыбнулся. "У меня есть новая муха, которую я умираю от желания попробовать. Я использовала часть павлиньего пера, глянцевое голубовато-зеленое. Я уверена, оно будет выигрышным.

Роб Тейлор барабанил пальцами по рулю, наблюдая, как садится солнце, окрашивая небо в малиново-красный цвет. Обычно для него не было ничего лучше, чем любоваться африканским закатом, но мужчина, сидевший позади него, становился все более нетерпеливым, и даже готовый запас ледяного джина с тоником из холодильника не успокоил его. Тейлор должен был убить кого-нибудь до конца ночи, иначе у него были бы большие неприятности.

Тейлор написал десятки писем с заявлениями и звонил бесчисленное количество раз, прежде чем в конце концов получил работу рейнджера в заповеднике Маламала, и когда он впервые надел форму цвета хаки, он никогда не был так счастлив. Однако именно тогда он отдал бы все, чтобы вернуться на плантацию сахарного тростника своего отца.

В "Лендровере" было всего двое гостей: огромный мужчина-бык, министр правительства Зимбабве, который занял сиденье, обычно достаточно большое для троих, и его любовница-француженка, поразительно красивая брюнетка, которая сидела на пассажирском сиденье рядом с Тейлором и чья гладкая, как шелк, правая рука касалась его руки слишком часто, чтобы быть случайной. Прямо в задней части машины, на сиденье, установленном выше остальных, сидел Джон, зулусский следопыт, который, прищурившись, осматривал местность. Он так же, как и Тейлор, стремился найти добычу.

Министр прилетел в заповедник тем утром по пути на встречу в Преторию и настоял на том, чтобы ему показали "большую пятерку" — слона, носорога, льва, леопарда и буйвола. И он также настоял на том, чтобы понаблюдать за одним из хищников, пожирающих свою добычу. Тейлор вытянул короткую соломинку и провел большую часть дня, бегая взад и вперед по заповеднику в поисках животных. Это было хорошее время для посещения парка, река почти пересыхала, поэтому дичь держалась поближе к источникам водоснабжения, и в течение нескольких часов он показал министру огромного слона с бивнями длиной более семи футов, стадо водяных буйволов, которое медленно двигалось на запад из соседнего национального парка Крюгера, двух носорогов и леопарда, которые терпеливо охраняли нору бородавочника. В какой-то момент Тейлор думал, что все уладит до наступления сумерек, но, как он ни старался, ему не удалось найти льва, не говоря уже о том, чтобы убить его.

Он предложил им полюбоваться закатом, немного выпив, но, похоже, чем больше министр пил, тем более неприятным он становился, предупредив Тейлора, что у него есть друзья в высших кругах и что если лев не появится, то работа Тейлора окажется под угрозой. Тейлор сомневался, что его уволят только потому, что львов было мало, но большая часть работы рейнджера связана с общественностью, и он не хотел, чтобы босс подумал, что он не справляется с этим. В наушниках он слышал, как другой рейнджер рассказывал о большом самце королевского гепарда, который подходил к марсианскому водопою, но его брюхо было раздуто, и он явно не будет охотиться в ближайшие пару дней. Королевский гепард был необычным зрелищем, но Тейлор знал, что министр не удовлетворился бы чем-то меньшим, чем лев.

Тейлор отстегнул микрофон от приборной панели и прижал его к губам. - Роб, есть какие-нибудь признаки присутствия льва?

‘Отрицательно", - ответил голос. Это был Карл, недавно нанятый рейнджер, который вез группу японских туристов посмотреть на леопарда.

‘Здесь ничего нет", - сказал Расси, бывший водитель бронетранспортера, который явно получал удовольствие от дискомфорта Тейлора. Тейлор мог бы сказать, что Расси хотел бы сказать больше, но в лагере это был открытый канал, за которым следили, а валять дурака на работе босс не терпел.

‘ Ну? ’ прогремел священник, наклоняясь вперед, чтобы помассировать шею своей любовницы. В этом жесте было что-то хищное, и Тейлор представила, как мужчина одним нажатием ломает ее хорошенькую шейку, а затем питается ее мягкими частями тела. Он невольно вздрогнул.

- Они нашли следы, ’ солгал он, зная, что министр не смог бы услышать то, что прозвучало в наушниках. - Должно быть, осталось недолго.

‘ Хорошо, ’ сказал министр, кивая, как слон, готовящийся к атаке. - Как раз вовремя.

Он откинулся на спинку сиденья, и подвеска "Лендровера" заскрипела, словно от боли.

‘ Видишь что-нибудь, Джон? Тейлор спросил своего следопыта по-зулусски. Он тщательно проверил, понимает ли министр по-зулусски, но ничего не понял, поэтому продолжал говорить с ним на родном языке следопыта, на случай, если будут плохие новости.

‘ Ничего, ’ ответил Джон. Он пожал плечами, показывая, что сочувствует рейнджеру. - Может, попробуем Мамба Уотерхолл?

‘ Да, мы попробуем. ’ Тейлор потер подбородок и шмыгнул носом. У него было такое чувство, как будто он простудился. Это было все, что ему было нужно. Министр рассказывал своей любовнице о том, как Маргарет Тэтчер посетила МалаМалу вместе с Ф. В. де Клерком, когда он был президентом Южной Африки. Президент ЮАР не видел "Большую пятерку", но Тэтчер утверждала, что мельком видела леопарда и поэтому сумела подловить его на себе. Министру это показалось забавным, и он, запрокинув голову, рассмеялся, его золотой передний зуб сверкнул в заходящем свете солнца. Девушка улыбнулась Тейлору, словно прося у него сочувствия.

‘ Значит, я тоже собираюсь победить де Клерка, ’ прогремел министр. ‘ Разве не так? Сегодня вечером мы увидим льва и добычу, да?

‘ Да, сэр, ’ сказал Тейлор. Он снова посмотрел на Джона. ‘ Включи прожектор, ’ сказал он следопыту. ‘ Давай объедем вокруг и посмотрим, не повезет ли нам. Он забрал пустой стакан священника, убрал его в холодильник в задней части "Лендровера" и снова сел за руль. Солнце опустилось за горизонт, и над головой замерцали звезды. В наушниках Тейлор услышал, как Расси созывает стадо импал. Олени в это время года были таким же обычным явлением, как и кролики, и Тейлор знал, что Расси делает это только для того, чтобы позлить его.

Министр нетерпеливо постучал по спинке сиденья Тейлора. Тейлор потянулся к ключу зажигания, но прежде чем он успел завести двигатель, он услышал рев приближающегося "Лендровера". Тейлор нахмурился. Расси сообщил, что находится более чем в двадцати километрах от плотины в Буффало-Буш, а Карл все еще сидел рядом с леопардом. Насколько он знал, снаружи был только один рейнджер, и он был припаркован рядом с мартинским водопоем.

Слева от Тейлора из подлеска с грохотом вырулил "Лендровер". Его галогенный прожектор прорезал ночь, ослепив Тейлора так, что ему пришлось прикрыть глаза одной рукой. Другой он взял микрофон и нажал кнопку передачи. - Эй, поосторожнее со светом, - сказал он.

В его наушниках воцарилась тишина, когда приближающийся "Лендровер" взревел двигателем и въехал в заросли слоновой травы.

- С кем ты разговариваешь, Роб? - раздался голос Расси.

"Лендровер" остановился менее чем в пятидесяти футах от машины Тейлора, но прожектор все еще ослеплял его, так что он не мог видеть водителя. ‘ Джон, ты видишь, кто это? - Спросил Тейлор по-зулусски.

- Нет, но это один из наших внедорожников, - сказал следопыт.

‘ Что, черт возьми, происходит? ’ спросил священник. - Попросите его выключить свет.

Тейлор почувствовал, как мягкая рука погладила его колено, и его нога непроизвольно дернулась. Девушка была настойчива и медленно провела пальцами вверх по его бедру. Тейлор был слишком занят, сосредоточившись на "Лендровере", чтобы даже думать о том, что делает девушка. Он услышал глухой стук, когда водитель спрыгнул на песок. У Тейлора появилось плохое предчувствие по поводу сложившейся ситуации. Он положил правую руку на винтовку Сако "Магнум" 375-го калибра, висевшую на ремне поперек капота. Она была уже заряжена.

- Что случилось? - спросил министр, хлопнув по спинке сиденья Тейлора.

Тейлор прищурился от яркого белого света. Внезапно в луче появился черный силуэт и медленно направился к "Лендроверу" Тейлора. ‘ Кто это? ’ окликнул Тейлор. Когда фигура не ответила, рейнджер выдернул винтовку из крепления. Прежде чем он успел взвалить оружие на плечо, он почувствовал внезапный удар в грудь. Он посмотрел вниз и был удивлен, увидев красное пятно, расползающееся по материалу цвета хаки. Он слышал, как кровь стучит у него в ушах, когда он начал хватать ртом воздух, и винтовка выпала из его онемевших пальцев. Последнее, что он увидел, был черный силуэт, сделавший еще один шаг к "Лендроверу", затем Тейлор резко рухнул вперед, ударившись лбом о руль. Девушка начала истерически кричать, а священник выругался, пытаясь встать. Перед смертью Тейлор услышал еще два выстрела, но не видел, как две пули попали в священника: одна в голову, другая в сердце.

Дермотт Линч опустил в щель фунтовую монету и набрал номер Томаса Маккормака. Он не представился, когда Маккормак ответил, но Маккормак сразу узнал его голос. ‘ Где вы? - Спросил Маккормак.

- Лондон, - ответил Линч.

‘ Где именно? Мне нужен адрес.

-Эта линия безопасна?

‘ Ради бога, Дермотт, мои телефоны проверяют каждый день. Вам понадобятся наличные, и я должен знать, куда их отправить.

- Я остановлюсь у Имона Фоули.

- В Мейда-Вейл?

‘ Да. Что там происходит? Парень Куиннов еще не объявился?

‘ Никаких новостей. Но, похоже, они тебя не ищут. Никто не был в вашем доме, и О'Риордан, похоже, тоже вне подозрений.

-Возможно, Куинн круче, чем мы думали.

‘ Да, может быть, но тебе лучше не вмешиваться, Дермотт. Оставайся на месте и не высовывайся. Мы с этим разберемся.

Пэт О'Риордан загнал трактор в сарай и заглушил двигатель. Он продолжал работать еще несколько секунд, и он сделал мысленную пометку проверить время, когда у него будет такая возможность. Он слез вниз и выгнул спину. Он просидел за тренажером почти четыре часа и очень страдал. Ферма была немного больше, чем его собственные владения в Баллимене, но владелец, Шеймус Тирни, отдал два своих поля под передвижные дома и фургоны - товарную культуру, приносившую летом несколько тысяч фунтов стерлингов в месяц. Тирни ремонтировал несколько передвижных домов, и поэтому О'Риордан вызвался провести кое-какую работу по дому. Это было наименьшее, что он мог сделать, учитывая, что Тирни и его жена предоставили ему бесплатную комнату и питание.

Одна из многочисленных кошек фермы вошла в сарай на негнущихся ногах, навострив уши и подергивая хвостом взад-вперед, как метроном. О'Риордан наклонился, чтобы погладить его по голове, но он убежал. Когда О'Риордан выпрямился, он увидел двух мужчин, стоящих в дверях, крупных мужчин в зеленых куртках-анораках и черных лыжных масках. Один из мужчин держал обрез, направленный в грудь О'Риордана. Другой мужчина держал картонную коробку размером с телевизор. О'Риордан медленно поднял руки. Он услышал шум позади себя. Там был еще один человек с автоматом в руках. Должно быть, он прятался за сараем. Кошка терлась о ноги мужчины.

Еще один мужчина, на этот раз с куском веревки, вошел в сарай. Мужчина с дробовиком сделал жест оружием. - Не усложняй нам задачу, Пэт. - У него был белфастский акцент, резкий и гнусавый.

‘ Что происходит, ребята? ’ спросил О'Риордан. Человек с коробкой поставил ее на землю и открыл. Он достал большое белое одеяло. О'Риордан нахмурился. - Что за игра? - спросил я. О'Риордан сделал шаг назад, но дуло штурмовой винтовки остановило его.

У человека с дробовиком были светло-голубые глаза, и они смотрели на О'Риордана, не мигая. О'Риордан понял, что попал в беду. Серьезные неприятности. Человек с дробовиком снова махнул рукой. ‘ Теперь можешь опустить руки. И не затевай глупостей. О'Риордан сделал, как ему сказали. Мужчина с одеялом подошел к нему, держа его в руках.

‘ Что вам нужно? ’ спросил О'Риордан. Он был искренне сбит с толку. Если бы они были из SAS, они бы не пользовались дробовиком, если бы они были UFF, UDV или любым другим протестантским военизированным формированием, они бы просто застрелили его и оставили мертвым на земле. Одеяло и веревка просто не имели никакого смысла. Если только они не планировали его похитить. Возможно, в этом все и дело. Но зачем кому-то понадобилось его похищать? Он стоял совершенно неподвижно, пока они заворачивали его в одеяло, оставляя его голову ясной. Он ожидал, что они свяжут его веревкой, но, к его удивлению, двое мужчин схватили его, один за грудь, другой за ноги. Это было почти комично, и если бы не обрез и оружие, он бы подумал, что это какая-то первоапрельская шутка.

Человек с веревкой подбросил один конец в воздух, и он перекинулся через балку на крыше. Только тогда О'Риордан увидел петлю. Он начал вырываться, но петля была ловко накинута ему на голову и туго затянута, заглушив его крики. Человек, державший конец веревки, подпрыгнул в воздух и изо всех сил потянул за свой конец. О'Риордана сбили с ног, но двое мужчин, державших его, продолжали укутывать мягким одеялом, чтобы он не мог сопротивляться. Он умер, оставив на себе только одну отметину - ожог от веревки на шее.

Кремер прошел через столовую и толкнул двойные двери, ведущие на кухню, ожидая увидеть миссис Эллиот, суетящуюся у плиты. Он был удивлен, увидев Су мин, нарезающую овощи большим ножом. Она быстро и уверенно орудовала ножом, сталь сверкала всего в миллиметрах от ее пальцев, когда она нарезала зеленый перец, зеленый лук, грибы и другие овощи, которые Кремер не узнал. Она сняла куртку и повесила ее на спинку стула. В футболке и джинсах она выглядела лет на восемнадцать.

Она не подняла глаз, когда Кремер подошел к холодильнику и достал пакет молока. Кремер отпил из пакета и наблюдал, как она наливает немного масла в большой стальной вок.

- Миссис Эллиот приготовит для вас, если вы ее попросите, - сказал Кремер, вытирая рот рукавом.

‘ Я отослала ее. Я не хотела, чтобы она подходила к моей еде. Она поставила вок на плиту и включила газ. - Ты понимаешь, что она травит тебя всем этим животным жиром?

Кремер посмотрел на пакет с молоком и пожал плечами. Он перевел взгляд на овощи на деревянной разделочной доске. - Что это? - спросил он.

‘ Корень имбиря, побеги бамбука, водяные каштаны, ’ ответила она. Она бросила овощи в дымящееся масло и энергично перемешала деревянной лопаткой.

Над воком поднимался пар, и Кремер одобрительно фыркнул. - Вы готовите для своего босса?

‘ Я многое делаю для мистера Вандера Майера, ’ сказала она, бросая в смесь горсть зеленого горошка и ростков фасоли. - И да, я консультирую его по вопросам питания.

- И ты тоже читаешь людей для него?

Она посмотрела на него через плечо. ‘ Я даю ему советы по многим вопросам. Кремер снова отпил из коробки. - Ты ведь ничего не ешь, правда? - спросила она.

Кремер пожал плечами. - С молоком у меня все в порядке.

‘ Тебе нехорошо. Это было утверждение, а не вопрос.

- Ты прочитал это по моей ладони?

Су мин сняла вок с плиты и вылила смесь для жарки в миску. Она переложила лопаточкой вареный рис из кастрюли в другую миску и поставила их обе на кухонный стол. Несколько секунд она смотрела на Кремера, затем кивнула, как будто приняла решение. - На сушильной доске есть миска и палочки для еды, - сказала она и села.

Кремер присоединился к ней за столом, и она положила ему в тарелку рис и овощи. Ему было трудно пользоваться палочками для еды, и она улыбнулась его неуклюжим попыткам. - Ты предпочитаешь вилку? - спросила она.

Кремер покачал головой и продолжал настаивать. Су Мин аккуратными, экономными движениями подносила еду из миски ко рту.

‘ Вкусно, ’ сказал Кремер. Овощи были хрустящими и вкусными, и хотя у него по-прежнему не было аппетита, по крайней мере, ему не было трудно глотать пищу.

‘ Я знаю, ’ сказала она. - И для тебя это полезнее, чем животные жиры и крахмал, которыми тебя пичкает эта женщина.

Кремер поправил палочки для еды. Его пальцы казались большими и неуклюжими. - Как долго вы работаете у мистера Вандера Майера? - спросил он.

Палочки для еды Су мин застыли в воздухе над ее тарелкой. - Пятнадцать лет, - сказала она.

‘ Пятнадцать? ’ переспросил Кремер. Су Мин кивнул и продолжил есть. Кремер нахмурился. Он не мог поверить, что Су Мин было больше двадцати пяти, а это означало, что она присоединилась к торговцу оружием, когда ей было всего десять лет. ‘ Что случилось с твоими родителями? - спросил он.

Су мин положила палочки для еды на стол. Ее глаза были холодными, лицо бесстрастным. ‘Я здесь, потому что мистер Вандер Майер сказал, что я должна сотрудничать с вашим полковником", - сказала она размеренным тоном, как будто была родителем, разговаривающим с несговорчивым ребенком. ‘ Это единственная причина. Я уже ясно высказал свои чувства по этому поводу, но мистер Вандер Майер настаивает. Я здесь не для того, чтобы вести с вами светскую беседу. Я не желаю становиться вашим другом или чтобы вы стали моим. Я, конечно, не желаю разглашать вам личные данные. Я ясно выражаюсь?"

Кремер сидел ошеломленный. Она не повысила голос и не выказала никаких признаков эмоций, но ее слова пронзили его насквозь. ‘ Эй, мне жаль, ’ сказал он. - Я просто...

-... поддерживаю светскую беседу, - закончила она его предложение.

‘ Совершенно верно. Светская беседа.

Су мин снова взяла палочки для еды. - Жизнь слишком коротка для светской беседы, - сказала она и отправила в рот снежную горошину.

Полковник налил себе большую порцию виски и показал бутылку Аллану. - Вы уверены, что не хотите выпить? - спросил он.

- Нет, спасибо, босс, - ответил Аллан.

Полковник поставил полупустую бутылку обратно на приставной столик и подошел к своему столу. - Как пьет Кремер?

‘ Все под контролем. Ты был прав, как только мы начали тренироваться, он сократил количество.

Полковник отхлебнул виски. ‘ Ему нужна цель, Майку Кремеру. Ему нужно к чему-то стремиться, на чем можно сосредоточиться. Без этого он, как правило, разваливается на части. Не стоит недооценивать его, Аллан.

- Не буду, босс.

-А как у него дела в остальном?

‘Его меткость становится лучше. Завтра я начну с ним работу на съемочной площадке, посмотрим, как он справится под давлением".

- Как ты думаешь, он будет готов вовремя?

-Я не знаю. Он не в форме, выглядит так, будто несколько месяцев жил в тяжелых условиях, но он - все, что у нас есть, верно?"

‘ Совершенно верно. Полковник поднял бокал в тосте. - И если кто-то и может превратить свиное ухо в шелковый кошелек, так это ты. Он снова выпил, и Аллан усмехнулся.

На подоконнике затрещал сотовый телефон. ‘ Увидимся завтра, ’ сказал полковник. Он подождал, пока Аллан уйдет, прежде чем ответить на звонок. Это был последний человек, которого он ожидал услышать: Эндрю Вандер Майер.

- Полковник, мне нужна ваша услуга, - сказал Вандер Майер.

- Где вы находитесь, мистер Вандер Майер? - спросил полковник.

"Все в порядке, я на яхте", - сказал Вандер Майер.

‘ Я не думаю, что это хорошая идея - звонить, - сказал полковник. - Мне казалось, я ясно дал понять, что никаких контактов не будет, пока этот вопрос не будет решен.

- Это важно.

-А контракт на твою жизнь - нет?

Вандер Майер проигнорировал риторический вопрос. - Вы будете в Лондоне через два дня, я прав?

‘ Совершенно верно. На сорок восемь часов. Потом мы переезжаем в Нью-Йорк.

- У меня деловое соглашение, которое требует моего присутствия в Лондоне.

Полковник наклонился вперед, его тело напряглось. ‘ Об этом не может быть и речи, ’ сказал он. - Абсолютно, тотально, на сто процентов исключено.

‘ Полковник, я согласился сотрудничать с вами при условии, что это не повлияет на мой бизнес. Эта встреча жизненно важна. Человек, который хочет меня видеть, делает это с большим личным риском для себя, и если я не встречусь с ним в Лондоне, у меня больше не будет такого шанса. И есть много других покупателей на то, что он хочет продать.

Полковник нахмурился. - Этот человек, вы встречались с ним раньше?

‘ Нет. Но я знаю о нем.

‘ Вы понимаете, что это мог быть убийца? Ответа от Вандера Майера не последовало. - Возможно, это и есть тот самый удар, - предположил полковник.

- Понятно, - сказал Вандер Майер.

- Значит, ты понимаешь, почему тебе нельзя приезжать в Лондон?

Последовало еще одно долгое молчание. ‘ Очень хорошо. Но я хочу, чтобы Су Мин встретился с ним. наедине.

‘ Этого я бы тоже не рекомендовал, ’ сказал полковник. ‘ Это было бы признаком того, что вы были недоступны, и если этот человек - наш убийца, это дало бы ему понять, что что-то не так. Вы не можете отложить встречу?

- Я уже говорил тебе, что это невозможно.

- Что такого важного есть у этого человека? - спросил полковник.

‘ Кое-что, что я пытался раздобыть в течение долгого времени, - сказал Вандер Майер. ‘ Ладно, вашему человеку придется с ним встретиться. Другого выхода нет. Как его зовут?"

‘ Кремер. Майк Кремер. В чем смысл встречи, мистер Вандер Майер?

- Мне нужно передать образец и кое-какие документы.

- Значит, Кремеру нет необходимости досконально разбираться в вашем бизнесе?

‘ Не совсем. В любом случае, он русский и почти не говорит по-английски, так что Су мингу придется все переводить.

Полковник обдумал предложение Вандера Майера. Если это был наемный убийца, делающий свой ход, худшее, что мог сделать полковник, - это увести Кремера с линии огня. ‘ Очень хорошо, ’ сказал полковник. - Когда и где?

‘ Это должно быть в моем кабинете в Кенсингтоне. Согласно маршруту, который вы мне дали, ваш человек Кремер будет там во второй половине дня в четверг, так что я организую встречу на половину пятого. Сначала мне нужно ввести его в курс дела.

‘ Вам придется сделать это до нашего отъезда в Лондон, ’ сказал полковник. ‘ Ни при каких обстоятельствах не связывайтесь ни со мной, ни с ним, когда операция начнется. Мы понятия не имеем, какие у него сканеры или подслушивающее оборудование.

‘ Нет проблем. Я просто посижу на палубе и позагораю.

‘ Один вопрос, мистер Вандер Майер. Что это за образец?

‘ Это промышленное предприятие. Ничего опасного. Но ценное.

Дермотт Линч вышел из паба "Уорик Касл" в Маленькой Венеции и пешком вернулся в квартиру на Бломфилд-роуд. Слева от него, по другую сторону ряда выкрашенных в черный цвет ограждений, был канал, по берегам которого стояли довольно узкие лодки, многие из них были украшены цветами, скорее жилыми домами, чем рабочими судами. Когда Линч шел по тротуару, ржавый синий фургон Ford Transit поравнялся с ним и замедлил ход, чтобы соответствовать его темпу. Стекло со стороны пассажира опустилось. Линч оглянулся на автомобиль. Пассажиру на переднем сиденье было чуть за двадцать, у него было длинное худое лицо и неопрятные сальные волосы. ‘ Это правильная дорога на Элджин-авеню? ’ спросил мужчина. Линч узнал акцент. Западный Белфаст. Мужчина, вероятно, родился в миле от собственного дома Линча. Слишком много совпадений.

Линч продолжал идти. ‘ Прямо, потом второй поворот направо. Вы его найдете.

Пассажир кивнул. - Вы Дермотт?

Линч покачал головой. ‘ Только не я, приятель, - сказал он. Он ускорил шаг. С выбритой бородой, коротко подстриженными волосами и очками в металлической оправе, которые он носил, его никак нельзя было узнать. Если только они специально не искали его.

-Дермотт Линч, - представился мужчина.

‘ Я его не знаю, ’ сказал Линч. Единственный способ узнать, что это тот человек, которого они искали, - установить наблюдение за квартирой. Но был только один человек, который знал, где он, и это был Томас Маккормак. Итак, если их послал Томас, почему они просто не постучали в дверь? Не было необходимости в ночных свиданиях на пустынной улице. Линч знал, что у него неприятности. В боковой части Вагона не было окон, так что у него не было возможности узнать, сколько человек находилось сзади.

‘ Ты уверен? У нас для тебя кое-что есть. От Маккормака. Линч остановился. Транзит тоже.

Линч стоял, освободив руки и расставив ноги. У него не было оружия, даже ножа. ‘ Да? И что бы это могло быть?

‘ Это. В открытом окне появилась рука мужчины с конвертом.

Линч улыбнулся. Это выглядело как конверт, набитый наличными, но он без тени сомнения знал, что его подставили. Деньги с таким же успехом могли быть переданы ему в пабе или на квартире, или мужчина мог позвонить и договориться о передаче. Не было причин делать это открыто. Линч направился к фургону с протянутой рукой и легкой улыбкой на лице. - Почему ты сразу этого не сказал? - спросил он.

Пассажир ухмыльнулся. Он держал конверт в левой руке, правую прятал. Подойдя ближе, Линч увидел, что челюсть мужчины была плотно сжата, что было верным признаком напряжения, а взгляд застыл. Он решил, что они не планировали убивать его здесь и сейчас. У них были на него другие планы.

‘ Как тебя зовут, сынок? ’ спросил Линч. Вопрос застал мужчину врасплох. Линч увидел, как он нахмурился, но прежде чем он успел ответить, Линч протянул руку, схватил мужчину за волосы и ударил его лицом об оконную раму. Хрящ носа мужчины треснул с приятным хрустящим звуком. Линч ударил мужчину по голове во второй раз, и на этот раз его лицо издало больше похожий на мягкий хруст звук. Повсюду была кровь. Водитель начал кричать, и Линч услышал топот ног в задней части фургона.

Линч схватил пассажира за волосы обеими руками и втащил его в окно. Он отчаянно сопротивлялся, поэтому Линч сильно пнул его по ребрам. Мужчина все еще держал конверт, а в другой руке у него был пистолет. Линч схватился за оружие и вырвал его из рук мужчины. Он приставил его к затылку мужчины и выстрелил. Взрыв эхом отразился от ряда домов, окаймляющих дорогу. Линч знал, что полиция прибудет через несколько минут, а может, и раньше.

Линч развернулся лицом к фургону. В руках у водителя был пистолет, и он нажал на спусковой крючок, стиснув зубы при выстреле. К изумлению Линча, ничего не произошло. ‘ Черт! ’ заорал водитель, и Линч с чувством удовлетворения понял, что мужчина оставил предохранитель включенным. Линч выстрелил из своего собственного оружия, и водитель откинулся назад, на месте его носа зияла красная дыра.

Задние двери фургона с грохотом распахнулись. Линч высунулся в окно со стороны пассажира. Силуэт одного из мужчин вырисовывался на фоне уличного фонаря, он собирался спрыгнуть вниз. Линч выстрелил ему в спину, затем бросился на землю и откатился в сторону, когда сбоку от фургона появился четвертый мужчина, согнувшийся пополам с автоматом Калашникова в руках. Автомат Калашникова взорвался, пули разлетелись по стенке фургона, пробивая металл, как будто это был картон. Прежде чем мужчина успел опустить прицел, Линч всадил пулю ему в горло. Мужчина резко обернулся и выронил штурмовую винтовку, схватившись руками за шею. Его рот открывался и закрывался, но он не произносил ни слова. Между зубами сочилась кровь. Линч поднялся на ноги. Глаза мужчины остекленели, и он упал на колени, булькая. Линч прошел мимо него и проверил заднюю часть фургона. Мужчина был мертв, он лежал лицом вниз на металлическом полу. Линч порылся в карманах и вытащил бумажник.

Вдалеке он услышал вой сирены. Он обежал фургон со стороны водителя. Водитель был весь в крови, на ветровом стекле виднелись следы мозгового вещества и осколков костей, а также сильный запах мочи. Линч вырвал пистолет из пальцев мертвеца и похлопал по его окровавленному пиджаку, пока не нашел во внутреннем кармане бумажник. Сирена становилась все громче, и Линч услышал крики из домов, выходящих окнами на дорогу. Он побежал по тротуару, перемахнул через ограду на тротуарную дорожку и скрылся в темноте.

Грудь Кремера вздымалась, и его вырвало, желтая рвота расплескалась по деревянному сиденью унитаза и стекала в унитаз. Он застонал. В голове пульсировало, желудок словно горел огнем. Он помассировал виски и сплюнул, пытаясь избавиться от горького привкуса во рту. Когда волны тошноты утихли, он с трудом поднялся на ноги и напился из-под холодного крана, прополоскав рот водой, а затем выплюнув ее.

Раздался робкий стук в дверь спальни. ‘ Да, подожди минутку, ’ позвал он. Он почистил зубы, используя много зубной пасты, чтобы избавиться от горечи. Он плеснул холодной водой себе в лицо, а затем вытер сиденье унитаза кусочком ткани и спустил воду.

Когда он открыл дверь, там ждала Су Мин. - Что-то не так? - спросила она.

О да, подумал Кремер, здесь что-то очень не так. В моих кишках растет раковая опухоль, и где-то там бродит убийца с пулей с моим именем на ней, и если один из них не убьет меня в ближайшее время, я почувствую такую сильную боль, что сам засуну пистолет себе в рот и нажму на курок. - Я в порядке, - сказал он.

- С нами хочет поговорить мистер Вандер Майер, - сказала она.

- Так он здесь? - спросил я.

‘ Нет. Мы должны позвонить ему.

- Полковник знает об этом?

- Мистер Вандер Майер уже говорил с ним.

Кремер прислонился к дверному косяку. Он чувствовал слабость, но не хотел, чтобы Су Мин знала, насколько он болен. - Что происходит? - спросил он.

- Я думаю, мистер Вандер Майер хочет сказать вам сам, но речь идет о встрече, которую он хочет назначить вам послезавтра.

- В Лондоне?

Су Мин кивнула. - Ты уверена, что ничего не случилось?

Кремер выпрямился. - Какой телефон? - спросил он.

‘ Кабинет полковника. Она повернулась и пошла по коридору. Кремер стоял и смотрел ей вслед, затем последовал за ней вниз.

Единственным источником света в кабинете была настольная лампа с зеленым абажуром, которая освещала письменный стол и немногое другое. Полковник сидел за столом, перед ним лежал сотовый телефон.

"Я думал, он должен был не высовываться, пока все это не закончится", - сказал Кремер.

- Кое-что произошло.

- Что-то настолько важное, что он считает, что ради этого стоит рисковать жизнью?

Полковник согласно кивнул. ‘ Я сказал ему, но он настаивает. И нам действительно нужна его добрая воля, чтобы это сработало.

‘ Его добрая воля? Подписан контракт на его жизнь.

‘ Он говорит, что если вы с Су-мином не встретитесь с этим человеком, он придет сам. И если он появится на сцене, все пойдет прахом.

Кремер сел в одно из кресел. - Этот человек, с которым я должен встретиться, кто он?

- Все, что сказал бы Вандер Майер, это то, что он русский, у которого есть что продать.

‘ И я должен вести переговоры с этим парнем? Но я ничего не знаю о бизнесе Вандера Майера.

‘ Именно поэтому он хочет сначала ввести вас в курс дела. Он передал телефон Су Мину.

Она набрала ряд цифр и поднесла телефон к уху. Вандер Майер ответил через несколько секунд. ‘ Это я, - сказала Су мин. Она внимательно слушала. ‘ Да, ’ сказала она, глядя на полковника. ‘ Да, ’ повторила она. Она опустила трубку. - Мистер Вандер Майер спрашивает, можем ли мы поговорить об этом наедине.

Полковник поднялся на ноги. Он взял свою трость и постучал ею по деревянному полу. Он выглядел так, словно собирался возразить, но чопорно направился к двери и вышел. ‘ Хорошо, ’ сказал Су мин в трубку. Она снова слушала, как ей показалось, несколько минут, кивая и прижимая трубку к уху. ‘ Хорошо, я соединю его, - сказала она в конце концов. Она подошла к Кремеру и отдала ему телефон.

- Да, - лаконично ответил Кремер.

‘ Майк? Ничего, если я буду называть тебя Майком?

‘ Конечно, ’ сказал Кремер. В передаче была явная задержка, и, когда он заговорил, он услышал слабое эхо собственного голоса. Это отвлекало, и он изо всех сил сосредоточился.

‘ Ладно, Майк, твой босс рассказал тебе, что происходит? Голос у него был чересчур дружелюбный, того рода жизнерадостное дружелюбие, которое используют продавцы стеклопакетов и телевизионные проповедники. Акцент был американским, из одного из южных штатов, решил Кремер. Гласные были длинными и растягивающимися, а в голосе чувствовалась какая-то лень, как будто говорить быстро стоило слишком больших усилий. Это был тот голос, от которого Кремер мог очень быстро устать, решил он.

- Ты хочешь познакомить меня с русским, вот и все, что я знаю.

‘ Ладно, отлично. Его зовут Тарланов. Он почти не говорит по-английски, но Су минг свободно говорит по-русски. Кремер удивленно поднял брови. Он ожидал, что она сможет говорить на восточных языках, но свободное владение русским оказалось неожиданным талантом. - У Тарланова кое-что найдется для вас, образец химического вещества, которое я хотел бы приобрести. Меньше килограмма весом, оно будет запечатано в металлическую флягу. Я хочу, чтобы ты присмотрел за ним, пока я не смогу добраться до Лондона.

- Что во фляжке? - спросил я.

Наступила пауза, и все, что Кремер мог слышать, - это серию щелчков и слабый свист. - Сколько тебе платят за эту работу, Майк? - спросил я. - В конце концов спросил Вандер Майер.

- Что? - спросил Кремер, застигнутый врасплох прямым вопросом.

- Тебе за это платят, верно?

Кремер осознал, что никогда не обсуждал деньги с полковником. Когда ему предложили работу, это было последнее, о чем он думал. Даже когда он служил в полку, его никогда не волновало, сколько ему платят, и в своих нынешних обстоятельствах он не придавал этому значения. "Я делаю это не ради денег", - сказал он.

- Ты делаешь это по доброте душевной, не так ли?

- Меня попросили помочь.

‘ Ты рискуешь своей жизнью, вот что ты делаешь. Кажется справедливым, что тебе за это хорошо платят.

- К чему вы клоните, мистер Вандер Майер?

‘ Эндрю. Зови меня Эндрю. Учитывая, что ты занимаешь мое место, будет справедливо, если мы будем называть тебя по имени.

- К чему ты клонишь, Эндрю?

‘ Дело в том, что я готов предложить вам солидный гонорар за вашу помощь. Скажем, четверть миллиона долларов?

У Кремера перехватило дыхание. - За что?

‘ Я хочу, чтобы ты работал на меня. Я хочу, чтобы ты встретился с этим человеком, Тарлановым, и принял то, что он тебе дает. Но мне также нужна ваша осмотрительность.

‘ Ты хочешь купить мое молчание, не так ли? Су мин посмотрела на него, озабоченно нахмурившись.

Вандер Майер тихо хихикнул. ‘ Ты не из тех, кто ходит вокруг да около, не так ли, Майк? Хорошо, да; я не хочу, чтобы ты кому-нибудь еще рассказывал о моем бизнесе. Вы находитесь в очень привилегированном положении, вы увидите и услышите вещи очень конфиденциального характера, вещи, которые очень хотели бы знать многие мои конкуренты".

‘Послушайте, мистер Вандер Майер, я здесь для того, чтобы сделать одну вещь, и только одну, а именно поймать в ловушку человека, которому заплатили за ваше убийство. Как только о нем позаботятся, все закончится. Выплата мне четверти миллиона долларов так или иначе не повлияет на то, как я выполняю свою работу. И мне нужно знать, что находится в этом контейнере, который вы хотите, чтобы я забрал у Тарланова.

‘ Я бы предпочел сохранить это в тайне, ’ сказал Вандер Майер. - И, пожалуйста, Майк, зови меня Эндрю.

- Не понимаю, как вы ожидаете, что я встречусь с этим человеком, если я не знаю, что именно я должна от него получить.

Разговор проведет Су Минг. Все, чего хочет Тарланов, - это лично встретиться с человеком по имени Вандер Майер. В этом бизнесе много мошенников, Майк, и он настаивает на личной встрече. Но на данном этапе ему нечего будет сказать, он просто дает мне образец для тестирования и кое-какую документацию, подтверждающую это. Если образец окажется таким, как он говорит, я прослежу за ним напрямую.

- Значит, ты ничего не хочешь, чтобы я у него спросила?

-Вопросы будет задавать Су Мин.

- Тебе это не покажется немного странным, как виляние хвостом собаке?

- Нет, если английский Тарланова так плох, как я думаю.

‘ А что, если это не так? Что, если он понимает больше, чем ты думаешь?

‘ Су минг справится с этим, Майк, не волнуйся. Просто играй свою роль. Будь вежлив, предложи ему выпить, пожми ему руку, а потом убери его к чертовой матери из моего кабинета.

- Это опасно? - спросил я.

- Что опасно? - спросил я.

‘ Материал, который он мне дает. Есть ли какие-то особые меры предосторожности, которые я должен принять?

Вандер Майер снова усмехнулся. ‘ Ты ловишь рыбу, Майк. Просто прими образец и отнеси его домой. В кабинете есть сейф, у Су Минга есть код доступа. Положите материалы в сейф вместе с любой документацией, которую он вам даст. Сделай это для меня, не задавай никаких вопросов, уважай мою частную жизнь, и ты получишь четверть миллиона долларов, когда все это закончится. А теперь, не могла бы ты снова включить Су Мин, пожалуйста?

Кремер отнял портативный телефон от уха и несколько секунд смотрел на него, изумленно качая головой, почти не в силах поверить, что человек, которого он никогда не видел, предлагает ему небольшое состояние без всякой видимой причины. Он мог только представить, насколько богат должен быть Вандер Майер, чтобы, не задумываясь, предложить такую сумму.

- Кремер? - позвала Су мин, протягивая руку к телефону.

Кремер потряс головой, чтобы прояснить ее. ‘ Что? О, да, он хочет с тобой поговорить.

Он отдал ей телефон. Она отошла в дальний конец кабинета, словно боялась, что он может подслушать. Она стояла у занавешенного окна и говорила, кивая в трубку. Кремер расслышал только последние слова, прежде чем она отключила связь. - Да, - сказала она почти шепотом, - я тоже тебя люблю.

Эта фраза засела в голове Кремера еще долго после того, как он вернулся в свою спальню. Она произнесла это без всякого чувства, ровно и лишено эмоций, как будто Вандер Майер заставлял ее произносить эти слова.

Поли Куинн сидел на своем матрасе спиной к стене, обхватив руками колени и прижав их к груди. Он молился, повторяя Молитву Господню снова и снова, но в словах не было утешения. Слезы текли по его лицу. Он знал, что никогда больше не увидит свою мать. Он никогда не покинет камеру. Он ничего им не сказал, но знал, что долго не сможет продержаться. Дело было не в том, что они были жестокими, они не били его и даже не угрожали причинить боль. Они просто продолжали повторять одни и те же вопросы снова и снова, возвращая его в камеру, когда хотели отдохнуть, но отказывая ему в убежище сна. Он знал, что они не отпустят его, пока он не расскажет им все. Он посмотрел на свет, затем на запертую дверь. Был только один способ сбежать. Один выход.

Он перекрестился, как делал всякий раз, входя в церковь, как делал на похоронах отца. ‘ Папа, ’ сказал он сквозь слезы. ‘ Прости. Мне очень жаль. Он сунул пальцы в рот и вытащил металлическую скрепку для бумаг, которую ему удалось прихватить в комнате для допросов. Она лежала на полу, и он притворился, что теряет сознание, и умудрился незаметно для людей из МИ-5 сунуть ее под язык. Он поправил обойму, затем вытер слезы рукавом комбинезона. Это был смертный грех, но он ничего другого не мог поделать. В конце концов, он все им расскажет, и тогда его жизнь все равно закончится. По крайней мере, так о его матери позаботятся, а его похоронят как героя. По крайней мере, его будут помнить с гордостью, а не заклеймят навеки как зазывалу. Он вытянул левое запястье и посмотрел на сине-зеленые вены под кожей. Он верил в Рай, и он верил в Ад. Поли всхлипнул. Даже после смерти он никогда не увидит своего отца или брата. Самоубийцы никогда не попадают на Небеса. ‘ Прости меня, папа, - пробормотал он сквозь рыдания, сдирая запястье концом металлического зажима. Первые несколько порезов были не более чем царапинами, но он закрыл глаза и глубоко вонзил металл в свою плоть, повторяя Молитву Господню, как мантру.

Кремер нашел полковника снаружи, стоящим перед клумбой, заросшей сорняками. ‘ Жаль, что некому присматривать за территорией, ’ сказал полковник. Голос у него был рассеянный, как будто его мысли витали за миллион миль от неубранной клумбы.

Слева от Кремера ухнула сова. Он вздрогнул. ‘Я не в восторге от встречи, устроенной Вандером Майером", - сказал он. Сова вылетела из дуба по другую сторону стены, окружавшей территорию школы.

- Почему бы и нет?

- Ты знаешь, что он хочет, чтобы я кое-что снял с этого русского парня?

‘ Образец, - сказал он. И документы.

- Да, но он не говорит мне, в чем дело.

- Разве это имеет значение?

‘ Полковник, он торговец оружием. Это может быть что угодно. Бактериологическая война, нервно-паралитический газ; черт возьми, это может быть бомба, насколько я знаю.

‘ Я думаю, это крайне маловероятно, ’ сказал полковник. Концом своей трости он поправил листву вокруг небольшого цветущего кустарника.

- Ты знаешь, что он предложил мне четверть миллиона долларов за работу на него?

‘ Неужели? ’ спросил полковник. - Зачем ему это делать?

- Чтобы я перестал задавать вопросы и был уверен, что никто больше не увидит, что мне дает русский.

Полковник пошел вдоль школы по посыпанной гравием дорожке, и Кремер последовал за ним. ‘Это могло быть подстроено, это мог быть убийца, делающий свой ход. Ты должен пройти через это".

‘ Я знаю. Но как насчет того, что мне дает русский?

‘ Я дал Вандеру Майеру обязательство, что мы не будем вмешиваться в его бизнес. У него есть аналогичное обязательство от американцев.

- Значит, даже если то, что он делает, незаконно, мы ничего не можем поделать?

Полковник кивнул. - Мы здесь не для того, чтобы расследовать его дело, мы здесь для того, чтобы поймать убийцу.

- Значит, я просто беру этот образец, что бы это ни было, и не задаю никаких вопросов?

- Что он хочет, чтобы ты с этим сделал?

- Он сказал положить это в сейф в его квартире.

- Так вот чем ты занимаешься.

Кремер глубоко вздохнул. Он видел, что не может сказать ничего такого, что могло бы переубедить полковника.

- И, конечно, вы получите деньги, - добавил полковник без тени иронии.

‘ Потрясающе, ’ сказал Кремер. Они вместе обошли школу с тыла. Двое мужчин в бомберах и выцветших синих джинсах патрулировали периметр. Один из них помахал полковнику, который поднял трость в знак приветствия. ‘ Американцы знают, что мы делаем, верно? - Спросил Кремер.

‘Совершенноверно. Я поддерживаю связь с ФБР в Вашингтоне, и они предоставят дополнительную рабочую силу, как только вы прибудете в Нью-Йорк, на тех же условиях, на каких SAS будет прикрывать вас в Лондоне.

‘ Так почему вы в этом замешаны? Почему это стало британской операцией?

‘ Потому что у нас есть опыт. Потому что премьер-министр проявил личную заинтересованность.

- Но цель - американец, а из файлов, которые я прочитал, я бы сказал, что есть большая вероятность, что убийца тоже янки.

- Возможно, ты прав.

‘ Так почему вы руководите операцией? У американцев есть "Дельта Форс" и всевозможные тайные агенты, зарытые в ЦРУ. Это была бы отличная возможность заработать несколько очков Брауни от премьер-министра".

Полковник остановился. Он держал трость так, словно это было ружье, и целился вдоль нее. ‘Есть соображения безопасности, в которые я бы предпочел не вдаваться", - сказал он. Он изобразил, как нажимает на курок. "Но было сочтено, что было бы более уместно провести операцию отсюда".

На Кремера внезапно снизошло вдохновение. ‘ Они использовали его, не так ли? Янки чертовски удачно использовали его.

‘ Доказательств этому нет, ’ сказал полковник, снова поднимаясь на ноги. ‘ Но мы не можем этого исключать. Как вы сказали, в ЦРУ есть много темных уголков, которые долгое время не видели света. Есть люди со скрытыми бюджетами, ни перед кем не отчитывающиеся, которые были бы не прочь заплатить фрилансеру за ведение небольшого бизнеса. И по крайней мере двух жертв правительство США точно не хватится, если вы понимаете, к чему я клоню.

- Значит, ФБР не доверяет даже своим собственным людям?

‘ Нет, Бюро в безопасности, по крайней мере, люди, с которыми я имею дело. Но чем меньше американцев вовлечено, тем лучше.

Кремер кивнул. - Понятно.

- С вами все в порядке? - спросил полковник.

Кремер осознал, что держится за живот. - Да, - сказал он.

‘ Вы уверены? Беспокойство полковника было искренним.

‘ Это не просто несварение желудка, полковник. Эта боль не пройдет.

‘ Я мог бы попросить у врача обезболивающее. Что-нибудь сильное.

‘ Пока нет, ’ настаивал Кремер. "Я хочу взяться за это с ясной головой, я не хочу ничего, что замедлит меня".

- Решать вам, - сказал полковник.

‘ Я знаю. ’ Кремер вытер лицо руками. Он вспотел, несмотря на холодный ночной воздух. Ему отчаянно хотелось сменить тему; не потребовалось бы много времени, чтобы беспокойство полковника сменилось жалостью. Он снова зашагал, и полковник последовал за ним. ‘ Этот банкир, парень, который заключает контракты для наемного убийцы. Откуда его клиенты знают, как с ним связаться?

Полковник нахмурился. - Что вы имеете в виду?

‘ Ну, он же не может рекламироваться, не так ли? Так как же он налаживает бизнес?

Полковник скривился. ‘Слухи распространяются", - сказал он. "Люди и организации того сорта, которые могут позволить себе его гонорар, разговаривают друг с другом. Обмениваются телефонными номерами. Он нейтрален, не принимает ничью сторону, он инструмент, который может использовать любой, у кого достаточно денег. Полковник прищурился. ‘ Давай посмотрим правде в глаза, Джокер, если ты хочешь, чтобы кого-то убили, ты знаешь людей, которые сделают это за пару тысяч фунтов. Может, и меньше. Черт возьми, ты, наверное, знаешь людей, которые сделали бы это для тебя в качестве одолжения, верно?

- Верно, - согласился Кремер.

‘ Этот парень такой же, просто оперирует гораздо большими суммами. Люди, которым он нужен, знают, как с ним связаться. Слухи разносятся повсюду.

‘ Хорошо, но если вы и янки знаете, кто этот банкир, почему вы не можете просто привлечь его к ответственности и надавить на него? Кремер улыбнулся без особой теплоты. "Мы оба знаем людей, которые были бы рады возможности показать и рассказать".

‘ Это ни к чему хорошему не привело бы, ’ терпеливо сказал полковник. ‘ Они никогда не встречаются, сомневаюсь, что они вообще разговаривают друг с другом. Банкир подобен автоматическому выключателю — если мы приведем его в действие, убийца поймет, что мы вышли на него. Он просто исчезнет, а затем появится снова где-нибудь в другом месте. Это совершенная система".

‘ А что с деньгами? Их нельзя отследить?

Полковник покачал головой. ‘ Не стоит даже пытаться, - сказал он. ‘ Все, что ему нужно сделать, это нажать несколько кнопок, и его можно направить через Каймановы острова, Парагвай, куда угодно. Забудь об этом, Джокер. Это единственный способ поймать его.

Кремер потер тыльную сторону шеи. Там кожа тоже была влажной. ‘ То, как он это делает. То, как он стреляет им в лицо, потом в сердце.

- А что насчет этого? - спросил я

‘ Мне кажется, что это неправильно. Я уверен, что у парня есть причина поступать именно так.

- Можете спросить у психолога, когда он приедет.

- В его отчете об этом ничего нет.

Полковник постукивал тростью по гравию дорожки. - К чему вы клоните?

‘ Ты стреляешь парню в голову, если он связан. Если он не может сопротивляться. Так поступают в ИРА. Они связывают парня и стреляют ему в голову. Бах! Мафия тоже так делает, если может. Свяжите парня и убейте его. Может быть, этот парень привык действовать именно так, и выстрел в голову вошел у него в привычку.

- Возможно, - сказал полковник.

Или, может быть, в первый раз он сделал это случайно. Может быть, он убил парня до того, как стал профессионалом. Возможно, он ввязался в драку и выстрелил в парня, попав ему в голову с первого выстрела. Это сработало, и он решил, что именно так будет поступать в будущем. Это могло бы быть так же просто.

- Вы просто строите догадки, - сказал полковник.

‘ Возможно. Но проверяло ли ФБР, были ли совершены какие-либо другие убийства с использованием того же метода, убийства, которые не были громкими заказами? Убийства, которые могли произойти, пока наш парень осваивал свое ремесло?

Полковник задумчиво кивнул. ‘ Хорошо. Я выясню. И не беспокойся о грузе Вандера Майера. Это его дело, не наше. Ты просто сосредоточься на том, что тебе нужно сделать.

Кремер ухмыльнулся. ‘ Ты имеешь в виду, сконцентрироваться на роли приманки? Конечно, я могу это сделать.

Полковник улыбнулся в ответ. - Да, я знал, что вы подходите для этой работы.

Дермотт Линч опустил монетку в щель и набрал номер Имона Фоули. Два пистолета были засунуты сзади в брюки, скрытые курткой. Они впились ему в поясницу, когда он прислонился к телефонной будке и ждал, когда Фоули ответит на звонок. Все зависело от того, как он отреагирует на звук голоса Линча. Если бы он был замешан в этом, Фоули был бы удивлен, и Линч сомневался, что он достаточно хороший актер, чтобы скрыть это.

Фоули поднял трубку. - Да?

‘Эмон. Это Дермотт.

‘ Привет, Дермотт. Ты решил поссать?

‘ Да. Я выпил несколько пинт пива "Уорик".

- Не чувствуешь боли?

‘ Да, можно и так сказать. ’ Линч не почувствовал никакого напряжения в голосе Фоули. - Кто-нибудь спрашивал обо мне?

‘ Нет, приятель. Ты кого-то ждешь?

- Никаких телефонных звонков?

‘ Что случилось? Голос Фоули внезапно стал серьезным. Линч решил, что может доверять этому человеку. Кроме того, у него не было другого выбора.

‘ Я по уши в дерьме, Эмон. Ты можешь забрать мои вещи и привезти их мне?

-Прямосейчас?

"Сейчас".

- Что случилось? - спросил я.

‘ У меня нет времени объяснять. Просто сложи все в чемодан и отнеси его на станцию метро "Эджвер-роуд".

- Метро в это время ночи не работает.

‘ Знаю, знаю. Я буду ждать снаружи. Имон, убедись, что за тобой никто не следит.

‘ Господи, Дермотт. Кто мог меня преследовать?

‘ Просто будь осторожен. Десять минут, ладно?

-Пятнадцать.

- В десять, Эмон. Ты успеешь, если выедешь прямо сейчас. Какая у тебя машина?

"Форд Сиерра". Синий.

‘ Выезжайте немедленно, хорошо? Линч повесил трубку. Он подождал ровно минуту, а затем снова набрал номер Фоули. Раздался звонок, и Линч немедленно отключил связь. Фоули никому не звонил. По крайней мере, это был хороший знак.

Линч подпрыгнул, когда взвыла сирена и телефонная будка осветилась мигающим синим светом. Инстинктивно он потянулся за одним из пистолетов, но затем улыбнулся, увидев промчавшуюся мимо машину скорой помощи. ‘Полегче, парень", - прошептал он себе под нос. Он прижимал телефон к уху, ожидая Фоули. Со своего наблюдательного пункта он мог видеть фасад станции метро, входы в которую теперь были закрыты металлическими воротами, и в телефонной будке он был в большей безопасности, чем на открытом месте.

Фоули приехал ровно через восемь минут после телефонного звонка Линча, что Линч воспринял как еще один хороший знак. Он скользнул на пассажирское сиденье и велел Фоули вести машину. - Куда едем? - спросил Фоули.

‘ Просто веди машину. Линч развернулся и быстро проверил содержимое чемодана на заднем сиденье. Его паспорт был засунут в боковой карман вместе с конвертом с пятью сотнями фунтов. Он достал зеленый пуловер и закрыл футляр.

‘ Сразу после вашего звонка произошло нечто странное, - сказал Фоули, выезжая на Эджвер-роуд. - Телефон зазвонил, потом отключился.

‘ Не беспокойся об этом, ’ сказал Линч. Он наклонил голову, чтобы посмотреть в боковое зеркало.

‘ За нами никто не следит, ’ сказал Фоули. - Ты собираешься рассказать мне, что произошло? Мейда Вейл кишела полицейскими.

"На меня напали четверо парней в "Транзите". Линч вытащил бумажник, который забрал у водителя. Внутри были водительские права и карта Barclaycard. - Они были из Белфаста.

"УФФФФ?"

‘ Водитель был с Фоллс-роуд. Его звали Шон О'Райан. Тебе это не кажется подталкиванием, Эмон?

Фоули покачал головой. - В этом нет смысла, не так ли?

Линч указал на парковку. - Заезжай туда и выпусти меня, - сказал он.

‘ Не валяй дурака. В моей квартире ты в безопасности.

‘ Я так не думаю. Мне придется залечь на дно.

‘ Ладно, тебе виднее. Фоули въехал на парковку и повернулся лицом к Линчу.

- Я сожалею об этом, Эмон.

‘ Эй, не беспокойся о... . Его лицо вытянулось, когда он увидел пистолет, направленный ему в грудь. ‘ Не надо, ’ сказал Фоули. Линч быстро обернул пуловер вокруг пистолета, чтобы приглушить звук. ‘ Дермотт, пожалуйста. Ты не можешь.

‘ Я не хочу, Эмон, но у меня нет выбора. Приглушенный хлопок прозвучал бы громко в салоне машины, но Линч сомневался, что звук разнесется слишком далеко.

‘ Давай поговорим об этом, Дермотт. Ты не можешь просто пристрелить меня.

Линч был недоволен тем, что ему пришлось убить Фоули, но Маккормак не оставил ему выбора. ИРА вынесла ему смертный приговор, и Линч сделает все возможное, чтобы выжить. ‘Я только что убил четверых парней", - сказал Линч. ‘Я не знаю, что, черт возьми, происходит, но я человек с пометкой. И они используют тебя, чтобы добраться до меня".

‘ Черт, я не знаю, куда ты собрался, Дермотт. Просто беги. Я ничего не скажу. Клянусь жизнью моей матери. Голос Фоули дрожал, в широко раскрытых глазах застыл страх. - Пожалуйста.

Линч посмотрел на Фоули. Он прикусил нижнюю губу. Фоули был прав. Он ничего не знал. Если бы он был замешан в этом, они, вероятно, ждали бы Линча в квартире Фоули.

‘ Бери машину, Дермотт. Возьми мой бумажник. Возьми все. Только не убивай меня.

Палец Линча напрягся на спусковом крючке, но что-то удержало его. Единственная информация, которой располагал Фоули, заключалась в том, что Линч подстригся и сбрил бороду, но Маккормак не был глуп, он бы все равно рассмотрел такую возможность. Его новое появление не обмануло группу захвата, и оно не обманет никого другого, кого они послали за ним.

‘ Пожалуйста, - взмолился Фоули, словно почувствовав перемену в настроении Линча. ‘ Ты можешь оставить машину. Я даже не стану заявлять о его краже.

Линч облизнул губы. Он уже собирался согласиться, когда Фоули метнулся в сторону, хватаясь за пистолет. Линч инстинктивно выстрелил. Пуля попала Фоули в горло, разорвав мягкую плоть и хрящи, и застряла в нижней челюсти. Фоули попытался заговорить, но его голосовые связки были раздроблены, и все, что у него получилось, - это хрюканье. Из раны хлынула кровь, грудь его вздымалась, затем глаза остекленели, и он рухнул вперед. Линч схватил его за шиворот и оттащил от руля, держа подальше от клаксона.

‘ Ты тупой ублюдок, ’ печально сказал Линч. ‘ Ты тупой, очень тупой ублюдок. Он вылез из машины и, убедившись, что на парковке никого нет, вытащил тело Фоули с водительского сиденья и перетащил его в багажник. Накрыв труп клетчатым одеялом, он запер багажник и тряпкой вытер кровь Фоули с переднего сиденья.

Линч сел за руль, обдумывая варианты. О возвращении в Ирландию не могло быть и речи, он не продержался бы и десяти минут на территории ИРА. Он хотел встретиться с Маккормаком лицом к лицу, но это тоже было бы смертным приговором. У него не было выбора, кроме как спрятаться, но Линчу не нравилась идея залечь на землю, как загнанная лиса. Он улыбнулся, когда в голову пришла еще одна возможность.

Он вышел со стоянки и нашел телефонную будку. Он опустил в щель фунтовую монету и набрал номер в Дублине. Люк Макдоно ответил после третьего гудка. - Как у вас дела? - спросил Линч.

‘Ничего страшного", - ответил Макдоно. ‘Большую часть пути они поддерживали связь с УВД Суонси. С тех пор как тот "Чинук" упал на Мулл-оф-Кинтайр и убил всех этих начальников разведки и службы безопасности, пилоты вертолетов Министерства обороны чаще всего играют по правилам. Проблема в том, что они приземлились не на аэродроме, гражданском или военном. Они пролетели недалеко от воздушного пространства Суонси, но приземлились где-то к северу. Все, что у меня есть, - это привязка к карте.

‘ Все в порядке, Люк. Просто дай мне ручку. Линч достал черную шариковую ручку из внутреннего кармана пиджака. Бумаги у него не было, но на стене телефонной будки было приклеено несколько открыток с рекламой массажных услуг. Он снял одну и перевернул ее. ‘Черт возьми", - сказал он Макдоно. Макдоно зачитал цифры, и Линч записал их, а затем повторил, чтобы убедиться, что он все понял правильно. Ошибка всего в одной цифре - и он может оказаться за пределами страны на сотни миль. ‘ Спасибо, Люк, ’ сказал Линч. Линия оборвалась.

Линч уставился на телефон, его мысли витали где-то далеко. На задворках его сознания начал наполовину формироваться план. Теперь все ставки были сняты, ему больше не нужно было подчиняться инструкциям Маккормака. Линч мог выследить Нахала и отомстить, но для этого ему нужны были деньги. В бумажнике у него были кредитные карты, но его банковский счет находился в Белфасте, и он был ограничен в том, какую сумму сможет снять в Лондоне. Кроме того, если бы он использовал свои кредитные карты, он оставил бы электронный след, который организация без проблем отследила бы. Линчу нужны были наличные, много наличных.

Оператор сказал ему, что в Лондоне было несколько объявлений о М. Хеннесси, но только один проживал на Ноттинг-Хилл-Гейт.

Джим Смолев направился к своему "Доджу", который он припарковал за двухэтажным зданием, в котором размещалось местное отделение ФБР в Майами. За плечами Смолева было пятнадцать лет работы в Бюро, но в офисе в Майами он проработал всего три месяца. До этого он жил в Нью-Йорке, где впервые столкнулся с убийцей. Ему просто повезло, что он участвовал в расследовании дела Фрэнка Дисценцы и осознал важность телефонного звонка адвоката в Цюрих.

Смолев сел в машину, бросил конверт на пассажирское сиденье и проехал несколько кварталов до межштатной автомагистрали 95. В конверте были фотографии, только что прибывшие из Великобритании, фотографии человека, который займет место Эндрю Вандера Майера. Ведя машину, Смолев гадал, как британцам удалось убедить этого человека занять место Вандера Майера. Наемный убийца был ответственен по меньшей мере за шесть убийств в Штатах, и, насколько знал Смолев, он ни разу не потерпел неудачу. Контракт, заключенный с убийцей, был равнозначен приговору к смертной казни.

Смолев провел языком по одному из задних зубов. Это беспокоило его уже несколько дней, но у него не было времени сходить к стоматологу. Фрэнк Дисценза отнимал все его время и будет отнимать в обозримом будущем. Пока убийца не будет задержан. Или убит.

Смолеву потребовалось полчаса, чтобы доехать до отеля, где проходила Дискенза. В рамках сделки, заключенной с Бюро и Налоговой службой, юриста поселили в роскошном отеле с круглосуточной охраной. Бюро было вполне удовлетворено таким соглашением, несмотря на огромные затраты, потому что это означало, что они могли контролировать ситуацию. Дискенца ни с кем не разговаривал, и никто не мог с ним связаться.

Два агента стояли на страже у номера Дисченцы и кивнули, когда Смолев вошел. Дискенца растянулся на диване, заткнув салфетку за воротник рубашки, и разделывал вареного омара. - Привет, Джимми, хочешь? - спросил он, макая кусочек белой мякоти в тарелку с маслом.

Смолев покачал головой. ‘ Фотографии прибыли, - сказал он. - Пора связаться с Цюрихом.

‘ Господи, дай мне сначала поужинать, ладно? Кроме того, в Швейцарии уже за полночь.

Смолев провел ногтем большого пальца по краю конверта с мягкой подкладкой. - Нам также нужно организовать перевод денег.

‘ Я работаю над этим, ’ сказал Дисченца. Он вытер рот тыльной стороной ладони, а затем сделал глоток "Будвайзера". ‘ Хочешь Бад? Смолев покачал головой. ‘ Я верну эти деньги, верно? - спросил Дисченца. ‘ Мы так и договорились. Полмиллиона долларов - это большие деньги, ты знаешь?

‘ Да, Фрэнк, я знаю. Это примерно три процента от того, что ты должен правительству, верно? Смолев пощупал языком ноющий зуб. Боль становилась все сильнее.

Улыбка Дисченцы стала шире. ‘ Да, я никогда не думал об этом с такой точки зрения. Америка, это великая страна, не так ли? Он оторвал клешню от лобстера и помахал ею в воздухе. ‘ Где же еще в мире, а? Смолев посмотрел на мужчину, с трудом скрывая презрение. Он ненавидел заключать сделки с такими людьми, как Дискенца, но был достаточно реалистом, чтобы понимать, что другого способа поймать убийцу не было. ‘ И Эндрю не знает, что происходит, верно? Я имею в виду, он же не знает, что это я планировал убийство, верно?"

Смолев улыбнулся. ‘ Нет, Фрэнк. Он не знает. Внезапная мысль поразила Смолева, и это заставило его улыбнуться еще шире. Эндрю Вандер Майер не знал, что Дисченца планировал его убийство, но когда все это закончится, когда убийца будет схвачен, тогда, возможно, торговец оружием получит анонимную наводку. Неподписанное письмо. Или ночной телефонный звонок. Смолеву, конечно, придется быть осторожным. В наши дни никогда не знаешь, кто нас подслушивает.

Майк Кремер сидел на своей кровати и читал досье, предоставленное американским профайлером. В первом разделе перечислены убийства в порядке их совершения, начиная с покушения в Майами и заканчивая убийством свидетеля судебного процесса в больнице Балтимора двумя неделями ранее. Во втором разделе подробно описывались общие черты убийств, при этом составитель профиля сосредотачивался на внешности убийцы. Составитель профиля сосредоточился на описаниях, предоставленных свидетелями, от которых можно было ожидать надежности, такими как сотрудники правоохранительных органов и телохранители, — именно так поступил сам Кремер, когда читал отчеты по отдельным случаям.

Было несколько фактов, которые оставались неизменными. Убийца был белым мужчиной, крепкого телосложения, у него не было видимых шрамов, и он был правшой. Были и другие факторы, которые были переменными, но укладывались в определенные параметры: его рост составлял от пяти футов семи до шести футов двух дюймов, его вес был где-то между ста семьюдесятью и двумястами десятью фунтами, а оценки размера его грудной клетки варьировались от сорока дюймов до сорока шести. Менее полезными были характеристики, которые убийца менял регулярно — длина волос, цвет волос, цвет глаз, растительность на лице. Кремер просмотрел списки. Не было ничего, чего бы он сам не прочитал в отдельных отчетах об убийствах.

Джекман составил свои собственные отчеты по каждому из убийств. К каждому из них прилагался заголовок с надписью VICAP Crime Analysis Report и логотипом, на котором было написано, что означает VICAP: Программа по задержанию насильственных преступников. Внизу листа были зачеркнуты адрес и номер телефона Академии ФБР в Куантико, штат Вирджиния. Каждое дело имело свой собственный номер VICAP, а также номер дела ФБР, и в дальнейшем классифицировались преступление, жертва, мотив преступления, причина смерти и любые судебные улики. Как и в Информационных бюллетенях ФБР по идентификации лиц, ответы на большинство вопросов были даны путем проставления соответствующих галочек, что привело к научному анализу фактов, а не к субъективным комментариям. В отчетах VICAP подчеркивалось сходство между реальными убийствами, но они также указывали на различия в жертвах и описаниях, предоставленных свидетелями.

Следующий раздел был более интересным: профиль убийцы, составленный Джекманом. Эксперт сказал, что убийца имел военное прошлое, возможно, в Спецназе, и, вероятно, дослужился до звания унтер-офицера. Вероятно, он ушел со службы, возможно, по состоянию здоровья, и впоследствии ему было трудно поддерживать постоянную работу. Он был общительным и любил толпы, но имел склонность затевать драки. У него был бы интеллект выше среднего, с чувством превосходства над большинством людей, с которыми он контактировал. Возможно, он был разведен или имел череду сексуальных контактов и, вероятно, был хорош собой. Он, безусловно, был привлекателен для женщин. Он мог совершить ряд автомобильных правонарушений, и, возможно, его права были приостановлены.

Убийца, вероятно, происходил из семьи, где эмоциональное насилие было нормой, но дом был стабильным, по крайней мере, в период его раннего детства. Возможно, он был хулиганом в школе и, несмотря на свой интеллект, вероятно, не поступил в университет.

Там было много подробностей, хотя отчет был пересыпан "вероятно" и "возможно", как будто Джекман боялся, что его неправота будет доказана, и поэтому постоянно подстраховывал свои ставки. Объяснения различным выводам было мало, хотя Кремер предположил, что знакомство убийцы с различными видами оружия наводит на мысль о его военном прошлом. Он понятия не имел, почему Джекман решил, что у убийцы могли отобрать водительские права.

Большинство наблюдений Джекмана касались психологического склада убийцы и его детства, и хотя они были увлекательным чтением, Кремер знал, что от них не будет никакой пользы. Тот факт, что у убийцы не было университетского образования, не выделял его из толпы. Кремеру нужно было описание, физические характеристики, на которые он мог бы обратить внимание. Кремер спустил ноги с кровати. Он прошлепал босиком в ванную и напился из-под крана. Ему захотелось в туалет, но он поборол это желание. В прошлый раз он увидел кровь в чаше, и это напугало его.

Дермотт Линч припарковал "Сьерру" на Кенсингтон-Парк-роуд и направился пешком к Лэдброк-Гарденс. Квартира Мэри Хеннесси располагалась на террасе выкрашенных в белый цвет оштукатуренных домов, когда-то принадлежавших богатым, но теперь разделенных на квартиры для почти богатых. Ее имени не было на входном звонке, но она сказала ему, что находится в квартире С, и когда он нажал на кнопку, она сразу же ответила, как будто ждала его. "Я на третьем этаже, поднимайтесь, я вас впущу", - сказала она, ее голос потрескивал в динамике.

Замок зажужжал, и Линч толкнул дверь. Он почувствовал, как чешский 9-миллиметровый пистолет упирается ему в поясницу. В пистолете был магазин на пятнадцать патронов, и в нем еще оставалось десять патронов. Пистолет, который он забрал у водителя, был немного меньше "Токарева" российского производства с восемью патронами в магазине. Он оставил его в багажнике вместе с телом Имона Фоули. В коридоре было темно, но когда он вошел внутрь, зажегся свет. Ковер на лестнице был темно-синим и плюшевым, а на стенах висели акварели в рамках. Лестница спиралью поднималась вверх, и двери из красного дерева вели в квартиры, по две на каждом этаже. Дверь в квартиру Мари была уже открыта, когда он поднялся на третий этаж, хотя она не сняла цепочку. Она подождала, пока он подойдет поближе, прежде чем снять цепочку и широко открыть дверь. "Я бы не узнала тебя, если бы ты не сказал мне, что придешь", - сказала она.

‘ Я сбрил бороду, ’ сказал Линч, входя внутрь. Он сразу узнал ее. Каштановые волосы, слегка вздернутый нос, голубые глаза, которые были полны слез, когда они виделись в последний раз.

‘ И ты подстригся, ’ сказала Мэри, закрывая за ним дверь. ‘ И ты был без очков. Проходите насквозь.

‘ У тебя хорошая память, это верно, - сказал Линч, входя в гостиную. Она была дорого обставлена удобным антиквариатом, очень похоже на женскую комнату. На маленьком круглом столике стояла коллекция раскрашенных миниатюр, за которыми он увидел несколько фотографий в рамках. Линч узнал мать Мари, Мэри, и ее отца, Лиама. В последний раз Линч видел Мари на похоронах ее матери три года назад. Линч наклонился, чтобы посмотреть на фотографию Мэри и Лайама, она в свадебном платье, он во фраке, на заднем плане каменная церковь. Мэри тогда было чуть за двадцать, Лайаму, может быть, на десять лет больше. "Ты очень похожа на свою маму", - сказал Линч.

- Я знаю, - сказала Мэри, закрывая дверь гостиной.

Линч выпрямился. Над мраморным камином висело большое зеркало в позолоченной раме, и в нем он увидел Мари, изучающую его с выражением беспокойства на лице. - Ты одна? - спросил он ее отражение.

Она кивнула. - Почему ты спрашиваешь?

Линч повернулся к ней лицом, улыбаясь, чтобы она почувствовала себя непринужденно. - Потому что я не хотел бы, чтобы кто-нибудь нас подслушал, вот и все.

‘ Я одна, ’ сказала она. ‘ Здесь только одна спальня. Можешь проверить сам, если мне не веришь.

- Я тебе верю, - сказал он.

- Для меня большая честь.

Линч ухмыльнулся.

- Чему ты улыбаешься? - лукаво спросила она.

- Именно так сказала бы твоя мать.

Она прищурилась и посмотрела на него, словно решая, пытается он ей польстить или нет. Затем она улыбнулась, показав белые, ровные зубы, которые сделали бы честь рекламе зубной пасты. - Хочешь выпить?

‘ Кофе, пожалуйста. Черный. - Если он собирался продержаться следующие несколько часов, ему нужна была ясная голова.

Мэри пошла на кухню. Пока она готовила ему кофе, он еще раз изучил фотографии. Лиам Хеннесси, советник Шинн Фейн, убитый SAS. Мэри Хеннесси, застреленная полицейским снайпером в Балтиморе. Обе в буквальном смысле отдали свои жизни Делу. Линчу стало интересно, как их смерть повлияла на Мари и может ли он доверять ей.

На одной из фотографий были Мари и молодой человек. Линч узнал в этом мужчине ее брата Филипа, одного из несших покров на похоронах Мэри Хеннесси. Двадцатипятилетний Филип был на пару лет старше Мэри, и Линч, кажется, вспомнил, что сейчас он работает на Дальнем Востоке, что-то связанное с банковским делом или страхованием. Мари вернулась с его кофе. - Как Филип? - спросил он.

‘ Прекрасно, ’ сказала она. - Я его почти не видела с тех пор, как...

Она не закончила, и Линч понял, что она собиралась сказать ‘похороны’. Мари поставила поднос и две кофейные кружки на низкий столик, затем села в кресло эпохи королевы Анны и скрестила ноги. На ней были короткая черная юбка и просторный бежевый пуловер, который пытался, но не смог скрыть ее фигуру. У нее были красивые ноги, длинные и стройные, еще одна черта, которая роднила ее с покойной матерью. - Итак, что привело тебя в Лондон? - спросила она.

- Мне нужна ваша помощь.

Мари прищурилась. ‘ Ты? Или организация?

Насколько известно Линчу, Мэри никогда не была активным членом ИРА. Ее брат тоже. - Я, - сказал он.

Мэри медленно помешивала кофе. - Не уверена, что могу что-нибудь сделать для вас, мистер Линч.

‘ Дермотт, ’ представился Линч. - Мистер Линч - мой отец.

Мари слегка пожала плечами, как будто ей в любом случае было все равно, как его называть. - Чего ты хочешь?

Линч сел на жесткий, неудобный диван и наклонился вперед, сцепив руки. ‘Ты знаешь Майка Кремера. Сержант SAS , который...

Рука Мари замерла над кружкой с кофе, и она быстро заговорила, перебив его прежде, чем он успел закончить. ‘ Да. Я знаю, кто такой Кремер.

- Думаю, я смогу до него добраться.

‘ Где он? Ее голос был монотонным, почти механическим. Серебряная ложечка так и осталась висеть в ее руке.

‘ Лучше мне не рассказывать тебе слишком много. Он провел рукой по лицу. Борода исчезла, но она все еще чесалась. - Мне понадобятся деньги.

Мари нахмурилась. - Организация наверняка...

Линч покачал головой. ‘ Мне сказали не продолжать. Военный совет не хочет, чтобы лодку раскачивало. Они не хотят, чтобы что-то могло сорвать мирный процесс".

‘ Они что? Кремер - один из тех, кто убил моего отца. И он был непосредственно ответственен за смерть моей матери.

‘ Я знаю. Я знаю. Но они сказали, чтобы я не ходил за ним. Пусть спящие собаки лежат, сказали они.

-Кто сказал?

- Томас Маккормак. Но он говорил от имени Совета армии. Даже если я узнаю, где Кремер, они не позволят мне ничего предпринять.

Мари наклонилась вперед и поставила свой кофе обратно на поднос. - И вы готовы бросить вызов Совету армии?

Линч положил две полные ложки сахара в свой кофе. ‘Кремер также убил мою девушку. В конце восьмидесятых она работала в ASU в Лондоне.

-АГУ?

‘ Подразделение срочной службы. Кремер была в группе солдат SAS, штурмовавших квартиру, в которой она жила.

- И ты хочешь отомстить, не так ли?

Линч изучал ее, пытаясь прочесть, что происходит в ее мыслях. - А ты нет? - тихо спросил он.

Она выдержала его взгляд. ‘ Да, ’ наконец сказала она. - Да, хочу.

- Так ты поможешь?

‘ Есть предел тому, что я могу сделать. У меня есть работа. У меня есть жизнь, у меня есть...

‘ Все в порядке, Мари. Мне нужны деньги, вот и все.

Мари расслабилась. Она скрестила ноги, держа колени плотно прижатыми друг к другу, как будто боялась, что Линч может заглянуть ей под юбку. ‘ Это единственное, что я могу вам предоставить. Сколько вам понадобится?

‘ Столько, сколько ты сможешь мне дать. Должен сказать тебе, Мэри, это не будет взаймы. Я сомневаюсь, что смогу расплатиться с вами.

‘ Как я уже сказала, у меня есть работа. ’ Она встала и подошла к приставному столику в викторианском стиле. Линч любовался ее ногами, когда она наклонилась, чтобы выдвинуть ящик. При других обстоятельствах, возможно, он попытался бы заглянуть ей под юбку, но Мэри Хеннесси была дочерью Мэри Хеннесси и как таковая была неприкосновенна. Неприкосновенна. Она выпрямилась, держа в руках банковскую выписку. ‘ Я могу выдать вам две тысячи завтра утром, как только откроется банк. Этого будет достаточно?

Линч улыбнулся. - Это будет просто здорово.

‘ Тебе есть где остановиться? Линч покачал головой. ‘ Можешь воспользоваться моей комнатой, - сказала она. ‘ Ты слишком большой для дивана. Я буду спать здесь.

-Мари, я не знаю, как тебя отблагодарить.

‘ Тебе и не нужно. Просто позови этого ублюдка Кремера. И этого будет достаточно. Она мило улыбнулась, девичья улыбка никак не вязалась с непристойностью.

Майк Кремер чувствовал, как пот стекает у него по спине и впитывается в рубашку ручной работы. Ночь была не холодной, но на нем было кашемировое пальто поверх костюма. Приказ Аллана. Аллан стоял немного впереди Кремера и справа от него, Мартин - в двух шагах слева от Кремера. Оба телохранителя были одеты в темные костюмы, которые блестели в свете прожекторов. Они вместе шли через теннисные корты. Сетки были сняты, что дало им достаточно места для работы. Кремер уже собирался ложиться спать, когда Аллан постучал в его дверь и сказал, чтобы он вышел в своей одежде от Вандера Майера.

Одна из лампочек жужжала, как пойманное насекомое, но Кремер выбросил это из головы. В дальнем конце теннисного корта стояли трое мужчин и шептались. Мартин двинулся, чтобы прикрыть Кремера, встав между ним и тремя мужчинами. У Кремера пересохло в горле, и он устал как собака, но заставил себя сосредоточиться. Трое мужчин двинулись в его сторону, рассыпаясь веером. Кремер продолжал идти. Пальто на ощупь было похоже на смирительную рубашку, а туфли натирали пятки.

Голова Аллана поворачивалась влево и вправо, следя за тремя мужчинами. Мужчина в середине группы, коренастый и мускулистый, с залысинами, сунул руку под куртку. Кремер напрягся, но рука с бумажником появилась снова. Мужчина слева от группы наклонился, словно собираясь завязать шнурок на ботинке, но Кремер увидел, что под джинсами у него ковбойские сапоги. Мартин двинулся, чтобы заблокировать коленопреклоненного мужчину, но в этот момент третий ходок вытащил большой пистолет из-под своей бейсбольной куртки. Не сбавляя шага, он выстрелил в Мартина, один раз в грудь. Кремер остановился как вкопанный, его правая рука нащупала пистолет в кожаной кобуре подмышкой. Аллан начал кричать: "Лежать! Лежать! Лежать!’ - и потянулся за своим собственным пистолетом. Прежде чем он успел вытащить оружие, мужчина снова выстрелил с близкого расстояния, и Аллан рухнул на землю.

Кремер схватился за приклад своего Walther PPK. Мужчина отошел от Аллана, держа свой пистолет на расстоянии вытянутой руки. Он был самым высоким из троих, телосложения пловца, в бейсбольной кепке, низко надвинутой на глаза, словно для того, чтобы защитить их от яркого света прожекторов. Он стоял всего в шести футах от Кремера, его рот сжался в прямую линию, глаза сузились. Кремер выхватил PPK, размахивая им перед собой, пытаясь просунуть указательный палец в спусковую скобу, но было слишком поздно, пистолет был направлен ему в лицо. Взрыв отбросил его назад, и он вздрогнул, инстинктивно зажмурившись, так что даже не увидел второго выстрела.

-Черт! - заорал он.

Аллан перевернулся и посмотрел на Кремера. - Бах-бах, ты труп, - сказал он.

- Все из-за этого гребаного пальто, - сказал Кремер.

Мартин поднялся на ноги и отряхнул брюки, прежде чем подойти к Аллану. Он протянул руку и помог ему подняться.

- Тебе становится лучше, - сказал Аллан.

‘Я не нажал на спусковой крючок", - сказал Кремер. "Пистолет был у меня в руке, но я не мог нажать пальцем на спусковой крючок".

‘ Тебе просто нужна практика, ’ сказал Аллан. ‘ Ты не обучен быстрому розыгрышу. В Дом убийств ты входишь с оружием наперевес, а не в кобурах подмышками. Он хлопнул Кремера по спине. ‘ С тобой все будет в порядке, Майк. Поверь мне. Давайте, возвращайтесь на исходную позицию. Аллан, Мартин и Кремер вернулись на свой конец теннисного корта, пока трое других бойцов SAS перегруппировывались.

Кремер сунул свой PPK обратно в кобуру, затем попытался быстро вытащить его. Пистолет зацепился за карман его куртки, и он выругался. Попробовав еще раз, он увидел, как полковник открывает калитку в высоком заборе из проволочной сетки, окружавшем три теннисных корта.

Полковник прошел по игровому полю из красной глины. ‘ Как дела? - позвал он.

Кремер скривился. - Двадцать три пробега, и каждый раз я получал пулю.

- Тебе осталось недолго репетировать. Фотографии прибыли в Майами. Их отправят завтра с курьером. Деньги переводятся через банковскую систему".

- Я буду готов.

‘ Хорошо. Специалист по профилю будет здесь завтра. Потом ты уезжаешь в Лондон.

Кремер пожал плечами под пальто. ‘ Мне понадобится еще несколько репетиций. Мне нужно сократить время своей реакции".

Полковник кивнул и постучал клюшкой по игровой поверхности с такой силой, что на глине остались вмятины. ‘ Произошло еще одно убийство. В Южной Африке".

‘ Он ходит повсюду, не так ли? У него есть оружие, он путешествует.

‘ Теперь пути назад нет, Джокер. В его словах была категоричность, холодность, которой Кремер раньше не слышал, как будто он уже дистанцировался.

Мальчик услышал крики своей матери, когда открывал входную дверь. Он боролся с желанием захлопнуть дверь и убежать, стоя на пороге и слушая звериные крики боли. Он закрыл глаза и прислонился лбом к дверному косяку. Крики прекратились, и мальчик глубоко вздохнул. Он закрыл дверь так тихо, как только мог, но замок щелкнул, и мать позвала его по имени. Мальчик бросил свою набитую книгами сумку на пол и с тяжелым сердцем поднялся по лестнице.

Его мать свернулась калачиком на кровати, обхватив ноги руками, по ее щекам текли слезы. Мальчик стоял у двери спальни, наблюдая за ней. - Я больше не могу этого выносить, - сказала она.

- Тебе станет лучше, мам, - сказал он.

- Нет, не буду, - сказала она.

‘ Ты поймешь. Я знаю, что поймешь.

- Больно, - сказала она, сворачиваясь еще плотнее в клубок.

Она была такой худой, понял мальчик. Ее руки были похожи на палки, а кожа, казалось, туго натянулась на лице. Но она все еще была его мамой. ‘ Вызвать врача? - Спросил он дрожащим голосом.

‘ Доктор не может помочь, ’ сказала она. ‘ Он не может облегчить боль. Ее дыхание стало прерывистым, как будто у нее были проблемы с дыханием.

‘ Хочешь, я принесу тебе молока? Его мать покачала головой. - Как насчет чего-нибудь поесть?

- Ты должен помочь мне, - взмолилась она.

‘ Обязательно, ’ сказал он. ‘ Обязательно, мам. Я сделаю все, чтобы тебе стало лучше.

Она снова покачала головой. ‘ Ты не можешь сделать меня лучше, - сказала она. Она посмотрела на него полными слез глазами. ‘ Но ты можешь остановить боль. Ты должен принести мне лекарство.

Дермотт Линч мгновенно проснулся от звука включенного душа. Сначала он не мог вспомнить, где находится, обои с желтыми цветами и оборки на занавесках придавали спальне женственный вид, а на туалетном столике стоял пушистый белый медведь, который смотрел на него голубыми стеклянными глазами. Сквозь тонкие занавески пробивался солнечный свет, а затем он услышал, как кто-то заходит в душ. Мэри Хеннесси. Линч посмотрел на часы. Было незадолго до девяти часов, но он проспал всего несколько часов. Мари задержала его допоздна, рассказывая о старых временах, умоляя рассказать ей истории о ее матери и отце.

Линч позаботился о том, чтобы привести в порядок то, что он ей рассказал. Хотя ее родители оба погибли за ИРА, Мари никогда не проявляла никакого интереса к вступлению в организацию, и Линч не думал, что она знала всю степень их участия. Лиам Хеннесси был советником Шинн Фейн, политического крыла ИРА, во время нескольких кампаний бомбардировок на материке в конце восьмидесятых. Он также был движущей силой взрыва бомбы в отеле "Брайтон", который едва не унес жизнь тогдашнего премьер-министра Маргарет Тэтчер. После смерти Лиама Хеннесси его жена Мэри взяла на себя еще более активную роль, уйдя в подполье и приняв участие в нескольких громких взрывах, или зрелищах, как любил называть их Совет армии ИРА. Погибло много людей.

Он сел в постели и потер лицо руками. Без бороды он все еще чувствовал себя странно, как будто кожа принадлежала кому-то другому, но он был доволен более короткими волосами, поскольку ему больше не нужно было постоянно убирать их с глаз. Он перегнулся через край кровати и положил руку на пистолет, чтобы убедиться, что он все еще там. Он встал с кровати и собирался раздвинуть занавески, когда передумал. Окна квартиры выходили на дома по другую сторону дороги, и было бы разумнее не сообщать соседям, что у Мари был гость. В спальне было тепло, и Линч внезапно вспомнил о теле в багажнике "Форда Сьерра", припаркованного внизу. Скоро начнет вонять, и достаточно будет одного любопытного прохожего, чтобы весь район наводнили полицейские.

Дверь спальни открылась, и, обернувшись, он увидел Мари, стоявшую там, завернутую в фиолетовое полотенце, с мокрыми волосами. Она не выказала никакого смущения из-за его наготы, и на самом деле покраснел именно Линч. - Душ бесплатный, - весело сказала она.

Линч стоял, прижав руки к паху, как футболист, защищающийся стеной. "Отлично, спасибо", - сказал он.

Улыбка Мари стала шире, и она приподняла одну бровь. На мгновение показалось, что она собирается сказать что-то еще, но потом повернулась и оставила его в покое.

Линч зашел в ванную и запер дверь, прежде чем включить душ. Над раковиной висел зеркальный шкафчик, и он внимательно вгляделся в собственное отражение. Он провел рукой по волосам, размышляя, что еще он мог бы сделать, чтобы изменить свою внешность. Мари не узнала его, но мужчина в фургоне явно узнал, несмотря на отсутствие бороды и очков в проволочной оправе. Он открыл дверцу шкафчика и заглянул внутрь: аспирин, раствор для чистки контактных линз, бутылочки с разноцветными контактными линзами, ватные шарики, пинцет, флакон "витчхазеля" и несколько упаковок противозачаточных таблеток. ‘Ну, ну, Мари, такая хорошая католичка, как ты", - пробормотал Линч себе под нос. Она была симпатичной девушкой, и Линч не мог не задаться вопросом, с кем она спала и какой была под простынями.

Цветные контактные линзы были хорошей идеей, но у него было идеальное зрение, и, что бы ни прописала Мари, они вызывали раздражение, если бы он попытался их надеть. Что он действительно надеялся найти, так это краску для волос.

Он закрыл дверцу шкафа и снова уставился на свое отражение. Без растительности на лице он выглядел моложе, а очки делали его похожим на викария, приглашающего верующих на вечеринку в церковном саду. Внезапно раздался стук в дверь. - Чай или кофе, Дермотт? - позвала Мэри.

‘ Кофе. Ты ведь не красишь волосы, правда?

Последовала короткая пауза, как будто Мари пыталась понять, почему он задал этот вопрос. Затем, должно быть, пришло осознание. ‘ Нет, ’ сказала она через дверь. ‘ Но я могу достать тебе кое-что в местной аптеке, если хочешь. После завтрака.

Линч улыбнулся про себя. Умная и красивая. Совсем как ее покойная мать.

Мартин уплетал приготовленный завтрак, когда в столовую вошел Кремер. Его тарелка была доверху завалена сосисками, беконом и яичницей-болтуньей, а на боковом блюде лежала горка намазанных маслом тостов. Мартин подмигнул и приветственно поднял кружку с кофе.

Кремер изумленно покачал головой. Мартин сглотнул. ‘ Полые ноги, Майк. Семейная черта. - Он взял два тоста, положил между ними сосиску и два ломтика хрустящего бекона и отправил их в рот, как будто отправлял письмо.

Кремер налил себе чашку кофе и сел напротив. На соседнем столе стояли большой телевизор и видеомагнитофон, а белый шнур питания тянулся по дубовым доскам пола к розетке в стене. Кремер кивнул в сторону телевизора. - Что происходит? - спросил он.

Мартин пожал плечами и запил еду глотком кофе. ‘ Не знаю. Полковник первым делом все приготовил.

- Где Аллан? - спросил я.

‘ На теннисном корте с мальчиками. Пробегаю несколько сетов.

-Как, по-твоему, идут дела?

‘ Могло быть и так, и эдак, Майк. Хотел бы я сказать, что был уверен, что мы поймаем его, но у нас так мало времени, чтобы отреагировать, понимаешь?"

‘ Да. Я знаю.’Под руководством Аллана время реакции Кремера становилось все короче и короче, но он по-прежнему чаще не доставал оружие. И даже когда ему удалось выхватить пистолет, он еще не успел сделать смертельный выстрел, прежде чем был застрелен сам.

Мы с Алланом сделаем все возможное, чтобы дать тебе дополнительное время, но, в конце концов, это как два стрелка, за исключением того, что ты не знаешь, против кого выступаешь. Кремер отхлебнул кофе. ‘ Вы не едите? - Спросил Мартин.

- Там что-нибудь осталось?

Мартин ухмыльнулся и сделал себе еще один сэндвич с беконом и сосисками. Кремер услышал, как полковник вошел в столовую позади него. ‘ Доброе утро, - сказал полковник, снимая крышки с сервировочных тарелок из нержавеющей стали и принюхиваясь, как золотистый ретривер, выслеживающий дичь. - Как поживают сосиски сегодня утром? - спрашиваю я.

‘ Первый класс, ’ сказал Мартин. - Не понимаю, почему Майк не заправляется.

- Может быть, позже, - сказал Кремер.

Полковник выложил яичницу-болтунью на тарелку и щипцами взял две половинки жареного помидора. ‘ Я поговорил с нашими друзьями в Штатах, ’ сказал полковник Кремеру. ‘ Они собираются проверить предыдущие убийства с применением выстрелов в голову. Они свяжутся с нами, если что-нибудь обнаружат.

Кремер кивнул в знак согласия. В столовой было холодно, несмотря на портативный газовый обогреватель, а полковник был одет в куртку Barbour. Он подошел к видеомагнитофону и вставил кассету, прежде чем сесть рядом с Кремером. Мартин отодвинулся в сторону, чтобы всем было хорошо видно экран. Полковник достал из кармана устройство дистанционного управления. Прежде чем нажать кнопку ‘Воспроизведение’, он поставил перед Кремером тарелку с яичницей и помидорами. Кремер начал протестовать, но полковник взмахом руки заставил его замолчать. ‘ Ешьте, - приказал он, и Кремер неохотно взял вилку. Телевизор ожил. - Это было снято камерами наблюдения в "Хэрродс", ’ сказал полковник. "Качество не такое хорошее, как могло бы быть, но, как вы увидите, на самом деле это не имеет значения".

На экране араб в пустынной одежде шел через магазин в сопровождении трех телохранителей. По обе стороны от араба стояли еще двое мужчин в костюмах, но они больше походили на руководителей магазина, чем на охрану, а позади араба шли три женщины в черных одеждах, их лица были закрыты. Кремер не слышал выстрелов, но видел, как первый телохранитель рухнул на пол, а затем на экране появился убийца с вытянутой рукой, целящийся из оружия во второго телохранителя. Пистолет с глушителем выстрелил еще дважды, два выстрела в грудь мужчины. Третий телохранитель умер прежде, чем успел выхватить свое оружие. У Кремера пересохло во рту. Убийца действовал быстро. Быстрый и точный, быстрее даже бойцов спецназа, с которыми он тренировался на теннисных кортах. Лицо убийцы было повернуто в сторону от камеры наблюдения, когда он проходил мимо араба и выстрелил в одну из женщин: одна пуля попала в лицо, другая в грудь, затем он быстро вышел из зоны действия камеры наблюдения.

Кремер отправил в рот вилку с яичницей-болтуньей и медленно жевал, пока мерцал экран. На этот раз на экране была лестница. Две элегантные блондинки в дизайнерских пальто улыбались и кивали, а молодой человек в джинсовой куртке повернулся, чтобы полюбоваться их ногами. В поле зрения появился убийца, он шел быстро, опустив голову и отвернувшись от камеры, прижимая к боку пистолет. Одна из блондинок прижала руку ко рту, ее глаза расширились от страха, а затем убийца исчез. Кремер нахмурился. ‘ Он хромал? - спросил он.

‘ Левая нога, ’ согласился Мартин. Прибыл Аллан, одетый в темно-синий блейзер и серые фланелевые брюки, выглядевший на весь мир как олимпийский судья. Аллан стоял позади полковника, скрестив руки на груди. Он молча кивнул Кремеру в знак приветствия, затем уставился на экран.

‘ Это Египетский зал, - сказал полковник, когда экран снова замерцал. Убийца прошел мимо копии Розеттского камня в натуральную величину и мимо витрины с маленькими статуэтками. Кремер отложил вилку. Сомнений не было, мужчина хромал. И снова опознать мужчину было невозможно, его голова была отвернута от камеры наблюдения. Когда он вышел из поля зрения камеры, экран замерцал и сменился снимком канцелярского отдела.

‘ Он действительно стесняется камеры, не так ли? - задумчиво произнес Мартин, собирая еще один сэндвич с беконом и сосисками. Казалось, никто не обращал внимания на убийцу, когда он целеустремленно шел к двери склада, хотя все еще держал в руке пистолет с глушителем. Он открыл дверь и исчез за ней, а экран снова замерцал.

Следующий снимок был сделан в подземном туннеле. На этот раз убийца был одет в куртку кладовщика, и не было никаких признаков его оружия. Он прошел мимо двух рабочих, но они не обратили на него внимания. Кремер заметил, что хромота, казалось, стала менее выраженной.

В заключительной части видео был показан молодой охранник, разговаривающий по телефону. Охранник посмотрел налево, открыл рот, чтобы что-то сказать, а затем упал навзничь, из его горла хлынула кровь. Убийца ненадолго появился в левом нижнем углу экрана, не открывая ничего, кроме его затылка и плеч. Полковник с помощью пульта дистанционного управления выключил телевизор. ‘Это единственный раз, когда наш человек был запечатлен на пленку", - сказал он. "Я хочу, чтобы вы все сыграли это столько раз, сколько потребуется, пока не почувствуете, как он двигается".

‘ Хромота, ’ сказал Аллан. - Он притворялся?

Полковник кивнул. ‘ Мы попросили хирурга-ортопеда взглянуть на нее, и он сказал, что она ненастоящая. Это перенаправление. Ты проводишь так много времени, разглядывая хромого, что не замечаешь других его особенностей.

‘ Он знал, где находятся все камеры наблюдения, ’ заметил Кремер. - Должно быть, сначала он установил наблюдение за магазином.

‘ Согласен, ’ сказал полковник, ‘ но записи с камер наблюдения регулярно стираются. У нас есть записи за сорок восемь часов, предшествовавших покушению, и мы просмотрели их, но никаких следов его присутствия нет.

‘Ну, мы знаем, что он белый, и мы знаем, что он правша’, - сказал Мартин. "И он классный".

‘ Круто? Он ледяной, - сказал Аллан. ‘В нем нет нервозности, нет напряжения. Как будто он находится на воскресной дневной прогулке в парке. Я никогда не видел ничего подобного. Он убивает трех телохранителей и свою цель, а затем уходит, даже не оглядываясь.

"Похоже, ему все равно", - сказал Кремер.

Мартин покачал головой. ‘ Нет, он настоящий профессионал. Он знает, что если будет торопиться или оглядываться по сторонам, то просто привлечет к себе внимание.

Аллан положил большую руку на плечо Кремера. - Готов, Майк?

Кремер осушил свою кружку и встал. Полковник приподнял бровь, увидев недоеденный завтрак Кремера, но ничего не сказал.

‘ Мы разыграем несколько движений в спортзале, - сказал Аллан. Кремер вышел из столовой в сопровождении Аллана и Мартина. Костюм на ощупь напоминал смирительную рубашку, хотя сидел идеально. Он бы предпочел надеть куртку-бомбер и джинсы, но понимал, как важно одеваться соответственно роли. Это был камуфляж, столь же необходимый для роли, которую он играл, как зелено-коричневая униформа, которую он носил на Фолклендах и в пограничной стране Северной Ирландии. Он сунул руку под куртку и прикоснулся к рукоятке своего ППК, словно желая убедиться, что она все еще там.

Их шаги эхом отражались от выложенных плиткой стен коридора, когда они направлялись в спортзал. Мартин толкнул дверь и отступил в сторону, пропуская Кремера вперед. ‘ Ваше здоровье, ’ сказал Кремер. Он скорее почувствовал, чем услышал человека за дверью, и, когда тот повернулся, его правая рука потянулась к PPK. Его пальцы все еще были в нескольких дюймах от приклада, когда раздался первый выстрел, и он почувствовал жар от взрыва у себя на щеке. Он продолжал поворачиваться и увидел нападавшего, светловолосого мужчину лет под тридцать, держащего в руках "Смит-и-Вессон". Раздался второй выстрел, нацеленный Кремеру в грудь.

Кремер развернулся и ткнул пальцем в Аллана. - Во что, черт возьми, вы играете? - крикнул он.

‘ Мы ни во что не играем, Майк, ’ спокойно сказал Аллан. ‘ Это не игра. Между раундами нет звонка. В тот момент, когда вы согласились на эту работу, ваша жизнь оказалась под угрозой. Вы не можете позволить себе терять бдительность. Никогда.’

Кремер взял себя в руки. Он глубоко вздохнул и кивнул. Он слышал, как бьется пульс в его венах, а кулаки были крепко сжаты. Он заставил себя расслабиться. Он знал, что Аллан прав, его просто раздражала собственная глупость. Мартину следовало бы сначала зайти в комнату и убедиться, что там чисто, но по тому, как он ухмылялся, можно было подумать, что он намеренно подставил его. Кремер кивнул. ‘ Хорошо, Аллан. Ты высказал свою точку зрения.

Аллан хлопнул Кремера по спине. Человек, стрелявший в Кремера холостыми патронами, уже возвращался в спортзал. У решетки стояли еще трое, одетые неброско и с наплечными кобурами. ‘ С тобой все будет в порядке, Майк, ’ сказал Аллан. - Я просто хочу убедиться, что ты справишься с этим целым и невредимым.

В ушах Кремера все еще звенело от выстрелов, и он помассировал виски. ‘ Я знаю, Аллан. Я знаю. Давай покончим с этим.

‘ У меня есть кое-что, что я хотел бы вам показать, ’ сказал Аллан. "Ты и ребята нападаете на меня и Мартина, вы решаете, кто будет спусковым крючком".

Кремер ухмыльнулся. Было бы здорово хоть раз оказаться на стороне победителя. Он подошел к четверым мужчинам в дальнем конце спортзала и объяснил, что они должны делать.

- Готовы? - крикнул Аллан.

Кремер показал ему поднятый большой палец. Мартин встал рядом с Алланом, и они вместе медленно пошли по деревянному полу. Кремер и четверо мужчин разошлись веером, держа руки свободно опущенными по бокам. Один из них притворился, что чихает, и Мартин напрягся, когда мужчина зажал нос ладонями. Аллан правой рукой поправил галстук, его взгляд был жестким и настороженным. Кремер подождал, пока не окажется в шести футах от Аллана, прежде чем вытащить свой PPK. Аллан отреагировал мгновенно, его правая рука скользнула в левый рукав и появилась снова со стилетом. Он шагнул вперед, направив нож Кремеру в подбородок. Палец Кремера напрягся на спусковом крючке, но было слишком поздно, левая рука Аллана взметнулась вверх, отбросив руку Кремера в сторону, оставив пятно на синем блейзере. Стилет вонзился Кремеру в шею. Аллан замер, выдерживая пристальный взгляд Кремера. Он улыбнулся. ‘ А ты что думаешь? Он вынул стилет и протянул оружие Кремеру.

Кремер осмотрел его, нахмурившись. Шип был сделан не из металла, а из черного материала, похожего на пластик. - Вы знали, что стрелять буду я, не так ли? - спросил он.

Аллан пожал плечами. ‘ Я догадывался, что ты захочешь подколоть меня, но это ничего бы не изменило. Пока я вижу, что ты тянешься за пистолетом, я должен быть в состоянии вытащить нож первым. Он вытянул левую руку и оттянул рукав. Поверх рубашки к его предплечью были прикреплены кожаные ножны. ‘ Когда руки опущены вдоль туловища, выхватить нож всегда будет быстрее, чем пистолет. Но тебе придется двигаться вперед, к убийце. К пистолету.

‘ Из чего это сделано? - Спросил Кремер.

‘Это последняя новинка из Штатов", - сказал Аллан. ‘Я взял образец у друга из "Дельта Форс". Это композитная смесь углеродных волокон, результат космической программы, очень легкая, практически небьющаяся и никогда не теряет своей остроты. Он ухмыльнулся. ‘ Ею можно даже бриться. Преимущество, с вашей точки зрения, в том, что его практически невозможно обнаружить.

Кремер задумчиво кивнул, не сводя глаз со стилета. - Дай-ка я попробую.

Мэри Хеннесси поставила кувшин молока и упаковку мюсли на кухонный стол рядом с тарелкой цельнозерновых тостов, маргарином "Флора" и медом. - Я вегетарианка, - сказала она, когда Линч поднял глаза.

‘ Да, тебе это идет, - ухмыльнулся Линч. Он подумал, не сказать ли что-нибудь о туфлях Чарльза Джордана, которые он видел в прихожей, но передумал. Они были явно дорогими и определенно не пластиковыми. Также было несколько книг в кожаных переплетах, разбросанных по двум книжным шкафам в гостиной. Кем бы еще она ни была, Мэри Хеннесси явно была разборчива в своих моральных позициях.

‘ Я схожу за твоими деньгами, ’ сказала она, бросив быстрый взгляд на часы. Она надела синий блейзер и проверила прическу перед зеркалом в позолоченной раме над каминной полкой, прежде чем выйти из квартиры.

Когда она закрыла за собой входную дверь, Линч взял коробку с мюсли и понюхал ее. ‘ Еда для кроликов, - пробормотал он себе под нос и поставил коробку обратно. Густо намазывая мед на тост, он мысленно пробежался по списку того, что ему еще предстояло сделать. Единственное, что у него было для Майка Кремера, - это привязка к карте, линии долготы и широты, а чтобы это что-то значило, ему нужна была карта артиллерийской разведки этого района. У него не было никаких сомнений в том, что он убьет этого Нахала. У него было два пистолета, чешская модель 75 в спальне и "Токарев" в машине, и он был хорошо обучен обращению со стрелковым оружием. В Ирландии он обычно предпочитал пользоваться автоматом Калашникова, но пистолеты было легче спрятать. Он наклонился, чтобы обшарить карманы своего пиджака, который висел на спинке стула. Он вытащил два бумажника, которые забрал у группы захвата в Мейда-Вейл. Там было более трехсот фунтов наличными, а также карта Barclay и водительские права. Линч был удивлен, обнаружив водительские права, поскольку добровольцам ИРА, проходящим действительную службу, было приказано снять все средства идентификации. Он взял права и посмотрел на них. Она выглядела достаточно реальной, как и карточка Barclay, но Линч сомневался, что они подлинные. Он просто надеялся, что они выдержат проверку, когда он пойдет брать напрокат машину. Но сначала ему нужно было избавиться от "Форда Сьерра", припаркованного на улице снаружи.

Кремер практиковался вытаскивать стилет из кожаных ножен, когда над головой взревел вертолет, отчего стекла спортзала задребезжали. Он увидел зеленую вспышку сквозь грязные стекла, а затем она исчезла. - Готов, Майк? - спросил Аллан.

Кремер кивнул. Он поправил рукава и опустил руки по швам. Аллан отошел, затем встал лицом к Кремеру, уперев руки в бока. Мартин присоединился к нему. Аллан и Мартин двигались вместе, как будто между ними прошел какой-то невысказанный сигнал, но что бы это ни было, Кремер его не заметил. Они шли средним шагом по деревянному полу. Кремер остался на месте. Выжидая. Первый шаг сделал Аллан, сунув руку под куртку и вытащив свой автоматический "Глок". Правая рука Кремера скользнула в левый рукав и потянулась за стилетом. Когда Аллан занес руку, чтобы прицелиться из пистолета, Кремер сделал выпад стилетом, но Аллан отклонился в сторону. Здоровяк был обманчиво легок на ногах и двигался так же плавно, как тяжеловес в первом раунде, держа "Глок" направленным в лицо Кремеру, когда Кремер снова нанес удар ножом. Аллан дважды подряд нажал на спусковой крючок, и Кремер едва не оглох от взрывов. - Черт, - удрученно произнес Кремер.

Аллан извлек обойму и вставил еще две холостые. ‘ Ты хорошо стрелял, но не продвигался вперед, ’ сказал он, убирая пистолет в кобуру. ‘Это сработает, только если ты подойдешь ближе. Ближе и под подбородок, прямо в мозг".

- Да, я знаю, - сказал Кремер.

‘ Мы приближаемся к этому, ’ сказал Мартин, открывая упаковку жвачки "Ригли" и предлагая Кремеру кусочек. Кремер покачал головой.

Их прервал звук открывающихся дверей спортзала. Блэки, один из солдат полковника, крикнул, что присутствие Кремера требуется в кабинете директрисы. Аллан и Мартин ухмыльнулись. "По-моему, шестеро из лучших", - сказал Мартин.

Кремер прошел по коридору в кабинет. Он снял пальто, перекинул его через правую руку и постучал в дверь. Полковник впустил Кремера. Мужчина стоял, глядя в окно, и не обернулся, когда полковник закрыл дверь. Мужчина был ростом чуть меньше шести футов и держал руки сцепленными за спиной, как гробовщик, наблюдающий за похоронами. В наряде этого мужчины тоже было что-то похоронное: черный костюм и черные туфли, начищенные до блеска, а из каждого рукава торчало по дюйму накрахмаленных белых манжетов. У него были темно-каштановые волосы, которые он собрал сзади в маленький хвостик, который изгибался на воротнике, как небрежно нарисованная запятая. Кремер обычно не вынос поспешных суждений о людях, но этот человек вызвал у него инстинктивную неприязнь. Отчасти дело было в том, как мужчина был одет, отчасти в "конском хвосте", но главным образом в его вопиющей грубости — если только он не был совершенно глух, его поза у окна была исключительно для эффекта.

Мужчина медленно повернулся, как будто только сейчас заметил присутствие Кремера. Его волосы были зачесаны назад с мальчишеского лица без морщин, и секунду или две он изучал Кремера сквозь очки в красной оправе, затем ухмыльнулся и протянул руку. ‘Вы, должно быть, Майк Кремер", - сказал он. Он пожал руку Кремеру. У него была сильная хватка, и Кремер заметил, что его ногти были идеально подстрижены. Они напомнили Кремеру аккуратно ухоженные руки Аллана. ‘ Я Бернард Джекман. Он произнес свое имя с ударением на втором слоге, медленно растягивая слова по-техасски.

-Специалист по составлению профиля? - переспросил Кремер.

Джекман склонил голову набок. - К вашим услугам.

Полковник подошел к своему столу и сел, кивнув Кремеру и Джекману занять кожаные кресла у незажженного камина. Джекман расправил складки на брюках, прежде чем скрестить ноги. Во всех движениях этого человека было что-то очень точное и размеренное, как будто он давал представление.

‘ Бернард проезжает здесь по пути в Южную Африку, ’ сказал полковник, кладя трость на стол. - Мы подумали, что это хорошая возможность для брифинга.

- У нас уже есть отчет об убийстве в Южной Африке? - спросил Кремер.

- Он уже в пути, - сказал полковник.

‘Я уже разговаривал с одним из офицеров, проводящих расследование", - сказал Джекман. "Все указывает на то, что это было сделано так же профессионально, как и все остальное. Он был одет как рейнджер и вел "Лендровер", очевидно, хорошо спланированный. Я посещу место преступления, чтобы посмотреть, что еще я смогу найти. Я соберу свои реакции, пока буду там, и отправлю вам факс или позвоню по телефону.

- Есть какие-нибудь предположения, кто заплатил за убийство? - спросил Кремер.

‘ У него было много врагов, как в Зимбабве, так и в Южной Африке, ’ сказал полковник. - Из тех врагов, у которых не возникнет проблем с гонораром за нашего человека.

Джекман повернулся к Кремеру. - Вы читали мой профиль убийцы?

Кремер кивнул. Он просунул палец за воротник рубашки. - Это было интересно, - уклончиво сказал он.

‘ Интересно? ’ переспросил Джекман. - Я надеялся, что вы найдете это более чем интересным.

Кремер расправил плечи под костюмом. - Без обид, но многое из этого, похоже, было предположением.

‘ Догадки? Джекман медленно повторил, делая ударение на двух слогах.

Кремер взглянул на полковника. Полковник кивнул, предлагая ему продолжать. "Вы говорите, что парень, за которым мы охотимся, умен, но это данность, потому что он не смог бы делать то, что делает, если бы был глуп", - сказал Кремер.

- Конечно, - сказал Джекман.

- И все же вы продолжаете утверждать, что он был хулиганом в школе и что он не учился в университете.

Джекман сцепил пальцы под подбородком и внимательно посмотрел на Кремера. - И я придерживаюсь этого.

- Это ведь только догадки, верно?

-Чем еще вы недовольны? - спросил Джекман, игнорируя вопрос Кремера.

‘ Вы говорите, что у него военное прошлое, и я бы снова сказал, что это само собой разумеющееся. Но вы говорите, что он ушел, и после этого у него были проблемы с сохранением работы. Я бы подумал, что у кого-то с армейской подготовкой, у кого-то с интеллектом выше среднего не возникнет проблем с поиском и удержанием работы".

‘ Как вы? ’ тихо спросил Джекман. Кремер несколько секунд выдерживал взгляд профайлера. Джекман натянуто улыбнулся. - Что-нибудь еще?

‘ Да. Почему ты думаешь, что он лишился водительских прав?

Полковник издал тихий фыркающий звук, как будто подавлял смех, но Джекман не сводил глаз с Кремера. Джекман указательным пальцем поправил очки повыше на переносице. ‘Я чувствую себя Шерлоком Холмсом, собирающимся объясняться с доктором Ватсоном. Но это будет не в первый раз’. Он распрямил и снова скрестил ноги, заботясь о том, чтобы снова расправить складки. - Что вы знаете о профилировании?

- Я видел "Молчание ягнят".

Джекман одарил Кремера еще одной натянутой улыбкой. ‘ Ладно, я понимаю, что посторонний человек может подумать, что то, чем я занимаюсь, - это догадки, но вы должны помнить, что у меня есть тысячи историй болезни, на которые можно опереться, данные об убийцах и их жертвах со всего мира. Эти дела позволяют мне и профайлерам вроде меня делать определенные выводы, присваивать убийцам определенные характеристики. Примерно в пяти процентах случаев, которыми занимаются профайлеры ФБР, профили ведут непосредственно к аресту преступника. Еще в десяти процентах случаев преступник арестован в результате переориентации расследования в соответствии с профилем. И почти во всех случаях, когда выносится обвинительный приговор, преступник полностью соответствует профилю. Профилирование работает, Майк, в этом нет никаких сомнений.

Джекман потер руки, издав тихий шепчущий звук. Его глаза были прикованы к Кремеру с почти миссионерским рвением. ‘Оставляя в стороне особенности человека, которого мы ищем в этом деле, по общему правилу, серийные убийцы - белые мужчины. Это справедливо почти без исключений, так что, даже если бы у нас не было свидетелей, я бы предположил, что наш убийца соответствует этим двум характеристикам.

‘ То есть вы предполагаете, что наемный убийца соответствует тем же критериям, что и серийный убийца? ’ спросил Кремер. - Я думал, все серийные убийцы сумасшедшие.

Джекман покачал головой. ‘Это распространенное заблуждение’, - сказал он. ‘На самом деле, только два процента серийных убийц когда-либо классифицировались как сумасшедшие. Мои исследования наводят меня на мысль, что можно провести обоснованное сравнение между серийным убийцей и человеком, которого мы ищем. Он убивает на регулярной основе, убийства, кажется, происходят с уменьшающимися интервалами, и у него последовательный метод убийства. Все это характерные черты организованного серийного убийцы.’

Кремер нахмурился. ‘ Организованный? Что значит организованный?

Мы делим убийц на два типа: организованных и неорганизованных. По сути, организованный убийца планирует свое преступление заранее, неорганизованный убийца - оппортунист. Организованный убийца возьмет свое оружие с собой, неорганизованный убийца может взять нож на месте преступления и пустить его в ход. Организованный убийца часто путешествует, чтобы совершить свое убийство, и впоследствии заметает следы, неорганизованный убийца убивает недалеко от дома и не заботится о том, как быстро найдут тело или оставят ли он отпечатки пальцев.’

‘ Мы знаем, что наш человек организован, - сказал Кремер. - Он должен быть наемным убийцей.

‘ Вот именно, ’ сказал Джекман. - Человек, которого мы ищем, - непревзойденный организованный убийца. А это значит, что есть все основания предполагать, что он соответствует профилю организованного серийного убийцы. Эксперт встал и подошел к окну. Он стоял там, глядя вдаль, заложив руки за спину и продолжая свою лекцию.

‘Организованные убийцы и дезорганизованные убийцы, как правило, происходят из разных слоев общества", - добавил Джекман. ‘Мы знаем это не из-за какой-то великой психологической проницательности, а потому, что в Отделе поведенческих исследований ФБР составили профили каждого серийного убийцы, который когда-либо был пойман. Раньше я работал в БГУ, и частью моей работы было брать интервью у этих ребят, проникать в их головы и выяснять, что движет ими. Сравнивая их прошлое, мы можем начать делать выводы об их общих характеристиках".

Джекман повернулся лицом к Кремеру. Он поднял левую руку и начал считать на пальцах. "Во-первых, организованные серийные убийцы, как правило, обладают интеллектом выше среднего. Для них нет ничего необычного в том, что их IQ превышает 120.

Во-вторых, отчасти из-за своего обычно высокого IQ организованные убийцы склонны испытывать чувство превосходства, и это заставляет их затевать драки, ездить слишком быстро, спорить со своим начальством на работе. Вы спросили, почему я решил, что наш человек лишился водительских прав. Это потому, что у большинства организованных убийц, составленных BSU, была серия нарушений правил вождения, и более чем у половины были отобраны права. Говорить им, что они едут слишком быстро, не имеет никакого эффекта, потому что они думают, что знают лучше.

В-третьих, организованные убийцы, как правило, происходят из семей, где у отца была работа, но где дома было мало дисциплины. У неорганизованных убийц часто в семье были психические заболевания или наркотики, и чаще всего в прошлом они также подвергались жестокому обращению. Не обязательно сексуальные, но почти наверняка побои и тому подобное.

OceanofPDF.com

- В-четвертых, организованные убийцы обычно очень общительны, по крайней мере, внешне. Неорганизованные убийцы - одиночки, организованные убийцы счастливее в группах.

- В-пятых, организованные убийцы, как правило, имеют множество сексуальных партнеров и хороши в постели. Он заметил недоверие на лице Кремера и ухмыльнулся. ‘Это правда. Они часто очень хороши собой и умеют отлично говорить, но из-за своей натуры обычно не могут поддерживать длительные отношения".

- Они легко переносили это, - сказал полковник.

Джекман кивнул в знак согласия. ‘Это, и еще у них есть склонность находить недостатки в своих партнерах. Кроме того, несмотря на их успех у женщин, многие организованные убийцы испытывают глубоко укоренившуюся ненависть к противоположному полу. Вы должны помнить, что большинство серийных убийц выбирают женщин в качестве своих жертв, но в данном случае это может быть неприменимо. Я думаю, разумно предположить, что наш убийца происходит из какой-то неблагополучной семьи. Сомневаюсь, что он подвергся сексуальному насилию. Возможно, развод или ранняя смерть родителей.

‘ Вы хотите сказать, что потеря родителя повышает вероятность того, что ребенок вырастет серийным убийцей? Это чертовски похоже на обобщение.

Джекман сложил руки на груди. ‘Как вы выразились, так оно и есть. И это явно неправда. Множество детей из неполных семей вырастают вполне респектабельными, трудолюбивыми гражданами. Я потерял мать, когда мне было десять, но я не вырос убийцей. Важно то, что происходит потом, важно то, как оставшийся родитель обращается с ребенком. Детей нужно учить различать хорошее и неправильное, их нужно учить быть общительными, они должны понимать, что они не являются центром вселенной, что другие люди тоже важны. Именно отсутствие такой подготовки формирует личность, способную стать серийным убийцей. Ты пока со мной?"

Кремер кивнул. Ему не нравилось, когда ему читали нотации, и ему не нравилась властная уверенность Джекмана, но если у Джекмана был какой-то ключ к личности убийцы, Кремер хотел этого.

‘ Бюро начало составлять досье на осужденных убийц в конце семидесятых, ’ продолжил Джекман. "Они начали с наемных убийц и потенциальных убийц, таких парней, как Сирхан Сирхан и Джеймс Эрл Рэй, прогоняя их через шестидесятистраничную анкету, выискивая общие черты, что-то, что отличает наемных убийц от других людей".

‘ Кроме того факта, что они убивают людей, ’ сказал Кремер. Полковник бросил на Кремера предупреждающий взгляд, но Джекман проигнорировал его замечание.

‘Большинство наемных убийц убивают, чтобы привлечь к себе внимание", - продолжил Джекман. ‘Они могут утверждать, что действуют во имя той или иной политической цели, но в целом они добиваются внимания. Например, часто они ведут дневники. Когда вы доберетесь до своего мужчины, я думаю, вы обнаружите, что где-то он вел дневник или записи о том, чем занимался. Почти наверняка с фотографиями, газетными вырезками, возможно, даже с видеозаписями выпусков новостей.

Кремер поерзал на стуле. ‘ О'кей, я понимаю, о чем вы говорите, - сказал он. - Но я не понимаю, как это поможет мне установить личность убийцы.

‘С точки зрения возможности выделить его из толпы, вы правы’, - признал Джекман. ‘Профили так не работают. Что делают ФБР и другие правоохранительные органы, так это используют профиль для отбора наиболее вероятных подозреваемых, чтобы они концентрировали свои ресурсы наиболее продуктивным образом ".

Кремер глубоко вздохнул и потер затылок. Казалось, что чем больше он пытался добиться подробностей от профайлера, тем более туманным тот становился. Это было все равно что схватить туман. ‘ А как насчет его национальности? - Спросил Кремер.

Джекман пожал плечами. "Наиболее вероятными были бы американец или британец, возможно, австралиец или южноафриканец".

-Почему?

- Спокойствие этого человека под давлением и его меткая стрельба свидетельствуют о подготовке в Спецназе.

- Тогда почему не немецкий?

Джекман снял очки и повертел их в правой руке. ‘Немецкий - это возможно, да. Но какой бы ни была его национальность, ясно, что у него есть склонность к языкам. Свидетели, которые слышали, как он говорил, полностью расходятся во мнениях относительно его голоса и акцента. Он работал официантом в течение трех дней до убийства девушки Киприано и свободно говорил по-гречески. У нас есть свидетели в Майами, которые были уверены, что у него был нью-йоркский акцент, а телохранитель, чей клиент был застрелен в Бангкоке, утверждает, что убийца - шотландец.

-Шотландец?

‘ Телохранитель был из Глазго, и он клянется, что акцент у него был настоящий. Я не уверен, что немец смог бы в совершенстве говорить по-гречески и по-английски без малейшего немецкого акцента.

Раздался стук в дверь, и появилась миссис Эллиот, толкая перед собой тележку с чаем. Полковник благодарно улыбнулся, когда она поставила тележку рядом с его столом и вышла из комнаты.

- Я не прочел в вашем отчете кое-чего, о чем, по моему мнению, стоило бы упомянуть, - сказал Кремер.

Джекман поднял брови и перестал вертеть в руках очки.

‘ То, как он убивает. Крупный план, один выстрел в лицо, другой в грудь.

Джекман кивнул. ‘Это его подпись. Это способ сообщить миру, что он это сделал. Как Зорро, вырезающий своим мечом букву "Z".

‘ Есть более простые способы убивать. Выстрел в голову сопряжен с риском. Нас не учат так стрелять.

‘ Как бы вы это сделали? Джекман наклонился вперед, желая услышать ответ Кремера.

Кремер пожал плечами. ‘ Грудь. Это самая большая область, меньше шансов промахнуться. Разорвите сердце или легкое, даже печень, и все будет кончено.

- Быстрее, чем выстрел в голову?

- По голове легче промахнуться.

-И вы считаете, что это важно?

-Ты не понимаешь?

- Я просто думаю, что это его способ дать клиенту понять, что он выполнил работу.

Кремер поднес руку ко рту и задумчиво постучал пальцем по губам. - Может быть, - сказал он.

‘ Похоже, вас это не убедило. Но он же не может оставить визитную карточку, не так ли? Джекман улыбнулся, и в этом жесте было что-то собачье, как у собаки, рассматривающей кость.

Дермотт Линч мыл посуду, когда услышал, как в замке входной двери поворачивается ключ. Он взял большой разделочный нож, но почти сразу услышал, как Мэри крикнула из коридора: "Это я". Линч опустил нож в мыльную воду.

Мари вошла в кухню и поставила на стол пластиковый пакет. - Ты очень домашний, - сказала она.

Линч пожал плечами. ‘ Так и должно быть, когда живешь один. Скоро ты поймешь, что если ты этого не сделаешь, это никогда не будет сделано".

- Почему, Дермотт, ты хочешь сказать, что в твоей жизни нет молодой леди, которая убирала бы за тобой?

Линч усмехнулся и сполоснул столовые приборы под струей холодной воды. ‘ Есть несколько молодых леди, Мари, но я не думаю, что кто-то из них из тех, кто стал бы выполнять мою домашнюю работу. ’ Он взял полотенце и вытер руки. Мари достала из сумочки пухлый конверт и открыла его. ‘ Это в пятидесятых и двадцатых купюрах, - сказала она. - Этого будет достаточно?

‘ Это здорово, ’ сказал он, проводя большим пальцем по записям. Он сунул конверт в задний карман джинсов, затем импульсивно шагнул вперед и поцеловал ее в щеку. К его удивлению, она повернула лицо так, что ее губы коснулись его губ, и на несколько секунд ответила на его поцелуй. Линч положил руки ей на бедра и попытался поцеловать крепче, но она потянулась, положила руки ему на плечи и оттолкнула его. Она посмотрела на него, изогнув одну бровь, прядь волос упала на одну щеку. - Я не думаю, что это хорошая идея, не так ли, Дермотт? - сказала она.

Линч ухмыльнулся. - Да, совершенно верно, - сказал он.

Мари продолжала смотреть на него, и он мог видеть свое отражение в зрачках ее глаз. Она улыбнулась и склонила голову набок, словно раздумывая. - Может быть, позже, - сказала она.

‘ Да, может быть, ’ сказал Линч. Он знал, что она имела в виду не позже того дня. Она имела в виду потом, после смерти Кремера. Он кивнул, все еще глядя глубоко в ее глаза.

Она несколько секунд удерживала его взгляд, затем повернулась и вытащила из пакета три упаковки. ‘ Краска для волос, ’ сказала она, протягивая их ему. "Я не была уверена, что взять, поэтому взяла одну черную, одну блондинку и одну рыжую".

Линч задумчиво жонглировал коробками, а Мэри ускользнула в другой конец кухни, где занялась наполнением чайника. - Что вы думаете? - спросил Линч.

‘Я бы выбрала черный", - сказала она. ‘Красный - всегда рискованный цвет. И это только подчеркнет тот факт, что ты ирландец. И я не уверен, что тебе подойдет образ обесцвеченной серфингистки. Но я хотел предоставить тебе выбор.

Линч положил две упаковки и отнес коробку с черной краской в ванную. Когда Линч читал инструкцию, в дверях появилась Мари со старым полотенцем. "Используй это, - сказала она, - и постарайся не разбрасывать это повсюду".

Она была права: это было грязное дело, и к тому времени, когда Линч закончил, ванная выглядела так, словно мокрая собака вытряхнулась досуха. Он обернул мокрые волосы полотенцем и, как мог, вытер раковину и зеркало. Когда он вернулся на кухню, Мари наливала ему чашку чая. Линч взяла его и одобрительно понюхала. Она не совершила ошибки, заваривая его слишком долго, и сначала налила молоко в чашку, чтобы молоко не ошпарилось. Он отпил глоток и сел за стол. Мари протянула руку и размотала полотенце. - Кто это нарезал? - спросила она.

‘ Я сделал это сам, ’ признался Линч. - Нехорошо, да?

‘ Не очень, ’ согласилась она, проводя пальцами по густым локонам. - Давай посмотрим, смогу ли я улучшить прическу.

Она достала из ящика стола ножницы, провела Линча в свою спальню и усадила его перед туалетным столиком. Линч наблюдал за ней в зеркало, пока она расчесывала ему волосы. У нее было задумчивое выражение лица, как у маленькой девочки, стоящей перед трудным решением. Она пользовалась ножницами осторожно, как будто боялась совершить ошибку. Она привела в порядок прическу спереди и сделала ему больший пробор, затем сосредоточилась на спине, заострив ее так, чтобы она едва касалась воротника его рубашки. Когда она была удовлетворена, то встала позади него и похлопала по плечу. - Как вам это, сэр? - спросила она.

Линч повертел головой из стороны в сторону. Она хорошо поработала. ‘ Превосходно. Действительно хорошо. Кто научил тебя стричь волосы?

Она перегнулась через него, чтобы положить ножницы на туалетный столик, и ее волосы коснулись его щеки. ‘ Вы мой первый клиент, ’ сказала она. Линч повернулся к ней, и их губы встретились. На этот раз инициатива исходила от нее, ее губы крепко прижались к его губам, а мягкий язычок проник между его зубов. Она положила сахар в чай, и Линч почувствовал сладость у нее на языке. Она обошла его, все еще прижимаясь губами к его губам, села к нему на колени и обвила руками его шею.

Первым оторвался Линч, хватая ртом воздух. "Эй, я подумал, что это плохая идея", - сказал он.

‘ Это не так, ’ сказала она. Она снова поцеловала его, на этот раз сильнее. Линч встал и отнес ее на кровать. Он встал коленями на одеяло и осторожно опустил ее. Она лежала, раскинув руки, с ленивой улыбкой на лице.

- Вы уверены? - спросил Линч.

- Просто смирись с этим, Дермотт, - засмеялась она, протягивая к нему руки.

Симон Шайон пролистал свой номер Euromoneyв поисках чего-нибудь интересного. Журнал, казалось, с каждым годом становился все больше, и если бы он продолжал расти, то вскоре был бы размером с телефонный справочник. Однако, казалось, что его внимание по-прежнему привлекало совсем немного вещей. Медная табличка на двери его кабинета указывала на его профессию личного банкира и финансового консультанта, но Шайон не был типичным швейцарским финансистом.

Секретарша Шайона тихонько постучала в дверь и вошла в кабинет. - Курьерская доставка, - сказала она, кладя конверт Federal Express на его стол.

‘ Спасибо тебе, Тереза, ’ сказал Шайон, отрываясь от журнала. Если бы пришлось выбирать между чтением последних прогнозов Всемирного банка или наблюдением за двадцатипятилетней блондинкой, идущей по его плюшевому зеленому ковру, это не было бы соревнованием. Тереза медленно направилась обратно к двери, покачивая бедрами, как будто знала, что он наблюдает, и взмахивая гривой волос, как нетерпеливая скаковая лошадь. В свои пятьдесят восемь Шайон был достаточно взрослым, чтобы годиться ей в отцы, но ни в его привязанностях, ни в его намерениях не было ничего родительского. Она проработала у него восемнадцать месяцев — его предыдущая секретарша погибла в дорожно-транспортном происшествии, — и он все еще не совсем доверял ей, вот почему оставил конверт нераспечатанным на столе, пока она не закрыла дверь. Шайон выглянул из окна, посмотрел на реку Лиммат и ее речные суда с плоскими крышами, на двухбашенный Гроссмюнстерский собор. Может быть, именно сегодня он предложит им поужинать где-нибудь. Шайон не стеснялась смешивать приятное с полезным. Если уж на то пошло, сексуальные отношения еще больше привязали бы ее к нему.

Он вскрыл конверт. Внутри были три цветные фотографии, сделанные длиннофокусным объективом. Они были слегка зернистыми, но изображения были четкими: высокий мужчина с глубоко посаженными глазами и озабоченно нахмуренным лицом выходил из большого "Мерседеса", справа от него - телохранитель, прямо за ним - молодая девушка восточной внешности; тот же мужчина, выходящий из дверного проема; и крупный план, только мужчины. Шайону стало интересно, сколько времени пройдет, прежде чем человек на фотографии умрет. Клиент Шайона был непревзойденным профессионалом. Он никогда не подводил, ему никогда не приходилось возвращать свой гонорар. Вот почему он был таким дорогим.

Вместе с фотографиями были три листа машинописного текста формата А4. Шайон не читал их, он предпочитал знать как можно меньше о целях. Не то чтобы он был щепетилен, это был просто вопрос самозащиты. Ему нужно было знать только одно. Он снял трубку телефона, подключенного к его частной линии, и позвонил в офис, расположенный менее чем в полумиле отсюда. Шайон назвал девятизначный идентификационный номер и спросил, вносились ли какие-либо депозиты в течение предыдущих сорока восьми часов. Ответ был утвердительным. Пятьсот тысяч долларов. Шайон положил трубку. Он положил фотографии и листы с машинописным текстом в другой конверт и запечатал его. Конверт был вложен в свежую посылку Federal Express.

Шайон развернул свое кресло лицом к компьютеру IBM, на котором отображался список цен на японские акции. Он манипулировал мышью, чтобы активировать компьютерный модем, и через несколько секунд был подключен к доске объявлений на Западном побережье Соединенных Штатов. На доске было одно слово: Лондон. Шайон отключил связь. Его пальцы забегали по клавиатуре компьютера. С экрана он скопировал лондонский адрес в авианакладную Federal Express, а затем нажал кнопку внутренней связи и попросил Терезу вернуться в офис.

Прежде чем войти, она еще раз постучала. Шайона всегда забавляла ее вежливость. Когда она неторопливо подошла к его столу, он подумал, будет ли она такой же вежливой в постели. Он улыбнулся при этой мысли. ‘ Отправь это прямо сейчас, Тереза, ’ сказал он, протягивая ей пакет. Он не испытывал никаких угрызений совести, увидев название или адрес: это было агентство по размещению, одно из более чем дюжины агентств, которыми пользовались его клиенты по всему миру.

- Я буду мамой? - спросил полковник.

Джекман нахмурился. - Мама? - повторил он.

‘ Это английское выражение, ’ сказал полковник, беря в руки чайник. - Оно означает "Я налью’. Он налил дымящийся чай в белую фарфоровую кружку и протянул ее профайлеру. Джекман налил себе молока и положил два куска сахара. - Когда вы отправляетесь в Южную Африку? - спросил полковник.

‘У меня что-то краснеет под глазами", - сказал Джекман. Он задумчиво помешивал чай. "Кремер, похоже, не был особо впечатлен моей работой".

- У него много чего на уме.

Джекман кивнул и скорчил гримасу. ‘ У него есть мужество, это точно. Он постучал ложкой по кружке. - Объект, он благополучно убрался с дороги?

- Вне досягаемости, - согласился полковник.

‘ Хорошо. Что ты с ним сделал?

- Это нужно знать.

‘ Полагаю, мне и не нужно этого знать, - сказал Джекман. - А как насчет человека, который заключил контракт?

‘ Дисченца? ФБР держит его под охраной в Майами. Никто не может до него добраться.

Джекман снова помешал свой чай, уставившись на кружащуюся коричневую жидкость. - Кремер понимает, насколько он сам подходит под профиль человека, которого мы разыскиваем?

Полковник отхлебнул чаю, затем покачал головой. - Если и знает, то не упоминал об этом.

- Подослать вора, чтобы он поймал вора?

‘ Не совсем. Его выбрали по другим причинам. Сходство не приходило мне в голову, пока вы не прочитали его досье и не указали на это.

Джекман подошел к тележке и отложил ложку. ‘Он потерял мать в относительно молодом возрасте, его отец редко бывал дома, когда он был подростком, его не очень любили в школе, он проходил подготовку в SAS, у него не было постоянной работы с тех пор, как он покинул полк. Полагаю, вы можете сообщить, где он находился в течение последних двух лет?

Полковник слабо улыбнулся. ‘ Нет, не могу. Но Майк Кремер не наш убийца, я могу это гарантировать. Он не из таких.

Джекман взглянул на свои наручные часы. ‘ В этом-то и проблема, полковник. Он как раз такой человек.

Линч лежал на спине, обняв Мари. Она играла волосами у него на груди, осторожно наматывая их на пальцы и слегка подергивая. ‘ Все еще думаешь, что это плохая идея? - спросил он.

‘ Определенно, - хихикнула она. ‘ Но я бы ни за что на свете не пропустила это. Кто научил тебя заниматься любовью?

- Вы мой первый клиент, - сказал Линч.

Мари рассмеялась и хлопнула его по груди. ‘ Я так не думаю, ’ сказала она. Она поцеловала его в шею и прижалась к нему носом. - Я хочу пойти с тобой, - прошептала она.

- Ты только что это сделал.

- Ты знаешь, что я имею в виду.

-Нет.

- Я мог бы помочь.

- Нет, - повторил он.

‘ Почему бы и нет? Ее рука начала неумолимо двигаться вниз.

- Потому что это моя битва, а не твоя.

Ее рука задержалась у него между ног, лаская и прикасаясь к нему. ‘ Они убили моих отца и мать, Дермотт. Это такая же моя борьба, как и твоя.

‘ Я знаю это, Мари. Но это не санкционированная операция, это личное. Я хочу заполучить Кремера из-за того, что он сделал с Мэгги.

- И я хочу его из-за того, что он сделал с моим отцом.

-Нет.

- Ты должен позволить мне помочь тебе.

Линч перекатился на нее и перенес вес тела на локти, чтобы смотреть на нее сверху вниз. ‘ Ты помогла. Больше’ чем ты думаешь. Он снова поцеловал ее, и она раздвинула ноги, подтянув их и обвив ими его талию. Она крепко сжала его. ‘ И это не заставит меня изменить свое решение, ’ сказал он. Он скатился с нее и направился в ванную.

Кремер сидел между Алланом и Мартином в обеденном зале и снова смотрел видео от Harrods. Они просматривали запись уже в десятый раз. Кремеру казалось, что он знает каждую секунду наизусть, но он понимал важность получения представления об убийце, о том, как он двигался, как держал себя. Он провел бесчисленное количество дней в операциях по наблюдению в приграничной стране, наблюдая за террористами ИРА и поджидая их, и во многих случаях ему удавалось идентифицировать цели по тому, как они шли, наклону головы, пожатию плеч. На большом расстоянии тела часто были более различимы, чем лица. Проблема с видео заключалась в притворной хромоте. Это повлияло на все, что касалось движений мужчины, и Кремер начал думать, что видео на самом деле может оказаться контрпродуктивным.

‘ Как ты думаешь, Аллан? - Спросил Кремер. - Как ты думаешь, ты бы заметил его в толпе.

Аллан пожал плечами. ‘ Я начинаю чувствовать его фигуру. Проблема в том, что он может изменить это с помощью подкладки.

- Или на диете, - добавил Мартин, уплетая стопку сэндвичей с ветчиной и маринованными огурцами, которые миссис Эллиот приготовила ранее.

‘ Да. Я думаю, ты был прав, когда сказал, что все, что мы знаем, это то, что он белый и правша.

- Могут быть обеими руками, - сказал Мартин, потянувшись за очередным бутербродом.

- Потрясающе, - сказал Кремер.

‘ Я тебе кое-что скажу, Майк, ’ сказал Аллан, снова перематывая пленку на начало. - Этот парень действительно немного похож на тебя.

‘ Что? ’ воскликнул Кремер, затем увидел, что Аллан ухмыляется, и изобразил удар кулаком в подбородок. Аллан пригнулся, нажал кнопку ‘Воспроизведение’ и вернулся на свое место, когда экран замерцал. Мартин оглянулся через плечо, и остальные обернулись, чтобы посмотреть, на что он смотрит. Это была Су Мин. На ней были синие джинсы и черный пуловер с закатанными до локтей рукавами. Кремер встал и представил ее Мартину. Она кивнула в знак приветствия, но не сделала попытки пожать ему руку.

‘ Ты китаянка? - Спросил Мартин.

‘ Нет, ’ коротко ответила она и отвернулась от него. ‘ Вы ели? ’ спросила она Кремера. Он покачал головой. - Я приготовлю тебе что-нибудь, - сказала она и направилась на кухню.

Снаружи они услышали, как заработали турбины вертолета. - Специалист по профилю, - сказал Кремер, когда Аллан бросил на него вопросительный взгляд.

- Он недолго задержался здесь.

‘ Ему особо нечего было сказать. Много мнений, мало фактов.

-Да?

-Да. Примерно столько же пользы, сколько от тех экстрасенсов, которые считают, что могут сообщить полиции, где зарыты тела, с помощью маятника или хрустального шара.

Аллан взял себе один из сэндвичей Мартина. ‘ Жаль. Я надеялся, что он расскажет что-нибудь более конкретное.

"Мужчина, которого мы ищем, вероятно, подвергался жестокому обращению в детстве", - сказал Кремер.

Мартин ухмыльнулся. ‘ Отлично. Тогда мы будем начеку, если кто-нибудь промочит постель. Один из охранников вышел из кухни со свежим кофейником. Мартин осушил свою чашку. - Как раз вовремя, - сказал он.

Кремер наблюдал, как убийца на экране подошел ко второму телохранителю. Два выстрела в грудь. Кремер удивился, почему стреляли в лицо только мишеням. Объяснение Джекмана о том, что это его подпись, показалось ему слишком бойким. Он поднял глаза и увидел человека с кофейником, идущего за телевизором. В последний раз Кремер видел его стоящим на страже у входа в школу. Ему было около двадцати пяти, широкоплечий, с узкой талией, телосложения балетного танцора. Кремер почувствовал, как внутри у него все напряглось. Было что-то неправильное в том, как мужчина держал кофейник, как будто он пытался держать его подальше от своего тела. Возможно, он просто боялся расплескать горячую жидкость, но потом он увидел, как взгляд мужчины метнулся в его сторону, и понял, что не ошибся. Кремер оттолкнул Аллана в сторону, когда тот вскочил на ноги, его правая рука потянулась к стилету в рукаве.

Мужчина уронил кофейник и повернулся к Кремеру. Его рот открылся от удивления, когда он увидел, что Кремер уже вытаскивает нож. Когда стилет появился из рукава Кремера, он продолжал двигаться, сохраняя инерцию, его левая рука была вытянута, глаза сосредоточены на горле мужчины. Кофейник разбился об пол. Обжигающая жидкость забрызгала брюки Кремера, но он ничего не почувствовал, он был полностью сосредоточен на мужчине, стоявшем перед ним. Правая рука мужчины исчезла под кожаной курткой, но Кремер был уже достаточно близко, чтобы ударить его ладонью в грудь и всадить стилет ему под подбородок, достаточно сильно, чтобы порезать плоть, но недостаточно сильно, чтобы потекла кровь. Мужчина уставился на него широко раскрытыми от страха глазами, открыв рот. - Попался! - завопил Кремер.

- Да! - крикнул Мартин, вскакивая на ноги и молотя кулаком по воздуху.

Похвала Аллана была более сдержанной; он встал и похлопал Кремера по спине. "Отличная работа, Майк", - сказал он.

Кремер отступил на шаг и вложил стилет в ножны. Мужчина в кожаной куртке потер подбородок и печально улыбнулся. - Я почти поймал тебя, - сказал он.

- Все дело в "Почти", - сказал Кремер, снова садясь. Его сердце бешено колотилось, и он сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Он поднял глаза и увидел Су Мин, стоящую в дверях кухни с большой миской в руках и выражением ужаса на лице. Он понял, что она, должно быть, видела нападение. Прежде чем он успел объяснить, что произошло, она исчезла обратно на кухне.

Аллан стоял, глядя на Кремера сверху вниз. - Вот теперь мы добираемся до цели, Майк. Мы определенно добираемся до цели. Хотя есть кое-что. Почему ты воспользовался ножом, почему не потянулся за пистолетом? У тебя было время.

Кремер ухмыльнулся. - Господи, Аллан, неужели ты никогда не будешь удовлетворен?

Аллан покачал головой. - Нет, пока это не закончится.

Кремер встал и пошел на кухню. Су мин резала спаржу, но, увидев Кремера, остановилась. ‘Мы тренировались", - сказал он, прежде чем она успела заговорить. "Мы не знаем, когда и как он нанесет удар, поэтому Аллан все время испытывает меня".

- Ты собираешься убить его, не так ли?

‘ Этому человеку заплатили за то, чтобы он убил вашего босса, - сказал Кремер. ‘ Он наемный убийца. Наемный убийца. Ему платят за то, чтобы он убивал людей, мы не можем просто предъявить ордер и сказать ему, что он арестован.

‘ Ты напугал меня, ’ сказала она, избегая его взгляда. ‘ Не только то, что ты сделал, но и то, как ты это сделал. Ты был как машина. Машина для убийства. В твоих глазах была жажда крови.

‘ Я контролировал ситуацию, Су минг. Именно это Аллан и делает, он учит меня реагировать инстинктивно. У меня не будет времени на раздумья, либо он, либо я.

Су мин отложила нож и скрестила руки на груди, словно обнимая саму себя. Она выглядела до нелепости юной в пуловере большого размера. - Ты ведь убивал раньше, не так ли? - спросила она.

‘ Да. Несколько раз.

- И тебя это не беспокоит?

Кремер несколько секунд молчал. ‘ Нет, меня это не беспокоит, ’ наконец ответил он. - Больше нет.

- Когда ты убьешь этого человека, этого убийцу, я буду там, не так ли?

‘ Возможно. Да.

‘ Так что либо я увижу, как ты убьешь человека, либо я увижу, как убьют тебя. Выбор невелик, не так ли? В любом случае, на моих руках будет смерть человека.

‘ Мы делаем это, чтобы спасти жизнь вашего босса, Су минга, и остальных людей, которых этот маньяк может в конечном итоге убить. Этот человек никогда не подводил. Если мы его не остановим, твоему боссу негде будет спрятаться, ему некуда будет пойти, где он будет в безопасности. Мы должны его убрать. ’ Су Мин вздрогнула, как будто стояла на сквозняке. ‘ С тобой все в порядке? - Спросил он. Она пожала плечами. - Разве полковник не объяснил, что должно было произойти?

- Мне сказали, что я должен сопровождать вас, что мы должны следовать по маршруту мистера Вандера Майера.

‘ Ты, должно быть, поняла, что они задумали? Он протянул руку, чтобы коснуться ее плеча, но она отодвинулась от него.

‘ Полагаю, да. Но я не думаю, что кто-то на самом деле произнес эти слова. На самом деле никто не говорил, что мы подстраиваем убийство человека.

Кремер мягко потер живот. Он не был уверен, имела ли она в виду, что его или убийцу подставили, или ее это вообще волновало. ‘ Мы позаботимся о том, чтобы ты не пострадала, - сказал он так успокаивающе, как только мог. ‘ Аллан и Мартин сделают все возможное, чтобы уберечь тебя от этого. И он будет охотиться за мной. Не за тобой.

- Не в этом дело, - сказала она, качая головой.

- Что вы имеете в виду?

Она прищурилась и снова вздрогнула, затем быстро повернулась к нему спиной и взяла нож. Медленными, точными движениями нарезала ломтики спаржи. Кремер наблюдал, не зная, что сказать. Су-мин продолжала нарезать спаржу маленькими кусочками, нож издавал тихий хрустящий звук. Кремер молча наблюдал за ней, но понял, что разговор окончен. Она отгородилась от него, как моллюск, закрывающийся в поисках защиты.

Сандра Уортингтон в сотый раз посмотрела на часы и поджала губы, гадая, будет ли Филип уже в офисе. Она не могла позвонить ему домой, в последний раз, когда она это делала, он был вне себя и заставил ее пообещать, что больше так не будет. Это был глупый поступок. Они оба были женаты, и обоим было что терять, если бы их роман был раскрыт, но были моменты, когда ей просто необходимо было услышать его голос. Торопливое ‘Я люблю тебя" или ‘Я скучаю по тебе" было всем, чего она хотела. Она снова посмотрела на часы.

‘ Есть возможность выпить чашечку чая? ’ спросил ее муж. Он растянулся на диване перед телевизором, смотрел "Скай Спортс" и почесывался.

‘ Конечно, ’ сказала она и пошла на кухню. Их печеночно-белый кокер-спаниель последовал за ней, добродушно виляя обрубком хвоста. Ее муж был совсем не похож на Филипа. Филип был высоким и мускулистым, Филип был симпатичным и добрым, Филип заставлял ее смеяться. Ее муж просто наскучил ей, и так было последние пять лет. Если бы не дети, она бы давно ушла от него, но ее собственные родители расстались, когда ей было восемь, и она пообещала себе, что никогда не заставит своих двоих детей пройти через те же эмоциональные испытания, что и на американских горках.

УФилипа тоже были дети, трое мальчиков, и он ясно дал понять, что его жена никогда не даст ему развода, а если и даст, то алименты и алименты на ребенка обрекут его на грязную ночлежку на всю оставшуюся жизнь. Им приходилось довольствоваться тем, что у них было: торопливыми объятиями на заднем сиденье его "Вольво", обеденными прогулками по парку, случайной роскошью гостиничного номера, украденными моментами, когда ее дети были в школе. Это было немного, но все же лучше, чем ничего. Теперь даже то немногое, что у нее было, оказалось под угрозой. Ее мужа уволили, и последние три недели он слонялся по дому, смотрел телевизор и выходил только для того, чтобы посетить паб или букмекерскую контору. Он сводил ее с ума.

Сандра налила ему чашку чая и на автопилоте положила две ложечки сахара. Филип не употреблял сахар. Он следил за своим телом. Она снова посмотрела на часы. Ей нужно было услышать голос Филипа, просто знать, что он заботится о ней, что он думает о ней. Пес заскулил и склонил голову набок. ‘ Перестань прикидываться милым, Робби, ’ сказала она. Пес быстрее завилял хвостом и издал тихий рычащий звук. - А, я поняла, - прошептала Сандра и заговорщически подмигнула собаке.

Она поставила кружку с чаем на кофейный столик рядом с мужем. Он пробормотал слова благодарности, не отрывая глаз от экрана. - Пожалуй, я прогуляюсь с Робби, - сказала она.

"Не нужно, я возьму его с собой в паб", - сказал ее муж.

‘ Ему нужна прогулка, а не пинта светлого пива, ’ сказала Сандра, беря с буфета бутылку Робби. Робби с лаем подбежал к нам.

‘ Тихо! ’ прикрикнул на нее муж. - Ты можешь что-нибудь сделать с этой чертовой собакой?

‘ Я провожу его, - сказала Сандра, хватая пальто. Она проверила, есть ли у нее в кармане мелочь, и поспешила к двери. ‘ Увидимся позже. Ее муж снова что-то проворчал, и она выскользнула, пристегнув поводок к ошейнику Робби, и спустилась по лестнице на первый этаж. Ее сердце бешено колотилось. В сотне ярдов дальше по дороге была телефонная будка, но она решила не пользоваться ею, так как ее было видно из окна их гостиной. Робби направился к парку, но Сандра рывком остановила его. "Позволь мне сначала позвонить Филипу, а потом ты сможешь играть сколько душе угодно", - сказала она.

Шагая по тротуару, Сандра размышляла, что бы она сказала Филипу. Пока ее муж не встанет со своего проклятого дивана и не отправится искать работу, ей будет практически невозможно ускользнуть хотя бы на несколько часов. Может быть, он мог бы подъехать на своей машине, и она могла бы еще раз прогуляться с Робби вечером? Это был не первый раз, когда собака садилась на переднее сиденье "Вольво" Филипа, пока они занимались любовью на заднем сиденье. Она улыбнулась при этой мысли.

Робби начал подтягиваться к канаве. ‘ О, Робби, подожди, ты не можешь? Собака потянула сильнее, и Сандра смягчилась. Она позволила ему сойти с тротуара. Его нос был опущен, а хвост подергивался. Его лапы царапали асфальт, когда он пытался вырваться от нее. ‘ Да ладно тебе, Робби, не мучай меня, - простонала Сандра. Собака направилась к синему "Форду Сьерра". Сандра дернула за поводок, но Робби это нисколько не остановило. Он начал обнюхивать бампер "Сьерры", а его хвост начал вилять еще быстрее. Сандра опустилась на колени рядом с ним и погладила его по затылку. ‘ Сри или слезай с горшка, Робби, ’ раздраженно сказала она. - Мне нужно сделать телефонный звонок.

Она схватила Робби за воротник и потащила прочь. Делая это, она заметила красное пятно на черном бампере. Она нахмурилась. Он был недостаточно блестящим, чтобы быть краской. Она потерла его пальцем и уставилась на ржавое пятно на своей коже. Робби лизнула палец, затем вернулась к обнюхиванию ботинка. Тогда Сандра впервые обратила внимание на запах. Она вырастила двоих детей, и этот запах сразу вызвал воспоминания о грязных подгузниках и наполненных горшках. Она поспешно потерла пальцем асфальт, пытаясь избавиться от пятна. Теперь она знала, что это. Кровь.

Линч налил в чайник кипяток, покрутил его, затем вылил в раковину. Он знал, как важно сначала разогреть чайник, хотя в эпоху пакетированного чая на этом, казалось, настаивало все меньше людей. Он открыл "кэдди" Мари из нержавеющей стали и налил чай ложкой в чайник.

‘ Дермотт? Мэри позвала из гостиной.

- Что? - спросил он, наливая воду в кастрюлю и быстро помешивая.

‘ Ваша машина? Она синяя?

Линч бросил ложку и бросился в гостиную. Мари стояла у окна и смотрела на улицу. Он встал позади нее и положил руки ей на плечи. Внизу, на улице, полицейская машина остановилась позади Ford Sierra. Женщина-полицейский в форме разговаривала с темноволосой женщиной с собакой, в то время как ее коллега наклонился и осмотрел багажник. - Черт, - выругался Линч.

‘ Это твое? ’ спросила Мари. - Что он ищет?

Линч не ответил. Он отвернулся от окна и пошел в комнату для гостей. Он достал пистолет из-под кровати и вытащил магазин. Он проверил спусковой механизм, затем вставил магазин обратно и убедился, что предохранитель поставлен. Мари вошла в комнату и остановилась как вкопанная, увидев пистолет. - Ты принес пистолет в мой дом? - спросила она.

‘ Мари, любимая, у меня не было выбора. Он засунул пистолет за пояс брюк, затем натянул куртку, чтобы прикрыть оружие.

- Машина угнана? - спросила она.

Линч прошел мимо нее обратно в гостиную. Он встал сбоку от окна и посмотрел вниз. Полицейский выглядывал в заднее стекло машины, женщина-полицейский разговаривала по рации, а женщина с собакой стояла у нее за спиной, глядя на свои наручные часы. Он не был уверен, как много можно рассказать Мари. Она предложила помощь и знала, что он был волонтером ИРА, но он не знал, как она отреагирует на новость о том, что он убил пятерых человек и что один из них был в багажнике Ford Sierra. ‘ Да, она украдена. И на ней повсюду мои отпечатки пальцев. - Он постучал по стене ладонью. ‘ Черт возьми, мне не следовало оставлять машину там. Мне не следовало торчать здесь, я должен был убраться восвояси.

‘ Спасибо, Дермотт. Большое спасибо.

Линч повернулся, подошел к Мэри и обнял ее. ‘ Эй, любимая, я не это имел в виду. Я просто зол на себя, вот и все. Он положил подбородок на ее макушку, его мысли лихорадочно метались. Русский пистолет тоже был в багажнике машины, рядом с телом Фоули. Как он мог быть таким чертовски глупым? Он оставил чистый пистолет в машине и носил с собой чуть ли не самое крутое оружие в стране, засунутое сзади за пояс брюк. Полиция сопоставит пулю, убившую Фоули, с пулями, убившими группу захвата ИРА. Затем они обыщут квартиру Фоули, и его собственные отпечатки будут повсюду в задней спальне. - Мне пора идти, - сказал он.

- Я пойду с тобой. - Она торопливо произнесла эти слова и крепко прижала его к себе, словно боялась, что он ее оттолкнет.

- Это будет по-настоящему грязно, дорогая, - сказал он.

- Ты все еще преследуешь Кремера?

"Да".

- Позволь мне пойти с тобой.

Линч закрыл глаза. Он почувствовал яблочный аромат ее шампуня и еще что-то, напомнившее ему летнее поле. Она была такой свежей, такой юной. Она не понимала, о чем просит. ‘ Нет, любимая. Я не могу. Это слишком опасно. Он убрал ее руки со своей талии и вернулся к окну. Полицейский опустился на колени, обнюхивая багажник. Линч гадал, попытается ли он открыть его силой или они вызовут слесаря. В любом случае, у него оставалось недолго. ‘ Мне нужно идти, ’ повторил он. Он похлопал себя по карманам, проверяя, на месте ли два бумажника и деньги, которые дала ему Мари.

‘ В одиночку у тебя не будет ни единого шанса, ’ сказала она. ‘ Тебя будут искать. Но если бы я была с тобой...

- Им будет не хватать тебя на работе.

- Я могу сослаться на болезнь.

- Скоро они начнут обыск от дома к дому.

‘ Тем больше причин, по которым меня здесь не должно быть. Мы можем воспользоваться моей машиной.

- Ты сумасшедший.

‘ Нет, я не сумасшедший, Дермотт. Этот человек, Кремер, разрушил мою семью, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь вам поймать его. - Она стояла перед ним, вызывающе уперев руки в бедра и вздернув подбородок, как боксер на взвешивании.

Линч улыбнулся.

- Черт бы тебя побрал, Дермотт, чему ты ухмыляешься?

- Я просто подумал, как ты похожа на свою мать.

- Не пытайся меня уговаривать.

Линч поднял руки, словно пытаясь отогнать ее. - Я не собираюсь.

‘ Мы можем воспользоваться моей машиной. Я могу помочь, Дермотт. И я хочу.

Линч прищурился, глядя на нее. Он искренне не хотел впутывать ее в это дело, но она была права: полиция будет искать мужчину, путешествующего в одиночку. И было еще одно преимущество в том, что она была с ним, по крайней мере, на какое-то время. Пройдет совсем немного времени, прежде чем подробности убийств в Мейда-Вейл и тела в багажнике машины станут достоянием общественности, и было бы полезно посмотреть, как Мари отреагировала на эту новость. Одно дело предложить ей помощь, и совсем другое - смириться с тем, что она причастна к пяти убийствам. ‘ Хорошо, - сказал он. - Но только до тех пор, пока я не окажусь в безопасности за пределами Лондона. Потом мы расстались.

Мари ухмыльнулась. ‘ Договорились, ’ сказала она. Она достала из шкафа потрепанную куртку из овчины и исчезла в своей спальне. Линч нервно расхаживала взад-вперед, пока не появилась снова с большой сумкой от Harrods.

Линч поднял бровь. ‘ Мэри, любимая, я сказал, что ты увозишь меня из Лондона. Вот и все.

‘ Расслабься, Дермотт. Это прикрытие. Гораздо менее подозрительно, если я что-то несу. Она открыла входную дверь и выпроводила его.

- Где машина? - спросил он, когда они спускались по лестнице.

‘ За углом, ’ сказала она. Она открыла входную дверь. Когда они ступили на тротуар, мимо проехала вторая полицейская машина, и Линч отвернулся, чтобы пассажиры не видели его лица. Мари оглянулась через плечо. - Не смотри, - прошипел Линч.

Она резко повернула голову. - Прости, - прошептала она.

Линч заставил себя идти медленно, пытаясь сделать вид, что они не более чем зловещая супружеская пара, отправляющаяся за покупками. ‘ Дай мне ключи, ’ сказал он. - Я поведу машину.

Она сделала, как он просил. Ключи были на связке с прикрепленным к ней крошечным плюшевым мишкой. ‘ Сюда, ’ сказала она, ведя его по боковой дороге. Линч немного расслабился, когда они завернули за угол, скрывшись из поля зрения полицейских.

Машиной Мари был красный Golf GTI с откидным верхом. Она забралась внутрь и села рядом с Линчем. - Куда мы едем? - спросила она, когда Линч завел двигатель.

‘ Уэльс, ’ сказал он. Он оглянулся через плечо и отъехал от тротуара.

Крамер, Аллан и Мартин стояли за длинным столом и проверяли свое оружие: Крамер - свой Walther PPK, Аллан - свой Glock 18, а Мартин - свой Heckler amp; Koch VP70. ‘ Все в порядке? - Спросил Аллан, и двое других мужчин кивнули. Они как один повернулись, подняли пистолеты и выстрелили в ряд картонных мишеней, как можно быстрее опустошая обоймы. Крамер финишировал первым, потому что гораздо меньший по размеру PPK вмещал всего семь патронов. Мартин последним прекратил стрельбу, поскольку в его оружии было восемнадцать патронов.

У Кремера звенело в ушах, когда они подошли проверить точность выстрелов. Аллан отказался от затычек для ушей или защитных средств, чтобы они привыкли находиться под огнем. Это было адом для его барабанных перепонок, но Кремер знал, что Аллан прав: если он не привык к звукам выстрелов, его первой реакцией будет вздрогнуть и закрыть глаза, а поскольку убийца движется к нему, малейшее промедление будет фатальным. Все удары Кремера пришлись точно в точку.

Аллан хлопнул его по спине. ‘ Хороший выстрел, Майк. Он посмотрел на мишень Мартина и скорчил гримасу. - Черт возьми, Мартин, у тебя что, уровень сахара в крови низкий или что-то в этом роде?

Мартин фыркнул. - Не так уж и плохо, - сказал он.

‘ Плохо? Это дерьмо.

‘ Да, но я же не собираюсь стрелять по бумажным террористам, не так ли? Я никогда не был таким крутым на стрельбище.

‘ Можешь повторить это еще раз. Аллан начал наклеивать маленькие кружочки из черной бумаги на отверстия, оставленные пулями.

- Да, но мне было чертовски жарко в Доме Убийств, не так ли?

‘ Ты справился, ’ неохотно сказал Аллан. Он протянул Кремеру горсть бумажных кружочков. "Мартин приехал в Херефорд с группой рейнджеров ирландской армии, чтобы освежить в памяти свою тактику борьбы с терроризмом", - объяснил он.

- Отличная затрещина, - сказал Мартин.

- Это было в старые времена, живые мишени и все такое? - спросил Кремер.

‘ Не-а. Черт, я забыл, ты же делал систему одноместных номеров, не так ли? ’ спросил Мартин. - Должно быть, это было что-то особенное.

‘ Да. Так и было. В старые добрые времена. Во времена, когда Кремер служил в SAS, в здании ближнего боя была единственная комната, где солдаты оттачивали технику освобождения заложников, причем манекены играли роль террористов, а бойцы SAS по очереди играли роль заложников. Использовались боевые патроны, и в комнате часто было почти или совсем темно, чтобы сделать упражнение как можно более реальным. В конце концов, это стало слишком реальным, и в 1986 году сержант, игравший роль заложника, был застрелен. Несчастный случай со смертельным исходом положил конец системе одноместных номеров, и "Дом смерти" был заменен двумя комнатами, соединенными очень сложной системой камер и экранов. Террористы и заложники находились в одной комнате, спецназовцы штурмовали другую, стреляя в экраны в натуральную величину. Это было не на сто процентов реалистично, но это означало, что больше несчастных случаев не было. Как сказал Мартин, это было что-то в старые добрые времена.

Трое мужчин закончили замазывать дыры и вернулись к столу. - Что вы думаете о Су минге? - спросил Мартин.

Кремер пожал плечами. - Непостижимый, - сказал он.

‘ Да. Именно так. Непостижимо. Какова ее история?

Кремер начал вставлять новые патроны в обойму PPK. - Она ассистентка цели, - сказал он.

Мартин похотливо ухмыльнулся. ‘ Ассистентка, твою мать. Он ей устроит. Обязательно будет.

-Что заставляет тебя так думать?

Мартин поднял брови. - А ты бы не стал?

Кремер покачал головой, улыбаясь про себя. - Ты животное, Мартин.

‘ Она держится особняком, ’ сказал Аллан. ‘Я хотел, чтобы она провела со мной несколько репетиций, просто чтобы почувствовать, что происходит. Она не захотела".

‘ Она недовольна всем этим делом, ’ сказал Кремер. - Возможно, она даже буддистка или что-то в этом роде.

- Я думал, буддисты бреют головы? - спросил Мартин.

- Только монахи, - сказал Аллан.

- Да? Ну, пока она бреет подмышки. Это единственное, чего я терпеть не могу, понимаешь? Волосатые подмышки.

- Это большое облегчение для всех нас, Мартин, - сказал Кремер.

‘ В любом случае, какое отношение к этому имеет то, что ты буддист? - Спросил Мартин.

- Она против убийств, - сказал Кремер.

‘ Чертовски потрясающе, ’ рассмеялся Мартин. "Какой-то псих собирается снести голову своей начальнице, а она беспокоится о неприкосновенности жизни".

Аллан положил заряженный "Глок" на стол. ‘ Этот парень не псих, Мартин. Не забывай об этом. Он не сумасшедший, он такой же высококвалифицированный специалист, как и ты. Он точно знает, что делает.

Мартин поднял руки в притворной капитуляции. ‘ Ладно. Ладно. Больше никаких безумных шуток.

Кремер вставил магазин в свой PPK и проверил, поставлен ли он на предохранитель. - С ней все будет в порядке, не так ли?

‘ До тех пор, пока она не встанет у нас на пути, - ответил Аллан. - А что, ты беспокоишься?

‘ Я был бы счастлив, если бы она приняла участие в репетициях. Как ты сказал, было бы лучше, если бы она знала, чего ожидать.

Аллан пожал плечами. - Убийца не стреляет в невинных прохожих, по крайней мере, пока.

- У входа в отдел доставки "Харродс" был швейцар, - указал Кремер.

‘ На нем была форма. И он был из службы безопасности.

- Да, но он не был вооружен.

Аллан потер нос тыльной стороной ладони. ‘ Мы позаботимся о том, чтобы она оставалась на заднем плане, когда ты будешь уязвим. Я бы не волновался, Майк. Этому парню наплевать на свидетелей. Он полностью сосредоточен на цели и любых телохранителях. Это ты, я и Мартин. Я бы больше беспокоился о себе, чем о ней.’ Аллан повернулся лицом к мишеням.

Кремер последовал его примеру и снял пистолет с предохранителя. - Да, я знаю, что ты прав, но я просто беспокоюсь о ней.

- Он запал на нее, вот и все, - сказал Мартин.

- Пошел ты, - сказал Кремер.

- Все, что тебя возбуждает, - ухмыльнулся Мартин.

‘ Когда будете готовы, леди, ’ сказал Аллан. Трое мужчин начали стрелять, и вскоре воздух наполнился едкими парами кордита, а на пол посыпались струйки пустых гильз. Кремер изо всех сил старался сосредоточиться на бумажных мишенях, но не мог выбросить Су-мина из головы. Мартин ошибался, Кремера ни в малейшей степени не привлекала ассистентка Вандера Майера. И даже если бы это было так, он ничего не мог с этим поделать; не обращая внимания на свое состояние здоровья, он отправлялся на задание, которое, более чем вероятно, закончилось бы его собственной смертью. Романтика была последним, о чем он думал. Его обойма опустела за долю секунды после того, как Аллан закончил стрелять, и он уставился на картонный вырез, в то время как Мартин продолжал стрелять из своего пистолета-пулемета. Три удара Кремера прошли мимо цели.

Дермотт Линч ехал по трассе М4, сохраняя скорость GTI ниже 70 миль в час. Ему очень хотелось уехать как можно дальше от Лондона, но он знал, что было бы опрометчиво превышать разрешенную скорость, тем более что у него все еще был заряженный пистолет, засунутый сзади в брюки. Они остановились на заправочной станции недалеко от Виндзора, и пока Линч заправлял бак, Мэри позвонила в свой офис и сказала, что у нее грипп и ее не будет несколько дней.

‘ Куда в Уэльсе мы направляемся? - Спросила Мэри, откидываясь на спинку сиденья.

‘ Недалеко от Суонси, ’ сказал Линч. ‘ Кремер прилетел на вертолете из местечка под названием Хоут, к северу от Дублина, и я знаю, где он приземлился. У меня есть привязка к карте.

-Как тебе это удалось?

- Тебе лучше не знать, - сказал Линч.

‘ Ты можешь доверять мне, Дермотт. Она похлопала его по ноге, затем сжала чуть выше колена.

‘ Дело не в доверии. Это для твоего же блага. Чем меньше ты будешь знать, тем в большей безопасности. Мари убрала руку с его ноги. Она выглянула в окно со стороны пассажирского сиденья и тихонько цокнула языком. Линч улыбнулся. ‘ Да ладно, любимая. Не дуйся.

- Я не дуюсь, - сказала она, но по-прежнему не смотрела на него.

Линч постучал по рулю. Красная Ауди с визгом пронеслась мимо по внешней полосе. Она, должно быть, развивала скорость более ста десяти миль в час. Линч покачал головой. Парень просто просил, чтобы его забрали. Он перевел взгляд на Мари. Она надулась и пожала плечами. Линч усмехнулся. - Мари, любимая, это серьезно.

- Я это знаю.

‘ Ты гражданское лицо. Ты ни в чем не замешан. Ты не игрок.

Ее глаза вспыхнули. - Я здесь, не так ли?

- Вопреки моему здравому смыслу.

Она снова отвернулась. От ее дыхания запотело стекло, и она протерла его рукавом.

Некоторое время Линч ехал молча, пока молодые люди с плотно сжатыми губами в рубашках без пиджаков проносились мимо на машинах компании. - Вы никогда не были волонтером, не так ли? - спросил он наконец.

- А ты разве не знаешь?

‘ Откуда мне знать? Она пожала плечами, но по-прежнему не смотрела на него. ‘ Мэри, ИРА - это не ряд уровней, как регулярная армия. Раньше так и было, но организация была слишком уязвима для проникновения. Сейчас она состоит из небольших ячеек, обычно всего из четырех человек. Из этих четырех только одна будет иметь контакт с другой ячейкой. Остальные трое знают только членов своей ячейки. Так гораздо безопаснее. Если одного из них поймают, это ограничит количество людей, на которых они могут сообщить.

-Зачем им было разговаривать?

Линч тихо фыркнул. ‘ Мэри, милая, рано или поздно практически все заговариваются. В любом случае, я не об этом.

- Я не ребенок, Дермотт.

‘ Я знаю, что ты не ребенок. Я просто пытаюсь объяснить, почему не хочу говорить тебе, откуда я знаю, куда отправился Кремер. Если я скажу вам, кто мне рассказал, он станет вдвойне уязвим. Когда он дал мне информацию, он подверг себя риску, и я должен уважать это. Если я скажу вам, этот риск удвоится. Не имеет значения, насколько я тебе доверяю, не имеет значения, насколько ты надежен, это просто вопрос минимизации риска".

Мари задумчиво кивнула. Она повернулась и посмотрела на него. ‘ Прости, - сказала она. ‘ Ты прав. Она снова положила руку ему на ногу. Некоторое время они ехали молча. Время от времени Мэри рассеянно царапала ногу Линча ногтем. - Эта клеточная система все еще работает? - спросила она.

‘ На сто процентов, ’ сказал Линч. - Так же, как и всегда.

- Но я думал, что после прекращения огня ИРА сворачивает свою деятельность.

Линч пренебрежительно фыркнул. ‘Прекращение огня временное, никогда не забывайте об этом", - сказал он. ‘Это длится только до тех пор, пока "Шинн Фейн" продвигается к своим политическим целям. Организация так же хорошо организована и вооружена, как и прежде. Не позволяй риторике одурачить тебя, дорогая. Суровые люди из Армейского совета с удовольствием снова взяли бы в руки свое оружие.

- Ты думаешь, это произойдет?

Линч мрачно кивнул. ‘ Да, любимая. Боюсь, что да. Я в меньшинстве, но я считаю, что это только вопрос времени, когда насилие начнется снова".

Кремер был в своей комнате, сидел на кровати и перечитывал отчет Джекмана, когда раздался робкий стук в дверь. - Входите, - сказал он, кладя толстую папку в пластиковом переплете на подушку.

Это была Су Мин с чайным подносом. - Миссис Эллиот сказала, что вы не обедали, - сказала она.

- Да, я не был голоден.

Она поставила поднос на кровать рядом с ним. На нем стояла маленькая миска с белым рисом и еще одна миска с тонкими полосками белой мякоти и ростками фасоли. ‘ Это рыба, ’ сказала она. - Морской окунь.

‘ Спасибо. Он взял палочки для еды и держал их так крепко, как только мог. Одна из них выскользнула у него из рук, и она подобрала ее с пола. Кремер скривился. - Это не так просто, как кажется, - сказал он.

‘ Это требует практики, ’ согласилась она. - Но ты становишься лучше.

Кремер улыбнулся, вспомнив, что Аллан говорил ему примерно то же самое, хотя и при других обстоятельствах. Он попробовал снова, на этот раз с большим успехом. - Значит, ты говоришь по-русски, да?

-Да.

- На каких еще языках ты говоришь?

‘ Китайский на мандаринском диалекте. Кантонский диалект. Тайки. Вьетнамец. Французский. Немецкий.’ Казалось, она не гордилась количеством языков, на которых говорила, как будто это было самой естественной вещью в мире.

- Это довольно впечатляюще.

Она пренебрежительно пожала плечами. - И английский, конечно.

‘ Конечно. Как ты выучил столько языков?

‘ Кое-что я выучил в детстве. Кое-что я изучал. Мистер Вандер Майер сказал, что было бы полезно, если бы я говорил по-русски. Я посещал курсы в Нью-Йорке.

- А теперь ты свободно владеешь языком?

-Почти.

Су мин села на стул перед туалетным столиком и смотрела, как он ест. - Почему они выбрали тебя? - спросила она.

Кремер набил рот бобовыми ростками. Они были хрустящими и свежими, с привкусом чеснока и чего-то еще, что он не смог определить. - Почему ты спрашиваешь?

‘ Потому что вы совсем не похожи на мистера Вандера Майера. Он старше, не такой высокий, как вы, и лицо у него не такое. . Она нащупала нужное слово. - Острый, - сказала она в конце концов.

- Острый? - ухмыльнулся Кремер.

Она кивнула. ‘ Острый. Как ястреб.

- Все дело в носу, - сказал Кремер, безуспешно пытаясь подцепить кусочек риса.

‘ Ты никогда не бываешь серьезным, не так ли? Ни к чему?

Кремер пожал плечами. - Иногда лучше не принимать все слишком серьезно.

‘ Нет, с тобой это притворство. Ты притворяешься, что тебе все равно...

‘ Но ты видишь меня насквозь, не так ли? Кремер закончил за нее. ‘ Не пытайся разгадать во мне слишком многое, Су-мин. Я солдат, вот и все. Я подчиняюсь приказам.

‘ Значит, вам приказали это сделать? Вам приказали занять место мистера Вандера Майера?

У Кремера внезапно пересохло во рту. На подносе стояла чашка зеленого чая, и он отпил из нее. ‘ Нет, ’ сказал он. - Это был не приказ.

‘ Потому что ты больше не в армии. Ты ведь теперь не солдат, не так ли?

‘ Это правда, ’ согласился Кремер. Очевидно, она спрашивала о нем. Он не был уверен, чувствовать ли себя польщенным или обеспокоенным.

‘ Так почему, Майк Кремер? Зачем ты это делаешь? Ее темно-карие глаза впились в него. Кремер спокойно встретил ее взгляд. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. Кремер отвел взгляд первым.

- Мужчина должен делать то, что должен делать мужчина, - запинаясь, сказал он.

Су мин встала. ‘ Почему ты такой? ’ тихо спросила она. ‘ Почему ты никогда не хочешь быть серьезным? Жизнь - это не шутка. То, что ты делаешь, не смешно. Кремер ничего не сказал. ‘Ты пустой’, - сказала она. ‘Ты пустой человек. Что-то внутри тебя умерло давным-давно.

Кремер поднял на нее глаза. ‘ Да? Это профессиональное мнение?

Она вышла из спальни, размахивая руками взад-вперед, как маленький ребенок, которого отправляют спать. Кремер отложил палочки для еды. Он больше не был голоден.

Линч сошел с трассы М4 в Бристоле. Мэри уснула и тихо похрапывала, уткнув подбородок в грудь. Линч улыбнулся, глядя на нее через стол. Она была симпатичной девушкой, и при других обстоятельствах Линч с удовольствием провел бы с ней время. Цифровые часы на приборной панели показывали, что было около двух. ‘ Мэри? ’ тихо позвал он. Реакции не последовало, поэтому он включил радио и крутил диск настройки, пока не нашел новостную станцию. Он убавил громкость и напрягся, чтобы расслышать заголовки. Вторым пунктом была стрельба в Мейда-Вейл: застрелены четверо мужчин, пока не опознанных, трое из них мертвы, мужчина, как сообщается, сбежал с места происшествия. Линч нахмурился, гадая, кто из бойцов ИРА выжил. Он бы поставил деньги на то, что убил их всех. Не то чтобы это имело значение, просто этот человек вряд ли стал бы помогать полиции в расследовании. Описания человека, которого разыскивала полиция, не было, но Линч знал, что ему следует беспокоиться не о полиции. ИРА не нуждалась в описании.

О Фоули ничего не упоминалось, хотя Линч был уверен, что полиция уже открыла багажник и обнаружила тело. Линч в тысячный раз проклял собственную глупость. Ему не следовало оставлять машину припаркованной на улице, ему следовало стереть с машины отпечатки пальцев, ему следовало взять с собой второй пистолет. Он удивился, как мог быть таким беспечным. Мари шмыгнула носом и поерзала на своем сиденье, повернувшись так, что ее правая щека легла на подголовник. Ее губы были слегка приоткрыты, и он мельком увидел идеальные белые зубы. Линч протянул руку и выключил радио.

Он въехал в город и направился к расположенной в центре автостоянке. Мари открыла глаза, когда он заглушил двигатель. - Мы на месте? - сонно спросила она.

- В Бристоле, - ответил Линч.

Мари села и потерла глаза тыльной стороной ладони. ‘ Извини, - сказала она. ‘ Я не хотела засыпать. Я поведу следующий отрезок, если хочешь.

‘ Я не возражаю, ’ сказал Линч. Он действительно наслаждался поездкой, у него было время подумать.

- Почему мы остановились? - спросил я.

‘ Провизии для меня, - ответил он. - И билет на поезд до Лондона для тебя.

У Мари отвисла челюсть. - Что?

‘ Не делай такой удивленный вид, милая, ’ сказал Линч. - Уговор заключался в том, что ты помогаешь мне выбраться из Лондона. Мне даже не следовало тащить тебя так далеко.

‘ Дермотт, я хочу помочь. Я хочу остаться с тобой.

Линч открыл дверь. ‘ Мы это уже проходили, Мэри. Это к лучшему. Они вместе вышли со стоянки и пошли по Редклифф-Уэй, одной из главных торговых улиц. Мэри взяла Линча под руку, словно они были влюбленной парой. "И не думай, что сможешь заставить меня передумать", - сказал Линч.

Мари подняла брови. ‘ Это просто прикрытие, ’ рассмеялась она. ‘ Здесь нет никаких скрытых мотивов. Она крепко сжала его руку. Линч кивнул на указатель, указывающий, что они идут в сторону станции Темпл Мидс, но Мэри притворилась, что не заметила. - Ты голоден? - спросила она.

- Я мог бы поесть, - без особого энтузиазма ответил Линч.

- Так что давай, - сказала она, потянув его в сторону кафе.

‘ Сначала я хочу кое-что купить, - сказал Линч. Он нашел магазин для кемпинга на Редклифф-Уэй, витрина которого была заполнена палатками, переносными печками и альпинистскими веревками. Внутри была полка с картами, и Линч просмотрел их. Некоторые из них были картами артиллерийской разведки, но другие были коммерческими версиями, в которых использовались собственные справочные системы. Он нашел несколько карт Уэльса, но только на одной из них использовались линии долготы и широты. Это была крупномасштабная карта страны, и он с большим трудом развернул ее. Он запомнил контрольные номера, которые дал ему ирландский авиадиспетчер, и провел пальцем по тому месту, где сходились две линии. - Суонси? - спросила Мэри, посмотрев туда, куда он показывал.

‘ Где-нибудь поблизости, - сказал он. - Мне нужен масштаб побольше.

Мэри кивнула. ‘ Западный Гламорган, не так ли? Она осмотрела стеллаж, пока Линч складывал карту, смеясь над его неуклюжими попытками вернуть ей первоначальный вид. Через несколько минут Мэри протянула ему крупномасштабную карту Западного Гламоргана и взяла у него карту Уэльса. Она сложила его несколькими ловкими движениями и убрала обратно на полку.

Линч открыл карту Западного Гламоргана и проверил, есть ли на ней линии долготы и широты. Так и было. ‘ Идеально, ’ сказал он. Он подошел к витрине. Подошел пожилой мужчина в коричневом комбинезоне, и Линч попросил показать ему мощный бинокль. Он купил их, карту и компас, а затем вышел из магазина вместе с Мари.

Они вернулись в кафе, и, заказав себе чизбургер и кофе, а Мари салат и диетическую колу, Линч разложил карту на столе. Мэри пересела так, что оказалась рядом с ним. ‘ А вот и Суонси, - сказала она. - А вот и аэропорт на западе.

Линч покачал головой, водя пальцем по карте. ‘ Они приземлились не в аэропорту, - сказал он. Он постучал по карте. ‘ Вот. Вот где они упали".

Мэри вгляделась в название, на которое указывал Линч, - маленькая деревушка недалеко от оконечности полуострова, который выдавался на пятнадцать миль в Бристольский канал, разделяя Кармартен-Бей и Суонси-Бей. "Лланридиан", - прочитала она.

- Примерно в полумиле к северо-востоку от него.

Мари откинулась на спинку стула и откинула волосы с глаз. - Почему ты думаешь, что он все еще там?

Линч снова сложил карту. На этот раз ему удалось сделать это с первого раза, и он улыбнулся про себя. ‘Я не знаю, но это единственная зацепка, которая у меня есть", - сказал он. ‘Если бы он направлялся куда-то еще, я думаю, они отвезли бы его прямо в аэропорт’. Он встал. - Я иду в туалет, - сказал он.

В ванной Линч плеснул в лицо холодной водой и некоторое время постоял, оценивая свое отражение в зеркале над раковиной. Новая прическа ему шла, и цвет выглядел достаточно естественным. Он вытер лицо полотенцем на ролике и вернулся в кафе.

Голова Мэри была склонена над газетой. Линч нахмурился. У нее не было времени сходить и купить газету. Затем он увидел у кассы экземпляры Daily Mirror и Daily Telegraph и понял, что владельцы кафе бесплатно раздавали их посетителям. Мэри перевернула первую страницу и провела рукой по волосам, пока читала. Линч догадался, что привлекло ее внимание. Он скользнул на сиденье напротив нее. Она резко подняла голову. ‘ Почему ты мне не сказал? ’ рявкнула она. Линч был застигнут врасплох. Гнев был не той реакцией, которую он ожидал — он предполагал, что она испугается. Он улыбнулся, пытаясь успокоить ее. - Не ухмыляйся мне, черт возьми, как шимпанзе со стояком, - сердито прошипела она.

-Что? - ошеломленно переспросил он.

‘ Не прикидывайся, ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Она сложила газету и бросила в него. Это была утренняя "Дейли Мейл". Статья, помещенная на первой полосе, была написана главным репортером газеты, и у него явно были источники получше, чем у радиорепортера, которого Линч слушал в машине. В статье Mail было указано, что четыре жертвы стрельбы принадлежали к команде ИРА, а выживший был назван Декланом Макги из Белфаста. Линч не узнал этого имени, но это ничего не значило. Согласно почте, полиция рассматривала инцидент как внутренний спор ИРА. "Да, - подумал Линч, - они были мертвы прямо там". UFF и UVF выступили с отдельными заявлениями, в которых говорилось, что они непричастны к убийствам и что они по-прежнему привержены мирному процессу.

‘ И что? - спросила Мэри, нарушая его сосредоточенность. Линч поднес руку к ее губам, продолжая читать, но она оттолкнула ее. Она откинулась на спинку стула и оборонительно скрестила руки на груди.

Репортер процитировал неназванный источник в Службе безопасности, заявивший, что стрельба в Мейда-Вейл, как считалось, связана со смертью Пэта О'Риордана в Республике, которая теперь рассматривается как убийство, а не самоубийство. Глаза Линча расширились. Пэт О'Риордан мертв? Новость поразила его, как удар в солнечное сплетение. Все сомнения в том, что ИРА подписала ему смертный приговор, испарились. Он был заметным человеком.

Репортер предположил, что убийства были результатом борьбы за власть в высших эшелонах ИРА, когда сторонники жесткой линии были недовольны отсутствием прогресса на политическом фронте. Линч задался вопросом, кто подкинул репортеру именно эту реплику. Это мог быть кто-то внутри организации, пытающийся увести зенитную артиллерию от Маккормака, или протестантский источник, пытающийся дискредитировать ИРА. В любом случае, Линч знал, что эти смерти не имели ничего общего с какой-либо борьбой за власть: ИРА пыталась дистанцироваться от смертей американцев, а О'Риордана и Линча назвали "козлами отпущения". История продолжалась в газете, но в основном это были справочные материалы о предыдущей деятельности ИРА на материке, а также статья, написанная преподавателем Оксфорда, размышляющим о влиянии убийств на политическую ситуацию в Ирландии и мирный процесс. Статья не закончилась ничем, что вряд ли стало сюрпризом для Линча. Большая часть того, что было написано в СМИ об организации, была домыслами; в лучшем случае неинформированными, в худшем - дезинформацией, распространенной Службами безопасности. Он закрыл газету и оперся на нее руками. Мари ждала, когда он заговорит. ‘ Я должен был сказать тебе, - сказал он. - Прости.

- Этого недостаточно, Дермотт.

Официантка принесла поднос и поставила перед Линчем чизбургер. Линч кивнул в знак благодарности и налил молока в свой кофе, пока официантка передавала Мари салат. Он подождал, пока официантка не окажется вне пределов слышимости, прежде чем заговорить. - Я не был уверен, что могу доверять тебе, - сказал он.

‘ Ну, я чертовски уверена, что не могу тебе доверять, ’ ответила она. Она взяла вилку и подцепила ломтик помидора. ‘ Как они могут называть это салатом? Помидор, три листика салата, на которые ни один уважающий себя кролик не взглянул бы дважды, и полдюжины ломтиков огурца недельной давности.

- Мне очень жаль, - сказал Линч.

‘ За кого ты меня принимаешь? Какой-нибудь зазывала, который побежит в полицию при первых признаках неприятностей?

Линч пожал плечами. Он посмотрел на свой чизбургер, но аппетит пропал. Пэт О'Риордан мертв. Он вспомнил, как здоровяк прижал его к груди в день их прощания. ‘Береги себя", - сказал О'Риордан. Линч намеревался поступить именно так. Он сделал глоток кофе и проглотил его, обдумывая, что сказать ей. - Я собирался рассказать тебе, - сказал он.

-Когда? -спросиля

-Вконцеконцов.

‘ Это не ответ. Она отложила вилку и перегнулась через стол. ‘ Я в этом с тобой и сделаю все возможное, чтобы помочь. Я не ожидаю, что вы скомпрометируете организацию или назовете имена, но я не ожидаю, что со мной будут обращаться как с врагом или что-то в этом роде. Она кивнула на газету. ‘ Четверо добровольцев застрелены в Мейда-Вейл как раз перед тем, как вы появились на пороге моего дома. Совпадение? Думаю, что нет. Так что я должен думать, Дермотт? Либо ты был с ними и тебе удалось сбежать, либо ты убил их. Хочешь знать, что я думаю? Линч медленно кивнул. ‘ Я думаю, если бы за тобой охотились UVF, UDA или даже SAS, ты бы мне сказал. На самом деле, вы, вероятно, даже не обратились бы ко мне за помощью, вы бы позвонили кому-нибудь в организации. В Килберне полно конспиративных квартир, где о тебе хорошо позаботятся.

- Не такой уж хороший уход, - сказал он, улыбаясь.

‘ Обаятельная улыбка так просто не снимет тебя с крючка, - сказала она. ‘ Это еще кое-что, что меня бесит. Ты с помощью лжи пробрался в мою постель, Дермотт. Пройдет много времени, прежде чем я прощу тебя за это.

‘ Это была не ложь, Мари. Ладно, я признаю, что не сказал тебе всей правды, но я и не лгал. Я преследую Кремера, и организация недовольна этим".

‘ Семантика, ’ пренебрежительно бросила она. ‘ Ты играешь словами. В любом случае, как я уже говорил, я не думаю, что вы работали с людьми, которые были убиты прошлой ночью. Я прав?"

‘ Ты прав, ’ сказал он. ‘ Они пытались убить меня. Я защищался.

‘ И почему они хотели убить тебя, Дермотт? Не могли же все они быть ревнивыми мужьями.

Линч указал на газету. ‘ Вы читали о погибшем фермере? Пэт О'Риордан? Мэри кивнула. ‘ Его убила ИРА. Возможно, это даже были те же четверо парней, которые пытались убить меня.

‘ Вот кто. Я спросил почему.

Мы с Пэтом участвовали в операции в приграничной стране. Все пошло не так, погибли два туриста. Американцы. Я не уверен, что произошло потом. Нам сказали убираться, затаиться на некоторое время, но, похоже, кто-то решил, что требуется более постоянное решение ".

-Они бы так поступили?

‘ Конечно. Они не хотят, чтобы кто-то другой заботился об их грязном белье. Они хотят показать, что могут сами себя дисциплинировать. Плюс, если бы власти добрались до нас, мы могли бы поговорить. Я не говорю, что мы бы это сделали, я говорю, что Совет армии был бы обеспокоен такой возможностью. Поэтому, вместо того чтобы рисковать, они решили убить нас с Пэтом.

У Мэри отвисла челюсть. Она покачала головой, затем залпом выпила половину диетической колы. - Это нереально, - сказала она, ставя бокал.

‘ Хотел бы я, чтобы это было так, ’ сказал Линч. Он взял свой чизбургер и откусил от него.

- Значит, они напали на вас, и вы их убили?

Линч сглотнул и кивнул. ‘ Я направлялся в квартиру, где остановился. Подъехал фургон, какой-то парень спросил меня, не я ли Дермотт Линч. Все они были вооружены. Если бы они не планировали убить меня на месте, это было бы только вопросом времени. Где-нибудь в милом и тихом месте, может быть, за городом. Возможно, они планировали обставить это как самоубийство или несчастный случай, но Мари, дорогая, я ни за что не собирался торчать поблизости, чтобы это выяснить.

Мэри снова принялась тыкать пальцем в салат, но не сделала ни малейшего движения, чтобы его съесть. ‘ Так почему ты просто не сбежала? Почему ты просто не взял свою машину и не уехал? И почему полиция осматривала твою машину сегодня утром?"

Линч отложил чизбургер и вытер руки бумажной салфеткой. Он понял, что лгать ей нет смысла. Обнаружение тела Фоули должно было стать новостью на первых полосах газет следующего дня, но не поэтому он решил рассказать ей все. Она была права — он обязан быть с ней честным. - В багажнике чье-то тело.

‘Что? - спросиля. Она огляделась по сторонам, влево и вправо, как будто боялась, что кто-нибудь подслушает, но все соседние столики были пусты, а официантка хлопотала у шипящей кофеварки для приготовления капучино.

- Там был еще один парень, тот, у кого я жила.

- Ты и его убил?

- Это был несчастный случай.

Глаза Мэри расширились. ‘ Несчастный случай? Господи, Дермотт, как, черт возьми, можно случайно кого-то убить?

На поверхности кофе Линча образовалась густая пена, и он ногтем стащил ее со своей кружки. ‘Он пытался выхватить у меня пистолет. Он выстрелил. Клянусь Богом, у меня не было намерения стрелять в него.

Мэри обеими руками заправила волосы за уши, изучая Линча. - Полиция знает, что это были вы?

- Мои отпечатки пальцев были по всей машине.

‘ Значит, полиция будет преследовать вас так же, как и ИРА? И вы все еще преследуете Кремера?

- Примерно в этом все дело, дорогая.

- Ты не слишком-то облегчаешь себе задачу, не так ли?

‘ Мари, если бы это было легко, все бы так делали. - Он улыбнулся, хотя внимательно наблюдал за ней, чтобы оценить ее реакцию. Помочь ему отомстить британскому солдату, который был частично ответственен за смерть ее родителей, - это одно; помогать убийце в бегах - совсем другое.

Дверь в кафе открылась, и Линч оглянулся, чтобы посмотреть, кто входит. Это была пожилая пара, оба полные, закутанные в шерстяные пальто и одинаковые шотландские шарфы. Усаживаясь за столик у окна, они засуетились друг вокруг друга, затем оба надели очки, чтобы иметь возможность ознакомиться с меню.

Мари отодвинула тарелку. - Я не могу это есть, - сказала она.

Линч опустил взгляд на свой бургер. На тарелке застывал жир. - Да, с меня тоже хватит, - сказал он.

‘ Мы можем купить что-нибудь еще в Уэльсе, ’ сказала Мэри. Она посмотрела на него, словно провоцируя на спор.

Линч отхлебнул кофе. Он был чуть тепловатым. Он наблюдал за ней поверх своей кружки. Все мысли о том, чтобы поспорить с Мари, исчезли, когда он увидел напряженность в ее глазах. Он знал, что никакие его слова не разубедят ее. Кроме того, теперь, когда она знала, в какую беду он попал и куда направляется, имело больше смысла держать ее рядом с собой. ‘ Ты уверена? - спросил он.

Мэри кивнула, не сводя с него глаз. ‘ О да, Дермотт, я совершенно уверена. Я бы ни за что на свете не пропустила это.

Кремер сел на заднее сиденье "Мерседеса" и уставился Мартину в затылок. ‘ Ты в порядке, Майк? - Спросил Мартин.

Кремер понял, что Мартин наблюдает за ним в зеркало заднего вида. Он заставил себя улыбнуться. ‘ Да. Просто отлично. На самом деле он чувствовал себя далеко не в порядке. Он чувствовал себя так, словно металлический зажим впивался в его кишки. Прошлой ночью боль была сильнее всего, что он когда-либо испытывал в своей жизни, хуже даже, чем в тех двух случаях, когда его жестоко пытали. По крайней мере, тогда у него был кто-то, кого он мог винить в своей боли, кто-то, кого он мог проклинать и ненавидеть. Сосредоточение своего гнева помогло ему отвлечься от мыслей о вреде, который наносили его телу, но с раком бороться было не с чем. Боль была результатом того, что его собственное тело работало само против себя; ему некого было ненавидеть, кроме самого себя.

Аллан обошел "Мерседес" сзади, мотая головой из стороны в сторону. Когда его рука взялась за ручку дверцы рядом с Кремером, Мартин кивнул. ‘ Поехали, ’ сказал Мартин, открывая свою дверцу. Кремер что-то проворчал, выходя из машины. Мартин встал прямо перед ним, когда Аллан закрыл дверь, затем трое мужчин вместе направились к ступенькам, ведущим к парадному входу в школу. Желудок Кремера скрутило, и он ощутил во рту вкус чего-то горького и кислого. Он заставил себя проглотить то, что его вырвало, а затем сделал несколько глубоких вдохов.

Один из охранников шел по гравийной дорожке от площадки для игры в крокет, и Мартин отступил в сторону, чтобы обеспечить прикрытие. Мужчина был слишком далеко, чтобы представлять угрозу, но Мартин настороженно следил за ними, пока Аллан подходил к входной двери и проверял, свободен ли коридор. Кремер поднял голову и увидел Су Минга в одном из окон верхнего этажа. ‘ Сосредоточься, Майк, ’ прошептал Аллан. Кремер остановился у подножия лестницы, и обоим телохранителям пришлось тоже остановиться, чтобы не слишком опередить его. Его защита зависела от того, чтобы они никогда не отходили от него дальше, чем на шаг или два. Чем дальше они были, тем больше он подвергался риску. ‘ В машине вы в безопасности, ’ сказал Аллан, спускаясь по каменным ступеням. ‘ Мы всегда будем пользоваться автомобилями с пуленепробиваемыми стеклами. Кроме того, наш человек никогда не стрелял через окно. Это всегда лицом к лицу. Входя в транспортные средства и здания и выходя из них, вы подвергаетесь наибольшей опасности, поэтому вы должны быть в курсе всего, что происходит вокруг вас.’

По животу Кремера прокатилась волна тошноты, и он почувствовал слабость в ногах. Аллан положил руку Кремеру на плечо. - Ты устал? - спросил я. - спросил он.

‘ Немного. Прошлой ночью я почти не спал.

Аллан посмотрел на свои часы, прочную русскую модель, которые выглядели так, словно их сняли прямо с запястья советского командира танка. ‘ Мы могли бы взять перерыв на час. Мы сегодня изо всех сил старались.

‘ Я бы не возражал, ’ с благодарностью сказал Кремер. Он ненавидел показывать слабость, но дело было не в усталости, он действительно был болен, и если он не отдохнет, он знал, что упадет в обморок. Он не был уверен, как много Аллан и Мартин знали о его состоянии здоровья, но в одном он был уверен: ему не нужно было их сочувствие и он не хотел, чтобы они относились к нему как к инвалиду. Это было главной причиной, по которой он отклонил предложения мадридских врачей о лечении. Лучевая терапия, химиотерапия, операции; у них было множество предложенных средств, ни одно из которых не имело более чем внешнего шанса продлить его жизнь более чем на несколько месяцев. Врачи признали это и не предприняли никаких попыток разубедить его, когда он отказался от лечения. Кремер ни в коем случае не был готов умереть на больничной койке, ни в коем случае не был готов увидеть жалость в глазах врачей и медсестер, ожидающих, когда рак пойдет своим чередом. Он хотел умереть стоя, чувствуя, как кровь бежит по его венам, и, если все пойдет по плану, он исполнит свое желание в течение ближайших нескольких дней.

Аллан похлопал его по спине. ‘ Тогда давай сделаем перерыв. Если хочешь, перекусим.

- Ваше здоровье, - сказал Кремер, хотя еда была последним, о чем он думал.

Мартин направился на кухню, Аллан последовал за ним. Кремер снял пальто и перекинул его через руку. ‘ Я буду в своей комнате, ’ крикнул Кремер вслед Аллану. Он медленно поднялся по лестнице, делая глубокие вдохи, желая, чтобы боль утихла.

Он поднимался по ступенькам, переступая одну за другой, шаркая, как старик, одной рукой держась за перила для равновесия, другой сжимая пальто. Добравшись до верха, он прислонился к стене и закрыл глаза. Постепенно волны боли утихли, хотя тупая боль осталась, словно маленький кусочек льда застрял в кишечнике. Испанские врачи предупредили его, что по мере прогрессирования болезни боль будет усиливаться и что в конечном итоге она станет невыносимой. Кремер открыл глаза. У него болела челюсть, и он понял, что, должно быть, скрипит зубами.

По пути в свою комнату он прошел мимо спальни, отведенной Су мин. Ее дверь была открыта, и, проходя мимо, он увидел, что она сидит на кровати. Он остановился и тихо постучал. ‘ Привет, Майк Кремер, ’ сказала она, не поднимая глаз. Кремер подумал, не пытается ли она произвести на него впечатление, продемонстрировать, что может узнать его шаги.

‘ Привет. Ты занят?

- Да, - сказала она.

‘ А. Хорошо. Он повернулся, чтобы уйти, но она подняла глаза и улыбнулась ему.

- Входите, - сказала она.

Кремер вошел в ее комнату и повесил пальто на спинку кожаного кресла. Комната была похожа по размеру и планировке на его собственную, с небольшой ванной комнатой, ведущей налево. Он выглянул в окно и увидел, как Мартин отъехал на "Мерседесе" от фасада здания, предположительно, чтобы припарковать его за углом вместе с остальными машинами.

- Еще репетиции? - спросила она.

‘ Да. Аллан устанавливает высокие стандарты.

‘ Он заботится о тебе. Он не хочет, чтобы тебе причинили боль.

Кремер повернулся и посмотрел на нее. Она сидела, скрестив ноги, на односпальной кровати, перед ней лежали книга в кожаном переплете и блокнот. Она что-то держала в руках. - Он просто делает свою работу, - сказал Кремер, пытаясь разглядеть, что у нее в руке.

Су Мин покачала головой, не поднимая глаз. ‘ Ты ошибаешься. Дело не только в этом. ’ Она разжала кулак и подбросила в воздух три монеты. Они медленно покружились и упали на покрывало. Она посмотрела на них, а затем записала в свой блокнот.

‘ Что ты делаешь? - спросил он.

Су мин взяла три монеты и крепко сжала их в левой руке. ‘ Ищу совета, - сказала она. Она подбросила монеты и сделала еще одну пометку.

Кремер сел в кресло и, наклонившись вперед, заинтригованно наблюдал за ней. Она снова бросила монеты. Кремер заглянул в блокнот. Она провела серию линий, одну над другой, несколько из них прерывались в центре. - Можно мне? - спросил он, указывая на том в кожаном переплете.

- Угощайся, - сказала она, снова подбрасывая монеты.

Кремер взял книгу. Кожа была старой, страницы пожелтели, но за ней явно хорошо ухаживали. Он открыл ее. Она была китайской. Он пролистал изрядно потрепанные страницы. Там было несколько иллюстраций, черно-белых рисунков китайских фигурок, птиц, животных и пейзажей. Книга, казалось, была разделена на главы, каждая из которых возглавлялась схемой, похожей на ту, что Су мин нарисовала в своем блокноте. Шесть строк, одна над другой, некоторые прерваны посередине, другие целые. Кремер отложил книгу и взглянул на диаграмму в блокноте Су Мин. Она увидела, что он нахмурился. - Это гексаграмма, - сказала она.

- Гексаграмма?

- Это говорит тебе, где искать в И Цзин.

Кремер улыбнулся. - Вы намеренно ведете себя непроницаемо? - спросил он.

Су мин протянула ему три монеты. Они были покрыты китайскими иероглифами и имели маленькие отверстия посередине. Как и книга, они явно были очень старыми, впечатления почти стерлись. "И Цзин - это Книга о том, как изменить жизнь. Или Книга перемен. Китайское название можно перевести несколькими способами. Идее, стоящей за ним, более пяти тысяч лет. Копии, которая у меня есть, больше трехсот лет.

Кремер поднял брови. - Триста лет? - повторил он.

- Монеты еще старше.

-Сколько тебе лет?

- По меньшей мере восемьсот лет.

Кремер уставился на монеты у себя на ладони. Ему стало интересно, через сколько тысяч рук прошли монеты за эти годы. Он даже представить себе не мог, как изменился мир по мере того, как монеты передавались из поколения в поколение, металл становился более гладким и темным по мере того, как люди, изготовившие их, превращались в пыль. "Не думаю, что я когда-либо прикасался к чему-то настолько старому", - сказал он.

- Это проясняет ситуацию, не так ли? - спросила Су мин.

- Этот И Цзинработает?

‘ Это не телевизор, Майк Кремер. Это не то, что ты включаешь в розетку и смотришь. И Цзин помогает вам интерпретировать то, что с вами происходит. Это оракул, и его мастерство заключается в толковании книги.

- Любишь карты Таро?

‘ Она более подробная, чем карты Таро. Но идея схожая, да.

-Гадание?

‘ Нет, Майк Кремер, это не гадание. Она протянула руки за монетами, и он отдал их ей.

- Вы проводите чтения для своего босса?

Су мин растирала монеты между ладонями, словно пытаясь согреть их. - Каждый день, - сказала она.

- Значит, он должен в это верить?

Су мин вздохнул, как будто был глубоко разочарован. ‘Это не вопрос веры. Вам не обязательно верить в самолет, чтобы он мог унести вас по небу. Да, мистер Вандер Майер верит в целостность "И Цзин" и в мою интерпретацию ее, но это не имеет значения, поскольку речь идет о ее достоверности".

- Так это действительно работает?

Глаза Су мин вспыхнули, затем она улыбнулась, поняв, что он дразнит ее. ‘ Да, Майк Кремер, это работает. Теперь ты счастлив?

‘ Ты сделаешь мне? Он несколько секунд удерживал ее взгляд.

Она перестала улыбаться. ‘ Это что, проверка? Ты хочешь испытать меня?

Кремер пожал плечами. ‘ Я просто подумал, что это может быть интересно, вот и все. Если ты не хочешь...

Не то чтобы я не хотел, но я не какая-то морская свинка. Мне не нужно проверять свои способности. Я консультируюсь с И Цзин для себя и для мистера Вандера Майера. Я не устраиваю вечеринок. ’ Она протянула монеты, и Кремер взял их.

‘Вы должны задать конкретный вопрос", - сказала она. ‘Это не тот вопрос, на который можно ответить "да" или "нет", и это должен быть вопрос, который важен для вас. И Цзин нельзя использовать для развлечения, ты понимаешь?

- Да, - кротко ответил Кремер.

Су мин кивнул. ‘ Когда вопрос закрепится у тебя в голове, ты подбрасываешь монеты шесть раз. В зависимости от того, как они упадут, каждый бросок будет иньским или янским. Если это ян, я провожу непрерывную линию, если это инь, я провожу прерывистую линию. Шесть бросков образуют гексаграмму. Ты понимаешь?"

Кремер пожал плечами. - Наверное, да.

‘ Это не имеет значения. Все, что вам нужно сделать, это сформулировать вопрос и бросить монеты. Я буду использовать гексаграмму и комбинации монет, чтобы интерпретировать ответ из книги".

- Я должен ответить тебе на вопрос?

Су мин покачала головой. - Нет.

Кремер задумался, о чем бы ему спросить. Он попытался придумать что-нибудь легкомысленное, но знал, что Су мин это не позабавит. Она явно отнеслась к этому очень серьезно. ‘ Хорошо. Я готов.

Он бросил монеты, и Су минг нарисовала короткую линию в блокноте. Он подбросил металлические диски еще пять раз, а когда закончил, Су мин подняла шесть линий, которые она нарисовала на блокноте. Верхняя, третья и пятая строки были разорваны, вторая, четвертая и нижняя строки остались целыми. "Чи-чи-чи", - сказала она. "Завершение и то, что происходит после".

Кремер нахмурился. ‘ Что это? Что вы имеете в виду?

- Гексаграмма называется Чи-Чи. Три верхние строки обозначают к'ан, воду. Три нижние линии представляют ли, огонь. Вместе они образуют Ци-Ци. Это хороший знак, пока вы остаетесь бдительными. Это как чайник, горящий на огне. Если это контролируется, то все в порядке. Но если вы будете неосторожны, чайник выкипит и вода испарится. Вы потеряете то, чего надеялись достичь. Ты не должен успокаиваться на достигнутом, таково послание И Цзин. Су мин снова посмотрела в свой блокнот. ‘Гексаграмма - это только начало", - сказала она. ‘Она обеспечивает общее руководство, основу. В зависимости от того, как бросаются монеты, некоторые линии называются меняющимися линиями. Любая комбинация из шести может изменить строки. Она посмотрела в блокнот. ‘ В твоем случае это четвертая строка. Это был ян, но изменяющийся ян. Поэтому я обращаюсь к И Цзин, чтобы посмотреть, что там говорится о четвертой строке. Затем мы меняем четвертую линию с ян на инь, с ломаной линии на сплошную, и получается вторая гексаграмма. Совет оракула представляет собой комбинацию первой гексаграммы, второй гексаграммы и меняющихся линий. Существуют тысячи возможностей. Вот почему книга такая толстая.

Она открыла том в кожаном переплете и медленно перелистала его. ‘ Вот и все. Чи-чи-чи. Четвертая строка. Она молча прочитала это, затем посмотрела на него. ‘Ты должен быть настороже. Ты должен быть осторожен. Все может очень легко пойти не так".

‘ Расскажи мне об этом, ’ рассмеялся Кремер. Ее лицо вытянулось, когда он рассмеялся, и он тут же взял себя в руки. ‘ Прости, я смеялся не над тобой. Просто в сложившихся обстоятельствах. . ты знаешь. Очевидно, я буду начеку.

Она серьезно посмотрела на него. "И Цзин относится к твоему вопросу, помнишь? Именно в связи с заданным вами вопросом он предлагает совет. Это не предсказание судьбы, Майк Кремер. И Цзин отвечает только на конкретные вопросы, которые ему задают.

- Я понимаю, Су мин.

Она снова взяла блокнот и нарисовала вторую гексаграмму, изменив четвертую линию с прерывистой на непрерывную. "Теперь это ко. Революция. Сочетание туй, озеро, над ли, огонь. Изображение представляет собой озеро над вулканом, когда лава прорывается наружу и вода испаряется. Большие перемены. Это не плохой знак, на самом деле наоборот. Это говорит о том, что нынешняя ситуация вот-вот уступит место более благоприятной. Конец печали. Но вы сами должны сделать изменение возможным. Сначала это должно прийти изнутри".

Кремер кивнул. ‘ Конец печали, - повторил он. - Это не может быть плохо, не так ли?

Су Мин осторожно закрыла книгу, как будто боялась повредить страницы. ‘ Полагаю, что нет, - сказала она. - Совет был полезным?

‘ Конечно. Я должен быть осторожен, но если я постараюсь, у нас будет счастливый конец.

Су мин посмотрела на него, прищурившись. - Ты говоришь так, словно не веришь тому, что тебе сказали.

Кремер пожал плечами. ‘ Такой совет я бы получил в печенье с предсказанием. Или в гороскопе любой бульварной газеты.

‘ Твой разум закрыт, ’ резко сказала она. "Если вы отказываетесь слушать то, что говорит "И Цзин", как вы можете надеяться на то, что это поможет?"

"Я просто не уверен, как бросание монет может дать мне ответ на проблему, которая у меня есть".

- Потому что все во вселенной взаимосвязано, - сказал Су мин.

‘Ну, я не уверен’, - сказал он. ‘Это как когда ты читаешь по моей ладони. Я не верю, что линии на моей руке указывают на то, что произошло со мной в моей жизни, и уж тем более на то, что ждет меня впереди".

Су Мин взяла маленький кожаный мешочек с кожаным шнурком и одну за другой опустила монеты в него. Она положила мешочек на прикроватный столик и протянула руку. Сначала Кремер не понял, чего она хочет, затем медленно протянул свою правую руку ладонью вверх. Она наклонилась вперед, ее лицо оказалось всего в нескольких дюймах от ладони, когда она провела по линиям указательным пальцем. Время от времени ее ноготь царапал его кожу, и он чувствовал, как по спине пробегает покалывание, похожее на легкий электрический разряд. Он вздрагивал, но Су Мин, казалось, этого не замечала. Она несколько минут смотрела на его ладонь, затем отпустила его руку.

- И что? - спросил Кремер, его любопытство было задето.

Су Мин подняла брови. - Ну и что? - спросила она.

- Так что же ты увидел?

Су мин пожал плечами. - Я просто проверял.

‘Проверка? Проверка чего?

Она вздернула подбородок. - Нет смысла рассказывать тебе, если ты не веришь, не так ли?

Кремер медленно кивнул, поняв, что она играет с ним. ‘ Хорошо, - сказал он. Он встал. - Спасибо, - сказал он.

Су мин снова взяла свои монеты и разгладила их между ладонями. Она избегала взгляда Кремера. - Тебе страшно? - спросила она.

‘ Напугана? - повторил он, искренне сбитый с толку ее вопросом. - Чего испугалась?

- О том, что ждет нас впереди, - сказала она.

Кремер потер подбородок. ‘ Аллан хорошо меня обучил. У меня неплохие шансы пройти через это.

Су Мин резко подняла голову. - Я не это имела в виду, Майк Кремер, - сказала она.

Кремер сглотнул. У него внезапно пересохло во рту. Она продолжала смотреть на него, ожидая ответа. ‘ Да, ’ наконец сказал он. - Да, я боюсь.

Она кивнула. ‘Конец печали", - сказала она. ‘Запомни это, Майк Кремер’. Она бросила монеты, и они бесшумно упали на кровать. Кремер вышел из комнаты, в то время как Су мин чертила черту в своем блокноте.

Линч съехал с трассы М4 и поехал по шоссе А483 через реку Таве в Суонси. Небо начинало темнеть, и он хотел добраться до Лланридиана до наступления темноты. Мари дала четкие инструкции, которые провели их через центр города на А4118, главную дорогу, прорезавшую известняковый полуостров длиной в пятнадцать миль. На коленях у нее лежала карта, аккуратно сложенная, с указанием местности, по которой они проезжали, вверху. Линч не знал, шутила ли она насчет того, что она девушка-гид, но ее навигация была безупречной.

‘ Ты уверен, что не хочешь, чтобы я села за руль, Дермотт? Спросила Мэри, массируя ему затылок правой рукой.

‘ Со мной все будет в порядке. Я предпочитаю водить машину, а не быть ведомым.

- Как и большинство мужчин.

Линч бросил на нее быстрый взгляд. - Что ты хочешь этим сказать?

-Ничего.

- Ты хочешь сказать, что вождение - это проявление мужского эгоизма, не так ли?

Мари подняла руки. ‘ Эй, если шапочка подойдет. . Она рассмеялась и сильнее сжала его шею. ‘ Не будь таким чувствительным. Кроме того, ты очень хороший водитель.

Линч ухмыльнулся, затем так же быстро нахмурился. - Ты же не пытаешься потешить мое самолюбие, Мари, дорогая, правда?

Мари рассмеялась. ‘ Только твоя шея, Дермотт. Только твоя шея. После Аппер-Килле мы поедем по шоссе B4271. Дорога А ведет к аэропорту, а затем на юг. Мы продолжаем двигаться на запад.

- Как далеко? - спросил я.

‘ До Лланридиана? Около восьми миль. Каков план?

Этот вопрос заставил Линча задуматься. Он был так занят тем, что выбирался из Лондона и беспокоился о беспорядке, который оставил после себя, что почти не думал о том, что будет делать, когда доберется до точки на карте, где приземлился вертолет Кремера. Насколько он знал, Кремера могли посадить в машину и увезти куда угодно в Уэльс или за его пределы. "Мы осмотримся вокруг, посмотрим, сможем ли мы выяснить, куда он пошел", - сказал он.

- Таков план? - спросила она.

- На самом деле это не план, - сказал Линч.

-Я скажу.

Линч откашлялся. - У вас есть какие-нибудь предложения?

‘ Никаких предложений. Я просто хочу поймать его. Мы выясним, где он, и поймаем его.

Линч покачал головой. ‘ Нет, Мэри, любимая. Я сделаю это.

Мари медленно кивнула. - Как скажешь.

‘ Я серьезно. Я не хочу, чтобы ты приближалась к нему. Он опытный убийца. Он один из самых опасных людей, которых ты когда-либо встречал.

Мари невинно приподняла бровь. - Что, опаснее тебя, Дермотт?

Линч невольно усмехнулся. Дорога в Лланридиан была узкой и извилистой, и он вел машину осторожно, осознавая, как легко может потерять контроль над энергичным Golf GTI.

Деревня была крошечной и выходила окнами на длинную полосу соленого болота, которое впадало в устье реки Лугор на севере. На западе виднелись мрачные руины замка. ‘ Что это? - Спросил Линч, кивая на руины.

‘ Замок Уибли, ’ ответила Мэри, глядя на карту. - Место, которое мы ищем, находится к востоку, по другую сторону шоссе В4295.

Они проехали мимо деревенского паба. Линч подавил желание остановиться. Хотя он с удовольствием выпил бы пинту пива и отдохнул от вождения, паб находился в таком уединенном месте, что появление двух незнакомцев неминуемо привлекло бы внимание. Мари уставилась на карту, перепроверяя координаты, которые дал ей Линч. Они проехали по шоссе B4295 мимо обширной стоянки для фургонов, затем Мари указала направо. - Вот, - сказала она.

Линч вгляделся сквозь ветровое стекло в то, что казалось ничем иным, как сельскохозяйственными угодьями, по большей части свежевспаханными. ‘ Вы уверены? - спросил он. Мэри кивнула. Линч затормозил. Дорога повернула направо, и когда он вписал Гольф в поворот, в поле зрения появилась высокая каменная стена. - Может быть, это оно? - спросил он.

Она кивнула. ‘ Согласно карте, координаты находятся примерно в полумиле внутри стены. ’ Линч сбавил скорость до скорости пешехода. Мэри повернулась на стуле и попыталась заглянуть Линчу за спину. - Что это за место? - спросила она.

-Я ничего не вижу.

- Там впереди ворота.

Линч плавно прибавил скорость. Они проехали мимо выцветшей деревянной вывески, прикрепленной к стене. - Вы это видели? - спросил я. - Спросил Линч, оглядываясь через плечо.

‘ Извини. Я пропустил это.

Линч остановился и развернул Golf дальше по дороге. Надпись на табло когда-то была темно-коричневой, но теперь ее покрыли полосы зеленоватой плесени. "ПОДГОТОВИТЕЛЬНАЯ ШКОЛА ДЛЯ ДЕВОЧЕК ЛЛАНРИДИАН", - гласила вывеска, но поперек доски была наклеена белая полоса с красными буквами, извещавшая о продаже здания, а также имя и номер телефона местного агента по недвижимости. Мэри достала из сумочки ручку и переписала имя и номер телефона на обороте своего ежедневника. Линч включил первую передачу и поехал по дороге ко входу в школу. Они были примерно в двадцати ярдах от него, когда он увидел двух мужчин, стоящих сразу за коваными железными воротами. Им обоим было под тридцать, на них были кожаные куртки и джинсы, они не стояли по стойке смирно, но и не бездельничали бесцельно. Они оба смотрели на гольф.

- Поцелуй меня, - попросил Линч.

Мари двигалась быстро. Она наклонилась, поцеловала его в щеку и обвила руками шею. Линч прибавил скорость, и они миновали ворота. Он посмотрел в зеркало заднего вида, но мужчины не смотрели в ворота после "Гольфа".

‘ Что это было? - Спросила Мари, ослабляя хватку на его шее.

‘ Вы их не видели? - Спросил Линч. - Двое мужчин, судя по виду, дерзких.

- Ты уверен? - спросил я

Линч бросил на нее уничтожающий взгляд, и она опустилась на свое место. - Что теперь нам делать? - спросила она.

‘ Подождем, пока стемнеет, ’ сказал он. ‘Если они охраняют это место, то он, вероятно, все еще там’. Линч чувствовал растущее возбуждение, когда ехал вдоль каменной стены, и изо всех сил старался контролировать его. - Найди нам место, откуда мы сможем посмотреть на школу сверху, чтобы иметь представление, ладно?

‘ Конечно. К северу есть холм. Оттуда мы сможем его увидеть.

Линч повернулся, чтобы посмотреть на нее, и увидел, что она улыбается. - Что? - спросил он.

- Что значит "что"?

- Я имею в виду, чему ты так радуешься?

Мари провела пальцем по его ноге, царапая материал джинсов. - Ты впервые сказал “мы”.

Линч тихо фыркнул и снова перевел взгляд на дорогу. Он понял, что она была права. Он начал думать о ней как о члене команды. Хорошо это было или нет, еще предстоит выяснить.

Бернард Джекман поднял глаза на светловолосую стюардессу и взял протянутый ею маленький стаканчик апельсинового сока. Он широко улыбнулся ей, но она уже перешла к следующему пассажиру. Даже в первом классе обслуживание было поверхностным, а улыбки пластичными, но Джекману было все равно. Он пролетал более пятидесяти тысяч миль в год регулярными авиалиниями и рассматривал путешествия не более чем как средство достижения цели. Все, о чем он заботился, - это о том, чтобы самолет прибыл вовремя и не рухнул в море по пути.

Он наблюдал, как стюардесса идет по проходу, разливая напитки и натянуто улыбаясь. Джекман привык к фальшивым улыбкам. За время работы профайлером ФБР он опросил сотни убийц, и редко они казались чем-то необычным. Мало что отличало серийного убийцу от обычного человека, по крайней мере, на первый взгляд. Джекман встречал серийных убийц, которые выглядели как добрые дедушки, других, которые были такими же обаятельными, красивыми и харизматичными, как ведущие ток-шоу, и даже одну, которая была такой же чувственной, как стюардесса. Джекман знал, что только когда начинаешь копаться в их головах, обнаруживаешь, что отделяет убийц от их добычи, овец от волков. Он провел тысячи часов, беседуя с осужденными убийцами, завоевывая их доверие, заглядывая в их умы, становясь их другом, чтобы понять, что отличает их друг от друга. Один из его боссов сказал, что хороший профайлер подобен хамелеону, что когда профайлер и убийца находятся вместе в камере, отличить их друг от друга должно быть невозможно. Их манеры, язык тела, манера говорить должны быть практически идентичны. Тот же человек также предупреждал об опасности проводить слишком много времени в компании серийных убийц. Они притягивали к себе так же, как пламя притягивает мотылька: профилировщики должны были быть осторожны, насколько близко они подходили, чтобы не обжечься.

Джекман открыл досье на Майка Кремера. Большая часть его состояла из репортажей о службе Кремера в армии, а затем в Специальной воздушной службе, британском полку специального назначения, который почитался во всем мире. Не было ничего, что могло бы объяснить, где этот человек был последние три года. К внутренней стороне обложки папки была прикреплена цветная фотография: три снимка в полоску, слева и справа в профиль и один в полный рост. В глазах Кремера была напряженность, которая горела на фотографии. Эффект был почти гипнотическим, и Джекман несколько минут смотрел на снимок. Его встревожила стюардесса, спросившая, может ли она взять его пустой стакан. Он протянул его ей, все еще глядя на фотографию.

Глаза Кремера были глубоко посажены, а нос слегка крючковат, что придавало ему хищный вид. Согласно досье, Кремеру было тридцать семь лет, но глаза вполне уместны у восьмидесятилетнего человека. Во взгляде мужчины не было ни печали, ни горечи, просто холодный пристальный взгляд, который, казалось, смотрел прямо сквозь Джекмана. Джекману стало интересно, что видел и сделал Кремер, чтобы заслужить такой жесткий взгляд. В досье содержалось несколько подсказок. Кремер служил на Фолклендах и работал под прикрытием в Северной Ирландии. После трех командировок в провинцию он был схвачен ИРА и подвергнут жестоким пыткам. Он был спасен и доставлен вертолетом в больницу в Белфасте, где хирурги спасли ему жизнь, но вскоре после этого он покинул SAS по медицинским показаниям. Не было никаких подробностей о том, чем Кремер занимался с тех пор, как покинул полк, но у Джекмана сложилось впечатление, что полковник что-то утаивал. Джекман был уверен, что полковник использовал Кремера по крайней мере в одной операции, в чем-то настолько деликатном, что он не мог задействовать никого из своих людей.

Полковник умолчал о мотивах Кремера занять место Вандера Майера. Прочитав досье, первой мыслью Джекмана было, что Кремер чувствовал, что ему нужно что-то доказать, потому что он был вынужден досрочно уволиться из армии. Незаконченное дело. Встретившись с этим человеком лицом к лицу, Джекман понял, что им движет что-то еще. Джекман хотел бы провести больше времени с Майком Кремером, сесть с ним и подробно поговорить, заняться тем, что у Джекмана получалось лучше всего, — прощупать и выяснить, что движет человеком.

Джекман улыбнулся, вспомнив, как напряглась челюсть полковника, когда он указал, насколько Кремер соответствует профилю человека, которого они искали. Семейное происхождение Кремера — потеря матери и отсутствие отца в подростковом возрасте — почти наверняка было тем, что побудило его вступить в вооруженные силы. Но Джекман знал, что это также была та среда, которая могла привести к психологическим проблемам, что в сочетании с интенсивной подготовкой, полученной Кремером, могло стать идеальным рецептом для создания убийцы-психопата. Собственная мать Джекмана умерла, когда он был маленьким, и он слишком хорошо знал, какая пустота осталась после этого, пустота, которая никогда не может быть заполнена. В случае с Кремером никто даже не пытался, и он искал убежища в армии.

Согласно послужному списку Кремера, он не блистал как обычный солдат и несколько раз привлекался по обвинению в неподчинении. Только после того, как Кремер прошел строгие отборочные тесты в SAS, он наконец нашел свое призвание. Доведенный до пика физической подготовки, о котором большинство мужчин могли только мечтать, обученный владению оружием, взрывчаткой и прыжкам с парашютом, Кремер стал обученной правительством машиной для убийства. Но жизнь в полку вернула ему то, чего не хватало в прошлом, — семью. Его однополчане стали его братьями, полк удовлетворял все его потребности, и Джекман предположил, что полковник, вероятно, стал тем отцом, которого искал Кремер. Джекман знал, что вынужденный уход из полка, который Кремер любил, должно быть, был таким же эмоционально травмирующим, как смерть его матери, и возвращение к гражданской жизни стало бы эхом его первоначальной потери. Окончание его армейской карьеры могло бы открыть шлюзы и дать выход всем эмоциям, которые Кремер сдерживал на протяжении многих лет.

Джекману стало интересно, чем занимался Кремер на гражданке. Люди с таким прошлым, как у Кремера, обычно заканчивали как наемники, или в тюрьме, или мертвые. Джекман откинулся на спинку стула, улыбаясь про себя. Он с нетерпением ждал новой встречи с Кремером: ему так много хотелось у него спросить. Джекман хотел знать, сколько жизней забрал Кремер и что он чувствовал по этому поводу, получал ли он удовольствие от убийства или рассматривал это просто как еще одну разновидность солдатской службы. Он хотел выяснить, на что было похоже первое убийство и изменились ли чувства после второго, третьего и четвертого. И Джекман хотел узнать кое—что еще - пропустил ли это Кремер.

Кремер стоял у окна своей спальни, глядя вниз на автостоянку. Белые галогенные лампы освещали территорию и отражались от машин. Рыжевато-белая кошка шла по диагонали через асфальтированную площадку, навострив уши и подняв хвост, как будто была на патрулировании. Кремер улыбнулся при этой мысли — кот SAS, обученный убивать без эмоций, кот, который мог превосходить маршем, драться и пить всех других кошек. Кот остановился в центре площади, как будто что-то увидел. На свет вышла фигура, и, когда она направилась к коту, Кремер понял, что это Аллан.

Кремер наблюдал, как Аллан подошел к коту и опустился рядом с ним на колени. Кошка выгнула спину и потерлась о протянутую руку Аллана, и Кремер представил, как она мурлычет от удовольствия. Аллан посмотрел туда, где стоял Кремер. Кремер не был уверен, что яркий свет, отражающийся от стекла, позволит Аллану заглянуть внутрь, но все сомнения исчезли, когда Аллан выпрямился и помахал ему рукой. Кремер отодвинул задвижку и открыл окно. - Держись, я сейчас спущусь! - крикнул он.

Аллан показал ему поднятый большой палец. В здании было темно, но Кремер не стал включать свет. Он тихо спустился вниз и выскользнул через заднюю дверь, где его ждал Аллан с котом на руках. ‘ Все в порядке? - Спросил Кремер.

‘ Прекрасно. Ты знаком с Джинджем?

Кремер погладил кошку. - Она приехала со школой?

‘ Думаю, да. Она кажется достаточно ручной. Для кошки. Аллан наклонился и отпустил кошку. Она смотрела на него несколько секунд, а затем бесшумно исчезла в темноте.

‘ Ты в порядке? - Спросил Аллан.

Кремер кивнул. ‘ Конечно. Мне просто захотелось подышать свежим воздухом, вот и все.

Они вместе обошли главное школьное здание сзади и пересекли лужайку. Высоко над головой они увидели огни авиалайнера, рассекающего усыпанное звездами небо. Мужчина, напавший на Кремера в столовой, стоял у выхода и кивнул им обоим. Аллан помахал рукой в знак приветствия.

‘ Как ты в это вляпался, Аллан? - Спросил Кремер.

- Полковнику нужен был человек с опытом работы телохранителем, и, думаю, я подходил по всем параметрам.

- Как же так? - спросил я.

Они, как правило, не афишируют этот факт, но полк поставляет телохранителей для королевской семьи и политиков, когда те выезжают за границу, и мы помогаем обучать телохранителей, которые работают на глав иностранных государств. Я шесть месяцев проработал у султана Брунея, прежде чем поступить в Учебное крыло.

-А Мартин? - спросил я.

‘ Я предложил нам использовать его. Несколько лет назад он ушел из Отряда рейнджеров, чтобы открыть собственное дело телохранителей на юге Франции. У него тоже все хорошо. Полковнику пришлось изрядно потрепаться, чтобы убедить его присоединиться к операции, но он лучший в своем деле. Он помолчал. - А как насчет тебя, Майк?

‘ Что вы имеете в виду? Они отвернулись от ворот и направились к теннисным кортам. Глаза Кремера постоянно перемещались, вглядываясь в тени, выискивая любой признак того, что кто-то из людей Аллана собирается предпринять еще одну внезапную атаку.

‘ Вы понимаете, что я имею в виду. В стандартной операции по охране телохранителя главная цель - защитить клиента. Мы держимся поблизости, следим за безопасностью окружающей среды, и если дерьмо разгорается, мы становимся между клиентом и неприятностями и вытаскиваем клиента к чертовой матери. Его безопасность превыше всего. ’ Кремер кивнул. Вдалеке ухнула сова. ‘ Мы с Мартином тебя не телохранители, Майк. Ты это знаешь. Нам поручено вычислить убийцу. Твое выживание имеет второстепенное значение".

Кремер откашлялся. ‘ Среднее? Я полагал, что оно ниже этого.

Аллан слегка улыбнулся. - Так почему они выбрали тебя для этой работы?

‘ В качестве приманки, вы имеете в виду? Полагаю, просто повезло. Аллан кивнул и не стал больше давить на Кремера. Некоторое время они шли молча. Вокруг теннисного корта горели прожекторы. На твердой глиняной поверхности блестели выброшенные гильзы - остатки дневных репетиций. - Где ты был до Сасс? - спросил я. - Спросил Кремер. - Парас?

Аллан ухмыльнулся. ‘ Только не я, Майк. Я был внештатным сотрудником.

-Внештатный сотрудник?

"Я сидел в пабе в Лондоне и увидел в Daily Express объявление о наборе охранников в Южную Африку. Я подумал, что это для детективов из магазина, что-то в этом роде. Две недели спустя я был в ангольских зарослях с окровавленным автоматом Калашникова в руках. Мне было девятнадцать.

- Ты серьезно? - спросил я

‘ Конечно. Им нужны были только тела, им было наплевать на наш опыт. ’ Он пожал своими массивными плечами. ‘ Хотя, по правде говоря, я действительно немного преувеличил. Я пробыл там пару лет, но когда стало немного жарко, я вернулся в Дублин, основал собственную охранную компанию, управлял ночным клубом и даже немного подрабатывал актерством. Но я пропустил это, понимаешь?"

‘ Да, ’ согласился Кремер, ‘ я знаю. ’ Кремер прекрасно понял, что имел в виду Аллан. Он никогда не чувствовал себя таким живым, как в SAS. Дело было не просто в приливе адреналина, дело было в дружеском общении, в том факте, что он работал в команде с людьми, обученными до уровня профессионализма, с которым мало кто мог сравниться. Кремер скучал по SAS и так и не нашел ничего, что могло бы заполнить пробел, который это оставило в его жизни.

Маленькое насекомое прожужжало над ухом Аллана, и он отмахнулся от него. ‘Итак, я переехал в Лондон и подал заявление на вступление в 21 SAS. Мне было двадцать три, и я считал, что слишком стар, чтобы вступать в регулярную армию, но рассчитывал, что меня могут забрать территориалы. В первый раз потерпел неудачу, но они сказали мне поработать над своей физической формой и попробовать еще раз. На следующий год у меня получилось. Исполнила танец с веером за восемнадцать часов в самую дерьмовую погоду, которую вы когда-либо видели. Полковник был на курсе в качестве наблюдателя и после подошел ко мне, спросил, не думал ли я о том, чтобы отслужить полный рабочий день. Он замолвил за меня словечко, и я присоединился к 22 SAS.’

Кремер был впечатлен. Члену Территориальной SAS редко предлагали место в самом полку. - И вам нравится Учебное крыло? - спросил я. - спросил он.

‘ Это лучше, чем стоять у ночного клуба на Лисон-стрит под моросящим дождем и иметь дело с прыщавыми подростками, пытающимися пробраться внутрь. Он ухмыльнулся. - Имей в виду, в Дублине трахаются чаще, это точно.

Они обошли теннисные корты и пошли по крокетной площадке. Аллан смеялся, но Кремер оставался настороже, опасаясь, что в любой момент из темноты может выскочить нападающий. PPK был у него в кобуре подмышкой, но если атака не будет медленнее, чем обычно, он предпочел бы воспользоваться стилетом. Под руководством Аллана он теперь выигрывал больше противостояний, чем проигрывал. В начале тренировки были моменты, когда Кремер задавался вопросом, есть ли смысл репетировать движения снова и снова, потому что в конце дня он даже не был уверен, что хочет выжить после встречи с убийцей. Боль в кишечнике усиливалась с каждым днем, и ему становилось все труднее есть: аппетит у него почти пропал, а когда он все-таки заставил себя поесть, то поплатился за это несколько часов спустя. Он знал, что дискомфорт был лишь частью того, что ждало его впереди, и что настанет день, когда пуля в лицо станет долгожданным облегчением, но под постоянными уговорами и нажимом Аллана его профессионализм взял верх, и он усердно работал над совершенствованием техники. Теперь он наслаждался возможностью сразиться с убийцей, чтобы доказать себе и Аллану, насколько он хорош.

Кремер шагнул в сторону, чтобы избежать удара обручем, вмонтированным в газон, но продолжал бегать глазами из стороны в сторону. ‘ Можешь расслабиться, Майк, ’ сказал Аллан. - Твое обучение окончено.

Кремер огляделся, его глаза сузились. - Что значит "тренировка окончена"?

‘ Полковник просил меня передать вам, что завтра мы уезжаем в Лондон. С этого момента все по-настоящему.

Кремер сглотнул. В животе у него что-то сжалось, смесь страха и возбуждения, чувство, которого он не испытывал уже очень давно. Это почти заставило его забыть о раке, который там рос. Почти. Но не совсем.

Линч затаил дыхание, наводя бинокль. Площадка для игры в крокет была хорошо освещена, и он без труда узнал лицо Майка Кремера, Нахала. Кремер выглядел в лучшей форме, чем когда Линч видел его в последний раз — теперь он был ухожен и одет в явно дорогую одежду. Кремер и мужчина, с которым он был, были увлечены беседой. Линч отдал бы правую руку, чтобы узнать, о чем они говорят. Где-то над головой у Линча ухнула сова. Линч забрался на дерево недалеко от стены по периметру, которая окружала все школьные здания и территорию. Он заметил пятерых охранников, двоих у главного входа и еще троих, патрулирующих территорию. На зданиях было установлено несколько камер наблюдения, и они перемещались с нерегулярными интервалами, что наводило на мысль, что ими управляли из какого-то центра управления. Небо было затянуто густыми облаками, а выбранное Линчем дерево находилось почти в полной темноте, так что он был уверен, что его никто не увидит.

Линч облизнул губы. Во рту у него пересохло от предвкушения. Он мог взобраться на стену за считанные секунды; она была построена просто для обозначения периметра школьной территории, а не для защиты от незваных гостей. Он мог преодолеть расстояние между стеной и главным зданием школы меньше чем за минуту и добраться до двух мужчин на крокетной площадке вдвое быстрее. Проблема была в том, что тогда? Камеры наблюдения засекли бы его, как только он оказался бы на открытом месте, и даже если Кремер и его спутник не были вооружены, патрулирующие охранники определенно были вооружены. Возможно, ему удалось бы убить Кремера прямо здесь и сейчас, но это была бы самоубийственная миссия, а Линч был не в настроении расставаться со своей жизнью, каким бы сильным ни было желание отомстить. Нет, должен был быть способ получше. Он наблюдал, как двое мужчин прошли к выходу из школы и исчезли внутри. Линч повесил бинокль на шею и осторожно спустился на землю.

"Гольф" был припаркован почти в миле отсюда, в роще у дороги, и он побежал трусцой, скорее чтобы согреться, чем потому, что спешил. Он решил, что мужчины легли спать, так что до утра он ничего не сможет сделать. Ему нужен был способ проникнуть в школу, какая-нибудь уловка, которая позволила бы ему прорвать их оборону. Фары приближающейся машины прорезали ночь, и он упал в канаву, пока она не проехала мимо. На дне канавы была солоноватая вода, но ему удалось остаться сухим выше колен. Его мокрые ноги шлепали по асфальту, когда он бежал к роще. К счастью, других машин не было, и он добрался до гольф-клуба чуть более чем за шесть минут. Мэри спала — она откинула спинку переднего пассажирского сиденья и завернулась в клетчатое одеяло. Линч улыбнулся, глядя на нее через окно.

Она благоразумно заперла двери, поэтому он тихонько постучал в окно, чтобы разбудить ее. Она сонно улыбнулась ему и открыла водительскую дверь. - Как все прошло? - спросила она.

- Он там.

Глаза Мари расширились. ‘ Он там? И что теперь?

‘ Теперь мне нужно подумать. Он наклонился и снял мокрые ботинки и носки.

-Что случилось? - спросила она.

- Мне пришлось спрятаться в канаве.

Мэри дала ему одеяло, и Линч обернул им ноги. В машине было холодно, но они не могли рисковать, заводя двигатель, чтобы включить обогреватель. ‘ Как ты думаешь, что он делает в Уэльсе? - Спросила Мэри.

‘Мэри, милая, это чертова тайна, совершенно верно. Его охраняют какие-то очень серьезные личности. Повсюду камеры слежения, а он одет так, словно только что вышел от портного с Сэвил-Роу. Боже, я умираю с голоду.

Мэри сунула руку на заднее сиденье машины и достала свою зелено-золотую сумку-переноску Harrods. Из сумки она достала пачку сэндвичей "Маркс энд Спенсер" и банку кока-колы и протянула их Линчу. Он откупорил язычок и выпил.

‘ А ты не думал, что это может быть подстроено? ’ спросила она. - Какая-то ловушка?

Линч выразительно покачал головой. ‘ Почему в Уэльсе? Зачем прятаться здесь, за много миль отовсюду? И почему безопасность так очевидна? Когда он был в Хоуте, теперь это выглядело как ловушка. Нет, я думаю, что здесь происходит что-то еще, но будь я проклят, если знаю, что именно".

Вода, хлынувшая из насадки для душа, была холодной, и, хотя Кремер оставил ее включенной на несколько минут, теплее она не стала. Он встал под ледяные струи и ахнул, быстро умылся, а затем выпрыгнул. Он растерся свежим полотенцем и оделся, выбрав один из костюмов, которые раньше не надевал.

Аллан и Мартин выходили из столовой как раз в тот момент, когда появился Кремер. ‘ Совещание в кабинете директрисы, ’ сказал Аллан. - Ты ведь не забыл, правда?

Кремер покачал головой. Нет, он не забыл. Сегодня был день, когда он стал Иудиным Козлом. Миссис Эллиот вышла в коридор вслед за Алланом и Мартином. Увидев Кремера, она просияла. ‘ А, мистер Кремер. Принести вам что-нибудь?

‘ Нет, спасибо, миссис Эллиот. Я не голоден.

Миссис Эллиот посмотрела на Кремера так же сурово, как это делал Аллан всякий раз, когда тренировка проходила неудачно. ‘ Полковник сказал, чтобы я убедилась, что вы что-нибудь съели, - сказала она. - Это был приказ.

- Приказ? - удивленно переспросил Кремер.

‘ Лучше делай, как она говорит, Майк, ’ сказал Мартин. - Мы не хотим, чтобы тебя обвинили.

‘ Как насчет бутербродов на потом? - Спросила миссис Эллиот. - Сыр и маринованный огурец?

- Сыр и маринованный огурец будут в самый раз, - согласился Кремер, зная, что дальнейшее сопротивление бесполезно.

‘ А чай? ’ настаивала она. - Я могу заварить чай во фляжке, не беспокойтесь.

‘ И чай. Спасибо, миссис Эллиот. - Кремер направился по коридору к кабинету директрисы, прежде чем миссис Эллиот успела дополнить меню.

- Как ты себя сегодня чувствуешь, Майк? - спросил Аллан.

‘ Лучше, ’ солгал Кремер. Большую часть ночи он пролежал без сна, обливаясь потом. Боль, казалось, усиливалась по ночам, даже когда он лежал в постели. Кремер задался вопросом, было ли это потому, что уровень адреналина в его крови был выше в течение дня, стимулируя естественные обезболивающие средства организма. Или, может быть, это было потому, что Аллан всегда держал его занятым, так что у него не было времени зацикливаться на своей болезни; по ночам ему нечем было заняться, кроме как беспокоиться о раке, который пожирал его. Если боль станет намного сильнее, ему придется попросить врача о чем-нибудь другом. Ничего достаточно сильного, чтобы замедлить его рефлексы, но достаточно, чтобы ослабить боль. - Когда мы отправляемся?

Аллан посмотрел на свои русские наручные часы. - Тридцать минут.

‘ Откуда у вас эти часы? - Спросил Кремер.

- С мертвого кубинца в Анголе, - ответил Аллан.

- Да ладно, если он был мертв, как вы узнали, что он кубинец?

Аллан ухмыльнулся и изобразил, как стреляет из пистолета правой рукой. Он сдул воображаемый дым, постучал в дверь кабинета и открыл ее, впуская Кремера и Мартина первыми. Полковник сидел за столом, читая досье. Кремер был удивлен, увидев Су Мин в комнате, стоящей у камина. Она была официально одета в темно-синюю юбку и жакет, а через правое плечо у нее висело что-то похожее на сумочку Chanel на золотой цепочке. Она улыбнулась ему, но в ее глазах было мало тепла.

Три деревянных стула с прямыми спинками были расставлены в ряд напротив письменного стола, и Кремер, Аллан и Мартин сели. Мартин посмотрел на Кремера, и Кремер понял, что им пришла в голову одна и та же мысль — они были похожи на школьников, которых пригласили для порки. Оба мужчины ухмыльнулись. Полковник оторвался от своих бумаг, как будто только что заметил, что они вошли. - Все готово? - спросил полковник Аллана.

‘ Все готово, босс, ’ сказал Аллан. - Самолет уже прибыл в Суонси, и у нас есть план полета на десять пятнадцать.

‘ План полета? поинтересовался Кремер. ‘ Я думал, Лондон - наша первая остановка. Разве мы не на машине?

‘ Вандер Майер всегда прилетает в Лондон на одном из своих частных самолетов, ’ сказал полковник. ‘ В его распоряжении три машины: одна базируется в Великобритании, одна в Штатах и третья в настоящее время находится на Филиппинах. Согласно сведениям, которые мы отправили в Цюрих, Вандер Майер вылетел из Майами рано утром и сейчас находится на пути в Хитроу.’ Полковник перегнулся через стол, словно пытаясь сократить дистанцию между собой и Кремером. ‘ С этого момента ты должен думать как Вандер Майер, Джокер. Ты не открываешь двери для себя, ты ничего не носишь с собой, ты не признаешь незнакомцев, ты выше всего этого. Для этого существуют Су Мин и твои телохранители. Убийца будет следить за вами, и если он увидит что-нибудь необычное, то помчится со всех ног.

- Без проблем, - сказал Кремер, потирая руки.

‘ Как только ты садишься в самолет, ты в игре. Ты должен жить своей ролью, ты должен быть Вандером Майером, и ты должен быть готов к тому, что убийца нанесет удар в любой момент. Ты читал материалы, ты знаешь, как он был близок раньше. В инвалидном кресле, одетый как официант, как пилот, как курьер, единственное, чего он не сделал, - это переоделся женщиной. Вы должны рассматривать каждого незнакомца как угрозу, но не должны реагировать слишком остро. Если наш человек увидит, как вы достаете пистолет, он поймет, что это ловушка. Вы должны быть уверены, уверены на сто процентов.

- Вы хотите сказать, что я не выстрелю, пока не увижу белки его глаз? - уточнил Кремер.

Полковник поджал губы. ‘ Нет. Ты не стреляешь, пока не увидишь пистолет в его руке. Он должен попытаться убить тебя, или мы зря потратим время. Я хочу внести предельную ясность в это, Джокер. Коротких путей нет. У нас есть только один шанс, и я не хочу, чтобы мы его упустили. Инстинкт ничего не значит, если мы возьмем не того человека.

-Я понимаю, полковник.

Полковник встал и подошел к окну. ‘Что касается связи, Аллан и Мартин будут использовать приемопередатчики, но они будут поддерживать связь только друг с другом’, - сказал он. ‘Это стандартная процедура для телохранителей. Вандер Майер ни за что не стал бы носить с собой приемопередатчик, так что вы не будете поддерживать с ними радиосвязь. Я буду отслеживать их передачи, но вы ни в коем случае не должны признаваться, что мы их слушаем. Наш человек - профессионал и почти наверняка также будет следить за вами. Мы сможем вести передачу на вашей частоте, но я не могу представить себе никаких обстоятельств, при которых мы могли бы это сделать. Мы не сможем вас предупредить, потому что если бы мы это сделали, он мог бы нас услышать.

Трое мужчин, сидевших перед столом, дружно кивнули. - Мы предоставлены сами себе, - сказал Кремер.

‘У меня будут люди поблизости, но да, фактически вы будете предоставлены сами себе. Ты не должен зависеть от них в своей защите, потому что это не то, для чего они существуют".

‘ Я могу как-нибудь связаться с вами? - Спросил Кремер.

‘ Ни в коем случае, ’ коротко ответил полковник. ‘ Телефоны просто не защищены, ни сотовые, ни другие. Ни при каких обстоятельствах не пытайтесь связаться со мной. - Он кивнул Аллану. ‘ Это касается и вас с Мартином. Полковник прислонился спиной к подоконнику. ‘Не забывай, что мы будем следовать за тобой на каждом шагу. Даже если ты нас не увидишь, мы все равно будем там".

Кремер задумчиво потер подбородок. - Я был бы счастлив, если бы мы могли каким-то образом связаться с вами.

‘ Вам не нужно, чтобы я держал вас за руку, - сказал полковник. - Еще вопросы есть?

Трое мужчин покачали головами. - У меня вопрос, - раздался у них за спиной голос Су мин.

Полковник приподнял бровь. - Да, Су Минг?

- Сколько нам еще ждать?

- Столько, сколько потребуется.

- Но маршрут рассчитан всего на две недели.

- Это было все, о чем нас просили, и это наводит нас на мысль, что попытка будет предпринята в течение следующих четырнадцати дней.

Кремер повернулся на своем сиденье, чтобы посмотреть на Су мин. Она выглядела обеспокоенной, но в ее голосе не было и следа нервозности. ‘ А как насчет мистера Вандера Майера? ’ спросила она. - Я должна поддерживать с ним постоянный контакт.

Полковник покачал головой. ‘ Невозможно. Что произойдет, если убийца услышит, как вы с ним разговариваете?

- Значит, я не должен ему звонить?

- Нет, пока все не закончится.

- А что, если он попытается связаться со мной?

‘ Он этого не сделает. Он понимает мое положение. У мистера Вандера Майера есть номер, по которому он может связаться со мной. В том случае, если ему понадобится связаться с вами, я отправлю вам сообщение.

Су мин пожала плечами. Кремер удивился, почему она так беспокоится из-за того, что не может связаться со своим боссом. Он снова повернулся к полковнику. ‘ Насчет Вандера Майера, - сказал он. - Что он делает?

‘ Он на своей яхте, ’ ответил полковник. - Она оборудована по последнему слову техники, так что он может вести дела как обычно. У него есть копия вашего маршрута, и он просто сообщит любому, с кем заговорит, что находится в вашем районе. Все отправляемые им факсы, телексы или компьютерные сообщения также будут выглядеть отправленными из вашего района. Но он согласился свести свою деятельность к абсолютному минимуму, пока мы не найдем нашего человека. Когда полковник увидел, что больше вопросов нет, он указал на дверь своей тростью. ‘Все, что мне остается, это пожелать тебе удачи", - сказал он. "С этого момента наши пути расходятся".

‘ Как вы доберетесь до Лондона? - Спросил Кремер, вставая.

‘ Мы воспользуемся вертолетом. Мы прилетим в Хитроу за вами, но там вас уже ждут люди. Ты их не увидишь, по крайней мере, если они будут правильно выполнять свою работу.

Су мин открыл дверь и вышел в коридор. Полковник пожал троим мужчинам руки, когда они выходили из комнаты. Кремер уходил последним. После того, как они пожали друг другу руки, полковник взял Кремера за руку. - Удачи, - сказал он.

‘ Везение тут ни при чем, полковник. Кроме того, мы оба знаем, каким будет конечный результат, не так ли?

Полковник не ответил. Он выпустил руку Кремера из своей, а затем похлопал его по плечу, как священник, утешающий недавно потерявшего человека. ‘ Хотел бы я, чтобы это было... . - начал он.

‘ Эй, не волнуйся, ’ перебил Кремер. ‘ Я большой мальчик, я точно знаю, во что ввязываюсь, и это мой выбор. Он несколько секунд выдерживал взгляд полковника, затем повернулся и вышел из комнаты.

‘ Ваши вещи в машине, ’ сказал Аллан, подавая Кремеру пальто. - У вас с собой?

Кремер похлопал по пистолету в кобуре подмышкой. - Я бы не вышел из дома без него.

Миссис Эллиот вышла из кухни и протянула Кремеру пластиковую коробку и термос из нержавеющей стали. ‘ В дорогу, - сказала она. ‘ И имей в виду, береги себя. Она обняла его и бросилась обратно на кухню.

Кремер последовал за Алланом и Мартином к "Мерседесу" и забрался на заднее сиденье. Су Мин уже была там.

- Все готово? - спросил Мартин.

- Давайте сделаем это, - сказал Кремер.

Мартин оглянулся через плечо на фляжку и сэндвичи, которые Кремер держал на коленях. ‘ Майк. . - начал он.

‘ Конечно, - сказал Кремер, прежде чем Мартин успел договорить. Он передал сэндвичи, и Мартин практически выхватил их у него из рук.

Дермотт Линч наблюдал, как "Мерседес" медленно выезжает из школьного подъезда на дорогу. Он отнял бинокль от глаз. ‘ Это он, ’ сказал он. - Он на заднем сиденье с девушкой.

- Что нам делать? - спросила Мари.

Линч почесал подбородок и нахмурился. Они были припаркованы на обочине почти в четверти мили от входа, в направлении, противоположном тому, в котором двигался "Мерседес". У него было только два выхода: последовать за Кремером или попытаться выяснить, что происходит внутри школы. Мэри сидела, наблюдая за ним. Она знала, что это было его решение. Линч смотрел вслед "Мерседесу". Он охотился за Кремером. Он потянулся вперед и завел двигатель. - Достань карту, - сказал он, переключая скорость.

Мэри открыла бардачок и развернула карту, когда Линч проезжал мимо входа в школу. Охранники ушли, как будто тот факт, что Кремер ушел, означал, что больше не было необходимости в охране. У Линча было предчувствие, что Кремер не вернется, что бы там ни замышлял этот Нахал, сейчас это переходит в следующую фазу.

‘ Какие у них варианты? - Спросил Линч, не сводя глаз с "Мерседеса". Он старался держаться от нее как можно дальше, но дорога петляла, и он не хотел рисковать потерять ее. Он обнаружил, что постоянно разгоняется и тормозит, мчась к каждому повороту, а затем резко тормозит, как только видит "Мерседес". Он не мог позволить себе быть слишком далеко, когда они доберутся до пересечения с шоссе В4295, иначе он не знал бы, куда поехал "Мерседес" - на север или на юг.

Предполагая, что они не просто проведут день на пляже, я бы сказал, в аэропорту или Суонси, а потом, возможно, в Лондоне. Если только они не направляются к лодке, полуостров усеян маленькими портами.

Линч непроизвольно пригнулся, когда что-то прогрохотало над головой. Это был огромный вертолет, красно-бело-голубой "Си Кинг", который он видел в последний раз, когда забирал Кремера с набережной в Хауте. "Си Кинг" низко летел к школе. ‘ Они отъезжают, ’ сказал он Мари. Он резко затормозил, когда трактор выехал с поля перед "Гольфом". ‘ Господи Иисусе! ’ прошипел он, когда колеса заскользили по грязи, взметаемой массивными шинами трактора. Ему удалось взять машину под контроль, затем он нетерпеливо последовал за трактором, пытаясь проверить, свободна ли дорога.

- Я думаю, с тобой все в порядке, - неуверенно сказала Мэри, выглядывая из пассажирского окна.

Линч вытянул шею в сторону, но все, что он мог видеть, - это живые изгороди. Он нажал на акселератор и обогнал трактор. Только когда он поравнялся с ней и увидел, что дорога впереди пуста, он понял, что задерживал дыхание. Он печально вздохнул и прибавил скорость. Когда он добрался до шоссе В4295, "Мерседеса" нигде не было видно. ‘ Как ты думаешь? На север или на юг?

- Они поедут на север, только если останутся в Уэльсе, - сказала Мэри, на этот раз с большей убежденностью в голосе.

‘ Да, я думаю, ты прав, ’ согласился Линч и повернул налево. После трех минут бешеной езды они увидели вдалеке "Мерседес", который как раз подъезжал к деревне Лланридиан. "Поймали их", - удовлетворенно сказал Линч.

"Мерседес" свернул на шоссе B4271, направляясь на восток. ‘ Они едут в аэропорт, ’ сказала Мэри, отрывая взгляд от карты. - Или в "Суонси".

Вокруг было очень мало машин, и Линч понял, что пройдет совсем немного времени, прежде чем пассажиры "Мерседеса" поймут, что их преследуют. - Подними карту повыше, разыграй туриста, - сказал Линч.

Мари сделала, как ей сказали, и Линч прибавил скорость. Он притормозил позади "Мерседеса", показал, что собирается совершить обгон, и обогнал его на длинном прямом участке дороги. Мари отложила карту. - Итак, теперь они позади нас, и что теперь?

‘Теперь они не подумают, что мы следим за ними", - сказал Линч. "Мы почти уверены, что они останутся на этой дороге до перекрестка с А4118, так что мы поедем дальше".

Мари кивнула. - Что делал вертолет?

- Я думаю, это поднимает остальных мужчин в школе.

-Почему они не схватили и Кремера?

Линч скривился. - Я не умею читать мысли.

‘ Это не обычный вертолет, не так ли? Армейские обычно зеленые, верно?

- Он принадлежит Министерству обороны. На нем Кремер и приехал в Уэльс.

Линч взглянул в зеркало заднего вида. "Мерседес" скрылся из виду. Он немного сбавил скорость, и примерно через минуту он появился в поле зрения. Уверенный, что не упустит свою добычу, он снова прибавил скорость.

Рука Мэри погладила его колено. - Когда, Дермотт?

‘ Я не знаю, Мари, милая. Ты видела двух тяжеловесов в передней части машины? Она кивнула. ‘Они выглядят крепкими парнями, это верно. Я видел, как один из них вчера вечером разговаривал с Кремером, и он крупный. Похоже, он может постоять за себя. Они оба почти наверняка нахалы. Это не те шансы, с которыми я хотел бы бороться. Один на один - прекрасно. Но один против троих - никаких шансов.

- Двое, - ответила Мари почти шепотом.

- Что? - переспросил Линч, снова взглянув в зеркальце.

‘ Нас двое. Не забывай об этом. Теперь я участвую в этом не меньше тебя.

Линч хотел было возразить, но решил промолчать.

Симон Шайон плотнее обмотал шею шерстяным шарфом и ссутулил плечи, защищаясь от холодного ветра, дувшего с реки Лиммат. Он оттянул кончик перчатки из овечьей кожи и бросил быстрый взгляд на свои тонкие золотые наручные часы. Он пришел рано, что было явным признаком нервозности. Как и большинство швейцарцев, Шайон был пунктуален до паранойи, и приходить рано его раздражало ничуть не меньше, чем опаздывать. Он засунул руки в перчатках поглубже в карманы пальто и отправился на поиски кафе. Он нашел одно на боковой улице и сел за свободный столик. Официантка приняла его заказ, и через две минуты перед ним на столе стояла чашка горячего шоколада.

Он медленно помешивал напиток, слегка нахмурившись - единственный признак того, насколько он был обеспокоен. Когда он приехал, закодированный факс лежал у него в ящике для входящих, и, как только он расшифровал его содержимое, больше ни о чем не мог думать. Даже вид Терезы в белой шелковой рубашке и тончайшем лифчике не уменьшил его тревоги. Она спросила его, не случилось ли чего, но он только пожал плечами и сказал, что его беспокоит язва. Она издавала сочувственные звуки и перегнулась через его стол, чтобы он мог поближе рассмотреть ее грудь, но даже это не взбодрило его. Он не мог сосредоточиться и сказал Терезе, чтобы она отвечала на все его звонки. Большую часть времени он сидел, глядя из окна своего кабинета на башни-близнецы Гроссмюнстерского собора, гадая, что же такого срочного, что встреча должна была состояться в Цюрихе и в такой короткий срок.

Он отложил ложку и снова посмотрел на часы. Пять минут. Шайон ненавидел непунктуальность, ненавидел ее с удвоенной силой. Каждая минута в его жизни была учтена так же точно, как средства на счетах компании, и пять потраченных впустую минут были временем, потерянным навсегда. Он взял чашку с горячим шоколадом и поднес к губам, но затем поставил ее обратно на блюдце, не притронувшись. Обычно в холодный день ничто не доставляло ему большего удовольствия, чем чашка горячего шоколада с молоком, но сегодняшний день был особенным. Сегодня его вызвал на встречу человек, с которым он до этого встречался всего один раз. Человек, который на сегодняшний день заплатил Шайону более двух миллионов долларов комиссионных за то, что не было ничего более сложного, чем отправка листов бумаги и фотографий по адресам проживания по всему миру. Тот факт, что люди, изображенные на фотографиях, всегда были убиты в течение нескольких дней после отправки конвертов, был чем-то, на чем Саймон Шайон не останавливался в течение последних двух лет. С тех пор как пришел таинственный факс, он ни о чем другом не думал.

Официантка вернулась и спросила, не случилось ли чего с горячим шоколадом. Шайон улыбнулся и покачал головой. Нет, сказал он, все в порядке. Просто замечательно. Он взял ложку и снова размешал. В факсе не было ни малейшего намека на то, почему эта встреча была необходима. Если не считать первой встречи более двух лет назад, двое мужчин общались только по факсу, компьютерным доскам объявлений, сообщениям, оставленным на автоответчиках, и конвертам с курьерской доставкой. Клиенту Шайона не понадобилось объяснять важность того, чтобы двух мужчин никогда не видели вместе, что сделало факс еще более тревожным. Должно быть, что-то пошло не так. Он снова посмотрел на свои наручные часы. Пришло время.

Он отодвинул стул, бросил на стол пригоршню мелочи и вышел из кафе. В факсе были подробные инструкции о том, куда должен был отправиться Шайон, но он находился по меньшей мере в сотне ярдов от места встречи, когда услышал, что произносят его имя. Шайон вздрогнул, как будто его ударили по лицу. Он заставил себя улыбнуться и повернулся лицом к человеку, которого знал только как месье Рольфа.

‘ Холодный денек, не правда ли? ’ сказал месье Рольф. Он прекрасно говорил по-французски, но Шайон сомневался, что он родился во Франции. Месье Рольф был в очках в роговой оправе и темном пальто и выглядел как банковский служащий среднего звена, направляющийся в свой офис. Шайон понял, что в его волосах что-то изменилось. Они были темнее, чем он помнил с их первой встречи, и более кудрявыми.

‘ Для этого времени года - да, - сказал Шайон. Он сглотнул. В горле пересохло, и он пожалел, что не выпил горячий шоколад. ‘ Что-то не так? - спросил он.

- Что-то не так? Месье Рольф нахмурился. - Почему вы думаете, что что-то не так?

‘ Ты говорил, что хотел встретиться не здесь. Ты сказал...

‘ Я передумал, ’ перебил месье Рольф. ‘ Пойдемте. Пройдемся со мной.

Они пошли прочь от реки, мсье Рольф уверенно шел впереди, как будто не был новичком в этом городе. ‘Я получил ваш факс", - сказал Шайон. Он пожалел о сказанном сразу же, как только оно сорвалось с его губ, и проклял себя за свою глупость. Конечно, он получил факсимиле. Иначе зачем бы ему там быть?

- Хорошо, - сказал месье Рольф, словно не замечая оплошности.

‘ Вы получили детали, которые я вам отправил? Контракт с Вандером Майером? Шайон поинтересовался, не было ли проблем с последним конвертом, который он отправил курьером в Лондон.

‘ Да. Да, это я, ’ сказал месье Рольф. В его разговоре было что-то почти рассеянное, как будто его мысли витали где-то далеко.

‘ Дела шли хорошо, не так ли? Это было очень выгодное соглашение. Для обеих сторон.

‘ Да, это так, ’ согласился мсье Рольф. - Очень выгодно.

Месье Рольф свернул в боковую улицу. Шайон заметил, что время от времени его спутник оглядывался через плечо, словно опасался, что за ними следят. ‘ Что-то не так? - Спросил Шайон.

‘ Нет. Все в порядке.

Шайон нервно сглотнул. Что-то было не так. Что-то определенно было не так. Мысли Шайона закружились. Он вытащил из кармана брюк носовой платок и высморкался.

- Вы простудились? - спросил мсье Рольф.

Шайон вытер нос и сунул платок обратно в карман. ‘ Может быть. Я не уверен. Я плохо себя чувствую.

- Вы должны беречь себя, - сказал месье Рольф.

‘ Я буду. Я буду. Шайон больше не узнавал улицы, по которым они шли, и прошло некоторое время с тех пор, как он видел кого-то еще на тротуаре. Месье Рольф еще раз оглянулся через плечо. - За нами никто не следит, - сказал Шайон.

‘ Нет. За нами никто не следит.

‘ Хорошо. Значит, теперь мы можем поговорить?

-Скоро.

От улицы отходил узкий переулок, и месье Рольф отступил в сторону, пропуская Шайона вперед. Шайон благодарно кивнул и шагнул в темноту. Слева стояла груда картонных коробок и брошенный велосипед с оторванным колесом. Шайон заметил влажный, приторный запах, исходящий от этого места, как будто там что-то умерло и было оставлено гнить. ‘Конечно, этого не может быть. .? ’ начал Шайон, но прежде чем он успел договорить, руки месье Рольфа опустились по обе стороны от его головы, и что-то сжалось вокруг шеи Шайона. Шайон понял, что это проволока, и единственное, что не давало ей впиться в его плоть, - это шерстяной шарф. Он попытался заговорить, но проволока натянулась еще туже, и он не мог даже вздохнуть. Его пальцы ухватились за проволоку, но она была слишком тугой. Он почувствовал, как сломался ноготь, и острую боль, а затем его грудь начала вздыматься. Он упал вперед, ударившись лицом о холодный бетонный пол, а затем чье-то колено уперлось ему в поясницу, и проволока натянулась еще туже. Легкие Шайона начали гореть, глаза выпучились, а потом все потемнело. Последней мыслью в его голове было, как жаль, что у него никогда не будет шанса заняться любовью с Терезой.

Мальчик встал у раковины и дочиста сполоснул тарелку, прежде чем поставить ее на сушилку. Он вздрогнул, услышав наверху стон матери. Мальчик спросил своего отца, почему врач не отвез ее в больницу, и его отец сказал, что это потому, что больше ничего нельзя было сделать. Мальчик часами стоял на коленях, молясь Богу, чтобы Он прекратил мучения его матери, но это не принесло никакой пользы. Мальчик больше не верил в Бога. Он не верил ни в Бога, ни во врачей.

Лекарство его матери было завернуто в посудную салфетку в дальней части кладовой. Мальчик видел, как его отец положил туда флакон с таблетками после того, как принял ночную дозу своей матери. Мальчик спросил своего отца, почему он не дал ей больше таблеток, чтобы она не плакала так много, и он объяснил, что это потому, что слишком много было бы вредно для нее.

Мальчик вытер руки кухонным полотенцем, налил молока в высокий стакан и поставил его на поднос. Наверху застонала его мать - глубокий, горловой звук, от которого мальчик вздрогнул. Он открыл дверцу кладовки и достал пузырек с таблетками. Он взвесил флакон на ладони, читая этикетку. Там было написано, что в день следует принимать не более двенадцати таблеток. Он пытался сосчитать, сколько их было, но сбивался со счета. Их было по меньшей мере шестьдесят. Он поставил бутылку на поднос рядом со стаканом молока и осторожно отнес его наверх.

Его мать посмотрела на дверь, когда он вошел в спальню. Она снова подтянула колени к груди и прижимала к животу грелку. Мальчик отнес поднос на прикроватный столик. Его мать уставилась на пузырек с таблетками, как будто не верила своим глазам. Она медленно приняла сидячее положение, кряхтя при каждом движении. Мальчик молча наблюдал. Она больше не была похожа на его мать. Под глазами у нее были темные мешки, волосы были влажными и прилипли к лицу, а губы покрылись коричневой коркой. И она была худой, худее, чем, по мнению мальчика, может быть человек, не будучи скелетом. Он протянул ей стакан молока, и она взяла его левой рукой. Ее взгляд задержался на бутылочке с таблетками, когда он отвинтил крышку и высыпал около дюжины таблеток себе на ладонь. Она потянулась и положила похожую на клешню ладонь ему на плечо. Ногти были желтыми и ломкими, а кожа такой бледной, что он почти мог видеть сквозь нее. Он протянул ей одну из таблеток, и она взяла ее у него. Он наблюдал, как она поднесла ее к губам. Таблетка исчезла у нее во рту, и она проглотила. Он дал ей еще таблетку. И еще. После пятой она сделала глоток из стакана с молоком. Она улыбнулась, и он дал ей еще одну таблетку. ‘ Сколько ты хочешь? ’ спросил он. Это был первый раз, когда он заговорил с тех пор, как вошел в комнату.

Его мать пожала плечами. ‘ Я не знаю, ’ сказала она. Он протянул ей еще одну, и она взяла ее. Она проглотила еще шесть, прежде чем сделать еще один глоток молока.

‘ Ты чувствуешь себя лучше? - спросил он, вытряхивая еще таблеток на ладонь.

Она кивнула и взяла еще одну таблетку. Мальчик смотрел, как она ест таблетки, как будто это были конфеты, и удивлялся, почему ему больше не грустно. Бутылка была наполовину пуста. Его мать вздохнула и откинулась на подушки. ‘ Ты хороший мальчик, ’ сказала она. - Ты хороший мальчик, что помог мне. - Вокруг ее рта залегли глубокие морщины, делавшие ее похожей на тех старух, которых он видел в парке, кормящих голубей хлебными крошками.

- Папа будет в бешенстве, - сказал он чуть громче шепота.

‘ Он не рассердится, ’ сказала она. Ее веки казались тяжелыми, как будто ей было трудно держать их открытыми. - Ты сделаешь кое-что для меня? - спросила она, протягивая стакан.

- Конечно, - сказал он, беря его и ставя на поднос.

‘ Скажи своему отцу, что я люблю его, ’ сказала она. Ее голос внезапно зазвучал сильнее, больше похожий на голос матери, которую он помнил, больше похожий на то, какой она была до того, как заболела.

‘ Обязательно, ’ пообещал мальчик. ‘ Клянусь своим сердцем и надеюсь умереть. Он торжественно перекрестился.

‘ Ты не умрешь, ’ сказала она и проглотила еще одну таблетку. - Еще очень, очень долго. Просто передай своему отцу, что я сказала, хорошо? Мальчик кивнул и протянул еще таблеток. Его мать взяла их и перебирала по одной, как будто пересчитывала. - Почему бы тебе не спуститься вниз и не посмотреть телевизор? - предложила она.

-Но...

- Теперь со мной все будет в порядке, - сказала она.

Парень наклонился и поцеловал ее в щеку. От нее пахло тошнотой и чем-то еще, чем-то, что он не мог определить. Это не был обычный запах его матери.

‘ Тебе пора идти, - сказала она. Она говорила невнятно, и ей приходилось бороться с тем, чтобы держать глаза открытыми. Он соскользнул с кровати и вышел из комнаты, не оглядываясь.

Мартин остановил большой "Мерседес" на пересечении с главной дорогой и подождал, пока в потоке машин образовался просвет. Красный "Гольф" был припаркован у обочины, а пара внутри склонилась над картой и спорила. Кремер улыбнулся про себя, вспомнив, каким трудом давались ему чтение карты и навигация. По сравнению с преодолением Фолклендских островов в полной темноте, поездка по сельской местности Уэльса была сущим пустяком. Мимо прогрохотал грузовик, полный овец, и Мартин повернул направо и последовал за ним.

Кремеру в голову пришла внезапная мысль. - Аллан, где именно мы находимся? - спросил он.

- В паре миль от аэропорта Суонси, - ответил Аллан.

- Так где же находятся Брекон-Биконы?

Аллан пожал своими массивными плечами. ‘ Примерно в тридцати милях к северо-востоку. ’ Он обернулся и ухмыльнулся. - Ты хочешь вернуться и заново пережить старые времена?

Кремер тихо фыркнул. ‘ Не думаю, что в последнее время я смог бы закончить Долгую затяжку, не говоря уже о том, чтобы сделать это вовремя. Мне просто интересно. Наверное, я потерял представление о том, где нахожусь, вот и все. Кремер откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. Казалось, это было целую жизнь назад. Черт возьми, это было целую жизнь назад. Брекон-Биконс был местом, где SAS испытывала своих людей почти до полного уничтожения. Случаи смерти не были редкостью в бесплодных, продуваемых всеми ветрами горах, и самым сложным из испытаний был шестидесятикилометровый марш-бросок в одиночку, который нужно было завершить менее чем за двадцать часов. Они назвали это Долгим перетаскиванием, или Танцем вееров, в честь высочайшей вершины Пен-и-фан. Проверялась не только выносливость, но и навыки навигации и кое-что более глубокое. Без внутреннего драйва, без жгучего желания добиться успеха Долгое торможение было непреодолимым препятствием. Кремер завершил свой одиночный марш чуть более чем за восемнадцать часов, несмотря на то, что дважды заблудился. Так много изменилось с тех пор, как он прибыл на последний контрольно-пропускной пункт, его похлопали по плечу и сказали, что он заслужил свой значок с крылатым кинжалом. Они влили ему в горло горячий кофе и помогли забраться в кузов грузовика, и он никогда не был так счастлив, никогда так не гордился тем, чего достиг. С тех пор так много изменилось. Он видел, как умирали люди, его пытали, и он убивал. Молодой человек, который сдерживал слезы радости от того, что его допустили в полк, не плакал больше десяти лет. Кремеру было трудно точно определить, какие эмоции он испытывал в эти дни. Иногда гнев. Определенно не счастье. Страх? Нет, он не боялся. Он через слишком многое прошел, чтобы бояться. Он не боялся смерти, он был уверен в этом. Он уже сталкивался со смертью и был ответственен за смерть других, и он знал, что был честен, когда сказал, что мысль о том, что его больше не будет в живых, его не беспокоила. Что его пугало, так это смерть. Он не хотел умирать сморщенной оболочкой того суперспособного человека, которым он когда-то был, целую жизнь назад. Он всегда будет благодарен полковнику за то, что тот предложил ему это - шанс умереть как воин.

‘ Вот мы и на месте, мистер Вандер Майер. Голос Аллана вывел Кремера из задумчивости.

‘ Что? Кремер хмыкнул, протирая глаза.

- Я сказал, что мы прибыли, мистер Вандер Майер.

Кремер понял, что Аллан намеренно использовал имя Вандера Майера, чтобы Кремер привык отзываться на него. ‘Отлично", - ответил Кремер. Он улыбнулся Су Мин. Она не выразила удивления, услышав имя своего босса, поэтому Кремер предположил, что полковник уже проинструктировал ее.

Мартин показал свои документы скучающему охраннику, и их пропустили на перрон. Кремер присвистнул, увидев самолет. Это был сверкающий реактивный самолет "Лир", лестница вниз и два пилота в форме, стоящие по стойке смирно внизу. ‘ Они проинструктированы, - сказал Аллан, прежде чем Кремер успел заговорить. — И не волнуйся - их проверили.

"Они работают с мистером Вандером Майером более пяти лет", - сказал Су мин.

"Мерседес" остановился рядом с самолетом. Кремер оставался на своем месте, пока Мартин не вылез и не открыл ему дверцу. Аллан первым поднялся по трапу, исчез в самолете и через несколько секунд появился снова и помахал Мартину рукой. Кремер поднялся наверх, за ним последовал Су Минг, а Мартин замыкал шествие, неся пакет с бутербродами и термос. Пилоты приветственно кивнули Кремеру, но он видел, что они оценивают его, пытаясь понять, что за человек займет место их босса.

Кремер нырнул внутрь фюзеляжа и уставился на интерьер. Он был роскошнее любого салона первого класса, в котором ему когда-либо приходилось бывать. Окна были такими же большими, как в поезде, там было полдюжины сидений, каждое размером с кресло, а в задней части стоял такой же кожаный диван напротив шкафа орехового дерева, в котором стояли большой телевизор и видеомагнитофон. Толстый серый ковер покрывал пол, и ботинки Кремера тонули в нем, когда он шел в центр самолета. ‘За камбузом есть ванная и душ’, - сказал Су-мин. - При необходимости диван раскладывается в двуспальную кровать.

- Как живет другая половина, - сказал Мартин.

- Это лучше, чем у Геркулеса, - согласился Аллэн.

Один из пилотов закрыл люк, а другой исчез в кабине. ‘ На данный момент я должен провести с вами полный инструктаж, но, полагаю, мы все это уже проходили, поэтому я просто попрошу вас не пристегивать ремни во время взлета и посадки и пожелаю приятного полета. Он последовал за своим коллегой в кабину пилотов.

Кремер сел в одно из огромных кожаных кресел и пристегнул ремень безопасности. Су Мин опустился на сиденье рядом с ним.

- Эй, Су Мин, во сколько начинается фильм "В полете"? - спросил Мартин.

- Никаких фильмов, - сказала Су мин, приняв его слова всерьез.

Два реактивных двигателя взвыли, а затем с ревом ожили, и примерно через минуту самолет покатился по летному полю. Кремер сделал несколько глубоких вдохов. Он чувствовал, как адреналин бурлит в его теле, настолько сильный, что у него почти закружилась голова. Все начинало складываться воедино.

- И что теперь? ’ спросила Мэри, пока Линч наблюдал, как реактивный самолет "Лир" мчится по взлетно-посадочной полосе. Самолет взмыл в воздух, круто набрал высоту, а затем накренился вправо. Через несколько секунд он исчез в облаках.

‘ Дай мне ручку, быстро, ’ сказал Линч. Он повторил про себя регистрационный номер самолета, затем быстро нацарапал его в углу карты, когда Мари протянула ему ручку. "Я могу узнать, куда они направляются", - объяснил он.

‘ Тот самый парень, который сказал вам, что они в Уэльсе? Линч кивнул. - Что потом?

Линч улыбнулся ее рвению. - Это зависит от того, куда он уехал, дорогая.

- Я бы поставила на Лондон, - сказала Мэри.

‘ Да? Почему?

‘ Это самолет, зарегистрированный в Великобритании, и он направлялся на восток. Хотя, я полагаю, это может быть Европа.

- Откуда ты знаешь, что это британское?

‘ Первая буква регистрации была G, верно? Все зарегистрированные в Великобритании самолеты начинаются на букву G.

- Откуда ты это знаешь?

Она похлопала его по бедру. ‘ Я некоторое время встречалась с пилотом, - сказала она. ‘ Давай поговорим по телефону. Я хочу позвонить в офис и сказать, что меня не будет еще пару дней.

- Значит, вы остаетесь? - спросил Линч, отрывая кусочек карты, на котором написал номер.

‘ О да, Дермотт. Я прилипла к тебе, как дерьмо к коровьему хвосту.

‘ Хорошая аналогия, ’ сказал Линч. Он включил передачу и поехал на краткосрочную парковку. После того как они припарковались, Линч засунул свой пистолет под переднее сиденье.

Они нашли несколько телефонных будок в терминале вылета. Линч порылся в карманах и вытащил пригоршню мелочи. Он набрал рабочий номер Макдоно. Ответила женщина, которая сначала не хотела ехать в McDonough, но Линч сказал ей, что его машина попала в аварию. Ожидая, он опустил в щель две фунтовые монеты. Когда Макдоно подошел к телефону, он был явно обеспокоен. "Кто это?" - спросил он.

‘ Полегче, Люк, ’ сказал Линч. ‘ Это я. Дермотт.

Голос Макдоно упал до шепота. - Какого черта ты мне сюда звонишь? - спросил он.

- Мне нужна услуга, - сказал Линч.

- Вы сказали, что это был одноразовый случай, - сказал Макдоно.

‘ Так и было, ’ сказал Линч. - И я бы не позвонил тебе, если бы это не было важно. Самолеты подают планы полетов, верно?"

‘ Послушай, может быть, я недостаточно ясно выражаюсь. Ты сказал...

‘ Заткнись нахуй! Линч зашипел. ‘ Мне нужна одна услуга, вот и все. А теперь возьми ручку и запиши это.

Макдоно замолчал, и Линч практически мог слышать мысли этого человека. Макдоно знал, кто такой Линч и на что он способен. ‘ Хорошо, ’ наконец сказал Макдоно. - Хорошо, но только в этот раз.

‘ Спасибо, ’ сказал Линч. ‘ Я ценю это, правда ценю. ’ Не было смысла тыкать этого человека носом. Линч прочитал номер с оторванного уголка карты.

- Вы говорите, это реактивный самолет?

‘ Да. Какой-то представительский самолет. Мне также нужно знать, кому он принадлежит. Ты можешь это сделать?

Макдоно замолчал на несколько секунд. ‘ Да. Я могу это сделать. - Его голос был холодным и ровным, почти роботизированным.

‘ Люк, прости, что я накинулся на тебя, ’ сказал Линч как можно доброжелательнее. Линчу нужно было, чтобы авиадиспетчер делал то, что он хочет, и если это означало приглаживание перьев, то Линч был готов это сделать. Если бы он находился в одной комнате с Макдоно и у него в руке был пистолет, тогда его подход вполне мог бы быть другим. ‘ Сделай это для меня, и я больше ни о чем тебя не попрошу, обещаю. Клянусь жизнью моей матери.’Мать Линча умерла от обширного инсульта пять лет назад и была похоронена рядом с его отцом на кладбище за пределами Каслвеллана, но он не испытывал стыда, произнося ее имя.

- Я сделаю это, - сказал Макдоно, на этот раз менее горько.

- Как ты думаешь, сколько времени это займет?

‘ Пара телефонных звонков, ’ сказал Макдоно. - Дай мне свой номер, и я тебе перезвоню.

‘ Я позвоню тебе, ’ сказал Линч. - Через полчаса, хорошо

‘ Хорошо. Линия оборвалась, и Линч положил трубку. Мари все еще говорила по телефону. Она оживленно помахала Линчу, и он подошел и встал у нее за спиной.

Мари положила трубку. - Все любопытнее и любопытнее, - сказала она.

-Что становится все любопытнее и любопытнее?

Я позвонила агенту по недвижимости, тому, чье имя было на школьной вывеске. Сказала им, что мой босс интересуется этой недвижимостью. Девушка там сказала, что его купила бристольская компания, которая планирует превратить его в конференц-центр. Они вступают во владение через два месяца.

- Так кто сейчас в деле?

Она мне не сказала. Я даже разыграла роль перегруженной работой секретарши, сказала ей, что мой босс доставляет мне неприятности, но она все равно ответила, что не может сказать. Сказала, что это конфиденциально. Честно говоря, я не думаю, что она знает.

- Происходит что-то странное, это точно.

- А что насчет твоего парня?

‘ Через полчаса. Я ему перезвоню.

Они пошли в кафетерий. Линч заказал два кофе, и они выбрали тихий столик. - Что ты собираешься делать, Дермотт? - спросила Мэри, помешивая кофе.

- В каком смысле?

- За вами охотится полиция, организация, похоже, хочет вашей смерти, у вас нет видимых средств к существованию.

‘ Конечно, но не все идет по-моему. Он усмехнулся, но видел, что она говорит серьезно. - Что ты хочешь, чтобы я сказал, Мари?

- Мне просто интересно, какой у тебя план?

Линч обхватил голову руками и наблюдал за ней веселыми глазами. ‘Я по уши в дерьме, я знаю, что я по уши в дерьме, но зацикливание на этом не поможет избавиться от этого. Я мог бы сбежать, но мир стал меньше, чем раньше. Не так много мест, где я мог бы изобразить лорда Лукана, и, как вы сказали, у меня не очень много средств. Так что с точки зрения планирования на будущее - нет. Как сказала Дорис Дэй, que sera, sera. Если вы спрашиваете меня, какова моя краткосрочная цель, то это увидеть Кремера мертвым и похороненным и, возможно, станцевать на его могиле".

Мари сочувственно кивнула. - Вы уверены?

- Что вы имеете в виду?

Она пожала плечами и положила ложку на блюдце. ‘ Поймать Кремера будет нелегко. Я просто хочу быть уверен, что ты пройдешь через это.

Линч медленно выдохнул, глядя на Мари. В ней был почти детский энтузиазм. Это напомнило ему Дэви Куинна. Бедный, покойный Дэви Куинн. - Ты ведь никогда не был помолвлен, не так ли? - спросил он.

-Нет.

‘ Вы никогда не встречали человека, за которого хотели бы выйти замуж? Человека, с которым хотели бы провести остаток жизни?

Мари покачала головой. - Нет.

Иногда ты встречаешь кого-то и просто знаешь, что он подходит именно тебе. Души-близнецы. Как будто вся твоя жизнь вела к тому моменту, когда ты встречаешь этого человека. Так было, когда я встретил Мэгги.

- Любовь с первого взгляда, - сказала Мари.

Я знаю, это клише. Но когда она вошла в мою жизнь, все как будто встало на свои места. Как будто мы принадлежали друг другу. Ей было двадцать два, когда мы встретились, она только что окончила Queen's, получив диплом инженера-электрика, и собиралась изменить мир. У нее были волосы, отливающие медью, и глаза, как у кошки, зеленые, как изумруды. Он остановился, когда понял, что Мари улыбается ему. - Знаю, знаю, я говорю шаблонно.

- Нет, Дермотт, ты говоришь как влюбленный мужчина.

Да, я был таким. По уши влюблен. Ничто из того, что я чувствовал с тех пор, не сравнится с тем, что я чувствовал тогда. Как будто я мог жить вечно. Как будто я хотел жить вечно. Он взял свой кофе и понюхал его, держа чашку обеими руками. ‘ Знаешь, что было безумием? Я знал, что она симпатизировала ИРА, но она никогда не говорила мне, что была волонтером. Она была в действующем подразделении и не сказала ни слова. Имейте в виду, она была шотландкой, так что, думаю, мне и в голову не приходило, что ее могли завербовать.

‘ Ты сказал ей, что участвовал в этом? Линч покачал головой и отхлебнул кофе. ‘ Так почему тебя удивляет, что она могла хранить секреты? Разве ты не говорил мне, что только один член каждой ячейки знает кого-то еще в другой камере?"

‘ Да, конечно. Но она была так близка мне, так близка, что ты не поверишь.

- Она вела себя профессионально.

‘ Я знаю. Он поставил чашку. ‘ Хочешь чего-нибудь поесть? Мари покачала головой. ‘Я думаю, ее завербовали до того, как она поступила в университет", - продолжил Линч. "Возможно, это даже была организация, которая предложила ей изучить то, чем она занималась".

- Электротехника?

‘ Да. Она получила первое. Она была проницательной, это верно. Острой, как нож. Ты не мог пустить Мэгги пыль в глаза, она бы тебе ничего не спустила с рук.

-Почему электротехника? - спросил я.

Линч спокойно посмотрел на нее. ‘ Она была взрывотехницей. Она делала бомбы. Мэри напряглась, и Линч дал ей время переварить то, что он ей сказал. - Мы были на войне, - сказал он в конце концов.

- Тебе не нужно ничего объяснять, - сказала Мари.

- Я знаю, просто дело в том, что...

‘ Просто ты подумал, что я могу занервничать, что я могу струсить. Никаких шансов, Дермотт. Если бы ИРА не сделала то, что она сделала, британцы никогда бы вообще не заговорили с Шинн Фейн. Так что тебе не нужно ничего объяснять, хорошо?"

Линч кивнул. ‘ Хорошо, - сказал он. - Мы обручились через год после того, как она окончила университет. Она работала в компании за пределами Белфаста, производила видеомагнитофоны. Я была на пособии по безработице, но к тому времени уже была волонтером. Я никогда не говорила ей, но думаю, она догадывалась. Мне приходилось уезжать на выходные на тренировку, и она никогда не спрашивала, куда я ездил.

‘ Это кажутся странными отношениями. У вас обоих есть секреты друг от друга.

Линч вздохнул. ‘ Это нужно было сделать. Я не мог ничего ей сказать, это противоречило бы действующему порядку. Ее куратор был членом Совета армии, даже остальные члены совета не знали, чем она занималась. Ее отправили в Лондон, она сказала мне, что собирается навестить своих родителей в Глазго. Меня отправили на юг для углубленного изучения оружия, я не знаю, было ли это совпадением или это было спланировано. Следующее, что я осознал, это взрывы бомб в Лондоне. Настоящее зрелище. Огромные бомбы".

- Я помню, - тихо сказала Мари.

SAS обнаружила, что подразделение действующей службы базировалось в квартире в Уоппинге. Они взяли ее штурмом, все добровольцы были убиты. Мэгги застрелили в спину, Мэри. Ей выстрелили в спину, когда она лежала на полу. Это выяснилось на следствии. Кремер давала показания, спрятавшись за ширмой. Они называли его солдатом Б, но это был Кремер. Он сказал, что Мэгги потянулась за пистолетом. Линч усмехнулся. ‘Хеклер и Кокс" были у них, и она лежала лицом вниз. Какого хрена ей тянуться за пистолетом? Они казнили ее, Мари. Кремер выстрелил ей в спину, потому что они не хотели суда. Они убили их всех. Вот что такое SAS. Правительственные убийцы.’ Руки Линча сжались в кулаки, и он ударил ими по столу. Мари потянулась и взяла его за руки. ‘ Она была беременна, Мари. Она была на втором месяце беременности. Это то, что они нашли, когда вскрыли ее. Возможно, она даже не знала. Кремер убил ее, и он убил моего ребенка. Так что тебе не нужно спрашивать меня, собираюсь ли я пройти через это. Я поклялся на могиле Мэгги, что отомщу ей. Ей и нашему ребенку. О да, Мэри, любимая, если это приведет к моей смерти, я убью Кремера. Линч внезапно осознал, что пристально смотрит на нее, настолько сильными были его чувства. Он заставил себя расслабиться.

Мари серьезно посмотрела на него. ‘ Я помогу, ’ тихо сказала она. - Я хочу его смерти так же сильно, как и ты.

Некоторое время они сидели молча. Линч посмотрел на часы. ‘ Я собираюсь позвонить ему снова, - сказал он. - Ты подожди здесь.

Линч вернулся к телефонной линии и набрал номер Макдоно. На этот раз авиадиспетчер ответил сам. ‘ Это частный самолет, а не чартерная компания. Владелец зарегистрирован как Вандер Майер. Эндрю Вандер Майер. Вам нужен адрес?

‘ Определенно. Линч переписал его. Это был офис в Кенсингтоне. У Макдоно был даже почтовый индекс и номер телефона. ‘ Куда направлялся самолет? - Спросил Линч.

- Они отправились в Хитроу. Они должны вот-вот приземлиться.

‘ И что же тогда? Они собираются где-то еще?

‘ Они не представили другой план полета, если ты это имеешь в виду. Послушай, у меня есть работа, ладно?

-Спасибо, Люк.

‘ Да. Точно. Макдоно отключил связь. Линч уставился на имя и адрес, которые записал. Эндрю Вандер Майер. Кто, черт возьми, такой Эндрю Вандер Майер? И почему этот Нахал летал на своем корпоративном самолете?

Линч обернулся и увидел Мари, стоящую у него за спиной. Он приподнял бровь. - Ты не боялся, что я побегу, а?

Мари подняла ключи от "Гольфа" и позвенела ими. ‘ Не совсем, - сказала она. Она бросила ему ключи. - Итак, что он сказал?

Линч назвал ей имя и адрес. ‘Необычное имя’, - сказала она. "Что нам теперь делать?"

- Обратно в Лондон.

‘ А это не опасно? Учитывая, что там, сзади.

Линч взвесил ключи на ладони. - Мы могли бы оставить "Гольф" здесь и взять напрокат другую машину. Пока мы держимся подальше от твоего дома, с нами все будет в порядке.

- Но они будут искать тебя, верно?

‘ Давайте проверим документы и выясним. Они подошли к газетному киоску в терминале вылета и купили Times, Daily Telegraph и Independent, а также большинство таблоидов. Только в газетах была опубликована история об обнаружении тела Фоули в багажнике "Сьерры", и ни одна из них не связывала это со смертью бойцов ИРА в Мейда-Вейл. Линч нахмурился, прочитав статью в Telegraph. Полиция наверняка проверила машину на наличие отпечатков пальцев, и если бы техники не были совершенно некомпетентны, у них не составило бы особого труда найти совпадение.

- О тебе ни слова, - сказала Мари.

‘ Да, но это может быть ловушка. Возможно, они хотят, чтобы я думал, что это безопасно. ’ Он прищелкнул языком, затем быстро принял решение. ‘ Какого черта, мне и в Лондоне не хуже. И чем дольше мы будем тянуть с этим, тем больше вероятность, что Кремер снова исчезнет. Давай, поехали.

- Почему бы нам не улететь обратно?

‘ Потому что специальное подразделение, как само собой разумеющееся, следит за всеми аэропортами. Вы не всегда их видите, но они там, проверяют всех прибывающих. Кроме того, мы бы никогда не смогли пронести пистолет через металлодетекторы. Нет, нам лучше ехать на машине.

- Ты хочешь, чтобы я сделала это от своего имени? - спросила она.

‘Нет, любимая. У меня есть права на другое имя и кредитная карточка."Линч счел за лучшее не упоминать, что права и кредитная карточка принадлежали Шону О'Райану, одному из тех, кого он убил в Мейда-Вейл.

"Лир джет" мягко коснулся земли, его шины коснулись асфальта так мягко, что Кремер даже не смог разглядеть точку, в которой они соприкоснулись с землей. ‘ Ловко, ’ одобрительно сказал Аллан. - Эти ребята знают, что делают. Он отстегнул ремень безопасности, когда самолет подрулил к месту стоянки, направляемый человеком в синем комбинезоне. Вдалеке остановился большой "Мерседес". Он оказался близнецом того, который они оставили в Суонси. Мужчина в комбинезоне остановил "Лир" в пятидесяти ярдах от "Мерседеса".

‘ Все в порядке? Аллан спросил Кремера.

- Конечно, - сказал Кремер.

‘С этого момента ты не расслабляешься, ни на секунду не теряешь бдительности, ты никому не доверяешь’. Он навис над Кремером и положил руки ему на плечи, глядя прямо в глаза, как гипнотизер, пытающийся ввести в транс. ‘Ты сможешь это сделать, Майк. Ты можешь выдержать все, что этот парень бросит в тебя. Ты лучше, чем он. Понятно?"

- Хорошо, - повторил Кремер.

‘ Не подведи меня. Если ты позволишь этому парню победить тебя, я буду ужасно зол на тебя. Верно? Аллан выпрямился. - Ладно, Мартин, проверь машину, и мы отправимся.

Пилот, который провел для них краткий инструктаж по технике безопасности, вышел из кабины и открыл дверь. К фюзеляжу была приставлена передвижная лестница, и пилот подал знак, что Мартин может спускаться. Кремер попросил Су Мин взглянуть на маршрут, и она передала его ему. Согласно машинописному расписанию, они направлялись в квартиру Вандера Майера в Челси-Харбор, а вторую половину дня должны были провести в его офисе в Кенсингтоне. Кремер выглянул в окно. Мартин открыл капот и осматривал моторный отсек. ‘Просто напоминаю вам, что окна "Мерса" пуленепробиваемые, а боковые панели усилены’, - сказал Аллан. "В машине ты в полной безопасности, но ты уязвим, садясь в нее и выходя из нее".

Кремер встал и потянулся. Он сделал несколько глубоких вдохов. - Я готов, - сказал он.

Мартин появился снова. Он откуда-то достал шоферскую фуражку с козырьком и носил ее на манер сержант-майора, с козырьком до середины носа. Он показал Аллану поднятый большой палец. Они спустились по ступенькам. Мартин придержал заднюю дверь для Кремера и Су Минга и закрыл ее за ними. Кремер снова почувствовал себя так, словно его завернули в роскошный кокон. Он задумался, каково это - провести свою жизнь в изоляции от грязи и дискомфорта реального мира. Одной только машины хватило бы на зарплату Кремера за несколько лет, когда он был сержантом SAS, и он мог только представить, во сколько миллионов фунтов обошелся самолет.

‘ Ничего, если я включу радио? - Спросил Мартин.

- Конечно, - сказал Кремер.

Мартин переключил каналы и нашел станцию, посвященную исключительно новостям. Они слушали, пока ехали в центр Лондона, но мало что могло привлечь внимание Кремера: премьер-министр объявил о незначительных перестановках в своем кабинете, полиция все еще искала человека, который убил троих и ранил одного в перестрелке в Мейда-Вейл, Англия проигрывала в крикет. Кремер уже давно перестал читать газеты, смотреть телевизор или слушать радио. В мире больше не происходило ничего, что его хоть сколько-нибудь интересовало. Он откинулся на кожаное сиденье и закрыл глаза. Он устал как собака. Прошлой ночью он спал урывками, а когда все-таки заснул, ему приснилась череда кошмаров. В большинстве из них за ним гналась темная фигура с пистолетом, и не нужно было быть психиатром, чтобы сказать ему, что его беспокоит. С первыми лучами солнца он выбрался из постели, завернулся в банное полотенце и сел у окна, в последний раз просматривая материалы убийства. Один выстрел в лицо, другой в грудь. Бах-бах. Была ли это его собственная судьба? Слышали ли жертвы второй выстрел, или они были уже мертвы к тому времени, когда пуля вошла им в грудь? Интерес Кремера был не просто академическим; он знал, что существует равная вероятность того, что он окажется объектом другого досье и что полковник передаст его следующему человеку, выбранному для борьбы с убийцей. Кремер мог представить себе этот разговор. ‘ Последнее убийство совершил один из наших. Фамилия Кремер. Бывший спецназовец, но он позволил себе расслабиться. Он потерял самообладание. Надеюсь, у вас получится лучше. Кремера передернуло.

- Тебе холодно? - спросила Су мин.

Кремер открыл глаза. Она смотрела на него с явным беспокойством. - Кто-то только что прошел по моей могиле, вот и все.

- Ты ведь сегодня ничего не ел, не так ли?

- Я не был голоден.

- Я приготовлю для тебя, когда мы доберемся до квартиры.

Кремер потер лицо и зевнул. - Что вы называете домом?

- Что вы имеете в виду?

- Я никогда не слышал, чтобы ты где-нибудь называл это домом.

- У нас есть дома по всему миру.

‘ Дома. Квартиры. Не дома.

Она изучала его, обдумывая то, что он сказал. ‘ Ты прав, - наконец произнесла она. ‘ Полагаю, на самом деле у меня нет дома. А как насчет тебя?

Кремер переплел пальцы и хрустнул костяшками. Прошло много времени с тех пор, как Кремер когда-либо думал о чем-либо как о доме. Возможно, о полке. Это был дом, несмотря на то, что он постоянно находился в разъездах. Домом для Кремера было не место, где можно было повесить одежду, это было чувство принадлежности. И с тех пор, как он был вынужден покинуть SAS, он никогда не чувствовал, что ему где-то место. ‘Думаю, я такой же", - сказал он. - Говорят, дом там, где сердце.

‘ Они? ’ спросила она. - Кто "они"?

Кремер начал жалеть, что вообще спросил ее о доме. ‘ Я не знаю. Это поговорка. Он выглянул в окно. Они ехали по Фулхэму, хотя вождение вряд ли можно было точно описать черепашьей скоростью, с которой они ползли по забитым машинами улицам.

- Уже недалеко, - сказал Аллан, разворачиваясь на переднем пассажирском сиденье.

‘ Вы бывали здесь раньше? - Спросил Кремер.

‘ Я провел предварительный осмотр, прежде чем отправиться в школу. Квартира находится недалеко от вершины башни, каждый этаж представляет собой отдельную квартиру с одним лифтом, который имеет код безопасности, и двумя пожарными лестницами. Дверь туда можно открыть только изнутри, поэтому ее легко запереть. Впрочем, все та же старая проблема. Вы уязвимы при въезде и выезде, но мы будем делать это через подземную парковку.

-Швейцар?

‘ Несколько. Все они проверены, и у нас с Мартином есть их фотографии. Если на двери появится новое лицо, мы сразу узнаем. Фойе, ведущее на подземную автостоянку, самое важное, поэтому там у нас будет свой человек, но вы ни в коем случае не должны его узнавать. Относитесь к нему как к одному из сотрудников.

Кремер кивнул. ‘ Как ты думаешь, Аллан? Как ты думаешь, он попробует это здесь? В Лондоне?

Аллан скривился, как будто почувствовал неприятный привкус во рту. ‘ Мы должны предположить, что так и будет. Но, положа руку на сердце, я думаю, что более вероятно, что он подождет, пока вы не окажетесь в Штатах; именно там произошло большинство убийств. Возможно, это потому, что почти половина целей были американцами, но у меня складывается впечатление, что именно там он чувствует себя наиболее комфортно. У него есть ваш маршрут, так что он знает, что вы будете в Нью-Йорке через три дня. Он ткнул указательным пальцем в Кремера. ‘ Но вы не можете терять бдительность. Что касается тебя, то ты подвергаешься риску независимо от того, где ты находишься, независимо от того, с кем ты.

Они свернули с главной дороги, и Мартин повел "Мерседес" по закоулкам с уверенностью лицензированного таксиста. Они проехали Кингз-роуд с ее модными антикварными магазинами, а затем свернули на дорогу, ведущую к комплексу Челси-Харбор, представляющему собой смесь современных офисов и многоквартирных домов. Один многоквартирный дом возвышался над остальными - серый палец из стали и стекла, устремленный в небо, увенчанный кремовой пирамидой, похожей на пагоду. ‘ Вот куда мы направляемся, ’ сказал Аллан, кивая на башню. ‘ Каждая квартира стоит около миллиона фунтов. Это другой мир, не так ли? Кто, черт возьми, может позволить себе миллион фунтов за жилье?

‘ Я, ’ ухмыльнулся Кремер. Они проехали мимо огромного белого отеля "Конрад", а затем Мартин направил "Мерседес" на подземную автостоянку. Он сделал два резких поворота налево и плавно остановил "Мерседес" перед входом в многоэтажку. Он оставил двигатель включенным, вышел и обошел машину, чтобы открыть дверь Кремера. Аллан уже был на месте, когда Кремер выскользнул с заднего сиденья, и трое мужчин вместе направились ко входу, точно так, как они репетировали снова и снова, с Су-Мингом, замыкающим шествие. Двойные стеклянные двери с электронным шипением открылись, и швейцар в темно-серой униформе поднял голову, когда они вошли. Кремер узнал в нем одного из тех, кто нес службу в охране школы в Уэльсе. Его звали Мэтт, но Кремер следовал инструкциям Аллана и игнорировал его, играя роль Эндрю Вандера Майера, человека слишком богатого, чтобы беспокоиться о наемной прислуге.

Они поднялись на первый этаж, где дежурил еще один швейцар, одетый в такую же темно-серую униформу, что и первый. Ему было чуть за шестьдесят, с морщинистым лицом и жесткими седыми волосами бывшего моряка торгового флота. Он приветственно улыбнулся Су мин и протянул ей небольшую стопку писем. Если он и понял, что Кремер не был обычным жильцом квартиры Вандера Майера, то никак этого не показал.

Им пришлось пройти через фойе ко второму лифту, который вел на верхние этажи. Лифт прибыл через несколько секунд после того, как Аллан нажал кнопку, и они вошли внутрь. Су-мин набрал код доступа на маленькой клавиатуре над панелью кнопок, и двери бесшумно закрылись. Было лишь смутное ощущение движения, той езды, которую могла обеспечить только очень дорогая японская технология. Двери с шипением открылись снова. Кремер уже собирался выйти в вестибюль, когда огромная рука Аллана опустилась ему на плечо. ‘ Я первый, ’ сказал он. - Ты никогда не выходи и не входи в лифт, пока Мартин или я не проверим его.

Кремер покраснел. Первый день, а он уже забыл одно из правил, которые Аллан вдалбливал ему с самого начала. Он подождал, пока Аллан войдет в вестибюль, прежде чем последовать за ним. Су Мин достала из сумки карточку-ключ и пропустила ее через считывающее устройство сбоку от входной двери. Дверь со щелчком открылась, и она отступила в сторону, пропуская Аллана и Мартина первыми. "Они очень скрупулезны", - сказала она.

‘ Разве у вашего босса нет телохранителей? - Спросил Кремер.

‘ Да, двое американцев, бывшие агенты секретной службы. Они всегда с ним.

-Как они соотносятся с Алланом и Мартином?

Она положила карточку-ключ обратно в сумочку. ‘Я всегда считала, что телохранители мистера Вандера Майера работали только ради денег. Для них это была просто работа. Твои друзья заботятся о тебе. Для них это больше, чем работа.

Прежде чем Кремер успел сказать что-либо еще, вернулся Аллан. - Все чисто, - сказал он, держа дверь широко открытой.

Квартира была огромной, из окон от пола до потолка открывался панорамный вид на Темзу и южный Лондон. Гостиная занимала всю длину квартала, и ее размер подчеркивался минималистской мебелью: абсолютно черными диванами, стальными и черными кожаными креслами, журнальными столиками из стекла и мрамора и низкими буфетами из черного ясеня. Полы были из нетронутых дубовых досок, стены выкрашены в белый цвет с легким оттенком голубого, светильники из нержавеющей стали. Все в квартире было твердым, с острыми краями и блестящими поверхностями. В нем был стиль, он явно был очень, очень дорогим, но ему место на страницах архитектурного журнала. Не было никаких личных штрихов, никаких признаков того, что там кто-то действительно жил. - Кто здесь убирает? - спросил я. - Спросил Кремер.

Су мин улыбнулась. - Забавно спрашивать об этом, - сказала она.

‘ Просто все выглядит так идеально. Как часто ты сюда приходишь?

‘ Несколько дней в месяц. Зависит от обстоятельств.

-От чего?

‘ От того, есть ли у нас здесь бизнес. Уборкой занимается сторонняя фирма.

Кремер провел пальцем по краю одного из стеклянных журнальных столиков и осмотрел его. ‘ Они хорошо работают. Здесь чисто, как в армейской казарме, - сказал он.

‘ Мистер Вандер Майер устанавливает очень высокие стандарты, ’ сказал Су-мин. - Во всем.

‘ Спальни вон там, - сказал Аллан, указывая на дверь справа от гостиной. ‘ Тебе следует занять хозяйскую спальню, Су Мин занимает свою обычную комнату, мы с Мартином будем спать по очереди в первой спальне, ближайшей к двери. Один из нас будет в спальне, другой - здесь.

- Я спущусь, припаркую "мерс" и привезу чемоданы, - сказал Мартин, снимая фуражку.

Когда Мартин вернулся в вестибюль, Су мин бросила сумочку на диван и открыла другую дверь, ведущую из гостиной. Она жестом пригласила Кремера следовать за ней. Это была огромная кухня, около двадцати футов в длину и почти столько же в ширину, обставленная дубовыми панелями и безупречным немецким оборудованием. Су-мин стояла у массивного холодильника. - Ты голоден? - спросила она.

-Не совсем.

Она открыла дверцу холодильника. Он был забит продуктами. Кремер нахмурился. ‘ Та же компания, которая убирает в квартире, пополняет холодильник и кладовую, ’ объяснила она. Она достала упаковку нежирного молока и поднос из полистирола, на котором лежали две свежие куриные грудки. - В шкафу за твоей спиной есть рис, - сказала она, опускаясь на колени и начиная доставать полиэтиленовые пакеты с овощами со дна холодильника.

‘ Твоему боссу нравится, как ты готовишь? - Спросил Кремер, доставая пластиковый контейнер и встряхивая его. Это звучало так, как будто он был наполнен рисом.

‘ Вот и все, - сказала она, не оборачиваясь. Она выпрямилась и закрыла дверцу холодильника. ‘ Да. Он любит восточную кухню. Вымойте горсть риса и положите его в кастрюлю. Кремер сделал, как ему сказали. Су мин наблюдала за ним, пока большим тесаком нарезала куриные грудки на мелкие кусочки. Он поставил кастрюлю с рисом на плиту. ‘ Тебе понадобится вода, ’ сказала она, улыбаясь. - Две полные чашки.

Кремер отнес кастрюлю к раковине и налил холодной воды. - Что у вас с Вандером Майером за дело? - спросил он.

Су мин замер. Нож блеснул в свете флуоресцентных ламп. - Что вы имеете в виду? - спросила она.

Кремер пожал плечами, ставя сковороду обратно на плиту. ‘ Я просто имел в виду, что вы слишком молоды для такой работы. Очевидно, он очень важный человек, должно быть, быть его помощником - это очень ответственно.

‘ Включи огонь. Средний, - сказала она. Она помолчала. ‘ Меня учили заботиться о его интересах, - сказала она. Она снова начала нарезать мясо мелкими, точными движениями.

- Что, типа колледжа секретарей?

- Нет, меня обучал мистер Вандер Майер.

‘ Обучал тебя? Как?

‘ Он научил меня своему бизнесу. Он познакомил меня со всеми своими контактами. Он показал мне, как обращаться с людьми. Она закончила резать мясо и соскребла его с разделочной доски в маленькую белую миску. Она вытерла руки кухонным полотенцем. ‘ Но он не учил меня готовить. Она сняла стальной вок с крючка на стене и поставила его на плиту.

- А как насчет гадания? - спросил я.

Она пристально посмотрела на него, затем по веселому выражению его глаз поняла, что он намеренно дразнит ее. Она погрозила ему пальцем. ‘Ты пытаешься меня расстроить, Майк Кремер’. На обратной стороне двери висел фартук в бело-голубую полоску, она надела его и завязала волосы сзади. "Моя бабушка научила меня пользоваться И Цзин. Моя мать показала мне, как читать по ладони, когда я был ребенком. Большинству из них нельзя научиться. Это способность. Унаследованная способность.

- Талант?

-Подарок.

- Так вот почему Вандер Майер выбрал тебя - из-за твоего дара?

Су мин сложила руки на груди. Ее подбородок был вызывающе вздернут, как будто она готовилась затеять с ним драку. ‘ Почему? Почему ты все время спрашиваешь о нем?

Кремер прислонился спиной к раковине. - Просто это кажется странным, вот и все.

‘ Странно? Что странно?

‘ Он американец, ты. . черт возьми, я даже не знаю, откуда ты.

‘ Я наполовину таец, на четверть китаец, на четверть вьетнамка. Мой отец был тайцем, моя мать наполовину китаянка, наполовину вьетнамка. Какая это имеет значение?"

‘ Потому что мне кажется, что в ваших отношениях есть нечто большее, чем просто работа. Это как...

‘ Например? ’ холодно спросила она. Ее взгляд стал жестким.

Кремер поднял руки, сдаваясь. ‘ Эй, я не хотел тебя обидеть. Очевидно, это что-то, о чем ты не хочешь говорить".

- Нет, это ты заговорил об этом, ты скажи мне, что, по-твоему, не так в моих отношениях с мистером Вандером Майером.

Кремер глубоко вздохнул. Он пожалел, что не держал рот на замке. - То, как ты говоришь о нем, то, как ты защищаешься, как будто он твой отец или что-то в этом роде.

Су Мин облизнула губы. У нее был маленький и заостренный язычок. Кремер некоторое время молчал. Су мин ждала, когда он заговорит. - Там, в Уэльсе, вы сказали, что были с ним пятнадцать лет?

- Совершенно верно.

- Ты не могла быть старше подростка.

- Мне было одиннадцать.

- Значит, Вандер Майер тебя удочерил, так?

-Вроде того.

- И твои родители умерли?

‘ Нет. Они не мертвы.

- Значит, они отдали тебя на удочерение?

-Вроде того.

‘ Вандер Майер не женат, не так ли? Разве это не необычно?

‘ Полагаю, что так. Мистер Вандер Майер - очень необычный человек.

Рис на плите начал пузыриться, и Су Мин убавила огонь. ‘ Мои родители были очень бедными, ’ сказала она, стоя к нему спиной. ‘Все, что у них было, - это дети. У меня было пятеро братьев. Мы жили на севере Таиланда на маленькой ферме, недалеко от камбоджийской границы. Это была очень тяжелая жизнь, Майк Кремер. Ты не представляешь, как это было тяжело. Когда я был ребенком, это тоже было опасно. Повсюду были мины, оставленные красными кхмерами. Моему отцу приходилось расчищать поля вручную, потому что шахты были такими маленькими". Она резала овощи тесаком, низко склонив голову над разделочной доской. ‘Мистер Вандер Майер заехал в нашу деревню по пути к границе. Это было давно, его бизнес тогда не был таким большим, как сейчас. У него была большая машина, водитель и переводчик. В нашей деревне была лавка с лапшой. Там продавали тайскую еду и безалкогольные напитки. Мистер Вандер Майер остановился там. Он увидел меня и попытался заговорить со мной, но, конечно, я не говорила по-английски, а он не знал ни тайского, ни китайского. Моя мама спросила его, не хочет ли он, чтобы я погадала по его ладони. Ему это показалось таким забавным. Тогда он был совсем молодым человеком, красивым и всегда улыбающимся. Он дал моей матери пять бат и сел на табурет, чтобы я мог видеть его руку.

Су минг поставил вок на плиту и включил конфорку под ним. ‘Он кое-что знал о хиромантии, потому что спросил мою мать, как я этому научился. Видите ли, это не то, чем занимаются жители Востока. Китайцы читают по лицам, но хиромантия зародилась во Франции. Моя бабушка была вьетнамкой и научилась этому у пожилой француженки в Ханое. Моя мама рассказала ему о моем даре. Чтение по руке - это не просто вопрос интерпретации линий, это может сделать любой. Это может сделать машина. Разница в том, что вы воспринимаете от человека. Я не думаю, что он ей поверил. Он смеялся, я думаю, он ожидал, что я скажу ему, что у него будет долгая и счастливая жизнь, что у него будет трое детей и что семь будет его счастливым числом. ’ Она горько рассмеялась, и это резкое восклицание больше походило на крик боли. ‘Сначала его переводчик не хотел передавать мистеру Вандеру Майеру, что я говорю. Он продолжал доказывать, что будет раздражен, что я должна говорить ему только хорошее. Моя мать отругала его, и в конце концов он точно перевел то, что я сказала. Я рассказал ему о том, что происходило с ним в прошлом. О вещах, о которых, как он думал, больше никто не знал, о вещах, о которых больше никто не мог знать. Секреты. Тогда он перестал смеяться. Я даже не могу вспомнить, что я ему сказала, не все. Через несколько минут я перестала смотреть на линии на его ладони. Я все еще держала его за руку, но смотрела сквозь нее. Он начал задавать вопросы переводчику, и тот перевел их мне, но я не могла на них ответить, я могла только рассказать ему, что видела. ’Она плеснула немного масла в горячий вок и покрутила его. ‘Затем я кое-что увидел в его будущем. Я сказал ему быть осторожным с мужчиной постарше, с мужчиной, который не смотрел ему в глаза и который всегда улыбался. Я предупредил его, чтобы он не поворачивался спиной к этому человеку, что он планировал причинить ему вред, что ему нельзя доверять. Он спросил меня, когда, но я не знал, так это не работает. Он хотел узнать больше, но я устала, и мама велела мне остановиться. Ты не можешь заставить это сделать, это либо произойдет, либо нет".

Кремер кивнул, хотя она и не смотрела на него. Он мог представить маленькую девочку, рука мужчины в ее руке казалась огромной, ее глаза расширились, когда она уставилась на его ладонь. - И это сбылось?

Он вернулся в большую машину со своим переводчиком, и они поехали на север, к границе. Я никогда не думал, что увижу его снова. Моя мать взяла деньги и использовала их, чтобы купить керосин для ламп и немного материала, чтобы сшить мне платье. Она шила его в тот вечер, когда к нашей ферме подъехала большая машина.

Она положила кусочки курицы в разогретый вок и с помощью палочек для еды переворачивала обжигающееся мясо. ‘ Это был мистер Вандер Майер. Он был предоставлен сам себе. Заднее стекло машины было разбито, и по всей его стороне виднелись пулевые отверстия. Он использовал свою рубашку, чтобы сделать перевязь, и внутри машины все было в крови. Он вернулся, чтобы поблагодарить меня. Он сказал, что я спас ему жизнь, и дал мне десять тысяч бат. Это было больше денег, чем мой отец заработал за всю свою жизнь. Потом он уехал, полагаю, обратно в Бангкок. ’ Су мин выложила овощи в сковороду, и вокруг нее поднялось облако пара. Она использовала деревянную лопаточку, чтобы перемешать жарящуюся курицу и овощи.

- Твое предсказание сбылось?

‘ Вот что он сказал. Он никогда не посвящал меня в подробности. Позже в том же году у нас было наводнение, и мы потеряли урожай и животных. Все деньги были потрачены. Потом вернулся мистер Вандер Майер. Он сказал моему отцу, что хочет помочь. У него была сделка. Он всегда умел заключать сделки. Он платил бы за мое образование, заботился бы обо мне и давал бы моему отцу сто тысяч бат в год. Взамен я бы жила с ним, как родная дочь.

У Кремера от удивления отвисла челюсть. - Он купил тебя?

- Нет, не купил.

‘ Он заплатил за тебя, Су минг. Это похоже на рабство.

Она покачала головой, помешивая содержимое вока. ‘ Ты не представляешь, каково это в Таиланде. Ты даже представить себе не можешь, насколько мы были бедны. У меня были братья, которым нужно было образование, лекарства, даже еда. Мои родители дали мне все, и они были близки к тому, чтобы потерять ферму. Это была небольшая жертва, Майк Кремер. И посмотри, что он предлагал мне. Шанс путешествовать, увидеть мир. Научиться тому, о чем я даже мечтать не могла. А взамен все, что мне нужно было сделать, это помочь ему. Помогу ему вести его бизнес и расскажу ему кое-что, расскажу ему, что я чувствовал в людях.

‘ А как же твоя семья? Ты все еще с ними встречаешься?

Она сняла вок с плиты и выложила на тарелку дымящуюся курицу и овощи. ‘ Конечно, хочу. Я вижу их, когда хочу. Сейчас они очень богаты, самые богатые люди в деревне. Один из моих братьев врач, другой учится в университете в Бангкоке. Мистер Вандер Майер был очень добр ко мне и к моей семье. Принеси рис, пожалуйста.

Кремер доела рис, пока Су Минг доставала из буфета маленькие мисочки и палочки для еды из слоновой кости. Она остановилась, увидев, что Кремер смотрит на нее. - Не надо, - сказала она.

- Чего "неделать"?

‘ Не жалей меня, Майк Кремер. Я сам выбрал ту жизнь, которая у меня есть. Никто меня не заставлял.

- Ты счастлива?

Она пожала плечами, как будто ее собственное счастье не имело абсолютно никакого значения. - Ешь, - сказала она.

Линч видел, как руки Мари напряглись на руле, когда полицейская машина с ревом пронеслась мимо, завывая сиреной и мигая фарами. ‘Полегче, Мари, любимая", - сказал он. Полицейская машина мигнула фарами, и белая "Тойота" съехала на обочину.

‘ Извини, ’ сказала Мэри. Они были на окраине Западного Лондона и хорошо провели время в арендованном "Ровере". Мэри предложила сесть за руль, когда они доберутся до Бристоля, и Линч с готовностью согласился. Мэри водила хорошо, хотя и немного агрессивно. Пару раз ему приходилось напоминать ей о необходимости соблюдать скоростной режим, и она смущенно улыбалась и сбавляла скорость.

- Нам понадобится карта улиц, - сказал Линч.

‘ Я остановлюсь у газетного киоска. Там наверняка есть от А до Я. Какой план? Пойти в офис этого Вандера Майера?

‘ Полагаю, что да, - ответил Линч. - Хотел бы я знать о нем побольше.

‘ Необычное имя. Она нахмурила брови, как будто глубоко задумалась.

Линч похлопал ее по бедру. ‘ Не волнуйся, я что-нибудь придумаю. Ты права, мы можем начать с его офиса.

‘ У меня есть идея. У меня есть друг, который работает в "Таймс". Он мог бы провести меня в их библиотеку вырезок.

- Разве он не хотел бы знать почему?

‘ Раньше он никогда не спрашивал почему. Я скажу ему, что это по работе. Ищу возможного клиента.

- Ты уверен, что он ничего не заподозрит?

"Положительно".

Линч думал об этом, пока Мэри вела машину. ‘ Этот друг. Он был бойфрендом?

‘ С ударением на "друг", Дермотт. Мы несколько раз встречались, я дважды прыгала на его кости. Ладно, может быть, три раза. Теперь он просто приятель. Стоит попробовать, у них будет любая история, когда-либо написанная об этом Вандере Майере. Возможно, у них даже есть его фотография. Послушайте, вот что я вам скажу, я сначала позвоню ему, проверю ситуацию. Если он, кажется, не против, мы можем съездить в их офис в Уоппинге.

Линч посмотрел на свои наручные часы. Он хотел попасть в офис Вандера Майера до часа пик, но у них было достаточно времени. "Ладно, попробуй".

Мэри нашла газетный киоск в Хаммерсмите. Она оставила Линча в машине и вернулась через несколько минут с описанием Лондона от А доЯ, которое выбросила в окно. - Там есть телефонная будка, я ему позвоню, - сказала она.

Линч наблюдал, как она подошла к телефону. Она играла со своими волосами, разговаривая со своей подругой, и подмигнула Линчу, давая ему понять, что все в порядке. Он увидел себя в зеркале заднего вида и понял, что скоро ему придется принять душ и побриться. Неряшливый внешний вид всегда привлекал внимание, это была одна из тех вещей, которые ему вдалбливали, когда он впервые записывался добровольцем. Мари выглядела неплохо, учитывая, что они провели в дороге больше суток, но даже ей нужно было привести себя в порядок. Линч решил, что с таким же успехом он может проехать остаток пути до города, поэтому пересел на водительское сиденье. Мэри вернулась к машине и села на пассажирское сиденье. ‘ Он сказал, что я могу приходить, когда захочу. Я должен позвонить ему от ворот.

‘ Ладно, пошли, ’ сказал Линч. - Если мы еще немного посидим здесь, нас оштрафуют.

Мартин остановил "Мерседес" перед офисным зданием. - Вот мы и приехали, - сказал он.

Кремер выглянул в боковое окно. Это было невзрачное здание из серого камня с квадратными окнами в металлических рамах и двойными стеклянными дверями. Над дверью была установлена камера наблюдения, обеспечивающая видеозапись входа. Молодой человек сидел, кутаясь в спортивную куртку, рядом с черно-белой дворняжкой. На земле перед ним лежал кусок коричневого картона, на котором было написано "Пожалуйста, помогите бездомным".

‘ Я вижу его, ’ сказал Аллан, словно прочитав мысли Кремера. Мартин уже вышел из машины и открывал пассажирскую дверцу. Аллан действовал быстро, обойдя "Мерседес" сзади и оказавшись между Кремером и нищим.

Кремер вышел из машины. Костюм и пальто казались более тесными, чем когда-либо. Пистолет уютно лежал в кобуре, и Кремер чувствовал, как он прижимается к его телу сквозь рубашку ручной работы. Он пожал плечами, несмотря на стеснительную одежду, нервно подергал рукава пальто, а затем последовал за Мартином к двойным дверям. Аллан огляделся по сторонам, но его взгляд то и дело возвращался к нищему.

Мужчина в темном костюме со сложенным зонтиком в руках быстро шел по улице им навстречу, и Кремер напрягся. Мужчина был подходящего роста, подходящего возраста, подходящего телосложения, впрочем, как и половина мужского населения Лондона. Мужчина быстро прошел мимо. У него были осанка и походка военного, и Кремер отметил в нем бывшего солдата, устроившегося на работу в Сити.

Мартин открыл двойные двери и быстро проверил вестибюль, прежде чем кивнуть Кремеру, давая понять, что там безопасно. Аллан встал между Кремером и нищим, когда Кремер последовал за Мартином внутрь. Консьерж в униформе поднял глаза от газеты. Он нахмурился, глядя на мужчин, но добродушно улыбнулся, когда увидел Су мин.

Они направились к лифту. Он оказался пустым, и Аллан вошел первым, за ним последовали Кремер и Су-мин. Двери лифта закрылись, и Кремер сделал несколько глубоких вдохов. ‘ Ты в порядке, Майк? - Спросил Аллан.

‘ Да, ’ сказал Кремер. - Я просто хочу, чтобы он поскорее покончил с этим.

‘ Успокойся, мы не знаем, сколько это продлится. Ты измотаешь себя, если будешь оставаться в таком напряжении.

Кремер засунул палец за воротник рубашки и попытался расстегнуть его. Он чувствовал, как по спине стекают струйки пота, хотя во рту все еще было сухо, как наждачная бумага. - Со мной все будет в порядке, - сказал он.

‘Помни, ты должен быть бдительным, но не напряженным. Если ты напряжен, ты замедлишься".

Кремер кивнул. Су минг с тревогой наблюдала за ним, и он улыбнулся, чтобы подбодрить ее, хотя ему самому улыбаться не хотелось. Он чувствовал себя пойманным в ловушку в сшитой по мерке одежде, и глубоко в животе у него возникло чувство пустоты, холодный ужас от того, что, несмотря на всю подготовку, когда он столкнется лицом к лицу с убийцей, он не сможет вовремя среагировать.

Двери лифта открылись, и Кремер последовал за Мартином и Алланом по коридору, устланному серым ковром, а Су Мин замыкал шествие. Когда они проходили мимо двери офиса, она открылась, и рука Кремера инстинктивно дернулась к спрятанному пистолету. Это была женщина средних лет в твидовом костюме. Кремер опустил руку, проклиная себя про себя. Если бы он продолжал в том же духе, то к концу недели был бы на грани нервного срыва.

Кабинет Вандера Майера находился в дальнем конце коридора. Кремер с Алланом подождали снаружи, пока Мартин и Су-минг войдут внутрь. Через открытую дверь Кремер увидел брюнетку с волосами, собранными сзади в хвост, сидящую за столом из тикового дерева. Су Мин разговаривала с ней, пока Мартин расхаживал по кабинету. Мартин повернулся, кивнул Аллану, и тот провел Кремера внутрь. Войдя в кабинет, Кремер увидел второй стол. Он был свободен.

Дверь вела в личный кабинет Вандера Майера, и Су мин жестом пригласил его пройти. Внутренний офис был намного больше и обставлен почти так же, как квартира в Челси—Харбор - дубовые половицы, отполированные до глубокого блеска, простой письменный стол из черного дуба и мебель из стали и кожи. На столе не было ничего, кроме персонального компьютера, но вдоль одной стены стояли телевизионные мониторы, которые показывали курсы акций и сводки новостей со всего мира, а под ними располагался ряд факсов и телексных аппаратов.

‘ Мы подождем снаружи, - сказал Аллан. Он посмотрел на часы. ‘ Русского здесь не будет еще пару часов. Мы обыщем его, прежде чем впустить к вам, но будьте готовы, хорошо?

Кремер отдал Аллану бойскаутский салют. - Чур, чур, чур, - сказал он.

‘ Я дам тебе чур, чур, чур, если он достанет пистолет и застрелит тебя, ’ сказал Аллан. Он изобразил пальцами пистолет и притворился, что стреляет Кремеру в лицо. ‘Будь на ногах, когда он войдет в твой офис. Гораздо труднее вытащить оружие, когда ты сидишь.

Аллан и Мартин закрыли за собой дверь, оставив Кремера и Су Минга одних. Кремер встал за креслом и облокотился на него. Он кивнул на мониторы. - Чем именно он занимается, ваш босс?

- Я думал, полковник вам сказал.

‘ Торговец оружием, - сказал он. - Так для чего все эти финансовые дела?

Су минг облокотился на стол и стал изучать мониторы. "У мистера Вандера Майера много инвестиций, и он предпочитает управлять ими сам".

- Он никому не доверяет прикасаться к его деньгам, не так ли?

Су мин посмотрела на него через плечо и слабо улыбнулась. ‘ Это не вопрос доверия. Никто не справится с этим лучше него.

- Так сколько же он стоит?

Су минг уклончиво пожал плечами и снова отвернулся от него. - Он очень богатый человек.

‘ Богатый? Или разбогатевший рич?

- Очень богатый.

-Миллионы или миллиарды?

‘ Это зависит от того, в какой валюте вы пользуетесь. Она отодвинулась от стола и подошла к телексному аппарату. Она поиграла клавишами. - Деньги так важны для тебя, Майк Кремер?

Кремер сел в кресло и попытался открыть ящики. Они были заперты. Кремер задумался, всегда ли они были заперты, или их заперли потому, что он пользовался офисом. ‘ Нет. Деньги никогда по-настоящему не имели для меня значения. Это то, что им движет?"

Су мин перестал играть с кнопками телекса. - Полагаю, да.

‘ Так скажи мне, чем он занимается? У него есть эти офисы, у него три самолета, но я не могу понять, чем именно он занимается".

Он заключает сделки. Допустим, вы управляете страной в Африке и хотите купить бронетехнику. И предположим, вы не можете покупать напрямую у производителей. Тогда вам пришлось бы обращаться к посреднику. Кто-нибудь вроде мистера Вандера Майера.

"Почему я не мог купить у производителя?"

- Возможно, страна происхождения предпочла не торговать с вами.

- Потому что я диктатор?

‘Вопрос о том, является ли кто-то диктатором или лидером, часто является вопросом семантики. Когда Саддам Хусейн был в фаворе, правительства всего мира были более чем счастливы торговать с ним".

- А потом он вторгся в Кувейт.

И вдруг он стал персоной нон грата. Это не означало, что Запад перестал торговать с ним, это просто означало, что бизнесмены вроде мистера Вандера Майера начали зарабатывать много денег".

-Вандер Майер все еще занимается Ираком?

Су мин кивнул. - Конечно.

- Ты не видишь в этом ничего плохого?

‘ Он бизнесмен. Более того, он реалист.

Кремер провел пальцем по краю стола. Как и мебель в квартире Вандера Майера, он был безупречно чистым. - Какое оружие он продает?

Су мин повернулась к нему лицом. - Все, что угодно.

-Что-нибудьесть?

‘ Вы, кажется, удивлены. Оружие - такой же товар, как и все остальное. Есть продавцы и есть покупатели.

-Реактивныесамолеты?

-Да.

-Ракеты?

-Да.

- У него много дел с Россией? - спросил я.

-Совсем немного.

- Так вот почему он хотел, чтобы ты выучил русский?

‘ Это дает ему преимущество во время переговоров. Они не ожидают, что азиат будет говорить на их языке.

Кремер развернул свое кресло так, чтобы иметь возможность выглянуть в окно. "Я полагаю, что после распада Советского блока многое российское оборудование подешевело".

‘ Им отчаянно нужна иностранная валюта. И это единственное, чего у мистера Вандера Майера в избытке.

‘ Вы знаете, что пытается продать эта русская? Он обернулся и по выражению ее лица понял, что она знает.

OceanofPDF.com

- Мистер Вандер Майер велел мне не говорить.

- Но это оружие? - спросил я.

‘ В некотором смысле. Это зависит от того, как вы это используете. В умелых руках карандаш может стать оружием, а может быть использован для написания стихотворения.

Кремер рассмеялся. ‘ Оставь меня в покое, Су Минг. Ты не веришь в философию печенья с предсказаниями. Бомба есть бомба. Пистолет есть пистолет. Ты слышал другое замечательное высказывание: “Людей убивает не оружие, а люди сами убивают людей”. Что ж, это чушь собачья, парень. Людей убивает оружие. Оружие, бомбы, ракеты и гранаты. И мне не нравится, как меня используют. Мне это ни капельки не нравится.

Су мин молча смотрела на него, словно смущенная его вспышкой. ‘ Прости, ’ сказал он. - Я знаю, что ты просто делаешь то, что тебе говорят.

Она кивнула. - Как и ты, я выполняю приказы.

Кремер откинулся на спинку стула и уставился в потолок. ‘ Где я допустил ошибку? Я всю жизнь тренируюсь с оружием, а в итоге остаюсь ни с чем. Он продает этот товар и зарабатывает миллионы.

- Ты сам выбираешь свою жизнь, - сказал Су мин.

Кремер вздохнул. ‘ Да, наверное, ты прав. Он заложил руки за шею и переплел пальцы. - Итак, что мне делать?

Су мин достала из сумочки маршрут и просмотрела его. - Мы ждем здесь до пяти часов.

‘ Нельзя ли мне заключить пару сделок, пока я здесь? Может быть, я смог бы продать несколько F-16, как ты думаешь?

Су мин с удивлением посмотрела на него. ‘ Думаю, Майк Кремер, мне будет не хватать твоего чувства юмора, когда все это закончится. Вот что я думаю.

Дермотт Линч высадил Мэри у главного входа в огромный комплекс "Ньюс Интернэшнл". Вереница шестидесятифутовых грузовиков выстроилась в очередь, чтобы въехать на стройплощадку, готовясь к вечернему тиражу. От рева дизельных двигателей у него завибрировало сиденье. Он проехал вдоль высокой кирпичной стены, окружавшей редакции газет и типографии, и припарковался рядом со старым складом, который был переоборудован в элитные апартаменты. Все старые железные изделия, которые когда-то использовались для перевозки мешков и ящиков на склады на верхних этажах, были выкрашены в ярко-красный цвет, а на окнах висели проволочные корзинки с яркими цветами.

Он включил радио и послушал передачу по телефону, в которой слушатели звонили, чтобы высказать свое мнение о смертной казни. Линч слушал вполуха, наблюдая, как грузовики въезжают в типографию. The Times, Sun, Sunday Times, News of The World, большинство крупнотиражных газет страны печатались именно там. ИРА несколько раз разрабатывала планы бомбардировки завода, и на одном этапе они действительно хранили более тонны взрывчатки для удобрений и несколько килограммов Семтекса в закрытом гараже на Собачьем острове, готовясь к разрешению Совета армии. Линч помог установить взрывчатку на место, и другому подразделению активной службы было поручено реквизировать один из грузовиков доставки, наполнить его взрывчаткой и отвезти на завод. Прекращение огня в 1994 году положило конец запланированному зрелищу, и тайник со взрывчаткой теперь был зарыт где-то под Нью-Форестом в пластиковых мусорных баках. Жаль, подумал Линч. Это произвело бы адский взрыв. И вообще, ему никогда не нравилось Солнце.

Большинство звонивших на радиостанцию, казалось, были за возвращение смертной казни, а некоторые предложили сделать это самим. Линч улыбнулся про себя. Он долго думал, что в британском характере есть порочная сторона, неприятное подводное течение, которое никогда не выходит далеко на поверхность, а ток-шоу на радио, казалось, выявляли худшие черты населения. ’Вздернуть их и повесить повыше", по-видимому, было единодушным решением, и даже ведущий согласился с большинством. Как будто британская общественность никогда не слышала о Гилдфордской четверке или бесчисленных других судебных ошибках, когда, если бы был вынесен смертный приговор, не было бы никаких шансов на апелляцию, никаких шансов доказать, что доказательства были подделаны или присяжные введены в заблуждение.

Программа подходила к концу, когда Мари вышла через охраняемые ворота и направилась по улице к "Роверу". В ее походке чувствовалась пружинистость, а бедра раскачивались из стороны в сторону при ходьбе. Это была сексуальная походка, походка подростка, походка девушки, которая привыкла, что за ней наблюдают. Это была также походка, которую запомнят мужчины, и которая могла быть опасной. Линч знал, что это нехорошо, когда тебя помнят. Безусловно, лучше раствориться, оставаться анонимным, чтобы ты мог приходить и уходить, и никто не знал, что ты когда-либо был там. Все добровольцы обладали этим качеством - способностью оставаться незамеченными в толпе. Идея о том, что члены ИРА были крупными, угрожающими фигурами, была плодом воображения СМИ. Они не были такими чудовищами, какими их рисовали такие газеты, как "Sun", большинство из них выглядели не более угрожающе, чем помощник управляющего банком. На войне важен не физический размер или сила, а психологический настрой, душевная стойкость. Характер. Линчу стало интересно, есть ли у Мэри то, что для этого нужно. У нее был энтузиазм и мотивация, но была огромная разница между желанием увидеть другого человека мертвым и помощью нажать на курок.

Мари открыла пассажирскую дверцу и скользнула в машину. - Ваш человек Вандер Майер - скрытная душа, - сказала она.

-Скрытный?

- За последние десять лет о нем упоминали дважды.

- В "Таймс"?

- В любом британском или американском издании. У них есть компьютерная база данных, которая позволяет вводить ключевые слова и вызывать любую статью, в которой когда-либо использовались эти слова. Большинству публикаций исполнилось десять лет, некоторым - даже больше. Эндрю Вандер Майер получил два почетных упоминания, одно в статье о торговцах оружием в Newsweek три года назад, а другое в Asian Wall Street Journal пять лет назад.

- Что это было? - спросил я.

‘ Китайцы планируют продать тактическое ядерное оружие. Говорили, что они обратились к нескольким международным торговцам оружием, и он был одним из них.

- Господи Иисусе, ядерное оружие?

Мари протянула ему компьютерную распечатку. ‘ Прочтите сами. В этой истории довольно мало фактов, но в ней он назван американским торговцем оружием, у которого есть контакты по всему миру.

Линч фыркнул и взял вырезки. Он быстро просмотрел их. По ее словам, упоминания были краткими; одно предложение в статье в Newsweek, два абзаца в Журнале.

‘Я думаю, вы можете в значительной степени сбросить со счетов историю с ядерным оружием’, - сказала Мари. ‘Это было три года назад, и этого так и не произошло. Для меня это звучит как одна из тех историй “что, если”.

‘ Да, но он, очевидно, довольно влиятельный человек. Это заставляет задуматься, что он делает с Кремером. Он сунул распечатку в бардачок. - А как насчет фотографий?

Мэри опустила солнцезащитный козырек и проверила в зеркале свой макияж. Линч понял, что она, должно быть, поцеловала журналиста, с которым познакомилась. ‘ Фотографий нет. Фотографий Вандера Майера, использованных в двух статьях, не было, и их нет в файлах Times. Мой друг позвонил в Reuters и AP, но у информационных агентств их тоже нет. Эндрю Вандер Майер никогда не фотографировался. Она снова подняла солнцезащитный козырек. - И что теперь?

‘ Офис Вандера Майера. Возможно, Кремер там. Если его нет, возможно, нам удастся связаться с Вандером Майером. Мы будем играть на слух.

Мужчина, которого Саймон Шайон знал как месье Рольфа, открутил язычок на банке диетической колы и закинул ноги на кофейный столик. Телевизор был настроен на си-эн-эн, программу финансовых новостей. Блондинка с волосами, уложенными паяльной горелкой, и мужчина средних лет с внешностью кумира утреннего шоу обсуждали укрепление доллара по отношению к иене со сдержанной серьезностью людей, которые не совсем уверены в том, о чем говорят, и боятся быть уличенными.

Этого человека не интересовала финансовая ситуация в мире. У него было более чем достаточно денег, больше, чем он мог разумно ожидать потратить, спрятанных в банковских ячейках по всему миру. Процентные ставки и колебания валютных курсов его так или иначе не волновали. Он взял пульт дистанционного управления и некоторое время переключал каналы, пока пил из банки, но не нашел ничего, что могло бы привлечь его внимание. Он выбрал канал, по которому крутили клипы в стиле кантри. На столе рядом со стопкой новых журналов лежал конверт из плотной бумаги. Он поставил свой безалкогольный напиток и взял конверт. Внутри были три цветные фотографии, но он отбросил их в сторону. Его заинтересовали три машинописных листа формата А4. На верхнем листе была биография объекта, Эндрю Вандера Майера, и сведения о его окружении. Он наклонился и поднял фотографию объекта, отходящего от "Мерседеса". Молодая восточная девушка, хорошенькая, но с хмурой складкой на лбу, стояла прямо за ним. Ее звали Су Мин. Фамилия не упоминалась. Мужчина изучал фотографию, водя пальцем по ее лицу и вниз по телу. У нее была мальчишеская фигура, стройная и подтянутая, именно такая, какие нравились мужчине. При других обстоятельствах он бы с удовольствием встретился с Су Мином, но сомневался, что им удастся проводить много времени вместе. Мужчина поцеловал указательный палец, а затем прижал его к фотографии. - Не волнуйся, Су Мин, я ищу не тебя, - прошептал он.

Он положил фотографию обратно на стол и прочитал маршрут Вандера Майера. Лондон. Затем Нью-Йорк. Затем обратно в Лондон и далее в Гонконг. Резиденция Вандера Майера в Лондоне находилась в Челси-Харбор, месте, которое этот человек посещал несколько раз. Он мог похвастаться отличным рестораном the Canteen, частично принадлежащим кинозвезде Майклу Кейну, и пятизвездочным отелем. Обычно это был тихий район, особенно по вечерам — идеальное место для хита.

Мужчина положил листы бумаги обратно в конверт. Убийство Вандера Майера могло подождать. Сначала ему нужно было разобраться с более неотложными делами. Он сделал большой глоток диетической колы из банки и прибавил звук в телевизоре.

Дермотт Линч припарковал "Ровер" на боковой улочке с видом на здание, в котором располагался офис Вандера Майера. Мэри вышла и включила счетчик, затем заглянула в машину через окно. ‘ Вон там телефонная будка, - сказала она. - Я ненадолго.

‘ Просто будь осторожна, ’ сказал он, протягивая ей шариковую ручку и листок бумаги, на котором записал данные о владельце самолета. "Будь расслаблен, сдержан, не давай им ни малейшего повода запомнить тебя".

- Да, да, да, - сказала она.

Линч схватил ее за запястье так сильно, что стало больно. - Мари, это не игра, - прошипел он.

Мари внезапно стала серьезной. - Я знаю.

Линч отпустил ее руку. - Будь осторожна, - повторил он.

Она потерла запястье. ‘ Буду. Не волнуйся. Я тебя не подведу. Она похлопала по крыше машины, словно прощаясь с домашним любимцем, затем пошла по Кенсингтон-Хай-стрит к телефонной будке, одной из старомодных красных будок, которые быстро исчезали с лондонских улиц. Она опустила монетку и набрала номер, указанный на клочке бумаги.

Ответила девушка с резкими гласными, характерными для эссекского акцента. Мари могла представить ее в короткой юбке, слишком обтягивающем топе, с мелированными волосами и, по всей вероятности, в белых туфлях на высоких каблуках. - Здравствуйте, - сказала Мэри своим лучшим голосом Челтенхемской школы для девочек. - Не могли бы вы сказать мне, там ли сегодня мистер Вандер Майер?

‘ Да, это он. Хочешь, я соединю тебя?

‘ Нет, я как раз собираюсь отправить ему брошюру о наших конференц-залах и хотел убедиться, что у меня правильный адрес. Могу я просто уточнить это у вас? Мари зачитала адрес, и девушка подтвердила, что он правильный. ‘ У мистера Вандера Майера есть офисы в других странах? - Спросила Мари.

‘ О да, ’ с энтузиазмом ответила девушка. ‘ У него есть офис в Нью-Йорке, один в Лос-Анджелесе и еще один в Бонне. Это в Западной Германии.

‘ Неужели из Западной Германии? ’ спросила Мари. ‘ Окажи мне большую услугу, будь добр, дай мне их адреса. Я бы тоже хотел разослать туда брошюры.

Девушка сделала, как ее просили. Мэри переписала адреса, поблагодарила ее и положила трубку. Она вернулась к машине и села рядом с Линчем. ‘ Он там. Там Вандер Майер. Она тяжело дышала, как перевозбужденная собака. - Что теперь нам делать?

‘ Теперь будем ждать. Если Вандер Майер там, возможно, Кремер тоже там.

Аллан оторвал взгляд от своего номера The Economist, когда секретарша положила трубку. ‘ Проблемы, Дженни? - спросил он.

Дженни улыбнулась и поправила свой конский хвост. - Нет, это была женщина из какого-то конференц-центра, проверявшая свой список рассылки.

- Ничего необычного?

Такое случается постоянно. Нежелательная почта и нежелательные телефонные звонки - это практически все, с чем нам приходится иметь дело, если только мистер Вандер Майер не в городе. Тогда это безумный порыв, скажу я вам.

Мартин сидел на незанятом столе и рассеянно смотрел в окно. - Я голоден, - сказал он.

- Ты всегда голоден, - сказал Аллан.

- Тебе что-нибудь нужно?

‘Феррари". Дом за городом. Женщина, которая любит меня. То, о чем мечтает каждый мужчина".

- Я имел в виду еду, - терпеливо пояснил Мартин.

‘ Да, я знаю. Сырный рулет.

Мартин выпрямился. ‘ Тебе что-нибудь нужно, Дженни? - спросил он.

- Не, я на диете. В любом случае спасибо.

Аллан пролистал The Economist, когда Мартин выходил из офиса. Он взглянул на Дженни поверх журнала. Это была симпатичная брюнетка, которой было не больше девятнадцати лет. Она была стройной и явно умной — Аллана поразила уверенность, с которой она солгала звонившему о том, что ее босс находится в офисе. Ее проинструктировали сообщить, что Вандер Майер в офисе, и, если это деловой звонок, передать его на яхту Вандера Майера.

Дженни просияла, глядя на Аллана. Он улыбнулся, кивнул и снова начал читать. При других обстоятельствах у него возникло бы искушение немного поболтать с ней, но он был слишком большим профессионалом, чтобы смешивать бизнес с удовольствием. Это и тот факт, что ее акцент раздражал так же, как царапанье ногтями по классной доске.

- Итак, Аллан, - сказала она, хлопая длинными ресницами, - как давно ты работаешь телохранителем?

Джим Смолев запер дверцу своего "Доджа" и медленно направился к отелю. Утро было жаркое, небо Флориды было ярко-голубым, без единого облачка, и солнце палило нещадно. Он рассеянно провел рукой по лысине на затылке. Он обнаружил поредевшее пятно всего месяц назад, но каждое утро первым делом проверять его перед зеркалом в ванной стало обычным ритуалом. Они были размером всего с четвертак, но к сорока пяти годам отец Смолева был лыс, как шар для боулинга. Смолеву было за тридцать, и он смирился с тем фактом, что идет тем же путем, что и его отец. Жена Смолева издала все нужные звуки, сказав ему, что его волосы не имеют значения, что она любила бы его так же сильно, если бы у него не было ни единого волоска на теле, что в любом случае это выглядело бы не так уж плохо. Смолев знал, что все это было чушью высшего сорта. Она никогда больше не будет смотреть на него так, как раньше. Смолев начал читать все объявления о средствах для наращивания волос и даже подумывал о том, чтобы расспросить своего врача о подробностях применения Рогейна. Он был полон решимости не потерять свои волосы без борьбы.

Он прошел через приемную. Один из агентов местного отделения в Майами сидел на диване лицом к главному входу и сдержанно кивнул Смолеву. Смолев кивнул в ответ и направился к лифту. Задняя стенка лифта была зеркальной, и после того, как дверь закрылась, Смолев вытянул шею и бросил быстрый взгляд на лысину, приглаживая рукой выбившуюся на ней прядь волос. Он повернул голову влево и вправо, проверяя освещение. Сойдет. Он глубоко вздохнул. Все его тело, казалось, взбунтовалось. Он пошел к стоматологу, чтобы проверить свой ноющий задний зуб, но ему сказали, что ему нужно обработать корневой канал. Очки, похоже, не исправляли его зрение так хорошо, как раньше, и его жена продолжала уговаривать его пойти и проверить рецепт. И его колени продолжали стучать, когда он вылезал из постели. Ему было тридцать пять лет, и он чувствовал себя стариком.

Двери лифта с шипением открылись, и он пошел по коридору к номеру Фрэнка Дисцензы. У двери стоял на страже единственный агент. ‘ Привет, Джим. В чем дело? ’ спросил мужчина. Его звали Тед Верити, он недавно присоединился к отделению Бюро в Майами. На нем был костюм, сшитый по индивидуальному заказу, и очки от Армани, и, как с уколом зависти заметил Смолев, у него была густая черная шевелюра.

‘ Для начала, мое кровяное давление, - сказал Смолев. - Он все еще доставляет вам неприятности?

‘ Просто стонет. Ты слышал, о чем он просит?

- Именно поэтому я здесь.

‘ Да? Лучше ты, чем я, Джим. Верити ухмыльнулся и провел рукой по волосам, словно подчеркивая, какие они густые. - Сутенер - уродливое слово, не так ли?

‘ В мои инструкции входит убедить его вместо этого согласиться на минет от тебя, - сказал Смолев. Он улыбнулся, когда лицо Верити вытянулось. ‘ Просто шучу, Тед. Просто шучу.

Смолев похлопал Верити по руке, открыл дверь и шагнул внутрь. Дисченца растянулся на диване, рядом с ним лежала стопка журналов и газет. По телевизору с большим экраном показывали футбольный матч, звук был приглушен почти до шепота. Дисченца спустил ноги на пол и сел. - Ну? - спросил он, его глаза нетерпеливо заблестели.

- Им это не нравится, Фрэнк, - сказал Смолев.

‘Мне насрать, довольны они этим или нет", - сказал Дисченца. - Они не из тех, кто сидит взаперти в компании одного только Плейбоя. Говорю тебе, Джимми, в последнее время я слишком часто вижу свою правую руку, и другая начинает ревновать. Я хочу женщину, и хочу ее сейчас.

‘ Через несколько дней все закончится, Фрэнк. Фотографии уже доставлены в Цюрих. Осталось всего несколько дней. Ты не можешь подождать?"

- Ты женат, Джимми?

Смолев терпеливо вздохнул. - Да.

- Как долго? - спросил я.

-Восемь лет.

Диценза отбивал ладонями быструю дробь на коленях. ‘ Ну, в отличие от тебя, я все еще наслаждаюсь сексом, Джимми. Его много. Мне нравится секс, мне нравится быть с женщиной. Дважды в день, иногда трижды. Мне нравится киска, чем горячее и тугое, тем лучше. Держать меня здесь взаперти совершенно неестественно. Это сводит меня с ума, я как будто вот-вот взорвусь. Он заговорщически наклонился вперед. ‘ Должен тебе сказать, Джимми, даже ты начинаешь выглядеть довольно аппетитно. Итак, что они сказали?"

Смолев с трудом подавил отвращение. - Они сказали "Хорошо". Если нет другого способа заставить тебя замолчать, ничего страшного.

‘ Поверь мне, Джимми. Другого способа заставить меня замолчать нет.

Раздался стук в дверь, и оба мужчины обернулись, когда вошла Верити. - Обслуживание номеров, - объяснила Верити.

‘ Отлично, ’ сказал Дисченца. Он хитро посмотрел на Смолева. ‘ Ты голоден? Я буду стейк, могу тебе чего-нибудь принести. В конце концов, дядя Сэм ведь платит, верно?

Смолев наблюдал, как официант в белом пиджаке катит по ковру нагруженную тележку. К карману официанта был прикреплен пластиковый гостиничный пропуск, и маленькая цветная фотография, казалось, соответствовала ему. Мужчина был отдаленно похож на мексиканца, со смугловатым цветом лица и густыми усами, которые вились по обе стороны от его губ. Смолев посмотрел на Верити, и тот кивнул, подтверждая, что он проверил официанта.

‘ Нет, спасибо, Фрэнк. Я уже поела.

Официант потянулся к серебряной крышке рукой в хлопчатобумажной перчатке, и Смолев почувствовал, как у него скрутило желудок, но когда крышку сняли, перед ним оказался просто большой бифштекс с луком, яичницей и картофелем фри. Дисченца одобрительно кивнул и махнул рукой Верити. ‘ Подпиши чек, Тед, ладно? И дай парню десять долларов чаевых, ладно?

‘ Как скажете, мистер Дисченца, ’ сказал Верити, едва сумев скрыть презрение. На столике стояли две бутылки "Будвайзера", покрытые капельками конденсата, и официант ловко снял металлические крышки, прежде чем вручить Верити счет. Пока Верити расписывался за еду, Дисценза взял одну из бутылок "Будвайзера" и сделал большой глоток. Он осушил половину бутылки одним глотком. ‘ Ты уверен? он нажал на Смолева. - Здесь великолепно готовят.

‘ Учитывая, чего это нам стоит, я уверен, что да. Ты продолжай.

Диценза отнес тарелку и "Будвайзер" к дивану. - Принеси мне кетчуп, ладно? - попросил он.

Смолев уставился на спину Дисцензы и представил, как снова и снова вонзает в нее большой мясницкий нож. ‘ Конечно, Фрэнк. Я принесу кетчуп.

Он поставил тарелку с томатным соусом на кофейный столик, и Дисченца положил в нее картофель фри. Он причмокнул губами и начал нарезать стейк на маленькие кусочки, как мать, готовящая еду для малыша. ‘ Итак, когда я заберу девочек? - спросил он.

‘ Девушки? ’ переспросил Смолев. ‘ Мы говорим об одной девушке. Один визит. И я даже этому не рад.

Диценза покачал головой. ‘Как я снимаю напряжение - это мое личное дело", - сказал он. Он отправил в рот кусок стейка и шумно прожевал. ‘ Ты уверена, что ничего не хочешь? - спросил он с набитым ртом.

‘ Я не эскорт-агентство, Фрэнк. Ты просил женщину, я все устрою. Но это все.

‘ Я попросил компанию. Женскую компанию. Я так и не сказал, сколько мне нужно. Он макнул горсть картофеля фри в кетчуп и отправил в рот, смазав губы соусом. У него был такой вид, словно он порезал губу.

- Не морочь мне голову, - предупредил Смолев.

- Это вариант, - парировал Дисченца, - но, между нами говоря, я бы предпочел пару восемнадцатилетних.

Официант вышел из зала, Верити последовал за ним. Смолев подошел к окну и выглянул на автостоянку.

‘ Здесь жарко или мне кажется? Спросил Дисченца.

Смолев повернулся к нему лицом. ‘ По-моему, все в порядке. Хочешь, я включу кондиционер?

Диценза кивнул и сделал еще глоток из бутылки "Будвайзера". Он рыгнул, ставя бутылку на стол. Смолев огляделся в поисках термостата, но не смог его найти. Дисченца достал из кармана куртки карточку и протянул ее Смолеву. - Позвони по этому номеру, - сказал он, - скажи им, что мне нужны Терри и Аманда.

Смолев взял карточку. - Фрэнк, ты совсем дурак? - спросил он.

У Дицензы отвисла челюсть. Рот мужчины был полон недоеденной пищи, и Смолев отвел глаза. Это было отвратительное зрелище. ‘ Ну, что теперь не так? - Спросил Дисченца.

‘ Что не так, так это то, что ты находишься под охраной, и ты ожидаешь, что я буду звонить твоим постоянным проституткам и приглашать их в гости. Ты что, не понимаешь? Человек, за которым мы охотимся, - хладнокровный убийца. И если он узнает, что ты его предал, как ты думаешь, сколько времени пройдет, прежде чем он придет за тобой?

Диценза сглотнул. ‘ Ты сказал, что я буду вне подозрений, ты сказал, что вы с британцами схватите его, таков был уговор, верно? Он расстегнул воротник. По его щеке сбегала струйка пота.

‘ Если ты позволишь нам позаботиться о тебе, конечно. Но если ты свяжешься с "набери проститутку", то просто напрашиваешься на неприятности. Он помолчал. ‘ Терри - девочка, верно? - спросил он.

Диценза нахмурился. ‘ Конечно, Терри гребаная девчонка. За кого ты меня принимаешь?

Смолев боролся с желанием усмехнуться над этим человеком. Он точно знал, что за человек Дисценза. Лжец, мошенник, плутовка, человек, который был готов заплатить за убийство другого человека, человек, готовый на все, чтобы спасти свою шкуру. Человек без чести. ‘ Просто проверяю, ’ сказал он и выдавил улыбку. - Я устрою девушку.

- Девочки, - сказал Дисченца.

- Девушка, - повторил Смолев.

Несколько секунд двое мужчин смотрели друг на друга. В конце концов Дисченца улыбнулся. ‘ Блондинка, - сказал он. ‘ С сиськами вот здесь. Он вытянул перед собой сложенные чашечкой руки.

- Я посмотрю, что можно сделать, - сказал Смолев.

Диценза кивнул и допил свой "Будвайзер". Он поставил его на стол, а затем отпил из второй бутылки. Его лоб был влажным от пота. Он наколол вилкой кусок стейка. ‘ Бюро пользуется услугами постоянного агентства? спросил он.

‘О, конечно, у нас есть аккаунт в Tits ’R Us’, - сказал Смолев. ‘Что ты думаешь, Фрэнк? Ты думаешь, мы позвоним и скажем, что у ФБР встал вопрос и не пришлют ли они кого-нибудь? Смолев вернулся к окну. На автостоянке остановился большой белый грузовик с надписью "прачечная".

- Господи, как же здесь жарко, - пожаловался Дисченца.

- Все не так уж плохо, - сказал Смолев.

- Да, но ты же не будешь сидеть здесь взаперти весь день, - сказал Дисченца.

‘ Это ненадолго, ’ сказал Смолев, оборачиваясь. ‘ Как я уже сказал, фотографии доставлены. Вандер Майер устранен, наш человек на месте. Максимум через несколько дней.

Диценза покосился на агента ФБР. - Как, черт возьми, вам удалось найти кого-то настолько глупого, чтобы занять место Вандера Майера?

У Смолева разболелся зуб, и он потер челюсть. ‘ Я не знаю. Его схватили британцы.

‘ Да? Он понимает, во что ввязывается?

Смолев пожал плечами. ‘ Это не мое дело. Все, что я должен делать, - это обеспечивать вашу безопасность, пока мы не поймаем убийцу.

Диценза отправил в рот еще горсть картофеля фри, политых кетчупом, и запил его "Будвайзером".

Смолев заметил термостат на стене у двери в ванную. Он был установлен на шестьдесят пять градусов, и Смолев почувствовал себя комфортно, но все равно опустил его. ‘ Скажи мне, Фрэнк. Почему ты разорвал контракт на Вандера Майера?

Дисченца усмехнулся. - Это касается только меня и моего адвоката, Джимми.

Смолев сел напротив Дисченцы. - Давай, Фрэнк, ты можешь рассказать мне.

Дисченца ослабил галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. ‘ С моей стороны было бы неразумно рассказывать тебе об этом сейчас, не так ли? Он отодвинул тарелку.

-Что-то не так с едой?

‘ Я больше не голоден. Может быть, стейк испортился.

Смолев взял тарелку и поднес к носу. - По-моему, пахнет нормально. Еда здесь должна быть первоклассной.

‘ Да? Ну, может, у шеф-повара был плохой день. Он сделал еще глоток пива и откинулся на спинку дивана. ‘ Итак, вы хотите знать, почему я хотел убрать Вандера Майера, верно? Думаю, не повредит рассказать вам о сделке, которую заключил мой адвокат. Обвинение в заговоре снято, верно?"

- Таков уговор, Фрэнк.

-Как много они вам рассказали?

‘ Я? Они обращаются со мной, как с грибом.

-Гриб? - нахмурился Дисченца.

- Ты же знаешь, они держат меня в неведении и кормят всякой ерундой.

Сначала Дисченца ничего не понял, потом расхохотался. ‘ Отличная шутка, Джимми. Гриб. Хорошая шутка. Он взял белую салфетку и вытер ею лоб. - Он убил моего брата.

-Да?

‘ Убил его или заплатил за то, чтобы его убили. Сводится к одному и тому же: один мертвый брат.

- Как же так? - спросил я.

Дисченца расстегнул еще одну пуговицу на рубашке. ‘ Мы заключали сделку по the Keys, строительству отеля. Вандер Майер вкладывал большую часть денег, я занимался юридической работой и привлекал дополнительных инвесторов и команду менеджеров. Мой брат Рик помогал мне. Всем было хорошо, понимаете? Он был совсем ребенком. Двадцать пять лет. Только что из Гарварда. Дисценца потер горло. ‘Боже, я хочу пить", - сказал он. - Принеси мне немного воды, ладно?

Смолев собирался возразить, но видел, что Диценза испытывает значительный дискомфорт. Он пошел в ванную и наполнил стеклянный стакан водой. - Почему Вандер Майер убил вашего брата? - крикнул он через открытую дверь.

‘ У него есть помощница, девушка с Востока. Китаянка или что-то в этом роде. Она всегда с ним, он никуда без нее не ходит. Она для него что-то вроде советчика и Бог знает что еще. Она сразу невзлюбила Рика. Не хотела иметь с ним ничего общего. У тебя есть вода?"

‘ Иду, ’ сказал Смолев. Он отнес стакан воды Дисченце, стараясь ничего не расплескать.

‘ Кажется, она сказала Вандеру Майеру, что Рику нельзя доверять, ’ сказал Дисченца, забирая стакан у Смолева и жадно выпивая. Он осушил стакан и поставил его на кофейный столик. ‘ Забавно, но она была права. Даже я не знал. Он планировал вложить деньги мафии в инвестиции через компанию на Багамах. Он проиграл кучу денег в азартные игры, и какие-то крутые парни приставали к нему.

Смолев подошел к окну и выглянул наружу. Грузовик с бельем выезжал со стоянки. ‘ Значит, его убил Вандер Майер? - Спросил Смолев.

‘ Не сразу. Рик обошел дом, чтобы поговорить с девушкой. Ситуация вышла из-под контроля.

‘ Вышли из-под контроля? Как именно они вышли из-под контроля?

‘ Зависит от того, кому ты веришь. Рик сказал, что она его обманула, она говорит, что он пытался ее изнасиловать. Через два дня Рик исчез, и сделка расторглась".

Смолев увидел мужчину, выходящего из главного входа отеля. Смолев смутно узнал его, но не смог вспомнить лицо.

‘ Я знал, что это Вандер Майер, но вряд ли я мог пойти в полицию, не так ли? Друг в Далласе дал мне номер телефона, сказал, что швейцарский банкир может выполнить для меня работу за полмиллиона долларов. Джимми, я неважно себя чувствую. Может быть, мне нужен врач.

Смолев постукивал пальцами по подоконнику, глядя на мужчину, удаляющегося от отеля. Он нахмурился. Внезапно он понял, что этот человек был официантом, доставлявшим еду в "Дисченцу". Но его внешность изменилась: волосы стали короче, и у него не было усов. Смолев обернулся. Диценза лежал на спине на диване, его рот был открыт, грудь вздымалась. Пенистая белая слюна стекала между губ Дицензы, а его глаза были широко раскрыты и пристально смотрели. ‘ О черт, ’ выдохнул Смолев. Он бросился к Дисченце. ‘ Тед! ’ заорал он. - Иди сюда.

Ноги Дицензы задергались, и Смолев толкнул его плечами на диван. ‘Постарайся лежать спокойно, Фрэнк. Чем больше ты двигаешься, тем быстрее она будет распространяться.

Дверь открылась. ‘ Ты хотел... .? ’ начал Верити, но остановился, увидев, что происходит. - Что за...?

Официант!’ Smolev прерван. Он потерял волосы и усы и надел черную кожаную куртку и джинсы. Он шел пешком, но у него должна быть машина поблизости. Поехали!"

Смолев встал и подошел к телефону, в то время как Верити выскочила и побежала по коридору. Он сказал девушке на ресепшене вызвать "скорую помощь" и узнать, остановился ли в отеле врач. Он швырнул трубку и вернулся в Дисченцу. Спина Дицензы была выгнута, а сухожилия на шее натянуты, как стальные проволоки. Диценза хрюкнул, и его правая рука сомкнулась на плече Смолева, сжимая его, как тиски. Дисценза начал что-то бормотать, но Смолев не мог разобрать, что он говорит. ‘ Все будет хорошо, Фрэнк, ’ сказал Смолев. - Лежи спокойно.

Диценза ударил ногой, и одна из бутылок "Будвайзера" покатилась по ковру. Яд, должно быть, был в пиве, понял Смолев. Он проклинал себя, проклинал официанта и его белые хлопчатобумажные перчатки. Никаких отпечатков пальцев, а описание было хуже, чем бесполезно. Его единственной надеждой было, что Верити задержит этого человека, но Смолев знал, что надежды на это нет никакой. Убийца был профессионалом. Внезапно Дискенза напрягся, а затем плюхнулся обратно на диван. Смолев нащупал пульс на шее мужчины, но понимал, что напрасно тратит время. Диценза был мертв. "Вот так, - с горечью подумал Смолев, - сложилась его карьера в Бюро".

На столе зажужжал интерком. Кремер выжидающе посмотрел на Су Мин, она подошла и нажала кнопку на устройстве. - Да, Дженни? - спросила она.

- Это мистер Тарланов, - сказала секретарша.

Кремер поднялся на ноги и поправил манжеты рубашки, когда Су минг открыла дверь кабинета. Он услышал, как Аллан спорит с посетителем, и подошел посмотреть, в чем проблема. Высокий мужчина в желтовато-коричневом плаще стоял у стола Дженни, прижимая к груди алюминиевый кейс, с выражением тревоги на лице. Ему было под тридцать, густые брови почти сходились над тонким носом. На щеках и подбородке у него была многодневная щетина, а лицо было осунувшимся и усталым.

Аллан стоял перед мужчиной, раскинув руки в стороны, преграждая ему путь. Тарланов что-то быстро говорил по-русски и качал головой. Затем с сильным английским акцентом он сказал: "Нет, нет, оставь меня".

- Оставайтесь на месте, мистер Вандер Майер, - сказал Аллан, продолжая преграждать путь Тарланову.

Мартин подошел и встал рядом с Кремером, встав своим телом между Кремером и русским.

‘ В чем проблема? - спросил Кремер Су Минга.

Она заговорила с Тарлановым, и он ответил, явно испытывая облегчение оттого, что нашел кого-то, кто мог говорить на его родном языке. - Он не откроет чемодан, - сказала она.

- Почему бы и нет?

Русский, должно быть, понял, потому что снова обратился к Су мин. Она кивнула и посмотрела на Кремера. - Он говорит, что откроет его только при тебе.

‘ Мы должны обыскать его, Су Минг, - сказал Аллан. - Скажите ему это.

Су-мин начал переводить, но Тарланов уже качал головой. Кремер видел, что этот человек по крайней мере немного понимает английский.

- Возвращайтесь в кабинет и закройте дверь, мистер Вандер Майер, - сказал Аллан.

‘ Все в порядке, Аллан, ’ сказал Кремер. ‘ Су Минг, скажи ему, что мы просто собираемся его обыскать, ничего больше. Он может открыть кейс в моем кабинете, мы просто хотим убедиться, что у него нет оружия.

Су мин прошла мимо Мартина и тихо заговорила с русским, как будто пыталась успокоить испуганную лошадь. Он кивнул, все еще нервничая, а затем поставил алюминиевый кейс на пол и поднял руки. Он наблюдал за Кремером, пока Аллан обыскивал его.

‘ Алло, алло, что это? Аллан потянулся за спину Тарланова. В его руке снова появился маленький автоматический пистолет, и он показал его Кремеру. Мартин втолкнул Кремера обратно во внутренний кабинет и достал свой собственный пистолет.

Тарланов быстро заговорил по-русски, пока Аллан продолжал его обыскивать.

‘ Он говорит, что это для его собственной безопасности, ’ объяснил Су Мин. - Он говорит, что Лондон - опасный город.

Аллан достал из кармана русского маленький аэрозоль. Он осмотрел его, а затем осторожно понюхал. Он сморщил нос. - Мейс, - сказал он.

Русский нетерпеливо кивнул. - Для защиты, - сказал он.

‘ Вы говорите по-английски? - Спросил Кремер.

Тарланов заискивающе улыбнулся. - Немного, - сказал он.

‘ Это все, ’ сказал Аллан, отступая назад. Он вытер глаза, которые начали слезиться от булавы. Он посмотрел на пистолет, который держал на ладони. Это был маленький автоматический пистолет, ненамного больше того, что был у Кремера в кобуре подмышкой.

‘ Можно? ’ спросил Кремер, протягивая руку. Аллан отдал ему оружие. Кремер не узнал марку, хотя вдоль ствола была русская надпись.

‘ Для защиты, ’ повторил русский. Кремер извлек обойму, сунул ее в карман и вернул русскому пустой пистолет.

- Мне было бы приятнее заняться этим делом, - сказал Аллан Кремеру.

‘ Нет. Только мистер Вандер Майер, - настаивал Тарланов со своим сильным акцентом.

‘ Следи за ним, Мартин, ’ сказал Аллан. Мартин хмыкнул. В руке у него все еще был пистолет-пулемет VP70. Аллан кивнул Кремеру, чтобы тот возвращался во внутренний кабинет, и сам последовал за ним внутрь, закрыв за собой дверь. ‘Он подходящего телосложения, плюс-минус, я не уверен насчет его акцента, и у него был пистолет. Это мог быть он, Майк".

Кремер скривился. ‘ Не думаю, что он притворяется. И наш человек не стал бы просто так входить сюда, он бы застрелил тебя и Мартина, а потом пристрелил бы меня. Раньше он никому не давал времени на обыск, он просто начинал стрелять.

Аллан глубоко вздохнул. - Я не хочу, чтобы он оставался с тобой наедине.

‘ Куда он собирается идти, Аллан? Вы с Мартином будете по другую сторону двери. Это было бы самоубийством, а мы знаем, что у убийцы нет желания умереть.

Аллан на несколько секунд задумался. ‘ Хорошо, ’ сказал он. - Но держись к нему поближе, следи за ним, когда он откроет чемодан, и если он предпримет какие-нибудь угрожающие действия...

‘ Сначала представь мою защиту. Да, я знаю.

Аллан выдержал взгляд Кремера, затем повернулся и открыл дверь. - Пропустите его, - сказал Аллан Мартину.

Мартин опустил автомат и отошел от Тарланова. Русский поднял металлический ящик и понес его во внутренний кабинет. Су Мин закрыла дверь и встала к ней спиной. Тарланов кивнул и улыбнулся Кремеру, когда тот ставил кейс на стол.

- Я не ожидал, что вы говорите по-английски, - сказал Кремер.

Тарланов нахмурился и посмотрел на Су мин. Она перевела, и он пожал плечами. - Немного, - сказал он.

- Откуда вы в России? - спросил я.

Тарланов снова посмотрел на Су Минга, и Кремер понял, что русский почти не говорит по-английски.

Су-мин посмотрел на Кремера. "Я не думаю, что нам следует задавать ему вопросы", - сказала она, говоря быстро, чтобы русский с еще меньшей вероятностью понял.

Кремер приподнял бровь. ‘ Спросите его, пожалуйста, откуда он, ’ попросил он. Взгляд Су Минга посуровел. - Давайте обойдемся без сцен, - добавил Кремер, приятно улыбаясь.

Мгновение Су мин выглядела так, словно собиралась возразить, затем обратилась к Тарланову. - Санкт-Петербург, - сказала она.

Кремер кивнул. ‘ Хорошо, давайте посмотрим, что в кейсе. ’ Он указал на металлический кейс и изобразил, что открывает его. Русский кивнул. Он сунул руку в карман плаща, и Кремер напрягся, хотя и знал, что Аллан тщательно его обыскал. Рука Тарланова со связкой ключей появилась снова. Он перебрал их и с помощью одного открыл замки.

Кремер подошел к столу так, что оказался прямо за спиной русского. Он заглянул через плечо мужчины, когда тот поднимал крышку. Кремер затаил дыхание, его правая рука потянулась к спрятанному пистолету.

Крышка открылась, и Кремер увидел пачку бумаг. Тарланов поднял их и протянул Кремеру. Он заговорил по-русски, и Су-мин перевел. "Это документация о процессе и подробная информация об имеющихся грузах", - сказала она.

Кремер пролистал листы. Все они были на русском, и по тексту были разбросаны химические символы и уравнения. Он отдал их Су Мингу. "Ты можешь понять в этом смысл?" - спросил он.

Пока она читала документы, Тарланов отошел в сторону и махнул рукой над открытым кейсом. Основная часть футляра была заполнена серой поролоновой резиной, но в центре, в аккуратном углублении, располагалась металлическая канистра в форме артиллерийского снаряда, серая сверху, красная по большей части по длине и с латунным фитингом внизу. Объект был около девяти дюймов в длину, с русскими надписями на красной части, в основном цифрами.

Кремер склонился над футляром и уставился на него, задумчиво почесывая подбородок. Он был уверен, что это не гильза. На самом деле, это не было похоже ни на одно оружие, которое он когда-либо видел. "Спроси его, можно ли к нему прикасаться", - сказал он Су Мину.

- Не думаю, что это хорошая идея, - сказала она.

‘ Просто сделай это, ’ сказал Кремер, стараясь говорить как можно более приятным тоном. Он не хотел, чтобы Тарланов догадался по его тону, что что-то не так.

Су-минг поговорил с Тарлановым по-русски, выслушал его ответ, а затем ответил сам. ‘ Это не опасно. Кремер осторожно поднял трубку. Он весил несколько фунтов. "Но он сказал, будь осторожен и не урони его", - добавил Су Мин.

Кремер повертел предмет в руках. Он был гладким, без заклепок или шурупов, и латунный фитинг, казалось, был ввинчен в красную металлическую деталь. Это напомнило ему гирлянду на рождественской елке, только намного, намного больше. ‘ Откуда она берется? - Спросил Кремер. Он понял, что это не раковина. Это была фляжка. Металлическая фляжка.

Когда Су-мин не перевела, Кремер повернулся и посмотрел на нее. Она смотрела на него, скрестив руки на груди. "Это не то, что мы должны делать", - сказала она.

‘ Продолжай улыбаться, малыш, ’ сказал Кремер. - И делай, что тебе говорят.

Русский выжидающе посмотрел на Су мин. Она выдавила из себя улыбку и заговорила с ним по-русски. Он ответил одним словом. ‘ Екатеринбург, ’ сказал Су-мин. - Это город на Урале, примерно в 600 километрах к востоку от Москвы.

Кремер кивнул. Тарланов заговорил снова, и Су мин внимательно слушал. - Но его изготовили в Красноярске-26, это военный городок в Зеленогорске, - перевела она.

Кремер не смог извлечь никакой информации из надписи на фляжке, поэтому убрал ее обратно в вырез футляра. Он действительно хотел спросить русского, что было во фляжке, но об этом не могло быть и речи: Вандер Майер, очевидно, знал, что русский ему принес. - Сколько это стоит? - спросил он.

Су мин перевела, и русский ответил, небрежно пожав плечами. ‘Это зависит от того, сколько вы хотите", - сказала она. - Базовая цена - четыреста тысяч долларов за килограмм.

Русский закрыл дело. - Спросите его, сколько он может достать, - попросил Кремер.

Су мин заговорил с Тарлановым по-русски. Он кивнул, затем повернулся и направился к двери. Кремер понял, что Су Мин сказала ему, что встреча окончена. Она опередила русского и открыла дверь, выпуская его прежде, чем Кремер успел возразить.

Как только русская вышла из кабинета, Су мин закрыла дверь и встала к ней спиной, ее глаза сверкали. ‘Вы не должны были ни о чем его спрашивать", - сказала она. ‘Мистер Вандер Майер сказал, что вы должны были только принять доставку груза. Ты не сделал, как тебе было сказано.

- Он твой босс, а не мой.

- Ты мог все испортить.

Кремер пренебрежительно пожал плечами. ‘ Это не моя проблема. Он указал на футляр. ‘ Итак, что это, черт возьми? Что такого важного в том, что это сделано в российском военном городке и стоит четыреста тысяч долларов за килограмм?"

- Тебя это не касается.

‘ Ты ошибаешься, Су минг. Ты глубоко ошибаешься. Я присматриваю за тем, что находится в этом чемоданчике, это моя ответственность, и если это какое-то бактериологическое оружие, то я имею право знать.

- Это не бактериологическая война, - сказала она, надувшись, как маленькая девочка, которая не хочет поступать по-своему.

‘ Это ты так говоришь. Что, если я уроню его, что, если машина попадет в аварию? Предположим, что бы там ни было во фляге, оно улетучится? Мы все можем умереть.

Су Мин покачала головой. - Это безопасно.

- Откуда ты знаешь? - спросил я.

Она помахала отпечатанными листами у него перед носом. ‘ Потому что здесь так написано, вот откуда я знаю. Пока он не активирован, он практически инертен.

‘ Активирован? Что, черт возьми, ты имеешь в виду под словом "активирован"? В чем дело, Су минг?

Она постучала бумагами по ладони, глядя на него. ‘ Красная ртуть, - сказала она. - Это всего лишь образец, который мистер Вандер Майер должен протестировать.

‘ Красная ртуть? - Повторил Кремер. - Что это, какая-то взрывчатка?

- Мне не следовало рассказывать тебе даже этого, - сказала она.

Кремер подошел к ней. Она казалась такой маленькой, когда он стоял рядом с ней. Она едва доставала ему до плеча, и ей пришлось запрокинуть голову, чтобы продолжать смотреть ему в глаза. - Для чего это используется? - настаивал он.

Она нахмурилась. - В основном предохранители.

-Для бомб?

Она кивнула. ‘Однако у него есть и гражданское применение. Горнодобывающие компании могут использовать его для извлечения золота из руды".

Кремер продолжал смотреть на нее. Он был уверен, что она рассказала ему не все.

Мари посмотрела на свои наручные часы. - Как ты думаешь, мне следует положить еще денег в счетчик? - спросила она.

Линч вытянул руки перед собой и сжал их. Он вздохнул. ‘ Да, полагаю, что так. ’ Он постукивал пальцами по рулю, глядя через запруженную людьми улицу на квартал, где находился офис Вандера Майера. - Выходи, выходи, где бы ты ни была, - прошептал он.

Мэри вышла, включила счетчик и забралась обратно в "Ровер". - Конечно, Кремера может там и не быть, - сказала она.

‘ Он там, ’ сказал Линч. - Я знаю, что он там.

‘ Как насчет чего-нибудь перекусить? Сэндвич или что-нибудь в этом роде?

Линч покачал головой. Он потер затылок. Казалось, все его тело болело. У него было такое чувство, будто он просидел в машине несколько месяцев. - Может быть, кофе, - сказал он.

-Устал?

"Измотанный".

‘ Сейчас чуть больше пяти, офисы скоро начнут пустеть. Я принесу тебе кофе, пока не началась суета.

Она уже потянулась к дверной ручке, когда Линч резко выпрямился. - Подожди, - сказал он.

Рука Мари отдернулась от ручки, словно ее ударило током. - Что?

‘ Смотри. ’ Линч кивнул на офисное здание. К дому подъехал "Мерседес", и водитель, крупный мужчина в темно-синем костюме и кепке с козырьком, вышел из машины.

- Такая же машина была у них в Уэльсе, - сказала Мэри.

‘ Тот же тип. Другой регистрационный номер. Но водитель точно тот. Он завел двигатель. ‘ Не показывай карту. Час пик - не лучшее время для слежки за кем-то в Лондоне.

Линч отъехал от обочины и показал, что хочет повернуть направо. Он должен был убедиться, что не застрянет на боковой дороге, когда "Мерседес" отъедет. Женщина средних лет в потрепанном "МГБ" включила фары, и Линч вытолкнул "Ровер" в поток машин. Единственное место, которое он смог найти, чтобы припарковаться, было на двойной желтой линии, но он не думал, что ему придется долго ждать, поэтому заехал и стал наблюдать за "Мерседесом" в зеркальце заднего вида. Мари повернулась на своем сиденье, чтобы посмотреть на само здание.

‘ Вот дерьмо, ’ пробормотал Линч себе под нос. К ним направлялся чернокожий инспектор дорожного движения с блокнотом в руке. Он был примерно в пятидесяти футах от меня.

- Водитель ушел в дом, - сказала Мэри.

Линч побарабанил пальцами по рулю. Инспектор дорожного движения целенаправленно направлялся к "Роверу". Мэри открыла дверцу. - Что ты делаешь? - спросил я.

‘ Я поговорю с ним, ’ сказала она. Она вышла из машины и направилась к инспектору дорожного движения, улыбаясь и размахивая справочником улиц. Она что-то сказала мужчине и показала ему карту. "Умная девочка", - подумал Линч, но он сомневался, что эта уловка выиграет у них больше минуты или двух. Дорожный инспектор взял карту у Мари и начал разговаривать с ней, указывая на дорогу.

Линч повернулся, чтобы посмотреть в заднее стекло "Ровера". Дверь в блок открылась, но оттуда вышла молодая женщина. ‘ Давай, давай, ’ пробормотал Линч. Он чувствовал себя незащищенным и уязвимым, сидя на двойной желтой полосе, а регулировщик находился всего в нескольких ярдах от него. Поблизости не было других парковочных мест, и если бы им пришлось отъезжать, им пришлось бы сдавать назад, а в условиях интенсивного движения это могло занять целую вечность. Дверь в офисное здание снова открылась, и вышел водитель. Он постоял у входа, глядя налево и направо, а затем открыл его. Вышел еще один крупный мужчина в темно-сером костюме, и Линч сразу узнал его: это был тот самый мужчина, которого он видел гуляющим с Кремером на территории школы в Уэльсе.

Мари все еще разговаривала с инспектором дорожного движения. Линч не хотел рисковать и сигналить, хотя улица была забита машинами и пешеходами. Он пару раз мигнул фарами, и она помахала ему рукой, прежде чем заметила двух мужчин. Мари взяла карту у инспектора дорожного движения, что-то ему сказала и быстро вернулась к "Роверу". Линч не отрывал взгляда от зеркала заднего вида. Вышел третий мужчина. Глаза Линча сузились. Это был Кремер. В руках у него был алюминиевый портфель.

Мари села в "Ровер" и закрыла дверцу. Инспектор дорожного движения все еще направлялся к ним. Мари опустила стекло и широко улыбнулась ему. ‘ Спасибо за помощь, ’ крикнула она, помахав перед ним картой. Он прошел мимо, но оглянулся через плечо. ‘ Тебе придется уйти, ’ прошептала Мари. - Он наблюдает за нами.

‘ Притворись, что указываешь мне дорогу, ’ сказал Линч. Мари наклонилась и демонстративно держала карту перед ним, пока он поглядывал в зеркало заднего вида. Трое мужчин садились в "Мерседес". Двое крупных мужчин двигались эффективно, и, наблюдая за ними, Линч понял, как ловко они прикрывали Кремера. Молодая девушка восточной внешности вышла из офисного здания и сама открыла заднюю дверцу "Мерседеса". Мари продолжала указывать на карту и кивать головой. Линч кивнул, как бы соглашаясь с ней. В зеркале он увидел удаляющегося инспектора дорожного движения. - О'кей, он уходит, - сказал Линч.

"Мерседес" отъехал от тротуара. Когда он поравнялся с "Ровером", Линч отвернулся. Он пропустил пару машин, а затем вклинил "Ровер" в поток машин. У Мэри на коленях лежала открытая карта, и она продолжала смотреть на нее, пока Линч следовал за "Мерседесом". Движение было медленным, и хотя Линч не беспокоился о том, что "Мерседес" уедет, он хотел держаться поближе на случай, если его задержат на светофоре.

Перед Линчем вырулило такси, и он выругался. - Он поворачивает налево, - сказала Мэри.

Линч махнул рукой и последовал за "Мерседесом" по боковой дороге. "Мерседес" быстро сделал еще два поворота. На мгновение Линчу показалось, что водитель заметил их, но затем "Мерседес" проехал прямо почти полмили. Линч позволил двум машинам совершить обгон, но держался достаточно близко.

‘ Фулхэм, ’ сказала Мэри. ‘ Они направляются в Фулхэм. Возможно, пересекают реку.

"Если они поедут обратно в Уэльс, я буду очень зол", - процедил Линч сквозь стиснутые зубы.

‘ Нет, они едут на северо-восток. Если бы они направлялись в Уэльс, то направились бы на запад, к трассе М4.

Они проехали мимо антикварных магазинов, полных позолоченной мебели и экстравагантных светильников, затем мимо футбольного стадиона. ‘ Челси, ’ сказала Мэри. - Это место, где играет "Челси".

Поток машин поредел, и Линч притормозил, давая "Мерседесу" достаточно места. Шансов оторваться было мало; водитель неукоснительно соблюдал скоростной режим.

- По-моему, за нами хвост, - сказал Мартин, взглянув в зеркало заднего вида.

Су Мин начала разворачиваться, но Кремер протянул руку и взял ее за руку. ‘ Не оборачивайся, - сказал он. ‘ Ты уверена? - спросил он Мартина.

‘ Я заметил это минут пять назад, но это лучший путь в гавань Челси, так что это может быть совпадением. Два человека, один, по-моему, женщина.

- Наш человек обычно работает один, - сказал Аллан.

‘ Да, но не всегда, ’ сказал Кремер. ‘ Помните убийство Киприано? В лодке, которая его подобрала, был кто-то еще. И были другие случаи, когда он сажал кого-то за руль машины для побега.

Аллан повернул голову и незаметно передвинул боковое зеркало так, чтобы видеть прямо за "мерседесом". - Серый "Ровер" с металлическим отливом?

‘ Это тот самый, - сказал Мартин. - Это не один из наших, не так ли?

‘ Нет, черт возьми, лучше бы это было не так. А если бы это было так, я бы поджарил их яйца. Вы можете разобрать регистрационный номер?

‘ Слишком далеко, ’ ответил Мартин. - Я потеряю их?

Аллан презрительно посмотрел на него. ‘ Если мы их упустим, они поймут, что мы их выследили. Это ведь не то, чего мы здесь добиваемся, верно?"

- Я пошутил, Аллан, - сказал Мартин.

- Притормози, посмотрим, сможем ли мы запомнить номер.

‘ Полагаю, мне следует сделать это без торможения, верно? Мартин сверкнул улыбкой в сторону Аллана и снял ногу с акселератора.

Аллан наблюдал за "Ровером" в зеркало. - Он тоже замедляет ход.

Водитель черного такси позади них нетерпеливо посигналил. Мартин снова прибавил скорость.

‘ Поезжай домой, ’ сказал Аллан. - Они ничего не смогут сделать, пока мы в машине. Давайте посмотрим, что произойдет, когда мы доберемся до гавани Челси.

Кремер улыбнулся Су мин. ‘ Все будет хорошо, ’ сказал он. Она неуверенно кивнула. Кремер осознал, что все еще держит ее за руку. Он разжал хватку и скрестил руки. - Возможно, это не он, - сказал он.

- Они все еще там, - сказал Мартин.

Кремер сжал его руки. Он чувствовал, как пистолет в кобуре упирается ему в ребра, но его присутствие не успокаивало.

Мартин свернул на дорогу, ведущую к гавани Челси, его взгляд метался между зеркалом заднего вида и дорогой впереди. ‘ Он указывает, - сказал он. ‘ Ага, вот и он. Все еще слишком далеко, чтобы получить регистрацию.

Они проехали мимо отеля "Конрад" к высотному многоквартирному дому с балконами в голубых рамах и пирамидальной крышей. Мартин повернул налево, чтобы проехать по дороге к автостоянке. ‘ Ложная тревога, ’ сказал Аллан. - Они останавливаются перед отелем.

Кремер попытался расслабиться. Он распрямил руки, откинул голову на спинку сиденья и вздохнул. Его сердце бешено колотилось, а ладони вспотели.

- Все в порядке? - спросил Аллан, когда они спустились на подземную парковку и остановились перед входом в многоквартирный дом.

Кремер кивнул, но ничего не ответил. Мартин и Аллан вышли из "Мерседеса" и подошли к двери Кремера. Территория перед входом была пуста, но двое мужчин по-прежнему образовывали защитный барьер, провожая Кремера внутрь. Швейцар кивнул им.

Они поднялись на лифте на первый этаж и прошли по фойе с мраморным полом. Дежурный швейцар оказался не тем человеком, который был там, когда они уходили утром. Он был моложе, с худым лицом и бледно-голубыми глазами. Кремер переложил металлический кейс в левую руку. Швейцар приветственно помахал Аллану рукой, затем сунул руку под стойку. Кремер напрягся и согнул пальцы правой руки. - Полегче, - сказал Аллан уголком рта. - он один из наших.

Швейцар достал из-под стойки конверт и протянул его Су Мингу, пока Аллан и Мартин шли по обе стороны от Кремера к лифту.

Мэри открыла дверцу "Ровера" и забралась внутрь, ее лицо раскраснелось от волнения. ‘Они зашли в жилой дом, высокий", - сказала она. "Двое здоровенных парней держались очень близко к нему, когда входили".

- Они действительно телохранители, - сказал Линч.

‘ Зачем Кремеру телохранитель? ’ спросила Мэри. - Как ты думаешь, они знают, что мы за ним охотимся?

‘ Не понимаю, как, ’ сказал Линч. - Кроме того, в этом нет смысла. Если бы они пытались защитить его, они бы заставили его исчезнуть. Британцы могли бы выдать ему новую личность, новый паспорт и билет в любую точку мира. Они не стали бы выставлять его на всеобщее обозрение вот так. Возможно, Вандер Майер в квартире. Что они сделали с машиной?

- Через несколько минут вышел шофер и припарковал машину.

‘ Похоже, они останутся здесь на некоторое время, не так ли? И что это за девушка ошивается с ними?

Мари пожала плечами. ‘ Не знаю. Но телохранители определенно не для нее. Она следовала за ними.

Линч прищелкнул языком. Это была нервная привычка, и он не осознавал, что делает, пока Мари не начала копировать его. ‘ Извини, ’ сказал он. ‘ Я всегда так делаю, когда думаю, с самого детства. Раньше это чертовски раздражало моих учителей во время экзаменов.

‘ Держу пари. О чем ты думаешь?

- Я обдумываю, что делать.

- Какие у нас есть варианты?

Линч склонил голову набок, глядя на нее. ‘ Мы можем продолжать следить за ним, мы можем попытаться выяснить, что задумал Кремер. Или мы можем отступить, посмотреть, постоянны ли телохранители. Или мы можем нанести удар сейчас.

Мэри положила руку на плечо Линча. - Знаешь, каким был бы мой выбор?

Линч пристально посмотрел ей в глаза. ‘ Да, - сказал он. ‘ Да, я знаю, чего ты хочешь. Он вздохнул и потер лицо руками. ‘ Я измотан, ’ сказал он. - Что бы мы ни делали, нам нужно немного отдохнуть.

Мари кивнула в сторону отеля. - Что ж, мы находимся в нужном месте для этого, - сказала она.

Как только они вошли в квартиру, Су минг исчез в коридоре по направлению к спальням с металлическим портфелем. Кремер услышал, как хлопнула дверь, и решил, что она, вероятно, убирает футляр в сейф Вандера Майера.

Мартин пошел на кухню, Кремер и Аллан последовали за ним. ‘ Я умираю с голоду, ’ сказал Мартин. Он открыл дверцу холодильника и заглянул внутрь. ‘Господи Иисусе, здесь достаточно еды, чтобы прокормить целый полк", - сказал он. Он снял пиджак и повесил его на спинку стула, расстегнул подмышечную кобуру, затем снял рубашку, обнажив темно-синий пуленепробиваемый жилет, который был на нем надет. Он оторвал липучки, стянул жилет и бросил его на стол. Стол содрогнулся.

- Тогда тебе должно хватить до завтра, - сказал Аллан, включая электрический чайник.

Мартин снова надел рубашку, затем достал из холодильника коробку яиц, упаковку датского бекона в пластиковой упаковке, упаковку сосисок "Уоллс" и полфунта сливочного масла. - Ты что, хлеба не видишь? - спросил он.

Кремер указал на большой контейнер из нержавеющей стали с выгравированной на боку надписью "ХЛЕБ’. "Застрелен в темноте, но, возможно, так оно и есть", - сказал он.

Мартин выложил продукты на рабочую поверхность у плиты и открыл корзину. ‘ Отлично, - сказал он, доставая буханку Хови. ‘Я люблю поджаренный хлеб’. На крюке на стене висела большая сковорода, и Мартин снял ее. - Одно яйцо или шесть? - спросил он Аллана.

‘ Два. Обжаренные. Снизу черные, сверху жидкие, как ты всегда их готовишь.

-Майк?

Кремер покачал головой.

‘ Тебя не беспокоит уровень холестерина в крови? ’ спросил Мартин. - Эта Су Мин помогла тебе поправить здоровье, не так ли?

- Да, она проявляет к тебе настоящий интерес, - добавил Аллан.

‘ Не будем об этом, ’ сказал Кремер. - Она просто выполняет свою работу.

Мартин зубами разорвал упаковку бекона и выложил ломтики на сковороду. Они начали шипеть, и Мартин потыкал в них пластиковой лопаточкой.

‘Кто-нибудь из вас, ребята, слышал о "красной ртути’? Кремер прислонился к кухонной двери.

‘ Это мошенничество, ’ сказал Аллан. Он открыл один из кухонных шкафов, заглянул внутрь и снова закрыл его.

- Что значит "мошенник"?

‘ Розыгрыш. Такого не бывает. Аллан открыл другой шкаф и достал банку кофе. Он снял крышку. Бумажная печать внутри была нетронута. "Слухи ходили годами, но, насколько известно Министерству обороны, их не существует".

Кремер провел рукой по волосам. - Что это должно быть?

‘ Что-то связанное с ядерным оружием. Предполагается, что это сделает его более эффективным или что-то в этом роде. Предполагается, что это своего рода секретное оружие русских, ходили слухи, что они изобрели его незадолго до окончания холодной войны".

- Так почему вы говорите, что это розыгрыш?

‘ Потому что никто никогда не мог доставить этот товар. Он разлил кофе ложкой по трем кружкам. ‘Время от времени какой-нибудь посредник утверждает, что у него есть запас этого товара, но всегда оказывается, что это что-то другое. Русская мафия сколотила состояние, обманывая арабских покупателей".

‘ Да, оборванцы купят все, что угодно, ’ согласился Мартин, бросая сосиски на сковородку. - Разве что песок.

- Так если это розыгрыш, почему они продолжают в это верить?

- Потому что, - сказал Аллан, - всегда есть шанс, что это действительно существует и что власть имущие лгут.

- Зачем им лгать? - спросил Кремер.

- Привычка, - сказал Мартин, но Аллан и Кремер проигнорировали его.

Аллан налил в кружки горячей воды и размешал кофе. "Насколько я слышал, если это вещество действует так, как утверждают русские, они могут использовать его для производства ядерной бомбы размером с грейпфрут".

- Значит, они попытаются подавить это?

‘ Если это существует, ’ сказал Аллан. - И это чертовски большое "если". Российское правительство утверждает, что ничего подобного не существует.

‘ Да, но они бы так и сделали, не так ли? ’ сказал Мартин. Вилкой он разложил сосиски и бекон по двум тарелкам, а затем начал разбивать яйца одной рукой в горячий жир.

"Да, но если бы такая вещь существовала и она была у русских, они бы продали ее янки, или янки заплатили бы, чтобы убрать ее с рынка", - сказал Аллан.

‘ Да. Наверное.

Голос Кремера звучал неуверенно, и Аллан поднял глаза от кофейных кружек. ‘ Эй, подожди минутку. Ты хочешь сказать, что именно это находится в кейсе? Вандер Майер покупает "ред меркьюри"?

- Именно это он и сказал.

- Что ж, он напрасно тратит время, - сказал Аллан, протягивая одну из кружек Кремеру.

- К этому прилагается документация, - сказал Кремер.

‘ По-русски, я полагаю, - сказал Аллан. Кремер кивнул. - Значит, это может быть что угодно?

‘ Да, ты прав. Кремер поставил кружку с кофе на рабочую поверхность. - Но Вандер Майер не производит на меня впечатления человека, который стал бы пускаться в погоню за дикими гусями.

Мартин вынул лопаточкой яичницу-глазунью из сковороды и положил на нее два ломтика черного хлеба. "Но это не наша проблема, не так ли?" - сказал он.

‘ Наверное, ’ сказал Кремер. - Откуда ты так много знаешь об этом, Аллан?

‘ Только то, что я прочитал в газетах. И я думаю, что Newsweek некоторое время назад опубликовал статью об этом. Эй, Мартин, я хочу, чтобы мой был жареным, а не кремированным.’ Аллан встал за спиной Мартина и посмотрел через его плечо на сковородку и ее шипящее содержимое.

- Кусочек угля еще никому не повредил, - сказал Мартин, переворачивая поджаренный хлеб.

- Дело в том, что Вандер Майер предложил мне деньги, чтобы я был уверен, что никто не будет задавать вопросов по этому делу.

- Сколько денег? - спросил Мартин.

-Очень много.

‘ Так возьми это, ’ сказал Аллан. Он запустил руку в сковороду, вытащил пальцами один из кусочков поджаренного хлеба и бросил себе на тарелку. Он хмуро посмотрел на Мартина.

- Он бы не стал этого делать, если бы не был абсолютно уверен, что это подлинник, верно?

‘ Черт возьми, я не знаю, Майк. Может, у него денег больше’ чем здравого смысла. Аллан отнес свою тарелку обратно в гостиную. Кремер последовал за ним. Аллан сел в одно из кресел из стали и кожи и стал есть, сидя у себя на коленях. "На вашем месте я бы взял его деньги, передал дело и не беспокоился об этом", - сказал он.

Линч подошел к окну и посмотрел на многоквартирный дом. ‘ Отлично, ’ сказал он. Внизу он мог видеть вход в башню, хотя угол был слишком крутым, чтобы заглянуть в вестибюль.

‘ Да, хорошая комната, ’ сказала Мэри, бросая сумку от "Хэрродс" на большую кровать. - Должно быть, тоже, учитывая, чего это стоит.

- Я имел в виду вид, - сказал Линч.

Мари подошла и встала рядом с ним. Она положила голову ему на плечо, глядя на многоэтажку напротив. ‘ Он там, ’ прошептала она. ‘ Там ублюдок, убивший моих родителей. Она вздрогнула, словно от сквозняка.

Линчу стало интересно, на каком этаже находится Кремер. Он не мог заглянуть ни в одну из квартир, либо окна были слегка затемнены, либо вечернее солнце отражалось от стекол. В любом случае, окна многоэтажки безучастно смотрели на Линча, как глаза мертвеца. Он отвернулся от окна. - Мне нужно в душ, - сказал он.

Ванная комната была роскошной, с золотой фурнитурой и безупречным мрамором. Линч разделся и включил душ. Он изучал себя в зеркале за двумя раковинами. Он выглядел усталым, белки его глаз были в красных пятнах, а волосы - сальными и нечесаными. Они беспокоились, что его растрепанный вид может вызвать замечания на стойке регистрации, поэтому Мари заговорила сама и расплатилась за номер своей кредитной картой. Все, что ему было нужно, - это привести себя в порядок, а затем несколько часов поспать. Потом он подумает, что делать дальше.

Он встал под душ и позволил горячей воде окутать его лицо и шею. Он намылил кусок мыла, не открывая глаз, пока вода каскадом лилась на его ноющие мышцы.

Он не слышал, как Мари вошла в душ, и подпрыгнул, почувствовав, как ее руки скользнули вокруг его талии. ‘ Полегче, мальчик, ’ прошептала она, прижимаясь к его спине. Ее руки скользнули между его ног, и она обхватила его. Он ахнул, и мыло выпало из его пальцев. Линч начал поворачиваться, но Мари крепче прижала его к себе и велела оставаться на месте. Он поднял руки и положил ладони на кафельную плитку, в то время как Мари продолжала ласкать его.

Она поцеловала его между лопаток, ее мягкие груди плотно прижались к его спине, ее руки сделали его твердым и возбужденным. ‘ Скажи мне, что ты собираешься делать, Дермотт. Ее руки сжались сильнее, и он застонал. Она ослабила хватку, а затем стала тереть его, мучительно медленно, дразня, пока он почти не сошел с ума от желания. ‘ Скажи мне, Дермотт. Скажи мне, что ты собираешься делать.

Линч снова попытался повернуться, но она прижала его к стене душевой кабины, продолжая удерживать. ‘ Я собираюсь убить его, ’ выдохнул он. - Я собираюсь пристрелить его, как бешеную собаку.

Мари отпустила его, и он обернулся. Он схватил ее и поднял на руки. Она оттолкнулась от него, ее взгляд стал жестким. ‘ Ты обещаешь? ’ настаивала она. - Ты клянешься, что сделаешь это?

‘ Да, ’ выдохнул он. Мари подняла ноги, когда он прижал ее к стене, и он вошел в нее так сильно, что она чуть не закричала.

Кремер прошел по коридору в свою спальню. Из-под двери в кабинет Вандера Майера пробивалась полоска света. Он остановился и прислушался, но ничего не услышал, поэтому осторожно постучал. Су Мин спросила, кто это.

- Это я.

- Чего ты хочешь? - спросил я.

Кремер на несколько секунд задумался. Он не был уверен, чего именно хочет и почему постучал в дверь.

‘ Войдите, ’ наконец сказала она. Кремер толкнул дверь. Она сидела на черном кожаном диване в дальнем конце комнаты, поджав под себя ноги. Рядом с ней лежала небольшая стопка бумаги, а в руках она держала листок. Кремер, к своему удивлению, увидел, что на ней очки, пара овальных линз в тонкой проволочной оправе. Она сняла их, глядя на него. ‘ Что случилось, Майк Кремер? Тебе не спится?"

Кремер подошел к окну. Кабинет был таким же большим, как и хозяйская спальня, с видом на север, в сторону отеля с его изогнутыми балконами и белокаменными стенами и кирпичных офисных комплексов Челси-Харбор. Между небоскребом и отелем была небольшая пристань с каналом, ведущим к Темзе. Лодки, пришвартованные в пристани, были большими, дорогих моделей, судами, на которых можно было смотреть, а не плавать. Слева и справа от пристани стояли жилые дома поменьше, их стены были такими же белыми и блестящими, как лодки на воде. ‘Я сожалею о том, что произошло раньше", - сказал Кремер. Он прошелся по комнате. Дальний конец был выложен зеркальной плиткой, создавая иллюзию, что кабинет был вдвое больше своего истинного размера. Он наблюдал за ней в зеркальной стене. Она была похожа на подростка, готовящегося к важному экзамену.

-Раньше?

‘ То дело с русским. Я был не в порядке.

Она не ответила, и он повернулся к ней лицом. Она наблюдала за ним с довольной улыбкой на лице. "Ты был как ребенок, которому сказали, что он еще не может открыть свой рождественский подарок", - сказала она.

Кремер смущенно улыбнулся. ‘ Да. Я вел себя как ребенок, не так ли?

‘ Вы не из тех, кто любит секреты. Но вы правы, вы действительно вели себя плохо. Вы могли поставить под угрозу наше положение. Мистер Вандер Майер потратил много времени и денег, пытаясь связаться с мистером Тарлановым.

Кремер указал на бумаги, которые она читала. - Это те бумаги, которые он оставил?

Су Мин кивнул. ‘ Они очень технические. У меня проблемы с некоторыми терминами.

- Я поражен, что ты вообще можешь говорить по-русски.

Она скорчила гримасу. ‘Языки не такие уж сложные. Грамматика и словарный запас, вот и все. Как только вы изучите два или три, вы начнете видеть закономерности, тогда это просто вопрос запоминания".

Кремер подошел к большому письменному столу, занимавшему большую часть кабинета и стоявшему спиной к зеркальной стене. Кроме компьютера, видеомагнитофона и двух телефонов, в комнате ничего не было. На стене за столом висела большая карта мира. Кремер уставился на нее. Англия выглядела такой маленькой, такой незначительной по сравнению с общей массой суши в мире. Было что-то эгоцентричное в том, как она была расположена в самом центре, как будто все остальное вращалось вокруг нее. Возможно, так и было в те дни, когда большая часть карты была окрашена в розовый цвет и у британцев была империя, но сейчас это был всего лишь маленький остров на краю Европы.

- Ты пытаешься найти себя, Майк Кремер?

Кремер улыбнулся. Ничто не могло быть дальше от истины. Он точно знал, где находится и куда направляется. Он отвернулся от карты. ‘ Ты часто бываешь в Нью-Йорке? - спросил он.

‘ Довольно часто. В прошлом году мы большую часть времени проводили на Дальнем Востоке. Именно там находятся самые быстрорастущие рынки".

‘ А как насчет "красного меркурия"? Как ты думаешь, твой босс планирует продавать его там?

Су Мин положила бумагу, которую держала в руках, в стопку. ‘ Это возможно, - сказала она. - Почему?

- Вы сказали, это для изготовления бомб?

Она сложила руки вместе, как ребенок, собирающийся произнести молитву. ‘ Да, это одно из его назначений. Его можно использовать и для многих других целей.

- Чего ты мне не сказал, так это того, что он используется в ядерных бомбах.

Если Су Мин и была удивлена новоприобретенными знаниями Кремера, то виду не подала. ‘ Красная ртуть - это не бомба. Это химическое вещество. И это химическое вещество имеет множество применений.

- Используется ли он в ядерном оружии, да или нет?

Честный ответ заключается в том, что мы не знаем. Никто не знает. Никто еще не привел в действие ядерное оружие, содержащее красную ртуть.

-Пока?

‘ Я имею в виду, никогда. Этого никогда не было и, возможно, никогда не будет.

‘ А что с этими документами? Что в них говорится?

Она взмахнула рукой над бумагами. ‘ Согласно разделу, который я только что прочитала, его можно использовать для запуска гражданских ядерных реакторов, и ничего более зловещего в этом нет. И там есть раздел, описывающий покрытие на основе вещества, которое, по-видимому, делает все, что вы им рисуете, практически невидимым для радара ".

Кремер подошел к ней. Кофейный столик был вырезан из цельного куска черного и серого мрамора, более чем способного выдержать его вес, поэтому он сел на него лицом к ней. Он переплел пальцы и наклонился к ней. "Значит, мистер Вандер Майер просто хочет запустить ядерные реакторы и помочь сохранить дружественное небо безопасным, не так ли?"

‘ Мистер Вандер Майер - бизнесмен. Он занимается бизнесом, каким только может.

- Расскажи мне о других способах использования этого вещества.

Су мин скривилась, как будто у нее был неприятный привкус во рту. ‘ Я рассказывала тебе о запалах. Их можно использовать для подрыва бомб. Все виды бомб, не только ядерных. Я не совсем понимаю, как, но это также делает ядерные бомбы более эффективными. Она похлопала по стопке бумаг рядом с собой. "Химия находится далеко за пределами моего понимания, но это своего рода катализатор".

- И ваш босс продаст его тому, кто больше заплатит?

-Конечно.

- Даже если это касается террористов?

‘ Террористы? Нет. Мистер Вандер Майер не стал бы иметь дела с террористами.

- Ты уверен? - спросил я

Она нахмурилась, словно обдумывая его вопрос, затем кивнула. ‘ Да. Я уверена.

Кремер изумленно покачал головой. Он с трудом мог представить, какой жизнью должен жить Вандер Майер, путешествуя по миру и продавая орудия смерти любому, у кого есть деньги, чтобы заплатить за них. ‘Образец, который дал нам Тарланов. Как это делается? - спросил он.

- Почему ты хочешь это знать?

Кремер пожал плечами. - Наверное, просто любопытно.

Су мин некоторое время изучающе смотрела на него, затем взяла бумаги и пролистала их. Она снова надела очки и посмотрела на Кремера поверх них. ‘Это начинается с окиси ртути-сурьмы’. Несколько секунд она изучала лист бумаги, беззвучно шевеля губами. ‘Хорошо, это тройной оксид со структурой кубического пирохлора’. Она улыбнулась ему. "Я понятия не имею, что это значит".

Кремер улыбнулся в ответ. - Я тоже.

- Они берут оксид, растворяют его в ртути и облучают в течение трех недель.

- Значит, вещество в футляре радиоактивное?

‘ Слегка. Не волнуйся, он экранирован.

‘ Да? Как и Чернобыль.

‘ Я серьезно, Майк Кремер. Если красную ртуть собираются использовать в ядерном оружии, необходимо добавить плутоний и снова подвергнуть ее облучению. Тогда он радиоактивен, но его можно хранить только тридцать дней. Имеющийся у нас образец инертен.

‘ Так что же твой босс надеется купить? Инертный материал или радиоактивный?

‘ Я не знаю, ’ ответила она. Кремер прищурился. ‘ Правда, ’ настаивала она. - Я не знаю.

Кремер кивнул на стопку бумаг. - Что еще здесь написано?

‘ По большей части это очень технический материал. ’ Она просмотрела лист бумаги. ‘Это объясняет, как работает красная ртуть — это как-то связано с тем, как она изменяет массовое содержание изотопов, что делает ядерный материал более эффективным. Ты понимаешь, о чем я говорю?

Кремер покачал головой. - Вы не поняли меня в части с кубической структурой.

Су мин улыбнулся. ‘ Я тоже не понимаю. Я могу перевести это, но это не значит, что я понимаю. У мистера Вандера Майера есть эксперты, которые смогут объяснить ему, что это значит. Она снова сняла очки. ‘Это не то, о чем вам следует беспокоиться. Тебе следует больше беспокоиться о человеке, который пытается тебя убить.

Кремер пожал плечами. - Я ничего не могу сделать, кроме как ждать.

Су мин несколько секунд смотрела на него, затем внезапно наклонилась вперед и нежно поцеловала его в щеку, совсем рядом с губами. Это было мимолетное прикосновение, чуть больше, чем поцелуй, но оно наэлектризовало Кремера. Он сидел с открытым ртом, когда она отодвинулась и снова надела очки. - За что это было? - спросил он.

Су мин не смотрела на него. Она снова начала читать. - Просто любопытно, - сказала она.

Кремер наблюдал за ней, ошеломленный внезапным поцелуем, и чем дольше он сидел так, все еще переплетая пальцы, тем больше ей казалось, что ему это померещилось. Су Мин заправила прядь волос за ухо, изучая машинописный лист, и нахмурила брови, пытаясь осмыслить техническую информацию. Кремер хотел надавить на нее, заставить рассказать, почему она его поцеловала, но почему-то вопрос показался неуместным. Он встал и потер то место, где ее губы касались его кожи. - Пожалуй, я пойду спать, - сказал он.

- Спокойной ночи, - сказала она, не поднимая глаз.

Кремер оставил ее сидеть на диване. Он закрыл за собой дверь и медленно направился в свою комнату. К тому времени, когда он лежал на своей кровати и смотрел в потолок, он даже не мог вспомнить, на что был похож поцелуй.

Полковник сосредоточенно изучал свой шахматный компьютер, наморщив лоб. Он установил автомат на самый высокий уровень, что означало, что между ходами проходило почти пятнадцать минут, и после двух часов игры полковник оказался в почти безвыходной ситуации. Компьютеры отняли у шахмат почти все удовольствие, подумал полковник. Теперь, когда они могли регулярно обыгрывать гроссмейстеров-людей, в чем был смысл? Он откинулся на спинку стула и скорчил гримасу. Это был бы мат в четыре хода, может быть, в пять, если только он чего-то не упустил. Зазвонил один из трех телефонов на его столе, нарушив его концентрацию. Подняв трубку, он уставился на черно-белые пластиковые детали. Звонок был из-за границы.

‘ Полковник? Акцент был американским.

-Да.

- Это Дэн.

Дэн Гринберг, связной полковника в штаб-квартире ФБР в Вашингтоне. - В чем проблема, Дэн? - спросил я. В голосе Гринберга безошибочно угадывалось напряжение.

-Дискенца мертв.

- Полагаю, было бы слишком надеяться, что это произошло по естественным причинам.

‘ Это был удар. Яд.

Полковник откинулся на спинку стула. - Это последнее, что я хотел бы сейчас слышать, Дэн.

‘ Расскажи мне об этом. Пока мы разговариваем, кругом крутятся головы.

Полковник закрыл глаза и потер переносицу. Если бы Гринберг был одним из его людей, полковник набросился бы на него. Не было никакого оправдания для потери человека, находящегося под охраной. Нет. И ответственность за Discenza лежала на Гринберге: если чья-то голова и должна была полететь, то это должен был быть он. - Мы знаем, кто это был?

‘Белый мужчина, чуть за тридцать, рост около шести футов, карие глаза. Устроился официантом. У него было правильное удостоверение личности, Discenza только что заказала доставку еды и напитков в номер...

‘ И настоящий официант оказался мертвым? Полковник снова открыл глаза. Он посмотрел в окно на отель "Конрад" справа от себя. Полковник сидел в заброшенной квартире, которую реквизировали из-за ее близости к многоэтажке, в которой располагалась квартира Вандера Майера. В соседней комнате сидели двое солдат SAS в кожаных куртках и джинсах, пили кофе и смотрели телевизор с выключенным звуком. Еще один солдат сидел на корме большой моторной яхты, пришвартованной в гавани внизу. Полицейский был одет для этой роли в белый свитер с высоким воротом и синие джинсы и пил из банки.

‘ В кладовой. Задушен.

-Сколько ваших людей видели убийцу?

-Двое.

- И это единственное описание, которое у вас есть?

‘На нем были накладные усы и парик’, - защищался Гринберг. ‘Мы даже не уверены насчет цвета глаз. Один из наших парней подумал, что это мексиканец, но, вероятно, дело было в усах. Вы думаете, это был наш человек?"

-Насколько близко он подобрался к Дисченце?

‘ Он стоял совсем рядом с ним. Почему?

‘ Потому что, если бы он был так близко и это был наш убийца, он бы воспользовался пистолетом. Выстрел в лицо, в сердце. Все как обычно. Кто-нибудь еще пострадал?

Не-а. Он вкатил тележку, открыл пару банок пива и ушел. Две минуты спустя Дискенца был мертв. К завтрашнему дню мы определим, что это за яд.

‘ Это не похоже на человека, которого мы ищем, ’ сказал полковник. - Насколько нам известно, он никогда не пользовался ядом.

- Вы знаете, что это значит, если это было так, - сказал Гринберг.

‘ Да, Дэн. Я знаю, что это значит. Если убийца обнаружил, что Дискенца предал его, то операция провалена. - У Дискенцы есть еще какие-нибудь враги?

‘ Как у собаки блохи. Он перешел дорогу многим крутым парням в Майами.

- Из тех людей, которые готовы убить человека, находящегося под стражей в целях защиты?

- Это возможно.

- Возможно или вероятный вариант?

Последовало долгое молчание, затем Гринберг выдохнул. ‘Я не уверен, что именно вы хотите от меня услышать", - сказал он. ‘Мы облажались. Я не знаю, кто прикончил Дискензу. Это мог быть убийца, это мог быть кто-то, нанятый людьми в Майами, черт возьми, это мог быть даже кто-то из других городов. И при том, как идут дела, я не думаю, что мы станем мудрее, учитывая то описание, которое у нас есть. Решать вам. Если вы захотите отменить операцию, мы поймем.

Полковник прижал трубку к уху. ‘ Нет, мы продолжаем, - сказал он. ‘ При нынешнем положении дел мы списываем смерть Дисченцы на неудачное время. Если наш убийца не попытается выполнить контракт с Вандером Майером в течение двух недель, мы будем знать, что он напал на наш след.

- Согласен, - сказал Гринберг.

- Вы можете контролировать ситуацию там, по крайней мере, в течение двух недель?

‘Без проблем", - сказал Гринберг. "Мы проводим вскрытие собственными силами, и больше никто не знает, что Дисченца мертв".

‘ Хорошо, ’ сказал полковник. - Я не хочу, чтобы меня обвинили в попытке научить мою бабушку сосать яйца, но вам, возможно, захочется разобраться, как убийца узнал о местонахождении Дисченцы.

‘ Об этом позаботились, ’ сказал Гринберг. ‘ Если я что-нибудь узнаю, вы узнаете первым. Ах да, кстати, я попросил наших ребят перепроверить предыдущие убийства, чтобы увидеть, использовался ли тот же метод до нынешней серии убийств. Ребята из Куантико уже сделали это, но я провел внутреннюю проверку, просто чтобы быть уверенным на сто процентов.

-Ичто?

‘ И, как я уже сказал, совпадений нет. По крайней мере, в последнее время. Лет десять назад был один парень, он убивал своих жертв выстрелом в голову и еще одну - в сердце, но сейчас он в тюрьме строгого режима. И он псих, он пытал своих жертв проволочной вешалкой для одежды. Он ни в коем случае не наш человек. Специалисты по составлению профилей хорошо задокументировали его поведение.

- Вы не могли бы прислать мне файл?

‘ Конечно, я отправлю вам по факсу его данные, но вы зря потратите время. Вы могли бы спросить Джекмана, я думаю, он был в Бюро в то время, когда они брали у него интервью. Как дела у Джекмана?"

‘ Он сказал, что отправляется в Южную Африку расследовать тамошнее убийство. Перед отъездом он провел с нами брифинг.

- Он вам сильно помог?

‘ Честно говоря, не совсем. То, что он дал нам, было интересно с академической точки зрения, но нам нужно описание, а не психологический портрет.

‘ Да, я понимаю, что ты имеешь в виду. Но готов поспорить на месячную зарплату, что когда мы поймаем этого парня, то обнаружим, что он в точности соответствует профилю Джекмана. Он один из лучших. Он действительно нравится ребятам в Куантико. Нам повезло, что он занимается этим делом.

- Что ж, я уверен, что его счет будет отражать его способности, - сухо сказал полковник.

‘Дело не в деньгах", - сказал Гринберг. ‘Джекман обратился к нам с предложением помочь, мы не стали его преследовать. Он работает над книгой о серийных убийцах, и я думаю, он рассчитывает, что известность внесет его в список бестселлеров. Кроме того, у него есть профессиональная гордость. Он хочет быть лучшим или, по крайней мере, быть признанным лучшим. Вы знаете этот тип людей. Как будто ему есть что доказывать.

‘Да, я знаю этот тип’. В SAS было полно таких людей, мужчин, которые стремились доказать, что они лучшие. Майк Кремер был таким человеком, готовым выйти за пределы обычной человеческой выносливости только для того, чтобы продемонстрировать, что он на это способен. Не только смертельное состояние Кремера побудило его согласиться на миссию, предложенную полковником. Готовность Кремера выступить против убийцы была также результатом его желания продемонстрировать, что он так же хорош, как и всегда, стремления вернуть себе дни своей славы. Да, у Кремера и Джекмана было много общего, хотя поиски Кремера, скорее всего, привели к его собственной смерти, в то время как Джекман всего лишь рисковал своей профессиональной репутацией.

Полковник уставился на свой шахматный компьютер, кладя трубку. Проклятая машина загнала его в угол, и полковник больше всего на свете ненавидел, когда за него решали варианты. Он злобно уставился на фигуры и погладил кончик своего часто ломаемого носа. Ему больше не нравилась игра. Это перестало быть забавой, это больше не было даже интеллектуальным вызовом. Теперь это была война.

Мальчик уставился в телевизор невидящими глазами. Шел какой-то детективный сериал, действие которого происходило в Сан-Франциско, но на самом деле он его не смотрел. Он продолжал смотреть в потолок, ожидая в любую минуту услышать стук трости по полу спальни. Он встал и принялся расхаживать по комнате, в голове у него царило смятение. По телевизору показывали, как двое полицейских арестовали чернокожего парня, прижали его к машине и надели на него наручники.

Он вышел в холл и прислушался, но услышал только собственное дыхание. Он вернулся в гостиную и посмотрел на медные часы на каминной полке. Была половина пятого. Его отца не будет дома еще два часа. Мальчик сглотнул. Он снова посмотрел на потолок, затем снова на часы. Он стоял неподвижно целых пять минут, затем на цыпочках поднялся наверх и робко постучал в дверь спальни матери. Ответа не последовало. Он прижался ухом к двери и прислушался, нахмурив лоб. Он слышал, как стонет его мать. Медленно, словно боясь, что она укусит, он потянулся к дверной ручке и повернул ее.

Его мать лежала поперек кровати по диагонали, одна рука лежала поверх подушек, другая - на животе. Ее рот был широко открыт и покрыт пеной, белая жидкость стекала между ее губ и капала на простыни. Пока мальчик в ужасе наблюдал, она закашлялась и повернула голову в сторону. Ее грудь вздымалась, и она выгнула спину, как будто ее ударило током. Ее руки сжимались и разжимались, казалось, жили своей собственной жизнью. Рядом с ней лежал пузырек с лекарством. Он был пуст.

Мальчик подошел к краю кровати и встал, глядя сверху вниз на свою мать. Она начала что-то бормотать, и он наклонился, чтобы послушать, но звуки, которые вырывались у нее изо рта, не имели никакого смысла. Она сбросила одну из своих подушек на пол, и мальчик поднял ее. Она была испачкана рвотой, слюной и в пятнах крови. Мальчик прижал подушку к груди и закрыл глаза, обещая Богу, что сделает все, что угодно, лишь бы пощадить свою мать. Он открыл глаза. У нее из носа текла белая жидкость. Мальчик понял, что это молоко. Молоко, которое он ей дал. Он забрался на кровать и склонился над ней, по его щекам текли слезы. Он легонько поцеловал ее в лоб, затем положил подушку ей на лицо и надавил изо всех сил.

Мартин доедал сэндвич с беконом, когда Аллан вошел в кухню. - Готов к завтраку? - спросил я. - Спросил Аллан, надевая рубашку поверх пуленепробиваемого жилета.

Мартин кивнул и запил сэндвич несколькими глотками кофе. ‘ Я позову наемника, ’ сказал он, вытирая рот тыльной стороной ладони. - Как у него дела? - спросил я.

Аллан пожал своими массивными плечами. - Он тихий, но у него много забот.

‘ Чтобы быть легкой добычей, нужны яйца, это точно. Он взял ключи от машины. - Я буду снаружи.

Мартин спустился на лифте на первый этаж и прошел через вестибюль. Он не стал заморачиваться с тем, чтобы спуститься на лифте на автостоянку, и вместо этого поднялся по лестнице. Швейцар, дежуривший в нижнем вестибюле, кивнул Мартину. ‘ Похоже, собирается дождь, ’ сказал швейцар. Мартин узнал в нем Мэтта Ричардса, еще одного бойца SAS, служившего в школе.

‘ Да, прогноз говорил, что будет ливень. - Мартин открыл дверь, ведущую к лестнице на автостоянку. Его шаги эхом отдавались от голых бетонных стен, когда он спускался по лестнице.

"Мерседес" был припаркован в дальнем конце автостоянки, в середине трех отсеков, отведенных под квартиру Вандера Майера. Прежде чем открыть дверь, Мартин воспользовался маленьким зеркальцем, чтобы осмотреть салон автомобиля, и заглянул в боковые окна, чтобы убедиться, что внутри все в порядке. Когда он убедился, что к машине никто не прикасался всю ночь, он открыл дверь электронным способом и скользнул внутрь. Его шоферская фуражка лежала на пассажирском сиденье, и он надел ее, затем посмотрел на себя в то же зеркало, которое использовал для осмотра днища машины. Он показал язык своему отражению, а затем опустил зеркальце в карман. ‘ Привет, Сильвер, поехали, ’ пробормотал он себе под нос и завел машину. Все, что он мог слышать сквозь дорогую немецкую звукоизоляцию, было слабое мурлыканье и почти не ощущалась вибрация. Это была красивая машина, но Мартин не выбрал бы ее, будь у него деньги. "Мерседес" был мягкой мужской машиной, созданной для того, чтобы изолировать пассажиров от внешнего мира. И это была машина, созданная не для вождения, а для того, чтобы ею управляли. Он предпочитал что-то более агрессивное, что-то мощное, что-то, что рычало, а не мурлыкало. Может быть, Porsche или XJS.

Он включил передачу и медленно дал задний ход. Он не видел серую машину до последней минуты и врезался в нее боком, бампер "Мерседеса" врезался в заднюю дверь машины. ‘ Откуда ты, черт возьми, взялся? ’ выругался он, свирепо глядя на машину в зеркало заднего вида. Он сомневался, что сильно повредил "Мерседес", это была гораздо более тяжелая машина, чем та, в которую он врезался. Он повернулся на своем сиденье. Водитель другой машины выбрался с дальней стороны. Мартин улыбнулся, когда увидел, что это женщина, и к тому же хорошенькая.

‘ Женщины-водители, ’ вздохнул Мартин, переводя "мерседес" в нейтральное положение и нажимая на ручной тормоз. Он увидел женщину сбоку, когда она обходила машину и садилась с пассажирской стороны. Она была привлекательной брюнеткой с фигурой для занятий аэробикой. Лет двадцати с небольшим, и почти наверняка не из класса Мартина. Она уперла руки в бока и уставилась на повреждения, затем сильно ударила ногой по переднему колесу. Мартин улыбнулся ее раздражительности, совершенно не сочетающейся с дизайнерской одеждой и макияжем из Vogue. Он открыл дверцу и выбрался наружу. - Не так уж плохо, правда? - спросил он.

Девушка повернулась к нему лицом, приятно улыбаясь. - Просто великолепно, - сказала она.

Только когда Мартин почувствовал, как пистолет упирается ему в поясницу, он вспомнил, что это была та же машина, что стояла за "Мерседесом", когда они въезжали в гавань Челси прошлым вечером.

Кремер смотрел в окно, когда Су минг вошла в гостиную. На ней был кремовый шелковый костюм, свободные брюки и жакет с мандариновым воротником, в руках она держала черную кожаную сумочку. - Доброе утро, - поздоровалась она.

‘ Привет, ’ сказал Кремер. ‘ Ты закончила домашнее задание? Она нахмурилась, не понимая. ‘ Документы, ’ объяснил он. - Ты все это прочитал?

‘ Ах. Да. В конце концов. Мы готовы? Ее голос звучал отрывисто и по-деловому, и Кремер снова задумался, не привиделся ли ему украденный поцелуй.

Аллан вышел из кухни. ‘ Машина должна быть внизу, - сказал он. - Поехали.

Они вместе направились к лифту. Су мин держалась в двух шагах позади Кремера, словно пытаясь дистанцироваться от него. Аллан нажал кнопку лифта и улыбнулся Кремеру. - Хорошо спалось?

Кремер сделал так себе жест рукой. Он вообще почти не спал.

Мэри Хеннесси вытерла руки о юбку. Они были влажными от пота, и она не могла позволить себе, чтобы они скользили по рулю. Она улыбнулась про себя, осознав, как странно, что ее руки были такими влажными, а во рту пересохло. Она сглотнула, но мышцы горла, казалось, не работали должным образом. Ее руки начали дрожать, и она крепко вцепилась в руль, чтобы остановить тряску. Она действительно собиралась это сделать. Она собиралась пройти через это. Через минуту или две она собиралась помочь убить человека, который был ответственен за смерть ее родителей. Предвкушение было почти сексуальным. Она так долго ждала мести, и теперь Дермотт Линч собирался помочь ей осуществить ее.

Она надавила на акселератор, заводя двигатель, чтобы убедиться, что "Ровер" не заглохнет. Двигатель взревел, эхом отразившись от бетонных стен подземной автостоянки, и она вздрогнула, осознав, что рискует привлечь к себе внимание. "Скоро", - подумала она. Скоро все это закончится. Все, что ей нужно было сделать, это сохранить самообладание и сделать в точности так, как сказал ей Дермотт. Она уставилась на вход в многоквартирный дом, ее сердце бешено колотилось. Появилась фигура, проходящая через двойные двери. Это был телохранитель, тот, с квадратной челюстью и широкими плечами. Мари завела машину. Пришло время.

Полковник посмотрел на свои наручные часы. Было девять часов, и, согласно расписанию, они как раз должны были выходить из квартиры. На подоконнике стоял передатчик. Он был включен, но из динамика доносились только помехи. Полковник настоял на радиомолчании до того момента, как убийца сделал свой ход. Один из солдат полковника подошел к нему сзади. - Кофе, босс? - спросил он.

‘ Спасибо, Блэки, ’ сказал полковник, беря кружку с черным кофе. - Для Нью-Йорка все готово?

- Все снаряжение упаковано.

Полковник постучал тростью по голому полу. - Скажи ребятам, чтобы были повежливее с янки, когда мы туда доберемся. Никаких намеков на дружественный огонь, ты же знаешь, какими они могут быть чувствительными.

Солдат ухмыльнулся. - Конечно, босс.

Полковник снова отвернулся к окну и отхлебнул дымящийся кофе.

Утро было холодным, но Кремер вспотел в своем кашемировом пальто. Су мин все еще следовала по его стопам. Он остановился и подождал, пока она догонит его. ‘ Ты в порядке? - спросил он.

Она подскочила, словно от неожиданности. - Что?

- Я спросил, все ли с тобой в порядке.

Она вздрогнула. - Я в порядке.

-Ты смотрела куда-то вдаль.

‘ Я в порядке, ’ ответила она. На этот раз в ее голосе прозвучали жесткие нотки, как будто она была возмущена его вторжением в ее мысли. - Где машина? - спросил я.

Кремер огляделся. Она была права. "Мерседеса" снаружи не было. Аллан стоял на тротуаре, озираясь по сторонам и нетерпеливо притопывая ногами. ‘ Оставайтесь на месте, мистер Вандер Майер, ’ сказал он. Кремер отступил в фойе вместе с Су Мином. Швейцар поднял глаза, затем заметно расслабился, увидев, кто пришел. ‘ О'кей, ’ крикнул Аллан. - А вот и он.

Линч вывел "Мерседес" с парковочного места. Впереди он увидел Мари в "Ровере", небольшую вмятину на задней двери со стороны пассажира. Из выхлопной трубы повалил белый дым. Она выглядела встревоженной, глядя прямо перед собой, ее руки крепко сжимали руль. Он хотел кивнуть или помахать рукой, дать ей понять, что все в порядке, но он сказал ей не смотреть на него, потому что любое признание насторожит телохранителя.

‘Все будет хорошо, Мэри, любимая", - прошептал Линч себе под нос. Козырек шоферской фуражки был низко надвинут на нос, и одет он был в шоферскую куртку. На пассажирском сиденье лежал пистолет, который шофер носил в подмышечной кобуре, но Линч планировал использовать чешский 9-миллиметровый, который он привез с собой. Десяти патронов в обойме будет более чем достаточно, если Мари сохранит самообладание. Линч повернул "Мерседес" направо и направился ко входу в квартиру. Стоявший на тротуаре телохранитель махал Кремеру и девушке, выпроваживая их из вестибюля.

Аллан обернулся, осматриваясь в поисках возможных угроз. Большая часть парковочных мест была занята дорогими автомобилями, включая несколько "роллс-ройсов" и "Феррари". Молодая женщина сидела за рулем "Ровера" и готовилась выехать со стоянки. Казалось, она была в машине одна. Кремер и Су-минг присоединились к Аллану на тротуаре.

"Мерседес" был примерно в пятидесяти футах от него, и Аллан подошел к краю тротуара, готовясь открыть дверцу для Кремера и девушки. "Ровер" набрал скорость. Аллан нахмурился. Она направлялась не к выходу, а прямо ко входу в квартиру. Что-то было не так.

Аллан встал между машиной и Кремером, вытянув левую руку в сторону, готовый оттолкнуть Кремера. Он не сводил глаз с "Ровера". Он почти ожидал увидеть мужчину с пистолетом, появившегося с заднего сиденья, но молодая женщина определенно была в машине одна. ‘ Отойди, ’ сказал Аллан Кремеру. "Мерседес" все еще направлялся к ним, и Аллан поманил его рукой. Если Мартин нажмет на газ, он встанет перед "Ровером", и угроза будет нейтрализована. "Мерседес" продолжал ползти к ним.

‘ Вернемся в фойе, ’ сказал Аллан, но в этот момент шины "Ровера" взвизгнули, и машина рванулась вперед. Су мин закричала. Аллан потянулся за пистолетом правой рукой и толкнул Кремера левой. Его пальцы коснулись рукояти пистолета, но прежде чем он успел вытащить его, Ровер оказался рядом с ним. Он бросился вправо, но крыло задело его, и он услышал, как хрустнула его нога выше колена. Секундой позже последовала боль, как будто вся его нога была в огне, и он прикусил губу, чтобы подавить крик.

"Ровер" вильнул влево и умчался прочь. Аллан в агонии покатился по тротуару, пистолет выпал из его пальцев. "Мерседес" мчался к ним, его двигатель ревел на парковке.

Полковник подул на свою кружку с кофе. На оконном стекле образовался конденсат, и он стер его рукой. Внизу, на роскошной моторной яхте, солдат мыл палубу ведром и губкой.

Седовласый мужчина в блейзере и белых брюках помогал двум светловолосым девочкам-подросткам забраться на пятидесятифутовый моторный катер. Уровень воды в Темзе был самым низким за день, а канал, соединяющий пристань для яхт с рекой, был пуст, так что мужчина, очевидно, не планировал выходить в море на лодке, по крайней мере, в ближайшие несколько часов. Более высокая из двух блондинок споткнулась, ступая с причала на лодку, и мужчина положил руку ей на зад, чтобы поддержать. Полковник предположил, что этот человек мог быть просто отцом девочек, но нельзя было не заметить хищный блеск в его глазах. Они исчезли внутри лодки. Вполне возможно, подумал полковник, что этот человек показывал им машинное отделение. "И свиньи могут летать", - размышлял он.

Полковник посмотрел на многоэтажку. Квартира Вандера Майера находилась почти на самом верху башни. Солнце отражалось от окон, поэтому полковник не мог заглянуть внутрь. Он прикрыл глаза правой рукой, но это ничего не изменило.

Позади него его факс зазвонил три раза, а затем зажужжал, когда начал приходить факс. Внизу, на пристани, моторная яхта начала мягко покачиваться. Полковник изумленно покачал головой, потом понял, что в этом есть смысл. Удивление могло бы возникнуть, если бы пожилой мужчина забронировал номер в отеле с двумя молодыми девушками, поэтому роскошная яхта, пришвартованная недалеко от центра города, была идеальным местом для незаконных свиданий, при условии, что у вас были деньги. Полковник поинтересовался, сколько стоила лодка. Сто тысяч фунтов? Может быть, больше.

Первый лист выпал из машинки. Это была записка от Дэна Гринберга, в которой говорилось, что он отправляет по факсу заметки об убийце, о котором они говорили. Его звали Антон Мэдли, и последние девять лет он содержался в тюрьме Маррион, в основном в одиночной камере. Полковник стоял у аппарата, когда начал выходить второй лист.

Он был наполовину извлечен из аппарата, когда затрещал передатчик. Это был Ричардс, молодой солдат, который сидел в фойе возле автостоянки. ‘ Аллана сбили, ’ сказал Ричардс. - Аллана сбили на парковке.

Полковник уронил кружку, повернулся и схватил передатчик. Он нажал кнопку передачи. ‘ Заходите! ’ крикнул он. "Всем немедленно выдвигаться!"

Кремер и Су минг бросились к Аллану. Он лежал на тротуаре, как сломанная марионетка, его правая нога торчала под нелепым углом, из колена текла кровь. ‘ Назад! - Назад! - крикнул Аллан. - Убирайся отсюда к чертовой матери!

‘ Все в порядке, она умерла, ’ сказал Кремер. Пока Су-мин осматривал повреждения на ноге Аллана, перед ними остановился "Мерседес". Кремер поднял глаза, ожидая увидеть Мартина за рулем. Он внимательно осмотрелся, когда понял, что человек в шоферской фуражке - не Мартин.

Аллан потянулся вдоль тротуара за пистолетом. Мужчина в "Мерседесе" распахнул дверцу машины и дважды выстрелил в Аллана. Первая пуля с визгом отскочила от тротуара в нескольких дюймах от его руки, вторая попала ему в правое плечо, близко к шее. Кремер поднялся на ноги, оттолкнув Су Минга за спину. Аллан лежал на полу, хватая ртом воздух, а по его плечам струилась кровь.

Мужчина в шоферской фуражке направил пистолет Кремеру в лицо. - Нет! - закричала Су Минг из-за спины Кремера.

Мэтт Ричардс не слышал, как "Ровер" разогнался, но он услышал глухой удар, когда тот врезался в Аллана. - Крикнул он в рацию, вытаскивая из-под сиденья свой пистолет-пулемет Heckler amp; Koch MP5, затем перепрыгнул через стойку. Он чуть не поскользнулся на мраморном полу фойе, но быстро восстановил равновесие, подняв оружие в боевое положение. Он побежал к двойным дверям, положив палец на спусковой крючок. На тротуаре снаружи он увидел Кремера и девушку, стоящих перед Мартином, в то время как Аллан лежал на земле, а вокруг его шеи растекалась лужа крови. Машина, сбившая Аллана, с визгом отъезжала в сторону выезда. На секунду Ричардс растерялся; он не мог понять, почему Кремер и Мартин не стреляют вслед машине. И тут осознание обрушилось на него, как ледяной душ — это был не Мартин в шоферской фуражке, и кто бы это ни был, он целился в Кремера.

Двойные двери с шипением открылись, когда Ричардс оказался в трех шагах от электронного датчика. Он увидел, как человек с пистолетом заглянул Кремеру через плечо. Глаза мужчины широко раскрылись от удивления, когда он заметил Ричардса. Ричардс шагнул в сторону, пытаясь прицелиться, но Кремер и девушка преградили ему путь. ‘ Лежать! Лежать! Лежать! Ричардс закричал, отрывистые команды пронзили воздух, как пули.

Линч понятия не имел, кто такой швейцар и почему у него в руках мощное автоматическое оружие, но он знал, что у него большие неприятности. То, что началось как прямое нападение, переросло в полномасштабную войну. Он направил пистолет Кремеру в лицо и сжал палец на спусковом крючке, но в этот момент швейцар начал кричать, чтобы Кремер спустился, и Линч понял, что если он немедленно не отреагирует, то умрет прямо на тротуаре.

Линч повернул пистолет влево и выстрелил в швейцара. Пуля просвистела мимо лица Кремера, промахнувшись в нескольких дюймах. Первый выстрел попал швейцару прямо в грудь и отбросил его назад, но Линч видел, что крови не было. Лицо мужчины исказилось от боли, но он продолжал сжимать свое оружие. Линч понял, что на нем, должно быть, надет пуленепробиваемый жилет под темно-серой униформой.

Кремер нырнул в сторону, оттолкнув девушку с дороги. Линч проигнорировал их. Он быстро выстрелил в швейцара двумя выстрелами подряд. Первая пуля попала в верхнюю часть груди мужчины, и по глухому стуку, который она издала, Линч мог сказать, что пуля попала в бронежилет. Невозможно было ошибиться, куда попала третья пуля. Пуля попала швейцару в горло, откинув голову назад. По груди мужчины потекла кровь, а его оружие со звоном упало на пол. Кремер и девушка лежали на тротуаре. Кремер навалился на нее сверху, прикрывая своим телом, и сунул руку под пальто. Линч ухмыльнулся и прицелился Кремеру в лицо. Он ухмыльнулся. У него оставалось пять выстрелов. Более чем достаточно.

Мэри Хеннесси нажала на тормоза. Она оглянулась через плечо, удивляясь, почему Линч все еще стоит перед входом в квартиру. Его инструкции были кристально ясны. Она должна была убрать телохранителя на машине, Линч должен был подъехать на "Мерседесе", застрелить Кремера, а затем побежать к "Роверу". Они использовали карту улиц, чтобы проложить кратчайший путь к станции "Фулхэм Бродвей", где оставят машину и скроются в метро.

Мари внесла свою лепту, она сильно ударила парня, хотя оказалось, что ударила недостаточно сильно, потому что она одним глазом смотрела в зеркало заднего вида и видела, как Линч дважды выстрелил в него, когда он лежал на земле. Раздалось еще три выстрела, но когда она обернулась, то увидела, что Линч все еще стоит там с пистолетом, направленным на Кремера. Кремер не выглядел мертвым, он лежал на восточной девушке и смотрел на Линча снизу вверх. Рука Кремера была у него под пальто, но, казалось, она там замерзла. ‘ Давай, Дермотт, ’ прошипела Мэри. - Давай.

Кремер уставился на человека с пистолетом, оскалив зубы, как загнанный в угол пес. Его пальцы касались рукояти "Вальтера ППК", но он знал, что вытаскивать оружие бесполезно. Он медленно убрал руку, не сводя глаз с нападавшего. Почему мужчина не выстрелил? В этом не было никакого смысла. Все, что ему нужно было сделать, это нажать на курок, и все было бы кончено. Он почувствовал, как Су-мин сопротивляется, и скатился с нее. Дуло пистолета следовало за ним, как обвиняющий перст. Вдалеке он услышал гудок "Ровера". Мужчина проигнорировал его. В глазах этого человека была ненависть, жгучее презрение, которое наводило на мысль, что ему доставит удовольствие убить Кремера. Отчасти Кремера удивила эмоциональность этого человека, потому что все, что он читал об убийце, говорило о том, что он был хладнокровным убийцей, непревзойденным профессионалом.

Су мин отползала, пока не уперлась спиной в стену, ее глаза расширились от страха. ‘ Не надо, ’ прошептала она, закрыв лицо руками. ‘ Пожалуйста, не надо. Кремеру стало интересно, умоляла ли она сохранить свою жизнь или его, он не мог сказать, какую именно. Как бы то ни было, сам Кремер не собирался молить о пощаде.

-Сделай это, - прорычал Кремер.

- Нет! - закричал Су мин.

Кремер перекатился, увеличив расстояние между собой и Су-мином. Он заглянул в дуло пистолета. Ему показалось, что он видит там пулю, пулю, которая вскоре пробьет ему череп и разнесет мозги по бетону. Холодная, клиническая часть его разума надеялась, что кровь не забрызгает шелковый костюм Су мин. Он заставил себя отвести взгляд от пистолета и посмотреть в глаза человеку, который собирался оборвать его жизнь.

‘ Сделай это! - Прошипел Кремер. Он оттолкнулся от земли и сел на пятки. Он свирепо посмотрел на человека с пистолетом.

Мужчина жестоко улыбнулся. Кремеру показалось, что он видит, как побелели костяшки его пальца на спусковом крючке, когда он усилил нажим. Кремера охватило неожиданное чувство благополучия, и он понял, что на самом деле не боится смерти, что есть вещи похуже выстрела в голову и что человек с пистолетом на самом деле оказывает ему услугу. Кремер улыбнулся.

Человек с пистолетом казался смущенным, как будто улыбка была последним, что он ожидал увидеть на лице своей жертвы. Затем смущение исчезло, оставив только ненависть в его глазах. ‘ Это для... . ’ начал мужчина, и тут его лицо взорвалось массой розовой мозговой ткани и осколками белой кости. Кровавые осколки брызнули на Кремера, ослепив его. Он не видел ни второго, ни третьего выстрела, но когда вытер кровь с глаз, то увидел, что человек с пистолетом качнулся вперед и рухнул на землю.

Аллан приподнялся на локте. Пистолет он держал в левой руке, дрожащей от усилия выстрелить в мужчину. "Глок" выпал из руки Аллана, когда он упал спиной на тротуар.

Мэри Хеннесси закричала, увидев, как Линч бросился вперед, по его лицу текла кровь. Она включила передачу и нажала на акселератор. Она не сомневалась, что Линч мертв; от его лица почти ничего не осталось.

Шлагбаум на выезде с автостоянки был опущен, но Мари не колебалась. "Ровер" врезался в столб, который рухнул с визгом рвущегося металла. Руль дергался и крутился, как будто жил своей собственной жизнью, и Мари изо всех сил пыталась им управлять. Она вывернула его вправо, и задние колеса занесло на асфальте. Черное такси с включенной мигалкой направлялось по дороге прямо к ней, и она едва не столкнулась с ним. "Ровер" ударился о бордюр, и колпак колеса сорвало в снопе искр, но Мари восстановила контроль и помчалась вниз по дороге.

Белые стены многоквартирного дома проносились мимо как в тумане. Она рискнула бросить быстрый взгляд в зеркало заднего вида и мрачно улыбнулась, увидев, что за ней никто не следит. Когда ее взгляд вернулся к дороге перед ней, она заметила мужчину в белом свитере с высоким воротом и джинсах, стоявшего на обочине, держа в обеих руках большой автоматический пистолет. Она увидела, как вскинулся пистолет, и мгновенно боковое стекло ее машины разлетелось вдребезги. Осколок стекла рассек ей щеку, но она почти не почувствовала боли. Когда она проходила мимо мужчины, он выстрелил снова, и она услышала глухой металлический стук, когда пуля вонзилась в заднее крыло "Ровера".

Мари захлестнула волна восторга, когда она поняла, что ей удалось сбежать. Дорога впереди была пустынна, и если бы она только смогла добраться до станции метро, то была бы свободна. Она вдавила акселератор в пол, но внезапно услышала еще один выстрел, а затем машина вздрогнула и вильнула влево. Руль вывернулся у нее из рук, и машина врезалась в бордюр. Мэри с клинической отстраненностью осознала, что мужчина в свитере задел одно из ее колес. "Ровер" врезался в уличный фонарь, а затем его начало заносить вбок. Машина накренилась, и голова Мари ударилась о спинку сиденья, достаточно сильно, чтобы оглушить ее. Она закрыла глаза и чуть не потеряла сознание. Ее желудок скрутило, когда машина покатилась, и она ударилась макушкой о крышу. Окна взорвались, и на нее посыпались осколки стекла, а затем ее швырнуло вперед, на руль, с такой силой, что у нее перехватило дыхание. Перевернутая машина остановилась, раскачиваясь из стороны в сторону. Мари почувствовала вкус крови во рту и поняла, что прикусила язык. Она кашлянула и сплюнула, чтобы прочистить горло, затем осторожно пошевелила руками и ногами. С ней все было в порядке. Она даже по-настоящему не пострадала. У нее закружилась голова, и она невольно хихикнула. В нее стреляли, она выжила в автокатастрофе, как будто судьба распорядилась, чтобы она вышла из этой передряги относительно невредимой. Она потянулась к дверной ручке и попыталась открыть дверь. Ее заклинило, рама была деформирована в результате удара. Мари извернулась и ухитрилась ухватиться за одну из своих туфель. Она использовала его, чтобы разбить оставшиеся осколки стекла. Все, что ей нужно было сделать, это выползти наружу, тогда она смогла бы добежать до метро. С ней все будет в порядке. Именно тогда она почувствовала запах бензина, сочащегося из пробитого бака. Раздался громкий свистящий звук, когда загорелся бензин, и Мэри Хеннесси начала кричать, осознав, каким жестоким чувством юмора на самом деле обладают судьбы.

Кремер подполз к Аллану. Из раны в его плече сочилась кровь, но она не выглядела смертельной. Он снял пальто, свернул его и подсунул Аллану под голову. ‘ Спасибо, мам, ’ сказал Аллан, все еще не открывая глаз. На какой-то безумный миг Кремеру показалось, что Аллан бредит, но потом он открыл глаза и ухмыльнулся ему. - Я поймал его, да? - спросил Аллан.

‘ И немного, ’ добавил Кремер. - У меня все лицо в его крови.

-Су Мин? - спросил я.

‘ С ней все в порядке. А теперь лежи тихо и заткнись.

- Хорошо, но сначала скажи мне одну вещь.

-Что? -спросиля

‘ Что случилось со всеми нашими гребаными тренировками, Майк? Ты стоял там, как кролик, попавший в свет фар.

Кремер почувствовал, как краснеют его щеки. - Извините.

- Ты застыл.

‘ Да. Я замерла. Прости.

Су-мин подошла к Кремеру сзади. Она сняла рубашку и отдала ему. - Возьми это, - сказала она.

Кремер воспользовался шелковой рубашкой, чтобы остановить кровотечение из плеча Аллана. Казалось, что пуля прошла навылет. - Вы можете пошевелить пальцами? - Спросил я. - Спросил Кремер. Он наблюдал, как Аллан шевелит пальцами правой руки. По крайней мере, нервы не повреждены.

‘ Как вы думаете, я смогу снова играть на пианино? - Спросил Аллан. Кремер не смог сдержать улыбки.

‘ С ним все будет в порядке? - Спросила Су мин.

- С ним все будет в порядке.

- Теперь все кончено?

Кремер посмотрел на распростертое на земле тело убийцы, голову которого окружал ореол застывающей крови. ‘ Да, ’ сказал он. ‘Все кончено’. Произнося эти слова, он осознал, что в глубине души его гложет сомнение.

Кремер снял галстук и бросил его на стул. Он уставился в панорамное окно на раскинувшийся город. Плюс-минус шесть миллионов человек. Он задавался вопросом, многие ли когда-нибудь узнают о том, что произошло на подземной автостоянке. Может быть, с полдюжины. Это была не та операция, о которой будет трубить пресса. Тела уберут; солдата похоронят в Херефорде с минимумом шума, его имя добавят к мемориальной доске на стене полковой часовни, где SAS поминает тех, кто погиб на действительной службе; убийцу, вероятно, кремируют без мемориала в честь его кончины. Не было бы ни дознания, ни следствия, ни огласки. Все было бы так, как будто этого никогда и не было.

"Вальтер" все еще был в кобуре, но Кремеру не хотелось его доставать. Изъятие пистолета означало бы, что операция закончена, а к этому Кремер пока не был готов. Все произошло так быстро, что у него не было времени подумать о будущем. Его будущее.

Он потер живот. Боль была почти постоянной, хотя иногда казалось, что глубоко внутри вонзается нож, напоминание о том, что он не должен успокаиваться, что впереди еще хуже. Пока его обучали и пока он ждал, когда убийца сделает свой ход, Кремеру удалось вытеснить боль из своего сознания, но теперь, когда все закончилось, она вернулась с удвоенной силой.

Он понял, что Су Минг нет с ним в комнате. Он отправился на поиски и нашел ее в кабинете Вандера Майера, стоящей у письменного стола. Она подняла глаза, когда он подошел к ней. ‘ Кремер. . - сказала она дрожащим голосом.

Ее трясло, как в лихорадке, в глазах стояли слезы. Кремер шагнул вперед и крепко обнял ее, прижимая к себе так, словно от этого зависела его жизнь. Ее маленькие ручки обвились вокруг его талии, когда она уткнулась лицом ему в грудь. Кремер правой рукой гладил ее черные шелковистые волосы, пока она всхлипывала. - Эй, все в порядке, - успокоил он.

Он увидел свое отражение в зеркальной стене. Рядом с ним Су мин выглядела ребенком, и он внезапно почувствовал себя большим и неуклюжим. Кремер увидел, что у него на лице все еще была кровь убийцы. Он выглядел так, словно только что вышел из дорожно-транспортного происшествия: под глазами у него были черные круги, волосы растрепаны, а кожа приобрела нездоровую бледность. До этого момента он не осознавал, насколько больным выглядел. Она обняла его, но в движениях почти не было силы, и она продолжала тихо плакать. Кремер подумал, что это был первый раз, когда она видела, как кого-то убивают. Летать первым классом по всему миру с международным торговцем оружием - это одно, а видеть эффекты инструментов торговли крупным планом - совсем другое.

Раздался звонок в дверь. Он попытался разжать ее руки, обнимавшие его за талию, но она усилила хватку и не отпустила его. В дверь позвонили снова. ‘ Я должен ответить, ’ сказал Кремер. Су Мин неохотно отпустил его, и Кремер вернулся в гостиную, чтобы открыть дверь.

Это был полковник. ‘ Ты в порядке? - спросил он.

Кремер кивнул. - Как Аллан?

Парамедики сказали, что с ним все будет в порядке. Аллан продолжает настаивать, что это всего лишь поверхностная рана, но он сказал бы то же самое, если бы ему оторвало руку. Ты же знаешь, какой он.

‘ Да. Он спас мне жизнь.

‘ Он выполнил свою работу. Вы оба справились, Джокер. Ты должен гордиться собой.

‘ Я облажался, ’ сказал Кремер. - Я облажался по-крупному.

- Мы поймали парня, и это главное.

Я замер. Я оттолкнул Су Мина с дороги, потом замер. Я все делал неправильно.

Полковник постучал тростью по деревянному полу. ‘ Хватит разыгрывать из себя мученика, ладно? Мы взяли профессионального убийцу, лучшего в своем деле. И мы сделали это с минимальными потерями. Никто не винит тебя, Джокер. Никто. Как Су Минг?

- Она в шоке, - ответил Кремер.

‘ Доктор уже в пути. Он ей что-нибудь даст.

Кремер кивнул, но он не был уверен, что Су Мингу нужны именно таблетки. ‘ А что насчет Мартина? - спросил он.

Полковник ухмыльнулся. ‘ Просто шишка на голове. Он лежал в багажнике "Мерседеса", связанный, с кляпом во рту. Он смущен больше всего на свете.

- Ему повезло, что они его не убили.

В этом не было необходимости. Целью был Вандер Майер, а Мартин не представлял угрозы. Аллан был.

Кремер потер лоб ладонью. Он вспотел. ‘ Вот этого я никак не могу понять, - сказал он. - Почему он колебался?

- Что вы имеете в виду? - спросил полковник.

‘ Он напал на меня, полковник. Он заставил меня все исправить. Но он выжидал.

‘ Это был настоящий бедлам, Джокер. Он был в центре перестрелки. Ричардс был там, Аллан вытащил пистолет, все пошло не так, как он планировал.

‘ Да, но в прошлом он всегда был настоящим профессионалом. Раньше его ничто не смущало.

‘ Раньше его никто не подставлял. Полковник ободряюще положил руку Кремеру на плечо. - Ты слишком беспокоишься.

‘ Синдром посттравматического стресса? ’ саркастически переспросил Кремер. ‘ Я так не думаю. Был там, делал это. Это другое. Что-то не так. Он пытался что-то сказать. Прежде чем нажать на курок, он хотел мне кое-что сказать.

Полковник сжал плечо Кремера. ‘ Забудь об этом. Ты ни о чем не беспокоишься. Ты проделал хорошую работу, Джокер. Адская работа.

‘ Спасибо, полковник. Кремер покачал головой, словно пытаясь прояснить мысли. - И что теперь будет?

‘ Я сворачиваю операцию. Мы проверим отпечатки пальцев убийцы в Бюро отпечатков пальцев, и к вечеру у нас должно быть удостоверение личности.

- Я имел в виду, что будет со мной?

Наступило неловкое молчание, пока полковник обдумывал вопрос Кремера. - Что вы хотите делать? - наконец спросил полковник.

‘ Я не знаю. Я действительно не знаю.

‘ Почему бы тебе не выспаться. Поговорим об этом завтра.

- Не то чтобы у меня было много вариантов, не так ли?

‘ Мы поговорим об этом завтра, ’ твердо повторил полковник. - Хорошо?

Кремер кивнул. Он проводил полковника и вернулся в кабинет. Су Мин, казалось, не двинулась с места. Он обнял ее. Она перестала дрожать, теперь она была жесткой, как портновский манекен. Они молча стояли рядом, глядя в окно.

Первой вырвалась Су мин. - Мне нужно позвонить мистеру Вандеру Майеру, - сказала она.

‘ Конечно. Он будет рад услышать, что с ним все в порядке.

Су мин подняла трубку и посмотрела на Кремера. Послание в ее глазах было очевидным. Она хотела позвонить наедине.

Кремер пожал плечами и уныло вернулся в гостиную. Он уставился в окно, глубоко задумавшись. Несколько минут спустя она появилась снова с мобильным телефоном в руках. - Он хочет поговорить с тобой, - сказала она, протягивая его.

На линии были помехи и небольшая задержка со спутниковым. ‘ Майк? Поздравляю. Первый класс.

‘ Спасибо, ’ сказал Кремер. Он не думал, что двух человек в больнице и мертвого бойца SAS можно с чем-то поздравить. И он все еще был смущен своим собственным выступлением или его отсутствием.

‘ Послушай, Майк. Помнишь наш предыдущий разговор? О российской партии?

‘ Да. Я помню.

- Ну, я хочу, чтобы ты не отходил от этого места, пока я не приеду.

‘ Оно в вашем сейфе, ’ сказал Кремер. - Оно никуда не денется.

‘Я был бы намного счастливее, если бы вы присмотрели за этим", - сказал Вандер Майер. ‘Гонорар, о котором мы говорили, все еще доступен. Четверть миллиона долларов.

Кремер посмотрел на Су Мин. Она ходила взад-вперед перед окном. - Где ты сейчас? - спросил он.

‘ Я могу быть там через восемь часов. Максимум через девять.

Кремер медленно кивнул. ‘ Хорошо. Я буду здесь.

‘ Отлично, Майк. Отлично. А теперь поставь Су минг обратно, ладно?

Кремер вернул телефон Су Мин. Она прижала его к уху и пошла обратно по коридору в кабинет, ее туфли бесшумно ступали по полированному деревянному полу. Выходя из гостиной, она что-то прошептала в трубку, но Кремер не мог расслышать, что она говорила.

Полковник снял трубку и набрал личный номер Дэна Гринберга. Агент ФБР ответил после второго гудка. Полковник вкратце обрисовал ему ситуацию, но Гринберг прервал его прежде, чем он успел закончить. ‘Черт возьми, хорошая работа", - сказал Гринберг. Полковник слышал, как он кричал своим коллегам, что британцы поймали своего человека. ‘Вы, ребята, заслуживаете медали", - сказал Гринберг. - И вы сэкономили нам на судебном разбирательстве, да?

‘ Это было не нарочно, Дэн, ’ лукаво заметил полковник. - Он собирался убить нашего человека.

- Тот же мотив, что и при предыдущих убийствах?

‘ Он был совсем близко и собирался выстрелить в голову, ’ сказал полковник. ‘ Однако он работал не один. С ним была женщина. Она тоже мертва.

‘ Это не первый раз, когда ему помогают, - сказал Гринберг. - Есть идеи, кто она?

‘ Нет, и вряд ли мы когда-нибудь узнаем. Ее машина сгорела. Мы проверим ее работу у стоматолога, но мы даже не знаем, откуда она. С убийцей нам повезет больше. Его лицо было прострелено, но сейчас мы проверяем его отпечатки по нашим архивам. Я высылаю вам копии.

‘ Если он есть в досье, мы сопоставим их, - сказал Гринберг. - И спасибо, полковник, я у вас в долгу.

Полковник положил трубку. ‘ Да, Дэн, ’ сказал он сам себе. - Конечно, знаешь.

Раздался звонок в дверь. Су мин все еще была в кабинете Вандера Майера, поэтому Кремер поднялся с дивана, кряхтя от боли, когда мышцы его живота напряглись. Он открыл дверь и увидел доктора, которого в последний раз видел в школе в Уэльсе. Доктор Грин посмотрел на Кремера поверх своих бифокальных очков в золотой оправе. - Сержант Кремер, вы не представляете, как я рад видеть вас целым и невредимым, - сказал он.

Кремер отступил в сторону, пропуская доктора. На нем был тот же коричневый кардиган с кожаными нашивками на локтях, который он носил в Уэльсе. Кремер задумался, не было ли это своего рода униформой, которую этот человек носил, чтобы успокоить своих пациентов.

Доктор поставил свою черную кожаную медицинскую сумку на один из мраморных кофейных столиков и повернулся к Кремеру. ‘ Как у вас дела? - Спросил доктор Грин.

Кремер хотел сказать что-нибудь саркастическое, но сдержался. Он знал, что доктор искренен и всего лишь пытается помочь. ‘ Хуже, ’ сказал Кремер. - Гораздо хуже.

Доктор сочувственно кивнул. - А как насчет ваших ходатайств?

Кремер мрачно улыбнулся. ‘ Ходатайства? он повторил.

‘ Вы понимаете, что я имею в виду, ’ сказал доктор Грин. - Как у вас дела в туалетном отделе?

‘ Это больно, ’ сказал Кремер. - И кровоточит.

-Постоянная боль?

‘Постоянная тупая боль, похожая на зубную. Затем приступы боли, которые приходят и уходят".

- Становится хуже?

Кремер помолчал. Он ненавидел показывать слабость, но понимал, что нет смысла заматывать трещины. Он был болен и нуждался в помощи. Он кивнул. - Гораздо хуже.

Доктор склонился над своей сумкой. Он открыл ее и достал пузырек с капсулами. Он протянул их Кремеру. ‘Прими их столько, сколько тебе нужно, чтобы унять боль", - сказал он. ‘Но не больше восьми за один день. Они сильнее тех, что я тебе давал".

Кремер взял пузырек. Этикетки на нем не было. Он подумал, не были ли инструкции врача тонким способом сообщить ему, сколько ему нужно принять, если он решит покончить со всем этим. - Спасибо, - сказал он.

Доктор Грин серьезно посмотрел на него. ‘ Они будут выполнять эту работу только временно, - сказал он. ‘ Неделю, может, чуть дольше. Тогда мне придется дать тебе что-нибудь покрепче, что-нибудь в жидкой форме. Я приеду навестить тебя на следующей неделе, и мы посмотрим, как у тебя дела.

Кремер положил таблетки в карман пиджака. Ему захотелось тут же проглотить парочку, но это было бы слишком большим признанием того, в каком плохом состоянии он находился. Он выдавил улыбку. - Надеюсь, в этом не будет необходимости, - сказал он.

Доктор посмотрел на Кремера. Тот кивнул, как будто понял. - Хотел бы я сделать что-нибудь еще, - сказал он.

- И вы, и я, Док, но я не жалуюсь.

Доктор Грин захлопнул сумку и поднял ее. ‘ Мне сказали, что девочке, возможно, потребуется мое внимание. Как ее зовут, Сью или что-то в этом роде?"

‘ Су Мин, - сказал Кремер. - Думаю, с ней сейчас все в порядке.

Доктор поднял бровь. - Думаю, мне следует судить об этом, - сказал он.

Кремер устало кивнул. ‘ Она в кабинете. Дальше по коридору, направо. Он подождал, пока доктор покинет гостиную, прежде чем достать флакон из кармана. Он проглотил две капсулы всухую, чуть не подавившись второй. Он сел на диван лицом к балкону и высыпал капсулы из флакона на ладонь. Их было тридцать шесть. Более чем достаточно, сказал тихий голос в глубине его сознания. Он высыпал капсулы во флакон и снова завинтил крышку.

Доктор Грин вернулся в палату. "Кажется, она успокоилась", - сказал он Кремеру.

- Вы ей что-нибудь прописали?

Доктор покачал головой. ‘ Самое лучшее для нее - чашка горячего сладкого чая. И есть с кем поговорить.

‘ Я позабочусь о ней, ’ сказал Кремер. Он встал и проводил доктора до двери.

На пороге доктор повернулся к нему лицом. Он положил руку Кремеру на плечо. - Надеюсь, мы еще увидимся, - сказал он.

Кремер спокойно посмотрел на него. - Не рассчитывайте на это, Док, - тихо сказал он.

Доктор несколько секунд выдерживал взгляд Кремера. Кремеру показалось, что он пытается подобрать нужные слова, но прежде чем он успел что-либо сказать, Кремер закрыл дверь. Он вернулся к дивану и сел. Пузырек с таблетками стоял на кофейном столике, он взял его и потряс. Доктор сказал, что восемь. Кремер решил, что лучше шестнадцать, чтобы быть абсолютно уверенным. Он начал отвинчивать крышку с бутылки, но внезапно остановился. Ему стало стыдно за то, что он делает. В глотании таблеток не было чести, это был выход труса. Бухгалтеры-растратчики или обиженные жены принимали таблетки. Солдаты этого не делали. Солдаты сражались как мужчины и умирали как мужчины.

Он вынул "Вальтер ППК" из наплечной кобуры, извлек обойму и проверил, полностью ли она заряжена — ненужная предосторожность, потому что он не пользовался им с тех пор, как покинул Уэльс. Он улыбнулся про себя, вспомнив шутку, услышанную им во время разведывательной операции на Фолклендах, когда он три дня лежал в траншее с видом на Гус-Грин, пил дождевую воду и гадил в пластиковый пакет. Шутка заключалась в том, что аргентинцы играли в русскую рулетку с автоматом, и в то время Кремер подумал, что это самая смешная вещь, которую он когда-либо слышал. Теперь, с заряженным автоматом в руке, это не казалось таким уж забавным. Он вставил обойму обратно в оружие и снял с предохранителя. В горле у него пересохло, но проглотить дуло пистолета было легче, чем проглотить капсулы.

Кремер глубоко вздохнул. Тупая боль в животе начала ослабевать. Он задавался вопросом, было ли это лекарство, начавшее ослаблять его, или страх перед тем, что он собирался сделать, стимулировал выработку естественных обезболивающих в его организме. Как бы то ни было, через несколько секунд он не почувствует никакой боли. Он сделал несколько глубоких вдохов, затем медленно поднял пистолет так, чтобы дуло касалось кончика его носа. Он почувствовал запах смазочного масла, которым пользовался, когда чистил машину в последний раз. Он облизнул губы. Они были такими же сухими, как и его горло. Он закрыл глаза, словно в молитве, но Майк Кремер уже давно перестал верить в Бога или какие-либо высшие силы. Он планировал посетить не рай, а просто темное пустое место, где не будет ни боли, ни сожалений. Все, что для этого потребуется, - это сунуть дуло в рот и нажать на курок. Он стрелял из пистолета тысячу раз на школьном полигоне, и Аллан подбадривал его криками. Он мог нажать на курок в последний раз. Он представил Аллана, стоящего позади него. Прицеливайся. Целься. Сделай вдох. Наполовину выдохни. Сожми, не дергай. Он представил голос Аллана, спокойный и уверенный. Кремер сунул ствол между губами. Он чуть не подавился металлическим цилиндром, когда его большой палец напрягся на спусковом крючке. Он сделал глубокий вдох. Медленно начал выдыхать.

‘ Кремер? Голос Су Минга пронзил его мысли, как копье. Он открыл глаза. Прежде чем он успел отреагировать, она накрыла его руки своими и отвела пистолет от его лица. - Что, черт возьми, ты делаешь?

- На что это похоже? - спросил я.

‘ Как ты смеешь? ’ сердито спросила она. Она вырвала пистолет у него из рук. Он был намного сильнее ее, но она застала его врасплох. ‘ Как ты смеешь это делать? Она встала перед ним, ее глаза сверкали.

Кремер был искренне сбит с толку. - Что вы имеете в виду?

Она поднесла пистолет к его лицу. ‘ Ты бы сделал это, пока я здесь? Как ты думаешь, что бы я чувствовала? Ты покончил бы с собой вместе со мной в соседней комнате? И что же я должен был делать, Майк Кремер? Ждать приезда скорой помощи? Ты умерла у меня на руках?"

-Привет. . . .

Она покачала головой. - Не здоровайся со мной, не смей со мной здороваться. - Она швырнула "Вальтер" на кофейный столик.

‘ Господи, Су Мин, будь осторожен, - сказал Кремер. - Это может сработать.

Она посмотрела на него, и Кремер не смог сдержать улыбки. ‘ Не смейся надо мной, - сказала она. - Это не смешно.

Он поднял руки, сдаваясь. ‘Я не смеюсь над тобой’, - сказал он. ‘Это просто ирония судьбы, вот и все. Я собирался. . ты знаешь. . и теперь я беспокоюсь, что это может сработать случайно.

‘ Английский юмор? ’ пренебрежительно спросила она. - Ну, я не думаю, что в попытке покончить с собой есть что-то смешное.

Кремер откинулась на спинку дивана и отвернулась. Она взяла флакон с капсулами. - Что это? - спросила она.

- Обезболивающее, - сказал он.

Она нахмурилась и села на диван рядом с ним. Она положила руку ему на ногу, ее прикосновение было нежным, как поцелуй ребенка. - Насколько ты болен? - спросила она.

‘ Очень, ’ сказал он. Он наконец повернулся и посмотрел на нее. - Почему еще, по -твоему, я бы... ? - Он не закончил фразу.

‘ Я не знала, ’ сказала она. - Я не догадывалась.

- Я думал, вы экстрасенс, - сказал Кремер, не в силах скрыть горечь в голосе.

- У меня есть чувства, вот и все. Но мне всегда было трудно понять вас, Кремер.

‘ Да? Почему это?

Су мин опустила глаза. - Я была сбита с толку, - сказала она.

‘ Ну, теперь ты знаешь, ’ сказал он. Он посмотрел на нее. Ее волосы упали на лицо, как черная вуаль. - Что значит "сбит с толку"?

- Ничего, - ответила она.

Кремер тихо фыркнул. - Не то чтобы это сейчас имело значение.

- Что вы имеете в виду?

‘ Я умираю, Су Мин. Я не собираюсь поправляться, никто ничего не может сделать. Я собираюсь умереть, и я собираюсь умереть в невыносимой боли".

- А разве там нет...?

‘ Ничего нет, ’ резко перебил он. - Нет ни чудесного лекарства, ни операции, ничего.

Су мин подняла пузырек с капсулами. - Разве это не помогает?

‘ Немного. Но это не лекарство, они просто притупляют боль. Это временно. Су Мин, я действительно не хочу об этом говорить. Просто уходи. Оставь меня в покое.

- Значит, ты можешь покончить с собой?

Кремер без особого энтузиазма пожал плечами. ‘ Не усложняй ситуацию. ’ Она заправила волосы за уши. В ее глазах стояли слезы, но она сморгнула их, как будто не хотела, чтобы он видел ее слезы. - Помнишь, когда ты дал мне чтение И Цзин? - спросил он.

"Конечно".

‘ Я должен был задать вопрос, помнишь? Су Мин кивнул. - И ты помнишь ответ?

-Конец печали, - тихо сказала она.

‘ Совершенно верно. Конец печали. И я должен был сам положить этому конец. Так сказал И Цзин. Перемена должна прийти изнутри. Это был ответ на мой вопрос.

- И что же это был за вопрос, Кремер?

Кремер потер руки, словно пытаясь согреться. - Я хотел знать, как я умру, - сказал он хриплым шепотом.

Су мин несколько секунд ничего не говорила, затем импульсивно обняла его и крепко прижала к себе. Он почувствовал, как что-то мягкое коснулось его щеки, и понял, что она поцеловала его.

Полковник сел за свой стол, пока двое полицейских выносили из квартиры большие картонные коробки. Телефоны и факсы были по-прежнему на месте. Полковник надеялся получить подтверждение личности убийцы перед отъездом в Херефорд, но, похоже, этому не суждено было сбыться. Он подумал о том, чтобы позвонить Дэну Гринбергу и узнать, удалось ли Бюро найти совпадение в их досье, но передумал. Он был уверен, что Гринберг уведомит его, если установит личность.

В лотке, подсоединенном к факсимильному аппарату, лежала пачка бумаги для факса. Это была информация, которую Гринберг передавал, когда убийца нанес удар. У полковника не было времени просмотреть факсы. Он взял их и уже собирался пропустить через измельчитель, когда передумал. Он пролистал листы. Там было более двадцати листов отчетов, напечатанных мелким шрифтом, большинство из них из досье ФБР. Полковник откинулся на спинку кресла с высокой спинкой и начал читать. Антон Мэдли был мерзким типом, и если бы его не заперли в тюрьме Мэрион, он вполне мог бы стать подозреваемым в недавних убийствах. Тюрьма Марион была учреждением сверхсекретного режима, построенным Федеральным бюро тюрем США взамен Алькатраса, окруженным забором высотой в тридцать футов и пуленепробиваемыми сторожевыми вышками. Там оказались только худшие из худших, и все они содержались практически в постоянных одиночных камерах. Согласно психиатрическим заключениям, составленным до вынесения приговора Мэдли, у него были психопатические наклонности, но он хорошо осознавал, что делал. Он замучил более дюжины мужчин и женщин, а затем убил их. Психиатры сообщили, что сексуального мотива не было, похоже, Мэдли больше интересовало причинение боли. И как только ему надоедало мучить своих жертв, его метод убийства всегда был одним и тем же: два выстрела из пистолета, один в лицо, другой в сердце.

Полковник почесал подбородок. Согласно отчетам психиатров, Мэдли считал, что, стреляя своим жертвам в голову, он загонял их души в ловушку, продлевая их страдания на вечность. Этот человек явно был сумасшедшим, но психиатры настаивали на том, что он вменяем и должен быть осужден как таковой. Полковник поинтересовался, был ли у Мэдли родственник, решивший продолжить его наследие. Он пролистал листы и наткнулся на листок с биографическими данными. Мэдли было пятьдесят два года, она никогда не была замужем и не имела известных детей. Он был единственным ребенком в семье, его мать умерла, когда ему было двенадцать, а отец жестоко обращался с ним, физически и морально. Мэдли был взят под опеку и провел четыре года с приемными родителями, родителями, которые, по утверждению Мэдли, издевались над ним так же сильно, как когда-либо над его отцом. Судя по всему, рядом с Мэдли не было никого, поэтому полковник отбросил свою теорию о том, что Аллан убил кого-то из членов семьи на автостоянке. Мэдли покинул приемную семью, когда ему было шестнадцать, и провел остаток своей жизни в тюрьмах и на свободе, сначала за угон автомобилей, а затем быстро перешел к мошенничеству с почтовыми заказами. У него не было знакомых друзей или единомышленников, он был настоящим одиночкой.

В досье содержались краткие отчеты профайлеров ФБР из Квантико, которые посетили Мэдли в тюрьме Мэрион, хотя он оказался бесполезным и необщительным. На последних двух листах были указаны все посетители, которых Мадели принимал за время своего заключения. Полковник провел пальцем по списку. Там не было ни членов семьи, ни друзей; каждое имя было сотрудником правоохранительных органов, законным представителем или психиатром. Имя Бернарда Джекмана появилось на втором листе, первоначально он посещал Мэдли раз в месяц, но затем все чаще, пока в какой-то момент он не встречался с серийным убийцей каждый день в течение недели. Имя Джекмана отсутствовало в последнем разделе списка, его место, по-видимому, занял другой профилировщик. Полковник понял, что это произошло потому, что на том этапе Джекман покинул Бюро, чтобы действовать самостоятельно.

Один из полицейских вернулся в квартиру. - У нас все чисто, босс, - сказал он.

‘ Ладно, Блэки. Можешь собирать коммуникационное оборудование. Он пропустил листы факсимильной бумаги через измельчитель, стоявший сбоку от стола. "Измельчитель тоже может уйти", - добавил он.

Звонок в дверь разбудил Кремера. Несколько секунд он был дезориентирован, пока не понял, что лежит на диване, уткнувшись лицом в мягкую черную кожу. Он перевернулся. Небо снаружи потемнело, и несколько звезд мерцали среди облаков. Он не помнил, как заснул. Когда он сел, его затошнило, и он подумал, что это побочный эффект обезболивающих. В дверь позвонили снова. Су мин прошел по коридору в гостиную. - Я открою, - сказала она.

‘ Да, прошу прощения, - сказал он. - Я заснул. Кремер осознал, что его ноги укрыты одеялом.

‘ Я знаю, ’ сказала она, улыбаясь. Она переоделась в голубые джинсы и белую шелковую рубашку и выглядела свежей и опрятной, как будто только что приняла душ.

Кремер почувствовал в горле какой-то горький привкус. Он сглотнул и поморщился. Оглядевшись, он понял, что флакона с капсулами и Walther PPK больше нет на кофейном столике. Должно быть, Су Мин переставил их, пока он спал. Он потер лицо руками. Когда он убрал руки, Су Мин уже открыл дверь. В комнату вошел мужчина с тонким кожаным портфелем. Ему было от середины до конца сорока, щеголеватый маленький человечек ростом не более пяти футов восьми дюймов. Его волосы были зачесаны назад, и у него был холеный, упитанный вид человека, живущего за счет бюджетных счетов. - Это мистер Вандер Майер, - сказала Су Мин, закрывая дверь.

Вандер Майер прошелся по залу, вытянув руку, как продавец подержанных автомобилей, приветствующий потенциального покупателя. - Майк, рад наконец тебя видеть, - сказал Вандер Майер.

Кремер неуверенно поднялся на ноги, все еще не понимая, что происходит. Вандер Майер схватил его за руку и с энтузиазмом пожал ее. Кремер узнал голос этого человека, но его появление стало неожиданностью. Вандер Майер был безукоризненно одет в явно дорогой костюм, сшитый по индивидуальному заказу, а золотой "Ролекс" сверкал из-под рукава накрахмаленной белой рубашки, когда он пожимал руку, но Кремер ожидал увидеть мужчину гораздо крупнее. В то время как голос Вандера Майера был глубоким и властным, сам мужчина не производил впечатления. Во всяком случае, он казался слегка хитроватым, с резковатыми чертами лица, которые заставили Кремера подумать о маленькой птичке.

‘Я бы приехал сюда раньше, но пробки были ужасные", - сказал Вандер Майер. "Я настаивал на том, чтобы они оборудовали вертолетную площадку, но соседи этого не хотят".

- Позор, - сказал Кремер.

Вандер Майер отпустил руку Кремера и поставил свой портфель на низкий буфет. Пистолет Кремера был там вместе с обезболивающими. Вандер Майер приподнял бровь при виде оружия. ‘ "Вальтер ППК’, - сказал он. - Я думал, в SAS используют "глоки"?

- Я бывший офицер SAS, - сказал Кремер.

Вандер Майер кивнул. ‘ Даже если и так, это не одно из моих любимых ружей. Можно? - Он указал на пистолет.

- Конечно, - сказал Кремер.

Вандер Майер взял "Вальтер", извлек обойму и быстро и эффективно разобрал пистолет, затем так же быстро собрал его снова. У Кремера было такое чувство, что он делает это только для того, чтобы продемонстрировать свое знакомство с оружием. Вандер Майер отдал пистолет Кремеру, и Кремер, не раздумывая, сунул его обратно в наплечную кобуру под пиджаком. Он увидел, что Су мин с тревогой посмотрела на него, но прежде чем она успела что-либо сказать, Вандер Майер подошел к ней и обнял за плечи. - Как ты, детка? - спросил он.

‘ Отлично, ’ сказала она. Она подняла голову и поцеловала его прямо в губы. Кремер почувствовал внезапное напряжение внутри и с содроганием понял, что ревнует. Он отвернулся, не желая больше смотреть, подозревая, что проявления привязанности Вандера Майера были такими же нарочитыми, как и его маневр с "Вальтером".

‘ Скучала по мне? - Спросил Вандер Майер.

- Да, - тихо ответила Су мин.

Вандер Майер кивнул, как будто был удовлетворен. Он повернулся к Кремеру. - Итак, Майк, ты получил груз?

‘ Оно в сейфе, - сказал Су-минг прежде, чем Кремер успел ответить. - Я принесу.

Когда Су минг вышла из комнаты, Вандер Майер подошел к панорамному окну и выглянул наружу. "Я никогда не устану от этого вида", - сказал он.

- Ага, - сказал Кремер без особого энтузиазма.

"Лучший вид в Лондоне".

Кремер ничего не сказал.

- Откуда ты, Майк? - спросил я.

"Глазго".

‘ Да? Скотч, значит?

‘ Шотландский, ’ поправил Кремер. - Виски - это напиток.

‘ Вы говорите не по-шотландски, - заметил Вандер Майер. Он сцепил руки за спиной и расправил плечи.

- Да, но я ушел, когда был молодым.

- Вступить в армию?

‘ Да, в значительной степени. ’ Кремеру не нравилось разговаривать с этим человеком. Он не был уверен, было ли это из-за того, что он ненавидел отвечать на вопросы о своем прошлом, или это была реакция на то, как Вандер Майер обращался с Су Мин. В его поведении было что-то собственническое, как будто она была всего лишь дополнением к машине, квартире, самолетам.

- Ну, после тех денег, которые я тебе даю, тебе больше не придется работать.

Кремер горько улыбнулся. ‘ Да. Ранний выход на пенсию.

Су Мин вернулась в гостиную с металлическим футляром. Она протянула его Вандеру Майеру, который ответил ей улыбкой.

‘ Что вы собираетесь с этим делать? - Спросил Кремер.

Вандер Майер сел в одно из мягких кресел, отделанных кожей и хромом, и положил кейс себе на колени. - Это зависит от обстоятельств, - сказал он, щелкая замками.

-От чего?

‘ Сначала я попрошу своих людей протестировать это. И если это то, что мне сказали, я куплю столько всего, сколько смогу достать".

-А потом?

Вандер Майер достал металлическую фляжку. Он держал ее благоговейно, как святую икону. ‘ Тогда? - Повторил Вандер Майер, не сводя глаз с фляжки.

- Тогда кому же вы его продаете?

Вандер Майер ухмыльнулся. ‘ Тому, кто больше заплатит, Майк. Тому, кто больше заплатит.

-Неважно, кто?

Вандер Майер убрал фляжку обратно в футляр. Он закрыл крышку, затем достал из кармана носовой платок и тщательно вытер руки. ‘ Это бизнес, Майк. Это такой же товар, как и любой другой.

- Он используется в ядерном оружии, - сказал Кремер.

Вандер Майер пристально посмотрел на Су Мин. Она заметно вздрогнула, как будто он ударил ее. Вандер Майер улыбнулся и снова посмотрел на Кремера. ‘ Как и сталь, Майк. Ты предлагаешь нам прекратить продавать сталь? Он поставил футляр на пол рядом со своим стулом и скрестил ноги.

- Это большая разница.

Вандер Майер пренебрежительно пожал плечами и положил носовой платок обратно в верхний карман, позаботившись о том, чтобы аккуратно разложить его. ‘Взгляд наблюдателя, Майк. Око смотрящего. Кроме того, у этого есть множество потенциальных применений.

- Вы хотите сказать, что это не будет использовано в бомбе?

Вандер Майер наклонился вперед, упершись локтями в колени. ‘ Нет, я этого не говорю. Но на самом деле это не твое дело, не так ли? Он поднял брови и кивнул, как будто пытаясь заставить Кремера согласиться. Кремер просто посмотрел на него, не в силах скрыть своего презрения. Вандер Майер встал и подошел к бару из стали и стекла с напитками. Он взял бутылку солодового виски двадцатилетней выдержки и отвинтил крышку. Он налил себе изрядную порцию. ‘ Хотите виски? ’ спросил он Кремера. Тот слегка улыбнулся. - Или это шотландское?

Кремер покачал головой. Он потерял вкус к виски. Он практически потерял вкус ко всему. Зазвонил телефон, и Су Мин подняла трубку. Она выслушала и нахмурилась, затем прикрыла трубку рукой. Она посмотрела на Вандера Майера. ‘ У вас внизу посетитель. Некий мистер Джекман.

‘ Джекман? ’ переспросил Кремер. - Бернард Джекман?

Су мин кивнул.

- Вы его знаете? - спросил Вандер Майер.

‘ Он профайлер ФБР, ’ сказал Кремер. ‘ Ну, вообще-то, бывший профайлер ФБР. Он тот парень, который составил профиль убийцы, который охотился за вами. Интересно, чего он хочет?"

‘ Есть один способ это выяснить, ’ сказал Вандер Майер. Он указал на Су Мина. - Скажи ему, чтобы поднялся. Я бы хотел познакомиться с этим парнем.

Су мин передала сообщение швейцару и положила трубку. - Он поднимается, - сказала она.

‘ Какой он из себя? Вандер Майер спросил Кремера.

Кремер неуверенно пожал плечами. ‘ Он умен, но, честно говоря, от него было мало толку. Нельзя сказать, что знание характеристик убийцы помогло нам поймать ублюдка. Это сделал Аллан со своим "Глоком".

‘Не придуривайся", - сказал Вандер Майер. ‘Одно из самых ценных умений Су мин - это ее способность судить о людях. Чтобы решить, можно им доверять или нет. Он поднял металлический футляр и снова запер его. ‘ Я лучше положу это обратно в сейф, - сказал он. ‘ Когда-то был агентом ФБР. . Он оставил фразу висеть в воздухе, проходя через холл в свой кабинет.

Су Мин подошла к Кремеру. У нее был такой вид, словно она собиралась что-то сказать, но прежде чем она успела заговорить, раздался звонок в дверь. Она подскочила, словно испуганная шумом, и ее глаза по-прежнему были прикованы к Кремеру. В дверь позвонили снова. Су мин сделала шаг назад, затем развернулась на каблуках и направилась к входной двери. Она открыла ее и отступила в сторону. Это был Джекман. На нем были темно-зеленая куртка и серые брюки, и, когда он вошел в комнату, Кремер заметил, что у мужчины отсутствует конский хвост. Волосы Джекмана тоже выглядели светлее, как будто он побывал на солнце.

Джекман проигнорировал Су Минга и пересек гостиную. Он пожал руку Кремеру. - Я вас не ждал, - сказал Кремер.

- Я приехал, как только узнал, хотел узнать у вас подробности, пока они еще свежи.

-Подробности?

‘ О попытке убийства. Мне нужно знать все, что произошло. Для документов. Что насчет Вандера Майера? Он здесь?"

‘ Он прибыл сюда как раз перед вами, - сказал Кремер. - Полковник вам звонил?

- Адская квартирка, не правда ли? - сказал Джекман, оглядываясь по сторонам.

Кремеру стало интересно, услышал ли Джекман его или намеренно проигнорировал вопрос.

‘Это другой мир, не так ли?’ - сказал Джекман, оборачиваясь и широко улыбаясь. Кремер задумался, что случилось с "конским хвостом". Акцент мужчины тоже казался немного другим. В нем было меньше техасской протяжности и больше резкости. Больше похоже на восточное побережье, чем на средний Запад. ‘ Так я смогу встретиться с парнем, чью жизнь ты спас? - Спросил Джекман.

- Он в кабинете, - сказал Су мин.

Прежде чем Кремер успел остановить его, Джекман зашагал прочь по коридору. Кремер и Су-мин последовали за ним в кабинет, где Вандер Майер внимательно изучал список цен на акции на одном из своих многочисленных мониторов. Он поднял голову на звук их шагов, затем улыбнулся. Это была та же самая улыбка, которую использовал сам Джекман, бесстрастный оскал зубов, бледная копия настоящей. Это была неприятная улыбка. - Вы специалист по составлению профиля? - спросил Вандер Майер.

Джекман кивнул. ‘ И вы - цель? - спросил он, его фальшивая улыбка стала шире.

‘ Больше нет, - засмеялся Вандер Майер. Он протянул руку.

Джекман тоже рассмеялся. Его рука скользнула под куртку и вынырнула, держа короткоствольный револьвер. Он подошел к Вандеру Майеру с вытянутой рукой и выстрелил ему в упор в лицо. Прежде чем ноги Вандера Майера подкосились, Джекман выстрелил снова, на этот раз в грудь Вандера Майера.

Су-мин закричал, когда Вандер Майер упал навзничь, его лицо и грудь превратились в кровавое месиво. Кремер потянулся за своим "Вальтером", но прежде чем он успел вытащить пистолет, Джекман развернулся и направил свое оружие Кремеру в лицо.

‘ Слишком медленно, Майк, ’ сказал Джекман. Кремер замер. Су-мин уставился на Вандера Майера. Тело на полу дернулось, затем затихло. Джекман проигнорировал ее. ‘ Медленно доставай пистолет, - сказал Джекман. - Используй большой и указательный пальцы левой руки.

Кремер сделал, как ему сказали.

- Брось это на пол, потом пни ногой сюда.

Кремер подчинился. Пистолет остановился у левой ноги Джекмана. Джекман присел, держа свой пистолет направленным на Кремера. Он поднял "Вальтер", затем выпрямился. Су Мин прижала руки к лицу, ее глаза расширились от шока. Джекман указал пистолетом, чтобы она встала рядом с Кремером.

‘ Ну что ж, - сказал Джекман Кремеру. - Ты не представляешь, Майк, с каким нетерпением я ждал возможности поболтать с тобой.

Полковник осмотрел квартиру. Оборудование, которое было установлено перед операцией, было демонтировано. Все, что осталось, - это мебель, доставшаяся вместе с квартирой. Полковник сидел в мягком кресле с подлокотниками у пустого книжного шкафа. Он наклонился вперед, сложил руки и склонил голову, словно в молитве. Что-то было не так, но он не был уверен, что именно. По идее, он должен был быть на седьмом небе от счастья; он достиг своей цели с относительно небольшими потерями. Но в глубине души его терзало сомнение, ощущение незаконченного дела

Блэки просунул голову в дверь. ‘ Все собрано, босс, - сказал он. - Ты идешь с нами?

‘ Нет, я пока побуду здесь, - сказал полковник. - У меня есть свой транспорт.

Зазвонил один из телефонов на столе. Полицейский выжидающе посмотрел на полковника, но тот покачал головой. ‘ Я открою, ’ сказал он. Это был старший инспектор Особого отдела, один из немногих невоенных сотрудников в Британии, прошедших проверку в ходе операции.

- Боюсь, новости и хорошие, и плохие, - сказал старший инспектор.

У полковника упало сердце. - Вы не могли достать спички?

‘ О да, у нас есть совпадение. Проблема в том, что он не может быть вашим убийцей.

- Я тебя не понимаю.

‘ Человек, которого вы убили, Дермотт Линч. Из Белфаста. Он...

‘Я знаю, кто он, - перебил его полковник. Он хотел спросить, была ли какая-либо возможность ошибки, но знал, что старший инспектор был слишком скрупулезен, чтобы позвонить с неточной информацией.

‘Проблема в том, что в прошлом году мы довольно долго держали Линча под наблюдением’, - продолжил офицер Специального отдела. ‘В Белфасте и в других местах Северной Ирландии. Мы точно знаем, где он находился во время трех убийств. И для него было бы практически невозможно выехать в Соединенные Штаты так, чтобы мы не знали об этом. Он в списке наблюдения ФБР.

Полковник ничего не сказал, но глубокие морщины прорезали его лоб. Если человеком, которого убил Аллан, был Дермотт Линч, то убийца все еще был на свободе. И контракт с Вандером Майером все еще был в силе.

- Вы меня слышите? - спросил старший инспектор.

‘Да. Извините. Я просто задумался.

‘ Нет ли какой-нибудь вероятности, что мы перешли границы дозволенного и что все убийства - дело рук ИРА? ’ спросил старший инспектор. ‘Возможно, ИРА осваивает новую территорию. Продает свой опыт тому, кто больше заплатит".

- В высшей степени маловероятно, - сказал полковник.

‘ А, ’ сказал старший инспектор. - Итак, у Линча были личные причины преследовать вашего человека?

- Боюсь, что да.

- Значит, это неудачное совпадение, только и всего?

Полковник вздохнул. ‘ Да. Просто не повезло. Наихудшая разновидность невезения. В любом случае, спасибо, что так быстро дали мне знать. Мы были в процессе прекращения работы. Очевидно, с учетом того, что вы мне рассказали, операция все еще продолжается. Я сообщу своему коллеге в Штатах.

Полковник поблагодарил старшего инспектора и отключил связь. Ему не хотелось рассказывать об этом Дэну Гринбергу. Он уже собирался набрать номер агента ФБР, когда понял, что Майк Кремер все еще не в курсе последних событий. А поскольку Аллан и Мартин в больнице, полковнику придется обеспечить альтернативную защиту. Он набрал номер квартиры Вандера Майера.

Су-мин подскочил, когда зазвонил телефон. ‘ Оставь это, - сказал Джекман. Он продолжал целиться Кремеру в голову. - Пусть звонит.

‘ Зачем ты это делаешь? - Спросила Су мин.

- Тебе не понять, - сказал Джекман.

‘ Все в порядке, Су Минг, ’ сказал Кремер. - Ему нужна не ты.

‘Неужели?’ - усмехнулся Джекман. "Итак, скажи мне, Майк, чего именно я хочу?"

Кремер уставился на Джекмана. Джекман уставился в ответ. ‘ Я не знаю, ’ признался Кремер. - Это ведь не деньги, не так ли?

‘У меня есть все, что мне нужно", - сказал Джекман. "Больше, чем мне нужно. Дело никогда не было в деньгах’. Телефон продолжал звонить.

‘ Так это что? Вызов?

Джекман покачал головой. ‘На самом деле это не вызов. Не для кого-то вроде меня. Все дело в планировании. Ты это знаешь. Ты солдат".

‘ Был, ’ сказал Кремер. ‘ Я был солдатом. Больше нет.

‘ Сядь! Джекман прикрикнул на Су мин. Она было двинулась к двери, но остановилась как вкопанная.

- Я, я. - начала она, но Джекман замахал на нее пистолетом.

‘ Сядьте, ’ повторил он. Джекман целился в них обоих из своего пистолета, пока она не опустилась в кожаное и хромированное кресло, затем навел его на Кремера. - Сколько людей ты убил, Майк?

- Я не знаю, - ответил Кремер.

‘ Как будто ты, черт возьми, не знаешь. Телефон перестал звонить. - Сколько?

-Девять.

Джекман широко улыбнулся. ‘ Да? Девять? Я убил пятнадцать.

‘ Это не соревнование, Берни, ’ сказал Кремер. В досье их было всего двенадцать. Он задавался вопросом, не лгал ли Джекман о количестве убийств.

‘ Это Бернард, ’ сказал Джекман с ударением на втором слоге. ‘ Бернард. Не Берни.

Кремер пожал плечами, как будто для него это не имело значения. ‘ Пятнадцать? И все за деньги?

‘ В основном. Как я уже сказал, дело не в деньгах. Дело во власти. Во власти отнять жизнь. Разве это не самое невероятное чувство, Майк? Отнять жизнь у другого человека?

Кремер потер затылок, пытаясь массирующими движениями снять напряжение, которое там нарастало. ‘ Нет. Я никогда так себя не чувствовал. Я никогда не делал этого ради удовольствия. Это была моя работа.

‘Убивать - это не работа", - сказал Джекман. "Это призвание".

- Ты болен.

Джекман натянуто улыбнулся. ‘ Нет, я не болен. Я брал интервью у психов, Майк. Я проводил с ними время. Я покопался в их головах и знаю, что ими движет. Я не сумасшедший.

Кремер вытянул руки ладонями вверх. ‘ Эй, ладно. Ты не сумасшедший.

Глаза Джекмана сузились. ‘ Не подшучивай надо мной, Майк. Ты недостаточно умен, чтобы играть со мной в интеллектуальные игры.

Кремер не ответил. Телефон зазвонил снова. - Что ты чувствуешь, когда кого-то убиваешь?

Кремер несколько секунд обдумывал вопрос. ‘ В то время ничего. Это то, чему меня учили.

Джекман нахмурился, как будто не понял. ‘ Ты не волнуешься? Ты не получаешь от этого кайфа?

Кремер не мог поверить своим ушам. Ему никогда не нравилось убивать. Никогда. И он никогда не встречал никого в SAS, кому это нравилось. Не было ничего захватывающего в том, чтобы отнять жизнь у другого человека, даже в пылу битвы. Он участвовал в перестрелках на Фолклендах и в Северной Ирландии и убивал людей, спасая собственную жизнь, но при этом не испытывал ни восторга, ни выброса адреналина. "Нет, - сказал он, - мне это никогда не нравилось".

‘Я тебе не верю", - сказал Джекман. ‘Это лучшее чувство в мире. Это абсолютная сила. И делать это крупным планом, стоять перед кем-то и смотреть, как он умирает, это самое лучшее. Это лучше, чем наркотики, лучше, чем секс, лучше, чем что-либо еще.’ Джекман оживленно покачал головой. - Только не говори мне, что ты не получаешь от этого удовольствия, Майк.

Кремер скрестил руки на груди. Он почувствовал, как что-то твердое прижалось к его правой руке. Стилет. Он забыл, что лезвие все еще прикреплено к левому предплечью. ‘Я не знаю никого в SAS, кто получал бы удовольствие от убийства. Возможно, им нравится участвовать в бою, но это потому, что это то, чему их учат. Но сам акт убийства - нет. Это никому не доставляет удовольствия. Только садисты и безумцы убивают по собственному желанию.’

Джекман ухмыльнулся. ‘ Да? И кто я такой, Майк?

Кремер опустил руки по швам. Телефон снова перестал звонить. Джекман стоял в пятнадцати футах от него, спиной к окну. Вне досягаемости стилета. - Вы написали анкету, - сказал Кремер.

‘ Да, я это сделал, не так ли? Это было половиной удовольствия, понимаешь? Быть рядом с расследованием, наблюдать, как идиоты гоняются за своими хвостами, зная, что они никогда и близко не приблизятся к тому, чтобы поймать меня.

- Если только ты не хотел, чтобы тебя поймали.

Джекман покачал головой. ‘Нет, дело не в этом. Это не тот случай, когда я хочу, чтобы меня остановили. Я не хочу, чтобы меня поймали и наказали ради удовлетворения какой-то внутренней потребности в возмездии. Я твердо намерен провести остаток своей жизни свободным человеком. У меня достаточно денег, чтобы жить там, где я захочу. Южная Америка. Африка. Богатому человеку есть где спрятаться. А я очень, очень богатый человек, Майк.’ Он улыбнулся телу Вандера Майера, распростертому на полированных деревянных половицах. ‘Не такой богатый, как он, но ведь он мертв, не так ли? И ты не можешь взять это с собой, верно?"

Джекман размахивал пистолетом, как дирижер дирижерской палочкой. Кремер сделал шаг вперед, но Джекман тут же направил пистолет ему в лицо. ‘Даже не думай об этом", - предупредил Джекман. "Я могу всадить пулю тебе в череп прежде, чем ты приблизишься ко мне".

Кремер ничего не сказал. Он мог добраться до Джекмана с трех шагов, но этого времени Джекману было бы более чем достаточно, чтобы выстрелить. Кремеру нужно было отвлечься, что-то, что дало бы ему время вытащить нож и подойти поближе. Он посмотрел на Су Мин. Она смотрела на Джекмана, на ее лице был написан страх. Он хотел, чтобы она посмотрела на него, но ее глаза по-прежнему были прикованы к Джекману и пистолету.

‘ Каково тебе было в первый раз? - Спросил Джекман.

Кремер был так сосредоточен на Су-минге, что почти не расслышал вопроса. - Что? - переспросил он.

- В первый раз. На что это было похоже?

Кремер пожал плечами и ничего не ответил. ‘ Почему вы убили Вандера Майера? ’ спросил он. - Почему ты убил его, когда знал, что тебя поймают?

‘ Меня не поймали, Майк. Здесь командую я, а не ты.

‘ Но теперь все кончено. Твое прикрытие раскрыто. Мы знаем, кто ты.

Джекман поджал губы. ‘Это всегда должно было случиться’, - сказал он. ‘Это был всего лишь вопрос времени’. Он облизнул губы, и они влажно заблестели. - В любом случае, теперь мне нечего терять, не так ли?

Кремер сделал шаг вперед, стараясь выглядеть как можно более безобидным. - Отпустите девушку.

‘ Может быть, я так и сделаю. Каково это было для вас? Ваше первое убийство? Кремер почувствовал, как у него непроизвольно сжались зубы. Джекман посмотрел на Су Минга и указал пистолетом. "Я жду", - настаивал Джекман.

"Первым человеком, которого я убил, была моя мать", - сказал Кремер.

У Джекмана отвисла челюсть. Затем выражение его лица изменилось: изумление сменилось восхищением. Он тихо присвистнул.

Полковник подошел к окну и посмотрел на многоэтажку напротив. Большая часть этажей была погружена в темноту, но в квартире Вандера Майера горел свет. Он мог различить фигуру, стоящую у окна кабинета, но было невозможно разглядеть, смотрит ли эта фигура внутрь или наружу. Полковник даже не мог сказать, кто это был. Он огляделся в поисках своего бинокля, но он был убран вместе с приемопередатчиком и остальным оборудованием, которым он пользовался. Полковник постучал по губам тыльной стороной ладони, обдумывая варианты. Фигура в окне не двигалась.

Полковник снял телефонную трубку и набрал номер швейцара в главном вестибюле.

Джекман склонил голову набок, глядя на Кремера. ‘ Твоя мать? Ты убил свою собственную мать? А что, ты хотела пойти на рождественскую вечеринку для сирот или что-то в этом роде?

Су-мин повернулась и уставилась на Кремера. Кремер посмотрел на нее, желая, чтобы был какой-нибудь способ связаться с ней, какой-нибудь способ сказать ей, чтобы она отвлекла его внимание, чтобы он мог вытащить стилет, потому что, если они ничего не предпримут, Джекман убьет их обоих. Джекману нужно было время, чтобы скрыться, и единственный способ выиграть его - это оставить еще два тела на полу рядом с Вандером Майером. - Она умирала, - ровным голосом сказал Кремер.

- Рак? - переспросил Джекман.

‘Опухоль головного мозга. Неоперабельна".

Джекман кивнул, и в этом жесте было что-то почти сочувственное. "Жестко".

‘ Да. Если бы это случилось сегодня, они, вероятно, спасли бы ее. Тогда они ничего не могли сделать. Они отправили ее домой умирать.

Кремер посмотрел на Су Мин. Все, что ему было нужно, - это чтобы она на мгновение отвлекла Джекмана. Как только Джекман направил пистолет на Су Минга, а не на него, Кремер смог сделать свой ход. Один шаг. Вытащи стилет. Еще шаг. Выставь нож вперед. Последний шаг. Вверх, в горло Джекмана. Это займет секунду, максимум две. Су Мин в ужасе уставилась на него, поднеся руки к лицу и прикрывая рот.

Ей было больно каждый день. Каждую минуту каждого дня. Такая боль, что ты не поверишь. Раньше я ненавидел возвращаться домой из школы. Раньше я старался держаться подальше от дома, насколько мог ". Кремер знал, что ему нужно продолжать говорить, чтобы выиграть время.

‘ Сколько тебе было лет? - Спросил Джекман. Его интерес, казалось, был академическим, как если бы он был психиатром, анализирующим случай Кремера.

‘ Одиннадцать, ’ ответил Кремер. - Мне было одиннадцать.

‘ Как? Как ты это сделал?

Врач прописал ей сильные обезболивающие. Действительно сильные. Мой отец скрывал их от нее из-за того, что она могла натворить. Она продолжала умолять меня достать для нее лекарство. Кремер сделал шаг вперед. Джекман, казалось, ничего не заметил. ‘Я достал для нее таблетки и наблюдал, как она их принимала. Я знал, что она убивает себя, но не пытался остановить ее.

- И что ты почувствовал?

Кремер помассировал виски костяшками пальцев, как будто у него болела голова. Он хотел, чтобы Джекман привык видеть, как двигаются его руки. ‘Ей было очень больно. И она все равно умирала. Все, что я делал, это помогал процессу".

- Убийство из милосердия?

‘ Да. Можно назвать это и так.

Полковник прижал трубку к уху, ожидая, пока швейцар ответит на звонок. Прошло не менее двадцати гудков, прежде чем швейцар взял трубку. Он запыхался и извиняющимся тоном объяснил, что помогал ординатору донести его чемоданы до лифта. Полковник спросил его, были ли какие-нибудь посетители в квартире Вандера Майера.

‘ Полчаса назад прибыл сам мистер Вандер Майер. И я только что проводил еще одного посетителя.

- Кто это был? - спросил полковник.

‘ Подождите, я проверю по книге, ’ сказал швейцар и положил трубку. Полковник посмотрел на высотное здание напротив. Фигура все еще стояла у окна кабинета. ‘ Вот мы и пришли, ’ сказал швейцар. ‘ Его звали Джекман. Бернард Джекман. Его не ждали, но мистер Вандер Майер сказал, что примет его. Какие-то проблемы?"

‘ Нет. Все в порядке, ’ сказал полковник. Нахмурившись, он положил трубку. Вандер Майер, Кремер, Су-мин и Джекман, очевидно, все были в квартире, так почему же они не подходили к телефону? И что Джекман там делал?

Джекман держал пистолет направленным в голову Кремера, не давая Тому ни малейшего шанса предпринять какое-либо угрожающее движение. Ладони Кремера вспотели, и он вытер их о брюки. Его правая рука была всего в нескольких дюймах от рукояти стилета. Одно движение - и он был бы у него в руке, три шага вперед - и Джекман был бы мертв. Все, что ему было нужно, - это прорваться. Отвлечь внимание. Джекман отошел от окна, не сводя пистолета с Кремера. Он подошел к зеркальной стене и встал к ней спиной. Теперь он был еще дальше от Кремера, вне досягаемости. Кремер заставил себя расслабиться, чтобы скрыть признаки того, что он готовится начать атаку.

‘ А как насчет тебя, Берни? - Спросил Кремер. ‘ Почему ты решил покинуть "сторону ангелов’? Кремер мог видеть отражение Су Мин в зеркальной стене. Она сидела, поджав ноги и сложив руки на коленях.

‘ Для острастки. Для возбуждения.

- Ты сдался...

‘ Я ни от чего не отказывался, Майк. Я был слишком хорош для Бюро, я понял это через несколько недель после прихода. Ты когда-нибудь чувствовал подобное? Как Гулливер, окруженный карликами? Интеллектуальные карлики? Так было и со мной в старших классах и в колледже. Я думал, что когда я приду в Бюро, все будет по-другому, что я, наконец, буду среди таких же людей, как я. Джи-эн-эн, лучшие и умнейшие сотрудники правоохранительных органов страны. Это то, что им нравится, когда ты так думаешь, но это чушь собачья. Они тупы, как копы. Иногда еще тупее.

Джекман снова начал размахивать пистолетом, но Кремер нутром чуял, что он не выстрелит, пока не закончит говорить то, что должен был сказать. Это было похоже на исповедь, подумал Кремер. За исключением того, что исповедник не планировал оставлять свидетелей. "Если бы они были умными, они бы не были полицейскими", - сказал Кремер.

‘ Верно, ’ с готовностью согласился Джекман. ‘По-настоящему умные люди не идут в правоохранительные органы, а если и идут, то уходят чертовски быстро. Как и я.

- Лучше работать на себя, верно?

Джекман прищурился, словно раздумывая, потакает ему Кремер или нет. ‘Дело не в деньгах, если вы на это намекаете", - сказал Джекман. ‘Я ушел не поэтому. Если бы я хотел денег, я бы занялся бизнесом. Я мог бы разбогатеть, Майк. Я мог бы быть таким же богатым, как Вандер Майер. Еще богаче. В свое время я встречал много богатых людей, и большинство из них не намного умнее полицейских. Чтобы зарабатывать деньги, мозги не нужны, нужно просто вкалывать как следует. Посмотрите на всех вьетнамцев и китайцев, которые переезжают в Штаты. Они начинают с нуля, но сколачивают состояния. Состояния. И могу вам сказать, что не все они гении.

Кремер неопределенно кивнул. Джекман что-то бессвязно бормотал. Как будто ему нечасто выпадала возможность объясниться, и теперь, когда у него была увлеченная аудитория, все это выплеснулось наружу. - Так почему ты ушел? - спросил я. - Спросил Кремер.

‘Наконец-то я встретил человека, равного мне по интеллекту", - сказал Джекман. ‘Человека по имени Антон Мэдли. Он гений, Майк. Настоящий гений. Это было похоже на встречу с родственной душой".

Кремер взглянула на отражение Су мин в зеркальной стене, но ее внимание было приковано к Джекману.

Меня послали взять интервью у Мэдли, чтобы обновить наш отчет VICAP. Сначала он не хотел открываться мне, но даже при нашей первой встрече я знала, что этот парень особенный. Он кое-что знал. Он знал, как устроен разум людей, что движет ими. Он мог проникнуть в твою голову и точно выяснить, чего ты хочешь. Что тебе нужно.

- Он сидел в тюрьме? - спросил Кремер.

Глаза Джекмана вспыхнули. ‘Я знаю, к чему ты клонишь", - прорычал он. ‘Если он был таким умным, как его поймали? Верно?"

Кремер неуверенно пожал плечами. Он просто хотел, чтобы Джекман продолжал говорить.

- Я скажу тебе, почему он оказался в тюрьме. Потому что он кому-то доверял. Кого-то, кого он считал другом. Он открылся этому человеку, а этот человек предал его. Вот почему. Это единственная причина, по которой его поймали. ФБР понятия не имело, кто он такой, он никогда не оставлял никаких улик, свидетелей никогда не было. Он совершил одну ошибку, и этой ошибкой было доверие. Я никогда никому не доверял, Майк. Вот почему меня никогда не поймают.

Кремер кивнул. ‘ Мэдли был убийцей? Поэтому он оказался в тюрьме?

‘ Да, он убивал. Убийство - высшая сила, Майк. Этому он меня научил. Я не понимала, что на самом деле означает убивать, пока не встретила Антона. Я брал интервью у десятков убийц, от избивающих жен, которые зашли дальше, чем намеревались, до серийных убийц, и у каждого из них были свои причины поступать так, как они поступали. Антон был первым, кто объяснил мне психологию этого. Острые ощущения от этого. Не сразу, конечно. Прошло много-много времени, прежде чем он открылся мне. И на этом пути мне пришлось пройти множество испытаний. Я должен был доказать свою ценность, я должен был показать, что я достойный ученик. Но я сделал это, Майк. А потом он впустил меня в свою голову.

- Он соблазнил тебя, Берни.

‘ Соблазнил? Возможно, но я была готова. Более чем готова. Он объяснил мне вещи, которые я наполовину знала, наполовину ценила. Это было все равно что стать близоруким и надеть очки".

-Неужели в Бюро не поняли, что происходит?

Джекман покачал головой. ‘Я сказал им, что налаживаю с ним отношения с целью расширения нашего профиля, и они приняли это за чистую монету. Отчеты, которые я предоставил, содержали ровно столько новой информации, чтобы заставить их думать, что я медленно продвигаюсь вперед. Они не слишком умны, Майк. Умны, да. Но не сообразительны. Есть разница. Этому меня научил Антон. И перестань называть меня Берни, будь добр. Меня зовут Бернард.

- Ты хочешь сказать, что никогда не думал об убийстве до того, как встретил Мэдли?

Верхняя губа Джекмана изогнулась в усмешке. ‘Не пытайся анализировать меня, Майк. У тебя нет для этого умственных способностей’. Он направил пистолет Кремеру в лицо. Его палец напрягся на спусковом крючке.

- И все же ответьте мне на один вопрос, - сказал Кремер. Джекман ничего не сказал, но Кремер увидел, как расслабился его палец на спусковом крючке. ‘ Почему выстрел в голову? Почему вы стреляли им в голову, а затем в грудь? Это была не просто подпись, не так ли?"

Джекман ухмыльнулся. ‘Это было данью уважения’, - сказал он. ‘Именно так Антон убивал своих жертв. Это заперлось в их душах, сказал он."Он увидел недоверие в глазах Кремера, и его усмешка исчезла. ‘Именно это он и сказал. Я не говорю, что поверил ему. Это была просто его теория, вот и все.

‘ Так какова же была настоящая причина? Вы, должно быть, задавались вопросом.

‘ Конечно, я задавался вопросом. Джекман расхаживал взад-вперед, но пистолет по-прежнему был направлен на Кремера.

- Так расскажи мне.

Джекман перестал расхаживать. Он уставился на Кремера. Кремер выдержал его взгляд. Джекман был в трех шагах от него. В пределах досягаемости. Кремер сложил руки вместе. Это была не угрожающая поза, но его правая рука снова оказалась всего в нескольких дюймах от стилета. ‘В детстве он подвергался насилию со стороны своего отца", - продолжил Джекман. ‘Физическое насилие особенно жестокого рода. Его мать часто наблюдала за этим. Она наблюдала и поощряла своего мужа. Иногда она удерживала Антона, чтобы ее муж мог делать то, что хотел. Это то, что он запомнил больше всего. Не мужеложство, не боль, а ее глаза. Смотрела на него.

- Значит, когда он начал убивать, то выстрелил им в лицо?

Джекман кивнул. - Ты понял.

- И ты решил поступить таким же образом...

‘Чтобы он знал", - закончил Джекман. "Он знал бы, что я был так же хорош, как и он. Даже лучше, потому что он был в тюрьме, а я на свободе.

Джекман замолчал, словно осознав, что и так сказал слишком много. Он вытянул руку, нацелив пистолет Кремеру в лицо. ‘ Хватит разговоров, ’ сказал он. - Давай покончим с этим.

Полковник прищурился и посмотрел на окна квартиры Вандера Майера. Кто бы там ни стоял, он отошел. Он повернулся и взял трубку. Он уже собирался набрать номер квартиры Вандера Майера, но передумал и вместо этого снова позвонил швейцару. ‘ Окажите мне услугу, хорошо? - попросил он, когда мужчина снял трубку. ‘У меня проблемы с дозвоном в квартиру мистера Вандера Майера. Не могли бы вы подняться и посмотреть, нет ли проблем с его телефоном?"

‘ Конечно, ’ сказал швейцар. - Хотя, когда я звонил раньше, все было в порядке.

‘ Что ж, попробуйте еще раз. Если дозвонитесь, попросите его позвонить мне по этому номеру. Полковник продиктовал швейцару номер квартиры, которой он пользовался. "Если вы не можете получить ответ, поднимитесь и посмотрите, не случилось ли чего с телефоном".

Полковник положил трубку и сел перед столом. Он постукивал тростью по полу, глубоко задумавшись. Что-то было не так. Очень неправильно.

‘ Отпустите девушку, ’ сказал Кремер. - Это касается только нас с вами.

‘Это не имеет никакого отношения к нам с тобой’, - сказал Джекман. ‘Я занимаюсь бизнесом, вот и все’. Он начал нажимать на спусковой крючок. ‘Знаешь, что мне нравится больше всего?’ Спросил Джекман. Кремер ничего не ответил. "Выражение их глаз, когда они понимают, что умрут".

Кремер уставился на Джекмана. ‘Просто сделай это, Берни", - тихо сказал он. - Нажми на курок и покончим с этим.

Джекман нахмурился. - Ты ведь не боишься, правда?

-Нет.

- Если ты будешь умолять меня сохранить тебе жизнь, я, возможно, не убью тебя.

-Да?

- Да, - решительно сказал Джекман.

- Я так не думаю, - сказал Кремер.

- Кремер, делай, как он говорит, - сказал Су мин.

Кремер повернулся и посмотрел на нее. Он почти забыл, что она все еще в комнате. - Он все равно убьет меня, Су мин.

Джекман посмотрел на Су Мин и жестоко улыбнулся. ‘ А как насчет вас, маленькая леди? Почему бы тебе не умолять сохранить ему жизнь?

‘ Су-минг, не надо, ’ сказал Кремер. Джекман переключил свое внимание на Су-минга, хотя пистолет по-прежнему был направлен Кремеру в лицо. Кремер чуть шевельнул рукой, и пальцы его правой руки нащупали рукоять стилета в левом рукаве.

Джекман внезапно снова переключил внимание на Кремера. Кремер опустил руки по швам. - Ты думаешь, что ты лучше меня, не так ли?

- Я не понимаю, что ты имеешь в виду.

‘ Да, хочешь. Они выбрали тебя, чтобы выступить против меня, и ты решил, что достаточно хорош, чтобы победить меня. Таков был план, не так ли?"

‘ Ты собираешься заговорить меня до смерти, Берни? Или собираешься нажать на курок?

Взгляд Джекмана посуровел. ‘ Это было бы слишком просто, не так ли? У меня есть преимущество перед тобой, если я застрелю тебя на месте, это ничего не докажет, не так ли?

- Просто сделай это, Берни.

Джекман изучал его несколько секунд. ‘ Почему? ’ спросил он в конце концов. ‘ Зачем ты это делаешь? Никто не хочет умирать.

- Он знает, - тихо сказала Су мин.

Кремер резко обернулся и уставился на нее. - Заткнись! - прошипел он.

Су мин не смотрела на него. Она встала и повернулась лицом к Джекману. ‘ Он умирает. У него рак. Он хочет, чтобы его убили, для него это легкий выход.

- Су Минг, заткнись на хрен! - заорал Кремер.

- Если ты убьешь его, то окажешь ему услугу, - сказал Су мин, как будто Кремер ничего не говорил.

Джекман начал хихикать. Его плечи затряслись, когда он смеялся, но взгляд оставался жестким. ‘Так, так, так", - сказал он. ‘ Кто бы мог подумать? Желание умереть.

Он попятился от Кремера и взял со стола "Вальтер". Взвесил его в руке. "Это маленький пистолет, не обладающий большой убойной силой", - размышлял он.

- Это делает свое дело, - сказал Кремер.

Справа от Кремера стоял кофейный столик из черного мрамора с белыми прожилками. Джекман подошел к столу и положил на него пистолет рукояткой к Кремеру. Джекман медленно отступал, пока пистолет не оказался на полпути между ними. Кремер посмотрел на пистолет. Предохранитель был снят. Пистолет находился в двух шагах от него, а Джекман - еще в двух шагах от стола.

Джекман указал на пистолет. "Дерзай", - сказал он.

Кремер покачал головой. - С меня хватит игр, - сказал он.

Джекман угрожающе уставился на него. Затем медленно и целенаправленно направил пистолет на Су мин. ‘ Если ты этого не сделаешь, я пристрелю ее первым. В живот. Тогда я тебя пристрелю.

Су мин обхватила себя руками, как будто хотела обнять саму себя. Кремер сердито посмотрела на Джекмана. ‘ Если я попытаюсь достать пистолет, ты отпустишь ее? - спросил он.

Джекман устало вздохнул. "Что вы думаете?" - спросил он.

- Я думаю, ты все равно ее убьешь.

Джекман кивнул на пистолет Кремера. - По крайней мере, если ты пойдешь на это, у тебя есть шанс спасти ее жизнь и свою собственную.

Кремер посмотрел на пистолет. Два шага. Джекману более чем хватило времени прицелиться и выстрелить. Ему не дали ни малейшего шанса. Он упер руки в бока и уставился на Джекмана.

‘ Ну? ’ спросил Джекман. - Мне сосчитать до трех или что-то вроде того?

‘ Вы никогда раньше не боялись стрелять в безоружного человека, не так ли? ’ спросил Кремер. "Вы стреляли в женщин, детей и стариков, так откуда же это внезапное желание дать мне передышку?"

Джекман поджал губы, словно обдумывая, как ответить. ‘ Удар, - сказал он. ‘ Вызов. До сих пор все было почти слишком просто.

‘ Ты хочешь доказать, что ты лучше меня, не так ли? Перестрелка в ОК Коррале?

Джекман медленно кивнул. - Возможно.

‘ Иди к черту, ’ сказал Кремер. Он отступил на шаг от мраморного кофейного столика. И еще один. Это вывело пистолет за пределы досягаемости, но теперь Кремер был ближе к Джекману. Но недостаточно близко.

Швейцар набрал код этажа Вандера Майера на клавиатуре лифта, и двери начали закрываться. Он услышал крик и нажал кнопку, чтобы снова открыть двери. Миссис Кэри, разведенная женщина пятидесяти с чем-то лет, ворвалась в лифт, прижимая к пышной груди йоркширского терьера.

‘ Добрый вечер, Эрик, ’ сказала она. Она кивнула на клавиатуру системы безопасности. ‘ Не могли бы вы нажать мой этаж, пожалуйста? Ты ведь знаешь код, не так ли?

‘ Конечно, миссис Кэри, ’ сказал Эрик. Он набрал код, и двери снова закрылись. - А как сегодня малышка Джейни? - спросил я. Он протянул руку, чтобы погладить собаку, но та зарычала, и Эрик отдернул руку.

- У нее болит животик, - сказала миссис Кэри, целуя собаку в шею.

- Бедняжка, - сказал Эрик, который с радостью придушил бы вспыльчивую собаку.

Миссис Кэри жила этажом ниже мистера Вандера Майера и была одной из самых богатых жительниц тауэра. На нее всегда можно было положиться в плане больших чаевых на Рождество, в отличие от мистера Вандера Майера, который редко появлялся поблизости в праздничный сезон. Эрик недоумевал, из-за чего весь сыр-бор, почему было так важно, чтобы он поднялся наверх и проверил, как там Вандер Майер. В последние несколько дней происходило что-то странное: сменились ребята из службы безопасности, появилось новое лицо, которое жило в квартире с помощником Вандера Майера и двумя дюжими телохранителями, которые вели себя так, словно это место принадлежало им.

- Простите, что вы сказали? - спросила миссис Кэри.

Эрик понял, что, должно быть, думает вслух. ‘ Ничего, миссис Кэри, ’ сказал он. Лифт остановился на этаже миссис Кэри.

Кремер внезапно почувствовал головокружение. Он не был уверен, было ли это из-за болеутоляющих, которые он проглотил ранее, или из-за всплеска адреналина. Скоро ему предстояло сделать свой ход, и его тело готовилось к действию. Он глубоко вздохнул.

- Я знаю, Майк, выбор невелик, но это больше, чем я обычно даю своим целям.

‘ Мишени? Ты так это называешь? Это чтобы ты мог дистанцироваться от того, что делаешь, не так ли? Вот почему ты стреляешь им в лицо. Потому что тогда они перестают быть людьми. Это дегуманизирует их, не так ли? Чтобы ты мог с этим смириться. Ты знаешь, что ты болен, Берни. Ты знаешь это, но не можешь с этим смириться.

Джекман проигнорировал его. - Один, - сказал он.

Кремер пошевелил пальцами. Он посмотрел на "Вальтер" на столе. Затем перевел взгляд на пистолет в руке Джекмана. - Это несправедливо, - сказал Кремер.

Губы Джекмана сжались в тонкую линию. - Два, - сказал он.

Су мин встала. Она сделала шаг к Джекману, сложив руки перед собой, словно в молитве. ‘Не убивай его", - сказала она. - Пожалуйста, не убивай его.

Джекман не смотрел на нее. Его взгляд был прикован к Кремеру.

‘ Мы ничего не скажем, ’ взмолилась Су мин. ‘ Ты можешь просто уйти. Ты сделал то, за что тебе заплатили. Ты выполнил свой контракт.

- Не умоляй, Су Мин, - сказал Кремер.

‘ Но... . ’ Начала Су Мин. Не успела она договорить, как раздался звонок в дверь. Кремер напрягся. Джекман посмотрел в сторону входной двери. Правая рука Кремера потянулась к левой. Он выровнял дыхание. Он почувствовал внезапный восторг. Это был он. Его единственный шанс.

В дверь позвонили снова, на этот раз более настойчиво. - Вы кого-нибудь ждете? - спросил я. - Прошептал Джекман Су Мину.

Она покачала головой. Кремер сунул пальцы в рукав. Он коснулся рукояти ножа. "Сейчас, сейчас, сейчас", - кричал его разум, но он сдержался. Пистолет Джекмана все еще был направлен ему в живот, и все, что ему нужно было сделать, это сжать палец на спусковом крючке, и он не мог промахнуться. Кремер начал дышать прерывисто, так что его грудь почти не двигалась. Пистолет Джекмана дрогнул. Всего на несколько градусов, но этого было достаточно. Кремер начал двигаться.

Он поднялся на цыпочки и сделал шаг вперед, в то время как его рука сжимала стилет. Клинок вышел из ножен плавно, с едва заметным шорохом пластика по нейлону.

Джекман заметил движение и начал поворачиваться к Кремеру. Су мин тоже увидела движение Кремера. Ее рот открылся от удивления. Она была ближе к Джекману и бросилась вперед, пытаясь схватиться за пистолет.

Кремер сделал еще шаг, опустив стилет, готовый вонзить его Джекману в горло. Он осознавал, что Су мин набросилась на Джекмана, но оставался полностью сосредоточенным на том, что делал. Он протянул левую руку, готовый схватить Джекмана за куртку, зная, что получит больше рычагов воздействия, если сможет подтащить его к лезвию, когда тот выставит его вперед.

Су мин попыталась схватить Джекмана за руку, но он был слишком быстр для нее. Он направил пистолет ей в лицо и ударил под подбородок. Ее голова откинулась назад. Джекман мгновенно снова навел пистолет на Кремера.

Кремер все еще был в двух шагах от Джекмана, но он набрал обороты и не смог бы остановиться, даже если бы захотел. Левая рука Кремера была вытянута, и Джекман держал пистолет низко, не в силах выстрелить в голову. Пистолет в руке Джекмана выглядел огромным, но Кремер проигнорировал его. Все, о чем он заботился, - это стилет.

Его левая рука коснулась лацкана пиджака Джекмана. Глаза Джекмана сузились так, что превратились почти в щелочки. Кремер уставился в них и понял, что Джекман собирается нажать на курок. Он вцепился левой рукой в куртку Джекмана. Пистолет выстрелил, и Кремер почувствовал внезапный удар в живот, от которого у него перехватило дыхание. Шум был оглушительным. Кремер притянул Джекмана к себе и со всей силы вонзил стилет вверх. Острие лезвия рассекло подбородок Джекмана, а затем с хрустом прошло через хрящи и кость. Пистолет выстрелил снова, и Кремер закричал, отчасти от боли, но больше от ненависти и ярости.

Джекман упал навзничь, но Кремер удержал его, направив стилет выше в череп Джекмана. Они вместе упали на землю. Пистолет Джекмана выпал из его безжизненных пальцев и с грохотом покатился по деревянному полу.

Кремер услышал крик Су Мин, но звучал он так, словно она была за много миль отсюда, в конце длинного-предлинного туннеля. Кремер оттолкнулся от Джекмана. Он чуть не потерял сознание от боли. Глаза Джекмана были широко раскрыты, но в них не было жизни. Кровь стекала по лезвию и по рукам Кремера, а на губах Джекмана пузырилась красная пена. Кремер выпустил стилет. Клинок остался по самую рукоятку в горле Джекмана. Кремер стоял на коленях, пытаясь оставаться в сознании. Он почувствовал, как руки Су Минга обхватили его. Она перестала кричать, и теперь ее сотрясали рыдания.

Кремер почувствовал, как кровь отливает от его головы. Он знал, что умирать от ран в живот нужно долго. Очень долго. И даже если им удастся собрать его снова, ему придется столкнуться только с раком, который пожирал его изнутри. Он прижал руки к животу. Он прикусил нижнюю губу, чтобы не закричать, боль была такой сильной. Он пытался бороться с ней, отодвинуть агонию, но каждая волна была сильнее предыдущей. Он почувствовал вкус крови во рту и понял, что прокусил губу. Он почувствовал, как что-то теплое и влажное просочилось сквозь его пальцы. Он посмотрел вниз. Его бедра были пропитаны липкой красной кровью, его собственная кровь смешивалась с кровью Джекмана. Су Мин прижалась головой к его голове, как будто пытаясь разделить его страдания.

‘ Су Мин, ты должна мне помочь, - сказал он. Его захлестнула еще одна волна боли, и он застонал. Даже с учетом принятых им обезболивающих, боль была едва ли не сильнее, чем он мог вынести, и он знал, что это всего лишь предчувствие того, что ждет его впереди.

- Я так и сделаю, - пообещала она.

‘ Больно, ’ простонал он. - Так больно.

- Я знаю, - сказала она.

Кремер наблюдал за Су Минг в зеркальной стене, когда она подошла к телу Джекмана и подняла его пистолет. Она стояла, уставившись на оружие, как будто не была уверена, что с ним делать. Она подняла глаза, и на секунду их взгляды встретились в зеркале. Она плакала. Кремер отвел взгляд. - Не нужно плакать, - сказал он.

Она кивнула. По ее левой щеке скатилась слеза, и она вытерла ее тыльной стороной ладони. - Я знаю, - сказала она.

____________________________________________________________

© Лезер Стивен. Двойной выстрел (серия романов Стивена Лезера, книга 8)

Origin: http://samlib.ru/i/inzhener_l/dwojnojwystrelserijaromanowstiwenalezerakniga8.shtml

Создан: 29/06/2026, изменен: 29/06/2026, 836k

Роман: Детектив, Приключения